diamond:
После нескольких часов беспокойного сна, короткой прогулки по улице за пределами гостиницы и, как всегда воспользовавшись случаем освободить от излишков крови пьяного туриста, Дэниел снова лег в кровать рядом с Серай. Сжав в руке длинные пряди ее шелковистых волос, он задумался, сколько сможет выдержать до того момента, когда разбудит ее и предъявит права на каждый миллиметр ее тела. Он хотел, чтобы она проснулась, ощутив проникновение его плоти в сладкое тепло ее тела, и только ее невинность удерживала его.
Вместо этого он сжал зубы и стал думать о таких неаппетитных вещах как репа, фасоль Лима и политика конгресса. Как только сквозь крохотный зазор между шторами прокрались первые робкие лучи пробуждающегося дня, Дэниел услышал в коридоре размеренные шаги. Он мгновенно выбрался из кровати, оделся и, сжав в руках кинжалы, в которых, возможно, не было надобности, метнулся к двери. Судя по шагам – это был Райзен. Отличный слух вампира обычно безошибочно определял такие вещи.
Резко распахнув дверь, он увидел атлантийца, застывшего с поднятой для стука в дверь рукой. Сделав шаг вперед, Дэниел ступил на коридорный ковер покрытый зелеными и золотыми узорами и тихо прикрыл за собой дверь.
– Ей необходимо поспать. Вчера был тяжелый день.
Алисия Дэй "Вампир в Атлантиде"
Elenawatson:
И вот в момент, когда я, запрокинув голову, облизывала вишенку, держа ее за черенок, дверь открылась…
Лениво облизала всю ягодку, после чего соизволила посмотреть на посетителей и… да чуть катану не выронила! Потому что в дверях обнаружился потрясенный лорд Эйн, галантно поддерживающий под локоток снежную леди, и похоже, что леди Эйн, потому как у нее и у него одинаковые браслеты на руках имелись.
В первый момент я жутко смутилась, просто даже мысли не пришло в голову, что урод женат, но затем… Я между прочим из-за него теперь черта с два выйду замуж! Он мне вообще жизнь сломал! Он…
— Д-д-дорогой лорд Эйн, это кто? — прошипела взбешенная снежная леди.
К слову, страшная, как и лорд. В смысле тоже бледная, с белыми глазами и красным зрачком, а еще ко всему прочему клыкастая слегка. То есть с женой уроду конечно не повезло, но это не повод заводить гарем и портить мне жизнь. У меня, между прочим, жизнь одна, а у него любовниц много — следовало правильно расставлять приоритеты, а не воровать некоторых худеющих к свадьбе секретарей градоправителя.
Короче, сам нарвался, так что я с гордостью отсалютовала красноглазой бледности вновь подхваченным бокалом с вином и представилась:
— Любовница!
Дама икнула.
— Сороковая или сорок первая по счету примерно, — продолжила я, — в смысле не считала, но там наверху у него еще штук сорок девиц определенного рода занятий в срамном одеянии содержится.
Снежная медленно повернулась к лорду, смерила его полным ярости взглядом, затем стянула с руки сверкающий бриллиантами браслет, вручила его оторопевшему лорду и прошипела:
— Вам следует поискать себе другую невесту, лорд Эйн. Но поверьте, о случившемся узнают все дома с девицами на выданье! Соответственно вам придется как минимум, — взгляд на меня, — в сорок раз увеличить сумму выплаты за невесту. Всего вам мерзкого!
После чего гордо крутанулась и с не менее гордой посадкой головы и разворотом плеч покинула брошенного, как я понимаю, жениха. И она была не одинока — гордо поднявшись с кресла, я уронила торт на пол… случайно. Смахнула с подлокотника бутыль с вином… тоже случайно, просто меня пошатывало, после чего, все так же удерживая катану, протопала к двери, за которой скрылась леди. Смерила стоящего взбешенного снежного гордым взглядом, спину выпрямила максимально и тоже очень гордо и повторила:
— Всего вам мерзкого!
После чего попыталась выйти, намереваясь догнать леди и напроситься к ней в сопровождающие, дабы покинуть эту негостеприимную обитель. И вот я уже почти была у дверей, когда на моем плече вдруг сомкнулись холодные пальцы…
— Не так быстро! — прорычал кое-кто сильно взбешенный двойным пожеланием мерзости.
И мне вдруг неуютно так стало…
И еще более неуютно, когда такие же холодные пальцы сомкнулись на запястье той руки, которая удерживала катану, что увеличивала состояние лорда вдвое. Совершенно бескорыстно, между прочим, увеличивала, а он…
— Ты себе даже представить не можешь, что сейчас вытворила! — прошипел теряющий последние мозги и выдержку снежный лорд.
Но я была пьяна, не менее зла и оттого совершенно бесстрашна:
— Ну почему же, отчетливо представляю, — повернула голову, запрокинула, чтобы рожу перекошенную видеть, и ответила: — Надеюсь, испортила вам жизнь так же, как вы — мою. И ведь я предупреждала — пожалеете.
Елена Звездная «Любовница снежного лорда»
diamond:
Конлан сложил руки за спиной. Он не мог позволить ей узнать, сколько сил ему стоило находиться с ней в одной комнате.
Когда они были одни.
С гигантской кроватью, занимавшей большую часть пространства. Все его тело напряглось при мысли о том, чтобы снова завернуть ее в то одеяло.
Обнять ее своими руками.
Что, во имя девяти кругов ада, с ним не так? Он был хуже, чем распутный новобранец после тренировок. Он никогда так не реагировал на женщину.
Любую женщину. Особенно на человека. Даже на такую, которая раскраснелась и была полусонной, точно такой, как она бы выглядела утром, проведя ночь удовольствий в его объятиях.
Сконцентрируйся.
Его мысли метнулись к девушке в Атлантиде, которую для него выбрали.
Женщине, которую он никогда не видел, и которая никогда не встречала его.
Вот еще устаревшая политика Атлантиды, холодная и мертвая.
Не такая, как стоявшая сейчас перед ним женщина, теплая и живая.
- Даже, горячая, - прошептал он.
Райли перестала отходить от него, когда уперлась в кровать. Его взгляд потянулся к ее ногам. Длинным ногам. Бесконечно длинным ногам, затянутым в удобную, бесцветную хлопчатобумажную ткань.
Алисия Дэй "Возрождение Атлантиды"
Elenawatson:
— Больно, между прочим, — посетовала я.
Стальные пальцы разжались всего на миг, а затем сжались снова, и снежный рывком развернул меня к себе. И вот его красные глаза в бешенстве взирают на меня с нехилой высоты сугробного роста, и в этих глазах плещется явное желание… Такое явное и очевидное желание, которое от интима или там того, для чего любовниц заводят, вообще далеко. В смысле мужик явно собирается меня убить. А мне так обидно стало! Нет, правда обидно — он меня в любовницы сам взял, я не то чтобы не просилась, я активно отказывалась от столь сомнительной чести… Видимо, изначально в желании этого сугробчика сомневалась и, как оказалось, не зря.
— Куда вы меня тащите? — пискнула, едва подхвативший катану снежный поволок меня в угол.
Обернувшись, лорд смерил меня взбешенным алым взглядом и долбанул… рукой по стене.
Та оскорбилась и открыла пыльный проход, в который снежный яростно шагнул, увлекая меня за собой.
Нет, я бы не увлеклась, вообще никогда не увлекалась грязными пыльными проходами, но мне просто не оставили выбора. Пришлось увлеченно проволочься метров сорок, потом куда-то вниз по ступеням промчаться, потом лорд Эйн вновь открыл стену, шагнул куда-то в сухое помещение с серым гранитом (что радовало, хоть не все тут белое) и рывком швырнул меня…
Пролетев метра три-четыре, я рухнула на постель. Мягкую, двуспальную, с хрустящим накрахмаленным бельем. Затем раздался звон. После звук закрываемого замка и… в меня швырнули ключами. Те упали рядом на кровать, поэтому я соизволила сесть, оглядеть странную спаленку в стиле «очень комфортная тюрьма», потому как одна стена, та самая с дверью железной, была в виде толстых железных прутьев… То есть меня посадили под замок, но при этом почему-то мне же швырнули ключи от двери.
— Слушайте, — удивленно взглянула на лорда, вцепившегося в прутья и с ненавистью взирающего на меня через решетку, — все понимаю, но ключи вы мне зачем кинули?! Вы же меня как бы заперли, так?
Красные глазенки снежного вдруг побелели до состояния «выпавший снег», после чего лорд, с трудом сдерживая явно ругательства, прошипел:
— Я тебя запер исключительно чтобы не прибить!
Оу…
Посмотрела на лорда Эйна — тот тяжело дышал, на лбу и шее вздулись вены… в общем, и так не красавчик, теперь и вовсе страшный стал. Вороватым движением схватила ключи и сунула в самое надежное место — за пазуху. Заметила, как сощурились при этом глаза снежного.
Елена Звездная «Любовница снежного лорда»
diamond:
Голос…присутствие…ушли, но кое-что в Кэт сломалось. Органоз и пальцем не прикоснётся к Бастиану. Ей больше не придётся терпеть эту ничего не стоящую полу-жизнь.
Хватит! Ярость, чистая, кристально чистая, прошла через неё градом неистовства и ревущего остервенения. Кошка внутри неё, так долго заключённая в тюрьму неестественным спокойствием её человеческой натуры, проревела свой вызов.
Кэт сжала зубы, чтобы не издать ни звука, поскольку увидела, как Органоз снова медленно поднял меч, будто решая протянуть время и поиграть с Бастианом прежде, чем убить его.
Но пантера внутри Кэт не имела терпения в запасе. Она ворвалась в неё, ломая кости и деформируя тело, кидаясь за своей добычей. Посреди прыжка - подвиг, настолько трудный, что только самый сильный оборотень мог сделать это - Кэт полностью прошла изменение от человека к кошке и устремилась к обнажённой шее вампира.
Когда она, летя по воздуху, обнажила когти, она видела, что Бастиан бросился на Органоза. Кэт подняла огромную лапу, упиваясь свободе и силе этого нового тела, и со всего размаху опустила ее вниз на шею вампира, почти оторвав голову от его тела.
Когда она падала, крутясь, к земле, она видела, как Бастиан погрузил свой кинжал в сердце Органоза. Кошка дико взвыла от ярости и триумфа, припала к земле перед вампиром, готовясь рвать и метать.
Бастиан бросился на неё и оттолкнул назад, когда Органоз, растворился в потоке едкой слизи. Она зарычала на него, но спрятала когти, сохраняя понимание того, кем она была.
Алисия Дэй "Дикие Сердца в Атлантиде"
Nadin-ka:
"Человек состоит из звездной материи. Углерод, кремний, магний, кальций, железо, азот и кислород – наши мышцы, кости и кровь связаны со звездами, которые рождаются и умирают в результате больших взрывов. Многие из них становятся черными дырами. Дверью, ведущей неизвестно куда. Пустотой, наполненной неизвестно чем.…
Сабино Кабеса - Граница темноты
diamond:
В лифте по пути в приемную, Тиернан чувствовала покалывание на коже каждый раз, когда Бреннан смотрел на нее. Он очень серьезно относился к своим чувствам, во всяком случае, решил воспринять ее по-настоящему. Он хотел ее и не собирался отпускать. Такая перспектива не должна была заинтриговать, но все вышло наоборот. Чем больше времени она проводила в его обществе, тем большее возбуждение чувствовала. Как странно.
– Шоу начинается, – прошептала Тиернан, когда зажглась кнопка П, и двери начали открываться. Соблазнительная полуулыбка Бреннана уступила место надменному взгляду. В то же время он собственнически обнял ее рукой за талию.
– Это все игра, так что не жалуйся потом на мое поведение, – шепнул он ей на ухо.
Чувствуя себя озорницей, девушка опустила руку на его сексуальный, крепкий зад и сжала.
– Не обижайся и на меня. – Затем она откинула голову назад и залилась смехом, вполне подходящим безмозглой красотке. При выходе из лифта она хорошенько завиляла бедрами.
– Ты уверен, что хочешь погулять в этих лесах в темноте, сладенький Пирожок? Там же могут встретиться дикие животные и другие страшные вещи, – с придыханием сказала она, стараясь казаться безобидной дурочкой.
Алисия Дэй "Искупление Атлантиды"
Лорена:
Она пугалась непрошенных ухаживаний и неприкрыто горевала. Измена была не её стилем ведения хозяйства.
Наринэ Абгарян " Понаехавшая"
diamond:
Джастис пристально посмотрел на женщину, удивляясь, когда и как она стала центром его вселенной. Удивляясь, как могла она быть такой красивой, что сияла, словно камень в огранке Атлантиды. Его притягивала храбрость, которую он видел в ее глазах и – всего на миг – благородство и честь посоветовали ему отвернуться. Остаться в Пустоте и никогда, никогда не пытаться найти ее снова. Она была светом в его тьме, а он был искорежен.
Все в нем было неправильно.
В этот единственный, замороженный миг его Атлантийская часть сопротивлялась непреодолимой потребности, сильному требованию и горькому голоду, изливающимся из его Нереидской части. Но его Нереидская часть отрицалась слишком долго.
Она хотела. Она нуждалась. Она нуждалась в Кили, и она ее получит.
Бессловесный рев вырвался из его легких и горла. Он возьмет ее. Немедленно. Он сделал шаг вперед, чтобы пересечь лестничную площадку, но от первого прикосновения его руки к гладкой поверхности яростный электрический разряд откинул его на полдюжины шагов назад.
Позади него споткнулся Фарнатус, несчастное создание, о котором он почти забыл.
Алисия Дэй "Освобождение Атлантиды"
bronzza:
Страна способна пережить войну, болезни и бедность. Но человек не способен пережить страну, в которой нет справедливости.
"Моя жизнь снова", дорама
Elenawatson:
Посмотрела на лорда Эйна — тот тяжело дышал, на лбу и шее вздулись вены… в общем, и так не красавчик, теперь и вовсе страшный стал. Вороватым движением схватила ключи и сунула в самое надежное место — за пазуху. Заметила, как сощурились при этом глаза снежного. А еще заметила, что катану он мне оставил, на пол швырнул просто.
— А это мне зачем? Чтобы самоубиться? — поинтересовалась, откровенно побаиваясь услышать ответ.
Снежный перестал жутко дышать и венами вздуваться, нахмурился, взглянул на катану и произнес:
— Это зачарованная сталь — единственное, что может разрезать даже решетку этой… пусть будет комнаты. — Меня как-то напрягло это «пусть будет комнаты». — Оставил в недосягаемости, чтобы не поддаться соблазну и не убить тебя до того, как использую по назначению. Должен же я получить то, ради чего взял!
И все это с видом праведного гнева.
Праведного!
— А нечего было брать чужое! Меня, в смысле! — воскликнула, сжимая кулаки от злости.
Хотя появилась мысль — катану поднять и пойти уменьшать численность снежных лордов.
А этот, скрипнув зубами, прошипел:
— Я взял свое по праву!
— По какому праву? — заорала я.
— По праву победителя, — отчеканил он.
А ничего, что я в этой войне вообще не участвовала?! И кстати:
— А я по праву жертвы категорически против!
Выражение лица снежного лорда сложно было передать словами. Но он отдышался, частично взял себя в руки и прошипел:
— Мне плевать на твое мифическое право жертвы.
— А мне плевать на ваше немифическое право победителя! — гордо ответила я, садясь удобнее на постели.
Елена Звездная «Любовница снежного лорда»
diamond:
Кристоф развернулся и увидел позади себя Дэнала. Молодой воин пытался вести себя как обычные люди, что ему не удавалось. В черном одеянии и с осунувшимся лицом, Дэналу было не место в книжном магазине, как и самому Кристофу. Хотя осмотревшись, последний заметил, как некоторые мамочки и парочка папаш, бросают на атлантийцев очень дружелюбные взгляды. Похоже, и тут на окружающих действовало волшебство атлантийского генофонда. Кристоф нахмурился, заставив большинство из них быстро найти себе другое занятие.
– Что ты здесь делаешь? Как ты меня нашел? Что за проблема?
Дэнал улыбнулся.
– Давай по очереди. Я прибыл сюда потому, что меня послал принц Конлан. Нашел я тебя потому, что чувствовал твое присутствие по атлантийской телепатической связи, хотя ты мне не отвечал. А проблему, думаю, не стоит обсуждать на людях.
С любопытством осматриваясь, Дэнал спросил:
– А что собственно ты тут забыл?
– Читаю, – сухо ответил Кристоф. – Это книга про фэйри просто замечательная. Непредсказуемый и быстро развивающийся сюжет. А потом я пойду за мороженым.
Схватив Дэнала за руку, Кристоф отвел его прочь от входа, куда уже стекались родители и дети, сжимавшие в руках подписанные книги.
Алисия Дэй "Предательство Атлантиды"
Elenawatson:
Спиртное растекается по грудной клетке. Чувствую, как с каждой рюмкой Алик становится мне все ближе. Как будто эта текила растворяет время и расстояния, недоговоренности и обиды, известковый налет и ржавчину отношений. Такое очищающее свойство у напитка. Как в рекламе средства для труб: «Устраняет даже сильные засоры».
Михаил Барановский "Про баб"
diamond:
Вэн открыл глаза, перейдя за долю секунды из спящего состояния к полной готовности, инстинктивно потянулся к своему оружию и обнаружил вместо этого, что его руки заняты теплой, мягкой женщиной.
- Значит, ты, наконец-то, проснулся, соня, - промурлыкала Эрин. – Расскажи мне о символе на твоей груди, - она пальцем очертила символ его клятвы Посейдону, расположенный высоко на левой стороне его груди. Он поймал ее руку, поднес ко рту и нежно поцеловал ладонь. Если она не хотела говорить о том, что произошло, он даст ей время подумать. Он и сам был не готов к смешению душ с женщиной, которую знал всего пару дней.
Вообще-то, он был не уверен, что будет когда-либо готов достигнуть смешения душ, подумал Вэн. Легкий напев еще одной песни Элвиса прозвучали в его голове прощанием. Однако смешение душ не являлось тюрьмой. Свободная воля всё еще управляла выбором. Шальная мысль о том, что Эрин выберет другого мужчину - и его внутренности охватила тошнота и ярость.
Свободная воля - полный отстой.
Он глубоко вздохнул и заставил себя подумать о чем-то, не имеющем отношения к смешению душ. – Посейдон выжигает этот символ на каждом Воине, когда мы приносим клятву служить ему.
Алисия Дэй "Пробуждение Атлантиды"
Elenawatson:
– Жизнь прекрасна и удивительна! – восклицает. – Тащи фотографии.
– Сейчас. Я тут эти карточки взял и поехал к родителям. Заодно, думаю, пусть хоть посмотрят на невесту. Ее Оля зовут. Я тебе говорил? Ну, ладно. Приезжаю, в общем, туда-сюда, и показываю фотографии. Отец листает, мама за спиной у него стоит и через плечо смотрит. И отец листает, листает… в полной тишине… Никаких комментариев, никаких вопросов – ничего. И уже к концу альбома говорит: «Ну, сиськи вроде есть». И все, больше ничего, понимаешь? Мама вообще ни слова не сказала.
Молчит, смотрит испытывающее. Затем цепляет неловко макаронину, но та стремительно ускользает с вилки и безжизненно шлепается на стол. Пытается ухватить ее пальцами, но незначительный диаметр и масляная поверхность делают все попытки тщетными.
– Б...ь! – про макаронину. – А что их так напрягло? – про родителей.
– Не знаю. Ну, моложе она меня. На много. Ну и что с того?
– Ну, сейчас это нормально. Молодая жена… – облизывает пальцы. – В общем, это нормально. Но их понять можно. Они хотят быть за тебя спокойны. Хотят передать тебя в надежные руки. Хотят, чтобы за тобой ухаживали.
– Я что, инвалид, чтобы за мной ухаживать?
– Пока нет, – соглашается.
– Ну вот.
– Но у тебя язва, и вообще ты же ноешь все время, как межреберная невралгия. Сколько я тебя помню, ты все время ноешь и на что-нибудь жалуешься: то язва, то голова, то лимфатические узлы… А они хотят, чтобы будущая жена следила за твоим здоровьем, питанием, ну, по хозяйству там, и все такое…
Отлично! Вот, оказывается, что мне нужно!
– По этой логике я должен жениться на сиделке из дома для престарелых.
– Нет, просто девушка, которая моложе тебя, которой сколько? Двадцать три – двадцать четыре?
– Двадцать четыре… Скоро будет.
– Она вряд ли всем этим сильно озаботится. Они же – родители – они же это прекрасно понимают. Что же они еще могут сказать? «Сиськи вроде есть…» Не более того.
– Ну не знаю…
– И старичок, чем моложе женщина, тем больше поводов для ревности. Так что надо хорошо себе представлять, на что идешь.
– Я понимаю… Но как бы это сказать… Тут другая пропорция, соотношение другое. Страх потерять – сильнее радости обладания. Я не настолько ее хочу, насколько боюсь потерять. Я ее ревную ко всему. Даже к ее прошлому. Она достаточно умна, чтобы не рассказывать мне никаких подробностей. Но я как подумаю о тех, что у нее были до меня… Сразу представляю себе вереницу членов… Сам себя накручиваю. Бывает, возьму ее телефон, пока она спит, зайду с ним в туалет и смотрю сообщения, звонки… Меня трясет всего, когда я этим занимаюсь. Чувствую себя гадко, омерзительно. Но ничего не могу с собой сделать. Никогда ничего подобного со мной не было. Веришь? Никогда.
– Значит, она тебе повод дает?
– Не знаю… нет, ничего конкретного. Но чувствую, что может.
– Ну, давай выпьем, и покажешь фотографии, а то уже заинтриговал.
– Ну, давай. Может, это все нервы?
– Может. Нервы на самом деле ни к черту.
Михаил Барановский "Про баб"