LuSt:
» Глава 6.
Перевод LuStРедактирование Bad Girl, Королева
Джентльмен путешествует, чтобы обрести выносливость и опыт; леди путешествует, чтобы пополнить коллекцию шляпок, и должна беречься от чрезмерного познания мира.
Миссис Л.А.М. Бренкенридж «Законы пребывания в великосветских кругах»
— Так выпьем же, ребята! — крикнула Диана Холланд разухабистым тоном, который поверг бы её мать в ужас, находясь в месте, которое вызвало бы у пожилой леди слезы, узнай она об этом. — Ведь завтра может налететь ураган…
За дверью буйствовал ветер, но дождь ещё не начался. Внутри заведения сеньоры Конрад царила тёплая и праздничная атмосфера, и со своего места за длинной деревянной стойкой девушка с подобранными, чтобы не лезли в лицо, короткими каштановыми кудрями почти не могла разглядеть погоду за открытыми ставнями за плотной толпой солдат. Ткань застегнутой на все пуговицы белой рубашки струилась по её слегка вспотевшей коже. Рукава были закатаны по локоть, а подол — заправлен в длинную черную юбку, на поясе стянутую широким ремнем из коричневой кожи. Нежная кожа порозовела от напряжения, а ресницы чёрными коронами обрамляли блестящие глаза. В углу безумствовало фортепиано, побуждая ватагу солдат пить быстрее и смеяться громче, и этому предписанию они с радостью следовали.
— Скоро начнется дождь, — возвестила сеньора Конрад, сидящая на высоком стуле у края стойки.
— Но, — весело возразила Диана, наливая неразбавленный ром джентльменам, стоящим с другой стороны стойки, — пока что его нет.
Бар сеньоры Конрад находился рядом с Плаза-де-Армас. Аккуратно выставленные в ряд на деревянных полках бутылки отражали свет свечей. Сюда приходили в основном мужчины: кубинские дельцы и толпы американских военных, оставшихся на острове по окончанию войны.
Владелица бара была первой женой американца, чей интерес к Кубе иссяк. Дородная фигура миссис Конрад всегда была облачена в чёрное, словно женщина осталась вдовой, хотя на самом деле сеньор Конрад просто вернулся в Чикаго, где возобновил торговлю насущными мелочами и завел вторую семью с собственной троюродной сестрой. Но он любил свою Гертрудис и оставил ей дело, способное её прокормить.
Как и в местах для желающих промочить горло джентльменов в Нью-Йорке, многие здесь бахвалились своими подвигами, хотя ввиду отсутствия боевых действий сейчас рисовались меньше. Вечером пятницы все круглые столики занимали мужчины в форме, которые вытягивали длинные ноги на старом каменном полу и поднимали тосты за далёкий дом.
От раздавшегося совсем близко раската грома бутылки зашатались, а оконные стекла задребезжали. Посетители бара сразу же умолкли и посмотрели в окно на улицу. Хотя в воздухе уже присутствовала ощутимая влажность, первые капли ещё не падали с неба. Сеньора Конрад тихо присвистнула; мгновение спустя разговоры возобновились.
Затем все переместились в бар и потребовали ещё выпивки. Когда толпа начала реветь, старый бармен, работавший справа от Дианы напротив большого овального зеркала, снял галстук-бабочку, словно говоря, что наконец-то пришло время заняться делом. На его лбу выступили капли пота — даже им было лень двигаться, — и хотя Диана считала, что продолжить наблюдение за ним было бы интересно, люди вокруг требовали налить им. Она согнулась и принялась накладывать лёд в стаканы, готовя новые порции напитков.
От работы руки Дианы устали, но к этому изнеможению она уже привыкла и полюбила его. Не то чтобы она нуждалась в деньгах — Диана достаточно заработала на роскошном лайнере и к тому же обогатилась, продавая сплетни о пассажирах судна Барнарду, да и здесь написала несколько щедро впоследствии оплаченных зарисовок о местных нравах. А теперь начала понимать, что секреты можно узнать не только сидя на мягких диванчиках в гостиных за чаем, но и подслушав их вечером в баре, там, где собираются люди.
— Что делает в подобном месте милая американка? — окликнул её мужчина с густыми усами, когда Диана подтолкнула полный стакан в его направлении. Мисс Холланд, привычная к таким вопросам и довольно прямолинейной лести, обычно следовавшей за ними, с лукавой улыбкой взяла с него плату. Сначала её удивляло, как разительно отличается поведение мужчин по отношению к ней здесь. Они произносили фразы и намекали на услуги, о которых даже заикнуться не могли в Нью-Йорке. Но Диана быстро поняла, что они находятся вдали от дома, от оставшихся там жен и детей, и это расстояние в сочетании с выпивкой высвобождает их скрытые чаяния.
Позади усатого джентльмена, всё ещё разглядывающего Диану пьяными глазами, появился молодой солдат и робко попросил пива. Казалось, он не старше неё, и его вежливость ещё не была испорчена грубыми манерами сослуживцев, поскольку он стеснялся посмотреть Диане в глаза.
Она подмигнула парню и отвернулась, чтобы достать бутылку из ящика со льдом. Она уже привыкла подмигивать мужчинам, и когда потянулась за пивом в холодный ящик, решила, что должна избавиться от этой привычки до того, как найдет Генри. Когда она вновь повернулась, паренек уже исчез — как показалось Диане. Точнее, он стал так же невидим для неё, как и остальные посетители бара.
Диана приоткрыла рот, и в её груди зажегся радостный огонь. Она забыла о рабочих обязанностях и о том, как их надлежало исполнять. Единственный человек во всём помещении, которого она видела, сейчас был более загорелым, чем при их последней встрече, и его кожа смотрелась особенно темной по контрасту с воротником белой полотняной рубашки. Цвет его носа предполагал, что сегодня молодой человек весь день находился на солнце, а исчезающее с лица выражение показывало, что пару секунд назад он беспечно проводил время.
— Привет, солдат, — наконец вымолвила Диана, собравшись с духом.
— Диана? — произнес Генри, словно её имя могло чем-то подтвердить то, что именно она неожиданно возникла перед ним. — Как… — заикаясь, пробормотал он, — как ты сюда попала?
— Искала тебя. — Все слова, которые она мечтала сказать ему с того самого февральского дня, когда он вошёл в комнату и увидел её в объятиях другого мужчины, забылись.
Диана произнесла единственное, что пришло в голову, и в ту секунду ей казалось, что только в этих словах содержится искомый ответ.
— Правда?
— Да.
— Я имею в виду… Ты получила моё письмо?
Диана кивнула. О да, получила. Страницы теперь были вшиты в её чемодан. Она перечитала их сотни раз.
— Ты не ненавидишь меня?
Не существовало жеста, которым можно было бы передать, насколько далеки её чувства от ненависти, но Диана попыталась, покачав головой. Испытываемые сейчас чувства — смущение? смятение? — были для неё в новинку, и она немного удивилась тому, что чувствовала себя неуверенно перед Генри после всего, что между ними было и всего, что она сделала, чтобы найти его. Генри смотрел на неё непроницаемыми черными глазами. Сердце Дианы забилось от страха, что их встреча скоро окончится, и её миссия завершится здесь, потому что они не смогут сказать друг другу ни слова. В конце концов, Генри старше неё и опытнее, и, возможно, теперь, когда он стал солдатом, а не просто богатым бездельником-повесой, у него не осталось времени на юных девушек.
Прикосновение толстых пальцев сеньоры Конрад к плечу вернуло Диану к действительности. Комната всё ещё была полна людей, громко разговаривающих с работницами и стучащих по обшарпанной стойке стаканами, требуя налить ещё выпивки. Сеньора Конрад окинула взглядом их раскрасневшиеся от радости лица и снова посмотрела на Диану. В глазах пожилой женщины загорелся удивленный и понимающий огонек, и после осторожной паузы она за локоть вывела работницу из-за стойки.
— Идите сюда, — позвала она Генри, и, проведя их в заднюю часть заведения, открыла дверь в кладовую и по очереди втолкнула туда влюбленных.
Комната была заставлена ящиками, и закрытая дверь, пусть и немного, защищала Диану и Генри от шумного вечера. Их силуэты освещал тусклый свет единственной лампы, обмотанной бумагой.
Диана приподняла подбородок навстречу Генри в ожидании поцелуя, но тот пока мог только растерянно моргать. Чувство радостного облегчения начало расти в груди Дианы, хотя присутствие Генри всё ещё казалось ей ненастоящим. Генри шагнул вперед, и Диана в ожидании приоткрыла губы, но он не стал приникать к ним поцелуем. Вместо этого он обвил руками её талию и крепко сжал Диану в объятиях, оторвав от земли. Древний инстинкт подсказал ей уткнуться лицом в его плечо.
Совсем перед рассветом они заговорят, не в силах умолкнуть, а затем будут исследовать руками тела друг друга. Но в эту минуту Диана не хотела ничего иного, кроме как висеть в воздухе, на фут не доставая ногами до пола, и вдыхать единственный и неповторимый запах Генри. Даже в самых горячих мечтах она не могла себе представить, что всё будет именно так.
Svetlaya-a:
Ластик, Bad Girl, Королева, спасибо за продолжение!
Вот так встреча! я совсем не ожидала, что Диана с Генри все же встретятся на Кубе))))
LuSt:
Светик, ну не зря ж её туда понесло, а его командировали
Хоть немножко времени дать им побыть вместе без всех этих великосветских гарпий вокруг.
Irish:
LuSt, Bad Girl, Королева, спасибо за продолжение!
LuSt писал(а):
Диана в ожидании приоткрыла губы, но он не стал приникать к ним поцелуем. Вместо этого он обвил руками её талию и крепко сжал Диану в объятиях, оторвав от земли.
Действительно рад встрече. Как-то это меня немного примирило с Генри.
Но все равно не вижу выхода для этой пары. Пенелопа ведь остается женой. Даже если ей и придет в голову сбежать с принцем, чтобы поблистать в Европе.
Каори:
Спасибо за главку.
Ну вот и встретились, ну и славно. Пока, конечно, не понятно, что их ждет дальше, но ясно одно, что Генри теперь уже с Кубы рваться на фронт не будет.
Suoni:
Вот и встретились! Хорошо ли это, плохо ли , покажет время. А сейчас Диана и Генри счастливы.
Спасибо за продолжение!
zerno:
Ластик , Таша , Лилеша , спасибо !
Так написано и переведено , что просто видишь эту картину .
Бренчали стекла под напором ветра,
Подыгрывало им фортепиано
И обжигая глотки чистым ромом
Толпа солдат ревела в баре пьяно.
Но стихли звуки и исчезли лица ,
Когда она в глаза его взглянула.
Наперекор войне и расстояньям
Любовь опять в объятья их швырнула.
Не важно что там было , как там будет,
Когда в груди от счастья горячо.
Она его любимейшая ноша,
А он ее любимое плечо.
Suoni писал(а):
А сейчас Диана и Генри счастливы.
И я вместе с ними
Королева:
Марина, стихи необыкновенные!!!
Спасибо большое.
Когда главу читала, почему-то думала, что у Генри будет другая реакция. Он же застукал любимую женщину, когда она с другим мужчиной сексом занималась. Какая-никакая, но обида быть должна. А Генри что? А ничего!!! Ах, как я рад тебя видеть, любимая!! И все. Не знаю, для меня это дикость.
Хотя,
может потому что я сама измену не прощу.
zerno:
Лиль , у них счет равный 1-1. По письму и по тому что он ей верен среди фронтового вертепа было понятно , что он её простил.
Королева:
zerno писал(а):
у них счет равный 1-1.
Не согласна. Пенни как-никак жена Генри. А секс с женой - это не измена. А Ди сделала ЭТО в общественном месте и с левым дядькой. К тому же братом жены Генри. Мне кажется, что такая радостная реакция Генри на Кубе попахивает чем-то неприятным.
(Но это только мое мнение, если бы мне изменили, я бы просто прибила этого человека сковородкой. Не смогу измену простить.
)
zerno:
Лилеш , да оба хороши !
Королева писал(а):
радостная реакция Генри на Кубе попахивает чем-то неприятным.
Это намек ?
