Клуб пенсионерок-любительниц [АРХИВ 2]

В Квебеке в начале марта вопрос эмансипации женщин встал со всей остротой. Должно быть, так много копий не было сломано со времен «спокойной революции», произошедшей в нашей провинции в начале 1960-х. До этого момента квебекские женщины были обречены на тяжкий домашний труд и жили по католическим догматам. Однако внезапно Церковь пала, Квебек превратился в открытое общество, бешеными темпами внедряя гражданский брак и всеобщую контрацепцию. Результат налицо. Падающую рождаемость к 2000-м годам смогли поддерживать только за счет иммигрантов. А иммигранты – это далеко не всегда покладистые выходцы из стран «третьего мира», готовые трудиться на любых грязных работах и усердно интегрироваться в канадское общество. Кое-кто несет в страну те же самые предрассудки, от которых канадцы отреклись более полувека назад.

Именно в начале марта, как на грех, на страницы газет в Канаде (и даже за ее пределами) выплеснулась крайне неприятная история, предпосылки которой появились еще в феврале прошлого года. Иммигрантка из Египта, мать троих детей, записалась на курсы французского языка в CEGEP Saint-Laurent. Руководство учебного заведения приняло ее, хотя она носила паранджу. Впрочем, на запись эта гражданка пришла с открытым лицом. А вот на уроках паранджу уже не снимала, потому что в группе оказалось трое мужчин. На их месте я бы срочно попросился в другой коллектив. Но, наверное, бюрократическая машина Квебека не может принимать столь гибкие решения. А ведь если бы удалось превратить именно эти курсы в исключительно женские, проблем бы не возникло. Однако со временем проблема лишь усугубилась.

Один семестр ученица в чадре кое-как проучилась, поскольку группу вела преподавательница женского пола. Фамилию этой учительницы в прессе не называют, но я готов дать ей воображаемую золотую медаль в дисциплине толерантности. Она побила все рекорды обходительности даже среди предельно вежливых и аккуратных кебекуа. А именно: ученице в чадре было позволено сидеть на передней парте, спиной ко всем, и точно так же, спиной ко всем, делать устные выступления. Если требовалось следить за ее произношением и артикуляцией, то учительница уходила вместе с ученицей в угол класса, где та приподнимала чадру. Все это, естественно, делалось с целью потакания предрассудкам, согласно которым, в фундаменталистском исламском обществе женщина не может открывать лицо в обществе незнакомых мужчин.

Однако семестр был завершен, и преподавательница, демонстрировавшая чудеса толерантности, оставила свою деятельность. Возможно, она сама попросила освободить ее от такой мороки. В класс пришел новый учитель, поставивший столы полукругом и прекративший всякое мультикультурное миндальничанье. Вопрос был поставлен ребром: или ученица в чадре участвует в общем образовательном процессе, или она уходит. Поскольку CEGEP не хотел брать на себя полноту ответственности в столь деликатном вопросе, было подключено министерство. На имя несговорчивой ученицы пришло официальное письмо от Роже Жиру (Roger Giroux), руководителя Отдела по обучению французскому языку при квебекском Министерстве образования. В письме было четко предписано снять чадру или на урок не являться. Ученица, к тому моменту успевшая поссориться со всем классом (что неудивительно), имея на руках письмо, бросила занятия и направила жалобу в квебекскую Комиссию по правам человека. Она утверждает, что Министерство образования ущемило ее права на свободу совести.

Ситуация, сложившаяся в CEGEP Saint-Laurent, на первый взгляд выглядит даже несколько комичной. В учебном заведении несколько месяцев уходит на то самое «ублажение меньшинств», о котором не так давно почти полгода твердили на специальных слушаниях. В конце концов преподаватели даже вынуждены были обратиться за помощью к министру. Министром образования у нас, кстати, является живой символ борьбы женщин за свои права – это молодая чернокожая женщина, депутат Национальной ассамблеи от монреальского Вест-Айленда Иоланда Джеймс (Yolande James). И вот она вынуждена пресекать проявления религиозного фундаментализма. Конечно же, действия Министерства по урегулированию проблемы можно только одобрить. Но нельзя ли было как-нибудь обойтись без них, сгладить эту ситуацию до очередного возникновения неудобных дискуссий?

Увы, наверное, нельзя. Раздельное обучение в Квебеке существует только в частном секторе. Проживающим в стране фундаменталистам можно только посоветовать организовываться в колонии по примеру мормонских или на свои деньги создавать себе маленький «Вазиристан», где забитые женщины смогут ходить как им вздумается. Негодовать по этому поводу в канадском обществе вряд ли станут. Ведь здесь есть, например, нудистские колонии. Почему бы не возникнуть поселению, в котором все женщины ходят в паранджах и опасаются бросать взгляды на представителей мужского пола? В конце концов, человеческая культура удивительна и многообразна. В ней найдется место всякому.

Но любой здравомыслящий канадец также поймет, что лезть в чужой монастырь со своим уставом глупо и недостойно. В светском государстве существуют курсы, основная цель которых – даже не научить произносить фразу «Je me souviens», а интегрировать иммигрантов в местное общество. И вот на этих курсах появляется человек, демонстративно отказывающийся интегрироваться и препятствующий интеграции остальных. По-моему, исключить его из образовательного процесса можно было очень быстро, даже не приплетая сюда паранджу и опасный «исламский колорит». По простой формулировке: невыполнение задач обучения. К сожалению, на квебекских языковых курсах царит полнейший либерализм, позволяющий пропускать уроки, спать на парте и проч. Люди редко принимают эти занятия всерьез. Учатся, пока не получат работу. А потом будут вспоминать пребывание в классе с женщиной, отказавшейся снимать чадру, как забавный эпизод.

Однако случаем в CEGEP Saint-Laurent проблемы сочетания несочетаемого не заканчиваются. Не так давно, кстати, две ученицы в чадрах были замечены в CEGEP Sainte-Foy, но в конце концов они сняли свои накидки ради обучения. А в 2007 году мусульманка подала жалобу в квебекскую Комиссию по правам человека, потому что ее уволили с курсов подготовки тюремщиков за ношение чадры. Это уже выглядит серьезнее, правда? В Онтарио тоже сейчас ломают голову над тем, как провести судебный процесс, на котором гражданка, подавшая иск против членов собственной семьи по обвинению в изнасиловании, отказывается снимать чадру. В результате дело уже не об изнасиловании, а о чадре направляется в Верховный суд. Тем временем в стране растет число людей, выступающих за элементарный запрет исламского одеяния. Действительно, канадцы бесконечно толерантны, но всему на свете есть предел.