История 3-26

Интернет полон историй на тему: Купил мужик стол, или шкаф, или полочку из ОКЕА. С доставкой на дом. С подъёмом до этажа. Но решил сэкономить и не заказал сборку.
«Я же мужчина, — якобы сказал он, мужественно поигрывая мускулами перед зеркалом. — А там всего лишь несколько досок. Сам соберу, это же как два пальца...». И дальше развязка с небольшими вариациями о том, что в процессе сборки это нечто чем только ни было: и диваном, и тумбочкой, в какой-то момент даже Первый канал ловило...

Анекдоты всё это. Так думал Николай Петрович, читая подобные истории. Выдумка. Специально, чтобы поржать. В реальности такого просто не бывает. Если только мужик не конченный хронический ботаник, не знающий, с какой стороны у шуруповёрта бита. Николай Петрович ботаником себя не считал. Ни с какого боку. Более того, скажи ему кто-то нечто подобное, нарвался бы не только на обиду до конца жизни, а и на крепкий такой кулак, прилетевший в лоб, во избежание, так сказать. Николаю Петровичу, в не очень далёком профессиональном прошлом просто Колюне, было 35 лет, и он работал прорабом на стройке, очень даже прилично зарабатывая, по теперешним временам. Причём, устроился не по блату, а честно поднялся из простых работяг, чем и гордился. Конечно, тут не обошлось и без некоторого везения, когда тогдашний прораб совершенно неожиданно для руководства вдруг свалил на пенсию, и замену ему пришлось искать в срочном порядке. Так что карьерный рост от Колюни до Николая Петровича был внезапным, но, между нами, вполне заслуженным.

Хороший он был мужик, Николай Петрович. С головой, хозяйственный и рукастый. Починить кран, повесить полку, или даже сделать ремонт своими руками — да ни разу не вопрос. Окружающие его женщины, общим числом 17 с половиной, вообще считали Николая Петровича человеком вполне замужепригодным, даром что не олигарх, не компьютерщик и даже и не менеджер, прости господи. Даже сломанный когда-то в драке нос и отсутствие высшего образования в сфере философии не казались им в этом вопросе достаточным препятствием. Соседки в легкомысленных халатиках регулярно появлялись около его дверей.  Матушка и две сестры — старшая и младшая, так же регулярно таскали на неофициальные смотрины своих подруг, их дочек и племянниц. Николая Петровича такой расклад вполне устраивал, он с удовольствием пользовался ситуацией, но ловиться не спешил. Тем более, что страсть в его жизни была. Петрович был коллекционером! Деревянные масштабные модели старинных клиперов, галер и бригантин, на создание каждой из которых он тратил недели, а иногда и месяцы, занимали почётное место в его холостяцком жилище.

Собственно, именно с коллекции всё и началось. Точнее, с переезда в новую квартиру, благо новая зарплата дала Петровичу долгожданную возможность наконец-то взять ипотеку и поселиться отдельно от желающей ему семейного счастья родни. Поэтому, когда в его новой ипотечной квартире возникла острая нужда в шкафе для расстановки коллекции, Николай Петрович, долго не раздумывая, отправился в ОКЕЮ. Ну а куда ещё, в самом деле? Самый удобный вариант. Вроде как.

Прогулявшись по бесконечным залам и складам, и капитально заблудившись, хотя вроде он и следовал точно по указателям, несколько раз оказываясь в кухнях, хотя шёл вроде бы в спальни, Николай Петрович всё же нашёл, наконец, сектор со шкафами. Внимательно все пересмотрел, пооткрывал дверцы, не скрипят ли, повыдвигал ящички, не заедают ли, и выбрал наиболее пригодный для своих целей экземпляр. Особо порадовался, что тот оказался из чистого некрашеного дерева, такой можно будет покрыть воском в цвет и получится просто отличная витрина, словно специально созданная для его старинных парусников. Переписав совершенно не произносимое название, больше похожее не на слово, а на то, что кто-то чихнул и записал получившийся звук, Петрович направился искать кассу. Снова по стрелкам. Очень загадочные стрелки в ОКЕЕ. Вроде бы ведут к выходу. Но при этом каждый раз, почему-то, оказываешься возле текстиля. Говорят, что выход там существует... но его видели только те, кто шёл за свечками и не отвлекался. Николай Петрович отвлёкся, так что ему пришлось начинать этот квест заново. Дважды. Когда он в итоге нашёл всё-таки кассу, ему уже казалось, что он плутает там даже не часы, а дни. С трудом удержался от малодушного желания посмотреть на себя в зеркало. Исключительно, чтобы убедиться, что он не поседел за годы странствий, а лицо не покрыли морщины.

— Что вы выбрали? Шкаф? Отличный выбор. Очень стильный и надёжный.
— Скажите, девушка (девушке лет под пятьдесят, но она сразу улыбается и поправляет причёску), а как же он всё же называется?

— Покажите. — Девушка шевелит губами, пытаясь произнести, — Вёрс.. Вёрпсхра... Вёрпсхаген.
— Поразительно. И что это значит?
— Честно говоря, без понятия. Но звучит солидно. Дополнительные услуги брать будете?

— Какие ещё дополнительные услуги?

— Доставка, разгрузка, сборка...

— Стоп! Доставку да, беру. И это всё.

— Вы уверены, что не хотите заказать сборку на месте?

— Абсолютно, сам справлюсь. — Николай Петрович подумал несколько секунд и уточнил, — У вас же инструкция к нему есть?

— Инструкция? Конечно, есть. Все наши модели в обязательном порядке укомплектованы инструкцией по сборке. Но всё же, подумайте ещё раз. Заказав сборку прямо сейчас, у вас будет скидка.

— Тамара, Тамар, — вмешалась курпулентная особа за соседней кассой, — не настаивай. У Женечки всё равно нет ни одного свободного окна до конца недели, я час назад записывала человека на последнее место. Там всё под завязку.

— Что ещё за Женечка? — Поинтересовался Николай Петрович, пряча портмоне в задний карман джинсов.

— Женечка — это лучший сборщик наших мебелей. Просто волшебные руки, гениальные. Вы сами можете убедиться...

— Нет уж, не нужно. Я уже сказал, что сам справлюсь. С мебелями. К тому же ваш Женечка и так уже нарасхват.

— Визиточку всё же возьмите, — Тамара протянула ему картонную карточку, — Тут номер нашего сервисного центра. На всякий случай. Вдруг пригодится.

Николай Петрович взял «документ» исключительно, чтобы от него отвязались.

Забрав чек и квитанцию на доставку, Петрович отправился на парковку. Ещё чего не хватало, Женечка. Слишком уж подозрительно звучит. Он никогда не доверял мужикам, отзывающимся на подобные имена. Женечка, Петечка, Ванечка, тьфу... вот только прааативных ему и не хватало.

***

Доставка сработала как часы. Шкаф привезли точно в назначенный срок. Аккуратно запакованный. В трёх коробках, перетянутых металлическими лентами. Каждая весила как совесть после бурной пятницы. Затащить их в лифт, а потом и в квартиру оказалось не просто. Николай Петрович даже пожалел было, что отказался от грузчиков. Спасибо соседу, который предложил помочь, вдвоём они кое-как справились. Затащив коробки домой, Петрович уложил их вдоль стеночки и вскрыл.

Внутри лежали:
– 172 винта разного размера и формы,
– 14 досок,
– 1 пакетик с загадочными круглыми штуками
– инструкция, толщиной с роман.

И всё без единого слова. Только картинки.

Для начала Николай Петрович скрупулёзно пересчитал все присланные запчасти, убедился, что всё точно соответствует перечню. Значит, после сборки не должно остаться ничего. Ну что же. Задача ясна. Поехали. Через час он сидел на полу, обложенный деталями, пытаясь узнать в лицо то, что в инструкции было намечено только несколькими штрихами, даже без указания размеров. Еще через три часа он рассматривал дело своих рук и пытался понять, почему у него остались две лишние доски и четыре болта, а шкаф уже стоит.

Стоит.
Но как-то... подозрительно.

Николай Петрович решил проверить изделие на устойчивость. Легонько толкнул.

Шкаф подумал секунду.
И аккуратно, достойно, с философским спокойствием лёг на бок. Сложившись, как карточный домик. И даже ножкой, вроде как подёргал. В последней конвульсии.

Таааак... Ну ладно. Сдаваться Николай Петрович был не намерен. Вооружившись шуроповёртом, он разобрал то, что только что так старательно скручивал. Первый урок был усвоен. Не стоит слишком сильно затягивать крепёж, пока весь конструктор не будет собран полностью. Разобрал детали по размерам, матерясь про себя. Ибо в инструкции всё было нарисовано ясно и понятно. Два прямоугольника, ещё два, ещё два, ещё шесть, и ещё два. Но далее ни на одной схеме не было ни малейшего намёка, какую именно из деталей надо брать. Прямоугольную. И точка.

— Судя по тому, что на вот этих двух фиговинах наличествуют дырки по центру, — размышлял он вслух сам с собой,— это, наверное, всё же дверцы. Так. Отложим их пока в сторонку.

Методом проб и ошибок соединяя детали между собой, Петрович собрал шкаф ещё три раза. Один раз оно вышло похожее на скамейку, второй раз на гроб, и это он ещё ролики не прикручивал, а то был бы гроб на колёсиках. На третий раз получившееся нечто вообще ни на что не было похоже. Не получался только шкаф. Почему-то.

— Ну, что уж. Хотя бы Первый канал пока ещё не ловил, — философски выдал Николай Петрович поздно ночью, сидя на табуретке перед горой запчастей, снова разобранных, и разложенных на кучки. — Хорошо хоть, визитку не выкинул, умник. Придётся всё же приглашать этого Женечку, с гениальными руками. То есть с волшебными. Если он реально сможет сделать из этого шкаф... А, нет. — Он посмотрел на часы, — Теперь уже завтра.

Договориться о визите сборщика оказалось не так просто. Права была Тамара с кассы, надо было заказывать всё прямо в момент покупки. А так, Николай Петрович получил лишь порядковый номерок очереди, причём только на следующую неделю. Придётся ждать. Ещё раз собирать этот ребус самостоятельно он уже желанием не горел. Время ожидания до волшебника Женечки он потратил на то, чтобы пропитать все детали воском с оттенком махагона, и хорошенько отполировать, превратив, таким образом, простенькие бледно-жёлтые деревяшки в благородные, красно-коричневые. Витрина для кораблей обещала быть очень выразительной. Если, конечно, ей суждено быть когда-нибудь собранной.

В назначенный день, Николай Петрович ожидал визита гениального Женечки. Помимо общего нетерпения, его ещё и сжигало любопытство, что же он, строитель со стажем, без проблем разбиравшийся в самых замудрённых чертежах, делал не так?

А вот и звонок. Час истины пробил? Николай Петрович распахнул дверь и замер, чувствуя, как его привычный мир медленно рассыпается на кусочки.

Женечка любила своё имя — Евгения и терпеть не могла, когда её называли Женечкой. С её ростом под метр девяносто — ну какая она Женечка?! Может, конечно, этих пары сантиметров и не хватало на авторитетное «Евгения». Но, вообще, Жене казалось, что у работниц их фирмы на неё зуб ещё с тех пор, как при приёме на работу она поспорила, что женщины с институтом за плечами справятся с любой мебелью. С тех пор стоит кассиршам увидеть одинокого мужчину, покупающего что-то из мебели, так и подсовывают им её для сборки и явного введения в ступор. А как, спросите вы, кассирши понимают, что мужчина одинок?! Да просто. Если мебель выбирает один, то с большой вероятностью человек одинок.
Сколько раз, позвонив в дверь, она видела полное замешательство, вплоть до оцепенения. Не сосчитать.
Подкатив свой набор ящиков с инструментами и перехватив букет с шарами, она нажала на звонок. Звук прозвучал как сирена для её тяжёлой головы. По этому адресу сборки требовал шкаф Вёрпсхаген. Напарник не требовался. С установкой вполне можно справиться при подмоге хозяина.
Дверь широко открылась, и в проёме возник мужик. Шикарный мужик, честно скажем. Русый, высокий, спортивного телосложения, чуть старше неё. Каре-зелёные глаза хотелось назвать притягательными, и самое приятное — он был выше Жени. Замерев на пороге, она хорошо рассмотрела клиента и после этой длительной заминки умудрилась сказать только не очень приличное:
— Здрасте...
Мгновенно осознав, как это выглядит, Женя поспешила исправить первое впечатление, сказав:
— Женечку заказывали? Тьфу! Сборщика заказывали?
Нужно отметить, что в этот раз Женя выглядела ещё более впечатляюще, чем обычно: рабочий комбез, букет цветов, три разноцветных надувных шара и набор кейсов на колёсах с инструментами. Такой праздничной она была не зря — клиент с Вёрпсхагеном был её три тысячи пятисотым! Правда, сама она плоховато себя чувствовала. Вчера отмечали день рождения папы, и сегодня ей казалось, что она умирает.
Учитывая все переменные, Женя не исключала, что придётся объясняться и извиняться перед клиентом. Она решила, что в этом случае обязуется выполнить заказ попозже и поедет домой. И всё же она надеялась, что не придётся. Глядя на этого клиента, самочувствие Жени улучшалось само по себе.
Вот если бы ещё знать, что думает он, глядя на неё? Пока момент не стал неловким, она решила делать то, зачем пришла — собирать мебель, а заодно проверить реакции клиента. Ведь, как говорится: «Проблема не сунуть лампочку в рот, проблема потом вызвать скорую». И тут важно быть осторожной и осознавать свои действия, чтобы избежать неприятностей и возможных последствий.
Для начала она протянула мужчине ладонь для пожатия, глядя в его каре-зелёные глаза, и почему-то вспомнила, как одна из кассирш говорила: «На мужчину вообще нельзя повышать голос... Он должен бояться взгляда». Взглядом, которого некому было бояться, Женя напомнила мужчине, что хорошо бы и представиться. И это сработало, заставив её широко улыбнуться.
Он пожал её руку и сказал:
— Николай П... Николай...

После того как открыл дверь и увидел Женечку и эти дурацкие шары, которые с трудом удалось примостить на вешалку в прихожей, Николай приходил в себя неторопливо. Он вообще был не суетливым, а сейчас чувствовал себя и вовсе заторможенным. Но Коля считал верной настройку: лучше медленно и обстоятельно, чем непродуманно и кувырком. А тут было о чём подумать.
Например, с чего вдруг захотелось позаигрывать и улыбаться. Он стёр улыбку. Вдруг она глубоко замужем и с тремя детьми? И всё же он не сразу отпустил ладонь с длинными пальцами, легко погладив большим пальцем тыльную сторону руки женщины, и с удовольствием отметил румянец, растёкшийся по её щекам. Надо же, не дева юных лет — и такая чувствительность.
Ему редко встречались такие статные симпатичные женщины, возможно, именно поэтому захотелось похулиганить. Чаще его дамы были среднего роста, и сейчас удивительно приятно было чувствовать себя не Гулливером. Ничего такого, просто интерес, с расчётом даст — не даст. Возможно, этот самый интерес был связан с двумя моментами: ростом и работой этой Женечки.
Кстати, о работе. Уж очень Николаю хотелось посмотреть, что в её исполнении выйдет из его шкафа.
Оказавшийся в его руках букет он пристроил в кастрюльку с водой. Вазы у Николая не водились.
— Букет от поклонника? — спросил Коля.
— Нет, это мне за вас вручили, — и, видя непонимание на его лице, гордо добавила: — Вы у меня три тысячи пятисотый клиент.
Господи! Коля кое-как удержался, чтобы не засмеяться. Три тысячи пятисотым он ещё не был. Обычно, если не вторым, то максимум третьим. В большем женщины не признавались.
Окинув взглядом фронт работы, Женя поняла, что пару раз этот шкафчик уже чем-то был. А потом она обратила внимание на подоконник, этажерку, стол... На большинстве горизонтальных поверхностей стояли они — корабли мечты! Деревянные масштабные модели старинных клиперов, галер, бригантин и бригов! В цвете и со словно живыми и настоящими деталями на палубах и реях. Женя замерла. Глянула на нос брига.
— Меркурий, — прошептала, словно заворожённая.
Военный корабль Черноморского флота Российской империи. Прочитав на корме название, Женя поняла, что не ошиблась. До зуда в пальцах хотелось провести по носу, украшенному фигурой древнегреческого бога Меркурия, но она не сделала этого. Посмотрела на Николая вопросительно, и тот, словно раздумывая, медленно кивнул, разрешая. Палец женщины легко пробежался по дереву носа, корме, коснулся паруса, металла одной из восемнадцати карронад, по вёслам — отличительной особенностью оснащения этого брига.
Цвет шкафа был явно подобран под модели.
Она была «морским инженером» со специализацией «морская электротехника и электроника». В итоге это оказалось не то, о чём она мечтала, и, когда пришлось ухаживать за мамой, она легко бросила свою работу. На этих мыслях Женя всегда поддавалась грусти, но даже это не отвлекло её от разглядывания, да и не могла она на всё связанное с морем и океаном смотреть без восхищения.
Пройдясь вдоль всей коллекции, она не смогла промолчать:
— Шикарные модели, потрясающая коллекция, столько труда! Николай, вы — настоящий мастер! Шкаф для них?
Николай не понял, когда затаил дыхание. Когда палец женщины скользил по дереву корабля или когда увидел блеск восхищения в её глазах, направленных на модели? Или когда она так легко и естественно его похвалила? У него словно горло перехватило, но он ответил — не смог удержаться, чтобы не переспросить.
— Да, для коллекции. Вам правда нравятся мои модели? — с недоверием уточнил Николай.
— Конечно, нравятся, я люблю всё плавучее, — берясь за работу, поделилась Женя. — А уж такая красота — это просто верх мечтаний. Не современные металлические громадины, а старинные корабли с историей, романтикой, элегантностью, требующие невероятного мастерства в управлении, вдохновившие стольких художников, поэтов и моряков.
— Я не буду вам мешать, если здесь сяду? — Николай указал на кресло в углу. — Понаблюдаю. Просто я уже пробовал сам собрать, но у меня не вышло. Хочу увидеть, где я ошибался, — признался он Жене.
— Да пожалуйста, — смело сказала Женя, не в первый раз сталкиваясь со скепсисом клиентов.
Взяв инструкцию в картинках, Женя внимательно её рассмотрела. Прикинув высоту комнаты и убедившись, что шкаф легко встанет из положения лёжа, она положила задние детали шкафа.
172 винта разного размера и формы на 14 досок. Улыбнулась. Проще некуда. 
Разложив боковушки, верх и низ, отложила передние части и полки. В двух дверцах придётся фрезой вырезать крепления под петли. Теперь было дело за крепежами. С её практикой это было легко. Посмотрев ещё раз на Николая, отметила, что он выглядит рукастым и вполне способным выполнить эту работу. Руки у него были сильные, умелые. Что же пошло не так?
Пол шкафа был готов. Женин шуруповёрт работал отлично — не зря она недавно поменяла аккумулятор на новый. И хоть в кейсе был запасной, сейчас Жене никак не хотелось опростоволоситься под внимательным взглядом каре-зелёных.
Смотря, как быстро и чётко работает Женя, Коля не мог понять, почему у неё получается то, что не вышло у него. Но к его непониманию всё-таки добавилось восхищение. Может, кассирши знали, что говорили, и руки Женечки, если не волшебные, то точно золотые?
— Женя, могу я задать вам личный вопрос? — не выдержав, спросил он. Она кивнула. — Как вы стали сборщиком мебели? Нехарактерная, на мой взгляд, для женщины работа.
Соединив вторую боковушку шкафа, Женя ответила.
— Знаете выражение «Человек предполагает, а Бог располагает»? Вот так у меня и вышло. По профессии я инженер, но жизнь так повернулась, что профессию пришлось оставить и несколько лет заниматься другим. А потом оказалось, что возврат к предыдущему непрост и не мечта уже, да и уезжать не хотелось. Стало приятнее работать одной, без желающих воткнуть палку не только в колесо. А когда пришлось заменить дома мебель, вдруг проснулось к этому желание. Прошла обучение, нашла работу, — она замолчала, отыскивая нужный шуруп. — Зарплаты мне хватает. Теперь я Женечка с гениальными руками, как говорят женщины с касс.
Так неторопливо разговаривая, она споро работала руками, и вот уже шкаф был готов.
— Готово, — уверенно сказала Женя. — Можно поднимать и ставить. Поможете?
Напарники у неё обычно были пониже, а здесь — Николай. И всё же что-то пошло наперекосяк. Подумав, что раз напарник крепкий, она большую нагрузку дала на него, правда, забыв об этом предупредить. Шкаф качнулся на одном углу и поплыл так легко и стремительно, что Женя только «Ох!» успела сказать. Коля не дал упасть шкафу на пол... остановив его собой.
Николая не убило сильно, но под шкафом он выглядел эффектно для трагедии. «Всё-таки крепкий мужик», — было второй мыслью Жени, а первой — вызвать скорую. И тут она вспомнила, что вчера выпивала, и в крови у неё ещё может быть больше промилле, чем полиция считает безопасным. А уж если Николай подаст жалобу... Тут же вспомнилось, что ему нужна помощь.
На адреналине она подняла с Коли шкаф и поставила как было нужно в одиночку! Да, есть женщины в русских селеньях! А способы флирта нужно выбирать безопаснее.
Женя кинулась к Николаю, потом от него. Вернулась, похлопала по груди и рёбрам. Встала, не зная, что делать, за что хвататься. Обвела комнату взглядом, раздумывая, как бы так крутануться, чтобы выкрутиться.
— Николай, как вы? Где болит? — наконец догадалась спросить Женя, участливо склонившись над пострадавшим. — Может, скорую вызвать или что-то зафиксировать?
Вдруг мужчина оторвал голову от пола и будто удивлённо сказал:
— Вы ещё искусственное дыхание мне сделайте.
Обычно Женя легко ловила шутки, а тут не поняла. Но стресс и беспомощность, объединившись, тоже умеют шутить.
В жизни бывают положения, выпутаться из которых можно только с помощью изрядной доли безрассудства. Недолго думая, Женя опустилась на колени, придавила голову Николая ладонью за лоб, вдохнула побольше воздуха и, прижав свой рот ко рту мужчины, выдохнула половину. Набрала ещё раз воздуха и снова намерилась вдохнуть жизнь в живого Колю, но... Николай решил, что он живой настолько, что можно это продемонстрировать. Тем более шкаф уже стоял. Ну и, если быть честным, не он это начал, а продолжать было легче.
«Взрыв Кракатау был настолько мощным, что ударная волна обогнула планету семь раз», — отмечают историки геофизики. Спустя четверть века Земля пережила другой колоссальный взрыв — падение Тунгусского метеорита. Взрывная волна также обогнула планету несколько раз. Оба катаклизма остаются самыми мощными природными «звуками» в истории человечества.
И вот сейчас они запустили третью ударную волну вокруг планеты. Такую оглушающую, что до Жени очень нескоро дошло, что с ненормально громким звуком, словно колокол убивается об рельсу, звонит её телефон, а она упоительно целуется с клиентом, лёжа на полу рядом с собранным шкафом. Попытавшись вскочить, она нечаянно зацепила подбородком челюсть Коли, услышала его «ой» и нажала на приём звонка от племянницы. Женя замерла, услышав плач ребёнка в трубке.
— Мила, что случилось? Успокойся и расскажи нормально.
— Тёть, тёть, они убежали! Что-то украли, а я тут. Мне говорят, что я с ними и сейчас вызовут полицию. Я не могу звонить родителям, они меня убьют.
Из сбивчивых объяснений было ясно, что племяннице нужна помощь.
— Так, Мила, сядь и жди меня. Тебе тринадцать, без взрослых никуда. Ничего не говори и не отдавай рюкзак. Я уже бегу. Где ты?
Дослушав племянницу, Женя вскочила:
— Николай, простите. — Смущаясь, хоть было и поздно — не станешь же объяснять, что обычно она не бросается на клиентов. Она быстро затараторила:
— Племянница попала в сложную ситуацию, нужно выручать. Разрешите пока у вас оставить инструменты? — доставая поясную сумку с документами и картой из нижнего ящика инструментов.
Ожидая ответа, Женя удивлённо смотрела на молча вскочившего с пола Николая. Он взял куртку, сунул в карман бумажник, паспорт и спросил:
— Куда едем?

________________________________________________________________________________________________

 ВНИМАНИЕ! ОТКРЫТОЕ ГОЛОСОВАНИЕ!

Если вам понравилась эта история, проголосуйте за неё ЗДЕСЬ! 

Или нажмите на сердечко "Мне понравилось", при этом не забудьте поставить галочку видимости.

Без неё ваш голос учтён не будет. Спасибо за понимание.

Вы можете проголосовать за 3 истории.

________________________________________________________________________________________________

Читайте также:

История №1 _*_ История №2 _*_ История №4 _*_ История №5 

История №6 _*_ История №7 _*_ История №8