diamond:
В футболку «Пристанища», которую мне принесла Джессика, спокойно бы поместилось две меня. Я надеялась потихоньку ускользнуть и позвонить Фин из машины, но в тускло освещенном коридоре возле туалетов ждал Бен. Он прислонился к стене у телефона-автомата с пожелтевшей от времени табличкой «Не работает».
Как только я появилась, Маккаллох выпрямился и внимательно меня осмотрел:
- Ты в порядке?
- Я не растаю, если тебя это беспокоит. – И тут же прикусила язык, вспомнив о причинах сдержанности Бена и о смерти его отца. Да я ведь всего пять минут назад решила, что нужно говорить с парнем повежливее. Так что, чувствуя на плечах бремя дневных событий, я извинилась: – Прости. Я просто хочу домой. Можешь попрощаться за меня с остальными?
Бен еще раз внимательно взглянул на меня, и я задумалась: не случайно ли он спросил все ли со мной в порядке? Может, на лице отражаются мои мысли?
- Я провожу тебя, – отрезал Бен, пресекая все возражения.
К счастью, я и не собиралась спорить. Проходя по залу, мы не держались за руки, но в толкающейся толпе Бен рукой коснулся моей спины, не столько обнимая, сколько убеждаясь, что я рядом.
Розмари Клемент-Мур «Техасские ведьмы»
Elenawatson:
Когда у человека, которого вы любите, в избытке яркие идеи, они могут полностью затмить ваши... Я растратила свои амбиции на твои мечты, отбросив собственные.
Элис Фини "Камень, ножницы, бумага"
diamond:
Клэр ощущала тяжесть пистолета в своих руках. Он был тяжелее того, что она приобрела, того, который предполагала использовать против Гидеона, когда он казался ей сумасшедшим. Странно, как все изменилось за такой короткий срок. Девушка больше не считала его безумным. Только опасным. Да и то скорее лишь для своего сердца.
- Стандартный вариант в ГОЗНДЛ. Сорок четвертый калибр. С глушителем, - объяснял Гидеон, проведя пальцем по стволу. – Взводишь курок большим пальцем.
Клэр взвела курок, раздался щелчок, странный, доставивший удовольствие звук, дающий право. Хорошее ощущение. Именно то, что ей надо на этот вечер.
Они собирались отправиться к “Вудди”. Это было необычно, но девушка чувствовала, что сегодня решиться все. Они найдут альфу. Сегодня она снова станет самой собой. А может быть, это просто отчаянная надежда.
- Затем ты просто нажимаешь на спусковой крючок. Твоя цель не должна быть огромной, просто убедись, что не промахнешься. Серебро сделает все остальное, – Гидеон кивнул с одобрением, когда она взяла в руки холодное, тяжелое оружие, направив его на стену гостиной. – Похоже, что у тебя уже был некоторый опыт по обращению с оружием.
Шери Колер "Отмеченная лунным светом"
Elenawatson:
Слова имеют ценность только в том случае, если мы помним, как почувствовать, что они означают.
Элис Фини "Камень, ножницы, бумага"
diamond:
Кит проснулась с чудовищной головной болью. С такой, что обычно бывает после смешивания пива и дешевого вина. Она открыла глаза только за тем, чтобы снова закрыть их - короткой вспышки тусклого света девушка выдержать не смогла.
Спустя несколько секунд, а также после глубоких вдохов она вновь попыталась открыть глаза, медленно сморгнув в темном помещении. Незнакомая комната лежала в приглушенном свете. Девушка начала было поворачивать голову, но застыла, закрыв глаза от нахлынувшей на нее волны боли. Кит медленно вдохнула, вытеснив боль волевым решением.
Она вспоминала. Если бы Рэйф не появился…
Рэйф.
Ее сердце застучало, и не только от страха, того самого, который должен был появиться, когда она открыла глаза вновь.
Неясные образы крутились у нее в голове. Темная фигура Рэйфа, борющегося с ликаном в красном свете номера мотеля. Рэйф двигался. Нереально быстро. Слишком быстро.
Но все было так нечетко, словно во сне. Конечно, она могла представить себе скорость, с которой он двигался.
Кит поднесла руку к пульсирующему виску, затем скользнула ей по волосам, пока не обнаружила огромную шишку на затылке.
Она потеряла сознание. Как унизительно.
Шери Колер "Поцелуй Темной Луны"
Лорена:
Если мужчина ударил женщину-то он виноват.Если мужчина ударил её второй раз-то виновата уже она,потому что осталась с ним,потому что терпит этого урода.Если мужчина бьёт собственного ребёнка на глазах у матери,то она-преступница.Потому что допускает это.И её место-в тюрьме.
Татьяна Тронина
"Гнездо ласточки"
Elenawatson:
Вы не можете собрать яйцо, если уже взбили его в омлет.
Элис Фини "Камень, ножницы, бумага"
diamond:
— Кажется, сегодня остановка тебя не очень-то беспокоила, — обернувшись, заметил Лаклейн. Вот уже в третий раз он проверял одеяла, которыми занавесил окно в комнате.
После полуночи небеса разверзлись, и начался страшный ливень, замедливший их продвижение. Ликан сказал, что Киневейн находится примерно в двух часах езды. А Эмма знала, рассвет наступит через три.
Она склонила голову на бок, понимая, что он глубоко разочарован.
— Я была готова ехать дальше, — напомнила она. И — к ее собственному потрясению — сказанное было правдой. А ведь обычно она не придерживалась принципа «que sera, sera» [23] в солнечных вопросах.
Проверив еще раз надежность одеял, Лаклейн позволил себе опуститься в велюровое кресло. Пытаясь удержаться и не таращиться на него, Эмма взяла пульт, села на краешек кровати и принялась переключать каналы.
— Ты знаешь, что я не стал бы рисковать и продолжать путь, — не так давно он пообещал, что не допустит, чтобы солнце вновь опалило ее, и, кажется, сказал это всерьез.
Кресли Коул "Нет голода неистовей"
Elenawatson:
Он всегда отлично умел бегать, особенно от реальности.
Элис Фини "Камень, ножницы, бумага"
diamond:
Рос очнулся, ощутив влажность на своей груди.
Его руку укрывали шелковистые волосы Мист. И когда он открыл глаза, то понял, что она оплакивала его. Невозможно.
- Мист? – прохрипел Рос.
Она резко подняла голову и одарила его жалкой улыбкой, которая тут же исчезла, когда Мист со всей силы ударила Роса наотмашь ладонью. А затем, запрыгнув на него, начала так целовать и сжимать в объятиях, будто ей было недостаточно этой близости, словно она хотела слиться с ним в единое целое.
- Никогда больше не вздумай поступать так глупо. – Сказала она, ударив Роса ладонью по груди, на которой, к его удивлению, не осталось и следа от ожогов.
Сократив мышцы, он попытался оценить свое состояние. В некоторых местах он был забинтован, но, к счастью, все его конечности были на месте. Это радовало. Теперь, оставалось только как-то заставить свою жену прекратить его бить.
- Milaya, если ты не перестанешь меня колотить, то рискуешь нарваться на неприятности.
И Мист снова стала целовать его, шепча при этом ему на ухо:
- Ты был без сознания пять ночей. И, черт возьми, никак не мог очнуться.
Крисли Коул "Военачальник хочет вечности"
ИнВериал:
Пока миссис Бейтс ходила за чаем, Наки помог Сисси сесть. Он, не отрываясь, смотрел в ее счастливое лицо.
— Александра, сейчас у меня пока не много друзей, но все дела в порядке. Я заработал деньги и купил немного собственной земли. Земля недалеко от Канкуна, — сообщил он без всякого вступления. — Боюсь, мы там будем иностранцами, но сможем жить спокойно, без всяких предрассудков. Я всегда останусь апачи и не собираюсь скрывать этого и отказываться от своих предков. Наследие не зависит от географии. Я смогу быть апачи в Мексике точно так же, как в Аризоне.
— Но ты уже от всего отказался, — слабо запротестовала девушка.
— Не совсем. У нас была альтернатива: или забрать тебя в резервацию, где бы ты страдала от предрассудков, или мне попытаться жить среди белых, где я также страдал бы от тех же предрассудков. Я думаю, что Мексика — единственный выход для нас, — он вопросительно посмотрел ей в глаза. — Ты должна решить, стоит ли тебе ради жизни со мной отказываться от своей родины и своего образа жизни.
Ее глаза смотрели на него, в них светилось огромное счастье, о котором он ей говорил. Она улыбнулась и прижалась к нему.
— Какой малостью мне надо пожертвовать, когда я с радостью отдала бы жизнь, чтобы быть с тобой, — просто сказала она.
Наки закрыл глаза. Его чувство было глубоким. Более глубоким, чем он когда-либо испытывал. В мечтах он уже представлял себе Александру в своих объятиях во время тропических ночей, и сверкала молния и гремел гром, когда он овладевал ее девственным телом. Он дрожал при мысли об экстазе, который они испытают. Наки смотрел на девушку и думал, что ради такой мечты можно пожертвовать многим, даже, как она сказала, самой жизнью.
— Да. Мое чувство такое же глубокое, как твое. Рискнем?
Сисси улыбнулась и покачала головой.
— Нет никакого риска, — она приподнялась на цыпочки и жадно прижалась губами к его губам.
— Даже любя друг друга, как мы, нам придется нелегко, — попытался сказать он сквозь ее поцелуй.
Она улыбнулась и еще сильнее поцеловала его.
— Я хочу детей после того, как мы поженимся, — торжественно провозгласила она и приложила палец к его губам, заглушая протесты.
— Я хочу много, очень много детей, — снова повторила она, каждое слово ее было взвешено и твердо.
Наки вздохнул.
— Александра, мы уже говорили о смешении рас…
— Что пройдет незамеченным в Мексике, — закончила она, улыбаясь. — Наши дети будут особенно красивы, — прошептала она, мысленно представляя их себе.
С ней было трудно спорить. Он ласково взял в ладони ее личико и улыбнулся ей.
— Красивые дети?
— Очень красивые, — она была полна энтузиазма. — Мы расскажем им о наследии апачей, и они будут гордиться этим. Мы их будем сильно любить, — она прижалась к нему. — Почти так же, как мы любим друг друга.
На это у него не нашлось аргументов. В конце концов, он тоже начал жадно целовать ее, мечтая о радости, которая ждет их в будущем.
"Трилби" Диана Палмер
diamond:
Мария расхаживала из угла в угол, чувствуя, как вопросы, переживания и эмоции раздирают ее изнутри.
– Успокойся, – сказал Мэтт.
– Успокоиться?! Мой дом провонял скунсом, а этот… он просто невыносим! Ему нужно к врачу. Его приложило не меньше, чем Рэдфута. Ты же видел эти фингалы!
– Жаль, это не единственное, что я видел, – рассмеялся Мэтт.
– Ничего смешного!
Он стер с лица улыбку:
– Мария, ты не можешь силком отправить его к врачу.
– Он такой же, как Рэдфут: упрямый, твердолобый и…
– Для него это в порядке вещей?
– Что именно? – Мысли и сердце Марии замерли.
– Напиваться, – пояснил Мэтт.
– Что? Из-за того, что он коренной американец, ты полагаешь, будто…
– Нет. – Он вскинул руки и отступил. – Я такого не говорил.
– Но подразумевал! – обвиняющее воскликнула Мария.
– Нет, не подразумевал. Просто спросил, потому что прямо сейчас парень пьян вдрызг. – Мэтт внимательно ее оглядел. – В чем дело? Слишком острая реакция.
Кристи Крейг "Заткнись и поцелуй меня"
diamond:
Увидев испуганное лицо Эдди Нэнса, Даллас поморщился.
– Я не это имел в виду, – вздохнул Остин.
– Все будет хорошо, – прибавил Тайлер.
– У нас все под контролем, – сказал Даллас, вкладывая в слова больше уверенности, чем сам ощущал. Но уже ничто не могло убрать выражение полнейшего ужаса в глазах Нэнса или безнадежности в глазах семидесятипятилетней бабушки Нэнса, стоявшей за его спиной. Троих внуков она уже потеряла.
Даллас тут же решил нанять секретаря: какого-нибудь человека на входе, чтобы объявлял о приходе клиентов. Он видел, как Нэнс нервно сглатывал, адамово яблоко скакало вверх и вниз. Черт побери! Остин прав. Даллас должен был добраться до сути того, что произошло прошлой ночью на месте преступления. Тони понял бы.
– Тайлер. – позвал Даллас. – Проводи мисс Нэнс и Эдди в конференц-зал и предложи им чего-нибудь выпить. – Он посмотрел на Эдди и его бабушку. – Я скоро подойду.
Как только они ушли, О’Коннор повернулся лицом к Остину. Напарник поднял руки.
– Молчи, сам знаю. Надо следить за своим гребаным языком.
– Ага, – согласился Даллас, – но оставим это на потом, а пока скажи: ты еще гоняешь с той медсестрой из реанимации, с которой вы трахнулись пару недель назад; из Методистской больницы.
Кристи Крейг "Не трожь Техас!"
Nadin-ka:
«Любовь – это про отношения, но самые главные отношения в жизни – это отношения с самим собой. Разве есть еще кто-то, кто все время находится рядом? Кто-то, кто чувствует боль, когда нас ранят? Стыд, когда нас унижают? Кто вместе с нами может улыбнуться нашим маленьким радостям и наслаждаться победами? Кто может понять нас, когда нам страшно и одиноко? Кто может утешить нас лучше, чем мы сами? Ключ к нашему существованию есть только у нас самих. У нас есть все средства к достижению счастья.»
«Женщина, которой я хотела стать. Мемуары» Диана фон Фюрстенберг