Лунная танцовщица

Обновлено: 05.06.17 19:14 Убрать стили оформления

 

 

 

 - Эй, осторожнее, слепая ты что ли! 

Возмущенный окрик рикши напугал Ришиму, заставив вздрогнуть и отскочить с края дороги в кусты. Опять задумалась и едва не угодила под колеса лихача. Да еще и кусты оказались зарослями колючек. Девушка в кровь ободрала руки и порвала новое сари. Но более всего было обидно за белье, которое она три часа стирала у реки. Чистая одежда вывалилась из корзины в дорожную пыль, и девушка с отчаянием и слезами смотрела на вещи, в один миг вновь ставшие грязными. «Достанется вечером от мачехи», - с ужасом подумала Ришима. Сари вычистить и зашить она не успеет, но белье нужно снова прополоскать, иначе ей просто не выжить.

Мачеха у нее была с недавних пор. В восемь лет Ришима потеряла мать и потом мирно и дружно жила вдвоем с отцом, только иногда ездила в большой город пожить у тети Махи, его сестры - отцу нужно было заниматься торговлей, и на дочку не всегда хватало времени. Добрый и мягкий, он ни разу не поднял руки на единственную дочь. Он любил ее больше жизни, холил, баловал. Но любая счастливая сказка рано или поздно заканчивается. Когда Ришиме исполнилось двенадцать, в дом пришла беда. Впрочем, это для нее беда. А отец был счастлив. Он встретил хорошую (как он говорил), добрую (это он так считал) женщину, которая ответила взаимностью, подарив радость вновь стать мужем. Надежды Ришимы на то, что все останется по-прежнему, испарились, как капли дождя на сухой земле.

Мачеха с первого взгляда невзлюбила ее. Как ни старалась Ришима понравиться, угодить, ничего не получалось. Ее ругали, обзывали безрукой, неумехой. Как бы рано она ни вставала, пусть даже до захода солнца, все равно не успевала переделать работу, что поручала ей мачеха. А если отец отлучался на несколько дней, а то и недель, уезжая торговать на ярмарку в один из близлежащих городков, то Ришиме доставалось еще больше работы, еще больше упреков, а то и тумаков. Мачеха с каждым днем ненавидела падчерицу все сильнее. Это чувство как будто жгло ее изнутри, яростное, болезненное, лютое. Девушка все чаще задумывалась о побеге из дома.

Только вот как оставить отца? Как объяснить ему? Да и послушает ли ее этот незнакомец? Отца как будто подменили. Он был околдован этой женщиной, не видел в ней никаких недостатков и был слеп к страданиям дочери. Рядом с ним жестокая Тришна была совсем другой – мягкой, покладистой. Отец буквально млел от ее голоса, от движений полных бедер, от рук, изрисованных хной, на каждой по десятку золотых браслетов. Он вроде и не замечал, что жена целыми днями валяется на диване, попивая чай масала, изредка затягиваясь кальяном. А все домашние дела – на маленькой дочери. Ришиме пришлось забросить учебу, впрочем, в деревне школа была совсем слабая, хороших учителей почти не было. Детей туда водили скорее, чтобы не бегали беспризорными.

Деревенька, в которой жила семья, была совсем маленькой. Широкая центральная улица, да несколько кривых переулков. Вот в одном из самых узких и жила Ришима. Дома тут тесно прижимались друг к другу для защиты и тепла.

Неподалеку от деревни находились два больших поместья, но туда местным соваться запрещено. Это были дома очень богатых людей, неизвестно по какой прихоти обосновавшихся в подобной глуши. «Толстосумам разве не интереснее иметь виллы на Гоа, шикарные дома в Дели, или Мумбаи?» - размышляла Ришима.

Но разве ее это дело, где жить тем, кому боги улыбаются? Лучше о себе подумать. Ришиме недавно стукнуло семнадцать, образования нет, мачеха вот-вот со свету сживет, все неймется ей. Но в последние дни Тришна изменилась, почти не ворчала на падчерицу, а в воскресенье еще и сари новое подарила. Все эти годы Ришима донашивала за мачехой самые старые и выцветшие обноски. Но не роптала, не жаловалась, боясь расстроить отца. Этот подарок не принес девушке никакой радости, наоборот, она испугалась. В деревне девочек отдавали замуж уже с тринадцати лет, хотя подобное все же редко случалось. Мужчин в деревне было не так уж много, девицы боялись остаться невостребованными. Они не раздумывая отвечали согласием на любое предложение о браке, даже немолодым женихам. Даже второй и третьей женой шли с радостью. Не все, конечно. Были и такие, которые мечтали выбраться, уехать в крупный город, найти работу, хоть что-то изменить в своей жизни. Ришима была как раз из таких. Он не хотела думать о замужестве, не видела ничего хорошего в том, чтобы безраздельно принадлежать кому-то, подчиняться приказам бездумно, как служанка. Домашней работой она была сыта по горло. Ришима хотела сама выбирать свою судьбу.

У нее была давняя, почти забытая мечта.

Обычно она просила у Шивы незначительные вещи. Чтобы мачеха палку на нее не поднимала. Чтобы отец был здоров и почаще бывал дома. Но сокровенную мечту до этого дня не могла доверить даже божеству. С пяти лет Ришима хотела танцевать в балетной труппе. Однажды она с родителями ездила в Дели, к тете Махи. Тогда та еще не была вдовой, но муж сильно болел и не вставал с постели. Родители Ришимы хотели поддержать родственницу.

Тетушка отвела девочку в балетный театр. Ничего прекраснее Ришима не видела. Как завороженная смотрела на сцену, представляя, что одно из этих неземных созданий – она. С тех пор надежда поселилась глубоко в ее сердце. Но что толку просить с неба звезду? Где она, и где балет. Маленькая деревушка, убогость, бедность - вот ее реальный мир. Но чудеса порой случаются, и для Ришимы на короткое время вспыхнула звезда удачи. После возвращения домой она только и думать могла, что о балете, все уши прожужжала родителям. Соседи слышали и только сочувственно улыбались, как будто Ришима говорила о полете на Луну. Девочка всегда была словно не от мира сего, тихая и скромная, неяркая, как луч луны - неспроста она получила свое имя.

Соседка Дивья неожиданно пришла на помощь. Она в молодости выступала на лучших сценах Индии, но после травмы переменила жизнь, вышла замуж и осела в захолустье. Дивья была полной и мало кто верил в ее рассказы о прежней жизни за границей, о тонком стане и немыслимых пируэтах, об аншлагах и вызовах на бис, о поклонниках и цветах.

Она уже стала помалкивать о прошлом, чтобы никто над ней не насмехался, но Ришима с ее сияющими глазами и желанием стать балериной всколыхнула в стареющей женщине прежние чувства. Ришима поверила словам, которые другие принимали за фантазии. Дом соседки стал для девочки волшебной сокровищницей, где на каждом шагу поджидало чудо – шкатулки с драгоценностями, сундуки с балетными нарядами, альбомы с фотографиями, а в самой глубине дома – комната с одним-единственным зеркалом, но зато большим и красивым. Позолоченная толстая рама, вся в таинственных узорах. Стекло, как вход в потусторонний мир. Зеркало казалось волшебным и Ришима какое-то время даже боялась его.

По доброте душевной Дивья учила девочку-тростиночку азам балетного танца. Так она развивала талант Ришимы, видный невооруженным взглядом, а себе на старости лет нашла отраду.

Сейчас на память об уроках осталась только маленькая хрустальная балерина, которую Ришима хранила как зеницу ока, не показывая никому. Иногда она доставала фигурку из тайной коробки и смотрела на нее сквозь слезы, вспоминая, как ходили вместе к тете Дивье: тепло материнской руки, аромат ее волос, таких мягких и пушистых, ее объятия и радостный смех, когда Ришиме удавалось повторить движения удивительно грациозной, несмотря на полноту, учительницы. Далекие воспоминания, покрытый паутиной времени... Как будто и не Ришима танцевала, а волшебная принцесса из сказки. А вдруг и в самом деле она себе все придумала? Вдруг ничего не было, а она всю жизнь прислуживала сварливой мачехе и вечно вызывала ее недовольство? И никто никогда не любил ее... Матери нет, тетя Дивья давно умерла, отец безжалостно предал...

Ришима поняла, что случайно выбрала к реке не ту дорогу, дальний путь, занятая мыслями о своей беспросветной судьбе. Она и не заметила, как оказалась на запретной территории – перед ней как из-под земли вырос величественный замок из сказки. Никогда она не видела подобной красоты. Здание выглядело роскошным, но заброшенным. Два этажа, по бокам башенки. Густые заросли потихоньку захватывали в плен рукотворное строение. Широкие ступени парадной лестницы так и манили взбежать по ним, распахнуть входную дверь. Ни души, полная тишина - аж дух захватило. Как она оказалась здесь?

Это здание - один из тех особняков, о которых любили сплетничать жители деревни, рассказывая страшилки да небылицы. Дом Призраков. Ришима всегда старалась обходить стороной эти места. Да и зачем выбирать путь к воде, который вдвое длиннее?

Иногда она бегала другой тропой (неподалеку отсюда находились развалины старого храма), чтобы положить подношения единственно уцелевшей статуе Шивы – любимому месту поклонения всей деревни. Иногда она загадывала желания, но Шива никогда не выполнял их -  ведь ее подношения были скудны. Чаще всего - цветы, сорванные на чужом огороде, или красивые камни со дна речки, где она стирала белье. Трудно ожидать, что Шива благосклонно отнесется к таким дарам, пусть и от чистого сердца...

Кинув тоскливый взгляд на Дом Призраков, Ришима понеслась к реке...

 

***

Она была похожа на сон, на волшебное виденье. Никогда и нигде Кунал не встречал такой красоты, столь идеальных черт. Девушка спала, а он как одержимый разглядывал ее. Потом взял в руки кисть и широкими мазками начал рисовать, не думая о том, что скажет, если девушка проснется. Но она продолжала спать, будто и неживая вовсе. Кунал даже несколько раз наклонялся, прислушиваясь к спокойному дыханию. Жива. Но, видно, сильно измотана. Неподалеку от девушки стояла огромная корзина, наполненная выстиранным бельем. Немудрено, что устала.

Только полностью сделав набросок, вымотанный, вспотевший, Кунал устало опустился на землю. Девушка все еще сладко спала, хоть и не назовешь мягкой постелью стог сена. Солнце почти зашло. Что делать? Разбудить ее? Или уйти, будто вору, укравшему изысканную драгоценность. Кто она? Живет здесь? Из какой семьи? Платье вроде бедное, но Кунал мало что понимал в женской национальной одежде.

В эту деревеньку он приехал всего лишь второй раз в жизни – здесь находилось родовое поместье матери. Отец после ее смерти не любил бывать в особняке, слишком тяжелы воспоминания, невосполнима потеря. А вот Кунала всегда тянуло сюда. Только здесь он мог почувствовать присутствие матери. Недавно отец решил выставить дом на торги - все равно никто не живет, и здание лишь медленно ветшает, теряя былые краски. Жаль... Кунал приехал на переговоры о продаже всего на несколько дней. Бродил по окрестностям, вдыхал сладковатый, наполненный ароматом пряностей воздух, но не ожидал, что встретит здесь свою судьбу. Девушка пошевелилась, и он сбежал как трусливый воришка. Спрятался за стеной сарая, наблюдая за ее пробуждением, как сладко потягивается, оглядывается по сторонам, ежится от вечернего холода, кутаясь в сари.

 

***

            Предчувствия не обманули Ришиму – мачеха приготовила сегодня лучшие блюда, которые крайне редко появлялись на их столе, только по большим праздникам. Отец выглядел расстроенным, явно нервничал, но не смел перечить жене. Садясь за стол, Ришима дрожала от неприятного предчувствия. Хотелось отказаться от ужина, сбежать, спрятаться в своей маленькой, больше похожей на клетку комнатке. Но тут мачеха без предисловий выложила перед ней свой план. Ее муж уже определен. Ришиму сосватал сосед-торговец.

- Тебе очень повезло, что без приданого тебя берет вайшья1! Большая удача. – Голос мачехи больше походил на шипение змеи.

- Пожалуйста, отец, не отдавай меня, - взмолилась Ришима. – Он же такой старый! Разве я не нужна вам? Кто вместо меня будет делать всю работу по дому?

- Об этом не думай, - отрезала мачеха. - Мадхукар за тебя такой куш нам дает, ни в чем нуждаться не будем. Да еще и в партнеры твоего отца берет. Может, теперь наша нищая лавка приправ сможет хоть какой-то доход приносить.

- Я не хочу! – воскликнула Ришима.

- А тебя кто-то спрашивает? Тебе семнадцать, так и останешься на шее у отца. Мадхукар богат, таких мужчин в нашей деревне по пальцам пересчитать! Или за нищего шудру2 хочешь? Я тебе сейчас покажу, как спорить с родителями! – Тришна схватилась за веник.

- Перестань, Тришна, - вмешался наконец отец. Это, наверное, был первый раз за несколько лет, когда он решил защитить дочь. Надежда вспыхнула в груди, отчаянная, обжигающая...

- Ришима умница, до завтра хорошо все обдумает и не заставит нас краснеть, – продолжил отец, и сердце бедняжки разбилось вдребезги.

Не заступился. Даже не задумался, каково дочери будет жить с толстым старым торговцем, у которого уже умерли две жены. В этот момент Ришима поняла, что больше ее ничто не держит ни в этой деревне, ни в этой семье. Лучше она умрет, но не выйдет за старика. Лучше погибнет, но сначала попытается изменить свою судьбу.

В этот день Ришима твердо решила сбежать. Слезы ручьями текли из глаз, а будущее казалось совершенно беспросветным темным пятном.

 

***

Кунал задержался в деревне еще на неделю, поглощенный поисками своей незнакомки. Дом продан, завтра придется передать ключи новому владельцу. Даже ночевать будет негде – ведь в этой бедности нет места даже захудалой гостинице. Значит, завтра его последний день здесь. А он все еще не смог найти ее. Хоть одним глазком еще раз увидеть... В глубокой задумчивости Кунал зашел в пекарню. Убогое место, но запахи до него доносились восхитительные. Женщина в наброшенном на плечи платке хлопотала возле печи.

- Намасте, - поздоровался Кунал. – Я бы хотел попробовать вашу выпечку... - И потерял дар речи, потому что обернувшаяся женщина оказалась его незнакомкой.

Его наваждением.

Он сразу ее узнал. Изысканные черты лица, щеки–гранаты пылали от жара печи. Это лицо не знало косметики, но на нем были сосредоточены все возможные оттенки самой изысканной палитры. Черные как ночь брови. Отливающие темной синевой грозового неба ресницы. Алые, будто только распустившийся пион, губы.

Он не сразу понял, что девушка говорит что-то в ответ. Как дурак уставился, в ушах стоит шум. «Отлично, не хватает только упасть в обморок от избытка чувств», - усмехнулся про себя Кунал. И откуда в нем подобная одержимость? Раньше он не замечал за собой такого.

- Простите. Я не слышал, что вы ответили.

- Десять рупий. Этот хлеб стоит десять рупий. Надеюсь, вам понравится.

И снова отвернулась к печи. Протянула руку к свежеиспеченной булке, отломила кусочек. Как-будто и забыла, что не одна.

- Могу я попробовать один кусочек? Из ваших рук?

Девушка резко обернулась.

- Нет, извините. Сейчас придет хозяин, у него спросите. А мне пора.

Отряхнула руки от муки и ловко выскользнула из лавки, оставив Кунала стоять, бессильно опустив руки, в глубоком разочаровании.

Но теперь он знал, где найти ее. Мог часами наблюдать за ней, ведь он вернул залог, и дом матери остался в его собственности. Отец, узнав о подобном самовольстве, рассердился, долго кричал в телефонную трубку. Кунал остался в деревне еще на неделю. Бродил по узким улочкам в надежде встреть свою незнакомку, узнать ее имя.

 

***

Ришима готовилась к побегу. На завтрашнее число мачеха назначила ашир-вад.3 Придет старик, которому она обещана. Девушка твердо решила, что ни за что не допустит этого, лучше утопится в реке. Но прежде чем сводить счеты с жизнью, попытается ее изменить. Она попросила у Шивы исполнения своей мечты. Омывая слезами ноги Шивы, положила перед божеством самый сокровенный свой талисман - хрустальную статуэтку танцовщицы, подаренную ей когда-то тетей Дивьей. 

Нои самой нужно сделать шаги навстречу мечте. За последние годы, благодаря работе в пекарне соседей и подработкам, удалось скопить несколько сотен рупий. Этого должно хватить на дорогу до Дели и на первое время, пока не найдет работу. А потом обязательно отыщет заведение, где учат балету. Ни за что не отступится от своей мечты!

Вот только за последние недели произошло кое-что еще, что делало побег особенно болезненным. Ришима не знала, откуда появился этот мужчина, но он взволновал ее с первой секунды, как увидела его. Сначала он зашел в пекарню, а потом несколько раз встречала его на улице. Он смущал ее и волновал. Так хотелось посмотреть на него, но Ришима не смела, это было неприлично. Хотелось спросить, что нужно ему, почему так пронзительно смотрит? Кто он такой? Не похож на жителя их деревни – Ришима знала всех в лицо.

Значит, чужак. Приезжий, похож на городского. Так зачем таскается за ней? Иногда кажется, за каждым углом стоит. Волнует, заставляет сердце биться чаще. А вчера снова пришел в пекарню, купил хлеба, много, как будто на большую семью, и воды попросил. У него красивый голос, глубокий и мягкий, словно ласкает тебя, окутывая шелковым покрывалом. Отошла в соседнюю комнату воды налить, вернулась – нет его. А на прилавке кольцо лежит. Выскочила на улицу - чужака и след простыл. Присела за прилавок, разглядывая кольцо, и заметила на столе клочок бумаги. Он оставил ей письмо! Сердце забилось как сумасшедшее. Значит, не показалось, значит, и правда не зря думала, замечала, что ходит за ней этот мужчина, как привязанный.

Я уезжаю, но вернусь за тобой. Это кольцо – мой тебе дар, оно принадлежало моей матери. Береги его и жди. Я люблю тебя.

Кунал Рошан

 Щеки горели, сердце стучало. Почему ты не поговорил со мной? Что же теперь делать? Жди... легко сказать, когда вечером тебя ожидает ашир-вад. Сегодня она сбежит. И билет на автобус уже куплен.

Ришима отчаянно сожалела, что не поговорила с незнакомцем. Каждый раз, каждую случайную встречу он ловил ее взгляд, а она стыдливо отворачивалась – так сильно смущалась и даже немного боялась его. Высокий, дорого одетый, красивые черты лица, широкие плечи, крупные ладони, длинные пальцы, сжимающие хлеб, отсчитывающие рупии... Теперь сердце кровоточило, хотелось вернуть все назад, сказать хоть слово незнакомцу, узнать его... Что же делать? Она не может медлить. Семья и старый жених не станут ждать. Значит, все-таки побег. Выбор опустился на хрупкие плечи тяжелым ярмом. Уедет – никогда больше не увидит незнакомца, не узнает, что за волшебство промелькнуло между ними. Или это лишь игра девичьего воображения? Но если не было ничего, почему так ноет сердце?

 

***

Ришима сбежала. Ее путь был нелегким. Кутаясь в черное сари, она наняла лодку. По реке добралась до ближайшего крупного поселка. Дальше - автобус, добралась до городка с небольшой железнодорожной станцией. Поезда пришлось ждать три дня, дрожа от страха, Ришима ночевала на вокзале. А потом долгая утомительная поездка до Дели.

 

***

В большом городе Ришима вначале потерялась, до ужаса испугалась шума, огромного количества людей и машин. Она не знала, с чего начать, как искать работу и осуществить свою мечту стать балериной. С огромным трудом удалось, наконец, отыскать тетушку. Та сначала не узнала ее, на порог не хотела пускать, поверить не могла, что брат вот так запросто отправил племянницу одну в такую даль. Пришлось упасть на колени, вцепившись в подол тетиного сари, как на духу выпалить всю правду. Она - беглянка, сбежала с помолвки, опозорив жениха и свою семью. Тетка только головой качала да охала. А потом все же приняла племянницу.

Помогла Ришиме найти работу - как раз в ее лавке требовалась помощница, - а потом устроиться в балетную труппу. Отцу даже весточки не послали. Тетя Махи обозлилась на брата до такой степени, что решила порвать с ним все отношения. Они и без того были прохладные, ведь родную сестру-вдову даже на свадьбу не пригласили! Тетя Махи была уверена, что во всем виновата Тришна. Почти сгубила девочку. Где это видано, чтобы ребенок работал не покладая рук, не учился, света божьего не видел, пока Тришна бездельничает и купается в роскоши. Ришима стала для тети подарком небес, своих детей у нее не было, а одиночество – нелегкое бремя.

И вроде все хорошо, и Шиве теперь девушка несла самые красивые и изысканные подношения, не скупясь, ведь богиня исполнила ее самую сокровенную мечту... Вот только в сердце засела заноза и колола всякий раз, когда руки дотрагивались до цепочки на шее, на которой висело кольцо незнакомца.

 

***

Вернувшись в деревню, Кунал не нашел девушки. Народ на улице шумел, о чем-то кричали и спорили. Прислушавшись, поговорив с несколькими знакомыми, он узнал, что зажиточный торговец ругается с другим, более бедным индусом. Предмет спора – сбежавшая невеста. Постепенно, узнавая от очевидцев всю суть истории, Кунал понял, что сбежавшая красавица – его мечта. Он узнал ее имя – Ришима. Луч луны. Имя очень подходило ее красивому лицу, нежному, как лепесток лотоса.

Сбежала. И где теперь искать ее? Кунал поговорил с убитым горем отцом и изливающей яд мачехой. Ничего. Ни малейшей зацепки. Что же теперь делать? Куда могла податься молодая девушка, движимая отчаянием, в мире, полном жестокости и зависти? Даже думать об этом не хотелось. Что бы там ни было, он не перестанет искать.

Вполне возможно, девушка отправилась в крупный город - там и спрятаться легче, и работу найти. Кунал нанял частного детектива, да и сам каждую свободную минуту посвящал поискам. От отца Ришимы он узнал, что в Дели живет родная тетка девушки. Но не успел – женщина недавно переехала, адреса не оставила. Он искал ее повсюду, нося в кармане старенький снимок тринадцатилетней Ришимы. Своего поступка он стыдился – снимок попросту украл, тихонечко сунув в карман, когда находился в доме девушки. Не решился попросить, ведь это было единственное фото дочери – так ему сказал ее отец...

 

***

Вот уже три года Ришима танцевала в балетной труппе. Удивительно, но у нее получилось! Конечно, это был не настоящий балет, которому учатся с малых лет. Скорее, импровизация на тему. Но даже эта победа для Ришимы была бесконечно огромной, драгоценной. Она умирала от счастья, вспоминая, откуда приехала и чего добилась. Тетушка поддерживала ее во всем. Плакала вместе с ней, когда не получались движения, когда болели ноги так, что и дотронуться нельзя. Радовалась успехам и помогала преодолеть неудачи.

Иногда Ришима вспоминала своего незнакомца. Очень часто засыпала, сжимая кольцо в руке так крепко, что рука затекала, сотни раз перечитывала записку. Свою тайну Ришима скрывала ото всех, стыдилась ее. Целых три года мечтать о случайно встреченном мужчине – это так глупо. Сколько их, таких красавцев, в Дели? Много тысяч. Она может обратить внимание на любого из них, открыть свое сердце, попытать счастья и создать семью, но глупое сердце не слушалось и билось сильнее при каждой мысли о Кунале. Она заставляла себя не думать о нем, но ничего не выходило.

Жизнь шла своим чередом. Ришима училась лавировать между восхищением учителя и завистью других танцовщиц. По природе простодушная, и подумать не могла, что ее невзлюбят. Другим девушкам, не менее талантливым, Ришима не сделала ничего плохого. Просто следовала за своей мечтой, отдаваясь без остатка, жертвуя сном, здоровьем, веря в успех. Так за что же ей эти косые взгляды, шепотки, козни? Ришиму больно ранили отчуждение, соперничество, отсутствие близких друзей. Неужели жизнь так жестока, что только плохие люди встречаются на пути и жаждут ее поражения? Либо, как мачеха, желают нажиться на единственных ее достоинствах – красоте и невинности. Либо, как завистницы, мечтают об ее провале.

Грешно так думать, ведь тетя во всем поддерживала, а учитель Викрам никогда не смеялся над первыми потугами малоопытной деревенской девчонки, помогал развивать талант. Но как же сложно не озлобиться, встречая каждый день жестокость. Так легко отдалиться ото всех, уплыть в своих мечтаниях далеко-далеко, где нежные руки Кунала обнимают так сильно, что не вздохнешь, прижимают к горячему телу, дарят наслаждение и тревожат. Ришима верила, что Кунал ни за что бы не дал ее в обиду. Но это мечты, наивные грезы. Реальность куда более обыденна и немилосердна.

***

 Ришима с горечью осознавала, что пора принимать кардинальное решение. Удовольствие от танцев становилось сомнительным, плохие стороны перевешивали хорошие, черной тенью ложились на душу, отнимали всю радость. Ришима знала, что будет делать все правильно. Более того, ее танец всегда исполняется от души, она летает по залу, как будто невидимые потоки подгоняют ее, поднимают высоко в небеса, ласкают кожу и волосы, и танцовщица становится свободной, как вольный ветер. Она знала, что забудет обо всем на время танца. Но стоит ему окончиться, как со всех сторон летят в нее ядовитые стрелы ненависти, больно жаля, почти убивая.

Сколько еще Ришима выдержит? Хватит ли терпения молча сносить придирки и подколки? И не станет ли она сама в итоге бездушной куклой, живущей только во время танца? Нужно двигаться дальше, и именно сегодня такой день настал...

Ничего не предвещало беды. Она спешила на урок, окрыленная идей сымпровизировать с одним элементом. Готовилось отчетное выступление труппы, Ришима должна исполнять ведущую партию. Она не напрашивалась и не подхалимничала, просто была лучшей, поэтому учитель предпочел ее другим. Если бы только завистницы смирились с его выбором. Но об этом даже думать нечего.

Ночью Ришима увидела сон. О нем она никому не могла рассказать - слишком он был порочным, запретным. Даже самой себе боялась признаваться, что во сне наслаждалась.

В сумраке ночи Ришима как наяву видела Кунала в обтягивающем трико балетного танцора, неодолимо притягивающем ее взор к свойственным мужчине выпуклостям. Ришима сгорала от стыда, но недолго. С того момента, как сильные руки Кунала подхватили ее в поддержке и стали кружить на месте, она отдалась целиком на волю партнера, доверилась этим рукам, хотя никогда прежде не могла расслабиться в парном танце. Ее ладони легли на широкие плечи, гладкая кожа Кунала словно обожгла, кровь стремительно понеслась по венам, наполняя тело лихорадочным возбуждением. Ришима вспыхнула, как факел, сгорая в объятиях Кунала, который кружил ее с такой скоростью, что она вскоре почувствовала себя вихрем, несущимся не зная преград. А потом произошел неизбежный взрыв, после которого все вокруг стало бело-красным. Ришима едва дышала, распластавшись на влажной постели, перед глазами прыгали яркие пятна. Новые, неизведанные чувства ворвались внутрь и не хотели покидать дрожащее в истоме тело.

Она любила страстно, отдавая всю себя, только так она умела, никогда наполовину, всегда до полного опустошения. Но если любовь к танцу взаимна, то с Куналом все безнадежно. Ришима плакала, осознавая тщетность мечтаний. Так она, наверное, и проживет, представляя себе, как у них все могло бы сложиться...

Она сама оборвала их связь, не дождавшись и уехав. Так кого винить? Она получила все, о чем можно было мечтать. Жизнь в обеспеченном доме с любящей тетей, возможность танцевать, а скоро получит и образование, став хореографом. Она будет дарить другим счастье порхающего полета. Что еще нужно? Нельзя гневить богов и просить большего. Не сбеги из дома, она бы уже воспитывала нескольких детей от мерзкого старика. Так велика ли цена за счастливую жизнь? Что у нее было? Всего лишь мизерный шанс, что Кунал действительно приехал бы. И что потом? Он забрал бы к себе незнакомую девушку? Женился бы? Слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Ришима сотни раз убеждала себя, что все сделала правильно и она на своем месте. Разумом все понимала, но чувства не сдавались. Свою нерастраченную страсть она воплощала в танце, и сегодня, после горячего сновидения, готова была оттачивать танцевальные па до изнеможения, позволяя себе слабость грезить о призрачном Кунале.

И будь она собранной, а не строящей воздушные замки, заметила бы непривычную тесноту пуант, но Ришима торопилась отдаться магии танца. Буквально впорхнув зал, она наткнулась на стену сверлящих ее взглядов. Показалось, что ей уготовано испытание, что от танца зависит вся ее жизнь. Во взглядах завистниц сквозило помимо привычных злости и высокомерия нечто новое – едва сдерживаемое нетерпение, напряжение, злорадство.

Ришима вздрогнула и поникла, как тонкий стебель цветка под дождем. Как мало было добра в этом зале. И хоть сквозь большие окна лился благодатный солнечный свет, Ришима понимала, что он не может рассеять беспросветную тьму сердец презирающих ее танцовщиц. И только добрые и сочувствующие глаза учителя придали Ришиме сил. Он кивнул ей, и полилась музыка, даря облегчение – на время можно будет позабыть о невзгодах. Сегодня она танцует не одна, с ней рядом Кунал, словно раджпут4, защищающий принцессу от врагов.

Ришима почувствовала неладное спустя несколько минут. Что-то острое вонзилось в ступню, потом в другую, боль прошила обе ноги до самых бедер, внутри пуант стало мокро и горячо. Голова закружилась больше от страха и неожиданности, чем от боли. Лицо Ришимы скривилось, а напротив стояли и переглядывались танцовщицы, радуясь и поздравляя друг друга с долгожданной победой над выскочкой. Они думали, что Ришима сдастся тут же и убежит из зала, жалкая и повергнутая. Но она решила пересилить себя и сделать вид, что ничего не произошло, никто не покалечил ее ноги, засунув под подкладку пуант битое стекло, никто не захотел избавиться от соперницы таким кошмарным образом. Жгучая обида, слезы рвались наружу, но Ришима спрятала их глубоко внутри, запечатав равнодушием. Сегодня она перестала верить в людскую доброту и надеяться, что сможет чистотой помыслов обеспечить себе защиту от окружающего зла.

Час истины пробил. Ришима поняла это, гордо выходя из зала на израненных ногах, чтобы никогда не вернуться обратно.

***

Потом были слезы и долгие недели лечения. Опустошенность и спасительные разговоры с тетей. Ришима строила планы, далекие от балета. Ей жизненно была необходима новая цель, но сначала бы оправиться от боли и разочарования. Любое упоминание о балете причиняло нестерпимую боль, в груди поселилась пустота, разрастаясь до небывалых размеров. Если ее не заполнить, то Ришима утонет в своей печали, угаснет под гнетом переживаний.

Тетя Махи забила тревогу. Когда племянница пришла домой в окровавленных пуантах, она взмолилась Кришне, чтобы тот наказал несчастных, сделавших такое с бедной девочкой. Она и слышать больше не хотела, чтобы Ришима ходила в балетную труппу. По всему городу были развешаны плакаты с объявлением об отчетном концерте. На переднем плане – Ришима в белой балетной пачке, а позади, словно в тени, остальные балерины. Гадины. Змеи подколодные. Не вынесли того, как вознеслась простая девушка из маленькой деревеньки, и решили ее извести. И у них это получилось.

Долгое время Ришима лежала в своей комнате за запертыми дверями, в тишине и полумраке, отвернувшись к стене. Не физическая боль, а душевная изводила ее. Тетя не знала, как быть. Пойти к учителю и заставить его пристыдить наглых девиц, может, даже обратиться в полицию, в итоге вынудить всех принять Ришиму в качестве примы насильно? Либо оставить девочку в покое и дать ей прийти в себя? В конце концов, мало ли балетных трупп в большом городе? Пусть балет в Индии еще в зачаточном состоянии, но все больше девушек отдают ему предпочтение, и он становится популярным.

Умудренная годами женщина поразмыслила и не стала пока самовольничать, давая племяннице время оправиться. Утрясла все вопросы по поводу отсутствия Ришимы на занятиях - учеба подождет. Каждый вечер она зажигала масляную лампу возле постели Ришимы – не хотела, чтобы той коснулась темнота. Под подушку дорогой племяннице тетя Махи положила листик священного дерева тулси, как делали в давние времена, чтобы защитить новорожденное дитя от злых духов, а по всей комнате развесила защитные амулеты. Тетя каждую ночь читала молитвы, и Ришима засыпала под монотонное бормотание. Она и не замечала, как тетя Махи обследует ее комнату. И не знала, что та нашла кольцо Кунала и забрала его, надеясь очистить дом от постороннего злого влияния.

***

 Минуло несколько долгих, томительных недель. Ришима не могла сказать точно, сколько именно. Она потеряла счет времени. Как раз наступил сезон дождей, и без конца барабанящие по крыше капли напоминали о том, что небо плачет вместе с Ришимой, изливает потоки слез, с каждым днем светлея, становясь из свинцового сизым, а потом отливая серебром. Но печаль Ришимы не шла на убыль.

Она просыпалась ночью от кошмаров или от болезненных ощущений в ногах или же могла уснуть днем, утомленная собственными переживаниями. Если бы Ришима спросила себя, из-за чего она больше всего страдает, то призналась бы, что ее так сильно ранит равнодушие учителя Викрама и бывших напарниц - в ее понимании необходимо извиниться за содеянное, но никто не то что бы пришел, даже не позвонил.

Девушка не понимала, как можно жить с таким грузом на сердце. Долгими вечерами они вели тихие беседы с тетей Махи. Мудрость пережившей многое женщины умиротворяла и приводила в порядок кутерьму мыслей. Тетя объясняла, что нельзя переделывать людей по своему подобию, ожидать от них, что они будут поступать только так, как ты считаешь нужным.

- Все люди разные, и что неприемлемо для одного, для другого - в порядке вещей, - спокойно рассуждала женщина, смазывая заживающие ступни племянницы целебной мазью.

- Но как же тогда справиться с гневом? Так сильно хочется, чтобы они получили по заслугам! – не могла сдерживать негодование Ришима.

- Все ходят под богом, и совершившие зло получат свое наказание, а добродетельным воздастся. Не нужно таить в себе зла, - закончила беседу тетя, собрала баночки и использованные бинты, оставив Ришиму размышлять над сказанным.

Она никогда не задумывалась о том, как тетя переносит невзгоды, как не обращает внимание на досужие сплетни о племяннице, которую воспитывает одна. С тети надо брать пример. Но как это сложно... Все теоретические рассуждения становятся далекими, как только дело касается тебя. Она еще не раз столкнется с жестокостью, такова жизнь. Так оставаться наивной и беззлобной, веря в доброту людей, или же приспосабливаться к миру и его жестокости, становиться такой же? Но сможет ли она?

Ришима не знала, и этот бесконечно повторяющиеся круговорот размышлений постепенно превращал ее в плаксивое существо. Она становилась тенью самой себя, похудела, лицо осунулось, под глазами появились темные круги, а рот изогнулся в тонкую линию. А еще ей было очень стыдно, что никак не может взять себя в руки и справиться с горем. Прежняя Ришима никогда бы не позволила себе валяться целыми днями в постели, не помогать тете по хозяйству, просто бездействовать. Тело ломило, оно нуждалось в упражнениях, умоляло Ришиму снова взлететь в воздух в прыжке, закружиться на месте, танцевать... Но стоило встать в позицию, как из глаз потоком лились слезы, и Ришима падала на постель, сломленная новым потоком терзаний. Это было настолько на нее не похоже, что она не узнавала саму себя, и эта новая Ришима была ей противна.

Не говоря уже о том, что Шива не поощряет ленивых. Под лежачий камень вода не течет. Почему же тогда она не может просто подняться и начать все с чистого листа?

Но мало-помалу боль утихла, переживания иссякли, а внутри зажегся лучик надежды. Ришима попросту устала горевать, ей хотелось вернуться к жизни, покончить со страданиями и, по крайней мере, выйти из комнаты. Сезон дождей закончился, знойное марево опустилось на Дели. Солнце палило, призывая согреться его теплом. Обнаружив в себе прежнюю силу бороться с обстоятельствами и смело смотреть в будущее, Ришима уснула впервые за последнее время спокойно и безмятежно.

Небо перестало плакать и выглянуло солнце.

Завтра все обязательно изменится.

***

 В последнее время Ришима просыпалась самостоятельно, никто ее не будил, не нужно было некуда спешить. Царила такая тишина, что в неё хотелось вслушиваться, различать особые оттенки. Безмолвие ничем не нарушалось. Но не сегодня.

Грохот был такой, как будто рушится дом. Ришима вскочила на ноги и мимолетно зафиксировала в голове мысль, что ей уже не больно наступать на ноги, она исцелилась. Но радоваться некогда, девушка выбежала из темной комнаты, чтобы выяснить, что случилось. Повсюду сновали незнакомцы в спецодежде ремонтников, перетаскивая длинные тонкие трубы, зеркала, стучал молоток, слышалось сверление дрели. Среди всего беспорядка, шума и пыли стояла невозмутимая тетя Махи в нарядном сари. Сложив полные руки на груди, она улыбалась.

- Наконец-то и ты, - обрадовалась она, увидев растерянную Ришиму, и, бурно жестикулируя позвала ее к себе.

- Тетя, что здесь происходит? - недоуменно спросила девушка, осторожно обходя обломки кирпичей. Неужели тетя ломает стену? Зачем? Хочет расширить лавку? Девушка знала, что половина дома пустует, и тетя иногда рассуждала о том, чтобы впустить жильцов и зарабатывать деньги. Но это было неприлично для вдовы, живущей с молодой девушкой на выданье - на них и так смотрели искоса из-за их маленького бизнеса по продаже масел и отсутствия мужчины в доме. Поэтому переделка дома для аренды исключалась. Что же задумала тетя?

- Это сюрприз. Я решила помочь бедным девочкам нашего района, которые не могут оплачивать дорогую балетную студию. А у меня простаивает половина дома, я найму хореографа, и он или она...  - Тетя сделала паузу и ее глаза таинственно засияли. - Будет преподавать им танец. Как тебе кажется, отличный план я придумала?

Ришима смотрела на тетю, пытаясь найти ответы на все вопросы в лукавом блеске её темных глаз и загадочной улыбке. Дело шито белыми нитками, однако тетя явно не шутила, она была серьезно настроена оборудовать на половине дома студию. Но почему же она не предлагает племяннице самой стать хореографом? Ришима почувствовала в себе искорки радости, но тут же подавила в себе надежду, что Шива снова подбрасывает ей шанс вернуть танец в свою жизнь. Рядом будут постоянно танцевать маленькие девочки, звучать любимая музыка, раздаваться привычные команды, а она невольно станет все это слушать и подглядывать исподтишка.

Сможет ли она оставаться в стороне? Сможет ли доверять этих девочек, таких, как она когда-то, мечтательниц, незнакомой девушке? А вдруг она окажется такой же, как гадюки, подложившие ей битое стекло в пуанты? Чему они научат юных танцовщиц? Ненавидеть друг друга, завидовать таланту, калечить ноги?

Девушка решительно замотала головой из стороны в сторону, ей было все равно, распорядилась ли тетя ее жизнью, исподволь устроив ее будущее по собственному усмотрению. Она никогда себя не простит, если не воспользуется этим шансом.

- Тетя, на нанимай учительницу, прошу! - взмолилась она, наклоняясь вниз и касаясь кончиками пальцев ног тети. Подняла голову вверх и молящим взглядом посмотрела в добрые, все понимающие глаза. – Я смогу сделать все сама. Никто лучше меня не справится. Я обещаю тебе!

- Конечно, так и будет, радость моего сердца, моя Ришима, - улыбнулась тетя, гладя племянницу по голове.

Ее план сработал, и впервые за долгие недели в потухших глазах Ришимы зажегся свет.

- Но до начала работы твоей собственной студии еще немало дней, а сегодня мы поедем на отчетное выступление.

Ришима оторопела. Она совсем не следила за календарем. Казалось, прошли месяцы, а не недели, но сегодня как раз первое октября!

- Я не поеду, тетя, ты же понимаешь...

- Посмотришь, на какую бездарность тебя заменили. Ты должна, Ришима!

- Но, тетя...

- Не спорь! Поедешь и точка. Сама потом спасибо скажешь.

Умолять бесполезно, тетя редко проявляла такую твердость, а раз ведет себя так, значит, на то есть причины. Ришима в слезах убежала к себе, но не бросилась на кровать, а стала искать подходящий наряд для похода в театр. Ей хотелось назло всем одеться в траурные одежды, чтобы белым пятном выделяться среди зрителей – пусть гадким змеям на сцене станет стыдно, они собьются с ритма и проваляться сквозь доски, пусть покалечатся и на своей шкуре ощутят ту боль, что испытывала она!

Ришима ужаснулась своим мыслям. Она сделала свой выбор, шагнула навстречу будущему, добру и свету, а мысли об отмщении нужно гнать прочь. Она одела красное сари, купленное для праздника после отчетного выступления, но не нашла цепочку с кольцом Кунала, ставшего почти родным. Она в сердцах стянула ее с шеи и засунула в дальний угол прикроватной тумбочки, но теперь сокровенного подарка не было. Таинственное исчезновение взволновало Ришиму куда больше, чем она хотела себе признаться. Сколько бы она ни твердила себе, что с грезами о красивом мужчине из прошлого покончено, мысли о нем не отпускали ни на один день. Но делать нечего. Тетя торопила, такси сигналило под окнами, нужно было спешить.

Ришима вышла на крыльцо, легко и беззаботно сбежала вниз по лестнице, вдохнула пропитанный влагой воздух, улыбнулась ласковому солнцу. Сегодня началась ее новая жизнь, и пусть испытание будет нелегким, она постарается беспристрастно смотреть на сцену, не представляя себя на ней. Рядом будет самый близкий человек, а впереди – захватывающая работа мечты. Если вспомнить, сколько она преодолела, сколько несчастий пережила, осознать, что она молода и здорова, то и поводов для грусти нет.

Театр ослепил Ришиму огнями, толпа народа возле входа удивила, но больше всего ошеломили развешанные повсюду плакаты с ее изображением. Сердце Ришимы забилось в груди пойманной в силки птицей, она сидела на заднем сиденье такси, пока тетя расплачивалась за поездку, не чувствуя под собой ног. Она ожидала совсем другого: они незаметно подъедут, сядут на самые дальние места и издали будут смотреть выступление. На деле же пришлось пробираться сквозь толпу, опустив голову – лишь бы не узнали. Не прояви тетя твердость, Ришима несомненно струсила бы и сбежала, но вместо этого оказалась на почетном месте, а рядом возникло знакомое лицо, от вида которого девушка чуть не упала без чувств. 

***

 Кунал совсем отчаялся найти девушку-видение. Его жизнь текла размеренно. Беспросветные будни в офисе, где он работал помощником адвоката, постоянные ссоры с отцом, неуклонные требования продать имение матери, поездки туда почти каждый отпуск. Лишь там Кунал находил успокоение своей душе. На берегу реки он рисовал Ришиму, броскими мазками запечатлевал ее лунную красоту, безупречную чистоту, таинственную манящую улыбку. Но никак не мог отразить выражение ее дивных глаз. Оно было таким же неуловимым, как и сама прелестница. Ему не хотелось рисовать те испуганные глаза лани, что он видел в лавке у замученной тяжелым трудом девушки. Ее свет пытались всеми силами потушить, хотели продать мерзкому старику, погубить. Ришима не смирилась, сбежала, и пусть он не может найти ее, но хотя бы надеется, что ее жизнь сложилась удачно, уж получше, чем у него.

Одиночество не тяготило Кунала. В доме матери он чувствовал с ней потустороннее единение. Бродил по длинным коридорам, по комнатам с мебелью, окутанной белой тканью. Все вокруг покрывала пыль. Кунал оставлял ее нетронутой. Днем она плясала в потоках солнечных лучей, а ночью мерцала серебром в лунном свечении. Кунал сидел на широком подоконнике с облупившейся краской и смотрел на ночное светило, круглое, близкое настолько, что было видно кратеры, купался в лунных лучах, представляя, что это своим светом озаряет его Ришима. По утром он поднимался на верхний этаж и выходил на балюстраду, вдыхая ароматы пробуждающихся цветов. Белые лебеди плыли по зеркальной глади заброшенного пруда среди широких листьев лотосов, а на них покоились бледно-розовые цветы.

Во время сезона дождей Кунал работал как проклятый, надеясь, что его переведут из помощников в основной штат. Поистине, он этого заслуживал неустанным трудом и отказом от всех радостей жизни.

А к октябрю он снова хотел вернуться в поместье. Там его ждали первозданная природа, ставший родным дом, там он мог наедине с собой предаваться мечтам об ускользающей от него девушке. Обманули семейные легенды о кольце, всегда возвращающемся к владельцу. Так, его прадед подарил кольцо любимой служанке, а сам женился по расчету и по велению семьи, но спустя десять лет любимая после долгих испытаний вернулась к нему, давно потерянная и с подросшим сыном. Благодаря кольцу.

И так же отец Кунала подарил кольцо прекрасной незнакомке и наказал ждать. Долгие годы он путешествовал, но никогда не забывал о своей возлюбленной. Сколько раз она порывалась выйти замуж, ждать искателя приключений было невыносимо. Но каждый раз, глядя на кольцо, она чувствовала в душе источник силы, веры и надежды. И снова ждала. И не зря. Кольцо снова соединило разлученных. Той девушкой была мать Кунала.

Но сколько ждать ему? И стоит ли, ведь за три года он не получил ни единой зацепки, чтобы найти Ришиму? Она так и осталась наваждением, сновидением, рассеивающимся с приходом зари. Сколько лет он будет мечтать о несбыточном? Это в прошлом девушки годы сдерживали данное обещание. Сейчас другие времена, другие нравы. Ришима давно могла выйти замуж и нарожать кучу детишек.

Кунал часто прогуливался возле лавки ее отца, видел, как с каждым годом беднеет это место. Все меньше посетителей, скуднее товар. Лавочник старел, его жена флиртовала с редкими посетителями. Ей самой пришлось работать. Многое можно узнать, просто слушая разговоры. Ненароком оброненные фразы восполнили картину – дочь лавочника пропала без вести, уехала к тете, а та оборвала все связи с братом. Отцу не найти родную дочь, что уж говорить о Кунале?

Прошло целых три года с тех давних пор, как он увидел спящую девушку, настала пора проститься с ее пленяющим думы образом. Отец вот уже какой раз предлагает мировую, нужно только согласиться продать дом.

Сестра спит и видит, как познакомить младшего брата со своими незамужними подругами. Спустя три года болезненной зависимости от девушки-призрака Кунал возвращался в лоно семьи. В Дели, как в любом другом мегаполисе, можно было сполна насладиться калейдоскопом развлечений.

Но не судьба ли то, что первым в повестке мероприятий по примирению с блудным сыном и братом стало выступление малоизвестной балетной труппы, которое не вызывало в душе Кунала ни малейшего отклика, пока он не увидел фотографию балерин в рекламном буклете. Его словно огрели чем-то тяжелым, в груди зажегся нестерпимый огонь, а мир перестал существовать. Исчезла щебечущая рядом сестра Ниша, стихли бряцанья ее многочисленных браслетов; причитания нарядного отца о засилье западных танцев и попрании традиций стали неслышными, как и стук его трости об пол семейного старого дома в центре Дели.

Кунал любовался Ришимой, ее чарующей красотой, грациозной позой и изящной фигурой, боялся пошевелиться, боялся проснуться. Вдруг это сон? Вдруг ему только кажется, что он видит Ришиму? Не насмешка ли судьбы увидеть ее ровно в тот миг, когда решил распрощаться со всякими мыслями о потерянной любви? Но его переполняла безмерная радость – вряд ли замужняя рожавшая женщина будет примой балета. А значит, Ришима свободна! Она может стать его женой! Он увидит ее совсем скоро!

Кунал бросился вон из дома, подгоняя отца и Нишу к машине, сел за руль. Взревел мотор и Кунал, едва дождавшись, пока родные усядутся, понесся к театру, нарушая все правила – впрочем, как и все остальные участники безумного трафика любого индийского города. В зеркало дальнего вида он видел растерянные лица отца и сестры, они красноречиво смотрели на него, укоряя за то, что снова отдаляется, что-то скрывает.

Но как объяснить им то, что не имеет никакого смысла? Что он гоняется за девушкой, которую совсем не знает? Как рассказать о тоске, изматывающей душу, от которой нет никакого избавления, пока не получит желаемое? О боли, терзающей влюбленное сердце, как острые кинжалы? И о безумных мечтах, горячащих нутро? Ему самому становилось страшно, так зачем же пугать близких?

Кунал успокоился, осознав глупость своего поведения и, набравшись воздуха в легкие, выпалил:

- Может быть, я сегодня представлю вам свою невесту.

- Может быть?! Как это ты точно не знаешь? – возмутился отец.

- Кунал, ты снова секретничаешь! – всполошилась Ниша, всплеснув руками, из глаз полились слезы, и Кунал сразу же почувствовал себя виноватым: у нее всегда были глаза на мокром месте, а тут еще беременность, муж уехал в заграничную командировку, у отца очередной приступ ревматизма, а неожиданно возвратившийся братец стал замкнутым и скрытным.

- Вы скоро все узнаете, - пообещал Кунал, резко затормозив возле лотка с цветками. Он не мог встретить Ришиму с пустыми руками. Носит ли она его кольцо? Или забросила куда подальше, как ненужную побрякушку? Цветов было много, самых разнообразных оттенков, но Кунал не хотел ждать и купил готовый букет ярко-красных роз, напомнивший ему губы Ришимы, которые он в глубине души надеялся сегодня целовать...

 

*** 

Ришима была темнее грозовой тучи. Тетя и учитель Викрам извели ее своими увещеваниями выйти на сцену. Оказывается, эти двое сговорились за ее спиной, идея устроить студию в тетином доме принадлежала учителю – своего рода извинение за то, что не заступился за способную ученицу и не уберег от злодеяний напарниц. Также сообщники надеялись, что Ришима по первому зову бросится в гримерку, переоденется и выпорхнет на сцену, чтобы блистать. Не дождутся! Ришима была очень терпеливой девушкой и выносила многое, но уж если закрывала какую-то главу жизни, то навсегда и бесповоротно. Никогда она не вернется к отцу, не подчинится и не выйдет замуж за старика, никогда не будет стоять на сцене с обидчицами, пусть хоть на коленях стоят. Лучше уж посмотрит на них со стороны, оценит мастерство и успокоится в случае успеха спектакля – ведь будущее труппы все еще волновало ее. Но сокровенные мысли и планы Ришимы были уже далеки от балетных страстей.

Погасли лампы, утихли шепотки и началась магия. Независимо от своей воли Ришима плавно вращала кистями рук, чуть вытянула ноги, будто стоит на носочках, вся подалась вперед. Повинуясь знакомой до боли мелодии, она едва заметно танцевала, понимая, что она лучше Брахат, которую поставили ей на замену. Полногрудая Брахат была несколько тяжеловесной, махи ногой не отличались изяществом, при каждом прыжке ее груди колыхались и норовили выскочить из лифа. Когда она оступилась и чуть не упала, Ришима зажмурилась от стыда. Рядом вцепился в подлокотники учитель, бормоча проклятия. Ришима не чувствовала в себе злорадства, только ощущение свершившейся справедливости. Жидкие хлопки зрителей стали завершающей точкой в поражении соперницы Ришимы.

- Пожалуйста, выйди на сцену, Ришима, - умолял Викрам. – Спаси наше общее детище, прошу!

Но Ришима была неумолима, не прониклась запоздалыми извинениями. Слишком поздно учитель осознал ее ценность. Да и не потому ли, что она была лучшей? Она простила бы учителя, защити он ее от несправедливости как человек – человека, но он закрыл глаза в тот важный момент, когда Ришима так нуждалась в поддержке, но как последний нищий просил у бывшей ученицы милостыню, и все это ради себя и своей выгоды. Нет, с учителем Викрамом ей больше не по пути. Гордо подняв голову, Ришима покинула театр. Не было никаких сил смотреть на позорное выступление.

***

 После примирения с отцом Кунал хотел как можно больше времени проводить с семьей и сейчас праздновал рождение племянника в доме сестры и ее мужа Тушара, своего коллеги по работе. И когда они только успели познакомиться? Из книги жизни Кунала слово вырвали несколько глав, он так много упустил, отдаляясь от семьи.

После завершения злополучного балета, на котором выступала вместо красавицы Ришимы совсем другая девушка, Кунал как полоумный сновал среди высыпавшей на улицу толпы, но натыкался лишь на незнакомые лица. Мелькнул мучивший сердце образ возле вереницы ждущих такси... Кунал будто бы увидел Ришиму, но стоило добежать до места, как машина уже тронулась. Было верхом безумия продолжать бесполезное преследование, и Кунал вернулся к родным, тяжело дыша. Ниша вцепилась в рукав, требуя объяснений. Отец лишь настороженно всматривался в переполошенного сына, но тоже молчаливо ожидал ответа.

- Это сложно... - начал Кунал, постепенно доверяя свою историю близким. И такой несусветной глупостью она показалась ему, что потертый снимок юной Ришимы, который он не вынимал из кармана пиджака и постоянно носил с собой, показался ему постыдной уликой совершенного преступления. Тем удивительнее оказались слова отца:

- Иногда любовь приходит нежданно и обрушивается на тебя, как шквал, а ты в ней тонешь без надежды на спасение. Но когда ты сдашься течению, перестанешь бороться, ты будешь спасен. Любовь и есть спасение. Кольцо не подведет.

- А ты пытался искать ее? Ты знаешь, где она живет? Давай проберемся за кулисы и расспросим о твоей Ришиме... - тараторила сестра, а Кунал смотрел на отца и пытался понять смысл его слов. Но впервые за три года он почувствовал себя не просто безумно, без надежды влюбленным, а одним из Рошанов, кто доверился волшебной силе кольца и ждал, что оно приведет возлюбленную к нему. Да и что еще ему оставалось?

Кунал тряхнул головой, избавляясь от воспоминаний. Сейчас он с радостью и благоговением любовался счастливой парой, трепетно держащей в руках новорожденного. Больше всего на свете Кунал хотел бы сейчас видеть рядом Ришиму с их ребенком на руках, смотреть, как священник проводит намакарана5, а потом перед золотым блюдом с рисом записывать выбранное имя золотым пером. А потом вместе с любимой женой составлять индивидуальный гороскоп.

Только Ришиму мог Кунал представлять в роли своей жены. Он так и не смог забыть ее, не сейчас, когда был так оживлен предвкушением новых поисков. Он ее обязательно найдет, ведь не зря она была изображена на плакате. Этому должно быть объяснение. И он не мог ни о чем думать, кроме Ришимы и их счастливого будущего.

- Жаль, что твоя мать не дожила до своего первого внука, - вздохнул отец, пожимая сухой узловатой рукой плечо Кунала. Как же отец иссох, как сильно постарел. Не из-за ссоры ли с сыном он так сдал? Кунала охватил жгучий стыд. Он был плохим сыном, даже не поговорил с отцом и не спросил, почему тот так настаивает на продаже имения матери. Теперь настало время их разговора по душам.

- В доме ничего не изменилось с того дня, как мама нас покинула. Я ничего не выбросил. Хочешь приехать туда, отец?

- Пруд так и не высох?

- Нет. Разве что порос тиной, но ее можно убрать. Поставить скамейки рядом или даже беседку. Там как раз есть место...

- Поставишь, что хочешь, когда приведешь в дом свою жену. Я верю, что ты найдешь свою Ришиму и что она хорошая девушка. Рошаны не влюбляются в кого ни попадя и уж точно не дарят просто так кольца. Ты чувствуешь, как оно вас объединяет с этой девушкой? Оно ведь непростое, передается из поколения в поколение и соединяет разлученных. Наш дальний предок, прародитель рода, нашел это кольцо, когда молил Вишну одарить его милостями своими, и тогда из лотоса в руке божества выпало на землю кольцо. И в этот же день он познакомился со своей женой. С тех пор все мужчины нашей семьи рано или поздно возвращаются к своим возлюбленным. Жаль, что я понял главное слишком поздно и искал по всему миру нечто неуловимое, по сути гонялся за своей тенью, а твоя мать преданно ждала меня.

Кунал слушал внимательно, хотя он не верил в волшебство и в старинную легенду, но уважал семейные традиции. Если его предки верили в силу кольца, то это их право. На душе было тепло от доверия, которое оказывал отец, от его голоса, полного любви, словно поток прохладной воды омывал высушенную солнцем кожу. Кунал ощущал, как крепнут узы между ним и стареющим отцом, и радовался тому, что не опоздал.

- Я потерял три года, никак не мог найти Ришиму, а она живет со мной в одном городе. Ты гонялся за тенью, а я своей не замечал.

- Но ничего непоправимого не случилось, сын. Ты свободен и не связан обязательствами. Осталось только найти Ришиму. Если нужна помощь, то ты только попроси.

- Обязательно, отец. Я теперь не один. Мы одна семья.

 

***

Но поиски снова пришлось отложить. Отцу стало совсем плохо. Мало было ревматизма, так еще и сердце сдавало. Он приготовился покинуть этот бренный мир и умереть он хотел только там, где по-прежнему витал дух его единственной возлюбленной.

- Дживика... Дживика... - стонал он в забытьи, зовя жену.

Врачи настаивали на операции, хотели залатать изношенное сердце, но старик попросил отпустить его с миром. Такова была его воля. Скрепя сердце, Кунал согласился отвезти отца в семейный особняк. Сейчас мысли о своей судьбе и Ришиме казались кощунством, он сосредоточился только на заботе об отце.

Но там, где повсюду висели ее портреты, невозможно было избавиться от всепоглощающих желаний. Тем более, что вмиг оживший в старом доме отец высказал интерес к предмету любви сына. Он просил показать портреты, рассказать во всех подробностях о знакомстве с Ришимой, о поисках. Стоило отцу узнать о том, что девушка сбежала от отца и жестокой мачехи, как он пришел в ярость и схватился за сердце.

- И это все от самоуправства мачехи?! По вине этой гиены ты так страдаешь! Тысяча и одно несчастье на ее голову! А отец твой Ришимы? Глупец из глупцов, прогнувшийся под женщину! Я покажу ему, как надо жить! Шива свидетель, он перевернет небо и землю, пока не найдет дочь!

- Отец-отец, успокойся, - умолял Кунал, опасаясь сердечного приступа. Еле-еле уговорил он отца отказаться от своей затеи, но, с другой стороны, это был шанс. Он представлял, как с помощью отца Ришимы, который явно не преуспел в жизни, сможет найти ее, помирить отца и дочь. Старик всегда выглядел печальным и одиноким. Жена не принесла ему счастья, а бегство дочери разбило сердце.

 

***

 - Тетя, я дома! – провозгласила Ришима, закрывая входную дверь.

Но звук ее голоса утонул в шуме некогда тихого дома. Теперь здесь постоянно находились дети, которые облюбовали несколько пустующих комнат с согласия хозяйки и занимались различными делами до и после занятий в балетном классе. Кто-то делал домашнее задание, кто-то оттачивал танцевальные па, другие обменивались сплетнями за починкой балетных нарядов и пуант. Им нравилось бывать здесь, родители тоже были не против, что дети проводят досуг с пользой. Тетя Махи стала пользоваться уважением соседей, ее постоянно звали на чай, дарили сладости, в лавке было пруд-пруди народа. Жизнь била ключом.

Так повелось не сразу. Каждый день дарил что-то новое. И Ришима с тетей благодарили бога за удачу нового предприятия.

Ришиме пришлось по душе самой устанавливать порядки и наставлять учениц. Не все было гладко, ведь у каждой девочки был свой характер. Особенное опасение вызывали недовольные взгляды, когда у кого-то получилось лучше, чем у других. Ришима прилагала все усилия, чтобы в ее классе отсутствовало соперничество. Ни за что не допустит у себя в студии того, что случилось с ней!

От учителя Викрама не было никаких известий, что было странно – ведь это он подал идею тете. Неужели не хочет полюбоваться на результат? Впрочем, о бывшем учителе Ришима думала меньше всего. Слишком много было забот.

Но о Кунале по-прежнему не забывала. Обыскала чуть ли не весь дом в поисках кольца, с трепетом прижимая оставшуюся нетронутой записку, пока не сдалась и не спросила у тети напрямик, не брала ли та кольцо. Тетя Махи с жалостливой улыбкой обняла племянницу, прижала к большой груди и погладила по голове.

- Зачем оно тебе, доченька? Чье оно? – спросила она участливо, рассматривая лицо Ришимы, ее глаза – где-то там, в темных глубоких омутах, пряталась тайна. И она ничего о ней не знала.

Ришима опустила голову, прячась от тети. Как рассказать ей самое сокровенное, такое постыдное? Кто ей Кунал? Он – герой ее снов, мучитель души, вечный странник в ее мыслях. Навсегда. Вовек его не забыть, как бы ни старалась. Она не заметила, как влага появилась на щеках, она снова проливала бесполезные слезы.

- Твое сердце кому-то отдано? Он подарил тебе кольцо? – спрашивала тетя мягко, пугаясь такой болезненной реакции на расспросы.

- Тетя, это всё очень сложно... запутанно... В двух словах не расскажешь.

- А куда нам торопиться? Твои девочки сегодня остаются на чай. Будем просить благословения у Лакшми. А перед сном ты мне расскажешь о том, кто тревожит твое сердце. Хорошо?

- Хорошо. Но, тетя, отдай мне, пожалуйста, кольцо, - попросила Ришима, вытирая слезы.

- Раз ты так желаешь, держи, - согласилась тетя, вынимая кольцо из-под сари и вдруг воскликнула: «Ах!» и отбросила его от себя.

- Что такое? Что случилось?

- Оно горячее!

Ришима подбежала к кольцу, осторожно подняла его с пола. Оно в самом деле пылало, золотые грани переливались и искрились, а три маленьких камушка в центре как будто ей подмигивали. Она радостно рассмеялась, печаль как рукой сняло.

- Оно волшебное! Кунал придет за мной!

- Что ты такое говоришь? – удивилась тетя, но Ришима уже убежала к себе, счастливая от сделанного открытия.

Совсем скоро они с Куналом будут вместе!

 

***

 - О, сын блудливой ослицы и нечистого верблюда! Безбожник!

Снова Ришиму разбудил шум. Вчера был такой чудесный вечер. Ученицы принесли кучу сладостей – нежные бурфи, сочные джалеби, пряные ладу, воздушные расоголлах - и хоть Ришима цокала языком по поводу вреда фигуре, никто не удержался от угощения. Вечер прошел весело и с пользой. Пили чай со сладостями, красили кончика пальцев в красный цвет, надеясь на процветание, рассказывали истории, предвкушали успехи в балете. Девочки на самом деле подружились, а это было почти что самым главным для Ришимы. А она расцветала в дружеской обстановке, хотя мысли постоянно витали вокруг Кунала.

И вот сегодня с утра тетя снова расшумелась. Что же случилось?

Ришима увидела тетю в кабинете, где та занималась делами. Она перебирала какие-то бумаги и громко ругалась, понося кого-то сочными эпитетами. Девушка даже посочувствовала бедняге, но от жалости не осталось и следа, как только она узнала, в чем дело.

Учитель Викрам затаился, как шакал в пустыне. Он вовсе не успокоился и не спустил бывшей ученице провал выступления. Он обзвонил соответствующие инстанции и теперь студию Ришимы бомбардировали пожарная инспекция, социальные службы, даже Академия танцевальных искусств! У нее не было разрешений на работу с детьми, организацию образовательного заведения, а также места для досуга несовершеннолетних. О пожарной безопасности Ришима тоже не побеспокоилась, как и о необходимых лицензиях. И все это сейчас вышло ей боком. Грозило закрытие студии, поражали цифрами штрафы.

Девушка побледнела и упала на стул, сжимая в руках бумаги. Охрипшим голосом она прошептала:

- Что же делать?

Злиться на мстительного Викрама не было ни времени, ни сил.

Совсем некстати на груди зажглось кольцо. Ришима не понимала, что за сигнал оно подает, пока по совету тети не загрузила в поисковике «Адвокаты Дели по общественным вопросам». Тетя решила действовать без промедления. Каково же было ее удивление, когда среди прочих адвокатов она увидела имя Кунала Рошана! Нажав на фото, оторопела. На нее с интернет страницы смотрел ее Кунал. Кольцо уже нестерпимо жгло грудь. Она сняла его и потянулась к телефону.

- Почему именно этот адвокат? Он же совсем молодой, - удивилась тетя.

- Потому что это мой Кунал, - мечтательно улыбнулась Ришима.

Она знала, что Кунал будет ее спасителем. Она нашла его.

 

***

 

Куналу не спалось. Эта ночь была по-особенному беспокойной. Его будто бы что-то подгоняло, не давало спать, сводило с ума. Казалось, что Ришима рядом, зовет его, он даже чувствовал нежный запах ее кожи. Он уже поговорил с ее отцом, тот бросился в ноги, умолял о прощении, бессвязно что-то бормотал. Проводил в комнату Ришимы, такую крошечную, не больше кладовой, с нетронутыми после побега вещами. Кунал тайком стащил ее платок. Он все еще пах едва уловимым женственным запахом.

Вид убогой комнаты разбередил старые раны. Кунал вспомнил, как бродил по городу одержимый, преследовал Ришиму, но потерял ее. Сейчас он был всего лишь в шаге от того, чтобы обрести свою любимую. Пораженный силой своих чувств, он поднялся с постели и в благословенной тишине стал бродить по дому. У него по спине бежали холодные мурашки озноба, и тут же опаляло жаром. Грезилось, что обновленный дом по-прежнему хранит старинные тайны, что он полон призраков. Но Кунал не боялся. Он ощущал единство с этим домом. Он мечтал привести Ришиму именно сюда.

Снова повеяло холодом. Кунала тянуло как магнитом из дома. Выйти наружу и отдаться силам природы. Как никогда сильно он ощущал присутствие Ришимы. Она улыбалась ему с портретов, приманивала взглядом, обещала все земные радости.

Кунал вышел на улицу. Разгоряченное тело окутал студеный ветер. Холода пришли в эти края. Снег кружил в медленном танце, застилая землю белоснежным покровом. Кунал накинул на плечи шерстяную накидку и двинулся навстречу метели. Мороз не пугал, он дарил прохладу и очищал. Дышалось легко и свободно, незримые оковы спали с тела, выпустили на свободу все скрытое. Кунал раскинул руки и приоткрыл рот, позволяя снежинкам медленно падать на лицо, слизнул одну с губ, проникся холодом, сморгнул налипшие на ресницы снежинки. Перед глазами какое-то время все плыло, а потом в белом свечении перед ним возникла женская фигура. Кунал зажмурился и широко открыл глаза, вглядываясь вдаль. Девушка приближалась робкой поступью, стыдливо прикрывая лицо концом сари. Снежный поток подтолкнул в спину, и Кунал шагнул вперед. Он уже знал, кто эта девушка.

Ришима пришла к нему. Кольцо ли ее привело, нашел ли ее отец и послал сюда; стечение обстоятельств тому виной или магия – Кунала это ничуть не волновало. Они просто нашли друг друга и никогда больше не потеряют.

 

Сноски:

 

1.Вайшья – торговец.

2.Шудра – слуга, низшая каста в индии.

3.Ашир-вад – помолвка.

4. «Раджпут» — санскритское словосочетание «раджа путра», что означает «сын царя» или «сын раджи».

5. Намакарана - индийская церемония наречения ребенка именем, проводится в храме перед священным огнем, либо священник приходит в дом, где проживает семья.

 

 

 

 

 



Комментарии:
Поделитесь с друзьями ссылкой на эту статью:

Оцените и выскажите своё мнение о данной статье
Для отправки мнения необходимо зарегистрироваться или выполнить вход.  Ваша оценка:  


Всего отзывов: 20 в т.ч. с оценками: 15 Сред.балл: 4.93

Другие мнения о данной статье:


Татьяна МиловановаТатьяна Милованова [03.07.2017 22:29]:
Да, я тоже как будто посмотрела индийский фильм... очень понравилось!!! (5)

VirginVirgin [03.07.2017 23:27]:
И в самом деле, чудесная, добрая история современной индийской Золушки. О поисках себя, о преодолении трудностей, о вере в мечту, борьбе добра и зла. И конечно, это история о любви и магии. Настоящий индийский фильм, который я бы не отказалась посмотреть. Ришима вызывает сочувствие и добрые чувства, как и все подобные героини. Кунал немного в тени, но в его части истории привлекает семейная легенда о кольце. По мере развития истории постоянно ждёшь, как проявится магия, как кольцо повлияет на события. А потом становится неважно, магия ли это или стечение обстоятельств, но Кунал и Ришима встретились и обрели друг друга. С балетом вопрос несколько спорный. По идее, проще было выбрать индийский танец, но автор решил так, я не в претензии. Сама история окупила все огрехи. Большое спасибо за такое чудо. (5)

Ириша ПИриша П [10.07.2017 22:23]:
Простите, автор, но как-то с трудом верится в то, что девушка стала балериной. И не просто балериной - лучшей! А вы знаете, каким трудом, потом и кровью даются все эти па, которые кажутся легкими, воздушными? Что встать на пуанты после долгого перерыва - все равно, что заново учиться ходить? А в балете танцевать надо, а не просто стоять. Мастерство достигается путем каждодневных многочасовых занятий на протяжении многих лет. Ваша героиня заслуживает всяческих похвал, но в эту часть истории я верю с трудом.
Красивая сказка в духе Болливуда, где все понарошку.

ФройляйнФройляйн [12.07.2017 10:41]:
Думала, не дочитаю. Полный набор штампов. И девушка несчастная, мачеха злая, отец-подкаблучник и принц, деву с туфелькой, ой, фотокарточкой разыскивающий, успех и злоба завистниц, фея-тётя, опять же. В общем, как-то притомилась я пока читала, к тому же затянуто очень. А ещё целый ряд несостыковок по тексту. При этом не могу и не хочу сказать, что работа плохая - нет. Думаю, она найдёт своего читателя, но меня, увы, не затронуло. А уж заносчивость и гордыня "доброй и милой" Ришимы в театре, вообще, покоробила.

LapulyaLapulya [13.07.2017 11:02]:
Милая, добрая сказка. Автор решил в одном рассказе совместить сюжетность многих ЛР, имеет право. Зло наказано, добро восторжествовало. Любовь победила все. Немного затянуто, на мой взгляд, но мило. Спасибо.

Elen-MertElen-Mert [13.07.2017 23:09]:
Очень понравился мне решительный и целеустремленный характер Ришимы, которому можно только по хорошему позавидовать. Отважная, трудолюбивая и добродушная девушка, которой, впрочем, не чужды и мысли о наказании обидчиков, и внутренние страхи и непонимания. Увлекательнейшее начало истории, интересное развитие, но несколько затянутый конец. При этом впечатление осталось приятное, автору спасибо! (5)

ЛеяЛея [22.07.2017 15:35]:
Рассказ показался слишком затянутым. Автор "растекся мыслями по древу": видимо, старался как мог украсить историю, но вышло неудачно: динамика пострадала. Хотя сама задумка отнюдь неплоха.
Ставлю только 4. (4)

RubinaRubina [25.07.2017 23:02]:
Видно, что в работу вложено много труда. Спасибо, автор. Понравилось. И пусть есть некоторые нюансы, но я поверила. Читается на одном дыхании. (5)

ElkaElka [25.07.2017 23:20]:
Как будто целый роман прочитала! Сказочный сюжет затянул меня, получилась милая сказка. А так как это сказка, то и не хотелось придираться к мелочам. (5)

Прикольная ЛулуПрикольная Лулу [15.08.2017 16:31]:
Чудесный рассказ! (5)

  Еще комментарии:   « 1 2

Список статей в рубрике:
01.06.17 20:00  Дочь Тринабинду   Комментариев: 19
28.05.17 18:46  Амулет   Комментариев: 20
09.06.17 12:57  Будьте осторожны в своих желаниях   Комментариев: 22
05.06.17 19:14  Лунная танцовщица   Комментариев: 20
01.06.17 20:33  Предсказание   Комментариев: 16
01.06.17 20:27  Чайное волшебство   Комментариев: 21
01.06.17 20:23  Танцор диско   Комментариев: 16
01.06.17 20:12  Обрученная с тьмой   Комментариев: 16
01.06.17 20:10  Мой дорогой дневник   Комментариев: 21
01.06.17 20:06  Круговорот жизней   Комментариев: 14
Добавить статью | Болливудомания | Форум | Клуб | Журналы | Дамский Клуб LADY
Рейтинг@Mail.ru
Если Вы обнаружили на этой странице нарушение авторских прав, ошибку или хотите дополнить информацию, отправьте нам сообщение.
Если перед нажатием на ссылку выделить на странице мышкой какой-либо текст, он автоматически подставится в сообщение