~ Эротикон ~ provocative mystic club (18+)

[img]http://lh3.ggpht.com/_9_Am7NXTPzc/TZRr0jp084I/AAAAAAAAOGY/nJTUVuRyrgI/edu-garcia-homotography-11%5B9%5D.jpg?imgmax=800[/img]

Кста тут вспомнила прикол про "читать эротические книжки" Отправили меня как-то к бабушке на месяц, а делать там почти нечего - все достопримечательности за неделю обойдешь..ну я и пошла в библиотеку... А там знаете... ну такие библиотеки в маленьких городах - сам ходишь между стендами, где самые читаемые книги и выбираешь, а потом записываешь в свой читательский, а не спрашиваешь тетку за столом... ну я и выбрала - уж больно имя автора красиво звучало - "Маркиз Да Сад" ))))))))
Ваааай! Начала я читать эту...ну в общем про бедную Жюстину, сил дочитать все это не было, понесла обратно.... А тут ждал меня сюрприиииз - чтобы эту книгу сдать мне надо было лично подойти и расписаться, как я стесняяяяялась и краснела... а на меня тааак смотрели)))))) И потом нажаловались бабушке, какие книги я читаю...мдя... конфуз то быыыл..... мою пропартийную бабку чуть кондратья не хватила))))

Ох, девочки, стали мы тут фильмы обсуждать и я вспомнила одну историю, приключившуюся в далёком детстве))))
Было мне лет 5 (1990 год)... в городке мы жили небольшом... кинотеатр всего один. И вот как-то родители повели меня на дневной сеанс...
Как мне мама рассказывала, они понятия не имели на какой фильм идут... название вроде бы было приличное.
В общем... рассказываю со своих воспоминаний...
Сижу я пятилетняя малявка в кинотеатре... куча народу.... папа слева, мама справа (наверное, а может наоборот, но то. что я сидела посрединке - это точно!)
Так вот... включается кино... и о Боги!!! На экране носятся голые (абсолютно) тётьки и дядьки...
Гыыыы... секасом они не занимались, а просто голышом бегали... (а может и занимались, но мой детский мозК этого не запомнил )
Там, кажется, муж рановато с работы вернулся... ну и любовник голый в шкафу... потом помню кусочек, как тот же голый по улице бегал (чё его туда понесло уже не помню )
Мои багровые родители... сперва закрывали мне глаза ладошкой, а потом плюнули и ушли с просмотра
Зато, это чуть-ли не самое будоражащее моё воспоминание из того возраста)))))

гы и перевод куска текста, ну так чтоб точно знать, почему это не любоффф


— Я иду, иду и вхожу
Между твоих бедер,
Иду и вхожу
Между твоих бедер,
Но я сдерживаюсь.

— Ты идешь, идешь и входишь
Между моих бедер,
Ты идешь и входишь
Между моих бедер,
И я с тобой соединяюсь.

— Я люблю тебя, я люблю тебя
О, да, я люблю тебя
— Я тебя тоже нет
— О, любимый мой
— Плотская любовь – безвыходна…

— Я иду, иду и вхожу
Между твоих бедер.
Я иду и вхожу,
Я себя сдерживаю.
— Нет, сейчас кончу…

Зигмунд Фрейд (Sigmund Freud) родился 6 мая 1856 года в маленьком австрийском городке Фрайберге, Моравия (на территории современной Чехии). Он был самым старшим из семерых детей в своей семье, хотя у его отца, торговца шерстью, было двое сыновей от предыдущего брака, и он был уже дедушкой к моменту рождения Зигмунда. Когда Фрейду было четыре года, его семья в связи с финансовыми затруднениями перебралась в Вену. Фрейд постоянно жил в Вене, а в 1938 году, за год до смерти, он эмигрировал в Англию.
С самых первых классов Фрейд блестяще учился. Несмотря на ограниченные финансовые возможности, заставлявшие всю семью ютиться в тесной квартирке, у Фрейда была своя собственная комната и даже лампа с масляным фитилем, которой он пользовался во время занятий. Остальные члены семьи довольствовались свечами. Подобно другим молодым людям того времени, он получил классическое образование: изучал греческий и латынь, читал великих классических поэтов, драматургов и философов – Шекспира, Канта, Гегеля, Шопенгауэра и Ницше. Его любовь к чтению была так сильна, что долги в книжной лавке стремительно росли, а это не вызывало сочувствия у его отца, стесненного в средствах (Puner, 1947, р. 47). Фрейд великолепно владел немецким языком и одно время получал призы за свои литературные победы. Он также бегло говорил на французском, английском, испанском и итальянском языках.
Фрейд вспоминал, что в детстве он часто мечтал стать генералом или министром. Однако, поскольку он был евреем, почти любая профессиональная карьера была для него закрыта, за исключением медицины и юриспруденции – так сильны были тогда антисемитские настроения. Фрейд выбрал медицину без особого желания. Он поступил на медицинский факультет Венского университета в 1873 году. Во время учебы он испытал на себе влияние знаменитого психолога Эрнста Брюкке. Брюкке выдвигал идею о том, что живые организмы представляют собой динамические энергетические системы, подчиняющиеся законам физической вселенной. Фрейд воспринял эти идеи со всей серьезностью, и позднее они получили свое развитие в его взглядах на динамику психического функционирования (Sulloway, 1979).
Честолюбие толкало Фрейда к совершению какого-нибудь открытия, которое принесло бы ему известность уже в студенческие годы. Он внес свой вклад в науку благодаря описанию новых свойств нервных клеток у золотых рыбок, а также подтверждению существования яичек у самцов угря. Однако наиболее важное его открытие состояло в том, что при лечении многих заболеваний может быть использован кокаин. Он сам употреблял кокаин без каких-либо отрицательных последствий и пророчил этому веществу роль едва ли не панацеи, не говоря уже о его эффективности в качестве обезболивающего (Byck, 1974). Позднее, когда стало известно о существовании наркотической зависимости от кокаина, энтузиазм Фрейда пошел на убыль (Ellenberger, 1970).
После получения медицинской степени в 1881 году Фрейд занял должность в Институте анатомии мозга и проводил сравнительные исследования мозга взрослого человека и плода. Его никогда не влекла практическая медицина, однако вскоре он оставил свою должность и стал практиковать приватно как невропатолог, преимущественно по той причине, что научная работа низко оплачивалась, а атмосфера антисемитизма не давала возможности продвижения по службе. Ко всему прочему, Фрейд влюбился и был вынужден осознать, что если он когда-нибудь вступит в брак, ему нужна будет хорошо оплачиваемая работа.
1885 год ознаменовался критическим поворотом в карьере Фрейда. Он получил исследовательскую стипендию, которая дала ему возможность поехать в Париж и в течение четырех месяцев стажироваться у Жана Шарко, одного из наиболее выдающихся неврологов того времени. Шарко изучал причины и лечение истерии – психического расстройства, проявлявшегося во множестве разнообразных соматических проблем. У пациентов, страдавших истерией, наблюдались такие симптомы, как паралич конечностей, слепота и глухота. Шарко, используя внушение в гипнотическом состоянии, мог как индуцировать, так и устранять многие из этих истерических симптомов. Хотя позднее Фрейд отвергал применение гипноза в качестве терапевтического метода, лекции Шарко и его клинические демонстрации произвели на него сильное впечатление. За время короткого пребывания в знаменитом госпитале Сальпетриер в Париже Фрейд из невролога стал психопатологом (Steele, 1982).
В 1886 году Фрейд женился на Марте Бернайс, с которой они прожили вместе более половины века. У них родились три дочери и три сына. Младшая дочь, Анна, последовала по стопам отца и со временем заняла лидирующее положение в психоаналитическом направлении как детский психоаналитик. В 80-е годы Фрейд начал сотрудничать с Иозефом Брейером, одним из наиболее известных венских врачей. Брейер к тому времени достиг определенного успеха в лечении пациентов с истерией благодаря применению метода свободных рассказов больных о своих симптомах. Брейер и Фрейд предприняли совместное исследование психологических причин истерии и методов терапии этого заболевания. Их работа завершилась публикацией книги "Исследования истерии" (1895), в которой они пришли к выводу о том, что причиной появления истерических симптомов являются подавленные воспоминания о травматических событиях. Дату этой знаменательной публикации иногда связывают с основанием психоанализа, однако наиболее творческий период в жизни Фрейда был еще впереди.
Личные и профессиональные отношения между Фрейдом и Брейером резко прервались примерно в то же время, когда была опубликована книга "Исследования истерии". Причины, по которым коллеги внезапно стали непримиримыми врагами, до сих пор не вполне ясны. Биограф Фрейда Эрнест Джонс утверждает, что Брейер категорически не соглашался с Фрейдом по вопросу о роли сексуальности в этиологии истерии, и это предопределило разрыв (Jones, 1953). Другой исследователь (Steele, 1982) предполагает, что Брейер выступил в роли "отцовской фигуры" для более молодого Фрейда и его устранение было просто предначертано самим ходом развития отношений вследствие эдипова комплекса у Фрейда. Каковы бы ни были причины, эти два человека никогда снова не встретились как друзья.
Утверждения Фрейда о том, что в основе истерии и других психических расстройств лежат проблемы, связанные с сексуальностью, привели к его исключению из Венского медицинского общества в 1896 году. К этому времени у Фрейда имелось крайне мало разработок (если они вообще были) того, что позднее получило известность как теория психоанализа. Более того, его оценка собственной личности и работы по наблюдениям Джонса была такова: "У меня довольно ограниченные способности или таланты – я не силен ни в естественных науках, ни в математике, ни в счете. Но то, чем я обладаю, пусть и в ограниченном виде, вероятно, развито очень интенсивно" (Jones, 1953, р. 119).
Промежуток между 1896 и 1900 годами был для Фрейда периодом одиночества, но одиночества очень продуктивного. В это время он начинает анализировать свои сновидения, а после смерти отца в 1896 году практикует самоанализ в течение получаса перед сном ежедневно. Его наиболее выдающийся труд "Толкование сновидений" (1900) основан на анализе собственных сновидений. Однако слава и признание были еще далеко. Для начала этот шедевр был проигнорирован психиатрическим сообществом, а Фрейд за свой труд получил лишь авторский гонорар в размере 209 долларов. Может показаться невероятным, но за восемь последующих лет ему удалось продать всего 600 экземпляров этого издания.
За пять лет после публикации "Толкования сновидений" престиж Фрейда вырос настолько, что он вошел в число врачей, пользующихся всемирной известностью. В 1902 году было основано общество "Психологические среды" (The Psychological Wednesday Society), которое посещал только избранный круг интеллектуальных последователей Фрейда. В 1908 году эта организация была переименована в Венское психоаналитическое общество. Многие из коллег Фрейда, бывшие членами этого общества, стали известными психоаналитиками, каждый в своем направлении: Эрнест Джонс, Шандор Ференци, Карл Густав Юнг, Альфред Адлер, Ганс Сакс и Отто Ранк. Позднее Адлер, Юнг и Ранк вышли из рядов последователей Фрейда и возглавили конкурирующие между собой научные школы.
Период с 1901 по 1905 год стал особенно творческим. Фрейд опубликовал несколько работ, в том числе "Психопатология обыденной жизни" (1901), "Три эссе о сексуальности" (1905а) и "Юмор и его отношение к бессознательному" (1905b). В "Трех эссе..." Фрейд выдвинул предположение о том, что дети рождаются с половыми побуждениями, а их родители предстают в роли первых половых объектов. Общественное возмущение последовало незамедлительно и имело широкий резонанс. Фрейда заклеймили как страдающего половыми извращениями, непристойного и безнравственного человека. Многие медицинские учреждения бойкотировались из-за их терпимости к идеям Фрейда о половой жизни детей.
В 1909 году произошло событие, сдвинувшее психоаналитическое движение с мертвой точки относительной изоляции и открывшее ему путь к международному признанию. Г. Стэнли Холл пригласил Фрейда в Университет Кларка в Уорчестере, штат Массачусетс прочесть цикл лекций. Лекции были приняты очень хорошо, и Фрейд был награжден почетной степенью доктора. В то время его будущее выглядело весьма многообещающим. Он достиг значительной известности, пациенты со всего света записывались к нему на консультации. Но были и проблемы. Прежде всего он потерял практически все свои сбережения в 1919 году в связи с войной. В 1920 году умерла его 26-летняя дочь. Но, возможно, наиболее тяжелым испытанием для него стал страх за судьбу двух сыновей, воевавших на фронте. Отчасти под влиянием атмосферы первой мировой войны и новой волны антисемитизма, в возрасте 64 лет Фрейд создал теорию об универсальном человеческом инстинкте – стремлении к смерти. Однако, невзирая на пессимизм в отношении будущего человечества, он продолжал четко формулировать свои идеи в новых книгах. Наиболее важными являются "Лекции по введению в психоанализ" (1920а), "По ту сторону принципа удовольствия" (1920b), "Я и Оно" (1923), "Будущее одной иллюзии" (1927), "Цивилизация и недовольные ею" (1930), "Новые лекции по введению в психоанализ" (1933) и "Очерк психоанализа", опубликованный посмертно в 1940 году. Фрейд был исключительно одаренным писателем, о чем свидетельствует награждение его Премией Гете по литературе в 1930 году.
Первая мировая война оказала огромное влияние на жизнь и представления Фрейда. Работа в клинике с госпитализированными солдатами расширила его понимание разнообразия и тонкости психопатологических проявлений. Усиление антисемитизма в 1930-х годах также оказало сильное влияние на его взгляды о социальной природе человека. В 1932 году он был постоянной мишенью для нападок гитлеровцев (в Берлине нацисты устроили несколько публичных сожжений его книг). Эти события Фрейд прокомментировал так: "Какой прогресс! В Средневековье сожгли бы меня самого, теперь же они довольствуются сожжением моих книг" (Jones, 1957, р. 182). Только благодаря дипломатическим усилиям влиятельных граждан Вены ему было разрешено покинуть этот город, вскоре после вторжения нацистов в 1938 году.
Последние годы жизни Фрейда были тяжелыми. С 1923 года он страдал распространяющейся раковой опухолью глотки и челюсти (Фрейд выкуривал ежедневно 20 кубинских сигар), но упорно отказывался от лекарственной терапии, за исключением небольших доз аспирина. Он настойчиво работал, несмотря на то, что перенес 33 тяжелые операции, которые должны были остановить распространение опухоли (из-за этого он был вынужден носить неудобный протез, заполнявший образовавшееся свободное пространство между носовой и ротовой полостями, и поэтому временами не мог говорить). Его ожидало еще одно испытание на стойкость: во время гитлеровской оккупации Австрии в 1938 году его дочь Анна была арестована гестапо. Только благодаря случайности ей удалось освободиться и воссоединиться со своей семьей в Англии.
Фрейд умер 23 сентября 1939 года в Лондоне, где он оказался как перемещенный еврейский эмигрант.

Карен Хорни (Karen Horney), урожденная Даниэльсон, родилась в Германии, неподалеку от Гамбурга в 1885 году. Ее отец был морским капитаном, глубоко верующим человеком, убежденным в превосходстве мужчин над женщинами. Ее мать, датчанка, привлекательная и свободомыслящая женщина была на 18 лет моложе своего мужа. Большую часть детства и отрочества Хорни мучили сомнения в своих достоинствах, усугублявшиеся ощущением внешней непривлекательности. Чувство своей малоценности она компенсировала, став превосходной студенткой. Позднее она призналась: "Поскольку я не могла стать красавицей, я решила стать умной" (Rubins, 1978, р. 14).
В 14 лет Хорни приняла решение стать врачом. Цель была достигнута в 1906 году, когда она поступила в Университет во Фрайбурге и стала первой женщиной в Германии, получившей разрешение изучать медицину. Там она встретила Оскара Хорни, студента-политолога, и вышла за него замуж в 1910 году. Хорни получила медицинскую степень в Берлинском университете в 1915 году. В течение следующих пяти лет она изучала психоанализ в Берлинском психоаналитическом институте. Почти все это время Хорни страдала от тяжелых приступов депрессии и однажды, как сообщают ее биографы, была спасена мужем при попытке самоубийства (Rubins, 1978).


У Карен Хорни было три дочери причем родила она их без отрыва от изучения медицины и психоанализа: 29 марта 1911 г. родилась её первая дочь, будущая актриса Brigitte Horney. После сдачи госэкзамена и года практики в больнице, она была допущена в 1913 году к самостоятельной работе, а в 1915 году получила учёную степень доктора медицины у Карла Бонхёффера после защиты диссертации о психозах, полученных вследствие травм головы. В 1913 году родилась дочь Марианне, которая стала психоаналитиком, а в 1915 году – третья дочь – Ренате.
К 1926 году брак Хорни начал разрушаться по мере того, как росла лавина ее личных проблем. Скоропостижная смерть брата, развод родителей и их смерть в течение одного года, растущие сомнения в ценности психоанализа – все это привело ее к совершенно подавленному состоянию. Тем не менее, после развода с мужем в 1927 году она начала делать успешную карьеру как психиатр. Она работала в Берлинском психиатрическом институте и была очень увлечена преподаванием, написанием научных работ и путешествиями.
В 1932 году, во время Великой депрессии, Хорни переселилась в Соединенные Штаты. Она была принята на должность помощника директора в Чикагском психоаналитическом институте. Спустя два года она переехала в Нью-Йорк, где читала лекции в Нью-Йоркском психоаналитическом институте. Усиливающееся расхождение ее взглядов с доктриной Фрейда вынудило сотрудников института дисквалифицировать ее как инструктора по психоанализу в 1941 году. Вскоре после этого она основала Американский институт психоанализа. Хорни была деканом этого института до самой своей смерти от рака в 1952 году.

Конечно, маленькая девочка, подобно мальчику, пока она не приобрела соответствующий опыт, считает, что все устроены на ее манер. Когда она вынуждена признать свою неправоту, возникает сильный дискомфорт. Часто задаются вопросом, чем вызвана реакция удивления: действительно ли только выводом об анатомическом различии между полами или, скорее, социальным опытом, оставившим впечатление о неполноценности девочек?
 
Наверняка каждая девочка чувствует, что обладание пенисом непосредственно обеспечивает преимущество в мастурбации и мочеиспускании. В глазах девочки обладатель пениса более независим и менее подвержен фрустрации. Такое чувство, вероятно, обусловлено концентрацией в это время всех сексуальных ощущений на клиторе, который воспринимается как «низший» орган в сравнении с пенисом. Зависть обычно конденсируется с идеей об отсутствии пениса как наказании, заслуженном или несправедливом. В этом отношении представление девочки об утрате пениса аналогично идее мальчика о возможности такой утраты. Девочке тоже свойственно анимистическое миропонимание в аспекте воздающего наказания. Тот факт, что девочка считает наказание свершившимся, тогда как мальчик боится возможного наказания, обусловливает заметные различия в дальнейшем развитии. У старших девочек и взрослых женщин все усложняется.

Психическая установка, отражающая неудовлетворенность собственными гениталиями и исполненное раздражения, агрессивное и страстное желание иметь пенис. Имеет место также бессознательное желание кастрировать мужчину и завладеть его пенисом. В основе зависти к пенису лежит чувство неполноценности, недостаточности, проистекающая из многих источников нарциссическая чувствительность, а также стремление обладать более совершенным генитальным аппаратом и мужским потенциалом.

По мнению Фрейда, женственность зарождается на основе страха кастрации и эдипова конфликта. Зависть к пенису считалась ее первичным организатором и поэтому ей отводилась фундаментальная роль в формировании женской сексуаль ности. Фрейд считал, что зависть к пенису представляет собой желание воображаемого замещения пениса, отсутствующего у девочки по причине неправильного ее поведения (мастурбации) либо отвержения или злого умысла со стороны матери. Речь также идет о желании иметь отцовский пенис или родить от отца ребенка.
Ребенок обнаруживает половые различия в возрасте от 18 до 24 месяцев. В этот период зависть девочек к пенису часто является очень острой и явно выраженной, но она специфична для фаз развития и, как правило, преходяща. Зависть девочки смещается с отправной точки, и в результате другие части ее тело, она сома в целом или такие атрибуты, как интеллект или уровень достижений, обретают значение 'иллюзорного фаллоса', опровергая тем самым отсутствие у нее пениса. Наблюдения показывают, что, хотя открытая зависть к пенису исчезает, аффекты и фантазии, активированные осознанием половых различий, часто оказывают важное организующее воздействие на дальнейшее развитие.
Устойчивая или интенсивная зависть к пенису свидетельствует о существовании других, накладывающихся на раннюю фазу осознания гениталий, проблем, которые могут мешать развитию зрелой женственности. Выраженность комплекса кастрации может быть детерминирована (обусловлена) предшествовавшими проблемами ребенка, связанными с угрозой потери объекта или угрозой телесной интеграции. Утрата родителя, неадекватное отношение матери (особенно депрессия матери и отвержение с ее стороны), заболевания, порождающие острые нарушения чувства тела, врожденные дефекты, хирургическое вмешательство и т.д. могут быть ступенью к серьезным искажениям репрезентации себя и объектов, усиления комплекса кастрации и зависти к пенису.

Осознание генитальных различий очень важно для формирования самооценки ребенка по мере его дифференциации от матери. Взаимно удовлетворяющие взаимоотношения матери и ребенка дают последнему чувство состоятельности, которое распространяется и на его гениталии. Если, однако, эти отношения не приносят удовольствия, девочка может не ценить себя или свои гениталии и возжелать пенис — замещающий объект, расцениваемый кок приносящий большее удовлетворение. Позже зависть к пенису может отражать регрессивную попытку разрешения эдипова комплекса. Девочка может обесценить свои гениталии, идентифицируясь с матерью, низко оценивающей собственную женственность. Таким образом, на зависть к пенису влияет нарциссическая позиция ребенка и его отношения с обоими родителями. Она может также защищать против зависимости от мужчины, когда бессознательно желаемая близость влечет за собой боязнь поглощения и утраты чувство себя.
Социокультурная переоценка мужчины часто служит маскировкой этих бессознательных детерминант.
Устойчивая и интенсивная зависть к пенису — патологическая динамика — часто приводит к острому соперничеству с мужчинами, идентификации с ними, сексуальной дисфункции и разнообразным невротическим образованиям. Она маскирует другие конфликты и характерологические проблемы, хотя они могут переплетаться и смешиваться с социокультурными детерминантами.
Фаллическое благоговение или благоговение перед пенисом — менее распространенный вариант зависти к пенису. Оно характеризуется не столько агрессивной жадностью, сколько восхищением, возбуждением и страхом. Оно может быть связано с травматическим детским переживанием увиденного однажды эрегированного пениса взрослых.

В дальнейших статьях Хорни продолжала анализ мужского взгляда на женщину, дабы показать недостаток его научности. В статье "Недоверие между полами" (1931) она доказывает, что в женщине видят "второсортное создание", поскольку "во все времена более могущественная сторона создавала идеологию, необходимую для обеспечения своего главенствующего положения", и "в этой идеологии отличия слабых трактовались как второсортность". В "Страхе перед женщиной" (1932) Хорни прослеживает этот мужской страх до страха мальчика перед тем, что его гениталии неадекватны материнским. Женщина угрожает мужчине не кастрацией, а унижением, угрожает "маскулинному самоуважению". Вырастая, мужчина продолжает в глубине души тревожиться о размерах своего пениса и о своей потенции. Эта тревога не дублируется никакой женской тревогой: "женщина играет свою роль самим фактом своего бытия", ей нет необходимости постоянно доказывать свою женскую сущность. Поэтому нарциссический страх перед мужчиной у женщины отсутствует. Чтобы совладать со своей тревогой, мужчина выдвигает идеал продуктивности, ищет сексуальных "побед" или стремится унизить объект любви.

Хорни не отрицает, что женщины часто завидуют мужчинам и недовольны своей женской ролью. Многие ее работы посвящены "комплексу маскулинности", который она в "Запрещенной женственности" (1926) определяет как "комплекс чувств и фантазий женщины, содержание которых определяется бессознательным желанием тех преимуществ, которые дает положение мужчины, зависть к мужчинам, желание быть мужчиной и отказ от роли женщины". Первоначально она считала, что комплекс маскулинности у женщины неизбежен, поскольку он необходим для того, чтобы избежать чувства вины и тревоги, являющихся продуктом Эдиповой ситуации, но впоследствии пересмотрела свое мнение. Комплекс маскулинности – продукт мужского доминирования в культуре и характерных особенностей динамики семьи девочки, утверждала Хорни.

"В реальной жизни девочка от рождения обречена убеждаться в своей неполноценности, высказывается ли это грубо или исподволь. Такое положение постоянно стимулирует ее комплекс маскулинности" ("Уход от женственности").

Говоря о семейной динамике, Хорни сперва считала самыми главными отношения девочки с мужчинами семьи, но позднее центральной фигурой в историях болезни женщин, страдавших комплексом маскулинности, становится их мать. В "Материнских конфликтах" (1933) она перечисляет все те черты детства девочки, которые она считает ответственными за комплекс маскулинности.

"Вот что типично: у девочек, как правило, очень рано возникали причины не любить свой собственный женский мир. Причинами этого могли быть материнское запугивание, глубокое разочарование в отношениях, связанных с отцом или братом, ранний половой опыт, ужаснувший девочку, фаворитизм родителей по отношению к брату".

Все это было и в детстве самой Карен Хорни.

В своих работах по женской психологии Хорни постепенно отошла от веры Фрейда: "анатомия – это судьба" и все более выделяла в качестве источника женских проблем и проблем полоролевой идентификации факторы культуры. Нет, не пенису самца завидует женщина, а привилегиям мужчины. Ей очень нужно иметь не пенис, а возможность осуществлять себя, развивая заложенные в ней человеческие способности. Патриархальный идеал женщины не всегда отвечает ее внутренним потребностям, хотя власть этого идеала часто заставляет женщину вести себя в соответствии с ним. В "Проблеме женского мазохизма" Хорни бросает вызов теории "исконного родства между мазохизмом и женским организмом". Это убеждение некоторых психоаналитиков всего лишь отражает стереотипы маскулинной культуры, Хорни же прослеживает ряд социальных условий, делающих женщину мазохистичнее мужчины. Более того, сравнение различных культур показывает, что эти условия не универсальны: некоторые культуры более других неблагоприятны для развития женщины.

Хотя Хорни посвятила большую часть своей профессиональной жизни проблемам женской психологии, она оставила эту тему в 1935 году, считая, что роль культуры в формировании психики женщины слишком велика, чтобы мы могли провести четкое разграничение: вот это женское, а это – нет. В лекции, озаглавленной "Страх женщины перед действием" (1935), Хорни высказывает убеждение, что мы сможем понять, в чем на самом деле состоит психологическое отличие женщины от мужчины лишь тогда, когда женщина освободится от навязанной маскулинной культурой концепции женственности. Нашей целью должно быть не определение истинной сущности женственности, а поощрение "полного и всестороннего развития личности каждого человека". После этого она и начала разрабатывать свою теорию, которую полагала нейтральной в половом отношении, приложимой и к мужчине и к женщине.

Подробнее читать здесь http://www.psychol-ok.ru/lib/horney/gp/gp_02.html долго решала как бы получше выложить сей материал, в итоге поняла что правильнее ознакомится с ним целиком, по мне так он очень интересен:

Вот кусочек от туда: