Сказочные Вечеринки

Грейс Келли:

Кординаты "п...ц".

Уважаемые пассажиры, у нас тут ни минуты покоя!
Пристегните-ка снова ремни и держитесь покрепче...
Пеню "Sone" вы уже слышали, в целом дальнейшее шоу - представляете...
Но, не беспокойтесь, за штурвлом Святой член пилот Грейси;)

Удар огромной силы сотряс корабль. Мне показалось, что тело разнесло на мелкие кусочки. Что это? Я никогда такого не испытывала. Боги! Еще град мелких толчков. Да что же это такое? «Сокола» бросает от ударов и их отдачи из стороны в стороны. Да, демоны! Обшивке хана! Но что это? Ноа? Ищу ее глазами, но на качели киборга нет. Вокруг паника. Пассажиры держатся кто за что (впрочем, как и я: до побелевших костяшек вцепилась в кресло). Трясет сильно. И, насколько я могу судить, щиты Ноа не «вывозят» эти удары и болтанку. Включилось аварийное освещение. Ой, мамочкиииии! Это совсем плохо! Хмель слетел в минуту. Было страшно. За мой драгоценный корабль и за моих не менее ценных пассажиров… ну и за себя, конечно…

Это что ж: первый и последний полет? Блестяще! Ну хоть погибну в красивом…



Да?! Какое в задницу «спокойствие» ?! Впору голосить: «ААААААААААААА!!!».
Но, само собой, я не могу себе такого позволить. Во-первых, я воспитанная девушка, во-вторых, я дипломированный боевой пилот, в-третьих, да …. к Демонам!
Это метеориты! Вдруг соображаю очевидное. Мы попали в поток. А это ой как плохо.
Корабль снова трясет. Нам надо что-то делать! Иначе нас разнесет на куски!
Однако, легче это сказать «делать», чем реально сделать. Уклониться от потока сложно. Метеориты движутся в нем абсолютно совершенно хаотично… что же делать. Управлять, Грейс. Выводить корабль отсюда. Возможно, будет шанс двинуться в сторону и выйти из потока. Пожалуй, да, так. Но надо понять состояние щитов и корабля. Нужен обзор происходящего. Скидываю туфли, собираясь пробираться (хоть ползком) к своему пилотскому креслу.
И тут вижу приближающегося ко мне капитана. Так. Надеюсь, он не решил устроить разбор полетов за «Святого члена»….
Хочу уточнить про поток, но...


ААААААААА! Это что он творит?! Что?! Ой, Боги! Я возмущенно прошу (ну кричу скорее) меня опустить. Но в ответ не слышу ни слова. Толку ноль. Только зубы клацают от движения и болтанки. Все Боги Альянса! Это ж полкорабля обозревает мою задницу! Надеюсь, всем не до нее. Пытаюсь кое-как натянуть платье, но, само собой, оно смято крепкой рукой капитана, да и этот долбанный стеклярус цепляется.
С другой стороны, не на плече капитана я бы добиралась гораздо дольше…
Фух… Когда Ривз опустил меня в кресло, радости моей не было предела. У меня прекрасный вестибулярный аппарат, но две качки в одном? За бортом и на плече? Круто даже для меня! И не будем забывать про метанол в моей крови!
Представляю какой вид я имею: пилот в праздничном платье. Блещу на все 360.... Да, такого еще никто не творил!
А впереди открывается ужасный вид метеоритного потока. Завораживающе ужасный. Капитан орет:


Да поняла-поняла. Вырубаю автопилот. Ну, «Сокол» мы с тобой прямо любим только экстремально. Уходим отсюда, к Демонам!

Да! Один я проскочила.
Нет! Третий, сменив траекторию, бьет «Сокола» в бок! Демоны! Снова виляю. Слишком плотный поток. Надо что-то делать. Нас разобьет!



Вот это я понимаю! Но, Боги, я тебе тут как возьму старт?! Мне же надо стабилизироваться, дать двигателям возможность нарастить нужную мощь. И еще, неплохо бы, иметь хороший запас топлива….
Снова уклоняюсь от очередного метеорита. От большого, получив в бок мелким. Ну что ж… был бы большой: нас не было ….
Так как же мне «зависнуть» ?! Ты… ты мне капитан сильно будешь должен! За стразы, за плечи, за задницу (в прямом и переносном смыслах!) и за это!

Только выбираю достаточно большой промежуток между метеоритами, пытаюсь нырнуть туда и пустить «Сокола» в гиперпрыжок по велению капитана… но….
Да…ААААА!!!! Вдруг приборная панель искрит. Мы с Чуи еле успеваем отклониться. Еще, неплохо бы, иметь целый корабль, помимо перечисленного выше!

Трясет порядком. Боги, клянусь! Если мы сейчас выживем, я буду самой примерной девочкой! Поставлю вам кучу свечей в храме, в каждом, который встретится мне на пути!

Мой личный «Rammstein» продолжается. Вбок, влево-вправо…. Боги! На приборной панели мерцает надпись о быстрой потере топлива. Нет, нам на прыжок не хватит. Мы… я … «Сокол» на таком не вытянет… Нам хана!



Капитан сжимает мое плечо. АААААА! Да что он меня раньше времени убить решил! Больно же! И так еще страшнее! Лучше б он на меня ругался, я бы на адреналине, на сопротивлении… Ты сможешь… Знал бы ты капитан …. Что это мой второй полет…

О, Богииииииии! Чуи вносит координаты. Я даже не вижу названия. Просто следую проложенному курсу. Нырок под очередной метеорит. Еще нырок. Вот! Сейчас! В потоке виднеется прореха. Я даю полный ход. «Сокол» стонет под моей рукой. Прости-прости! Но иначе нам и не сесть… Нас просто «заболтает» как в центрифуге в этом потоке и разобьет на мелкие куски. Я пытаюсь тебя спасти, мой дорогой! Нырок, нырок…. Топливо почти на ноле. Щитов нет. Тогда у меня совсем мало времени… у меня его нет.
Как? Какими силами мы еще не рухнули? Кто или что дает нам время и нужную мощь?
Ноа.
Ты мой герой!

Снова ныряю с подкруткой и ввинчиваюсь в увиденную прореху потока. Да!

Все системы орут, пищат и что только не делают.
Демоны! Выравниваюсь. Только бы дотянуть. Планета для посадки близко. Теперь, мальчик, потихоньку выходим на курс. Ну давай. Я тебе помогу. Осторожно. Да-да, так я тоже умею. Видишь, мы уже летим. Аккуратно набираю скорость. Демоны! Демоны! Демоны! Я не знаю, как сесть…. Состояние корабля удручающее, тут не надо и мнения Ноа….
Куда еще сесть?! Что это за планета?
Мы на подлете. Ну, видишь, старичок, справились. Осталось нам сесть…. И найти куда!

Снова сноп искр с приборной панели. И … отказали тормоза….
ААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА!

Хорошо, разгон небольшой. Но как мне сесть без тормозов? Думай, думай Грейс!
Перед глазами открываются равнины планеты, выбранной для посадки: разобьемся на хрен!

Но! И! Удача! Боги! Благодарю вас! Вода, вода! Я снижу скорость до минимума. Возьму нужный угол. Будем идти на волне. Улыбаюсь. Чудесная мысль. Но только бы взять нужный угол, иначе разобьемся не хуже, чем об скалы! Так я хотя бы погашу скорость. Иначе я не представляю, как это сделать…

- Всем пристегнуть ремни!!! Будем «приводняться». Тормоза у нас, к сожалению, отказали. Объявите капитан… но про тормоза можно и не говорить…, - кричу, выводя «Сокол» на нужное расстояние от озерца… побольше бы его… но что делать… дальше искать вариантов нет: мы рухнем от отсутствия топлива.

Раз, два, три. Круг на минимальной скорости.
Угол. Самое главное. Чтобы это было не столкновение, а приводнение, как я и обещала.

Четыре, пять, шесть. Снижаемся. Я обещания всегда держуууууу…
Царапаем воду. Трясет. И болтает. Держу «Сокола». Сейчас. Мы скользим по воде. ДА!!!
Только бы теперь хватило длины озера, чтобы погасить скорость и затормозить естественным путем…

Семь…
Впереди – скалы. Чуи что-то кричит мне на вуки… Да, понимаю, понимаю, что летим на них. Что разобьемся, но нам надо затормозить. Скорость еще слишком высокая. Еще немного!
Чуи уже в голос орет (перевожу): «Ты сумасшедшая! Сама ты без тормозов!».

Восемь! Делаю резкий разворот, поднимая волну воды. Не успеем, не успеем. Скалы в метре от нас! АААААААААААА!
И…..
Мы остановились!
Да! Да! Да!
В миллиметре от каменной глыбы… я вот просто могу рассмотреть на ней каждую выемку…

...

Натаниэль Миллер:

Натаниэль обрастал новыми знакомствами и был этому искренне рад. Как бы сильно он не любил уединение и тишину лаборатории, душа требовала общения. Был ли это промысел коллективного бессознательного или чего-другого, Нат не знал, но сопротивляться этому не мог и не хотел. Он с интересом принимал всё, что даёт судьба, был согласен со всем, что ему уготовано. Даже если это такой странный человек как священнослужитель непонятной религии, который больше походил не на кошку, а на бессмертного героя «12 стульев» Кису Воробьянинова с его просьбами о милостыни «Жё нё манж па сис жур» или «я не ел шесть дней» и «Гебен зи мир битте этвас копек ауф дем штюк брод», то есть «Дайте, пожалуйста, несколько копеек на кусок хлеба».

Но при этом в том, как он представлялся и говорил, в глазах мужчины читалось высокое мнение о себе, даже горделивость. И этот контраст разрывал голову учёного. Он не встречал ещё подобных загадок и потому, пользуясь банальной техникой безопасности, решил про себя не лезть на рожон. В его случае – не совать нос куда не надо, а придерживаться вежливого нейтралитета. Если им суждено стать друзьями, то это обязательно случится само собой. Нат был открыт к диалогу и доверительным отношениям с каждым на корабле.
[/quote]- Рада, что вам понравилось! - улыбнувшись, Лайс моргнула, слушая дальнейшие слова ученого.[/quote]
Миллеру показалось, что он был не одинок в своей открытости миру. Звонкий голос Лайс, живая реакция на каждую реплику и даже слово в ее адрес, делали эту девушку очаровательной для ученого. Он не мог оторвать от нее глаз и, возможно, только поэтому в какой-то момент заметил возникшее напряжение.

Вместо приветливости Нат разглядел нечто совершенно иное. Это был… страх? Но почему она боится? Миллер никогда никому не причинял зла. Если ему приходилось убивать ради науки, то он это делал только моментальными и безболезненными способами. Даже кормление Гурда пауками он не считал кровожадным, потому что это пищевая цепочка, естественная составляющая природы и мироустройства.

Натаниэль почувствовал себя несколько не в своей тарелке и был рад на минуту отойти. Он снова отправился к барной стойке и увидел на подносе две чашки с кофе и прозрачный чайник с плавающими в нем разноцветными листьями и соцветиями. Миллер приоткрыл крышечку и принюхался. Пахло чем-то похожим на мяту, чабрец, листья смородины и даже зеленый китайский чай. Решив, что это безопасно, космозоолог поблагодарил бармена и вернулся к компании. Немного успокоился. Возможно, ему просто показалось. Может, он сам себе надумал. В любом случае это не должно мешать вечеру.
– Гурд, хочешь еще воды? – расставив чашки и налив чай Лайс, поинтересовался Миллер.
– Нет, я хочу танцевать, но тут ставят какие-то странные мелодии. Я не знаю ни одной. Не понимаю как под них двигаться. И еще эти дурацкие блёстки с потолка. Я подумал, что это светлячковые пчелопотамусы с планеты Медуза и стал ловить их языком. И ничего не поймал! – цветок явно был раздосадован неудачной охотой и космозоолог поспешил повысить ему настроение. Он обратил свое внимание на проигрыватель и выбрал песню, которую всегда называл космической.

– Эту мелодию тоже когда-то придумали на Земле, но, кажется, с чьей-помощью извне. Устроит?
Гурд начал нагибаться вправо-влево и размахивать листьями как крыльями.
– Сойдёт, – отозвался цветок и прикрыл глаза, отдаваясь танцу.
Пока Нат отвлекался, что-то происходило. Он увидел лишь как Лайс улыбается чему-то своему, кивает и прячется за чашкой.

Чем дольше учёный наблюдал за девушкой, тем больше не понимал. И тем сильнее ему хотелось ее разгадать. Даже слушая про животных на родной планете Лайс, он больше следил за тем как она говорит, а не что.

Зачем она сказала, что всё опасное живое, а красивое опасно? Уже обжигалась? Если так, то Натаниэль был рад, что не обладает какой-то притягательной внешностью. Сколько себя помнил он был ботаником, не самым популярным в интернате и среди работников научно-исследовательского института. Поняв, что задумался и не ответил, Миллер поспешил исправиться.
– Такие птицы как курицы, а также животные как коровы и свиньи составляют основу рациона землян. Конечно, еще есть различные рыбы, морепродукты по типу тех, что мы ели, и прочее, но было проблематично доставить их сюда вотличие от птиц и растений. Есть люди, которые едят исключительно овощи и фрукты, часто по религиозным убеждениям, – Нат бросил взгляд на Кисариуса. Тот явно ел всё. – Так вот. Курицы не летают, сидят на насесте и дают яйца. Это хороший источник белка – наш капитан с его мышечной массой оценит. Существует множество блюд, которые можно приготовить. Я научился нескольким, когда окончил интернат и стал жить один. Если интересно и не страшно пустить меня на время в кухню, покажу.
Пока Миллер говорил, мелодия закончилась и он позволил себе сменить трек на другой, тоже земной и при этом космический, вдохновляющий и философский.

Вернувшись на место, Миллер увидел как под эту песню танцевал Гурд. Еле сдержал смех от его покачиваний и волн листьями-руками.
– Дружище, ты просто ас в танцах. Надо чаще включать музыку в лаборатории. Классическую, например.
Учёный продумывал плейлист, когда услышал слова Лайс капитану.

Миллер невольно посмотрел на пироги и осмелился взять ягодный, хоть их предлагали не ему. На языке взорвались сладость и терпкость неизвестных ягод. Гурд облизал верхние резцы.
– А мне дашь с мясом?
– Нет. Мы договаривались о другом.
– Как будто не самая важная информация. Дай.
– Нет, – Миллер поджал губы и отвернулся для продолжения беседы.

– Мне казалось, что это очевидно, но с удовольствием расскажу. Еще во времена, когда не существовало космических кораблей, а были самые обычные, которые ходят по морям, всю мебель прикручивали к полу. Так она не передвигалась во время штормов. С появлением технологий, в настоящее время придуманы машины, которые создают специальное поле по типу притяжения земли. Такое устройство я обнаружил в лаборатории. Поэтому могу смело сказать, что даже если этот корабль попадет в метеоритный дождь, всё в моей обители останется целым и невредимым. Это необходимая мера безопасности любого ученого.
– Земля вызывает Миллера, – неожиданно произнёс Гурд, привлекая внимание космозоолога.
– Ты же снова обиделся, разве нет? – Натаниэль прищурил глаза.
– А ты слишком добрый, чтобы я делал это долго. Я вижу это по твоим ушам.
– Что? Моим ушам? – Нат даже взялся за них, чтобы проверить всё ли в порядке. Кажется, ничего не изменилось.
– Уши выдают тебя. Добрые уши, признак мягкого сердца, – убежденно кивнул Гурд. – Хотя форма пытается это скрыть. Видишь, ты уже улыбаешься, осталось совсем немного и ты дашь мне пирог с мясом.
Миллер закатил глаза.
– И не надейся.
– Ну нет, так нет. Всё равно его скоро не станет, – неожиданно выдал прогноз цветок-живоглот.
– Да, его съедят.
– С пола вряд ли будут, – хмыкнул Гурд. Помнишь я говорил, что не люблю, когда меня трясут? Держи меня крепко. Накаркал ты со своим метеоритным дождём…

Миллер успел схватить горшок, упасть на пол на колени и прикрыть его собой. Поднял голову, чтобы проверить Лайс и Кисариуса, они тоже упали и лежали рядом. Учёный взял девушку за руку.
– Держись меня, малая. Всё будет хорошо.
Утешение так себе, Нат это понимал, но других слов поддержать хрупкую девушку в критический момент не нашлось.

Вокруг творилась вакханалия, летали вещи, еда, бутылки. Вставать было страшно. В этом липком месиве из крошек и осколков оставалось только лежать и надеяться на то, что все останутся живы, обойдётся без травм. Миллера разрывало между желанием встать, добраться до лаборатории и проверить ее на целостность и нежеланием отпускать ладошку в руке, от которой шло необычайное тепло. Такого он никогда не испытывал. Не знал с чем сравнить. Был потрясен даже больше, чем происходящим.

– Светоносный, присмотрите за Лайс, мне надо обезопасить Гурда и помочь команде, если это возможно.
Миллер сделал непростой выбор, отпустил девушку и, поднявшись, по стене зашатался в сторону выхода из кают-компании. Цветок служил ему навигатором и фонарём, разливаясь флуоресцентным светом.
– Нат, впереди лестница, только не урони.
– Держи крепче корнями камни, дружище. Чую, они нам точно пригодятся на этой планете.

...

Анжали Деви:

Праздничный ужин на «Небесном соколе» был в самом разгаре. Душевные песни, многие из которых я слышала впервые, вскоре сменились зажигательными танцами.
- Да пребудет со всеми нами Великий Летающий Макаронный Монстр! – воскликнула одна из пассажирок, Лея, и пустилась в пляс.
Я невольно рассмеялась ее словам и залюбовалась тем, как она танцует. Очарование юности, красоты и грации – вот кем была юная Лея. Интересно, почему она оказалась среди пассажиров корабля, подумала я. У каждого из нас должна быть особенная причина, чтобы оказаться на борту «Небесного сокола». Сама я старалась ни кем особенно не сближаться, иначе мне тоже могут задать вопрос, зачем я здесь. Вежливые разговоры на отвлеченные темы, вот и все общение.
Наполнив вином очередной бокал, я заметила в углу интерактивный киоск, и направилась к нему, пробираясь через танцующих. Обычно такие информационные стойки ставят в общественных местах, а не на космических кораблях. Полистала сенсорный экран: информация о маршрутах полетов, реклама популярных у космических путешественников туристических мест…Одна из них меня заинтересовала: Аифма, экзопланетный город. Фантастическое место, где я еще не была.

Я разглядывала набережную Аифмы и представляла себя гуляющей по ней. Кто-то рядом со мной задал мне вопрос, но в шуме музыки и разговоров я не расслышала его, поэтому лишь улыбнулась и пожала плечами. И в ту же секунду ощутила, как «Небесный сокол» содрогнулся от мощного удара. Устоять на месте без опоры было невозможно, и я,продолжая держать в одной руке бокал, другой инстинктивно схватилась за информационную стойку. Даже не схватилась, а буквально вцепилась. Недопитое вино расплескалось по моей одежде. Черт с ней. Вокруг все кричали, но в общем гвалте разобрать слов было невозможно. Большая часть команды и пассажиров оказались на полу, не устояв на ногах при ударе, а в кают-компании наступила полная темнота.
Кто-то вцепился мне в ногу, и вскрикнула от ужаса и боли. Может, это Гурд? Отпихнув чужие зубы, я еще больше вцепилась в стойку, чувствуя, как громко бьется мое сердце. Что происходит: мы врезались в астероид? Произошло столкновение с другим кораблем? На нас напали космические пираты? Мысли одна другой страшнее приходили мне в голову.
Включилось аварийное освещение. При тусклом мигании красных ламп с трудом можно было различить хоть что-то, кроме груды упавшей вместе с полками посуды и испуганных пассажиров.
- Это капитан, - раздался по рации голос Ривза. Я тотчас выдохнула. Хорошая новость! значит, капитану удалось добраться до кабины управления и у нас ест шанс выжить. - Мы вынуждены совершить экстренную посадку. И при этом нас хорошенько потрясет. Проповедник...сейчас самое время помолиться.
О, Брахма. С трудом разжав пальцы и отпустив стойку, я опустилась на пол, все еще зачем-то продолжая сжимать уже пустой бокал. Сжавшись в комок и обхватив колени, принялась молиться вслед за всеми. Укушенная нога жутко болела, но это казалось мне сущей ерундой по сравнению с тем, что нас могло ожидать.

...

Лея Андромеда:

Как же весело!
После бегства с родной планеты Лея думала, что больше никогда не будет смеяться. И, возможно, потом она испытает чувство вины за то что дала себе слабину, однако же это будет потом.
А пока Лея чувствовала себя пушинкой, подхваченной ветром. Принцесса кружилась, подражая движениям Анжали Деви. Хотя, разумеется понимала, что изображает лишь что-то отдаленно похожее на искусство знаменитой танцовщицы.
На Антаресе танцы подчинялись строгим правилам и в них не допускались вольности. Единственное исключение - ежегодная церемония почитания Летающего Макаронного монстра под названием Дошир-ак.
Лея подняла лицо к потолку, словно желая почувствовать на коже дождь из страз, хотя понимала, что это невозможно. Она даже продолжала смеяться, когда чудовищная сила словно подбросила девушку в воздух и тут же опустила на пол.
Лея упала во что-то мокрое – алкоголь! и проскользила по разбитому стеклу, полируя пол розовым халатом. От удара ее голографическое кольцо спало и принцесса была даже рада, что включилось мигающее аварийное электричество. Оно до поры до времени скрывало, во что она одета на самом деле. Девушка изумленно уставилась на руку – разбитое стекло порезало кожу, оставило глубокие царапины. Но все вдруг стихло и пол перестал трястись. Им все-таки удалось приземлиться и выжить?

...

Кисариус IX Светоносный:

Вечеринка плавно двигалась к зениту. Песни громче, скачущие по стенам зайчики быстрее, дымок из шейкера стал такой плотности что почти материализовался в Бахуса. Кисариус дошел до стойки. Инстинкт самосохранения подсказывал- надпись « кофе» на банке не указывает на содержание. Мужчина осторожно приоткрыл крышку и увидев соль удовлетворенно хмыкнул. Преподобный начинал понимать с кем имеет дело. Кофе нашлось в банке с надписью «перец». Давно такой бурды не пил, - подумал заливая кипятком коричневый порошок, и пряча получившийся напиток под шапочку из сливок. Попробовал. Скривился. Оставив получившееся пойло на стойке, прихватил бутылку воды и вернулся к дивану.
Лайс, с аппетитом прихлебывая чай, как раз заканчивала рассказ о фауне родной планеты.

- Спасибо. Примерно так и полагал, - выслушав ответ Кисариус вежливо кивнул, - но хотелось получить подтверждение своим догадкам.
Носитель Света открыл бутылку и, налив в свою опустевшую рюмку воду, сделал глоток. Он вспомнил взлет и то как разлетались вещи по каюте. Вероятно почти вся гравитация корабля сосредоточена в лаборатории а остальные довольствуются тем что смогли найти. И саморезами. Мужчина вспомнив как ловко чинилась техника на кухне бросил взгляд на Ноа. Задача минимум — попросить во временное пользование отвертку и пару шурупов, задача максимум — подружиться с механиком и с ее помощью оборудовать каюту системой по типу лаборатории. Завидовать курам — это курам насмех. Кисариус ухмыльнулся.
Возле стола возник капитан и алкающим взглядом заскользил по закускам. «Ой, мамО. Капусточка конечно дело хорошее, но дома стоит держать и мясные закуски». Фраза из какого-то старого фильма зазвучала в голове Кисиариуса. Проповедник хотел предупредить капитана - пироги невкусные, но не успел.
Раздался грохот и «небесный сокол», подпрыгнув, пошел боком. Удар, скрежет, корабль мотнуло в сторону. Кисариус машинально перехватил пролетающую мимо Лайс и швырнув на диван, второй рукой схватил с него подушку накрывая девушку. Падая рядом вторую подушку водрузил себе на голову. Все это заняло секунду.
Кисариус был не просто убежденным агностиком, он свято верил в закон Мерфи гласящий: если что-нибудь может пойти не так, оно пойдет не так.
Так что сидя на диване, одной рукой придерживая, прикрывающую голову, диванную подушку, второй придерживая такую же подушку на умеренно возмутившуюся Лайс, Кисариус наблюдал за быстро трезвеющим экипажем и с такой же скоростью пустеющей кают компанией. Прощальные зайчики, пущенные пятой точкой, водруженного на плечо капитана, пилота, растаяли. Остался звон бьющегося стекла, шлепки, взлетающих под потолок и устремляющихся к встрече с полом тарталеток и, похожее на звук горной реки, журчание разливающегося алкоголя. Оказавшиеся на полу светящиеся мидии скользили, подчиняясь законам физики и траектории корабля, рисуя абстрактные, исчезающие под приливами алкоголя, картины.
Кисариус краем глаза заметил движение сбоку, повернулся и увидел как космозоолог прижимая к груди цветок держит Лайс за руку. Направляющий к Свету не сразу понял что его смущает. Малая?! Как он назвал Лайс?! Прозвенел звоночек. Кисариус мысленно подобрался. До прихода в Орден мужчина волею профессии вращался в разных кругах и знал - люди с ученой степенью и обширным словарным запасом не используют подобное обращение к девушке.
Неужели объединенный синдикат сумел узнать где он и куда направляется? Проповедник Света мысленно прошел весь путь от святилища Ордена до корабля. О его отъезде знали все. Громче всех горевал, отсчитывающий командировочные, казначей. Неужели… Не может быть. Это просто бессмысленно.

Звоночек прозвенел второй раз. Кисариус вспомнил как представлялся и, повернувшись, посмотрел на космозоолога.
- С чего Вы взяли что можете раздавать советы за кем присматривать, а за кем не стоит, - в творящейся какофонии хаоса голос Кисариуса звучал ровно,- я буду делать то что сочту нужным. А Вы, идите в… Свете.
Взглядом проводив Натаниэля и Гурда, Кисариус выдохнул. Спасти цветок -разумно. Гурд Кисариусу понравился. Но чем, интересно, космозоолог сможет помочь почти протрезвевшему экипажу корабля в случае экстренной посадки? Ответ был однозначный- ничем. Подозрение разрастаясь множило раздражение.

На миг «небесный сокол» замер. Кисариус понял - сейчас либо начнется маневр, либо камнем рухнем вниз. Он зажмурился. Корабль не рухнул. Кисариус распахнул глаза и выхватил из-за пояса варган, сунул в руку Лайс тентаклю и ухмыльнулся.
- Размахивай и посылай нас к Свету, - сказал поднося варган к губам, - если не разобьемся — шапочка твоя. Можешь даже брошюру не пересказывать
Проповедник кивнул воодушевившейся девушке и начал играть заунывно-забористый мотив утреннего приветствия Свету. Он с первых звуков ненавидел эту мелодию но сейчас она успокаивала.
Корабль закрутило. Удар. Скрежет. Остановка.
Варган выдав последнюю ноту затих. Кисариус спрятав инструмент за пояс, ушами от шапочки промокнул выступившую на лбу испарину и поднялся. В кают компании еще кто-то был. Слышалось тихое, похожее на молитву, бормотание и плач.
- Где вы?, - позвал Проповедник двигаясь на раздающиеся голоса, - с вами все в порядке?
Пошарив в карманах наткнулся на комлинк и, вытащив его, включил фонарик. В возникшем круге света, на барную стойку, в центр коричневой, пахнущей кофе лужи, шлепнулась и разлетелась брызгами шапочка сливок.

...

Джорджина Вудс:

Где-то в космосе...

— А Минздрав, между прочим, предупреждает...
— Минздрав, между прочим, мне копейки платит, поэтому мне пофиг на его предупреждения! Раньше надо было предупреждать, когда я в медицинский шел!
🍿 Интерны

Хоровое пение было в самом разгаре, когда корабль ощутимо тряхануло.
- Что за... - я не успела договорить, как в следующую момент уже лечу на пол, спасибо Чуи, он успевает меня подхватить и не дать приложиться виском о край стола.
А то врачу самому понадобиться медицинская помощь, а я не люблю лечиться, я знаю как учились те, кто теперь лечит, я видела.
Ноа убегает в машинное, кэп хватает Грейси, которая протрезвела в секунду и вместе с Чуи несется на мостик, ну а я остаюсь с пассажирами.
Успокаивать и если необходимо лечить.

- Есть, кэп! - встав уже более-менее твердо, но все равно держусь за стол и оглядываюсь на полную разруху кают-компании.
М-да, убирать ее будем долго и муторно.
- Фотон, иди ко мне красавчик, - когда попугай приземляется ко мне на плечо сразу становится спокойнее.
По всему кораблю заработало аварийное освещение красного цвета.
- Твою мать! - других слов не было, как и алкоголя в крови, он растворился моментально.

- Сейчас будет трясти, так что убедительно прошу держаться как можно крепче! - я оглядываю пассажиров, от этой жуткой подсветки становится не по себе, - После того как мы полностью остановимся, те кто получил какие либо травмы, не важно, ушибы это или мелкие царапины сразу ко мне. Будем лечиться. Возражения не принимаются!

...

Хантер Ривз:

Когда корабль остановился в паре сантиметров от каменной скалы и замер, Ривз осознал, что последние пару минут, кажется, не дышал.
Вся жизнь пронеслась перед глазами…да, надо явно в ней что-то менять.
Шумное – «фффух» от капитана раздалось, прерывая тишину на мостике.
- Не сдохли – и ладно – Хантер подмигнул откинувшейся на сидении и переводящей дух Грейс.
- Давайте выбираться и оценивать ущерб. Будем выводить людей. Чуи, захвати навигационный планшет…еще бы чуть-чуть и никакого мамкиного борща, да дружище?
- Аррррргггг.
- Келли? Можешь сидеть на штурвалом в таком наряде всегда?
- Идите, вы, капитан, знаете куда…
- Знаю, но раз возмущаешься, то ты в порядке. Отличная работа, пилот. Хвалю. А теперь давайте посмотрим, как там остальные.
«Небесный сокол» хорошенько растрясло, насколько все серьезно – еще предстоит узнать, а пока капитан добирался до кают компании, посмотрел на дверь, держащуюся на одной петле и заглянул внутрь.
- Жертвы есть?
Как по заказу с потолка упала балка и одним концом уткнулась в пол.
Так, вроде все живы. Во всяком случае трупов не видно, а это уже хорошо.
- Ты как, институтка? – Хантер заметил на рукаве розового халата Леи (а когда она успела переодеться-то? На раздевание вроде не играли) кровавое пятно, которое все разрасталось.
Поднял с пола тканевую салфетку, та была влажной от алкоголя (бутылок-то сколько побилось, аж сердце щемит), но ничего – сразу будет дезинфекция.
- Я в порядке! – упрямо заявила девчонка, а когда увидела кровь – бухнулась в обморок. Но упала на мягкое – прямо на Чуббаку.
- Ничего, Джорджина разберется. Нам нужно вывести вас всех наружу, пока не будет устранена проблема с топливом.
Если оно разлилось по кораблю, то достаточно небольшой искры…
Хантер подхватил на руки Анжали Деви, которая поморщилась, наступив на ногу.

Планета, на их счастье, оказалась с пригодной для дыхания атмосферой. На этом плюсы заканчивались. Вокруг – куда ни посмотри, красные скалы и никаких людей. Хантер осторожно усадил Анжали рядом небольшим валуном, чтобы ею занялась Джо. Вуки пристроил туда же бесчувственную Лею.
С трапа соскользнула Ноа.
- Скажи мне что-нибудь хорошее?
- Ну, ты качок и при правильном освещении…
- Хватит издеваться…не время и не место – Ривз потер глаза – Мы в жопе?
- В полнейшей – бодро отозвалась Ноа – Нужны запчасти, чтобы залатать все и самое главное - топливо. Без него «Небесный сокол» не взлетит.
Предвосхищая все возмущенные голоса, капитан предпочел громко сказать:
- Не волнуйтесь. Мы обязательно что-нибудь придумаем… - он взял у Чубакки навигационный планшет.
- А где мы? – спрашивает Грейс за его спиной.
- На планете Ка-Пэкс – быстро отвечает Ривз.
Хорошая новость все-таки есть, Альянс их здесь не достанет. Плохая…да они все плохие. Ривз знал, о провальных миссиях на эту планету. Что таилось в красных безжизненных скалах, что заставляло отступить и бежать даже беспринципных и безжалостных бойцов? Вся информация была засекреченной, даже Ноа почти ничего не удалось выудить.
- Так…карты оставляют желать лучшего…но вроде недалеко должна быть заброшенная база Альянса. Там может оставаться топливо и что-то для ремонта.
Хантер вздохнул.
- Я попрошу вас всех оставаться у корабля – так безопаснее – хотя, безопаснее ли, кто знает? – Пока я пойду на базу и разведаю все. Кто-то хочет присоединиться?

...

Кисариус IX Светоносный:

В кают компании зазвучал голос призывающий выйти из сумрака и не стесняясь показать доктору где болит. Кисариус ухмыльнулся и потер так кстати занывший ушиб. Добрый доктор подует на ссадину и поцелует в самый синяк. Это было бы очень кстати, но видимо не в этом полете.
Кают компания снова стала меньше когда в дверях возник капитан и следом вуки. Кисариус выключил фонарик и попытался вытащить из рук Лайс тентаклю. Оказалось это сделать не проще чем отобрать аксессуар у Мурзика.
- Отпусти, - он потянул чуть сильнее и поняв прием не сработает, добавил, - ты сейчас отдашь мне символ Света, а я принесу шапочку.
- Принесешь?,- Лайс посмотрела недоверчиво,- нет, правда? Ты конечно Светоносный и все такое, но я хотела бы…
- Свет с тобой, - Кисариус посторонился пропуская шествие, - пошли вместе.
Подождав пока из кают компании вынесут дев, в одной из которых (по цвету неглиже) мужчина опознал ту что видел на планете. Решив — в данную минуту вопросов лучше не задавать, Кисариус устремился вглубь корабля, к своей каюте. Сзади послышались торопливые шаги. Поездка стала приобретать черты фантасмагории. Хороший тамада и конкурсы интересные. Подумал Кисариус отперев дверь. Замерев в дверном проеме окинул взглядом бардак и тут почувствовал как в его спину на полном ходу влетела Лайс. Он даже не поворачиваясь знал что это она.
- Ой, сколько тут…, - девушка встав на цыпочки заглянула поверх плеча.
- Не подглядывай, - Кисариус сделал шаг вперед и закрыл дверь перед любопытным носом.
- Так нечестно, - Лайс поскреблась в дверь и добавила понижая голос, - тут страшно.
- Направь мысли к Свету, - проворчал под нос Кисариус, ураганом проходя по каюте.
Сбросив на кровать, влажную от пережитых волнений шапочку, достал свежую и водрузил на голову. Повертев в руках тентаклю которой сначала поиграл Мурзик, а потом Лайс понял- можно выбрасывать. На материалах орден не экономил, но… Отдам Мурзику… потом.
Кисариус проверив уровень заряда спрятал бластер в складках одежды, сунул в карман кастет, поправил шапочку и пристроив на пояс новую тентаклю распахнул дверь. Привалившаяся к стене Лайс смотрела в темноту коридора.
- Вот, - мужчина протянул зеленую шапочку с ушками.
- Ааааа…
- Первая ступень, - важно кивнул Кисариус, - пошли искать остальных.
Лайс снова попыталась заглянуть в комнату но Кисариус успел закрыть дверь, снова чуть не стукнув по любопытному носу.
Выйдя из корабля мужчина огляделся и услышал слова капитана. Вытащил комлинк и введя в название планеты, поморщился.

Кисариус раздумывал ровно мгновение.
- Хантер, пожалуй составлю вам компанию, - взглядом окинув остатки корабля, едва заметно усмехнулся, - помощь высших сил будет не лишней.
Кто бы еще верил в эти высшие силы. Но сейчас это не имеет значения.
- В какой стороне надежда на ремонт?

...

Грейс Келли:

Чёрти где…

Сели? Сели. Сели. Сели. Сели. Сели….
И целы…
Ну как…
Но точно живы.
Смотрю на скалу, о которую мы только что волею Богов не разбились…
Красная.
Пригодна ли эта планета для жизни?
Выбирая место для посадки никто, полагаю, не задумывался об этом.
У нас не было выбора. От слова «совсем».
Мы бы рухнули в отсутствии топлива.
Если бы не сели.
Не приземлились.
Не приводнились.
Если бы…
В голове до сих пор стоит гул, дрожащих под рукой двигателей, на последнем издыхании вывезших нас сюда… Не могу дышать… Как же это было страшно…
Но мы сели.
Куда?!
Пока, впрочем, всё равно.
Я не сдохла красиво. Разве это не плюс? А меня учили никогда не терять присутствия духа. Всегда искать положительные стороны. Всегда быть сильной.
Сильной… да…
Откидываюсь на кресло. В голове все еще гудит:
Alle warten auf das Licht
Все ждут света
Fürchtet euch, fürchtet euch nicht
Не бойтесь, не бойтесь.
Die Sonne scheint mir aus den Augen
Солнце светит из моих глаз…
Да, свечу я не хило… пилот в коктейльном платье… что за пассаж!


Боги… да я дышу через раз. А ему - «ладно». Адреналин сдувается как шарик. Останется только полное опустошение.
Да, уж, «Сокол», это были два незабываемых раза…
Капитан говорит … слышу как сквозь вату…
Не сдохли… Да. Наверное, есть шанс увидеть местное «солнце»…
Капитан продолжает собирать команду в кучу. Подбадривает. Веселит. Да, это правильно. Он тут самый главный. Тот, кто несет ответственность за нас всех. Он… и чуть ранее - я. Вот только у меня нет сил ни веселиться, ни говорить, ни даже улыбаться. Как люди находят в себе это? Сила? Уважаю. Но не сейчас… Думать… анализировать… все потом…что я творила и живы вообще люди?! Боги! Только бы никто не пострадал! Я не переживу!

Чуи отвечает. Как они все остаются такими бодрыми?!

Что? Опять я? Мало тебе что ли?!



Ах, платье… да…
Да… могу светить сколько угодно… но даже мои батарейки иногда уходят в ноль… мне срочно надо уйти.
Встаю, чуть пошатнувшись. Вуки протягивает мохнатую лапу-руку, поддерживая. Какой же ты хороший. Не думая, просто обнимаю. Может быть, потому, что мне срочно нужен кто-то… кто скажет: «Все будет хорошо, Грейси».
Плохо мне…
Держась на том, что я сильная, на слегка трясущихся ногах, комментирую в никуда:
- Да, я переодеться.
Ухожу. Спокойно. Светясь отблесками местного солнца. На негнущихся ногах.
А, да: Просто иди, Грейси.

Бедный «Сокол».
Корабль представляет собой рухнувшие мечты Грейс Келли о милых путешествиях на курорты Альянса… и самое страшное… я четко осознаю: по-другому я уже больше не смогу.
Как мне тебя жаль, мой дорогой.
Но меня потрепало не меньше…

Захожу в каюту. С трудом скидываю платье…
Интересно, Джо не выдает там метанол с этанолом? Мне бы не помешал.

Выезжает душевая кабинка. Еще что-то работает? Хм… Электроника не сдохла, уже плюс.
Захожу. Дверцы приходится доводить до закрытия руками. Все же нет, почти все сдохло…
Вода?
Скорее всего нет… сдохшая автоматика такое не вытянет… но я не знаю, где мне еще спрятаться… и что может помочь…
Душ-автомат плюет на меня чуть теплыми каплями воды…
И замирает.
Класс.
Хочу попробовать «ручной» режим. Смотрю на руки. Пальцы трясутся как бешеные. А я все смотрю на них. И вижу на руках капли… но не от того, что автоматика «ожила». От того, что я плачу… мои слезы окропляют руки, которые, возможно, я надеюсь… спасли всех этих людей… какой к Демонам рамштайн?! О, чем ты думала, Грейс?! Рисковала собой и людьми? Разве этому тебя учили? Но как тут иначе? Что я могла бы сделать? Это было … сложное решение. И как я это сделала?!

Слезы уже не просто катятся из глаз.
От страха, напряжения и груза ответственности я рыдаю… опустившись на дно кабинки, закрыв глаза, сотрясаясь от рыданий.
Хорошо, что я здесь одна!
И как же жаль.
Мне срочно нужна помощь…
Зачем и почему все так со мною происходит?!
У меня совсем не каменное сердце… и я совсем еще не крутая девчонка… мне было так страшно… до самого дна этого моего сердца… как я это вывезла?!


Я же своей рукою
Сердце твое прикрою
Можешь лететь
И не бояться больше ничего
Сердце твое двулико
Сверху оно набито
Мягкой травой
А снизу каменное-каменное дно…

...

Натаниэль Миллер:

Ведь я пытаюсь быть лучше,
Чтобы снова приплыть на дно.

Я не знаю где мне станет хорошо. От чего?
Я бегу куда-то, если всё давно решено.
Мартин (с)


Красный пульсирующий свет резал глаза, раздражал монотонностью и невозможностью рассмотреть коридор дальше метра. Миллер, крепко стискивая горшок и шаркая, пробирался вдоль стен в сторону лаборатории. Рука нашарила в кармане ключ и крепко сжала его в поисках опоры.
– Гурд, ты как? Не устал ещё? – подсветка для цветка была энергозатратной, но в данный момент необходимой.
– Нет, – вытолкнул из пасти друг и вместе с этим словом кусочек чего-то непонятного.
– Что это? – учёный прислонил ключ к считывателю и ввалился в лабораторию. Внутри всё было спокойно. Робот-коптер выполнял свою задачу, следил за животными и растениями. Магнитное поле работало несмотря на почти мёртвую автоматику корабля. – Ну-ка, говори! Ты кусил кого-то?
Если бы цветок мог покраснеть, то он бы так и сделал. Вместо этого погасил проявленный свет.
– Это был пирог… С мясом, – тихо признался, когда космозоолог ставил горшок под фитолампы, чтобы сублимировать пережитый стресс и восстановить оболочку клеток.
– Но ты же сам сказал, что его никто не будет есть с пола! – возмутился Натаниэль, раскрывая виртуальную панель с отчётом о состоянии растений и животных, убеждаясь, что они в порядке.
– А я не побрезговал, – опустил голову Гурд. – Вкус так себе. Что ты собираешься делать?
Миллер строго посмотрел на друга и отменил для него голосовое управление роботом.
– Посидишь на диете какое-то время. Коптер не принесёт тебе пауков, а я не отрежу колбасы, пока ты не осознаешь всю глубину своего проступка, – учёный стал рыться в шкафу в поисках нужной чаши Петри.
– Это жестоко! Ты не можешь так поступить! Ну, подумаешь, слизал с пола крошки и легонько куснул танцовщицу за ногу. Она была такая аппетитная на вид…

Космозоолог открыл рот от изумления. Задохнулся от шока.
– Ты… что сделал? Скажи, что пошутил. Нас же просто выкинут в открытый космос после подобной выходки и будут абсолютно правы!
У Гурда после этих слов затряслась нижняя губа и из глаз покатилась розовая слезинка.
– Мне нельзя в открытый. Мне надо за Край.
Миллер двумя руками вцепился в волосы. С одной стороны, то, что сделал цветок, было продиктовано его природой, а с другой, недопустимо в обществе.
– Ты понимаешь, что травма может быть серьезной? А вдруг Анжали не сможет танцевать? Надо это выяснить и, если ничего серьезного, обязательно принести извинения. Слышишь меня?
– А если всё плохо? – тихо спросил живоглот, вспоминая упругие мышцы на языке.
– Будем делиться тем, что у тебя спрятано в горшке. И молись, что это покроет ущерб, возместит моральную компенсацию… Где же они? А, вот! – Учёный нашёл чашку Петри со светящимися наномикроорганизмами НМО-25, открыл ее и опустил на стол. Очень быстро жители стеклянного дома поняли, что свободны и стали расползаться по полу, стенам, потолку, прикрепляясь к нему, пробираясь в вентиляцию и освещая не только лабораторию, но и весь корабль теплым желтым светом.
– Вау, – выдохнул Гурд с придыханием, а потом хохотнул и произнёс голосом священника. – Идите к Свету.
– Нет, стоп, – нахмурился Миллер, продолжая перебирать пробирки и баночки. – В случае НМО-25 и не только их правильнее сказать: светите, ведь свет и есть вы… А вообще, каким бы странным не казался Кисариус, я бы не оставил с ним Лайс, если бы не видел, что тот может ее защитить... Как думаешь, она не обиделась на то, что я ушёл? Мы ведь только познакомились. Будет жаль, если такая необыкновенная девушка станет меня избегать. Мне правда хотелось узнать ее лучше и, возможно, подружиться.
– Откуда мне знать? Я не специалист по женщинам. – Пожал листьями как плечами Гурд. – А как ты обратно соберешь своих микронано чего-то там? Свет ведь починят, когда-нибудь появится, – перевёл тему.
– О, это просто. Стоит только положить один наномикроорганизм НМО-25 обратно в чашку и остальные придут к нему. Это колония, они общаются между собой и четко чувствуют, когда надо собраться. – Так, не отвлекай меня больше… Кроме мисс Деви на корабле могут быть еще пострадавшие.


– И что? Здесь есть врач. Она окажет им помощь, если нужно, – цветов сложил руки-листья. – Мы тут при чем?
Миллер, наконец, отыскал диктофон и сделал важную запись.
Объект наблюдения: цветок непентесурольмарьянмар. Событие. Проявил кровожадность и укусил пассажирку. Необходимо выявление факторов, которые влияют на его эмоциональность и необдуманность действий.
Пока космозоолог говорил, цветок только закатывал глаза.
– Да есть я хотел! Больше ничего. А ты мне подсунул какую-то серую слизь и отщипнул малюююсенький кусочек нарезки.
Миллер поджал губы. Если это правда, то придётся нарастить объёмы кормовой базы цветка, давать пробовать яйца, куриное и перепелиное мясо.
– Всё. Мы это больше не обсуждаем. Сейчас мне надо разобраться с «полевой» машиной, чтобы усилить ее влияние. Не хочу больше валяться среди стекол. Один мой знакомый энергетик из Альянса рассказывал, что можно подкрутить несколько гаек и охват поля станет больше. Пусть на весь корабль его не хватит, но хотя бы часть кают зацепит.
– Не думай пока об этом. Мы приземлились, Натаниэль. Никаких летающих бутылок и еды еще какое-то время, – произнёс цветок и Миллер, выглянув в иллюминатор, с удивлением обнаружил, что «Небесный сокол» совершил аварийную посадку. Он так ушёл в свои переживания, что не заметил.
Заметавшись по лаборатории, учёный стал быстро собирать сумку со всем необходимым: пробирки для сбора воздуха, грунта, воды, микроорганизмов, пистолет со снотворным, лупу, бинокль, фотоаппарат и прочее для исследования новой территории. В последний момент закинул воду и энергетические батончики.
– Эй, ты куда? А я? – закричал Гурд, наблюдая, что Нат двигается к выходу.
– А ты сидишь здесь, потому что наказан. Коптер будет приносить тебе паука каждые два часа.
Миллер вышел из лаборатории, закрыл дверь и перекинул сумку через плечо. В коридоре никого не встретил, а желание заглянуть в кают-компанию подавил. Он не должен вмешиваться в работу доктора только потому что тоже кое-что понимает и в человеческой анатомии. Сам терпеть не мог непрошенных советов или помощи.

– Капитан, я готов присоединиться, – Миллер кивнул Ривзу и Кисариусу. Сделал про себя вывод, что с Лайс всё хорошо, раз он здесь. Успокоился и собрался.
Если к названию и истории планеты, на которой они оказались, вопросов не было, то ко всему остальному оставалась масса. Они кружили в воздухе как голуби над только что вымытым космолётом и улетать не собирались.

...

Анжали Деви:

Когда корабль закрутило и затрясло, я почувствовала, что меня начало мутить… Проклятье! С трудом подавив желание исторгнуть из себя содержимое своего желудка, я приготовилась выжить или умереть и мысленно обратилась к Богу: «О, Брахма, творец нашей Вселенной, величайший художник и дизайнер проявленного мира…Мне известно, что у каждого из нас в этой жизни своя роль и свой удел. И потому, умоляю, помоги нам…»
Это было все, что я могла предпринять.
- Сейчас будет трясти, так что убедительно прошу держаться как можно крепче! – послышалось мне. - После того как мы полностью остановимся, те, кто получил какие либо травмы, не важно, ушибы это или мелкие царапины сразу ко мне. Будем лечиться. Возражения не принимаются!
Я лишь сжалась сильнее от этих слов, продолжая невидимое общение с высшими силами. И, кажется, Брахма услышал мои мысли. Раздался удар, за ним скрежет, и корабль замер. Я боялась пошевелиться и так и сидела, уткнувшись в колени.
- Жертвы есть? – неожиданно раздался голос капитана.
Жертвы?!..
Я осторожно приподняла голову и мутным взглядом посмотрела на то, что представляла кают-компания после катастрофы. Зрелище было пугающее. И словно в довершении моих мыслей с потолка упала балка и одним концом уткнулась в пол. Вздрогнув, я выронила бокал, и он, оставшись целым, покатился по полу.
Жертв среди тех, кто находился в кают-компании, к счастью, не оказалось. Только травмированные. От вида крови бедняжка Лея упала на Чубакку.
- Ничего, Джорджина разберется. Нам нужно вывести вас всех наружу, пока не будет устранена проблема с топливом, - усмехнулся на это капитан.
Джорджина?...кто это? Я наморщила нос, припоминая. Ах, да. Это девушка-врач на корабле, та самая, что обещала всех вылечить после того, как «Небесный сокол» полностью остановится.
Я попробовала было встать и пойти к выходу, но нога отозвалась болью. Черт…
Словно расслышав это, капитан подошел ко мне и, подхватив на руки, вынес из корабля. Я не сопротивлялась – слишком устала, чтобы думать о приличиях. К тому же нога моя и в самом деле болела.
На наше счастье, за пределами корабля оказалась пригодная для дыхания атмосфера, и я жадно вдохнула воздух. Не знаю, где мы очутились, но место выглядело совершенно необитаемо: одни красные скалы вокруг, и ничего более. Хантер усадил меня на большой камень, и я, чуть смущаясь, поблагодарила его за заботу. А он лишь кивнул мне, и кинулся вновь на корабль, чтобы вскоре вернуться с Леей. Бедная девочка все еще пребывала в обморочном состоянии.
-Потерпи, милая,- прошептала я, - сейчас придет доктор, и займется тобой…

...

Джорджина Вудс:

Кто в курсе где мы?

Наконец "Небесный сокол" замер неподвижно, тряска прекратилась и воцарилась полная тишина, и именно в момент этой тишины раздался скрежет и одна из балок сорвалась с потолка, воткнувшись другим концом в пол.
- Фотон, ты цел? - протянув руку, аккуратно глажу попугая по представленной голове, - держись за меня и ни шагу в сторону!!
- Кр-р-р-расотка!!! Кар-р-рамба!!!!
- Да, родной, тут ты прав!
Хорошо, что на том месте никого не оказалось, и любимые качели Фатона тоже не пострадали, а то и годовым запасом сахара не откупимся.
После появления Ривза все быстренько, на сколько это вообще было возможно собрались и пошли к выходу, а мне надо было в мед.отсек, без своей походной сумки, я была как без рук.
Из корабля я кажется вышла последней.
А где Грейси?
Оглядела пассажиров, команду, но ее нигде не было.
Начинать беспокоится, или пока рано?
С виду корабль был цел. Быстро осаьрев команду и убедившись что они все целы я пошла к камням у которых были две девушки.
Одна была без сознания, а вторая держалась за ногу.

- Я тут, - присаживаясь рядом с девушками, блестящие платья не лучший выбор для работы в поле, - в двух словах, что и где болит!

...

Лайс Атрау:

Натаниэль начал рассказывать про кур и другую живность, и Лайс слушала внимательно и с интересом. Она представляла их — в ярком оперении (вроде попугая), сидящих на насесте и несущих светящиеся разноцветные яйца. Ей очень хотелось взглянуть на неизвестных животных. Несмотря на то, что на Церере большинство животных хоть и были красивы, но столь же и опасны, Алластрии нравилось за ними наблюдать. Но идея приглашения на кухню космозоолога не показалась девушка правильной. Узнает, что я не умею готовить и все! Нет, нет, это должно остаться её тайной. Ну еще Ноа. И Кисариуса. Крэп!
Потом были снова песни, Лайс улыбалась глядя на то, как танцует Гурд — он показался ей забавным, хоть и явно опасным. Его зубы, наверняка, должны были бы пугать, но церерианка видела в нем что-то светлое. Его аура излучала тепло и голоса молчали, не предостерегая.

Все изменилось в одно мгновение. Корабль внезапно дёрнулся так резко, что чай в чашках превратился в невесомые россыпи капель, зависшие в воздухе на долю секунды. Потом «Небесный сокол» встряхнуло снова — громче, тяжелее. Лайс даже не успела ни за что ухватиться и пискнув, полетела прямиком в стекла от падающих и разбивающихся бутылок. Но долететь туда ей было не суждено — ее резко кто-то перехватил и швырнул обратно — в диван. Она хотела посмотреть на спасителя, но ей в голову прилетела подушка и чья-то рука прижала ее. Лайс недовольно завозилась, но очередной вираж и грохот развеял ее попытки. Уж лучше на диване и с подушкой, чем получить в лоб подвесным креслом. Корабль бросало из стороны в сторону — то вверх, то вниз, будто он метался, уворачиваясь от чего-то невидимого. Потом раздался первый удар — сухой, металлический, за ним ещё один, и ещё…

Девушка вздрогнула — не от голоса, а от воспоминания, всплывшего, как сор из глубины. Когда-то её так называла Тарра, девушка Бранниса. Резкая, громкая, с кричащим макияжем и пустым смехом, от которого хотелось зажать уши — типичная представительница неблагополучных районов, в которых могли ограбить или даже убить. Она жила у них несколько месяцев — курила прямо на кухне, ругалась со всеми, кто не разделял её "жизненных принципов", и вечно таскала у брата кредиты. "Малая". Лайс не нравилось это слово. От Натаниэля, который показался культурным человеком науки, она такого не ожидала. Но мысли об этом улетучились сразу, как корабль снова мотнуло, а в обшивку явно что-то врезалось.

Лайс зажмурилась. Подушка на голове защищала от возможного падения на нее предметов, но не могла защитить от того, что было внутри. Выброс адреналина словно взорвал все нейроны мозга, активизировав психоэнергетическое восприятие и усилив его. Виски привычно прострелило болью. В голове роились чужие голоса, перемежаясь с собственными воспоминаниями.
Брахма… халат… Алластрия, стоять! … макаронный монстр… синдикат… рука… смотри на меня… Лайс, иди на Зов…
Бессмысленный и беспощадный гул, в котором удавалось разобрать отдельные слова. Она почувствовала касание к руке и неосознанно сжала в ответ, крепко зажмурившись и пытаясь выбросить из головы всех, кто ворвался туда без спроса.
Браннис… Воспоминание о брате отозвалось теплом в груди. Когда мир раскалывался пополам — всё звенело, мерцало, и Лайс казалось, будто в её голову вбивают горячие гвозди, а голоса накатывали как волны — чужие мысли, эмоции, лица — тогда брат обнимал, сжимал ее руку и старался успокоить.
— Тише, — голос Бранниса звучал где-то над ухом, мягко, почти шепотом, — дыши, слышишь? Дыши со мной.
И сейчас мысли о брате, пронесшиеся за несколько мгновений, стали спасением. Мир чуть притих. Голоса — дальше. Свет — тусклее.
Я не дам им тебя забрать, - шепотом брата в голове.

Боль наконец отпустила, так же быстро, как началась. Голоса замолкли. Все это длилось каких-то пару минут от силы, а может прошли и вовсе секунды. В такие моменты все границы стирались.
Корабль в очередной раз тряхнуло и он застыл. Не разбились? Пресвятой Магнетар! Не разбились! Волна облегчения и радости сменили страх, вытесняя его. Лайс скинула подушку, поднимая голову и оглядываясь. Вокруг царил полный бедлам — освещение тускло мерцало, вокруг все было разбросано и разбито, на полу валялись даже люди. Но внутри расцетало теперь облегчение. Тряхнула головой, провожая взглядом космозоолога с цветком, отправленного Кисариусом в Свете, и все еще обнимая подушку, села на диване. Выдохнула. Надеюсь, никто не пострадает.
Оказалось, это лишь передышка, потому что корабль снова мотнуло. И тут в ход пошла тяжелая артиллерия.

Кисариус сунул ей в руки тентаклю — и это воодушевило девушку. Ещё бы! Ей доверили символ самого ордена! Настоящий, с благословением и, возможно, антисептическим эффектом. А ещё он упомянул шапочку — и всё, душа тут же воспарила. Шапочка! Да ещё розовая! Лайс мысленно уже видела, как шагает по коридору, сияя Светом и пастельно-розовым великолепием.
Держась одной рукой за подлокотник дивана, второй она стала активно размахивать тентаклей:
— Свет с нами и всё такое! Святой Кухтууу… Кухтууууу…духу! Святое божество, не дай упасть нашему кораблю! Господи помииииилуууууй!
Корабль тряхнуло, но, кажется, именно в этот момент что-то где-то сработало — может, в системах, а может, во Вселенной. Потому что в воздухе вдруг разлилась мелодия. Звуки варгана заставили её вздрогнуть. Лайс во все глаза смотрела на Кисариуса, машинально продолжая махать тентаклей, словно дирижируя. Ничего себе способности у этих проповедников! Он буквально играл на страхе — и превращал его в музыку. Мир перестал прыгать и трещать, страх отступил, а вместо него пришло странное чувство лёгкости и все тревоги словно унесли с собой звуковые волны. Но музыка прекратилась, а корабль перестало трясти и он замер.
- Это ты сделал?! - от удивления Лайс даже перешла на «ты» со Светоносным. Наверно, это было неправильно, но сейчас как-будто стало можно, - а мне такое тоже дашь? Он идет в комплекте с шапочкой? И тентакля! - взмахнув ею, Лайс счастливо улыбнулась, - я научусь играть и буду посылать к Свету! А как принимаете в Орден? А мне нуж...
Кисариус одарил таким взглядом, что слов не понадобилось. Лайс вдохнула. Ладно, вернемся к этому вопросу попозже — посреди случившегося безумия это и правда было не в тему. Девушка оглядела то что осталось от кают-компании, прислушалась после призыва Кисариуса, но никто не ответил. Неужели есть жертвы?

Внезапно раздался грохот со стороны входа и Лайс вскрикнула. Оказалось, упала какая-то балка и едва не зашибла капитана. Это было бы весьма некстати. Пока девушка отвлеклась на вошедших капитана и вуки, которые подобрали с пола дам, Кисариус попытался забрать тентаклю. Ну нет! Не отдам! Нахмурившись, вцепилась сильнее. Мужчина потянул на себя, чуть не стянув и ее саму с дивана, но Лайс готова была шлепнуться с дивана, но отдавать тентаклю не собиралась. Ни за что. Её же ею посвятили! Символ Света, между прочим. Почти священная реликвия, пусть и слегка липкая на ощупь. И вообще — кто знает, вдруг в ней сила, защита, оберег или хотя бы неплохая вещь для самообороны. Так что Лайс лишь покрепче сжала трофей и посмотрела на Кисариуса с подозрением.
- Он и так Мурзиком покусанный! Кстати, а кто этот Мурзик?
Но попытка отвлечь разговором не увенчалась успехом.
Кисариус снова пообещал шапочку, но… да кто его знает, этих проповедников. Обещают одно, а потом внезапно крестят огнём и тентаклями.
Проповедник сдался, предложив пойти вместе и когда он двинулся прочь, она, естественно, пошла следом. В коридоре мигали аварийные лампы, воздух был тяжёлый, пропахший озоном и гарью после метеоритного шторма. Кисариус шёл быстро, почти не оглядываясь, а Лайс топала за ним, вцепившись в символ Света и мысленно повторяя — если что, просто махать. Она едва поспевала за ним, и когда он резко свернул к своей каюте, девушка не ожидала, что он так внезапно остановится. Не успела затормозить и с глухим "упс" впечаталась ему в спину. От неожиданности выпустила тентаклю и та, взлетев, приземлилась Светоносному на плечо. Кисариус, воспользовавшись моментом, перехватил реликвию и ухмыльнувшись, открыл дверь. Крэп! Упустила.
Когда распахнулась дверь, Лайс приподнялась на цыпочки, чтобы хоть одним глазком взглянуть внутрь. Ох… вот это бардак. А что это там на столе? А где тут еще тентакли? Нужно понять куда прячет и… стянуть! Как это провернуть она пока не знала, но обязательно придумает. Нужно проскользнуть, посмотреть, потом отвлечь внимание — обморок, прекрасная вещь для такого, кстати. И пока Кисариус пойдет за водой — он же пойдет?? - стянуть тентаклю. План был надежный, как швейцарские часы… Но дверь перед её носом тут же закрылась — почти прищемив любопытство.
- Так нечестно! - Лайс постучала и попыталась создать раздражающий звук царапанья по металлу, поняла что не сработает и сменила тактику, - тут страшно… - добала в голос надрыва. Но Светоносный никак не отреагировал. Ууууу, какой непробиваемый!
Ждать пришлось недолго — Кисариус снова возник в проёме, и честно отдал ей обещанное.
Она хотела было возмутиться — обещал ведь розовую! Но быстро передумала. Розовый цвет сливался бы с ее лиловым оттенком кожи, а вот зелеееееный. Шапочка сияла зеленью, торчала ушками, как вызов всему здравому смыслу. И была совершенно чудесна. Мужчина протянул её Лайс — с выражением духовного величия, будто вручал святыню ордена. Её первая орденская награда! Лайс осторожно приняла подарок, прижала к груди и улыбнулась, чувствуя странное тепло. Может, всё не так уж плохо. Может, Свет действительно с ней — пусть и слегка безумный. Она попыталась снова заглянуть в каюту, но дверь захлопнулась прямо перед носом. Классика. Лайс фыркнула, надела шапку и, вздохнув, пошла следом за своим эксцентричным наставником, решив: если уж идти по пути Света, то хотя бы в модном головном уборе.

- Мне нужно проверить кухню, - вдруг спохватилась Лайс, едва они дошли до разветвления коридоров, - я быстро!
Не слушая возможное негодование Кисариуса, рванула бегом в сторону камбуза. Н-да, зрелище не из приятных. Ящики с едой разбились, потому что не были прикручены к полу, как мебель в лаборатории, и еда разлетелась по полу. Флюорокальмары светились на стенах и потолке. Их точно больше не съесть… Кое-что все-таки осталось нетронутым, в основном мясо и некоторые овощи, упакованные в вакуумные пакеты. Оценив ущерб, Алластрия нашла свой планшет, который надежно спрятала в рюкзак с вещами, и выдохнула, понимая что он не разбился. Иначе где она будет смотреть рецепты? Вытряхнув некоторые вещи, девушка подумала о том, что ей не выделили каюту. Не будет же она спать тут? Впрочем, до спать еще явно далеко.
- Ноа, а корабль не взорвется? - мысленно обратилась Лайс к механику. Интересно, но мысленная связь как будто стала работать не принося боли.
Все-таки решив не оставлять планшет тут, уложила его в рюкзак, замотав в толстовку, проверила наличие складного ножа и перцового баллончика (без них ни на Церере, ни на Терре 67 нельзя было гулять молодой девушке). Сунула нож в карман, а баллончик оставила в кармашке рюкзака — при необходимости его можно быстро вытащить. Ей уже приходилось им пользоваться и навык был отточен. Кто знает, с чем придется столкнуться на этой планете?
Покинув камбуз, девушка отправилась на выход. Все уже были на улице, и Лайс жадно вдохнула свежий воздух. Зря, конечно. В горле запершило.

— Я с вами! — соскочив на землю, вернее, на камень, Лайс улыбнулась так решительно, будто собралась не в потенциально опасную вылазку, а на пикник.
Капитан медленно повернулся к ней. В его взгляде читалось что-то очень выразительное, но определённо нецензурное. Предвосхищая отказ, Лайс выпрямилась, как новоиспечённый адепт Света — гордо, непоколебимо.
— Вообще-то, нашей еде настал конец! А я ответственная за питание! Так что пока вы будете там искать свои технические штуковины, я поищу продукты. Альянс на них не экономит — наверняка остались консервы или тактические пайки. В общем, я тоже иду.
Она попыталась изобразить суровость. Вышло скорее как «флорри на допросе». На лицах мужчин появились ухмылки. Лайс почувствовала, как щеки слегка побелели, но сдаваться не собиралась. Ну и пусть! Все равно пойду!
Она поправила шапочку цвета «первой ступени просветления», чтобы не съехала на глаза, и мельком взглянула на раненых девушек, оставшихся у корабля. Те выглядели бледными и измотанными — им лучше было бы остаться здесь, рядом с медиком. А моё место — там, где будет интересно. Да и запах медицинских препаратов… Лайс поморщилась. Её дар всегда странно реагировал на эти ароматы — будто кто-то шептал на грани сознания. Нет уж. Лучше уж среди камней и опасности, чем среди бинтов и антисептика.

...

Ройц:

На борту звездолета «Небесный сокол» Ройц, космический отшельник и скиталец, медленно приходил в себя. Он лежал под завалом сгоревших проводов, чувствуя, как жар и дым все еще давят на его легкие. «Как я здесь оказался?» — пронеслось у него в голове. Воспоминания о пожаре в техническом отсеке всплывали в памяти, но он не мог восстановить все детали произошедшего.

Ройц осторожно приподнялся, ощупывая свое тело. Он чувствовал себя странно, но понимал, что, к счастью, серьезно не пострадал. «Кажется, цел», — подумал он, прислушиваясь к собственным ощущениям. Он осмотрелся: вокруг все еще стоял запах гари, а свет мерцал, создавая зловещую атмосферу. «Корабль не двигается, — отметил он, когда не услышал шума двигателя. — Похоже, мы совершили вынужденную посадку из-за ЧП».

Вдруг он услышал шаги и приглушенные голоса, которые показались ему знакомыми. Кто-то из членов экипажа направлялся сюда, в его убежище. Сердце Ройца забилось быстрее. «Это техники!» — прошептал он, прижимаясь к стене. Из обрывков разговоров он уловил фразы о том, что пожар повредил важные приборы в техническом отсеке и их необходимо чинить. «Ремонт дело не быстрое, — подумал он с тревогой. — Если меня здесь найдут, все кончено».

Ройц знал, что ему нужно срочно менять место укрытия. Стараясь не шуметь, он начал двигаться, чувствуя, что должен спешить. Он подполз к вентиляционному люку, когда услышал еще одну фразу: «Часть пассажиров покинула корабль, отправившись на заброшенную базу Альянса на планете Ка-Пэкс».

«Это выход! — осенило его. — Пока они отсутствуют, их каюты будут пустовать. Я смогу переждать ремонт в жилой зоне».

Собравшись с силами, Ройц быстро покинул свое убежище и, ползя по системе вентиляции, направился к жилым модулям.

«Надеюсь, я смогу найти временное укрытие в одной из кают», — размышлял он, прокладывая путь через темные коридоры и думая о ярком свете звезд, который ждет его на Краю Вселенной.

...

Лея Андромеда:

Лее грезилась последняя церемония Дошир-ак. Длинные темные локоны принцессы представляли собой идеально закрученные спирали и свободно струились по плечам. Она возглавляла шествие , которое тянулось от дворца к главной площади, сжимая в руках длинные макаронины.
- Да здравствует Летающий Макаронный монстр!
На площади, под одобрительные возгласы, Лея сбросила длинный белый плащ, оставшись в розовом трико. Танцы на Антаресе больше напоминали спорт, но, говорят, что данные движения благословила когда-то лично богиня Желтая Загогулина.

Вся толпа аплодировала ей, а в первых рядах Лею поддерживал дядя Кассий. Дядя Кассий, который…

С воплем принцесса очнулась.
Виной такому резкому пробуждению стал пузырек с чем-то дурнопахнущим настолько, что мигом привел Лею в чувство. Она поняла, что находится на свежем воздухе, сидит на твердой земле рядом с громадой «Ночного сокола».
О ней заботилась девушка со светлыми волосами дивного оттенка. Действовала профессионально и быстро, обрабатывая порезы на руке.
Лея действительно никогда не видела столько собственной крови. Да, ей случалось иногда падать во время детских игр и даже сбивать коленки, но ведь за царской особой истово следили, оберегая от всяческих бед. Стоило Лее оступиться, ее тут же подхватывали приближенные из свиты.
Девушка-врач, усмехнулась, глядя на импровизированную повязку, наложенную капитаном – мокрую салфетку. Ах, этот страшный бритый вуки к ней прикоснулся – и его не покарал Макаронный Монстр! Потом брызнула на руку каким-то спреем.
- Ой!
Лея поморщилась. Но после резкого жжения боль в руке стала спадать словно по-волшебству.
- Спасибо…Джорджина, верно? – Лея слабо улыбнулась – Может, мы с вами окажемся подругами? Это стало бы для вас большой честью. Знаете, у меня раньше была подруга…но ее зарезали.
Девушка странно на нее посмотрела и зачем-то дотронулась до головы и спросила сколько пальцев показывает на своей руке.
Она огляделась. Капитан искал возможности выбраться с планеты на которую они приземлились, хотя справедливее сказать просто упали. То есть, они могут остаться тут насовсем? Не затем она избежала убийства на родном Антаресе, чтобы окончить свою молодую жизнь здесь, среди красных скал на безжизненной земле.
Лея посмотрела на остальных пассажиров и членов экипажа, занятых делами и приходящих в себя после крушения. Она уже трижды избежала смерти за последние дни. Выбирать не приходилось. Если кому-то можно доверять – то им.
Поэтому, она гордо выпрямилась, расправив складки розового халатика. Посмотрела на сидящую рядом Анжали Деви, потом перевела взгляд на Джорджину в глазах которой застыл немой вопрос из-за ее действий. Капитан, ученый, самоотверженная Лайс и его преподобие светлейший Кесаариус готовились идти на базу. Надо дать им дополнительный стимул.
И она сказала.
- Я – Лея Андромеда, наследная принцесса славной династии Антарес, что на планете Пояса Ориона, самоотверженная и Величественная непорочная последовательница богини Желтой Загогулины, державная благословенная Великим Летающим Макароным монстром, распорядительница церемонии Дошир-ак, ее высочество мигунов, дивунов, жигунов, плевунов и повелительница жидкого киселя – поэтому вы обязаны меня спасти!

...