Peony Rose:
Тагор Рабиндранат
Женщина
Ты не только творение бога, не земли
порожденье ты,—
Созидает тебя мужчина из душевной своей
красоты.
Для тебя поэты, о женщина, дорогой
соткали наряд,
Золотые нити метафор на одежде твоей
горят.
Живописцы твой облик женский
обессмертили на холсте
В небывалом еще величье, в удивительной
чистоте.
Сколько всяческих благовоний, красок в
дар тебе принесли,
Сколько жемчуга из пучины, сколько
золота из земли.
Сколько нежных цветов оборвано для тебя
в весенние дни,
Сколько истреблено букашек, чтоб
окрасить твои ступни.
В этих сари и покрывалах, свой
застенчивый пряча взгляд,
Сразу ты недоступней стала и
таинственнее стократ.
По–иному в огне желаний засияли твои
черты.
Существо ты — наполовину,
полувоображение ты.
Перевод В.Тушновой
Nadin-ka:
Михаил Луконин ВЛАСТЬ ЕЕ НЕ ИЗУЧЕНА...
Власть её
не изучена,
значительно преуменьшена,
пока что во всяком случае –
всесильна над нами
женщина.
Водительство пресловутое,
нам данное от рождения,
наше главенство дутое –
чистое заблуждение.
Укоренилось ложное
представленье привычное.
Женщина –
дело сложное,
явление необычное.
Эта простая истина
не каждому открывается.
Застенчиво
и таинственно
женщина улыбается.
Приходим, бедой отмечены,
подвигами небывалыми,
мы всё равно для женщины
детьми остаемся малыми.
На взлёты и на крушения,
на все наши игры шумные
смотрят, даря прощение,
Женщины – люди умные.
Спорится или ссорится,
любится или трудится,
забудется или вспомнится –
женщину надо слушаться.
Она одарит надеждами,
осмеивает сомнения.
Врачует руками нежными
тягостные ранения.
(1933 год)
procterr:
Вита Савицкая
Каждой Мальвине...по мальве...
Домик в саду...или около...
Золушке...туфель хрустальный...
Принца...чтоб сердце...заёкало...
Герде...попутного ветра...
Муфту...дублёнку и валенки...
Каждой Дюймовочке ... лето...
И первоцвет...самый аленький...
Шапочкам Красным...по волку...
Но...по смешному и мелкому...
И дровосеков...вдогонку...
Каждой Алисе...по зеркалу...
Кто там ещё...остаётся ?..
Глупые эти...Снегурочки?...
Каждой Снегурке...по солнцу...
Чтобы оттаяли...дурочки...
Svetass S:
Константин Бальмонт
Женщина — с нами, когда мы рождаемся,
Женщина — с нами в последний наш час.
Женщина — знамя, когда мы сражаемся,
Женщина — радость раскрывшихся глаз.
Первая наша влюбленность и счастие,
В лучшем стремлении — первый привет.
В битве за право — огонь соучастия,
Женщина — музыка. Женщина — свет.
Nadin-ka:
Л. Беленький ЗВОНОК
Звонок дверной пропел мелодию бездушно,
И за моим порогом тяжело вздохнула тьма.
Я в кресле у огня. Мне одному не скучно,
Но кто в столь поздний час? Не приложу ума.
В английских королев давно уже не верю,
В тех, что сбиваются с пути под проливным дождём.
Карета сломана, они стоят у двери
И ожидают принца – сделать королём.
А может быть сосед? Какой сосед! Соседка,
Которая кидает часто взгляды на мой дом
Сквозь незашторенные окна ванной метко,
Забыв надеть халат... Пришла за утюгом.
А может, срок мой на земле к концу подходит –
Недаром голубь мёртвый мне приснился поутру,
И вот, стоит она – пока за дверью, вроде,
Нетерпеливо ждёт, пока я отопру.
Или любовь, что так любовью и не стала,
Но до сих пор стучит в висках и кровью сердце жжёт,
Пришла в надежде всё опять начать сначала,
Ошибочно приняв молитвы на свой счёт.
Камин погас, мигнув. Затих звонок в печали.
Я молча встал и кочергой поворошил золу.
Что ж, соловей – и тот под утро умолкает.
Закрыта крепко дверь. Я никого не жду.
Svetass S:
Игорь Северянин
После "Онегина"
Сегодня утром после чая,
Воспользовавшись мёрзлым днём,
«Онегина» — я, не скучая,
Читал с подъёмом и огнём.
О, читанные многократно
Страницы, юности друзья!
Вы, как бывало, ароматны!
Взволнован так же вами я!
Здесь что ни строчка — то эпиграф!
О, века прошлого простор!
Я современности, как тигров,
Уже боюсь с недавних пор.
И если в пушкинское время
Немало было разных «но»,
То уж теперь сплошное бремя
Нам, современникам, дано...
Конечно, век экспериментов
Над нами — интересный век...
Но от щекочущих моментов
Устал культурный человек.
Мы извращеньем обуяны,
Как там, читатель, ни грози:
И духу вечному Татьяны
Мы предпочтём «душок» Зизи!..
Дели:
» Довлатова Екатерина. Мужчинам не просто
Екатерина Довлатова «Мужчинам не просто»Ты знаешь, подруга, мужчинам не просто.
И можешь кидать в меня кучу камней.
Ты принца рисуешь высокого роста…
Чтоб молод, богат был и всех веселей.
«Мужчина — он должен …», а дальше по списку,
За нас написали уже в соцсетях:
Букеты из роз с романтичной запиской,
iPhone, кстати, новый вот вышел на днях…
От них в 25 ждут огромных успехов!
Машины, квартиры и где-нибудь дом.
И вовсе не важно какие помехи,
Cвоим ли он нажил все это трудом.
Ты знаешь, подруга, мужчинам не просто.
Им плакать нельзя, говорить про печаль.
В них много — «нельзя», что нам девушкам — можно.
Нет… я в восхищении, мне их не жаль.
Они даже терпят больных истеричек,
Что шарят в карманах, смотря телефон.
Мужчины прощают так много привычек.
А многим — совсем отвратительный тон.
Я знаю мужчин, по-серьезному верных,
Но им почему-то совсем не везло.
Влюбляются в глупых, коварных и скверных,
А всё потому, что таких — большинство.
Поэтому им неохота жениться,
Пусть дело уже и идет к тридцати.
Телами успели они насладиться,
Но что-то «за гранью» никак не найти…
Ты знаешь, подруга, мужчинам не просто,
А умным — еще и труднее в сто крат!
Им мало лица, красоты или роста.
Они, как и ты — идеальных хотят.
Есть притча о старом-престаром мужчине,
Ему девяносто, а он не женат…
«Нашли идеал?» — перед смертью спросили,
«Нашел идеал, но так долго искал…»
«…И, что же она? Отказала Вам просто?»,
«Увы, отказала, была занята…
…Искала мужчину… высокого роста,
Чтоб молод, богат был… Ну, в общем, мечта…»
Nadin-ka:
Инна Лисянская
Как жаль, что нет у прошлого дверей -
Так хочется, порой, в него вернуться,
Вещей забытых пальцами коснуться,
Увидеть вновь живущими людей.
Тех, кто в душе твоей оставил след,
Тех, кто погас и вспыхнул в небосводе,
Вчера дарил любовь, сегодня - свет,
Следил, чтоб одевалась по погоде.
Кармен:
Пускай был день мучителен до слёз,
Исполненный язвительной печали.-
Твой поцелуй и аромат волос
Меня в ночи отдохновеньем ждали.
Пусть злого дня безжалостный пожар
Во мне доверье к жизни жег без меры-
Твоя ладонь,как благодатный дар,
Мне ночью возвращала скрепы веры.
И пусть весь мир,с бессмысленной борьбой,
От альфы до омеги тек в забвенье-
Серебряно парило надо мной
Твоих блаженных рук успокоенье.
Эрих Мария Ремарк
Nadin-ka:
Владимир Шумилов ВАЗА
Среди безделиц и ненужностей,
в пустом углу, на подоконнике,
несовершенна по наружности,
забыта ваза в чёрных слониках.
По вазе бегают мальчишечки,
играют мирно в куклы девочки;
в руках у папы с мамой книжечки,
а на ветвях резвятся пеночки.
На вазе есть и дед, и бабушка,
есть пароход, плывущий в Африку.
На мягкой травушке-муравушке
стоит корзинка с лёгким завтраком.
Старозаветная идиллия
покрылась пылью, как туманностью, –
как проявление бессилия
перед несбывшеюся данностью.
Бежала мышка нехорошая,
толкнула вазу в пропасть хвостиком,
и ваза разметалась в крошево.
За черепками просим в гости к нам…
Peony Rose:
Мальчиков Алексей
Баллада о бабуле
Она не просила денег ‒
С деньгами в стране напряг.
Под мышкой ‒ облезлый веник,
Как свернутый красный флаг.
Две сумки. Бутыль с водицей.
Опрятная седина.
Развязанная тряпица,
И мужнины ордена.
У вывески ширпотреба
Талдычила битый час:
«Купите бабуле хлеба,
А я помолюсь за вас».
Как спрятавшееся Лихо,
Как неотвратимый Рок,
Она мне сказала тихо:
«Буханочку бы, сынок».
Я, шаг ускоряя твердый,
Бегу от её седин.
Иди ты, бабуля, к чёрту.
Вас много, а я один.
Бродяги, собаки, кошки...
То хлеба им, то котлет.
В избушку на курьих ножках,
Лети на своей метле.
Я что им ‒ глава Газпрома?
На золоте ем и пью?
А кто, извиняюсь, дома
Накормит мою семью?
Я стойким шагал солдатом
Вдоль вывесок и витрин…
А муж её в сорок пятом,
Наверное, брал Берлин.
Асфальт подо мной не гнулся,
И мирно цвели огни...
Конечно же, я вернулся,
Зайдя на углу в «Магнит».
В увесистом и раздутом
Пакете а-ля вокзал
Я ей передал продукты,
Не глядя в её глаза.
«А вот сахарок, бабуля,
Чтоб слаще тебе жилось».
Поклоны её, как пули,
Прошили меня насквозь.
С плакатов при всем параде,
Как Троцкий на колбасу,
На бабку смотрели дяди ‒
«На выборы!», «Голосуй!»
Собой подпирая цоколь,
Стояла она, тиха,
А мимо ‒ девичий цокот,
Словесная шелуха.
Её ордена блестели,
Как рыцарская броня,
И дырки от пуль свистели
Под ребрами у меня.
Кармен:
Еще земли печален вид,
А воздух уж весною дышит,
И мертвый в поле стебль колышет,
И елей ветви шевелит.
Еще природа не проснулась,
Но сквозь редеющего сна
Весну послышала она
И ей невольно улыбнулась...
Душа, душа, спала и ты...
Но что же вдруг тебя волнует,
Твой сон ласкает, и целует,
И золотит твои мечты?..
Блестят и тают глыбы снега,
Блестит лазурь, играет кровь...
Или весенняя то нега?..
Или то женская любовь?..
Ф.Тютчев
Дели:
» Вознесенский Андрей. Не возвращайтесь к былым возлюбленным
Андрей Вознесенский "Не возвращайтесь к былым возлюбленным"Не возвращайтесь к былым возлюбленным,
былых возлюбленных на свете нет.
Есть дубликаты — как домик убранный,
где они жили немного лет.
Вас лаем встретит собачка белая,
и расположенные на холме
две рощи — правая, а позже левая —
повторят лай про себя, во мгле.
Два эха в рощах живут раздельные,
как будто в стереоколонках двух,
все, что ты сделала и что я сделаю,
они разносят по свету вслух.
А в доме эхо уронит чашку,
ложное эхо предложит чай,
ложное эхо оставит на ночь,
когда ей надо бы закричать:
«Не возвращайся ко мне, возлюбленный,
былых возлюбленных на свете нет,
две изумительные изюминки,
хоть и расправятся тебе в ответ…»
А завтра вечером, на поезд следуя,
вы в речку выбросите ключи,
и роща правая, и роща левая
вам вашим голосом прокричит:
«Не покидайте своих возлюбленных.
Былых возлюбленных на свете нет…»
Но вы не выслушаете совет.
Nadin-ka:
Саша Бесt ОТКУДА БЕРУТСЯ ПРИНЦЫ
Ваше высочество, как с Вами быть?
Снова фингалы, занозы, царапины…
- Няня! Я пластырь смогла раздобыть!
Чуть поискала по ящикам папиным…
Все для двоих: для Него и меня
Мне – на коленку и на нос для Пуфика.
Дрался он лучше любого коня,
Хоть он и пони…
- А где Ваша туфелька?
- В схватке метнула ее во врага
Целилась в глаз, а попала… в дворецкого
Тот уронил оленячьи рога,
Те, что прислали от хана турецкого.
- Ваше высочество, что за слова!
Может быть все-таки, переоденетесь?
С Вами так шумно… Болит голова.
- Пластырей много – мы с вами поделимся!
Мне пластырь на руку, Вам – на парик!
Пуфу, на окорок, что б за компанию.
Няня, Вы слышали? Что там за крик?
Пуфик! За мной! Мы не так сильно ранены!
- Стойте, принцесса! Постойте! Куда?!!
Вы в панталонах, а платье на вешалке!
- Няня, родная, но там же беда!
- С Нашим высочеством в топку аль вешаться…
- Няня! Нам больно! А уху за что?!
Ай-ай-ай-ай! Няня, только не за уши!
Лучше за косу!
- Что это за тон?!
Вот подрастете, и выйдете замуж и…
- Замуж не надо! И так не легко!
Мы с Пуфом с детства к мученьям приучены:
Все заставляют нас пить молоко,
Платье носить, вышиванием мучают…
Дело принцессы – сидеть вышивать
Крестиком, гладью… Не крестиком-ноликом!
- Няня! Но я так хочу выживать
В битвах…
- Ровнее сидите за столиком!
- Эх… настучали по попе ремнем…
Нам не впервой расставаться с обидами!
Вырасту принцем, а Пуфик – конем!
Пусть нам все принцы и кони завидуют!
Кармен:
Сегодня кто-то продавал на перекрестке счастье.
Оно лежало средь крючков и старых ярких платьев,
среди усталых пыльных книг, средь кисточек и мела.
Оно лежало и на всех неверяще смотрело.
Народ шел мимо, редко кто вдруг подходил к прилавку
Купить брошюрку, календарь, иголку, нить, булавку.
И равнодушный взгляд скользил по глупой мелочовке,
А счастье так просилось в дом, так робко и неловко.
Моляще поднимало взгляд, едва-едва пищало,
Но «кто-то» мимо проходил и счастье замирало.
Темнело, я брела домой. В карманах грея руки.
Торговец собирал товар, чуть напевал со скуки.
Я бы прошла, но вдруг задел молящий и печальный
Беспомощный несчастный взгляд, как будто вздох прощальный.
Я подошла, а за стеклом пластмассовой витрины
комочек маленький дрожал от горя и обиды.
Комок устал, хотел в тепло, замерз на этой стуже,
но к сожалению комок был никому не нужен.
— И сколько стоит? — голос мой дрожал от напряжения.
— Что? Это? — Это! — Да бери, оно — одни мученья!
Я бережно взяла комок, к груди его прижала,
Закутав в складочки пальто домой почти бежала.
Бежала греть. Скорей, скорей! В тепло с морозных улиц,
И даже блики фонарей как-будто улыбнулись…
И улыбался белый снег, и небо. Мир смеялся.
Нашелся все же человек, что счастьем не кидался.
Я принесла комочек в дом и стало вдруг понятно,
Что никому его не дам, и не верну обратно.
Л.Рубальская