Обрученная с тьмой

Обновлено: 01.06.17 20:12 Убрать стили оформления

 

 

 

Пролог

 

У богини темный лик. Ее ожерелье выполнено из человеческих черепов, юбка - отсеченные руки демонов. В одной руке она держит меч, а в другой – отрубленную голову. Длинный язык вывалился изо рта и жадно облизывает губы, по которым сбегает струйка крови. Имя ей – Кали. Однажды она собрала самых преданных своих почитателей, самых жестоких и кровавых убийц, и нарекла их тхагами. В награду за верность, за силу и ловкость, богиня наделила самых сведущих тхагов умением переходить в мир мертвых, превращаться в дух бестелесный, дабы приблизиться к самому коварному и осторожному врагу.  

*** 

Как же он устал... Время тянулось очень медленно, словно облака по небу в безветренный день. Нестерпимо хотелось пить, последний глоток воды он сделал более суток назад. Но нельзя отвлекаться на нужды тела. Усилием воли он подавил жажду. Голоса приближались, а пока гладь реки оставалась пустынной, мерцая под лучами жаркого солнца. Еще несколько биений сердца – и он уловил едва слышное ржание лошади. Затем приглушенные голоса людей. Наконец-то. Они здесь. Скоро все закончится... Многолетние ожидание, болезненное, иссушающее, заставляющее стонать по ночам от невидимой раны, разъедающей его. Сегодня он заберет то, что много лет назад подарила ему Кали.

 ***

Ожидание смерти хуже самой смерти. Эти слова крутились в голове Авани постоянно. Ожидание. Вся ее жизнь состояла из него. Подобно зверю в засаде. Придет час, и он набросится, растерзает, не пощадит.

 Авани проснулась как всегда на рассвете, дрожа от холода. Стены из серого камня на ощупь были ледяными. Значит, пришла зима. Поежившись, выскользнула из постели. Быстро оделась. Скоро вдовы отправятся на обряд омовения к реке. Несмотря на холод, они делали это до самых заморозков, пока гладь воды не покрывалась толстой коркой льда. Авани велено идти с ними. Впервые, сколько она себя помнит, ее отправляют на обряд. Она не знала, что означают эти перемены. В последнее время ее до странного часто отправляли за ворота, по разным поручениям, для помощи вдовам. Авани терялась в догадках, откуда эти перемены, ведь здешние служители не отличались добрым нравом. Раньше ее никуда не выпускали.

Храм Камакши, находившийся в дельте реки Кришнавени, у подножья Гималаев, был ей домом много лет. В основном здесь обитали вдовы, те, кому посчастливилось избежать участи быть сожженными вместе с почившим супругом. Такое везение, надо сказать, случалось очень редко, обычно страшной участи удавалось избежать беременным или женщинам из богатых семей. Что может быть ужасней: угроза мучительной смерти или потеря любимого? Трудно сказать. Одно несомненно - это меняет женщину до неузнаваемости. Все послушницы храма были мрачны и неразговорчивы, на их лицах навсегда застыла маска скорби. Они проводили время в беспрестанном труде и молитвах.

Авани была единственным ребенком в Камакши. Насколько ей было известно, она попала сюда едва рожденным младенцем. Более ничего ей не рассказывали, пока недавно, совершенно неожиданно, не узнала свою историю.

 Авани редко выходила за пределы храма, но в тот день ей неожиданно поручили сопровождать двух вдов, отправившихся на рынок за благовониями. Авани ни разу не бывала на рынке, ее буквально потряхивало от возбуждения в ожидании прогулки. Рынок оказался шумным, многолюдным и буквально оглушал, заставляя почувствовать себя песчинкой посреди огромного необузданного океана покупателей, зевак и торговцев. В какой-то момент Авани потеряла из виду своих спутниц, засмотревшись на роскошные ткани. Лавка, завешанная шелком и пашминой1, казалась волшебной пещерой, заполненной сокровищами. Вдруг кто-то резко дернул Авани за руку и втащил внутрь. Поначалу она будто ослепла – после яркого полуденного солнца, оказавшись почти в кромешной тьме. Но постепенно глаза привыкли, и она смогла разглядеть фигуру, скорчившуюся в углу комнаты, закутанную в огромный толстый плед. 

- П-простите, но я не собиралась заходить сюда, - извинилась девушка. – Меня будут искать, я должна найти своих сестер.

- Они не сестры тебе, - донеслось из кресла.

Авани не смогла разобрать, мужчине принадлежит голос или женщине. И робко прошептала:

- Я все же пойду...

- Ты не можешь уйти. Сначала я должна поведать тебе историю.

Все-таки это женщина. Стало легче, хоть и ненамного.

«С женщиной проще справиться», - подумалось Авани.

- Простите, не могу. Я должна уйти, иначе несдобровать мне...

Горбатая фигура с удивительной проворностью соскочила с кресла и направилась к гостье. Девушка даже не успела договорить фразу, испугаться тоже не успела. Лохматая старуха в черном сари схватила с полки какой-то сосуд, поднесла к лицу Авани и дунула. Розовое облако окутало дрожащую гостью, лишив возможности пошевелиться.

- Так-то оно лучше, чем спорить с тобой. Он слишком близко. Я должна рассказать, иначе не сносить мне головы. Выслушаешь, а уж дальше не мое дело... 

Застывшая будто статуя, Авани так и осталась стоять посреди комнаты. Она не чувствовала своего тела, не могла пошевелиться, а вот слух, наоборот, стал чувствительным, она даже слышала, как медленно стучит сердце старухи, околдовавшей ее. Негромкий голос начал историю, и картины прошлого замелькали перед глазами.

                                                    ***

В городке Махабалесвар, в семье зажиточных вайшья4, росла дочь, красоты столь редкой и изысканной, что глаз не оторвать. Вот только нрав у девушки был не столь приятный, как хотелось родителям. Капризная, воинственная, девица не любила, когда окружающие судили ее по красоте. Не желала следовать канонам и подчиняться выбору родителей. Девушке уже подобрали жениха, идеального, по звездам и приметам, подходящего семье, с какой стороны ни посмотри. Но упрямица, не желающая слушать наказы родителей, влюбилась в кшатрия2, случайно оказавшегося в Махабалесваре. Неслыханная дерзость – кшатрий не имел права связать себя узами брака. Но не смог устоять перед красотой девушки, и проклятие Кали, которой воин обещал вечную верность, опустилось на любовников. Кшатрий был казнен, а девица, носящая в себе плод порочной связи, сбежала. Неукротимая красавица готовая на все, лишь бы спасти свое дитя, скиталась, пряталась в лесах и горах от жрецов и воинов, мечтая об одном – доносить дитя, спасти, передать в добрые руки. Она провела в лесах много дней, совсем обезумела от голода и одиночества. Лишь огромная любовь к плоду, непрестанно толкающемуся в ее чреве, удерживала бедняжку от шага в пропасть. Отчаявшись, понимая, что не выживет, и надежды нет, девица набрела на жертвенный алтарь богини Кали. Самое неистовое и опасное божество, покровительница воинов и повелительница тхагов, воплощение гнева и ярости. Выбирать не приходилось, отчаявшаяся мать пообещала свое дитя богине. Только бы спасти...  

Когда подошел час разрешиться от бремени, отряд кшатриев настиг бедняжку. Так и родила несчастная, в грязной повозке, опутанная сетью, со связанными руками. Ребенка тут же выбросили прочь, на скалы, а мать, едва живую, отвезли в храм вдов Камакши, где главный жрец повелел приковать прелюбодейку к столбу. Там и стояла она, омываясь слезами по потерянному дитя. Несчастная не успела даже взглянуть на него, и знала лишь, что это была девочка. Но гордячка так и не попросила пощады, не склонилась перед жестокими жрецами, не признала вину. Она любила, а разве есть в том грех? Это придавало силы. Так и стояла она, много дней, мучимая по ночам холодом, а днем невыносимым солнечным пеклом, жаждой и голодом, болью от гноящихся ран, оставленных плетью... Но молила лишь об одном – чтобы ее дочь выжила, просила защиты у всех богов, о которых когда-либо слышала, молила беспрестанно. 

Глаза Авани блестели от слез, так тронуло ее услышанное. Действие розового порошка постепенно проходило, вот уже руки слушаются и пальцами на ногах можно пошевелить... еще немного, и она сможет выбежать отсюда. Вот только теперь уходить не хотелось, она ждала продолжения истории. 

- Что, уже не так торопишься? - Прохрипела старуха.

- Скажите, чем все закончилось, и я побегу, меня наверняка уже ищут, - нетерпеливо отозвалась Авани. – Пожалуйста!

- Дурочка, никуда тебе не убежать. Глупый, никчемный ребенок! Ты так и не поняла? Ты та самая девочка, обещанная Кали! И скоро он придет за тобой!

- Он? Кто Он?И почему я должна верить, что рассказанная вами история - обо мне? Что вы можете обо мне знать? – возмутилась девушка.

- Хотела бы не знать, да нет выбора. Я служу Кали много лет. Если божество приказывает мне, я выполняю, что ни попросит. Кали отдала тебя еще ребенком. Подарила лучшему своему тхагу3, воину тьмы. Как думаешь, почему в храме где живут лишь вдовы позволено расти маленькой девочке? Ты приманка, наживка! Богиня Камакши мечтает отомстить Кали много веков! И нет мести лучше, как подчинить себе ее сильнейшего воина. Когда-то давно этот тхаг вырезал целый храм жрецов Камакши по приказу Кали. Садхир, главный жрец, не успокоится пока не поймает тхага. Он хитер, мудр и умеет ждать.

- Зачем вы мне все это поведали? – прошептала потрясенная Авани. Все это казалось нереальным, лавка, ткани, ведьма, обездвижившая ее. Убежать, умчаться от этого наваждения, как можно скорее!

Но оставалась стоять неподвижно, хотя порошок уже почти не действовал.

Она не раз спрашивала себя, и правда, почему? Почему растет среди вдов, как цветок среди камней. Почему за ней так внимательно следят, будто маленькая сиротка что-то значит для храма. Но история старухи не укладывалась в голове.

- Он все равно придет за тобой, время пришло. Ему не нужно было дитя, ему нужна женщина. Кали предназначила тебя ему, значит вы связаны навеки. Какие бы ловушки ни ставили брахманы5, что бы ни готовили, он придет. Ты должна быть готова. Должна помочь ему.

- Я ничего не должна! – воскликнула Авани. По коже ползло что-то липкое, ледяное, сковывало конечности сильнее розового порошка, подбиралось к горлу, сжимало его.

Страх.

«Он придет за тобой» - эти слова прокрались внутрь и теперь отравляли вязким чувством обреченности.

- Должна, - последовал резкий ответ. - Ты жива только благодаря Кали. Богиня подарила тебя своему тхагу за верную службу. Теперь ты знаешь. Ты принадлежишь Кали, обязана чтить и подчиняться. Окружающие тебя брахманы – враги.

А теперь уходи.

                                                     ***

Авани выполняла привычную в храме работу – полола, стирала, носила воду из колодца. Но история, рассказанная старухой, мучила, терзала, по ночам снились кошмары. Некто огромный, темный подкрадывался из-за угла, хватал за горло, а потом проглатывал целиком. История ее отважной матери, будто рана, поселившаяся глубоко в теле, не давала покоя, ныла, тянула. Авани перечитала почти все манускрипты в хранилище Камакши, когда протирала там пыль, перебрала каждый листочек в поисках хотя-бы упоминания своего имени, и имени тхага, которому принадлежит ее жизнь, но ничего не нашла.

 Она всегда ощущала себя чужой в этом храме. Единственный ребенок среди мрачных вдов, что она делала здесь? Как попала сюда? Но, разумеется, на эти вопросы ни у кого не было ответов. Никто с ней не разговаривал.

Теперь она знает правду.

Вот только как жить с этим?

                                                   ***

 Он помнил, как принес крошечный сверток к храму Камакши. В тот момент у него не было выбора. Знал, что дает оружие прямо в руки злейшему врагу. Но до храма Кали высоко в горах кроха бы не дотянула. Богиня преподнесла ему самый лучший дар. Единственный. И он не собирался терять его. Тхаг положил малышку на холодные камни у подножья, наклонился и вдохнул ее нежный аромат. Нестерпимо вкусно. Сладко.

- Навеки моя, - прошептал тхаг. – Однажды я приду за тобой.

                                                  ***

 Ее жизнь превратилась в ожидание. Болезненное, мучительное. Поверить в то, что она и есть тот новорожденный, которого выкинули из повозки, оказалось легко. История подошла к ней как вторая кожа. Авани мечтала только об одном – еще раз побывать на рынке, найти ту лавку, где повстречала старуху и расспросить ее снова. В голове крутились тысячи вопросов. Они мешали спать по ночам, вызывали кошмары, от которых просыпалась, крича... Но отныне, за ворота храма ее не пускали, пресекая любые просьбы. Даже к реке не разрешали ходить. Среди вдов тоже чувствовалось растущее напряжение. Все к чему-то готовились. На каждой утренней молитве Авани чувствовала множество глаз, впивающихся в нее иглами. Чего они хотят? Что ей сделать?

                                                  ***

Когда повозка поравнялась с ним, он выскочил из укрытия, сшибая с лошади самого крупного из мужчин. Мелькнуло лезвие кинжала, доля секунды - и противник захрипел, захлебываясь кровью. Методично и четко тхаг зарезал врагов. Надел кровавую одежду одного из брахманов, взял его лошадь и отправился к храму Камакши.

 Он решил не рисковать, проник внутрь, когда стемнело. Хоть и была на нем одежда жреца, появляться днем, прикинувшись выжившим после нападения брахманом, слишком опасно. Этот путь он оставит на крайний случай. А пока храм настолько тих, что кажетсялегче легкого проникнуть в самую его сердцевину, и тихонечко забрать свое. Тхаг прикинул, как поведет себя девица, увидев брахмана в кровавой одежде. Испугается, конечно же. А если признает чужака? Посланная им ведьма подготовила девушку, открыла ей истину. Но готова ли Авани ее принять? Сможет ли выполнить обещанное матерью?

 Он не хотел быть жестоким, но слишком долго ждал, когда девочка вырастет, наблюдал издалека, насколько это возможно. Совершал жертвоприношения во имя нее, вызывая гнев Кали. Переходил черту, становясь бестелесной оболочкой, чтобы проникнуть в храм Камакши, где только и ждали удобного момента, чтобы схватитьего. Совершение таких обрядов было трудным и болезненным. Переход в потусторонний мир - та же смерть, только он всегда возвращался. Благодаря служению Кали у него был этот дар. Иногда он принимал сахар причастия6 ипроникал в ее сновидения.Хотя бы таким способом, несколько ночных часов пребывания в ее разуме приносили облегчение, утоляли тоску, хоть и ненадолго.

 ***

Судя по всему, жрецы устали ждать, когда тхаг явится за ней. Совершенно неожиданно Авани объявили невестой. Событие настолько внезапное, насколько и пугающее. Авани не знала, что означает быть невестой. Жрецы на вопросы не отвечали. Ее одели в красное платье, очень красивое, расшитое золотыми нитями. Волосы завязали узлом на макушке, а запястья и пальцы украсили золотыми браслетами и кольцами. На шею повесили гирлянду из цветов жасмина, а на подошвы и ладони нанесли красную краску. Никогда она не чувствовала себя столь прекрасной. И никогда так сильно не боялась.

Ее отдают тхагу?

Или дарят другому?

Что они сделают с ней?

Каково это, принадлежать мужчине?

 Вопросы крутились в голове, вызывая нервную дрожь во всем теле. Никто ничего не объяснял, рядом все время находились старшие брахманы, с ними она не смела разговаривать. Редко проходящие мимо вдовы смотрели хмуро, исподлобья. Когда-то каждая из них была невестой, потом супругой, принадлежала мужчине. Вот бы спросить, разузнать хоть что-то. Но Авани не смела. Разговоры в храме не приветствовались.

 Несмотря на обряд, невеста так и не дождалась суженого.

 ***

Несмотря на изнуряющую разум неизвестность, этой ночью Авани забылась глубоким, очень крепким сном, без сновидений. Абсолютная тишина. Ни звука, ни шелеста.

И внезапное пробуждение от осознания, что кто-то пристально смотрит на тебя.

 Он пришел. Огромная фигура в плаще, на голову накинут капюшон, не дающий разглядеть черты лица. Сидит на краешке постели и внимательно смотрит на нее.

- Ты все-таки пришел, - всхлипнула Авани.

- Ты знала, что я приду. Так почему удивлена?

 Взгляд тхага пристальный. Испытующий. Авани показалось, что тысячи игл впились в нее, до того колючими были его глаза.

- Удивлена ли, что демон Кали нашел меня? Не думаю. Разве есть пределы ее власти?

- Ты бы удивилась, узнав кому на самом деле принадлежит власть...

- Ты ищешь смерти? Жрецы ведь только и ждут, чтобы схватить тебя.

Она и сама не знала, зачем предупреждаетэтого демона.

- Я не ищу смерть, но и прятаться не стану. Я пришел за тобой.

- Но я не хочу, – вырвалось у Авани.

- Я пришел за своим, - хрипло прошептал человек в капюшоне. – Мы уйдем вместе.

- Нет! Не хочу! – кричала Авани все громче. Страх охватил все ее существо. Почему никто не приходит на помощь? Где жрецы, поджидающие тхага днем и ночью? Пусть заметят его, пусть схватят, только бы никуда не забрал ее, только бы оставил в покое.

Она попыталась закричать, но мужчина молниеносно выхватил из карманамешочек, что-то высыпал на руку и прижал к лицу Авани. Девушка застыла, не в состоянии пошевелиться, лишь беспомощно смотрела на похитителя. По щеке скатилась слеза.

Демон подхватил свою добычу на руки, мягкой неслышной поступью пробрался на крышу храма и легко спрыгнул вниз, оказавшись на заднем дворе. Лошадь была привязана неподалеку. Еще пара мгновений - и беглецы растворились в кромешной тьме.

 ***

Вещество, которым ее одурманили, почти полностью выветрилось к рассвету, оставив за собой лишь слабое головокружение. Утро выдалось холодным. Несмотря на толстый плед из верблюжьей шерсти, которым тхаг укутал ее, Авани чувствовала, как конечности сковывает льдом. Даже ресницы покрыл иней. Не успела она оглядеться по сторонам, в надежде, что тхаг оставил ее, как он материализовался рядом. Взял за руку, растер заледеневшие пальцы девушкисвоими ладонями, согревая.Мощный, гибкий, мускулистый, он поневоле притягивал взгляд. Авани хотелось хорошенько рассмотреть своего похитителя, ноонане смела. Впрочем, даже не рассмотрев пристально, она знала, что не сможет справиться с ним. Не сможет противостоять. И все же будет сопротивляться до последнего, пока хватит сил...

Что тхаг собирается делать с ней? Принести в жертву Кали? Сделать своей рабыней? Или своей женой... От последней мысли стало так жарко, словно ее бросили в костер...

 ***

Лицо девушки не выражает эмоций, взгляд устремлен в пространство.  Кажется, ей уже даже не страшно, она устала бояться, решив просто принять свою судьбу.

Он так долго ждал, но теперь, когда Авани рядом, терялся, не знал, что сказать, как вести себя. Как приручить девушку, которую растили в страхе и поклонении другому божеству?

 Тхаг подошел к пленнице, опустился рядом на одно колено.

- Ешь. – Указал на отломленный кусок хлеба.

Она вздрогнула, но протянула ладошку, взяла и с жадностью откусила. Черствый, крошащийся, он показался Авани праздничной сладостью, которую изредка готовили в храме.

- У тебя есть имя, или мне называть тебя Демоном? Или тхагом? – спросила она после трапезы.

Решилась заговорить с ним! И почему его охватила такая радость от одного лишь нежного голоса?

Он слишком редко использовал свое имя, почти забыл его. Но услышать, как Авани произносит его – он действительно этого хотел.

 - Мехабар, - прошептал он хрипло. - Вот уже много лет никто не звал меня по имени.

«Мехабар», - эхом прошептали губы девушки, принося ему невиданное наслаждение.

- Зачем я тебе, Мехабар? – спросила Авани. – Я знаю, что принадлежу тебе. Но не понимаю. Зачем? Для чего такому, как ты, нужна глупая маленькая девочка, как я?

- Скоро узнаешь, - коротко ответил тхаг. Его голос - резкий, прерывистый, хрипловатый.

«Таким голосом можно разрезать человека надвое», - подумала Авани. И снова ощутила озноб.

«Будь я чуточку смелее, бросилась бы в пропасть»

Да, именно так. Пусть все закончится. Сколько можно испытывать этот жгучий страх, неизвестность? Смелей, девочка. Все равно жизни больше нет. Тхаги – наполовину потусторонние существа. Он утянет тебя в мир мертвых. Пока еще есть возможность сбежать, уйти от него. Пропасть с острыми камнями на дне совсем рядом, всего пара шагов, и ему больше не достать тебя, никогда.

Страх разрывал ее существо, но задуманное крепко поселилось в сердце. Теперь Авани пристально следила за своим похитителем. Как только отвернется, она прыгнет в пропасть.

И вот настал момент, тхаг отошел к лошади, взял за переднее копыто, пристально разглядывая. Животное издало жалобное ржание. Пора.

Авани резко вскочила, сбросила с плеч покрывало и устремилась к обрыву. И вот она уже на краю, остался последний шаг. Сильный порыв ветра сбил ее с ног, заставил буквально отлететь назад от пропасти и приземлиться на спину. А позади уже тхаг. Схватил за шкирку и оттащил еще дальше, обратно к их привалу.

- Зачем?! – Проревел он.

От этого безумного голоса у Авани заложило уши. Она не смогла найти смелости, чтобы ответить. Просто сжалась в комочек, зажмурилась. Сейчас он убьет ее...

Но зачем тогда спас?

«Да потому что хочет сделать это своими руками», - шепнул внутренний голос.

Ну и пусть. Ей уже все равно...

 Минута. Две. Десять. Авани сбилась со счета, а смерть все не приходила. Тхаг просто стоял рядом и смотрел на нее. Сколько можно испытывать страх? В конце концов устаешь даже от этого. Авани чувствовала бесконечную усталость, апатию. Вдруг ее оторвали от земли, и она оказалась в объятиях тхага. Там было тепло и невероятно уютно. Рука убийцы нежно гладила ее по голове, теребила волосы. Никогда еще Авани не чувствовала себя так спокойно. Тхаг наклонился ближе.

- Моя Богиня, - прошептал он в волосы девушки, - отдала тебя мне. Подарила. Ты – моя. Мое вознаграждение. Я никогда не обижу тебя. Не причиню боли. Буду всегда защищать. В ответ прошу лишь одного. Будь моей. Верной. Преданной.

Грудь тхага тяжело вздымалась. Он прижал Авани к себе еще крепче. Еще чуть-чуть, и ее кости захрустят. Но боли не было. Только разливающееся по телу тепло, переходящее в жар.

Его губы приблизились к уху девушки.

- Моей.

Грудь Авани вздымалась и опадала все чаще, дыхание стало прерывистым. Она чувствовала обжигающий взгляд мужчины, блуждающий по ее телу, оставляющий невидимые ожоги на коже. Дыхание от этого еще больше участилось, а голова закружилась, перед глазами заплясали черные точки. Губы тхага приблизились к ее губам. Чего он хочет? Она не понимала, была испугана, но вдруг пришло осознание – что бы он ни сделал, она жаждет этого. Познать. Прикоснуться.

Его губы впились в ее, язык проскользнул внутрь. Божественно. Восхитительно. Ничего подобного она не испытывала никогда. Авани пылала, сгорала в огне, не зная ему названия. Но ей было все равно. Руки вцепились в плечи тхага. Ногти впились в его кожу, оставляя следы. Но он, казалось, и не заметил, поглощенный ее ртом, своим проникновением, ласками. Это был разговор. Это было познание. Слияние.

Это был всего лишь поцелуй. Прелюдия.

Но в тот момент Авани казалось, что она вознеслась на небеса.

 Двое влюбленных. Пленник и его пленница. Завоеватель и его рабыня. Они еще долго познавали друг друга прикосновениями и поцелуями. Изучали. Наслаждались. Пока не заснули в объятиях друг друга.

  ***

Она первой открыла глаза, разглядывая своего поработителя. И не могла отвести взор. От мощной спины. Мускулистых рук. Крупных ладоней, виртуозно владеющих оружием. Убивающим с легкостью. Ласкающим опаляющей нежностью.

Любовалась правильными чертами лица, которое можно назвать красивым, если бы не шрам во всю правую щеку. И еще несколько, поменьше. На лбу. На подбородке.

Авани хотелось прикоснуться к каждому шраму. Поцеловать. Унять боль, пусть даже уже не болит.

Хотелось коснуться. Лица, губ, рук.

Так много желаний никогда в ней не было. А сегодня они проснулись, терзали и будоражили. Сегодня она смотрела в сторону пропасти со страхом. Что, если бы она вчера прыгнула туда? Ушла бы в иной мир, так и не познав столько нового. Прикосновений мужчины. Нежности. Страсти. Любви...

О да, всего два дня и две ночи прошло. А она уже любит своего похитителя. Отчаянно и бесконечно.

 Он проснулся. Тоже смотрел на нее. Лаская взглядом.

- Что с нами будет? Куда мы пойдем? – Спросила Авани.

Так странно. Еще вчера она думала лишь о смерти и почти не боялась. А сейчас отчаянно хотела жить, готовая на все, чтобы защитить свое будущее, новую реальность, которая открылась перед ней. И в этом новом мире самым важным и ценным для нее был Мехабар. Ее похититель. Ее тхаг. Ее господин.

- Все будет хорошо. Скоро мы присоединимся к моим братьям. И тогда будем в безопасности. Спи, не думай ни о чем. – Ответил Мехабар.

 ***

Раздался крик совы – любимой птицы Кали. Значит, тхаги близко. Тропа становилась все уже и обрывистее, шла зигзагами, вверх по почти голой скале, а над пропастью горело безжалостно палящее солнце.Среди скал впереди замаячили следы зелени. Когда лучи заходящего солнца исчезли за утесом, они обогнули нагромождение скал и увидели перед собой отряд кшатриев. Во главе, с саблей в руке стоял главный жрец, Садхир. Кшатрии вскинули копья на изготовку. В голове Авани промелькнуло: это конец. Для нее, для Мехабара, для обоих. Она больше не нужна жрецам. Тхаг пойман, богиня Камакши будет сегодня ликовать и праздновать на его костях. Хоть бы их убили прямо сейчас, это была бы легкая смерть. Вместе... Слово, истинное значение которого она узнала лишь вчера, теперь казалось таким сладким. Она узнала, что это такое – принадлежать мужчине. Не в полной мере, нет, но даже их разговор, ночевка у костра, прикосновение рук, поцелуи – уже бесконечно много.

                                                         ***

Не мешкая, враги бросились в атаку. Двое жрецов подбежали к Авани, схватили ее, и оттащили от окруженного кшатриями Мехабара. Кинжал просвистел над плечом девушки, и с глухим шипением вошел в плоть одного из жрецов, цепко держащих ее за руки. Ее возлюбленный не собирается сдаваться без боя. Авани оттолкнула второго жреца, и устремилась обратно, к тхагу.

За скалами начинались густые заросли деревьев, и Мехабар видел в этом шанс. Это может стать им спасением. Но неприятеля слишком много. Тхаг увернулся от копья, летящего прямо в голову, резко толкнул Авани на землю, развернулся и атаковал бегущего на него воина. Едва заметный взмах кинжала, и горло нападавшего окрасилось кровью. Авани как завороженная наблюдала за резкими, но в то же время непередаваемо грациозными движениями. Сражение тхага напоминало изысканный танец, он уклонялся от копий, и тут же нападал, его кинжалы были короткими, но молниеносными, каждое, даже самое мимолетное движение рук, несло смерть.

Но противников слишком много. Сначала схватили Авани, девушка даже не сопротивлялась, оглушенная дикой схваткой, запахами пота и крови, окутавшими поляну. Главный жрец резко дернул ее сзади за волосы, и потянул к своей лошади. Забросил поперек на круп животного. Последнее, что видела Авани, прежде чем потерять сознание – Мехабар, окруженный кшатриями.

***

Огромная площадь перед храмом полна людей. Их возбужденные голоса сливаются в один, подобно гулу пчелиного улья. На полдень назначено долгожданное событие – жертвоприношение во имя Камакши. Дар богине сегодня особенный, великий. К столбу в центре площади привязан крупный мускулистый мужчина, обнаженный по пояс. Враг. Служитель Кали. Темный убийца.

Сегодня он будет сожжен во имя Камакши.

***

И снова пленница. Снова в храме Камакши.

Авани оттащили в самую высокую башню храма, обычно необитаемую. Добраться туда непросто – наверх ведет очень узкая лестница с кривыми каменными ступенями. Единственное окошко в башне, заглянуть в которое удается, лишь встав на цыпочки, открывает обзор на площадь. Сегодня, на площадь подле храмапришло много людей. Жрецы готовят что-то особенное, редкий обряд. Наконец, удается разглядеть - к столбу привязан человек. Мехабар. Брахманы собираются принести его в жертву!

От ужаса тело Авани покрывается ледяным потом. А сердце внутри наоборот, едва не расплавляется от разгорающегося, едкого ужаса. Ей не вынести этого. Не пережить сознания, что стала причиной смерти воина. Пусть и ненамеренной, косвенной. Но все равно, ее вина неоспорима. Она должна что-то сделать. Должна спасти его! Но не может. Ей даже не спуститься вниз, разве что выбраться из окошка, на крошечный покосившийся выступ, возможно когда-то бывший пригодным для человеческого веса. Но сейчас он наполовину осыпался, и внушается серьезные опасения. Но даже если выберется, вниз лишь один путь. Раскинуть руки подобно птице. Откинуться, и полететь вниз. К своему тхагу.

Так она и сделает. Как только разожгут огонь.

Авани стоит на крошечном выступе, пристально вглядываясь в происходящее на площади. Народ гудит в предвкушении. Толпа горяча и неистова, жаждет кровавого зрелища. Но ей плевать на толпу. Она не сводит глаз с Мехабара, беззвучно шепчет молитву, обращаясь ко всем богам, даже тем, которых не знает. Молит о пощаде, обещает любые дары.

Мехабар выглядит сосредоточенным и спокойным. Тхага не способна вывести из себя близость смерти. Служитель Кали всегда готов к ней.

И вот палач с факелом приближается к столбу. Раздается пронзительный крик совы. В одно мгновение площадь окутывает плотный туман, Авани больше не видит Мехабара. Сверху ей удается разглядеть лишь движущийся факел. Она закрыла глаза, еще раз в мыслях переживая все то, что произошло с ней в последние месяцы. Неизвестность, болезненное ожидание, старуха-ведунья, толкующая о пророчестве, мужчина в капюшоне, сидящий на краешке ее постели, похищение, желание умереть, и внезапно острое желание жить, быть рядом и всецело принадлежать своему похитителю. Она познала слово любовь, но так коротко и мимолетно было это познание. Среди океана тьмы и огромного количества запутанных дорог, ведущих к смерти, любовь как маленькая огненная капля в океане, озарила ее жизнь... Авани глубоко вдохнула и приготовилась к прыжку... Вот только громкий шум на площади снова отвлекли ее внимание. Кто-то пронзительно кричал, визгливо, почти как женщина, носясь по площади огненным пятном. Это не мог быть Мехабар, его голос, с глубоким гортанным тембром, она не спутает ни с кем другим. Авани попятилась назад, отчаянно вглядываясь в начинающий рассеиваться туман. На площади царила паника. Еще одна вспыхнувшая огнем фигура заметалась по площади, затем еще одна. Еще один пронзительный крик птицы...

Он смог спастись, теперь Авани в этом не сомневалась. Как можно медленнее и осторожнее она покинула выступ вернувшись в свою темницу. Он жив, и обязательно придет за ней, надо только дождаться. И она будет ждать, сколько бы времени не потребовалось.

                                                 ***

Тхаги подоспели вовремя. Он уже мысленно попрощался с Авани и подготовился к переходу в мир мертвых. Его это не пугало, он бывал в этом мире не раз. Тот, кто служит Кали, не разделяет живое и мертвое, а ценит лишь верность и мужество. Мехабар боялся лишь одного – потерять Авани. Он не может забрать ее с собой в иной мир. К этому она пока не готова.

Но на этот раз ему удалось сохранить жизнь. Верные братья появились на площади в последний момент, под покровом плотного тумана, и освободили его. Толпу мгновенно охватила паника, позволив тхагам легко ускользнуть. Но Авани... Она все еще пленница Камакши. Он так и не смог забрать ее. Лишь на краткий миг. И в этот миг ему показалось, что, возможно, она уже не чувствовала себя его пленницей. А он так и подавно, находится в ее плену.

Мехабар понимал - сейчас к храму не подступиться, брахманы займут плотную оборону, и будут как зеницу ока охранять Авани.

Сейчас он должен уйти. Покинуть эти места. Прятаться на темной стороне, где никто не сможет видеть его. Во мраке ночи он будет взывать к своей любимой. Тосковать по ней. Умирать во имя нее. Рано или поздно, бдительность брахманов притупится. Он будет ждать, будет следить за ними, ночной птицей пролетая над древними стенами Камакши. При свете дня, крадущейся тенью, он будет ожидать свою возлюбленную в прохладном саду, оплетенном лозой и терновником. А потом придет день, и он вновь вступит в схватку, заберет Авани из храма. Увезет далеко, в края, где будет принадлежать только ей одной.

 

 

Сноски

Пашмина1 (т перс – шерсть) – тонкая теплая ткань, получаемая из подшерстка горных коз.

Кшатрии2 – каста воинов

Тхаги3 —  религиозный орден убийц в Индии

Вайшья4 – каста в Индии, торговцы

Брахманы5 – каста жрецов

Сахар причастия6 – мифическое дурманящее вещество, которое якобы принимали тхаги перед убийством

 

 

 

 



Комментарии:
Поделитесь с друзьями ссылкой на эту статью:

Оцените и выскажите своё мнение о данной статье
Для отправки мнения необходимо зарегистрироваться или выполнить вход.  Ваша оценка:  


Всего отзывов: 16 в т.ч. с оценками: 14 Сред.балл: 4.79

Другие мнения о данной статье:


lusehkalusehka [18.07.2017 18:19]:
интересный необычный сюжет. от прочтения осталось приятное послевкусие. (5)

ЛеяЛея [19.07.2017 14:37]:
Жаль, что у истории открытый финал... Надеюсь, у героев всё будет хорошо, и они соединятся - в этой жизни или другой... Написано красиво и ярко. Спасибо. (5)

Элен-каЭлен-ка [23.07.2017 19:50]:
Интересный сюжет, но требующий более полного раскрытия. Мои пожелания автору: не бросайте это произведение на этом уровне, дополните главами, более подробными описаниями отдельных моментов и уверена – получится замечательное индийское фэнтези.

Elen-MertElen-Mert [25.07.2017 18:30]:
Яркая, впечатляющая работа! Однако создалось такое впечатление, что это лишь приквел к масштабной истории. Много осталось вопросов без ответов. А написано так увлекательно, что хочется больше подробностей (о жизни Авани в доме вдов, о подвигах Мехабара...). Но я совсем не хочу придираться, а наоборот. Мне очень понравилось. Желаю Автору дальнейших успехов (5)

RubinaRubina [25.07.2017 22:08]:
Автор, очень хорошо, но вот что дальше...Больше всего мне так хотелось узнать зачем же Мехабару эта маленькая, земная девушка. Получилось мистично, интригующе, но, может быть, из-за открытого финала не хватает завершенности и это смазывает впечатление от всего рассказа. Не обижайтесь, ваша история хороша. Спасибо. (5)

zlyuchkazlyuchka [13.08.2017 19:54]:
Удачно обыгранная идея синтеза стокгольмского синдрома и индийской традиционной культуры. Особо понравилась незаконченность рассказа, дающая читателю возможность самому пофантазировать о дальнейшем развитии сюжета. Спасибо. (5)

  Еще комментарии:   « 1 2

Список статей в рубрике:
01.06.17 20:00  Дочь Тринабинду   Комментариев: 19
28.05.17 18:46  Амулет   Комментариев: 20
09.06.17 12:57  Будьте осторожны в своих желаниях   Комментариев: 22
05.06.17 19:14  Лунная танцовщица   Комментариев: 20
01.06.17 20:33  Предсказание   Комментариев: 16
01.06.17 20:27  Чайное волшебство   Комментариев: 21
01.06.17 20:23  Танцор диско   Комментариев: 16
01.06.17 20:12  Обрученная с тьмой   Комментариев: 16
01.06.17 20:10  Мой дорогой дневник   Комментариев: 21
01.06.17 20:06  Круговорот жизней   Комментариев: 14
Добавить статью | Болливудомания | Форум | Клуб | Журналы | Дамский Клуб LADY
Рейтинг@Mail.ru
Если Вы обнаружили на этой странице нарушение авторских прав, ошибку или хотите дополнить информацию, отправьте нам сообщение.
Если перед нажатием на ссылку выделить на странице мышкой какой-либо текст, он автоматически подставится в сообщение