Регистрация   Вход
На главную » Собственное творчество »

Всё - за Викторию (ИЛР)



Соня Соня: > 10.02.13 14:22


 » Всё - за Викторию (ИЛР)  [ Завершено ]

ВСЁ - ЗА ВИКТОРИЮ
Соня Лемармот



Аннотация (два варианта):

1.
С одной стороны Виктории повезло – она наследница большого состояния. А с другой стороны из-за этого самого наследства она оказывается в весьма неприятной ситуации, и только ленивый не пытается отобрать ее денежки. И ладно, если бы пытались просто отобрать, так некоторые еще и убить хотят! Но есть!.. Есть на грешной земле не слишком благородный (и даже не рыцарь) делец, готовый защитить нашу героиню. За определенную плату, конечно.

2.
Роман можно было смело назвать «Жадные люди». Большое наследство, два врага и девушка между ними. И все! Абсолютно все просто жаждут денег! Злодей жаждет – но ему и положено. Герою вроде не положено, но он тоже жаждет. Героине так вообще положено быть скромной и не жаждать, но и она в стороне не осталась. И кому достанется огромное богатство, если никто не хочет уступать? У каждой конкурирующей стороны свои методы получить желаемое. Посмотрим, чья возьмет.





Копирование и размещение романа на других ресурсах строго запрещается!
Роман является интеллектуальной собственностью и охраняется законом РФ.


  Содержание:


  Профиль Профиль автора

  Автор Показать сообщения только автора темы (Соня Соня)

  Подписка Подписаться на автора

  Читалка Открыть в онлайн-читалке

  Добавить тему в подборки

  Модераторы: Соня Соня; yafor; Дата последней модерации: 04.12.2022

...

Соня Соня: > 10.02.13 14:34


 » ЧАСТЬ 1 Глава 1 - О «лютиках» в саду прекрасной девы

ЧАСТЬ 1. ДЕЛОВЫЕ ЛЮДИ
ГЛАВА 1 – О «лютиках» в саду прекрасной девы

Лондон, 1698 год


Было около десяти часов – время, когда добропорядочные жители столицы спали, отдыхая от трудового дня. Для другого же рода горожан начиналась трудовая ночь.
Наступало время воров.
И, возможно, именно такой человек ловко перебрался через кованую ограду, окружающую особняк графа Дантри, и спрыгнул на землю. Он выпрямился и осторожно двинулся к дому через сад, стараясь держаться ближе к деревьям. Вскоре неизвестный достиг широкой террасы, чьи большие, до самого пола, стеклянные французские окна смотрели в сад. Возня с задвижкой на одном из окон заняла не больше пары минут, и оно гостеприимно распахнулось перед взломщиком, пропустив его в дом.
***
Сад графа Дантри этой ночью пользовался особой популярностью. Чуть позднее к ограде подошел еще один человек. Он огляделся по сторонам и, убедившись, что поблизости никого нет, полез в густые высокие кусты, растущие со стороны улицы. Кусты скрывали лаз в ограде, которым и решил воспользоваться ночной гость. Но его попытка проникнуть в сад графа прошла не столь гладко, как у первого визитера.
***
Джонатан Беркли втянул живот и вновь постарался протиснуться сквозь прутья ограды. Кажется, он поправился за время своего отсутствия в Англии. Раньше он, пусть и не без труда, но пролезал в отверстие.
Беркли прилагал титанические усилия, чтобы продвинуться вперед или хотя бы назад, и в какой-то момент вдруг понял, что застрял! От ужаса он покрылся холодным потом.
Что будет, если он не сможет выбраться, и завтра его, всеми уважаемого барристера (1), владельца преуспевающей юридической конторы, найдут в столь неприглядном положении, в кустах чужого сада?!
Скандал! Позор! Над ним будет смеяться весь Лондон!
Зачем? Зачем он пришел сюда снова? Он же дал себе слово вытерпеть и не ходить под ее окна. Ведь ждать осталось совсем немного.
Но как он мог устоять и не прийти сегодня? Это было выше его сил – противиться соблазну увидеть Ее.
Виктория…
Раньше Беркли часто приходил к ее окнам поздним вечером и стоял в ожидании, не мелькнет ли знакомый силуэт. Порой ему везло, и он видел не только безликую тень, но и саму Викторию: в хорошую погоду она любила выходить на балкон. Она стояла там и любовалась луной, а Джонатан таился внизу, скрытый от ее глаз густыми кустами и темнотой ночи, и представлял, что луна светит лишь для них двоих, а Виктория телом и душой принадлежит только ему... Он видел ее тонкую фигурку у перил балкона и чувствовал, как сердце сладостно замирает в груди. Как же он желал обнимать ее, целовать, обладать ею! Только она ему нужна.
Виктория… Как желанно звучит ее имя.
Ну, кто бы мог подумать, что он, уже немолодой человек, повидавший жизнь, влюбится столь горячо и отчаянно? Уж точно не сам Беркли - до знакомства с Викторией он и в любовь не верил. И, лишь встретив эту прелестную девушку, он понял, как пусты были прожитие годы. Впрочем, будущее тоже казалось жалким без нее.
И однажды он осмелился просить ее стать его женой, но получил жестокий отказ.
Все надежды Джонатана разбились в тот миг, осталась лишь слепая ревность к ухажерам, что крутились вокруг его Виктории.
Почему она ему отказала? Ни один мужчина не любил бы ее так, как он, Джонатан! Он бы сделал ее счастливой, он бы жизнь отдал за одну ее улыбку!
Да, он уже не молод, ему сорок три. Да, тело его давно оплыло, стало грузным и неповоротливым, а под париком разрастается лысина. Но разве красота и молодость главное в мужчине? Конечно, нет! Главное – он готов ради любви на все!
Но Виктория его отвергла.
Беркли пытался ее забыть, но она не шла из головы. И бесконечные мысли о Виктории изматывали, повергали в отчаяние, лишали аппетита, воли, желания жить. Он оставил контору на брата и уехал из страны. Он путешествовал, видел много нового, даже завел роман, но образ Виктории занозой сидел в сердце. Каждый вечер ему хотелось оказаться под ее окнами и увидеть хотя бы ее тень в окне.
Виктория…
Конечно, с его блестящим умом Джонатан нашел выход.
Скоро! Очень скоро она будет принадлежать ему! Вся… безраздельно… Он так много сделал для их совместного счастья… Ведь ему даже пришлось убить ее отца.

_______
(1) - Ба́рристер (англ. barrister) — категория адвокатов в Великобритании, которые ведут дела. Барристер имеет право быть выслушанным судом в интересах своего клиента.

...

София Чайка: > 10.02.13 15:08


Ура!!! Я очень ждала новую историю в твоем исполнении, Сонечка!
Уже не раз порывалась спросить "Когда же!?", поэтому рада, что ты услышала мой посыл)))
Спасибо! Мне уже нравится) Flowers

...

Zoolya: > 10.02.13 15:55


Здравствуйте)) Очень заинтриговало начало. У этого Беркли какая та безумная любовь, такого следует опасаться. Принимай в читатели)))

...

Стасечка: > 11.02.13 19:08


Сонечка, я так рада, что ты новый роман выкладываешь! тоже очень долго ждала))))
Начало заинтриговало! но Брекли опасен..интересно, что будет дальше)

...

Соня Соня: > 11.02.13 22:46


София Чайка писал(а):
Ура!!! Я очень ждала новую историю в твоем исполнении, Сонечка!
Уже не раз порывалась спросить "Когда же!?", поэтому рада, что ты услышала мой посыл)))

Софи, спасибо! Мне очень приятно такое читать! Только я ничего не могу обещать в этот раз, сама не знаю, что получится.
София Чайка писал(а):
Спасибо! Мне уже нравится) Flowers

Спасибо!

*****

Zoolya писал(а):
Здравствуйте)) Очень заинтриговало начало. У этого Беркли какая та безумная любовь, такого следует опасаться. Принимай в читатели)))

Zoolya, очень рада новому читателю!
Спасибо за отзыв!

*****

Настя, спасибо! Очень рада видеть тебя в читателях! Надеюсь не разочарую
Стасечка писал(а):
Начало заинтриговало! но Брекли опасен..интересно, что будет дальше)

Скоро узнаем)

...

Соня Соня: > 12.02.13 00:24


 » Глава 2 – О несчастной бесприданнице

ГЛАВА 2 – О несчастной бесприданнице

Виктория тихо вздохнула и поднялась со стула. Она не ложилась, ожидая, когда оставшиеся в доме слуги уснут. Меньше всего ей хотелось, чтобы они застали ее за столь недостойным делом, которое она задумала.
Обстоятельства складывались весьма благоприятно для ее плана, – дядя уехал в загородное поместье и забрал с собой почти всю прислугу. В доме остались дворецкий и камеристка Виктории. Дядя даже повариху с собой забрал, хотя девушка была уверена, что в Эссексе, куда он отправился, есть и повар, и целая толпа поварят при кухне.
Впрочем, голодное существование Викторию мало сейчас заботило. Она собиралась обыскать кабинет родного дяди и чувствовала себя отвратительно, понимая, насколько низок подобный поступок, и к сколь тяжким последствиям он может привести, если ее застанут на месте преступления. Вообще-то замышляемый обыск стал не единственным пятном на ее совести. Она украла ключ от кабинета у дворецкого! Удивительно, как низко человек может пасть ради денег.
Еще недавно Виктория о таком кощунстве и помыслить не могла. Ей казалось, что жизнь устроена: она молода, красива и обеспечена. Она даже сумела примириться со своим скандальным происхождением, о котором не уставали судачить злые языки за спиной. А по достижении Викторией брачного возраста интерес к ее персоне лишь усилился. Завистницы прочили незаконнорожденной дочери графа Дантри самую невыгодную партию.
Впрочем, Виктория старалась не обращать внимания на сплетни. У нее имелись поклонники, к ней сватались приличные джентльмены. Она давно могла выбрать себе мужа, – отец позволил ей сделать выбор самой и не диктовал свою волю, - но никто из возможных претендентов не увлек ее достаточно сильно, чтобы захотелось сказать «Да».
Виктории исполнилось двадцать, но отец не настаивал на ее замужестве, скорее наоборот – не хотел расставаться с ней. Его вполне устраивало, что дочь находится при его особе. Граф любил Викторию. Его не смущал тот факт, что многие в высшем обществе воротили от его дочери свои аристократические носы. Для Виктории же столь откровенное пренебрежение стало весьма ощутимым ударом по самолюбию. Тем не менее, назло всем сплетникам, она никогда не оставалась без поклонников и даже научилась не замечать презрительные взгляды аристократов.
Жизнь Виктории вполне можно было назвать праздной, но все изменилось в одночасье. Веселье и беззаботность отошли в прошлое – вместе с богатством.
Два месяца назад ее отец погиб из-за несчастного случая. Его смерть стала страшным ударом для девушки. Но она тогда не знала, сколь сильно изменится ее жизнь после трагического события.
Из богатой наследницы Виктория превратилась в незаконнорожденную бесприданницу и приживалку в доме собственного отца. А произошло это из-за того, что ее родитель, Бенедикт Кэрри, граф Дантри, не оставил после себя завещания. Все наследство и титул перешли к его двоюродному брату Сесилю Ридли, который также стал опекуном Виктории.
Получив титул, дядя оставил пост судьи. Он на удивление быстро перебрался в дом покойного графа и начал наводить свои законы. Он любил порядок, к тому же был строг и весьма прижимист.
Первым делом Сесил дал расчет всем слугам, решив, что покойный кузен чересчур много им платил. Дядя нанял новую челядь; прислуги стало ровно вполовину меньше, чем у Бенедикта.
Однажды утром Виктория обнаружила, что на звон колокольчика никто не явился, а в доме появились незнакомые ей слуги. На ее вопрос о камеристке дядя презрительно ответил, что приживалкам такая роскошь не положена. Виктории пришлось подарить дорогое колье одной из служанок, чтобы та выполняла хотя бы часть обязанностей ее камеристки. После этого в комнату девушки, даже не постучавшись, вошел ее опекун и потребовал, чтобы она передала ему драгоценности. Она не нашлась, что возразить, и ей пришлось расстаться со всеми ценными вещами, что дарил ей отец. Зато она, уже с позволения хозяина дома, обзавелась служанкой.
Но весь ужас своего положения Виктория по-настоящему осознала после того, как случайно подслушала разговор дяди с его одноглазым помощником. Услышав голос опекуна в холле на первом этаже, она спряталась за лестницей, и собеседники, не подозревая о ее присутствии, прошли мимо, вполголоса обсуждая ее будущее.
- Что мне с ней делать? Я готов выкинуть эту девку на улицу, лишь бы она не мелькала у меня перед глазами! Видеть ее не могу! – скрежетал Сесил своим надтреснутым, неприятно резавшим слух голосом.
- Отправьте мисс Виже работать на кухню, - раздался затем тихий вкрадчивый голос Одноглазого.
- Нет, - отвечал граф после небольшой паузы, - похоже было, что идея, поданная помощником, вначале показалась дяде заманчивой. – Брат не простил бы мне.
- Может, устроить ее компаньонкой в приличный дом? – вынес новое предложение помощник.
Мужчины покинули дом, и Виктория не слышала продолжения разговора.
Потрясенная, она продолжала стоять за лестницей, пытаясь осмыслить услышанное.
Выкинуть на улицу? Отправить на кухню? Устроить компаньонкой?! Не такой она видела свою жизнь!
Виктория надеялась встретить благородного джентльмена, с которым они полюбят друг друга и поженятся. И только теперь она поняла, что все ухажеры, столь настойчиво добивавшиеся ее руки при жизни отца, вдруг куда-то пропали. Судя по всему, надеяться на то, что опекун выделит ей приданое и попытается выдать замуж, не приходилось.
Сесил и раньше давал Виктории понять, что он ее лишь терпит. Он был бесконечно ею недоволен и постоянно читал нотации о том, как должна себя вести воспитанная девушка. Но Виктория и не подозревала, что ее положение настолько шатко. Теперь она полностью зависела от ненавидящего и презирающего ее дяди.
Подслушанный разговор вывел ее из полусна, в котором она постоянно пребывала после смерти отца. Нужно было что-то делать, пока опекун не устроил ее жизнь «по-своему». Но ей никогда раньше не приходилось заботиться о себе; она не знала даже, с чего начать.
Ну почему отец не предусмотрел всё и не оставил завещания?
Поначалу убитая горем девушка не думала об этой странности, - так же, как она, бесконечно балованная, никогда не думала о деньгах при его жизни.
Но почему же все-таки отец не оставил завещание? Граф был уже немолод и не мог не позаботиться о любимой дочери. А что, если завещание все же существует? Если его до сих пор не огласили, значит, оно хранится в надежном месте. Поэтому сегодня ночью Виктория собиралась обыскать кабинет отца, - вернее, теперь уже кабинет дяди. Это ее последняя надежда на обеспеченное будущее.
***
Идти ночью по пустому дому было жутковато. Пол неприятно поскрипывал под ногами, а по стенам расползались пугающие тени. Виктория бережно прикрывала рукой огонек свечи, но тот все равно нервно метался на фитиле, угрожая совсем потухнуть.
Только бы никто не проснулся. В обычный день камеристку не дозваться, а дворецкий так вообще прикидывался глухим, когда Виктория к нему обращалась. Но она подозревала, что у обоих острый слух, и скрип пола, который казался ей оглушительным, мог их разбудить.
Девушка подошла к двери кабинета и остановилась. Несколько секунд она прислушивалась к звукам в доме, но ничто не нарушало тишины. Тогда Виктория вытащила из кармана ключ и вставила его в замочную скважину. Но попытка открыть замок не удалась. Она в недоумении посмотрела на дверь, а потом потянула ее на себя. Удивительно, но дядя забыл ее запереть, это было так на него не похоже.
Будто издеваясь, тяжелая дверь издала протяжный скрип, хотя на памяти Виктории она никогда не скрипела. Девушка юркнула в кабинет и плотно прикрыла ее за собой.
А если дворецкого разбудил скрип? Что, если он явится сюда проверить, все ли в порядке?
Тогда, он обнаружит запертую дверь, - решила Виктория - и закрыла замок изнутри на ключ. Старик увидит, что кабинет заперт, и уйдет.
Приняв меры предосторожности, она приступила к выполнению своего плана.
Неясное пламя одинокой свечи не могло осветить большую комнату, заставленную мебелью. По мере продвижения ночной гостьи по кабинету из темноты выступали массивный письменный стол и книжные шкафы, украшенные замысловатой резьбой.
Найти что-то здесь на первый взгляд показалось Виктории весьма проблематичным, – новый хозяин наводил свои порядки, причем довольно странные. Так, многие книги оказались сняты с полок и стопками разместились по всему кабинету, на софе и даже под ней. Мебель тоже передвигали – Виктория помнила другое её расположение, иногда она бывала здесь, заходила к отцу, когда он работал.
Девушка пребывала в полнейшем смятении. Ей нужна книга, которую когда-то показывал отец, но как найти ее в таком хаосе?
Решив не впадать в отчаяние и не терять даром времени, Виктория принялась за поиски. Она обходила шкаф за шкафом, читая названия на корешках томов. Она вытащила и просмотрела бесконечное число книг - и, наконец, ей повезло.
Она открыла очередной толстый том и чуть не вскрикнула от радости. Нашла!
Виктория метнулась к столу и положила на него свою находку. Сердцевина книги была вырезана, в ней организовали тайник. Отец сам показывал ей этот том и говорил, что в нем хранятся самые важные документы и фамильные драгоценности.
Виктория нетерпеливо вытаскивала бумаги, тут же жадно читала их и разочарованно откладывала в сторону. Драгоценности тем более не заинтересовали ее. Наконец, девушка закончила осмотр тайника. Она выпрямилась, задумчиво глядя перед собой и от расстройства постукивая пальцем по столу.
Завещания не было.
А она так надеялась на книгу-тайник…
Где еще можно поискать? В столе? Если в нем лежало завещание, то дядя не мог его пропустить.
Неужели опекун уничтожил завещание, чтобы получить все? Виктория не исключала такой возможности. Она уже понимала всю бесперспективность своих поисков. Отец не стал бы столь тщательно прятать завещание, а, если бы оно находилось где-то на виду, дядя наверняка обнаружил бы его.
«Не поэтому ли, - подумала она, обводя взглядом кабинет, - здесь такой беспорядок?»
Тем не менее, Виктория уже не могла остановиться и осмотрела каждый ящик стола. Она даже залезла под стол и, ударившись головой, совершенно случайно обнаружила тайник. Послышался щелчок, и маленькая панель сбоку ушла в сторону. В тайнике оказались какие-то бумаги и письмо.
Увы, завещание не нашлось и тут. Зато письмо Викторию заинтересовало. Написано оно было целых двадцать лет назад ее покойной матерью. И в письме Николь Виже сообщала своему возлюбленному Бенедикту Кэрри о беременности и умоляла забрать ее из дома сестры, где Николь пряталась от гнева отца. В письме она также указывала адрес, где находится.
Для Виктории неожиданная находка стала настоящим ударом. Ее мама умерла от болезни, когда девочке исполнилось восемь лет. Виктория хорошо ее помнила, и ей всегда не хватало материнского тепла. Письмо настолько взволновало ее, что она никак не могла успокоиться. Потрясенная, в совершенном бессилии она упала в кресло у стола, прижимая бумагу к груди.
На глаза навернулись слезы, но Виктория заморгала, прогоняя их. Не время предаваться отчаянию. Она сирота, и никто теперь не позаботится о ней, кроме нее самой.
Но неожиданно девушке пришло в голову, что письмо - знак свыше. Ведь не зря же в нем прилагается адрес тети, о которой мама всегда столь тепло отзывалась. Будто ангелы подложили ей письмо с ответом на ее отчаянный призыв, когда она столь остро нуждается в помощи! Виктория должна написать тете по этому адресу и попросить, чтобы та позволила ей приехать во Францию в качестве ее воспитанницы.
Виктория прекрасно владела французским и с детства мечтала посмотреть на родину мамы.
Без всяких угрызений совести она решила забрать драгоценности из книги-тайника. Дяде все равно о них неизвестно. Она продаст часть драгоценностей и сможет безбедно жить под опекой своей тетушки. Кто знает, может, ей, Виктории, удастся найти мужа во Франции и начать там новую жизнь без клейма незаконнорожденной? Эта мысль вдохнула в девушку новые силы.
Она поедет во Францию! И, возможно, она уже совсем скоро обнимет свою родную тетю!
Но тут из счастливых грез Викторию вырвали голоса в доме. Сердце екнуло со страху. Девушка вскочила с кресла и стала быстро собирать вынутые из тайника бумаги и драгоценности обратно.
Она торопливо засунула книгу на место, затушила свечу и испуганно оглянулась на дверь. По коридору кто-то шел; судя по голосам, к кабинету приближались двое мужчин. И Виктория могла поклясться, что один из голосов принадлежал ее дяде!
Девушка заметалась по кабинету, ища, где укрыться. Она, было, кинулась к софе, но в последнюю секунду передумала и спряталась за тяжелыми бархатными портьерами.
Виктория вжалась в угол возле окна, стараясь не дышать и не шевелиться. В какую ужасную ситуацию она попала! Если дядя найдет ее здесь, то тут же выгонит из дома. Но теперь ей ничего не оставалось, как прятаться и молиться, чтоб ее не обнаружили.
Проклятые портьеры никак не хотели успокоиться и перестать колыхаться. Виктория вся взмокла от страха, а сердце бешено колотилось в груди, и девушка серьезно побаивалась, что вошедшие в кабинет могут услышать его стук.

...

Стасечка: > 12.02.13 21:35


Очень интересная глава! почему же папа не оставил завещания..мог бы заранее о дочери позаботиться(

...

Zoolya: > 12.02.13 23:33


Спасибо за проду)) Жаль, что так вышло с завещанием, но надеюсь что хотя бы план связаться с тетей у неё удастся, и та ей поможет.
Как то неудачно дядя решил на ночь в библиотеку зайти, а быть может Виктория узнает что то важное.

...

La Sorellina: > 13.02.13 05:43


Соня Соня, понравился твой роман! Вернее,его начало Laughing Принимай в ПЧSmile))

...

Anastazia: > 13.02.13 08:59


Соня, привет! Начало понравилось, пролог особенно интригующий Smile Про Викторию пока не очень понятно, что она за личность, но дальше, умаю, все раскроется. Если судить по аннотации, то наследство героине папенька все же оставил - очень на это надеюсь, по крайней мере))
Буду читать Poceluy

...

Соня Соня: > 13.02.13 14:21


Стасечка писал(а):
почему же папа не оставил завещания..мог бы заранее о дочери позаботиться(

В следующей главе будут все объяснения)
Настя, спасибо за отзыв!

Zoolya писал(а):
Спасибо за проду))

Zoolya, спасибо, что комментируешь и за твои предположения!
Zoolya писал(а):
Как то неудачно дядя решил на ночь в библиотеку зайти, а быть может Виктория узнает что то важное.

Зришь в корень!

La Sorellina писал(а):
Соня Соня, понравился твой роман! Вернее,его начало Laughing Принимай в ПЧSmile))

Лиля, спасибо! Очень-очень рада новому читателю!!!

Anastazia писал(а):
Соня, привет!

Настя, привет!
Anastazia писал(а):
Начало понравилось, пролог особенно интригующий Smile

Это радует, а то я боялась, что наоборот нудно получается)
Anastazia писал(а):
Про Викторию пока не очень понятно, что она за личность, но дальше, умаю, все раскроется.

О да, она раскроется !
Anastazia писал(а):
Если судить по аннотации, то наследство героине папенька все же оставил - очень на это надеюсь, по крайней мере))

Об этом уже в следующей главе)
Anastazia писал(а):
Буду читать Poceluy

Очень рада! Спасибо за отзыв!

...

Соня Соня: > 13.02.13 22:43


 » Глава 3 – О пользе подслушивания

ГЛАВА 3 – О пользе подслушивания

Джонатан Беркли огляделся. Кабинет был знаком ему, покойный граф Дантри часто обсуждал здесь с ним юридические вопросы, – Беркли являлся его поверенным.
Мебель здесь осталась прежней, но стояла уже не на своих местах. Большинство книг сняты с полок и стопками разместились по всему кабинету. Про себя барристер отметил, что не стал бы принимать в столь неубранном помещении гостя, а предложил бы ему пройти в гостиную. Но новоиспеченного лорда Дантри, кажется, нисколько не смущал беспорядок.
Граф удобно устроился за столом в кресле с высокой спинкой и предложил Беркли присесть. Он жестом отпустил дворецкого, сопровождавшего их с жирандолью (2) на пять свечей. Тот поставил жирандоль на стол, и с поклоном удалился.
Свободных мест не оказалось, и Беркли пришлось бы самому убирать книги со стула, чтобы воспользоваться «гостеприимным» приглашением хозяина дома. Но он остался стоять. Барристер посмотрел на графа – надменный худосочный старикан, на лице которого, казалось, навечно прилипло кислое выражение, будто тот постоянно держал во рту ломтик лимона. Джонатану никогда не приходилось сталкиваться с судьей Ридли в зале суда, но он слышал о жестокости последнего. Законы и без того были слишком суровы, пощады же от Ридли преступникам ждать не приходилось.
- И что же вы хотели сообщить мне столь срочное и важное? – недовольно поинтересовался Сесил, не сводя с барристера пристального взгляда.
- Я еще раз приношу извинение за столь поздний визит… - начал Джонатан.
- Действительно, поздний, - хмыкнул лорд Дантри, грубо перебив собеседника.
Но Беркли нисколько не смутился. Он вполне отдавал себе отчет в том, что посетители не ходят с визитами по ночам, но ему подвернулся случай, и он не упустил его.
С трудом освободившись из капкана решетки, окружавшей особняк, Джонатан понуро брел по улице. Он так и не увидел сегодня любимую. Он как раз проходил мимо парадного въезда, как к воротам подкатил наемный экипаж, и из него вышел чем-то сильно недовольный граф Дантри, а за ним - его одноглазый слуга. Граф удивился, столкнувшись среди ночи лицом к лицу с поверенным брата, с которым был знаком.
Беркли же счел их встречу знаком свыше. Он хотел нанести визит опекуну Виктории завтра, в положенное время, но решил не откладывать разговор, раз уж сама судьба свела их. Он попросил графа принять его, сославшись на неотложность и важность дела, и тот, пусть весьма неохотно и холодно, но пригласил нежданного гостя в дом.
И вот Джонатан стоит в кабинете Дантри, готовый выдвинуть свои требования.
Да-да, именно требования! И граф не посмеет ему отказать!
Скоро Виктория станет миссис Беркли и принесет ему приличное состояние, ведь он придумал прекрасный план - и воплотил его в жизнь. И теперь ему осталось лишь пожинать плоды.
***
Идея, как получить Викторию, посетила Беркли во время его путешествия, в котором он как раз и пытался ее забыть.
Прямо перед его отъездом Бенедикт Кэрри, граф Дантри, написал завещание и оставил его на хранение своему поверенному. Джонатан, естественно, знал содержание документа.
За неимением других наследников, двоюродный брат графа Сесил Ридли наследовал титул и фамильный особняк в Эссексе. Но то была лишь малая часть богатства; львиная же доля состояния Дантри переходила к Виктории. После смерти отца и по достижении двадцати одного года мисс Виже ежегодно должна получать две тысячи фунтов. Она также становилась хозяйкой дома в Лондоне и единовременно получала двадцать тысяч фунтов стерлингов. Но, до момента достижения Викторией совершеннолетия, о ней и о состоянии Дантри должен позаботиться опекун.
Но кто станет опекуном Виктории, если ее отец умрет? Ее ближайший родственник Сесил Ридли, или ее муж. Но Виктория пока не вышла замуж. Об этом Джонатану в каждом письме сообщала сестра, по его же просьбе.
Значит, опекуном станет Сесил Ридли. Но ему абсолютно не выгодно, чтобы Виктория получила столь богатое наследство. Ведь, если бы не завещание, девушка не имела бы права наследования: все бы перешло к кузену ее отца.
И в голове Беркли сложился четкий план действий.
Во-первых, он инкогнито вернулся в Лондон и забрал завещание графа из конторы.
Во-вторых, Беркли нанял убийцу. Самая трудная часть плана оказалась легче, чем он предполагал. Один человек задолжал ему большие деньги. И этот тип, не слишком отягощенный принципами морали, легко согласился убить графа Дантри в счет погашения долга.
Беркли знал о том, что отец Виктории любил кататься по утрам верхом в Гайд-парке; и, как выяснилось, этой привычке он не изменил. Убийца должен был покончить с Бенедиктом во время конной прогулки; но все получилось много лучше, чем планировал Джонатан.
Нанятый Беркли человек подкараулил Бенедикта в Гайд-парке. Граф далеко ускакал от сопровождающего его грума и оказался один на дорожке; стояло раннее утро, и поблизости не было гуляющих.
Убийца, притаившийся в кустах, выстрелил, но промахнулся. Лошадь графа испугалась громкого звука и резко дернулась в сторону. Наездник не удержался в седле, упал и сломал себе шею. Свидетелей преступления не оказалось; власти решили, что это был несчастный случай, и расследование проводить не стали.
Все шло хорошо. И теперь, чтобы прийти к финишу и получить столь долгожданный приз, Джонатану оставалось договориться с новоиспеченным графом Дантри. Он сделает ему щедрое предложение, от которого тот не сможет отказаться.
Но предусмотрительный юрист решил выждать месяца два, чтобы его никоим образом не связали с гибелью клиента. А за это время Сесил Ридли узнает, что такое богатство брата: тогда ему труднее будет отказаться от него и легче принять предложение Беркли.
Джонатан уехал из Лондона и снова вернулся сегодня утром уже официально. Завтра он собирался нанести визит графу Дантри, но случайная встреча немного ускорила это событие.
Сейчас Беркли чувствовал себя как никогда уверенно. Его нисколько не задевали ни грубое обращение, ни недовольные взгляды графа. Этот высохший старик с отвратительным голосом был ему неприятен, и Джонатану хотелось сбить с него спесь.
- Как я уже сказал, у меня к вам весьма важное дело, ваше сиятельство. И в ваших же интересах, чтобы о нашем разговоре никто не узнал, - предупредил Беркли, но Дантри снова его перебил:
- Что еще за шутки вы собрались со мной шутить? Я честный человек, и мне скрывать нечего!
- Помилуйте, ваше сиятельство! Никаких шуток! Все очень серьезно. Дело в том, что меня два года не было в Англии, а по возвращении я узнал, что мой клиент, лорд Дантри, скончался два месяца назад. Ваш кузен оставил завещание, которое хранится у меня лично, и оно до сих пор не было оглашено… - Беркли сделал значительную паузу, наблюдая за реакцией графа. Тот впился взглядом в лицо собеседника, теперь уже ловя каждое слово. Бывший судья подался вперед, дыхание его участилось, а пальцы сжались в кулаки.
Беркли наслаждался произведенным эффектом: именно на такую реакцию он и рассчитывал. Он испытывал необычайное удовольствие, видя волнение старика.
***
Сесил откашлялся, прочищая горло, но голос его все равно звучал глухо:
- Завещание? Что за завещание?
«Неужели, - думал он, – неужели проклятое завещание всплыло?»
После смерти кузена Сесил первым делом обратился в контору Беркли, но поверенный брата оказался в отъезде, а его помощники ничего о завещании не знали. Тогда граф обыскал весь дом, но и здесь ничего не нашел, и почти уверился, что Бенедикт завещания не оставил. Лорд Дантри уже строил планы, как распорядится деньгами, - и вот всплывает этот проклятый документ!..
Бенедикт и Сесил дружили с детства; казалось, они были ближе друг другу, чем родные братья. Но, с появлением в жизни Бенедикта незаконной дочери, отношения между кузенами стали заметно прохладнее. Сесил не одобрял, что брат столь откровенно выставляет напоказ свой позор и даже не пытается скрыть его. Бенедикт же не обращал на его слова внимания. К тому же он считал, что занимающий пост судьи кузен достаточно хорошо обеспечен, и не скрывал, что собирается оставить большую часть состояния Виктории. Переубедить его оказалось невозможно, и Ридли искренне волновался, что этот глупец так и поступит.
Сесил считал Викторию позором их семьи. Он не мог понять брата; вместо того, чтобы спрятать внебрачную дочь, Бенедикт всячески опекал и обхаживал ее, гордо выставляя напоказ перед обществом, презрительно попирая мораль и нравы. И сделал ее наследницей! Но все, чем владел Бенедикт, принадлежало роду Дантри, и кузен не имел права так распоряжаться своим наследством. Виктория для их семьи никто. Сорная трава.
-...Завещание вашего брата, по которому вы наследуете титул и фамильный особняк, а его дочь получает дом в Лондоне и весьма приличное содержание, - покойно пояснил ему Беркли.
- Дочь? – презрительно хмыкнул Дантри, но голос его выдавал волнение, если не ярость. – Виктория - дочь прислуги, она не принадлежит к нашей семье, и я не понимаю, причем здесь она?
- Все вы прекрасно понимаете, - резко оборвал его Беркли, неожиданно показав характер.
Дантри впился в его лицо взглядом, полным бешеной злобы. Первым его порывом было выкинуть наглеца из дома, но он одумался, вспомнив начало их разговора. Почему юрист пришел к нему столь поздно и сказал, что не хочет, чтобы об их разговоре узнали? О каком деле он говорит? Чего добивается? Чтобы огласить завещание, Беркли нужно лишь собрать наследников в своей конторе и зачитать текст. Зачем же он здесь?
- Чего вы хотите? – лаконично спросил Дантри; у бывшего судьи возникло чувство, что сейчас ему предложат нечто прибыльное, но незаконное: со временем он не потерял нюх на такие дела.
- Хочу сделать вам весьма выгодное предложение.
- Ну, так делайте, - нетерпеливо бросил граф и подался вперед всем корпусом, буравя гостя взглядом.
Беркли довольно хмыкнул и прямо сказал:
- Я уничтожу завещание за… вознаграждение. И вы станете единственным наследником.
- Хотите денег? Сколько?
- Я хочу не только денег. Я хочу, чтобы мисс Виже стала моей женой. Вы должны дать свое согласие и повлиять на нее. Сделайте так, чтобы она вышла за меня замуж.
- Виктория?! – граф просто выплюнул ее имя, но, в то же время, чувствовал себя немного ошарашенным.
В последнее время он ломал голову, как бы избавиться от опостылевшей ему девчонки. Вряд ли кто-нибудь захочет жениться на незаконнорожденной бесприданнице. Сделать ее служанкой? Но что-то останавливало его; может быть, долг перед братом. Бенедикт никогда бы не простил ему. Какие бы ссоры между ними ни происходили, все же Сесил любил кузена и искренне горевал из-за его внезапной кончины. И вот ему предлагают столь легкое решение проблемы!
- Да забирайте ее с потрохами, - скривился он. – Сколько денег вы хотите? – этот вопрос занимал его куда больше.
- Пятнадцать тысяч фунтов.
Граф дернулся на своем месте, будто Беркли воткнул ему в сердце осиновый кол. Сумма, затребованная юристом, равнялась трем годовым доходам покойного брата.
- И не спорьте, ваше сиятельство. Вам достанется куда больше, и вам это прекрасно известно, – тут же отмел Беркли все возражения.
Несколько минут Дантри молчал, но все же он не мог не признать, что лучше выплатить столь солидную сумму и получить много больше, нежели лишиться всего.
- Я согласен, - сказал он. – Но вначале я хочу взглянуть на завещание. Может, его и не существует, а вы морочите мне голову.
- О, конечно, я покажу его вам…
- Так предъявите! – нетерпеливо потребовал граф.
- Его нет у меня с собой, завещание хранится в надежном месте. Я завтра составлю брачный договор и предъявлю его вам вместе с завещанием, чтобы у вас не возникло более сомнений, ваше сиятельство. А теперь позвольте откланяться. Провожать меня не нужно. – С этими словами Джонатан Беркли взял из подсвечника горевшую свечу и направился к двери.
***
После ухода барристера в кабинете повисла гробовая тишина.
Лорд Дантри каменным изваянием сидел за столом и обдумывал слова Беркли. Графа грызла жадность. Просто так отдать этому жирному борову целое состояние! Вот если бы ему удалось завладеть завещанием, он бы послал юриста к черту, а Викторию вышвырнул бы на улицу. Если она так нужна Беркли, пусть там ее и ищет! Слишком много проблем от никчемной девки.
Неожиданно Сесил вскочил со своего места, стремительно пересек кабинет, выглянул в коридор и рявкнул на весь дом:
- Джейсон!
И в голосе, и в каждом резком нетерпеливом движении чувствовались раздражение и злость. Не находя себе места, граф метался по кабинету. Наконец, он услышал шаги в коридоре и снова опустился в кресло за письменным столом. Вошел высокий худощавый мужчина; один глаз его был перетянут черной повязкой.
- Закрой дверь, - велел Джейсону хозяин, - я не хочу, чтобы нас подслушали.
Джейсон закрыл дверь и встал напротив графа, ожидая, когда тот объяснит, что же происходит. По природе своей он был молчалив и предпочитал действовать, а не болтать. Высказывался он крайне редко и исключительно по делу, за что Сесил его ценил.
- Завещание брата всплыло. Он все оставил ей, - коротко бросил лорд Дантри.
Джейсону не надо было пояснять, кому все оставил Бенедикт: они уже не раз обсуждали тему завещания, пытаясь его искать.
- И знаешь, что предложил мне жирный ублюдок, которого мы встретили около дома? – голос графа дрогнул от ярости.
Джейсон ничего не сказал, он ждал продолжения.
- Он согласится уничтожить завещание, если я выплачу ему огромное вознаграждение и отдам Викторию в жены.
- Племянница дорого вам обходится, - неожиданно обронил Джейсон тихим вкрадчивым голосом.
- Племянница! – с отвращением выплюнул Дантри. – Она мне не племянница! Она… Ее мать шлюха!
Некоторое время Сесил учащенно дышал, а его помощник терпеливо ждал, пока тот успокоится.
- Нужно найти завещание и уничтожить его, - наконец сказал граф.
- И юриста? – спокойно поинтересовался Джейсон.
- Свидетели ни к чему, - тихо подтвердил приговор лорд Дантри. – Вытряси из него завещание и избавься от жирной свиньи.
- А что, если юрист не отдаст документ? Или через месяц появится новый юрист с завещанием? Вдруг ваш покойный кузен решил подстраховаться? – вкрадчиво спросил Джейсон.
Сесил задумался. Появление еще одного завещания казалось ему маловероятным, - оно бы уже всплыло, - а вот с Беркли могли возникнуть проблемы.
- Что ты предлагаешь? – наконец спросил он.
- Девушка так любила отца. Она до сих пор оплакивает его кончину. Никто не удивится, если Виктория вдруг… повесится.
- …и я останусь единственным наследником, - закончил его мысль граф, поражаясь, как столь простое решение не пришло ему на ум.
Просто нужно уничтожить причину всех его бед, - и он сможет жить спокойно, ничего не опасаясь! Беркли, конечно, все поймет, но он не посмеет ничего рассказать об их договоре; и доказать он ничего не сможет. И пусть теперь всплывет хоть миллион завещаний, по которым незаконная дочь кузена получает все! Графу Дантри уже ничто не будет угрожать. Потому что наследницы не станет.
- Только сделать все нужно очень аккуратно. Хорошо бы получить от нее предсмертную записку... Но девчонка наверняка заартачится, так что обойдемся без записки. И лучше кончить с ней сегодня, - сказал он и со значением взглянул на помощника.
Джейсон согласно наклонил голову.
- Сегодня ночью, - подтвердил он.

_____
(2). Жирандоль [фр. girandole] - уст. фигурный подсвечник для нескольких свечей.

...

kamillа: > 14.02.13 10:08


Соня, привет. Читаю твой роман и здесь тоже. Мне очень нравится. Так что принимай в читательницы.

...

La Sorellina: > 14.02.13 13:25


Соня Соня, привет! hi
Так вот,значит,как. Решили законную наследницу ухлопать. Ню-ню. Виктория не так уж и проста,как кажется. А где её защитник?

...

Зарегистрируйтесь для получения дополнительных возможностей на сайте и форуме
Полная версия · Регистрация · Вход · Пользователи · VIP · Новости · Карта сайта · Контакты · Настроить это меню


Если Вы обнаружили на этой странице нарушение авторских прав, ошибку или хотите дополнить информацию, отправьте нам сообщение.
Если перед нажатием на ссылку выделить на странице мышкой какой-либо текст, он автоматически подставится в сообщение