Регистрация   Вход
На главную » Собственное творчество »

Совместный номер. Противостояние (СЛР 18+)



Yusia: > 29.09.15 01:22


 » Глава 4


Eminem – Lose Yourself
Коннор
− Слушай вчерашний бой просто жесть, − Джон чешет затылок, поглядывая искоса на меня, − классно ты его положил.
− Я делал то, что и обычно, просто с каждым разом это со стороны выглядит круче. Возможно, − пожимаю плечами, − еще все зависит от того, как тебя словит оператор с камерой. Да, кстати, на счет камеры, − поднимаюсь с дивана, − мне еще на интервью ехать. Досмотришь бой без меня и не забудь рассказать, чем все закончилось.
− О, ну да, − Джон начинает хохотать, − я потом расскажу, кто тут кого добил.
Выхожу из гостиной и поднимаюсь в спальню. Бой действительно был нелёгким, но всё как обычно: хорошо изученные соперники, поставленные приемы и трюки, оттренированная тактика. Опыт приходит только с чем-то новым.
Приняв душ и переодевшись, набираю Фостера.
− Алекс привет.
− Коннор?
− Я собираюсь на интервью, к тебе заехать?
− Думаю в этом нет необходимости, ты и сам справишься. Только помни, речь правильная и грамотная, это мужской глянец.
− Я понял. Хорошо, до связи, − завершаю вызов.
Алекс Фостер мой менеджер. Ему 57лет и он очень хорош в своем деле. Шесть лет назад он нашел меня, дерущегося на улице и забрал под свою ответственность, отправив меня к Джейду, с тех пор и началась моя карьера рестлера. Не знаю, чем бы я сейчас занимался, если бы не они. Именно благодаря Фостеру я смог доучиться, если это можно так назвать, в университете и стать тем, кто я есть. Он мне как отец, в отличие от моего настоящего отца, с которым кроме финансовых вопросов нас ничего не связывает.
После развода мать с отцом разъехались. Отец забрал меня с собой, но это была не жизнь, а пытка. Меня вырастила улица и ее законы. А отец, пропадавший все время на работе и с друзьями в баре, только и мог, что наказывать за очередной промах, которых было немало. В общем, моя жизнь была полным дерьмом, но я не скатился на дно. Я хотел вырваться из этого постоянного гнета отца и слабохарактерности матери, которая уступила меня отцу. И наконец, это стало возможным.
Сейчас я живу один и у меня есть все, чего я когда-то желал: свобода и финансовая независимость. Я никому ничего не должен. В придачу меня еще и знают в определенных кругах. Но Фостер говорит, что этого мало, нужно расти и совершенствовать себя, что я и делаю, я никогда не останавливаюсь на достигнутом и ставлю новые цели.
Сегодня мое интервью в мужском журнале, обо мне узнает больше людей, и я стану еще более знаменитым. Что ж, неплохо. Моя репутация работает на меня.
Сбегаю по лестнице вниз, забираю куртку в гардеробе и выхожу к машине.
Мою малышку я купил сам и она мне очень дорога. Она быстрая и удобная. Очень люблю свою красотку. Проезжаю три квартала и останавливаюсь под офисом.
На ресепшене стоит молодая девчонка. При виде меня, она начинает суетиться.
- Здрасьте. – Подхожу к стойке и нагло рассматриваю девицу. Она поспешно и осекаясь, выходит из-за стойки и что-то говорит рядом стоящему охраннику.
Ух, какие ножки. Мои похотливые мысли заводят меня уже понемногу в спальню. Интересно, как-бы эти ножки смотрелись, обвитые вокруг моей шеи? И я бы совсем не сдерживался с тобой, крошка. В ладонях возникает приятное тепло, как бы её дрожь чувствовалась под моей ладонью.
Окидываю ее сверху-вниз, но девица замечает мой пристальный взгляд и густо краснеет. Да малышка, ты всё правильно поняла. Возможно, я оставлю тебе свой номер на ночь, а может и на парочку.
Подмигиваю разрумянившейся вовсю девице, охрана пропускает, и меня проводят в фотостудию. Час съемки с фотографом и меня приглашают в кабинет. Как-то немного утомительно, хотя ты ни хрена и не делал.
Сажусь в кресло, напротив меня за столом сидит мужчина лет 45 в очках, деловом костюме, с блокнотом и диктофоном. Я немного разочарован. Скучно. Да, жаль, что не та девушка с ресепшена принимает интервью, мы бы с ней поинтереснее пообщались.
− Здравствуйте мистер Брайант, можем начинать?
− Да, я готов.
− Я включу диктофон.
− Конечно, без проблем.
− Ваша карьера как рестлера началась в 22, что послужило стартом?
О, началось. Как я и ожидал. Что бы ему ответить? Однозначно не стану ему рассказывать, как Фостер впервые увидел меня с разбитой бровей и губой. Даже вспоминается этот случай немного с отвращением, драка двух малолетних отморозков, ни хрена из себя не представляющих и пытающихся делить девчонку. А уж что было потом, как он меня вытащил и как началась моя карьера, совсем неохота распространяться. Это лучше забыть и никогда не вспоминать. А в моём случае лучше наврать и сочинить.
− Шесть лет назад я познакомился с мистером Алексом Фостером. Он отвел меня к Джейду Крамеру, который стал меня тренировать. – Скучно, скупо и вранье. Зато в рестлерском духе.
−Да, ваш тренер мистер Крамер говорит, что Вы подаете большие надежды. Он Вас учит своим личным приемам?
− Да, естественно лучшие фишки передаются от наставника к преемнику, − утвердительно киваю, − мы прорабатываем все его трюки, которые можно передавать, но у каждого рестлера остается один свой личный трюк, отличающий его от остальных, и он не передается.
− А у Вас есть что-то свое? Только Ваше?
А вот тут пока ответить мне нечего. Еще только наработки. У меня ещё всё впереди.
− Ну… − привстаю с кресла, ставлю локти на колени и упираюсь подбородком на руки, обдумывая его вопрос, − на самом деле я еще только начинающий, у меня еще нет своего личного трюка, но мы работаем над этим.
На вопросы о семье и личной жизни я стараюсь давать краткие ответы. Не их дело знать, что собой представляет моя семья, а вернее ее жалкие остатки, а личная жизнь на то и личная, чтоб ее не разглашать. Тем более и рассказывать особо нечего, что б могло быть у всех на слуху. Это только моё! Это не должен знать никто.
Девушки, которых у меня было немало – это то, что приносит с собой популярность, но только и всего. И я рассказываю только общедоступные факты. Что я вырос один, родители в разводе и бла-бла-бла.
Меня немного выматывает этот журналист и под конец интервью я уже немного раздражен. Хочется встать, уйти отсюда, и всё-же оставить телефончик той миловидной секретарше, как компенсацию за нуднейший опрос.
− И напоследок Коннор, что Вы можете пожелать нашим читателям? Может какой-то личный совет?
О, ну вот это можно. Особенно, если кто-то меня услышит, то будет круто. И Алекс это оценит.
− Никогда не падайте духом. Нам по силам любые трудности и любая цель будет преодоленной, стоит только взять нужный ориентир и упорно стремиться к достижению.
Наконец, он выключает диктофон. Слава тебе… Наконец-то можно свалить отсюда.
− Спасибо, что согласились дать нам интервью. Мы возьмем пару Ваших снимков с вчерашнего боя, Вы не будете против?
− Нет, - натягиваю улыбку. Я устал, но это нужно для моей карьеры и большей популярности. Думаю, оно стоило того, − это все, я могу идти?
− Да, конечно, еще раз спасибо.
Мы встаем, он подает руку для пожатия. Пожав ему руку, выхожу из кабинета. Снова передо мной ресепшен и та девица. Но на второй взгляд она мне уже не кажется такой привлекательной, как впервые. Нет, не буду оставлять ей номер, и просить её, в баре можно снять девчонок и покруче.
Я вконец разочарованный пустой поездкой, покидаю здание и сажусь в машину. На экране мобильного висит сообщение. Звонил отец. Значит, снова нужны деньги. Бл*ть, когда же это все уже кончится, и он перестанет выезжать за счет меня?
Выезжаю со стоянки и разворачиваюсь, теперь мне нужно ехать в другой конец города, в паршивый район, где я вырос и куда стараюсь свой нос не совать. Здесь я знаменитость, каждая собака меня знает, но я стараюсь это злосчастное место обходить стороной.
Вот и моя школа, а вот и дом. Въезжаю на подъездную дорожку и ставлю свою Bentley рядом с пикапом отца. Одноэтажный дом с боковым гаражом, гладко выстриженный газон. Я появляюсь здесь пару раз в год, но за последние двадцать лет так ничего и не поменялось. Поднимаюсь по ступенькам на крыльцо. Дверь в дом не заперта, как обычно. На хрена она ему, если он ее никогда не закрывает? Из гостиной раздаются крики комментатора бейсбольного матча.
− Когда ты все-таки станешь закрывать эту чертову дверь? − спрашиваю, облокотившись о косяк в дверном проеме.
− Коннор? Привет. – Отец поворачивает голову в мою сторону, − садись.
Щетина, лоб исполосован грубыми морщинами. Жизнь, словно прокатилась асфальтным катком по моему отцу, потрепала его. У него всегда была тяжелая рука и несносный характер, но после развода это стало хуже, и отрывался он на мне. Сказать, что я его ненавижу, я не могу, но… я рад, что попал к Фостеру и уехал отсюда.
− Зачем ты звонил? Нужны деньги? – перехожу сразу к делу, задерживаться в этом доме нет ни малейшего желания.
− Нет. Я не по этому поводу тебя позвал. Твоя мать звонила.
Еще одна. Слабохарактерная. Оставившая меня отцу, а сама свалившая куда подальше. Да, я особо никому не был нужен и рассчитывал всегда сам на себя. А её хочу забыть. Хочу нахрен забыть всё это д*рьмо.
− Мне она не отзванивалась. − Комментатор в телевизоре кричит, и я машинально перевожу свой взгляд на экран, потом снова на отца. − Чего она хочет?
− Она хочет приехать на пару дней в город. У нее новый хахаль, боится, что ты ему челюсть сломаешь, − он начинает смеяться, но осекается и искоса смотрит на меня. Мне совсем не смешно.
− Да мне-то что? Я живу сам и буду жить сам, − отталкиваюсь от косяка, − я добился всего сам, вы с матерью мне ничего не дали. Ко мне пусть не суется.
− Коннор…
− Это мое последнее слово, − перебиваю отца на полуслове, дальше я уже слушать не намерен, а поднимать руку он на меня не станет, теперь многие со мной осторожны и опасаются меня, не только мой отец, − всё, я ушёл.
Выхожу из дома немного раздражённый. Только зря потратил время. Я не намерен все время обхаживать своих родителей, которые в свое время меня предоставили улице и самому себе.
Так, что у меня по плану? Сегодня вечером я могу пойти в бар, впереди день отдыха, а потом снова тренировки. Устало завожу руки за спину, костяшки хрустят. Нужно расслабиться. Нужна девчонка, которая неплохо отс*сёт и я получу разрядку.
Завожу машину и еду домой. До вечера можно поваляться в комнате, посмотрев и проанализировав свой бой, послушать хорошую музыку, чем я и занимаюсь. Это любимые дела, помимо тренировок, и прогулок в машине, когда ты предоставлен сам себе и тебя никто не отвлекает.
Вечером, взяв такси, мы отправляемся с Джоном в бар. Первые минут двадцать я раздаю автографы и со мной фотографируются фаны. Как привычно и как чертовски это льстит. Особенно когда знаешь, что это заслуженно.
Мы с Джоном к этому уже привыкли, поэтому я натягиваю свою коронную улыбку машинально и без эмоций. Когда наступает затишье можно пойти к барной стойке. Меня с обеих сторон окружает пара девчонок, значит, сегодня я буду не один, как и планировал.
Несколько шотов, пара бокалов виски и я с девочками еду домой. Но не в свою постель, для этих целей у меня отдельная комната, а моя спальня – это мое личное пространство.
Первая девица неплохо отс*сывает своим влажным горячим ротиком, пока я сжимаю и наслаждаюсь грудью второй. Но тут подключается и вторая. В ход идёт второй язычок и зубки. Придерживаю одну из них за затылок. Она открывает сильнее ротик и я могу войти глубже. Именно то, что нужно. Держаться тяжеловато, но я должен. Обе же хотят узнать Коннора Брайанта поближе, и я не могу их разочаровать.
Хорошенько оттр*хав одну из подружек, приступаю к другой. Это тоже своеобразная тренировка на выносливость. Но к этому я готов, они будут довольны обе.
Утро. Открываю глаза, я в гостевой спальне, с обеих сторон спят мои вчерашние спутницы – блондинка и брюнетка. Да, ночка была вполне неплохая, и по их виду можно смело сказать, что обе удовлетворены по-полной.
Девчонки могут еще поспать, а мне нужно проверить Джона. Тихо одеваюсь и выхожу из комнаты на его поиски . Тихо приоткрываю дверь в спальню, в которой я разместил его – в кровати спят он и девушка. Сегодня я его перепрыгнул, оказавшись с двумя девицами.
Закрываю дверь назад и поднимаюсь к себе. За Джона я спокоен, он дома. А теперь обычное начало дня после гулянок: в душ, завтракать и выпроводить девушек. Обычно девушки сами тихо покидают мой дом, но иногда слишком настырных поклонниц приходится выпроваживать.
На этот раз девушки сами уходят, а мы с Джоном встречаемся уже на кухне. Он заходит, когда я уже почти допил свой чай.
– Как голова? – смотрю на слегка помятого похмельем Джона.
– Нормально, ты один?
– Твоя дама как и мои, я надеюсь, уже тоже свалила из моего дома? – отвечаю ему вопросом на вопрос.
– Да, Сесиль уже ушла.
Он даже запомнил имя однодневной подруги?
– О, ты даже знаешь ее имя?
– Я не такой как ты, Коннор. Для тебя девчонки – мусор, средство удовлетворения потребностей и только.
Ох, в этом Джон хорош, у самого жизнь дерьмо, но что касается женщин, тут он любитель поучать. Это начинает злить. Я сам хозяин своей жизни, меня не нужно учить, где я прав, а где нет.
– Заткнись Джон, можно я сам буду решать, что для меня будут значить женщины в моей жизни?
– Да не вопрос Коннор, только однажды папаша одной из них может явиться сюда и оторвать тебе яйца.
– Как-нибудь с этим разберусь, – допиваю чай и встаю. Меня немного раздражают эти поучения и чтобы сейчас не ругаться с другом и не портить себе настроение прямо с утра, мне лучше просто уйти.
Этот день считается моим выходным, без тренировок. Я могу посмотреть фильм и съездить на набережную, где часто люблю бывать. Таких дней в месяце у меня не много, так как все основное свое время я провожу в спортивном зале и за тренировками на ринге. И я пользуюсь каждым свободным моментом.
Так и проходит вся неделя: разминка, силовые и гимнастические упражнения, тренировка и усовершенствование трюков. Практически всё время я провожу в зале, оттачивая свою тактику. В субботу в зале появляется Фостер. Как обычно деловой и немногословный. В руках у него что-то похожее на листовку.
– Коннор, – зовет меня с ринга.
– Алекс? – отхожу от Джейда и, сняв полотенце с угла, спрыгиваю с ринга. Я изрядно выдохся и немного пропотел. Вытираю пот, начинающий стекать крупными каплями. – Что-то случилось?
– Я подумал, что для твоих же интересов неплохо будет расширить аудиторию твоих фанов и мы тебя продвинем на новый уровень популярности.
– Каким образом? – его воодушевленность меня немного настораживает. Что он уже задумал? Наверняка втянет меня в новое нудное интервью или еще какую хрень.
– Мы пойдем на шоу талантов.
Что? Я стану балериной? Или может, начну петь? Ну и идейка. Меня это очень веселит.
– Рестлеры в талантах страны? – ухмыляюсь, смотря на листовку, – это что-то новенькое.
– Нет Коннор, ты покажешь им акробатику, всю, которой владеешь.
Он что, серьёзно?
– Но… – я знал, что он что-то такое придумает, но это уже ни в какие рамки не влезает, – Алекс, я должен там выступить с готовым номером, мне нужен в таком деле помощник, танцор какой-то.
– Хореограф будет. Коннор, – его взгляд становится хладнокровно-жестким, взглядом моего опекуна, человека, вытащившего меня из трясины, – у тебя есть время до понедельника. В понедельник проходишь кастинг, я за тебя договорился, ты уже в списках.
Бл*ть. Встрял так встрял. Какого черта мне там делать? Какая на хрен акробатика? Но и как отказать Алексу?
Противостоять Фостеру я не могу. Он договорился, а значит, я должен там быть, и не просто засветиться, а показать на что способен.

...

Yusia: > 04.10.15 15:33


 » Глава 5


Evanescence – My Immortal
Кирстен
Галопом выбегаю из клуба к машине. В голове полный сумбур и начинает охватывать паника. Я на большой сцене? Перед судьями? Смогу ли я себя показать, раскрыть?
Впопыхах открываю машину и сажусь за руль. Схватившись за него руками, тупо смотрю впереди себя и пытаюсь унять дрожь в руках. Зачем я на это согласилась? Господи, чем я думала? Что теперь делать? У меня всего ночь до выступления, а я даже не знаю, что мне танцевать. Крепче сжимаю руль. Так Кирс, возьми себя в руки, соберись. Соображай Кирс. Что нужно сделать? Позвонить Клэр, вот что я могу, она что-то посоветует.
Достаю из кармана мобильный. Поздно конечно, но выхода у меня нет, ситуация внештатная, а точнее SOS. В трубке слышатся гудки, а затем сонный голос.
− Алло.
− Клэр привет, это Кирстен.
− Кирстен? Ты на часы смотрела? Первый час ночи, обычно люди в такое время спят.
− Клэр помоги, меня хозяин заведения, где я работаю, отправляет на шоу талантов, чтоб я, показав себя, прорекламировала его заведение. Сегодня кастинг, я не знаю что делать, − выпаливаю потоком тараторя, почти на одном дыхании.
− Нуу… я даже не знаю Кирстен, ты давно не посещаешь занятия.
Да, не посещаю. Но причин у меня очень много.
− Клэр, у меня мама в больнице, перенесла операцию, мне деньги нужны на ее реабилитацию. Пришлось на работу пойти, а сейчас меня просто огорошили этим кастингом. Клэр! На тебя последняя надежда! – сдавленно, почти плача уже выдавливаю из себя.
В трубке слышен тяжёлый вздох.
− Так, тихо! Не хнычь! Почему сразу не сказала? Сколько лет уже у меня, а такое скрываешь. Сколько у нас времени?
− Завтра мне в девять утра нужно там быть.
− Хорошо, через час встречаемся в зале, будем делать твой номер.
Моему счастью нет предела. Нервная дрожь и тревога понемногу стихают. Клэр мне поможет. У меня будет танец.
Я еду домой, быстро принимаю душ и иду в гостевую спальню к Рэйчел, снова дежурившую у меня с Кэвином. Времени у меня теперь совсем мало, а точнее его и вовсе нет, и снова я буду просить подругу о помощи. Мою милую, незаменимую и всё понимающую Рэйч.
− Эй, Рэйч, − тихонько присев на кровати, касаюсь ее плеча, − Рэйч проснись.
− Мммм… − она сонно открывает глаза.
− Я сейчас ухожу к Клэр в зал. Подруга Ройза отправила меня завтра на шоу талантов, мне нужно подготовить номер.
− Что за бред? – она поворачивается на другой бок.
Я тяжело вздыхаю и легонько трясу ее за плечо.
− Рэйчел, я серьезно говорю. Это правда.
Она резко поднимается и сидя на кровати непонимающим взглядом смотрит на меня, потирая сонные глаза.
− Так, а теперь еще раз. Шоу талантов? Сегодня? Они там что, с ума сбрендили?
− Ох, я не знаю Рэйч, − обреченно вздыхая, качаю головой, − только меня поставили перед фактом. Мол миленькая, свеженькая, прорекламируешь нас.
− М-да, дела, − она чешет макушку, − и что думаешь?
− А что, у меня есть выбор? Я позвонила Клэр, она меня ждет в зале через двадцать минут. Отвезешь сегодня Кэвина к маме?
− Да без проблем Кирс, ты главное не переживай. Езжай давай, − она ободряюще улыбается.
Было-бы всё так просто. Я настолько сейчас растеряна, что и не знаю, что из этого всего выйдет.
Встаю с кровати и уже стоя в дверном проеме, разворачиваюсь к ней. Моя подруга как всегда не даёт падать духом. Она всегда за меня.
− Спасибо Рэйч.
− Да ладно тебе. Иди, готовься.
− Уже ушла.
− Давай, давай, − она машет рукой, выгоняя меня.
Сбегаю по лестнице, надеваю куртку, ботинки, хватаю ключи и бегу на подъездную дорожку к машине. Мысли уже не о маме, не о работе, а только о номере и об отборе. И на всех парах я лечу к Клэр в студию, быстрее начать ставить этот номер.
Через пятнадцать минут я уже в зале, переодетая в шорты и топ.
− Ну что, дружочек, давай думать, − Клэр усевшись на стул, упирается локтями в колени, − мысли есть? Одного пилона-то там будет мало, нужно что-то еще.
Я и сама это понимаю. Мама любит смотреть это шоу, и туда приходят люди с настолько разноплановыми талантами, что среди их ярких и фееричных номеров можно просто потеряться.
− У меня вообще, если честно, мыслей по этому поводу никаких, настолько это всё для меня неожиданно. Я до сих пор пребываю в легком шоке.
− А как ты вообще так попала?
− Брат подруги работает барменом в стрип-клубе, а за меня договорились, что я могу там подработать не раздеваясь. Мне очень нужны деньги Клэр, очень. Сейчас операция у мамы, потом будет реабилитация. Денег очень мало, мне нужно заработать как можно скорее сумму, которую мне назовёт врач. А хозяин клуба теперь надеется, что я смогу себя проявить на этом шоу.
Она сидит и внимательно слушает, нахмурившись. Ее глаза бегают то на меня, то в сторону к пилону, и тут ее лицо резко меняет выражение, словно ее осеняет.
− Я знаю, что нам нужно Кирстен. Нам нужна акробатика. Мы соединим акробатические трюки и пилон, но…знаешь что еще? Это не должно быть все машинально, мы расскажем твою историю в танце, как ты самоотверженно спасаешь мамино сердце, отдавая полностью себя. Они получат драму, а мы зрительские симпатии, ну наверняка-же! Танцевать ты будешь под что-то душещипательное, мне приходит на ум, например, Evanescence – My Immortal. Наряд мы тебе сделаем, по типу летящих полосок ткани от тебя, и сердечко плюшевое поищем.
Ее идея меня немного смущает. Рассказать всем о моей беде? Готова ли я к этому? Не знаю пока, но, а если это сработает? А если я пройду?
Следующих четыре часа мы создаем мой номер. Потом Клэр набирает номер знакомой девушки, мне привозят полоски ткани на липучках и мы находим то самое красное плюшевое сердечко. Я вымотана, но очень довольна тем что есть. Мой номер готов и мне есть, с чем показаться на шоу. Хотя я совсем не в восторге, что придется рассказать всем мою личную историю, но это всё-же лучше, чем совсем ничего. Клэр старалась и я не уверена, что сама бы что-то придумала, всё-равно нужен профессионал, который оценит со стороны, подскажет и посоветует, подготовит художественное оформление, чтобы номер смотрелся.
Я примеряю ленты. Они невесомые, но очень длинные, хоть-бы не запутаться и не скатиться кубарем с пилона. Танец сам по себе сложный и ленты меня смущают, но это сделает мой номер эффектным и воздушным. Я просто постараюсь быть поаккуратнее с ними.
Теперь нужно выпить бодрящий чай, принять душ, сделать, прическу, нанести макияж и выезжать. С каждым часом приближения к кастингу я всё больше волнуюсь. Уже появляется дрожь в руках и коленях, немного сводит скулы от страха. Накатывает паника, что я не справлюсь.
Я стою, обняв себя за плечи, и глубоко вдыхаю. Мне нельзя паниковать, слишком многое сейчас зависит от моего выступления. Я не могу подвести маму, это действительно мой шанс заработать и я не могу его упустить. Как-бы там ни было, я выложусь полностью, насколько смогу.
Приготовив сумку с необходимым и приведя себя в кое-какой порядок, я еду в городской оперный театр, где расположилась съемочная группа шоу и проходит кастинг. Подъехав на стоянку, замечаю огромное количество машин, не иначе народу там тоже немало.
Сделав глубокий вдох и прочистив горло, я достаю мобильный и набираю номер Винса, который накануне дала Селена. После пары гудков на том конце слышу мягкий низкий мужской голос.
− Да?
− Винс? Здравствуйте, меня зовут Кирстен, Вам вчера звонила Селена Хобс по поводу меня. Я сейчас на стоянке.
− Сейчас я за тобой выйду. Видишь дверь черного входа с охраной? Подойди и жди там.
− Поняла, иду.
Забрав свой костюм, выхожу из машины и подхожу к двери с двумя охранниками.
− Девушка, если Вы на кастинг, Вам к главному входу в общую очередь.
− Эм, нет, меня должны забрать, я к Винсу. Можно я здесь постою?
− К Винсу? – Они оба озадаченно переглядываются. − Ну стойте, − отвечает другой.
И снова мне неловко под мужскими, внимательно меня разглядывающими взглядами. Я отворачиваюсь и смотрю в сторону, переминаясь с ноги на ногу. Через пять минут выходит невысокий мужчина лет сорока пяти на вид, в рубашке и джинсах с темно-каштановыми волосами и карим пронзительным взглядом.
− Кирстен?
− Да, − киваю в ответ.
− Заходи. Парни, это со мной.
Меня пропускают за Винсом, и я вхожу внутрь здания через черный вход.
− Так ты работаешь у Грэгори Ройза?
− Ага.
− Давно? – он оглядывает меня мимоходом.
− Нет, неделю.
− Ты танцуешь стриптиз?
Я не спорю с ним, но меня это немного возмущает. Почему, если речь идёт о пилоне, то обязательно это должно быть связано со стриптизом? Мы ведь уходим от стандартов, это тоже искусство танца, пусть и не обычного, а с силовыми нагрузками.
− Нет, акробатика на пилоне. Я не раздеваюсь.
− Ясно. Я Винс Купер, ассистент режиссера. Все тебя ждут, Селена нас вчера всех обзвонила. Идем, возьмешь свой номерок.
Радует, что он больше не касается этой темы. Я люблю поговорить о пилоне, но доказывать, что далеко не все занимающиеся танцем на пилоне – стриптизёрши сейчас совсем не готова, мысли сейчас совсем не о том. Да и по его виду это был просто вопрос, его мало волнуют такие вещи. Но что значит его «Селена всех обзвонила»?
− В смысле всех? – я непонимающе смотрю на него.
− Судьи о тебе уже в курсе, так что пойдем, через сколько готова выступить?
Обо мне рассказали судьям? А вот теперь становится действительно страшно. В груди холодеет, ладони начинают потеть, во рту пересыхает. Я нервничаю. Что же обо мне там сказали? Хорошо ли, плохо? Смогу ли я оправдать этот звонок Селены?
Мы проходим по двум коридорам, и выходим в фойе театра. Как я и предположила, народу здесь действительно много. Даже очень. Как-то по телевизору со стороны казалось, что меньше. В зале царит суматоха. Огромные очереди на регистрацию, в каждом уголочке репетиции, где-то слышны крики радости, а где-то слёзы поражения. Эта атмосфера передается моментально, как на генном уровне. Я чувствую, как к горлу подкатывает ком.
− Ну, я целую ночь готовила номер и очень волнуюсь, поэтому, чем быстрее я выступлю, тем лучше, меня надолго не хватит.
− Я понял, − он подходит к одной из регистрирующих и, наклонившись, что-то тихо шепчет ей. Они подзывают меня, дают анкету и номер с наклейкой.
− Заполни эту анкету, принеси назад, а потом иди, переодевайся и готовься.
Отдаю свою запись Винсу и заполняю анкетные данные. Затем вернув анкету назад, иду переодеваться.
В фойе расставлены ширмы, я переодеваюсь, оставляю сумку с вещами специальному персоналу для охраны личных вещей и иду к стульям. В пятом ряду нахожу несколько свободных стульев и сажусь. На мне белый топ-бюстье, шорты, полоски ткани с зажимами липучками, обхватывающие ноги и руки и сердечко в руках. Волосы заколоты шпильками в высокую прическу, но несколько прядей свисают, завиваясь крупными локонами. На ноги я решила обуть чешки. Изрядно нервничая, я кусаю губы и постукиваю сердечком в руках по спинке стула, стоящего передо мной.
− Привет!
Я поворачиваюсь, рядом сидит девушка моего возраста с наушниками.
− Что-то танцуешь?
− Да, акробатика на пилоне.
− Ух ты, серьезно? – она поворачивается ко мне, − ты стриптиз танцуешь?
Стриптиз на сцене? Я представляю эту картину и смутившись, улыбаюсь.
− Нет, только акробатические трюки.
− А я вот петь буду, не знаю, пойду ли дальше, но хотелось-бы.
И мне бы хотелось. Только вот ты еще не знаешь, что ждёт тебя там, на этой сцене.
Мы смотрим на табло, показывающее номера следующих участников, и я вижу свой номер уже в этой десятке.
− Кажется мне пора, − встаю со стула, поправляю и собираю полоски ткани в руку.
− Удачи, − улыбнувшись, она снова надевает наушники и закрывает глаза.
− Тебе тоже.
Я иду по лестнице, направляясь к залу и уже оставшиеся полчаса до своего номера провожу разминаясь. Так легче, чем сидеть и изводить себя переживаниями. Если у меня будут трястись руки, то я ничего не смогу.
Наконец моя очередь, меня пропускают к ведущему. Светлый коридор, камеры направленные на тебя. Ох, как же страшно, прям колени сводит. Вдох-выдох. Немного нервничаю, но улыбаюсь.
Немного рассказав о себе на камеру, выхожу на сцену. На большой сцене стоят два стула и ярко освещенный софитами пилон, высотой метров в шесть. То, что надо. Выхожу к центральному микрофону.
В огромном темном зале аплодисменты, местами слышен свист. Хоть и темно, а видно, что людей в зрительном зале много и в центральной части, и на балконах. Но больше всего внимания привлекают судьи. Примерно на уровне 6 ряда стоит стол с кнопками и четверо людей, хорошо известных и раскрученных в американском шоу-бизнесе, легко и непринуждённо болтают между собой.
− Здравствуйте Кирстен.
− Здравствуйте.
− У Вас интересная анкета, Вы написали, что хотите работать в издательском деле, но в то же время танцуете на пилоне, очень разносторонне.
− Ну, это мое хобби, - пожимаю плечами и развожу руки в стороны, стараясь выглядеть непринужденно и спрятать свой мандраж.
− У Вас такой необычный наряд для девушки, танцующей на пилоне. С чем к нам пришли?
− С танцем-историей о том, как важно в жизни к чему-то стремиться, и как выглядит само стремление к достижению цели, когда она поставлена. Преодолеваем барьеры и трудности на пути к мечте.
− О, и это будет на пилоне? – На их лицах мелькает удивление и интерес. - Интересно, что ж, мы готовы, Ваш выход.
− Спасибо.
Шумно выдыхаю, сжав руки в кулаки. Считаю про себя. Главное не забыть, что идёт за чем. Раз, два, три… поехали.
Я отхожу от микрофона, оставив сердечко у пилона, поближе к кулисам. Звучат первые аккорды, и став на носочки, я разбегаюсь и делаю сальто, кружусь и цепляюсь рукой за пилон. Полосочки ткани вьются легкими струйками. Наклоняюсь и в свободную руку беру сердечко и делаю крутку вокруг пилона. Отлично, вроде ничего нигде не тянет, значит, не запуталась.
Кладу сердечко снова на пол и забираюсь на пилон, делая самые эффектные трюки, в связках, спускаюсь вниз головой, опускаясь на руки, встаю, беру сердечко и делаю несколько прыжков по сцене, делая шпагат в воздухе. Ленты летают, завитушками, словно змейки. Если не думать о том, что там внизу тебя оценивают, тогда чувствуешь себя легко.
Подхожу к стульям, покрутившись возле них, на одном делаю стойку, а затем сдвигаюсь, и делаю шпагат, находясь между стульями, ногами опираясь на оба стула, стараясь, чтоб полоски ткани мне не сильно мешали. Всё-таки немного неудобно с ними, о чём я и переживала, но в мыслях снова возникает мама, зачем я здесь и я концентрируюсь снова на танце и на моей технике. Это всё для мамы.
Потом снова сальто, прыжок и снова пилон. Еще два трюка, и заканчиваю танец круткой с сердечком в руках, приникнув к полу и держась за плюшевое сердце, как за что-то очень дорогое и ценное для меня. Мои чувства в этот момент в диком накале - пытаясь рассказать свою историю, я словно заново все переживаю: вот я в институте, вот в больнице, в отчаянии еду к бабушке и ищу работу, мой первый день в клубе и вот сейчас я здесь. Я как переполненная чаша, тронь меня, и все может выплеснуться, но я держусь, я должна ради Кэвина, ради мамы.
Музыка затихает, в зале слышны аплодисменты и свист. Всё. Теперь можно выдохнуть. Я подхожу к микрофону, робко улыбаясь.
− Ну что Кирстен…интересно, интересно, очень необычная интерпретация пилона, обычно пилон связываешь немного с иным, − судья оборачивается в зал, − эй народ, Вам было интересно?
− Да, − слышится громкий крик, визг и ликование.
Я стою, ожидая свой приговор, у меня сейчас ступор. Если честно, мне все-равно, что они скажут, главное − моя цель, и я ее показала, как умею. Выложилась, насколько смогла.
− Ты знаешь Кирстен, это действительно необычно и я скажу «Да», я хочу еще чего-то такого.
Второй и третья судьи тоже говорят «Да» и одобрительно кивают. И подходит очередь четвертой судьи. А вот он и вердикт. Помню, как по телевизору видела сама, обязательно один из них скажет завершающее слово.
− Твоя история была из души, если не секрет, о ком речь, чье ты сердце спасаешь?
А зачем мне это скрывать? Я расскажу о том, о чем танцевала. По крайней мере, тут мне нечего скрывать, и я никого не подставлю.
− Мамино. Она сейчас в больнице, перенесла операцию на сердце, и танец был для нее.
−Ох, − замявшись, говорит четвертый судья, − ну…вобщем, я тоже хочу на тебя еще разок посмотреть, поэтому «Да».
«Да»? Это значит, я иду дальше? Неужели я прошла?
И у меня новый шок. Неверие. Я стою, как вкопанная не в силах ни уйти, ни сказать спасибо, вообще ничего. Софиты слепят лицо, но я стою, словно пораженная, даже не моргая.
− Значит, я иду дальше? – не могу поверить вынесенному мне вердикту.
− Да, иди, готовься к следующему отбору.
− Спасибо, − с круглыми, но счастливыми глазами и вприпрыжку бегу по сцене.
Да. Да. Да! Я смогла!
Ухожу за кулисы, меня поздравляет ведущий. Я снова машу рукой в камеру, улыбаясь, и иду в фойе. Там забираю вещи, одеваюсь и звоню Селене Хобс и Блэйз. Я не хвастаюсь обычно своими успехами, но тут прям распирает. Ну и я же им обещала рассказать, как всё пройдёт.
Затем иду к машине и еду домой. Правильнее будет сказать − тащусь из последних сил. В машине пытаюсь собрать мысли в кучу, но у меня в голове каша. Я до сих пор не верю, что я иду дальше. Вот так, вчера еще просто танцевала в клубе, а сегодня ¬– участник талант-шоу страны.
Уже дома, встретившись с Рэйчел и Кэвином, рассказываю на кухне, через что я прошла. Как меня трясло, как думала о маме и мало что сейчас ещё понимаю.
− И что, все четверо пропустили дальше? – недоверчивым тоном спрашивает Кэвин.
− Все, Кэвин, все как один.
− Так ты у нас теперь звезда, − добавляет Рэйчел, − они теперь будут про тебя сюжет снимать, в университет заглянут и к Ройзу тоже.
Вот об этом я раньше не думала. Теперь же много чего поменяется в моей жизни. Если я правильно помню, то по телевизору каждый уикенд выходит новая программа и мне нужно будет всё-всё подстроить под них, со всеми договориться. Главное – договориться с деканом и ещё работа. Но ведь это знакомые Ройза меня отправили на этот кастинг. Я прошла и теперь я должна готовиться дальше, а вот заработать я ничего не смогу, если буду только репетировать. Но ему же сказали, что с меня будет выгода, именно, как с участницы? Может он даст мне прибавку? Стоит об этом узнать. Я же не собираюсь просить запредельную сумму для себя, но тоже хочу выиграть из этого по-максимуму, если стану для них особенной танцовщицей.
− Ага, только у меня теперь свои планы на Ройза, − сидя на стуле, я внимательно смотрю, уставившись на стену перед собой.
− Что ты уже надумала?
− Если я − «звезда» и он за счет меня пропиарится, то я тоже хочу что-то с этого иметь, а именно – деньги. Я буду просить прибавки к заработку.
− Думаешь, прокатит?
− Уверена.
− И что же так подпитывает твою уверенность? Он же может тебя убрать.
− Не уберет Рэйч, − я перевожу свой взгляд на подругу, − его сын, Эдриэн на меня, по-видимому, имеет какие-то взгляды, учитывая его поведение, и не в их интересах теперь меня убирать.
− А ты хитра, Кирс.
− Ага, у меня просто нет выбора Рэйч, − устало кладу голову и руки на стол, − нет выбора.

...

innapavlova: > 04.10.15 17:41


Огромное спасибо за продолжение. Flowers

...

Yusia: > 10.10.15 00:45


 » Глава 6


Bro Safari – The Drop (VIP Mix)
Коннор
– Ну и какого хрена я забыл на этом шоу? Что я должен там показать? – развожу руками, расположившись на стуле перед моим новым тренером-танцором.
– Смотри, я конечно не спец в вашей борьбе, но думаю, мы будем делать из тебя уличного бойца, которому по плечу любая трудность. Твоя история будет о том, что ты вначале чего-то боишься, пытаешься убежать, а потом безысходность ситуации загоняет в угол, ты ранен, твой организм истощен, но ты собираешь все силы и преодолеваешь это.
Ох и бред. Этот чувак может и спец в танцульках, искусстве и прочих штуках, но я не представляю себя в этом. Это не моё. Я ни хрена понимаю, как это показывать и до профессионального танцора мне вообще далеко.
– Но танцевать я не буду, танцор из меня не очень, могу разве что только акробатику попробовать, и то, далеко не все.
– Мы возьмем галогенные лампы и открытый огонь, сделаем небольшое фаер-шоу. Акробатические трюки соединим с элементами вашей борьбы, в основном думаю взять прыжки и пробежки. Вопрос в том, готов ли ты взять в руки открытый огонь для эффектности номера?
Огонь в моих руках. Ни хера се поворотец. Эта мысль пугает, с огнем я никогда не работал. Даже если руки будут смазаны, все равно как-то не по себе. Но это будет интересно. Это что-то новенькое и смотреться будет захватывающе, а это именно то, что мне нужно.
– Не знаю Джастин, но попробовать стоит. Под что делаем номер? Я имею ввиду музыка.
– Как тебе Ramstain – Feuer Frei ? – он выжидающе смотрит, оценивая мою реакцию.
О, неплохо-неплохо.
– Говоришь отчаявшийся боец, вылезающий из д*рьма, с огнем под Ramstain? – На моем лице появляется довольная ухмылка. - Идет.
Но на самом деле все оказалось не так просто, как придумать, и весь воскресный день мы репетируем и отлаживаем мой акробатический номер. Моя усталость чертовски велика, но я вполне доволен результатом - номер содержит и элементы акробатики, и паркура, и гимнастические трюки, и борьбу с изображаемым противником: здесь и стойки на руках и рондат, двойной b-twist, арабское сальто, loser, двойной бланш и многие другие элементы. Главное выполнить все под музыку и в связках и так, чтоб тело на автомате запомнило, что и как сделать, как на инстинктах. Ничего, я смогу. Я Вынослив и добиваюсь своей цели. Всё дело в практике и сноровке.
Мне приносят штаны из плохо воспламеняющегося материала и факелы с маслом. Как-то стрёмно держать в руках факел и делать элементы так, чтоб не обжечься. И я стараюсь: плавно выгибаю руки, изворотливо делаю прыжки, но волнение присутствует. Оно, мать твою, просто выматывает. Будет ли мне так-же легко и на сцене? Это же не ринг, где я чувствую себя в своей тарелке, где меня все знают.
Последняя репетиция и я еду домой. Приготовив сумку и приняв душ, ложусь в кровать и думаю об отборе. Сегодня я устал и меня хватает только на крепкий сон.
Понедельник. В отличном настроении собираюсь и, бросив сумку на заднее сидение еду на шоу. Тело не болит, усталости не чувствую, всё в норме.
Фостер должен был договориться о декорациях и оборудовании, которое установят на сцене под опору для прыжков и сальто. Пока всё идёт по плану.
Оставив машину на стоянке, захожу в здание театра и набираю Фостера.
Ни хрена себе народу! Не меньше чем на хорошем бое с известными бойцами, а может даже и больше. Как-то я не ожидал, что здесь будет такая тусовка. Да и конкуренция, походу, будет неслабая.
Немало людей, заприметив меня, уже направляются в мою сторону, скорее всего для фото и автографов, пока я сообщаю Алексу, что прибыл на место. В своем городе я известен и меня знают, так что без общения с фанами не обойтись – это часть имиджа.
Одна из девушек, выдающих номера зовет меня и держит, высоко подняв вверх в руках наклейку с номером. Очередь расступается, и я подхожу к столу регистрации.
– Мистер Брайант, – она улыбается, – Вы конечно человек известный, но у нас правила для всех одни и Вы должны заполнить анкету.
– Ручку одолжите? – улыбаясь, подмигиваю девчонке. Она, закусив губу и пряча улыбку, дает мне ручку.
О, ну-ну, детка. Я толком ничего не сделал. Ты не знаешь, сколько у меня всего есть в запасе, для таких, как ты.
– Могу и я дать, если дадите автограф, – тихо слышу робкий голос позади себя. Что за голосок? Откуда это? Оборачиваюсь, стоят две девушки, у одной в руках ручка с блокнотом. Обе симпатичные, но сейчас не время снимать девчонок, самое время их завоёвывать.
– Без проблем девчонки, где расписаться? – уголком рта улыбаюсь одной из подружек.
– Мне здесь, – протягивает одна блокнот. Беру его и ставлю подпись.
– А тебе? – смотрю на ее соседку.
– А мне здесь, – она поднимает футболку, оголяя прелестный животик. Твою мать. Неплохо. Чего не сделаешь ради девушек? Ну малыш, давай.
Усмехнувшись её смелости, закусив губу, наклоняюсь и ставлю подпись. Вот это действительно мои девочки, они способны не только оголить животик, уж я таких знаю. Смелые. Горячие.
Затем одна из них достает мобильный телефон для селфи. Фото – это то, что входит в обязательную программу общения с фанами и поклонницами. За ними еще подходит пара десятков парней и девчонок, и меня окружают для автографов и фото.
Самое интересное, что это не надоедает. Это наоборот подпитывает интерес и стремление иметь еще больше, чем у тебя есть.
Наконец, забираю свой номер и иду к свободным стульям, заполнять анкету. Пройдясь по вопросам, отношу листок к столу регистрации. Мой номер через сорок минут нужно переодеться и подготовиться.
Огонь – вот что меня беспокоит. Как я буду держаться на сцене? Чего ждать от судей? Для них я сейчас буду никто, такой же, как и все. Главное, чтобы всё прошло, как было запланировано.
Одевшись и защитив тело от огня, прохожу к сцене и ведущему. На сцене уже готовят оборудование к моему выступлению. Еще минут пять и мой выход.
Я и раньше видал большие зрительные залы, арены и толпу, но сейчас всё по-другому. Я буду показывать себя в новом жанре, новой роли. Страшновато. Я не сильно нервничаю, но волнение ощущается волной дрожи по спине и чуть подрагивающим рукам. С огнём шутить нельзя. Всё должно пройти идеально, я не намерен после сегодняшних трюков быть обожжённым.
Делаю резкий выдох, разминаю рукой шею и затылок, в которых скопилось моё напряжение. Всё, я в норме.
Ведущий объявляет меня и я на сцене, иду к микрофону. Дрожь в спине и руках уже прошла, я иду спокойно и размеренно, шаг за шагом. По мне проходятся внимательные взгляды четырех человек, которые заправляют здесь всем праздником.
– Здравствуйте Коннор! У вас в анкете сказано, что Вы занимаетесь рестлингом, – обращается ко мне третья судья. – Что же вас привело к нам?
Женщины в судействе. Это уже хорошо. Вот кого мне надо очаровать, мужикам я ничего не докажу.
– Посмотри, какой красавчик, – говорит четвертая судья, – поклонниц, наверное, хватает, да Коннор? Вам и выступать не нужно, мое «Да» Вы получаете только за Ваш внешний вид, – она смеется.
Отлично. Она мне уже приподнимает настроение. Может особо и напрягаться здесь не нужно?
– Знаешь, – добавляет третья, – а я все-же хочу посмотреть, с чем он пришел, – давай Коннор, удиви нас.
Дамы хотят зрелищ, конечно, как же без этого. Ну сейчас я тебе покажу, что умею.
– Постараюсь, – одариваю дам своей фирменной улыбкой и разворачиваюсь к декорациям.
На сцене расположены три маленьких помоста, подставка для факелов и пилон. Все готово и звучит музыка. Начинаю с арабского внутреннего сальто, подбираясь к подставке с зажженными факелами, беру один и подхожу к пилону, делаю крутку, спрыгиваю и делаю стойку на руках, вытянув факел в сторону.
Тяжеловато с факелами на сцене, но ничего, ни сам огонь в факеле, ни его жар меня не задевают.
Затем два прыжка, ставлю факел и снова прыжки, переходящие в сальто. Мои трюки сложно назвать танцем, но смысловая нагрузка в них есть, и когда номер заканчивается, я вижу по судьям, что они впечатлены. Зал стоя аплодирует. И я с ними согласен. Номер вышел не д*рьмовым, а вполне профессиональным произведением.
Громкие аплодисменты и свист. Вот он – момент славы. Напряжение уходит, сменяясь расслабленностью. Вроде всё прошло гладко.
После короткого поклона подхожу к микрофону.
– Коннор, Вы для нас находка, акробатика с огнем – это сильно! И поставлено все профессионально, мне нравится, я Вам говорю «Да».
– Ну, от меня ты, боец, уже «Да» во время знакомства получил, так что сейчас могу только добавить, что твоя борьба за цель произвела на меня впечатление.
– Я тоже отвечу «Да», мне кажется, из смешения твоих трюков выходит что-то неординарное. Ну а ты что? – он смотрит на второго судью.
– Думаю, я с вами соглашусь, посмотрим, что он еще умеет. Парень, на борьбу нас с собой возьмешь?
Да. Да. Всё класс! Сейчас я готов вас взять куда угодно.
– Нет проблем, – улыбаюсь судьям, зал ликует, – спасибо, – еще раз делаю поклон и ухожу со сцены.
Чертовски хочу выйти отсюда и растрещать всем, как девчонка, что у меня всё получилось. Я сегодня в ударе. Переодевшись звоню Фостеру.
– Фостер, я прошел, – выхожу из здания к машине, – что дальше? Ты решил из борца сделать акробата?
– Коннор, ты же знаешь, что это нам поднимет твой рейтинг.
Рейтинг может и поднимет, но вот участие в боях, возможно, уйдёт на второй план, нужно ли мне это?
– Знаю. Но я не смогу драться, верно? Быть с разбитой губой или бровей на сцене не престижно.
– Чем-то нужно жертвовать, но я что-то придумаю, чтоб мы нигде не пропадали, главное держаться сейчас назначенного курса и не терять позиций. Удержи то, что имеешь Коннор, тебе это по силам.
– Хорошо, я постараюсь Алекс.
Рестлер превращается в балерину, твою мать. Не знаю насколько он прав и нужно ли мне всё это. Танцульки, сцена, новые фаны из девчонок и дам постарше? На хрена мне это? Что мы от этого выиграем? Но вот Алекса я подвести не могу, слишком многим я ему обязан.
– Не подведи Коннор, ты теперь станешь звездой экрана, и на улице тебя будут узнавать не несколько десятков людей, а абсолютно все.
– Да, я понимаю.
Ну а может он прав? Может, это мне нужно?
– Я сообщу тебе, когда будет съемка ролика про тебя. Коннор никаких вечеринок в твоем доме на этой неделе быть не должно, передай это Джону.
– Да Фостер, я все понял.
Теперь дни идут один за другим в подготовке номера на новый отбор. Планка поднимается выше и трюки нужны более сложные, продуманные и слаженные. Приходит постановщик шоу, костюмер и снова новые репетиции.
Я знаю, что должен оттачивать трюки, но того былого напряжения уже нет. Я знаю чего опасаться и к кому пристраиваться. Очаровать тех двух баб в жюри – моя задача, которую я четко для себя усёк.
Приезжает съемочная группа шоу, мы отдаем записи с моих сражений, снимаем материал в моей комнате и на набережной города, включаем в интервью Джейда и Алекса. Естественно на экране я буду позитивным, моя личная и ночная жизнь – табу.
Джон решил прислушаться ко мне и начал ходить на встречи с психологом. Сейчас он занят поиском новой работы, кто знает, что из этого выйдет, но теплится слабая надежда, что он найдет своё, и не будет прожигать мои деньги.
Для нового номера мне нужно ехать в Нью-Йорк, там, в "Радио-сити-мьюзик-холл" будет отбор из ста пятидесяти номеров. Отрепетировав и отточив новый номер почти три недели так, чтоб выполнять на автомате и с закрытыми глазами, пока шел отбор в других городах, собираюсь на новый кастинг, уже в прямые эфиры.
Забронировав номер в отеле и оставив там чемодан, еду в мьюзик-холл. Захожу в зал ожидания, и очередная вереница фанатов выстраивается за автографами. Подписи и селфи, как обычно, абсолютно никаких новинок. Наконец, меня пропускают, и я могу пройтись по холлу, ожидая своей очереди. Здесь и певцы, и танцоры, и силачи, группа акробатов, иллюзионист и много других талантов – однозначно заставят попотеть на сцене, но в себе я уверен, я выложусь на максимум. И я замечаю ее – невысокая, но с крепкими мышцами и гибким телом, светлые волосы. Меня очень заинтересовывают ее движения – это не балет и не танец, и не акробатика, это что-то среднее, как и у меня. Окидываю её взглядом сверху-вниз. А девочка ничего так.
Она держится за колонну, цепляясь рукой и ногой за нее, а потом отбегает, делает изящный прыжок, сальто вперед, и, пригнувшись, кувырок. Выгибается мостиком, поднимаясь, и заканчивает стойкой на руках. Я впечатлен! Сильно, как для такой малышки. Меня так и тянет к ней познакомиться и узнать, что за штучка.
Подхожу ближе, она замечает, и ее взгляд становится хмурым. Интересно, что стало причиной? Или это я так влияю? Меня это веселит и подзадоривает, люблю девчонок с характером.
– Привет! Репетируешь?
– А разве не видно? – она с вызовом поднимает одну бровь, глядя перед собой.
О, какие мы грозные. Я попал в точку, девочка с характером. Ничего, не таких кошечек приструнивали.
– Ты акробатка? – пытаюсь завязать непринужденный разговор, облокачиваясь о ту самую колонну, за которую она держалась пару минут назад.
– Не совсем, у меня акробатика и пилон, – она говорит, стараясь не смотреть на меня, а вперед, стоя боком ко мне. Она меня игнорит? Меня так и подмывает спросить, что я и делаю.
– Ты что, меня игнорируешь? Я для тебя совсем не знаком?
Девчонка ставит руки на пояс, делает глубокий вдох и поворачивается ко мне.
– Немного знакома с твоей историей, ты – Коннор Брайант, рестлер, – она немного наклоняется вбок за мое плечо, которого она выше буквально на пару сантиметров, – и кажется, к нам идут твои поклонницы, так что не буду вам мешать, – она натянуто улыбается и резко развернувшись, уходит. Что за хрень? Меня красиво отшила эта девица, просто надерзив? Э-нет, крошка, так дело не пойдет.
– Эй подожди, мы еще не закончили, – говорю ей вслед.
– У меня скоро выступление, нужно разминаться, наш разговор может подождать, если это так важно?
Нет, совсем не важно, малыш. Просто интересуюсь тобой, как потенциальной конкуренткой, насколько ты можешь быть опасной.
– Да хотел спросить, ты уверена, что потянешь это шоу в дальнейшем?
– Что? Ох и вопросы у тебя Коннор Брайант, – она смеется, – а ты очень самоуверенный я вижу. Ну да, как же без этого – ты уже известный, а известность тянет за собой множество не очень хороших качеств и иногда пороков.
– Ты это о чем? – это уже интересно, кажется, девочка не так проста.
– Я видела только что ту фотосессию и автографы на всех дозволенных и недозволенных частях тела. Впечатление это конечно производит, – она кивает головой и морщит свой носик, – неизгладимое, это уж точно, но далеко не положительное. Ты очень уверен в себе и это плюс для этого шоу, но я не люблю откровенно самоуверенных типов. Ты так уверен в том, что пройдешь дальше благодаря своим уже имеющимся победам? Ведь здесь это может не пройти, не думал о таком исходе?
Она меня берет на понт? Какая интересная малышка, давно не встречал таких норовистых. Пообщаемся побольше, люблю закрывать такие милые дерзкие ротики.
– А ты интересная, – меня смешит ее уверенный и серьезный вид, – как тебя зовут?
– Кирстен Флорес.
– Кирс! – слышу, как кто-то ее зовет, она оборачивается. Прослеживаю за взглядом девчонки. К нам подбегает такого же невысокого роста короткостриженная брюнетка в джинсах и свитере. Не иначе подружка.
– Значит Кирс? – снова поворачиваюсь в сторону блондинки.
– Нет, это только для друзей.
– А может мы станем друзьями? – подмигиваю ей и улыбаюсь своей коронной улыбкой, обычно поражающей девушек и смягчающей их.
– Конкурируя на шоу? Не думаю Коннор, тем более уже сегодня я уезжаю домой.
Подруга смотрит на меня, а затем что-то шепчет ей. Блондинка смотрит на нее, а затем, немного разволновавшись, поворачивается ко мне.
– Прости Коннор мне пора, через два номера я выступаю, – она берет подругу под руку и они уходят.
Хочется ей что-то еще сказать, но времени в обрез. Сейчас она уйдёт, а пока и сказать-то нечего и всё, что могу – это только попрощаться с этой дерзкой крошкой.
– Удачи детка, смотри там не покусай судей, как меня здесь.
– Не переживай Коннор, – говорит она на полуобороте, уже мягче, чем начинался наш разговор, – они будут в целости и сохранности, а ты, я уверена, это переживешь.
Смотрю за удаляющимися спинами девушек. И что меня дернуло с ней заговорить? А главное ответы? Похоже за этой миленькой мордашкой скрывается стервочка. И я уже в ярких красках представляю, как и чем мог бы занять этот ротик, который только что колко дерзил в мой адрес. Как будет хорошо ее утихомирить, и она узнает, в чем моя уверенность.
Сейчас нужно пройти новый отбор. Если она пройдет дальше и не отсеется – я её найду. И этот дерзкий ротик изменит своё мнение.

...

innapavlova: > 10.10.15 09:59


Спасибо большое за продолжение!!! Flowers

...

Татика: > 10.10.15 10:14


Спасибо, с нетерпением жду продолжения!

...

Yusia: > 15.10.15 00:34


У меня новинка. Новое совместное произведение, присоединяемся https://lady.webnice.ru/forum/viewtopic.php?t=20334

...

speranta: > 19.10.15 14:13


Дорогой автор, примите в читатели плиззз Flowers

...

Yusia: > 21.10.15 05:17


 » Глава 7


Naughty Boy - La La La ft. Sam Smith (K Theory Remix)
Кирстен
− Ну и как прошел разговор с Ройзом? − внимательно смотрит на меня Рэйч, − вырвала свое или нет?
− А ты как думаешь? – нагло и открыто улыбаюсь подруге, − долго упрашивать не пришлось. Он когда узнал, что будет сниматься сюжет, сразу согласился, тем более я же не запредельную сумму ему назвала, − устало встаю с кровати и, сняв с себя свитер и джинсы, иду в сторону ванной комнаты. Все последние события навалились скопом, и я просто валюсь с ног. В голове творится такое же, как и в теле, но тут всё намного сложнее. До спокойного и уравновешенного состояния, пока я буду на шоу, мне ещё далеко. − Рэйч, я в душ и спать, завтра хочу съездить в универ и к маме.
− Нет уж подожди подруга, а как отреагировал на твой особый статус Ройз младший? – она подминает ноги под себя, удобно усевшись на моей кровати.
При упоминании этого парня появляется неприятное ощущение. Слишком наглый, скользкий и неприятный тип. Как по мне, для своей же безопасности, от таких лучше держаться на расстоянии.
− Думаю, он был слегка разочарован, но не более того. Он все так же жадно на меня пялится и мне кажется, новые преграды могут его только сильнее разгорячить. Но я с ним не стану играть, мне не нужны неприятные последствия, связанные с сыном босса.
− А кто сказал, что они будут неприятными? Может мальчик влюбился, а ты сразу о худшем думаешь.
Ну может я погорячилась и у меня сложилось неправильное мнение, ну бывает. Но однозначно он был бы повежливее, если бы пытался меня очаровать, а не просто произвести впечатление и показать, кто здесь главный.
Я закатываю глаза от поучений подруги. Рэйч как всегда в своем репертуаре. Что касается мужчин, она не станет что-то утверждать о них заранее, не узнав всю подноготную, я же иногда могу сделать вывод наперед, просто пообщавшись с человеком. И если тест-контроль первого впечатления не пройден, этому мужчине не бывать в моей жизни никем. Согласна, что, может быть, это поверхностно и опрометчиво, но зачем изначально прятаться от человека, если он тебе интересен?
− Ты прекрасно знаешь, что я терпеть не могу таких, как Эдриэн Ройз – высокомерных, заносчивых и слишком самоуверенных мудаков.
− Ну, он же думал, что ты, как все остальные девушки в их клубе, будешь танцевать стриптиз.
И с этим я согласна. Думать мы каждый можем, что угодно, но оскорблять человека ни за что, опускать и показывать, что у тебя больше возможностей, чем у других, что ты круче – зачем? Моя мама всегда учила не относиться предосудительно к людям и оценивать всех по их делам, но в этом случае ты о человеке и его делах даже не захочешь узнать.
− Этот богатенький мальчик абсолютно ничего не знает, что толкает девушек идти на работу к ним, у каждой своя причина и иногда с этим стоит не просто считаться, но и уважать, имея хоть каплю человечности. Он, Рэйч, имея на меня виды, даже не спросил, насколько я поняла, у Блэйз почему я у них работаю и кто такая. Обычно парни его круга узнают абсолютно всю информацию о понравившейся девушке, и если он не сделал этого, то ему нет до меня дела. Тогда зачем мне волноваться о том, что я могу задеть его несуществующие чувства? Ну, знаешь, разве что самолюбие, − я поднимаю указательный палец вверх, акцентируя внимание на моих словах, −этого у него хоть отбавляй. Так, всё, я устала и хочу отдохнуть, − разворачиваюсь и иду в душ. В душевой кабине включаю теплую воду и становлюсь под расслабляющие потоки воды. Кажется, что с ними уходит и все напряжение сегодняшнего дня. Больше о Ройзе я не думаю и не вспоминаю.
Лучше подумать и сосредоточиться на своём, дел-то у меня теперь много. Завтра нужно съездить в университет, зайти в деканат переговорить насчет конкурса и видеоролика, заехать проведать маму и позвонить Клэр. С Клэр теперь я связываюсь часто − она тоже будет участвовать в сюжете про меня и готовить номер к новому этапу отбора. Сколько всего навалилось разом, но выбора у меня нет, я должна все это успеть. Радует то, что Грэгори, освободив меня от работы, все так-же платит мне.
Казалось, что вода снимает усталость, но расслабленная, я ощущаю ее еще сильнее. Руки и ноги кажутся тяжёлыми, голова плохо соображает. Мне нужно поспать, крепко, просто обнимая подушку.
Надев пижаму, выхожу из ванной комнаты и иду к постели. Обнимаю подушку и думаю о маме. Всё закончится, когда она выйдет из больницы и будет дома, всё вернётся, как и было до болезни. А завтра… завтра меня ожидает длинный и тяжелый день.
Несмелые лучи осеннего солнца заглядывают в мою комнату, оповещая о наступившем утре. Сладко потянувшись и вдохнув полной грудью, встаю и собираюсь в деканат университета. Сегодня я должна сообщить о съемках видеоролика обо мне. Звучит громко, но для меня это действительно очень важно. И целое утро я прокручиваю, что мне сказать ректору, задаюсь вопросами, поможет ли он мне, и немножко волнуюсь за саму съемку.
Позавтракав, мы с Кэвином садимся в машину, подвожу его до школы и еду в университет. Всю дорогу я немного нервничаю и опять прокручиваю в голове свою речь для ректора. Он должен помочь, ведь и для универа это будет рекламой. Но это я так считаю, а вот что решит он?
Оставив машину на стоянке, подхожу к приемной, стучусь в дверь и аккуратно заглядываю. Из-за монитора на меня смотрит девушка чуть старше лет тридцати.
− Вы что-то хотели?
− Да, − уже более уверенно открываю дверь, − я Кирстен Флорес, студентка факультета гуманитарных и социальных наук, мне бы с ректором поговорить.
− Мистер Броверли сейчас не сможет Вас принять, давайте Вы сейчас напишите заявление, а я отдам его на рассмотрение.
Черт. Мне такое совсем не подходит.
− Ну понимаете, тут такое дело, − я начинаю переминаться с ноги на ногу, − мне нужно его разрешение, даже не совсем мне, а съемочной группе шоу «Америка имеет талант». − Вижу, как ее брови медленно поднимаются вверх в немом вопросе. – Понимаете, я участвовала в первом этапе отбора и прошла, а теперь они приедут снимать обо мне видеоролик, естественно и в университет тоже.
− Так дорогая, − она внимательно на меня смотрит, меняя тон в голосе, − ты не шутишь?
− Да тут не до шуток, они приедут на днях, а мне скоро ехать в тренировочный лагерь, − подхожу ближе к столу взять листок для заявления.
− Ладно, подожди, сейчас попробуем его вытянуть из повседневных забот, − она поворачивается к экрану и что-то набирает на клавиатуре, затем поворачивается ко мне, указывая взглядом на стулья справа от меня, − садись, подождем что ответит.
Пока я вкратце рассказываю о своем номере и прохождении первого этапа, приходит ответ. Референт смотрит на экран, встает из-за стола и идет к двери в кабинет ректора, заглядывает и открывает сильнее, показывая мне входить.
Так, а сейчас главное хорошо и убедительно всё рассказать. Я немножко волнуюсь и чтобы успокоиться, тру немножко вспотевшие ладони и глубоко дышу. Приветливая улыбка на лице. Ну, пошли.
Захожу в кабинет к ректору, которого видела только издали на университетских праздниках, а вблизи только на фото.
− Здравствуйте мистер Броверли, − подхожу ближе к его столу. Ректор указывает мне садиться на стул перед столом.
− Мередит написала мне, что Вы по очень важному вопросу, не требующему отлагательств. Я Вас слушаю.
− Меня зовут Кирстен, я принимаю участие в телевизионном шоу «Америка имеет талант» и прошла первый этап. Про меня будут снимать сюжет и съемочная группа приедет в университет, конечно, если вы не будете возражать.
− Вы принимаете участие в шоу? – ректор складывает руки в замок и кладет их на стол, немного наклоняясь вперед, − во время учебного процесса? На каком Вы курсе?
− На последнем, − уже более осторожно произношу, мне не нравится реакция ректора. Неужели он будет против съемки и проекта?
− И значит, Вы должны готовиться к экзаменам и практике, а Вы вместо этого принимаете участие в шоу?
Что же делать? Я не зря волновалась, похоже, что он против. Но мне нужно, черт, так нужно быть в этом шоу! Думаю, я расскажу ему правду, пусть не всю, но то, что можно знать всем.
− Понимаете, у меня мама попала в больницу и нужны деньги на операцию, и реабилитационный период. Я устроилась на работу по вечерам, а хозяин, вернее его знакомая отправила меня на это шоу. По договоренности с хозяином я участвую в шоу, рекламируя его заведение, и чем дольше я держусь, тем больше получу оплату.
− И что же Вы там делаете, позвольте спросить в этом шоу?
− Танцую и выполняю акробатические трюки на пилоне, − опускаю глаза в пол.
− Так Вы танцовщица на пилоне? Очень интересно, − он откидывается назад и складывает руки на груди, − так девушка, отвечайте, чем Вы еще занимаетесь. Я как ректор за Вас отвечаю, и пострадать может репутация университета, − его грозный тон заставляет меня волноваться еще больше.
Черт. Он подумал, что я танцую стриптиз. А может что-то еще посерьёзнее?
− Нет-нет, Вы неправильно поняли. Я не танцую стриптиз или что-то такое, только акробатика и я всегда одета. И это временно, пока я не смогу полностью оплатить мамино лечение, а так пилон − это хобби, а работать мне бы очень хотелось в Гибсонс, ну или попасть на практику к ним.
Его брови ползут вверх, а выражение лица немного смягчается. Может, я его смогла переубедить? Ну хоть немножко.
− В Гибсонс значит метишь? Что ж, посмотрим на твои успехи. На съемку сюжета я дам разрешение, а вот с работой давай договоримся, я все понимаю, поэтому заработаешь необходимую тебе сумму и уходи оттуда. Все-таки ты наша студентка и если надумала в издательство, то ты не можешь параллельно работать танцовщицей.
− Да-да, поняла, спасибо Вам огромное. А можно еще вопрос? Могу ли я написать сейчас заявление на пересдачу, пока меня здесь не будет? По условиям шоу я должна ехать в Нью-Йорк для следующего отбора, ну и подготовка нового номера занимает достаточно много времени, не хочу завалить экзамены. − Смотрю почти умоляющим взглядом, мне нужно выпросить его одобрение.
− Хорошо, ладно, пиши свое заявление. Потом догонишь, только Кирстен, смотри, − он указывает пальцем, − на счет твоей работы мы договорились, чтоб не было никаких скандалов.
− Да, − встаю со стула, − еще раз спасибо, думаю, с этим проблем не будет.
Да! Есть! Всё получилось. Моей сиюминутной радости нет предела, я всё-таки смогла его уговорить.
− Оставь у Мередит всю свою контактную информацию.
Записываю свои контакты и выхожу из приемной. На занятиях мне сейчас делать нечего, я совершенно не подготовлена, поэтому разворачиваюсь в сторону стоянки. Теперь можно поехать к маме. За время, прошедшее после операции я видела ее всего три раза. Я так и не осмелилась сказать правду о своей работе, ей незачем это знать с ее слабым сердцем, а вот о конкурсе рассказать стоит, и именно этим я и собираюсь заняться.
Что она мне скажет? Одобрит ли, что я туда пошла? Поддержит? Она всегда меня понимала, надеюсь и в этот раз тоже.
Отогнав машину на стоянку, захожу в здание больницы и направляюсь к лифтам. Моя мама уже лежит в послеоперационной палате и к ней уже пускают посетителей. Нажимаю на дверную ручку и заглядываю в узкую щель. Мама лежит на больничной койке и сосредоточенно читает книгу. Она не выглядит ослабленной и во мне теплится лучик надежды, что скоро я маму отсюда заберу домой, и я улыбаюсь.
Открываю дверь и захожу в палату.
− Привет мам, − с улыбкой на лице стараюсь не выдавать мое напряжение и усталость последних дней.
− Кирстен? – ее брови в удивлении ползут вверх, − ты почему не на занятиях?
А вот теперь самое время всё ей рассказать, всё то, что я пыталась скрыть, но очень-очень осторожно.
− Решила забежать к тебе в гости. Мам, − сажусь на кресло рядом с кроватью, − я кое-что должна тебе рассказать, только ты не волнуйся, ничего плохого тут нет, я ни в какую передрягу не встряла, скорее наоборот, − смотрю на нее и после глубокого вдоха произношу, − я принимаю участие в шоу «Америка имеет талант» и прошла первый этап отбора. Теперь мне нужно ехать в Нью-Йорк для прохождения следующего этапа.
− Но Кирс, − мама тянется рукой к моей, округлив глаза, и я беру ее ладонь в свою, − как ты там очутилась? Что ты там делаешь?
− Мам, я танцую на пилоне и выполняю акробатические трюки. Я устроилась на работу официанткой. Кэвин тебе говорил. Знакомая хозяина клуба, где я работаю, отправила меня на кастинг.
− Клуба? Ты в клубе? Кирс, а как же учеба? – мама озабоченно вглядывается в меня.
− Мам, ничего зазорного и там все улажено, я только от ректора, он дал разрешение на съемку обо мне видеосюжета и отсрочку на учебу. Я могу сдать все позже, так что не волнуйся, я все успею.
− Кирс, я конечно рада за тебя, − мама укоризненно смотрит на меня, но потом её черты лица делаются мягче. Видимо она всё поняла, почему я именно так поступила. − Родная, ты итак моя маленькая звездочка, а теперь действительно станешь настоящей звездочкой, это же тебя на всю страну покажут по телевизору?
− Да мам, так ты не злишься? – доверчиво заглядываю маме в глаза.
− Ну как я могу злиться Кирс, ты же знаешь, как я вас с Кэвином люблю и всегда поддержу в любом вашем начинании, − она чуть сильнее сжимает мою руку и по щеке скатывается слезинка.
Она плачет?! Ей же нельзя волноваться!
− Мам, ты что, плачешь? Перестань, не надо, мам, − тянусь свободной рукой перехватить слезу, но не успеваю. Мама смахивает слезу и улыбается.
− Совсем ты взрослая стала Кирс. Я даю тебе мое одобрение, если ты за ним пришла. Езжай конечно, такой шанс выпадает раз в жизни и им нужно пользоваться по-полной.
− Спасибо мам, − привстаю и наклоняюсь обнять маму, насколько это представляется возможным.
Немного рассказав о шоу, о номере и прохождении первого этапа, перехожу на Кэвина и Рэйч. Все-же о работе я стараюсь не говорить. Пусть мама думает, что я официант в ночном клубе, я думаю оставлять ее в неведении, пока не насобираю нужную мне сумму, и не уйду из заведения Ройза.
С мамой я поговорила. Ее поддержка у меня есть и в душе, словно расцвели цветы. Такого подъема у меня давно уже не было. От облегчения, что с мамой всё хорошо, и она меня поддержала всё приобрело яркие краски, хочется петь и прыгать. Я чувствую в себе новый прилив сил.
При выходе и больницы набираю Клэр, у меня есть четыре дня на подготовку нового номера. Мы должны придумать что-то необычное. Но заручившись маминой поддержкой и чувствуя новые силы в себе я знаю, что справлюсь с этим заданием.
Последующие дни я почти все время провожу с Клэр в зале и репетирую. В клуб я заезжала только один раз взять у Блэйз деньги на мою поездку. С Эдриэном я встретилась в коридоре, после разговора с Блэйз. Понимая, что избежать его мне не удастся, я ощетинилась и приготовилась защищаться. И не зря. Диалог с Ройзом младшим получился напряженным и не предвещавшим мне ничего доброго.
− Кирстен ты опять от меня прячешься детка, не хорошо так поступать со мной, − прищуриваясь, он покачал головой, намекая мне, что я играю с огнём.
Я чувствую это до мурашек, бегающих по телу. Опасный тип. Уйти бы отсюда побыстрей.
− Я и не прячусь, просто не работаю сейчас. Послушай Эдриэн, что тебе от меня нужно? Неужели нет других девушек, к которым можно придраться?
− Когда же ты все-таки разденешься для своего хозяина? – тихо, почти шепотом произносит Эдриэн, слегка наклоняясь ко мне, − может хоть приватный танец возможен?
Д*рьмо. Я встряла. И не зря его боюсь.
− Зачем тебе это Ройз? – уже ощетинившись, резко спрашиваю его, − ну разденусь я и что дальше? Ничего нового ты не увидишь, а для меня принципиально не раздеваться. Ты сам знаешь, что я временно работаю у твоего отца, а теперь, учитывая, что появлюсь на телеэкране, раздеваться я точно не буду, от этого зависит и репутация твоего отца.
− Как же тебя заполучить, девочка? Ты так далека и недоступна. – Он поднимает руку и слегка проводит пальцем по моей щеке, отчего по телу проходит волна дрожи, но не вожделения, а страха. Я действительно боюсь этого парня. Сама формулировка мне уже не нравится, что он обращается ко мне, как к вещи. Я просто буду трофеем для такого, очередной игрушкой, но с обычным бы парнем можно было поговорить, отшить, а здесь… Чем может закончиться перепалка с Эдриэном?
Его взгляд жесткий, а на скулах играют желваки, и изнутри появляется новое чувство, от которого мне становится не по себе. Что-то есть в этом парне отталкивающее. И лучше мне просто побыстрее высвободиться и уйти отсюда.
− Эдриэн прости, мне нужно ехать, − отстраняюсь и пытаюсь пройти к выходу, но он резко хватает меня за плечи и припечатывает к стене. От резкого удара о стену затылок немного саднит, а на плечах явно останутся синяки от его хватки. Черт. Я не зря боялась оставаться с ним одна. − Пусти! − начинаю повышать голос, чтобы меня было отчетливо слышно. Может он не захочет, чтобы все это видели, и отступит? − Мне больно!
Но не тут-то было. Похоже, он и не думает отступать. В животе всё холодеет. Я не знаю чего ожидать. Он меня ударит? Причинит мне боль?
− Нет уж! Я еще не закончил, и ты будешь меня слушать, пока я говорю с тобой. – Усиливает хватку, прижимая меня к стене всем телом. Меня как-будто зажали в тиски. От волнения во рту пересыхает. Если повысить голос никак не помогло, мелькает мысль дать ему пинком между ног и сбежать. Но я держусь, он сын хозяина и в моих интересах сейчас не испортить отношения с его отцом. − Ты вздумала брыкаться и ведешь себя так, будто тебе все дозволено, если ты у нас звезда телеэкрана. Но нет крошка, ты не такая крутая. Я заставлю тебя подчиниться и делать все, что нужно мне, ты поняла?
А вот это уж нет. Такое я не стану делать. Противясь его действиям, я начинаю шипеть.
− Пусти меня, − почти выплевываю со злостью, − иначе я сейчас закричу и обвиню тебя в сексуальных домогательствах привселюдно, − во мне уже все кипит и я готова вцепиться в него.
Он сжимает мои плечи сильнее и рычит, как зверь, готовый наброситься на жертву, но затем отпускает. Он понимает, что я сейчас не блефую.
− Сейчас твоя взяла, ты маленькая непокорная сучка, − наклоняется и шепчет мне на ухо, − но я тобой займусь, и ты все равно рано или поздно станешь моей.
Не дождёшься, сукин сын. После этого случая всё во мне противится этому. Лучше уж стриптиз буду танцевать, чем спать с таким мудаком. Во мне всё клокочет и бурлит коктейлем из страха, злости, отвращения и неприязни. Адреналин зашкаливает.
Я рывком дергаю плечом, вырываюсь и бегу к черному входу. Толкая дверь, выбегаю на стоянку, на ходу достаю из кармана ключи и сажусь в машину. Завожу мотор и резко срываюсь с места с диким и огромным желанием поскорее убраться отсюда.
Этот случай я только вскользь обсуждаю с Рэйч и стараюсь больше о нем не вспоминать. Сейчас все свое внимание я должна сосредоточить на моем выступлении. В пятницу собираем с Рэйч вещи и едем в аэропорт.
Через пять часов мы уже в Нью-Йорке. Пройдя контроль и забрав багаж, мы едем в забронированный номер отеля. Добравшись до отеля, раскинув вещи и приняв душ, мы можем сходить поужинать, а затем, прогулявшись кварталом вернуться назад в отель. Завтра меня ждет мьюзик-холл с новым этапом шоу.
Приведя себя в порядок, мы с Рэйч едем в мьюзик-холл. Здесь людей намного больше, чем было в Батон-Руж и я жутко нервничаю. Все чем-то заняты: кто репетирует, кто общается. Зарегистрировавшись и расположившись, я могу немного прорепетировать номер и отправляю Рэйч следить за очередью. Так я не буду изводить себя и немного отвлекусь.
Неожиданно в зале происходит непонятное оживление, масса людей подходит к парню, лицо которого я нахожу знакомым. Девушки перед ним задирают футболки и протягивают руки для автографов, и я узнаю этого парня. Конечно! Коннор Брайант, рестлер, как же я могла забыть. Кэвин любит смотреть рестлинг и я иногда смотрела с ним, удобно усевшись перед телеэкраном с куском пиццы. Но он здесь? Как участник? В каком жанре? Опускаю глаза ниже и вижу сумку. Похоже, что участник.
Парень улыбается, позирует, кривляется девчонкам, а те пищат. То, как он расписывается на их оголённых руках, животах, груди даже умиляет. Зрелище весёлое. На ринге бы это конечно смотрелось естественным, а здесь парень выглядит слишком пафосно и с понтами. И первое впечатление – бабник. И уже в этом случае Рэйч не скажет мне, что я заранее даю парню не принадлежащее ему клеймо, может это только и роль такая, но что на экране, что здесь он её прекрасно выполняет. Из-за понтов симпатия к нему пропадает, хотя мы с Кэвином болеем именно за него, он же наш, из Луизианы.
Но вот суматоха стихает, и я снова переключаюсь на свой номер, решив размяться и сделать парочку растяжек. Я репетирую дальше, когда вижу его, приближающегося. Надежда Луизианы. Он привлекает к себе внимание одним только видом. Смуглая кожа, рельефные мышцы, черные волосы и тёмные глаза. Самоуверенный и пытливый взгляд, и явно насмехается надо мной. Интересно почему? И что этому парню нужно? Почему он подошел именно ко мне?
По вопросам я уже понимаю, что это знакомство. Зачем? Я же грудь или живот не оголяла, не похожа вроде на ярую фанатку рестлинга. Хотя… Может я… Нет, я не думаю, что понравилась этому парню и он решил подкатить, поклонниц у него хоть отбавляй. Здесь что-то другое. И ответ приходит сам собой, наверное, я его конкурент.
Подбегает Рэйч, немного озадаченная появлением возле меня этой самой «надежды» и сообщает об очереди. Мне нужно идти, очередь большая и задерживаться нельзя, и я пытаюсь побыстрее отшить эту затесавшуюся в ряды простых участников понтовитую «звезду». Пора в очередной раз побороться за место в этом шоу.
Двое участников передо мной достаточно быстро проходят и следом мой новый выход. В этот раз я очень сильно нервничаю, хоть на мне уже и нет лент. Задание у меня не менее трудное и покорить судей и публику будет очень непросто.
Мне сделали шар вокруг пилона, который я буду разрывать по мере своего выступления, как будто расширяя пространство вокруг меня, ища и пробивая для себя больше воздуха. О, как это похоже на моё нынешнее положение. Кажется, что Клэр меня видит насквозь и знает, что я чувствую, как иногда хочется сесть, обхватить себя руками и громко крикнуть. Как хочется сбросить эти тяжёлые оковы.
И снова я стараюсь выложиться на максимум, открыть душу, показать всю себя, свои мысли, чувства, переживания. Отдаваясь танцу, я чувствую себя свободной, открытой, раскованной. Всего три минуты ритмичных движений и драйва, но это мои минуты, моё время.
А потом снова возвращаюсь в реальность. Софиты меркнут, слышатся аплодисменты и ты понимаешь, что ты – всего лишь часть огромного праздника, маленькая частичка, которая, может быть, станет чем-то весомым, если ярким метеором загорится и покажет свою мощь. А если нет? Если я не смогла быть тем самым метеором, той яркой летящей звездой, пролетающей по темному ясному небу.
Я стою перед судьями. И новый вердикт. Что со мной будет дальше, я не знаю, по их лицам не разобрать. И каждый говорит своё слово. Теперь отбор жёстче, раскрыты все недочёты и промахи. В переживаниях сердце скачет галопом, а дыхание я затаила. Я боюсь говорить, боюсь двигаться, боюсь дышать. И вот оно, их такое долгожданное «Да», вызывающее у меня слезы. Новый этап − это шестьдесят номеров в прямом эфире.
Спускаюсь со сцены в закулисье. Моё напряжение спадает, но с телом происходят странные вещи. Оно дрожит, а из горла вырываются всхлипы, которые пытаюсь подавить рукой. Чувствую себя ужасно. Знаю, что выгляжу совсем ненормально и бегу в уборную. Надеюсь, умывшись холодной водой, я отойду от захлестнувших меня эмоций.
Меня, как прошедшую следующий отбор, просят остаться еще на день, для участия в собрании всех участников, прошедших в прямой эфир. Уже на самом собрании съемочная группа и судьи объясняют, как будет проходить шоу в формате прямого эфира. И я понимаю, что там действительно будет сложно. Уже не станут останавливать концерт, переснимать дубль или убирать неудачный кадр. Уже всё будет как есть, вживую, и облажаться ты не можешь, тебя покажут на всю страну как представителя твоего города и штата.
Мы получаем список, кто за кем выступает, и я вижу нескольких конкурентов. Нэнси Пирс выступает с цирковой акробатикой и Коннор Брайант – атлет, акробатика. А вот и он. Не зря я тогда подумала о конкуренции с ним. Вот почему он тогда подошёл. Глупо было подумать, что причина могла быть в другом.
Перед глазами возникает его взгляд: самоуверенный, дерзкий, наглый. Отчего-то щеки заливает краской. Странно почему, я же не люблю парней с понтами, а этот… Ничего особенного: симпатичное лицо, груда мышц, мощный кулак – он производит впечатление в общем, но понты его совсем не красят. Но может, он должен таким быть?
Я выбрасываю странные мысли об этом парне и собираюсь домой. С новым заданием я еду домой всего-лишь на два дня, и взяв с собой Клэр, должна вернуться назад для подготовки нового номера. Через четыре дня уже репетиция и прогонять будут все номера.
Всё проходит очень долго. Нас муштруют. Мы измотанные, уставшие и голодные, но уйти мы не можем. Все должны хорошо отрепетировать сейчас и сегодня, больше времени уже не будет.
Мы с Клэр после репетиции стоим в холле возле лестницы, я держусь за лестничные перила, но Клэр решает уточнить у хореографа-постановщика шоу детали по номеру, и, взбегая по лестнице вверх, оставляет меня на лестничном пролете одну.
Стою, упираясь спиной о перила, и пишу сообщение в телефоне для Рэйч. Может, забежит в кафешку и что-то возьмёт для нас троих? Мне кажется, что мои ноги не донесут меня даже до ближайшего кафе перекусить. Только в номер, и только подушка нынче станет моим лучшим другом и скрасит вечер.
Меня отвлекает чье-то покашливание, я убираю телефон в карман и поднимаю глаза. Этот парень за время нашего знакомства уже себя показал. Толпа поклонниц готова снять футболки по его первому зову, и похоже, ему это и нужно. Возможно это его имидж, или как у них там принято, но с девчонками он не церемонится. Коннор Брайант надел на себя типаж плохого парня, от которых так фанатеют девчонки. Думаю, не одно сердце он разбил, а точнее, даже растоптал.
− Привет, наблюдал вашу репетицию. Шикарно расставляешь ножки, Кирстен. Интересно, в постели ты так же бесподобна, как и на сцене? – он оглядывает меня с ног до головы, приподнимая одну бровь и нагло при этом ухмыляясь.
Ничего себе! Это что, такой комплимент? Вот придурок. А я ещё и болела за него. Он что, со всеми так общается? Даже не зная девчонку, предлагает ей прыгнуть в койку с первой встречи?
Симпатия к этому парню испаряется окончательно. Я что похожа на девочку, быстро прыгающую в постель к смазливому парню? Или это просто у него такие подколы и насмешки? Да пошел ты, хренова «надежда» штата. Хочется его послать прямо и открыто, но в голове возникает другая идея. Ну подожди, я тоже кое-что могу, и так как я не твоя фанатка, мне твоё «звёздное сияние» не ослепит глаза. Я готова впиться когтями в его рельефно-выгравированный торс и влепить пару пощечин, но принимаю его игру.
− Ты тоже вроде неплох Коннор, − я подмигиваю и мило улыбаюсь, слегка наклоняя голову набок. − Возможно, твоя стойка там также хороша, – взглядом указываю на его промежность, − как и твоего тела на турнике. И я бы могла это проверить … − отхожу от перила и подхожу близко к нему, настолько близко, чтобы нас никто не смог услышать. Закрываю глаза, вдыхая его приятный запах, наигранно томно стону, поднимаю руку и указательным пальцем провожу по его щеке от виска до подбородка, задевая уголок рта. Его дыхание учащается, и он шумно сглатывает. О, а я оказывается влияю на этого парня. Или он просто кобель и реагирует так на каждую девчонку, что более вероятно.
Я приближаюсь, между нашими губами всего пара сантиметров. Еще чуть-чуть и… я открываю глаза и шепчу ему в губы, − но с твоей репутацией чертова бабника Брайант тебе это не светит.
В этот момент я слышу, как меня сверху окликает Клэр и поворачиваю голову в ее сторону. Жестом она показывает мне подняться. Вот и закончились наши игры в кошки-мышки, или кто-кого.
− Пропустишь? ¬– уже серьёзно спрашиваю, без наигранного тона в голосе.
Он немного отходит в бок, и я прохожу, поднимаясь по другому лестничному пролету наверх. Ощущения странные. Меня вроде и оскорбили, а вроде и нет. Всё-таки он известный в нашем штате и подающий большие надежды спортсмен. Быть может это действительно стоит расценивать как комплимент, что он меня оценил? А может это просто насмешки и не стоит не то, что злиться, а даже заморачиваться по поводу этого. Не знаю, не хочу забивать этим голову, она и так скоро взорвётся.
Встретившись с Клэр мы идем по коридору в сторону зала, где репетировали мой номер.
− У нас небольшие изменения в декорациях, нужно обсудить с тобой, прежде чем они начнут искать материалы, поэтому Мэтью снова нас зовет к себе. А что это было? – она указывает пальцем позади себя.
Не хочу сейчас обсуждать этого парня, даже с Клэр. Ну его.
− Да так, ничего, ненавязчивое общение с другим участником, − смотрю впереди себя, стараясь не выдавать своего раздражения.
− Ничего себе ненавязчивое, я думала ты его порвешь прямо там, − она начинает смеяться и ее заразительный смех передается и мне.
− Да зачем он мне? Он думал меня оскорбить, но я ответила той же монетой. Не люблю самодовольных кретинов, которые не считаются с женщинами.
− А он такой? – в ее голосе мелькает неподдельный интерес.
− Клэр, зачем он тебе? Это рестлер, у меня брат смотрит по субботам рестлинг и я видала этого парня. Там поклонниц масса и парень этот ведет себя как напыщенный индюк.
− Ох как ты против него настроена, − Клэр сварливо подшучивает надо мной.
− Он мой конкурент, а не кандидат в парни. Да и вообще мне до него дела нет, идем к Мэтью, там разговор поважнее будет, чем обсуждение Коннора Брайанта.
− Коннор? Я запомню его имя, − она, немного сузив глаза, потирает руки.
Клэр он нравится? Мне хочется её предостеречь, но мы сами вправе выбирать, кто нам нравится, а кто нет. Я подхожу к двери и открываю.
− Клэр, ты конечно смотри сама, но мне он не нравится. Он просто вытирает ноги об девчонок.
− Да знаю я, знаю. Так, просто сказала. А красив засранец, правда?
Да. Ну то, что он симпатичный, отлично сложен с шикарной спортивной фигурой спортсмена видно с первого взгляда. Стоит ему поманить пальцем, как фанатки и бегут. Он прекрасно осведомлен о том, какое впечатление производит на женщин и знает себе цену.
− Да, он интересный, не спорю, но он меня совершенно не волнует. Идем к Мэтью Клэр. Коннор остался на лестнице, и меня сейчас интересует только мой номер.

...

Светочка: > 21.10.15 07:57


очень понравилось, жду продолжение:-)

...

MARISHAIVANOVA: > 21.10.15 11:16


Спасибо, понравилось! Жду продолжения!

...

Yusia: > 31.10.15 21:23


 » Глава 8


Yellow Claw & Tropkillaz – Assets (feat. The Kemist)
Коннор
− Эй, ты чего такой серьезный? На той стене есть что-то интересное? – отвлекает меня Джон от раздумий, и я перестаю сверлить стену взглядом. Чертова блондинка не выходит из моей головы уже вторые сутки.
− Да так, ничего особенного, − перевожу взгляд на Джона, − просто на этом конкурсе у меня есть конкурентка…
− Симпотичная? – обрывает меня на полуслове друг, ухмыляясь и опираясь о дверной косяк.
Я снова вспоминаю о тех стройных ножках на шесте, гибком теле и в животе как-будто что-то переворачивается.
− Ничего так…впрочем, какая разница, Джон? Она моя соперница и мне нужно ее сдвинуть с дистанции. А она сильна, грациозна, дерзкая…
− Воу, воу, воу, стоп приятель! − он выставляет руки перед собой, −кажется, Коннора Брайанта понесло. Ты чего? – уже с неподдельным интересом смотрит Джон и направляется к креслу, − я вижу, что девчонка тебя задела. Интересная?
Интересная? Да я и сам задаюсь вопросом, что в ней такого, кроме того, что милый ротик умеет и руку откусить. Уж в обиду эта блонди себя точно не даст.
− Трудно сказать, мы мало общались, при малейшем приближении к ней, Кирстен выставляет когти. Но одно могу сказать точно, она не из ряда моих фанаток и футболку не поднимет, − внезапно яркая картинка всплывает в моей голове и мне самому становится смешно от настолько глупой посетившей меня мысли. Нет, стопудово это не тот вариант.
− Уверен, что не поднимет? А если постараешься? – Джон прищурившись, внимательно смотрит на меня с хитрой усмешкой.
Да, мой друг знает, как я умею уламывать крошек, выдающих из себя жутких недотрог. Но здесь лучше и не пытаться. Конкурентов лучше выживать с поля боя.
− Джон, даже не намекай. Тр*хнуть девчонку с конкурса? Это может попахивать скандалом. На хрена мне это? Мы там на глазах у телевизионщиков. Подкатить это одно, пошутить да, но секс… − я отрицательно мотаю головой, − это явно не то, что нужно втягивать в это шоу.
− Подкатывать? Так ты уже успел? Слушай, − Джон потирает ладони, − а даже если девчонка окажется под тобой, то что? Какие могут быть последствия? Это же вариант очистить тебе дорогу.
Об этом я как-то не подумал. Но это может быть вариантом, если конечно телевизионщики нас не исключат обоих. Хотя, что им с того? А вот она… Расположить её к себе, хорошенько тр*хнуть, чтоб она сама по симпатии освободила мне дорогу, а от очередной поклонницы я очень быстро смогу потом избавиться, одной больше – одной меньше. Но вот очень настораживает то, как она огрызается. Пройдет ли с ней этот задум?
− По большому счету ты прав, − пытаюсь оценить, во что это может вылиться, но никаких губительных мой рейтинг обстоятельств не вижу, − но девчонка – крепкий орешек, здесь нужен особый подход.
− Каких вершин не покорял Коннор Брайант? Не думаю, что это непреодолимая цель для тебя, друг.
− Я тоже думал Джон, но она знает кто я, что мы соперники и думаю, сообразит быстро мою стратегию. Я должен подумать, что делать с этой стервозной девицей. Поеду, прогуляюсь и проветрю мозги, уже башка кипит от этого д*рьма.
− А что у тебя с боями?
− Фостер приостановил. В конце недели очередной номер, только уже в прямом эфире. Черт, чувствую, что неделька предстоит еще та. Башка разрывается от мыслей по поводу нового номера. Насколько я понял, там организаторы закрутили один номер представить всех участников, и я раскручиваю девчонок, а затем делаю сальто назад.
− С той самой блондиночкой?
− С той самой. И еще одна есть, циркачка, но та больше как гимнастка.
Я снова вспоминаю эти гибкие ножки на пилоне, упругую попку и вихрь светлых волос. Всё-таки есть в ней что-то цепляющее.
− Мне бы твои проблемы, − обреченно вздыхает Джон, − мне доктор уже затр*хал мозг своими наставлениями, и Фостер туда же.
Так м знал, что это будет, но выслушивать нытьё Джона я сейчас не готов.
− Джон, ты сам знаешь, они дело говорят. Все, я уехал, − встаю с дивана и, захватив куртку и ключи от машины, выхожу из дома на подъездную дорожку.
Снова я еду в сторону набережной, посмотреть на неспешно текущую воду, людей, бегущих по своим делам. Тихое урчание мотора и негромкая музыка выстраивают хаос мыслей в определенный порядок. И, кажется, я уже знаю, что мне нужно делать. Я должен ее изучить и найти слабое место. Она такой же противник, как и соперник на ринге. Но, черт, хорошенькая, грудь и задница у девчонки, что надо, а копна светлых волос только завершает идеальный образ. Бл*ть, я снова совсем не о том думаю. Сосредоточься, смотри на неё, как на противника, мать твою!
Открываю окно, и свежий бриз врывается в салон машины. В голове немного просветляется. Завтра снова в Нью-Йорк, снова на репетиции. По блютуз раздается звонок мобильного. Черт, ей что нужно? Снова деньги.
Принимаю вызов.
− Да мам.
− Привет сынок, как ты?
− Мам, ты действительно интересуешься моими делами или тебе снова с Грэгом нужны деньги?
− Коннор, как ты можешь?! Я же твоя мать! Меня всегда интересует, что с моим сыном происходит, но я…−она замолкает и я понимаю, почему она звонит. Гребанные деньги, ей снова нужны именно они, а не сын. И скорее всего не ей, а ее новому тр*хальщику Грэгу. Нашел контору, где много бабок и можно ни хрена не делать.
− Нет мам, денег я не дам, не на этот раз. Я могу с тобой поехать и купить, что тебе нужно, но наличных больше не дам. Твой Грэг снова все просадит. Слушай, я понимаю, что с отцом было сложно, и ты ушла, но когда ты уже найдешь нормального мужика? Почему вокруг тебя всегда одни мудаки?
Я вполне спокоен и не нервничаю, но этому мудаку заехал бы морде пару раз даже без агрессивного настроя. Он давно уже напрашивается.
− Почему ты так о нем? Он старается, но на этот раз бизнес не пошел. И играет он уже меньше.
Да меня задолбало содержать твоего херова азартного игрока.
− Мам, я дам денег только когда он исчезнет. Я хочу увидеть нормального дружащего с головой мужика рядом с тобой, который сам в состоянии заработать, а не жить за счет других. Все, разговор окончен, позвонишь, когда пошлешь этого, −я отключаюсь. Надоело содержать еще и ее мудаков, которые ни хрена не ценят и просаживают все.
Прогулявшись с час по городу, возвращаюсь домой. Джон ушел к психологу и домашняя тишина в моем распоряжении. Захожу в спальню и, укладываясь на кровати, включаю бой. Перед глазами на экране возникает картинка ее выступления, которое я наблюдал на экране в холле, ожидая своей очереди. В голове всплывает наш разговор на лестнице. Это не Роуз, и не одна из подружек Джона. Нет, она совсем другая. Смешная.
Замечаю, что лежу и улыбаюсь. Давно меня так не забавляла девчонка.
Вечером заходим с Джоном в бар, нас окружают старые фанаты и знакомые с разных тусовок. И снова я сажусь за стол подписывать салфетки, блокноты, футболки, а кому и тела. На моем плече опять зависает очередная девчонка. С ее стороны слышу тихий шепот.
− Поехали ко мне малыш, тебе со мной скучно не будет. – Она поднимается на носочки и прикусывает мочку моего уха.
− Не слушай ее, она малолетка, − выпаливает вторая за моей спиной, − и мало что умеет на самом деле.
− Заткнись сучка, он мой, − почти шипит первая, цепляясь за мое плечо, − откуда тебе знать, что я умею, ты не проверяла!
Ох, бл*ть, девочек понесло. Этих сучек нужно заткнуть, пока не разгорелась ссора или драка.
− Девочки, − опускаю руки с моего плеча и поворачиваюсь к обеим, − зачем ссориться, можем проверить, чем может порадовать меня каждая из вас. К кому поедем?
− Давайте ко мне, − говорит первая и достает из кармана ключи.
− Прежде чем мы поедем, хочу уточнить момент, вам по 18 есть? – смотрю поочередно на обеих.
−Да сладкий, даже больше, − облизывая губы, говорит вторая.
−Тогда поехали. – Машу рукой Джону на выходе из бара. Через двадцать минут мы оказываемся в квартире у первой. Прямо с порога обе начинают меня раздевать. Первая тянет меня в комнату, к немалых размеров кровати.
В комнате темно и я могу только чувствовать. Одежда летит в разные стороны и губы одной из девушек я ощущаю на своем уже порядком затвердевшем члене. Вторая покрывает поцелуями мое тело. Закинув руки за голову, позволяю девушкам исследовать себя. Да, давайте девочки. Я подарил вам своё внимание и вечер, а ваше дело крошки, меня ублажить.
По телу пробегает приятная волна, девица заглатывает член все глубже и я чувствую, что скоро кончу. В эту минуту раздается звонок в дверь.
Бл*ть! Какого хрена? Я резко прихожу в себя, а накатывающие волны удовольствия уходят. Вторая девица останавливается, и, чертыхнувшись, возвращается ко мне, но звонки не прекращаются, и добавляется громкий стук в дверь.
− Твою мать, да кого там принесло? – встает с кровати, и по звукам понимаю, ищет свою одежду вторая из девушек, − еще не хватало, чтоб дверь вышибли. Она выходит из комнаты, и через минуту слышу дерзкий женский рык и визг.
− Что сучка, облизала его? Пошла вон дрянь, где он?
Бл*ть. Роуз. Эта сука уже выела весь мозг. Быстро отодвигаю от себя первую девицу.
−Все крошка, кажется, наш приятный вечер на сегодня окончен. – Накрывшись простыней, через щель света в коридор нахожу и включаю светильник, надеваю боксеры. Открывается дверь и входит взбешённая Роуз, а за ней вторая девчонка, держащаяся за волосы.
− А твой член все ищет приключений? Какая картина, Коннор Брайант в окружении вылизывающих его фанаток, − зло уставившись произносит Роуз.
Тебя забыл спросить, где мне быть и с кем.
− Какого хрена ты тут делаешь? Мое дело, где я и с кем, я не обязан отчитываться перед тобой. – Встаю с кровати и надеваю джинсы, − не устраивай сцен, мы тр*хались пару раз и все, я ничего тебе не должен сейчас.
− Да ты больше ни на что и не способен, как перетр**ать всех желающих фанаток.
Роуз знает, как легко может вывести меня из равновесия. Во мне всё начинает кипеть, и чтобы мне ничего и никто сейчас не попал под руку, я её урезоню.
− Заткнись.
− О, что, Брайант, правда глаза режет? Ты никогда не отказываешь себе в удовольствии залезть в трусики очередной более-менее смазливой мордашке.
− А по-моему тебя бесит то, что я не тр*хаю больше тебя, −надеваю свитер и прохожу мимо нее, покидая комнату.
Эта не знающая отказов сука хочет достать меня, но выслушивать ее дальше я не намерен.
− Роуз, уходи отсюда, пока я не вывел тебя отсюда силой. Ты сама знаешь, что может быть, если меня разозлить, − исподлобья смотрю на нее. Она уже начинает выводить меня из себя.
− Ты сволочь…
Кипящий во мне гнев грозит вырваться наружу, и я сжимаю челюсти. Она меня достала и я почти готов ее вытолкать отсюда силой.
−Я сказал выметайся, − обрываю ее на полуслове, − ты дохрена времени шлялась с разными растлерами, пока у меня были проблемы, а сейчас вдруг решила вернуться? Не присваивай меня себе, − обувшись, открываю входную дверь, − ты сама редкостная шл*ха, а мне что-то пытаешься предъявлять.
Мы выходим из квартиры, и я спускаюсь по лестнице к выходу из подъезда.
− Смотри Роуз, узнаю, что ты что-то сделала этим девчонкам, пеняй на себя, − с этими словами выхожу из подъезда, сажусь в машину и, заведя мотор, уезжаю.
Чертова сучка испортила столь приятно начавшийся вечер. Настроения нет, и я возвращаюсь домой. В доме тишина, Джон наверняка завис у очередной из его подружек. Что ж, видеотека в моем распоряжении, а завтра сборы в Нью-Йорк.
О Роуз я стараюсь не думать, с ней связано моё прошлое, а в будущем я не хочу её видеть. Не хочу быть связанным с ней ничем. Она только бередит старые раны и хочет многого, взамен не давая ничего и оставляя за собой пустоту.
Снова сумка в руках и снова в аэропорт. Перелет, поселение в отеле и передо мной снова закулисная жизнь шоу. Только на этот раз со мной напросился Джон.
Новая репетиция уже идет под руководством создателей шоу, и я работаю с Мэтью, постановщиком номеров с хореографией. Возле меня стоят Даниэль и Кирстен. Даниэль – девчонка из цирка, гибкая, но по характеру тихая. Она гимнастка и мне особо не конкурентка, да и не в моих предпочтениях, а вот вторая… Вторая смотрит на меня с явным недоверием и весьма забавляет.
− Сейчас делаешь два шага вперед навстречу мне, раскручиваешь девочек. Девочки! Вы раскручиваетесь, а затем ты Кирстен сделаешь стойку на одной ноге, а ты Даниэль стойку на руках. Коннор ты в это время выполняешь сальто назад.
Во время репетиции и блондинка тихая, совсем не брыкается, но взгляд у неё враждебный. Интересно, это так повлиял наш разговор на лестнице?
Отрепетировав несколько раз трюк, мы делаем перерыв немного передохнуть, и я подхожу к блондинке. Она сидит на небольшом парапете с бутылкой воды в руке. Беру бутылку воды рядом с парапетом.
− Сегодня ты снова не в духе. Крошка, ты снова напряжена. −Вижу как она кривится и неохотно, но все же уступает немного места рядом с собой.
− Я всегда с тобой в напряжении Коннор.
Интересно-интересно. С чего-бы детка? Неужели ты меня боишься? У меня есть предположение твоих страхов − ты меня оценила.
− Ты считаешь меня сильным конкурентом, − открыв бутылку, подношу ко рту, делая несколько глотков воды.
− Это больше похоже на утверждение, нежели на вопрос.
− Это и не был вопрос.
− Ты настолько в себе уверен. Привычка, выработанная годами? – она смотрит перед собой, не обращая внимание на меня.
Ух ты как она попала в точку. А ведь я работал над этим. А девица проницательна. Но я не собираюсь раскрывать перед тобой свои карты, детка.
− Нет, скорее это образ жизни. А ты нет? Если нет уверенности в себе, то здесь делать нечего. – Я должен найти подход к этой девчонке и продолжить наш разговор, это мой шанс подобраться к ней поближе, − послушай, я не враг тебе и наша конкуренция только показная, а так нам с тобой делить нечего. − Я не уверен, что это прокатит, и она поверит, но попытаться убедить её в этом стоит.
− Я согласна с тобой просто не люблю слишком самоуверенных, − она поворачивается ко мне, − откуда ты знаешь, что твоя слава не закончится завтра?
− Я этого и не знаю, просто нужно жить сегодняшним днем и брать от жизни все, что она дает.
Да детка, это мой девиз, и я так и делаю.
− Как же у тебя все просто Коннор, − она грустно смеется и тяжело вздыхает, − увы, я не могу ответить то же самое, − встает с парапета и уходит на сцену.
Что с ней? У неё какие-то проблемы? Девчонку явно что-то беспокоит. За что же зацепиться, чтоб привлечь ее внимание? А что если затулиться с ними в клубец? Там я и смогу узнать девчонку получше.
− Кирстен, ты же с подружкой приехала? – говорю ей вслед.
− Да, − она оборачивается, в глазах я вижу вопрос.
− У вас на вечер есть планы? Со мной друг, предлагаю вечером зависнуть в клубе, мы с другом платим, просто составьте нам компанию.
Она хмурит бровки и принимает оборонительную позу. Забавная.
− Почему ты думаешь, я не смогу заплатить за себя?
− Тебе на вид не более двадцати трех, значит, ты студентка и вряд ли работаешь.
Ее брови в удивлении взлетают вверх. Я угадал?
− Поверь Коннор, − она улыбается, − заплатить я за себя смогу, но клуб не входил в мои сегодняшние планы. Хотя… − она опускает глаза вниз, что-то обдумывая. Что же там за мысли, в этой светлой макушке? − я пойду при одном условии – с тебя плакат с автографом для моего брата.
Всего-то? Есть брат? Это настораживает. Не придется ли иметь потом с ним дело с моими-то планами на девочку? Но если нужен плакат, значит он поклонник рестлинга. Что-ж, плакат я достану.
− По рукам, − протягиваю руку.
− По рукам, − она пожимает руку, смотря мне в глаза. И только сейчас я замечаю этот ярко-зеленый цвет сияющих глаз. С искорками. Она мне доверяет, впервые, и я должен этим воспользоваться. Этот шанс я не упущу. − Дай мне свой номер, мы с Джоном за вами заедем.
Подхожу к своим вещам за мобильным. Записав ее номер, вместе возвращаемся на сцену. После нескольких прогонок номера нас распускают репетировать свои выступления. В перерыве между репетициями набираю Джона. Посмотрим, сработает ли мой план, но однозначно нужно заручиться поддержкой друга.
− Джон, сегодня идем в клуб. Я пригасил ее вместе с подружкой, которую поручаю тебе. Поможешь?
− О чем речь! Надеюсь, подруга не страшная.
− Нет, девчонка там нормальная на вид. Не переживай. Мне главное нужно, чтобы какой-то час мы с блондинкой остались одни.
− Коннор, что ты надумал? Может поделишься планами на девочку?
Нет, друг, не сейчас. Это только планы, которые лучше вынашивать и строить в одиночку. Тем более если меня услышат, всё может пойти к чертям.
− Просто подобраться к ней поближе. Может сдружиться.
− Неужели ты ее не тр*хнешь?
Девчонка хороша, но только рано об этом думать. Можно сильно напортачить.
− Возможно, но это не в ближайших планах. Я еще не решил, чего хочу больше: тр*хнуть ее, или убрать с дистанции.
− Тогда в клубе разберемся.
− Думаю, да. − Отключаюсь. Джон всегда может упростить ситуацию, когда я стою перед выбором.
И снова репетиции номера. Несколько часов в тренировочном зале и я еду в отель. Приведя себя в порядок, мы с Джоном заезжаем за девушками.
− Привет, − выходят к нам девушки.
Обе выглядят по-другому. Весёлые, с задором в глазах. Девушки явно в предвкушении хорошего вечера. С ног до головы оглядываю блондинку. Черт. Хорошенькая. Даже в джинсах и без глубокого выреза. Всё-равно есть на чём взгляду задержаться. Знала бы ты крошка, что тебе уготовано.
− Привет, это мой друг Джон, – показываю на друга.
− Кирстен, − здоровается она с Джоном.
− Я Рэйчел, подруга Кирстен, – представляется миловидная брюнетка, и оглядывает всех, − ну что, поехали?
− Поехали. – Садимся в предварительно заказанное такси и едем в клуб.
В клубе оглушительно гремит музыка и световые лучи слепят глаза. Толпа танцует под громкие басы. Клуб есть клуб – атмосфера отдыха, веселья, праздника.
Оставив гардероб и выбрав столик подальше от дискотечного гула, подзываем официанта.
− Девушки, что будем? – в нетерпении ерзает на стуле Джон, поглядывая то на Кирстен, то на подружку.
− Я буду Дайкири, − отвечает Кирстен, пройдясь глазами по меню, − Рэйч, а ты?
− А мне Голубую лагуну, − она складывает меню на стол, − не знаю, потом может взять парочку шотов?
Так, девушки, на удивление оперативны.
−Джон что будешь ты? – перевожу взгляд с девчонок на Джона.
− Да вот думаю, а ты как обычно, виски?
− Да, мне как обычно, − киваю головой.
За столиком слышно ёрзание. Подруга блондинки смотрит на танцпол и пританцовывает, сидя на месте.
− Идем танцевать, − Рэйчел тянет Кирстен за руку.
− Рэйч, я не знаю, неудобно, мы только пришли, − она растерянно смотрит на меня, и снова на подругу.
− Ну идем Кирс, я так хочу танцевать, - не унимается подружка и смотрит на меня, − он не будет против, если я тебя заберу. Правда, Коннор?
Что мне ответить? Не буду же я говорить им с проходу, что намерен напоить Кирстен, расположить к себе, убрать её подружку, а дальше уже как дело пойдёт.
− Правда.
Они еще не подозревают, что у меня на уме. Только Джон посвящен в мои планы, которые я намерен сегодня исполнить. Девушки уходят на танцпол, а мы остаемся за столиком.
− Ты помнишь, что нужно делать, − напоминаю другу о его роли.
− Конечно, тем более подружка очень даже ничего, я не против с ней затусить, − он оглядывается в сторону девчонок.
Я вижу ухмылку моего друга и понимаю ход его похотливых мыслей. Стоп! Это может плохо кончиться.
− Нет друг, здесь так не нужно, все-таки под вопросом моя репутация в конкурсе, так что давай без самодеятельности, только нейтрализуй ее, мне просто нужно выиграть время.
− Да понял я все, без проблем, просто проведем хорошо время, − он беззаботно пожимает плечами, сменив выражение лица на более безразличное, − расслабься.
Приносят заказ и возвращаются девушки. Произнеся тост, мы пьем, и девушки снова уходят. Подождав еще минут пятнадцать и допив свой виски, я встаю из-за стола. Пришло время действовать.
− Джон идем.
На танцполе много людей и все же, пройдя сквозь толпу, мы находим девушек. Джон что-то говорит Рэйчел, и, взяв ее за руку, уводит. Вот мы и одни. Я подхожу сзади к Кирстен, она оборачивается и поднимает на меня взгляд. Красивая, озорная, сексуальная до сноса башки. Ты попалась, малыш и сегодня мы повеселимся.

...

Зарегистрируйтесь для получения дополнительных возможностей на сайте и форуме
Полная версия · Регистрация · Вход · Пользователи · VIP · Новости · Карта сайта · Контакты · Настроить это меню


Если Вы обнаружили на этой странице нарушение авторских прав, ошибку или хотите дополнить информацию, отправьте нам сообщение.
Если перед нажатием на ссылку выделить на странице мышкой какой-либо текст, он автоматически подставится в сообщение