Karmenn:
violetd писал(а):
Странно для меня, что Энни придает такое значение шраму. Он же все равно остался на Тео, пусть и не такой большой и заметный, как она думала
Дело не в шраме, а в том, что Тео не признал, что его оставила Энни, когда она считает обратное. И ей кажется, что она уличила его во лжи, то есть показательно, что верит своей памяти, а не Тео.
Stella Luna:
violetd писал(а):
Цитата:
Странно для меня, что Энни придает такое значение шраму. Он же все равно остался на Тео, пусть и не такой большой и заметный, как она думала
Karmenn писал(а):
Цитата:
Дело не в шраме, а в том, что Тео не признал, что его оставила Энни, когда она считает обратное.
К тому же, для нее это событие стало переломным, а Тео как будто и не придает такого значения всему этому. Она в тот день столько пережила и столько переосмыслила, надеялась, что такой ее поступок и им не будет забыт, чтобы помнил, что женщин и щенков обижать нельзя. Но он то не виноват во всем этом
Irisha-IP:
Karmenn писал(а):
Дело не в шраме, а в том, что Тео не признал, что его оставила Энни, когда она считает обратное. И ей кажется, что она уличила его во лжи, то есть показательно, что верит своей памяти, а не Тео.
Главное слово здесь - кажется! Ей кажется, что он её обманывает, если бы она хоть на секунду задумалась, то обнаружила бы, что мотива для обмана не наблюдается.
Stella Luna писал(а):
для нее это событие стало переломным, а Тео как будто и не придает такого значения всему этому
Может её не собственно обман волнует, а то что для него это незначительный эпизод, хотелось бы, чтобы и след был более заметным? Не бледная тень от царапины.
Между ними в прошлом слишком много недосказанного, Тео - мальчик взрослый, умный (хочется в это верить) и должен сообразить что к чему в конце концов. Разговор по душам практически назрел и точки над "i" всё равно придётся расставлять рано или поздно. (Лучше рано, чтобы быть на 100% в одной команде).
anha:
Karmenn писал(а):
перевод Talita
редакция Sig ra Elena
Оформление Stella Luna
Посвящается памяти LUZI-Лузи и zerno-Мариши
редакция Sig ra Elena
Оформление Stella Luna
Посвящается памяти LUZI-Лузи и zerno-Мариши
Девочки, спасибо огромное за такое замечательное продолжение!!!
TANYAGOR:
спасибо за продолжение!!!!
Все очень круто!! 
Очень интересно события развиваются... Хм, не ожидала от Тео такой прыти... Показал дом, называется. Впрочем, что с него взять, мужчина.
Вот теперь он станет настоящим героем, всем будет помогать. И корове, и волчице.
Добрый доктор Айболит просто. 
Астрочка:
Девочки, огромное спасибо за продолжение)))
По мне, так какая то глупая обида у Энни на Тео.
Уперся ей этот шрам что-ли?!
Тома Матвиенко:
Карми, Алёнушка, Леночка, Стеллочка,
спасибо огромнейшее за перевод и оформление!!!)))
Aruanna Adams:
Я опасалась, что Тео подхватит простуду, начиная с омаровой вечеринки и спасения папы с сыном с тонущей лодки. Можно считать, что обошлось, и больше не переживать по этому поводу.
Тео считает то лето памятным:
Цитата:
с какой легкостью готова была забыть все, что произошло тем памятным летом.
Но похоже, что акценты у Тео и Энни расставлены совершенно по-разному. И о многих своих "пригрешениях" Тео вообще не догадывается. Пока герои не выпустят наружу свои старые переживания и чувства, общего языка им не найти. Но для подобного разговора пока нет между ними достаточного уровня доверия. Хотя на лицо положительная динамика.
Сцена в доме, слова Тео по ходу - пальчики оближешь, сплошная клубника со сливками: красиво, вкусно, эротично.
Приятно радует отсутствие Джейси на переднем плане на протяжении уже нескольких частей. Да и вообще никаких пакостей для Энни не случалось. Затишье перед бурей?
Karmenn, Talita, Sig ra Elena, Stella Luna,
Большое спасибо за ваш грандиозный труд! Ну и низкий поклон, конечно.
violetd:
Karmenn, Stella Luna, Irisha-IP - спасибо за разъяснения. С этой точки зрения тогда поведение Энни более понятно. Интересно, что благодаря такому маленькому эпизоду многое можно переосмыслить в поведении героев
Karmenn:
» Глава 16 (Часть 1)
Глава 16 (Часть 1)перевод Talita
редакция Sig ra Elena
Оформление Stella Luna
Посвящается памяти LUZI-Лузи и zerno-Мариши 
Что-то явно было не так. Дверь коттеджа болталась на петлях, а Ганнибал сидел на столбике недалеко от старых ловушек для омаров, проглянувших из-под тающего снега. Энни выскочила из «субурбана» и пролетела через двор к двери, слишком рассерженная, чтобы думать об осторожности. Пусть лучше взломщик окажется в доме, чтобы она могла разорвать его на куски.
Картины криво висели на стенах, книги валялись по полу. А самое жуткое – незваный гость оставил на стене послание, выведенное ярко-красной краской: «Я приду за тобой».
- Черта с два!
Энни промчалась по дому. Кухня и студия выглядели нетронутыми, куклы не пострадали, вещи Тео тоже, зато взломщик выдвинул ящики в ее спальне и вывернул на пол их содержимое.
Вторжение в личную жизнь разозлило. Знать, что кто-то свободно вламывается в дом, когда вздумается, шарит в вещах, пишет гадости на стене… Это уже слишком. Либо кто-то из семейства Харпов задумал выжить ее из коттеджа, либо кто-то из местных прознал про наследство Мэрайи и решил избавиться от Энни, чтобы разобрать дом по кирпичикам, пока не отыщет искомое.
Пусть Эллиотт и обладал паршивым вкусом на жен, но поступать неэтично не в его стиле. Синтия Харп – дело другое. У нее имелись деньги, мотивы и связи среди местных. То, что она жила на юге Франции, не означало, будто Синтия не могла это все организовать. Но стала бы она так утруждаться ради крохотного коттеджа, если уже обладала Харп-Хаузом? Что до наследства Мэрайи… Выжив Энни из дома, взломщик или взломщица смогли бы сидеть там сколько вздумается, не опасаясь встречи с хозяйкой.
Энни проторчала тут вечность, так и не поняв, что же ей искать, разве что не отдирала половицы и не проделывала дыры в стенах. Может, этим незнакомец и хотел заняться? Кто бы ни стоял за бесчинствами, он либо не знал о наследстве до приезда Энни, либо все еще искал его.
Ганнибал спрятался под кроватью, а Энни обошла сдернутые с матраса простыни и вернулась обратно в гостиную.
«Я приду за тобой».
Краска была все еще липкой. Кто-то хотел напугать Энни и преуспел бы, не разозлись она так.
Была и еще одна версия. Энни не хотела ее рассматривать, но больше не могла игнорировать – не теперь, когда все еще слышала свист пролетавшей мимо пули. Может, дело вовсе не в наследстве? Может, кто-то просто ее ненавидит?
* * *
Найдя в кладовке банку с остатками краски, Энни замазала мерзкое послание и поехала в Харп-Хауз. Она почти скучала по прогулкам пешком. Три недели назад Энни взбиралась на холм, как на Эверест, но теперь кашель наконец исчез, и физических нагрузок не хватало.
Когда Энни вышла из машины, Ливия в одних носочках выскочила из дома и побежала навстречу, широко улыбаясь.
- Ливия! Ты куда босиком? – позвала дочь Джейси. – А ну вернись, шалопайка.
Энни погладила малышку по щеке и привела обратно в дом. Джейси неловко отвернулась к раковине.
- Звонила Лиза. Сказала, мол, видела, как вы с Тео ехали по городу сегодня утром.
Энни увильнула от невысказанного вопроса подруги.
- Какая-то женщина остановила его и попросила помочь ее отцу. Кажется, Джесси. Похоже, теперь все в курсе, что Тео фельдшер.
Джейси открыла кран и налила Ливии попить.
- Джесси Чилдерс. На острове не было врача с тех пор, как уехала Дженни Шеффер.
- Да, я слышала.
Энни прошла в кабинет Эллиотта, чтобы проверить почту. Пришло приглашение от бывшей подружки по комнате на вечеринку перед рождением ребёнка с вручением подарков будущим родителям, письмо от еще одной подруги и короткий ответ от агента Джеффа Кунса.
«Нет, это не его работа».
Энни едва не расплакалась. Хоть она и убеждала себя особо не надеяться, но все равно верила, что кресло-русалку сделал Кунс. А теперь выяснилось, что это очередной тупик.
На кухне что-то грохнуло, и Энни пошла узнать, в чем дело. Джейси как раз пыталась поднять один из стульев с прямой спинкой.
- Ливия, хватит бегать, а то что-нибудь разобьешь.
Малышка пнула ножку стула ногой в кроссовке. Джейси с усталым вздохом привалилась к столу:
- Она не виновата. Ей некуда девать энергию.
- Я с ней погуляю, - вызвалась Энни. – Что скажешь, Лив? Пойдем?
Малышка закивала так яростно, что ее лавандовый пластиковый ободок сполз на глаза.
Энни решила отвести Лив на пляж. Солнце вышло из-за туч, и прилив закончился. Ливия – островной ребенок. Ей нужно побыть рядом с водой.
Они стали спускаться по каменным ступеням. Ливия пыталась вырваться, торопясь поскорее добраться до пляжа, но Энни крепко держала малышку за руку. Однако стоило им одолеть последнюю ступеньку, как Ливия вывернулась и понеслась по песку, словно не в силах поверить, что это огромное пространство все ее.
- Сможешь поймать тех чаек? – указала на птиц Энни.
Большего для Ливии не потребовалось. Она принялась бегать, утопая короткими ножками в песке. Волосы, выбившиеся из-под розовой шапки с помпоном, развевались за спиной. Малышка носилась вокруг камней, но к волнам не приближалась.
Энни нашла плоский валун вдалеке от входа в пещеру и сбросила на него рюкзак. Ливия карабкалась по камням, гонялась за чайками и копалась в песке. А когда наконец выбилась из сил, пришла и уселась рядом. Энни улыбнулась, достала Негодницу и надела ее на руку.
Кукла перешла сразу к делу:
- Хочешь бесплатный секрет?
Ливия кивнула.
- Я боюсь. – Затем еще более драматичным голосом: - Просто в ужасе.
Малышка наморщила лобик.
- Океан такой огромный, - прошептала Негодница, - а я не умею плавать. Страшно.
Ливия покачала головой.
- Ты думаешь, вода не страшная? – спросила кукла.
Ливия явно не боялась волн.
- Наверное, разные люди пугаются разного. – Негодница задумчиво постучала по щеке. – Кое-чего бояться полезно, например, плавать в океане без взрослых. А кое-чего бояться не стоит, если оно не существует, – как монстры.
Ливия вроде согласилась.
Наблюдая за малышкой, Энни прокручивала в голове все, что знала о ее травме.
«Не знаю, правильно ли это, но попробовать стоит».
- А вот когда видишь, как папа пытается ударить маму, вот это очень, очень страшно, - сказала Негодница.
Ливия принялась ковырять пальцем крохотную дырку на джинсах.
Энни не была детским психологом и все знания о лечении душевных травм у детей почерпнула из интернета. Ситуация слишком сложная, надо остановиться. Но…
Джейси не могла поговорить с дочерью о том, что случилось. Может, Негодница сумеет сделать тему не столь болезненной?
- Гораздо страшнее, чем океан, - продолжила кукла. – Если бы я увидела, как мама стреляет в папу, то напугалась бы так, что, наверное, больше не захотела бы говорить.
Ливия оставила в покое дырку и с широко раскрытыми глазами повернулась к кукле.
Энни решила сбавить обороты, и Негодница заговорила своим самым веселым голосом:
- Но тогда, в конце концов, мне бы стало очень скучно. Ну как не разговаривать, особенно когда надо сказать что-то важное? Или спеть. Я тебе говорила, какая я великая певица?
Ливия энергично закивала.
И тут в голову Энни пришла дикая мысль. Конечно, осуществлять ее необязательно, но что, если…
Негодница запела, тряся кудряшками из пряжи в такт придуманному на ходу мотиву:
Кошмарнейший кошмар произошел со мной,
И очень я хочу его забыть.
Случается день классный, случается плохой,
А тот стал самым жутким, который может быть!
Ох… самым-самым жутким, который может быть!
Ливия внимательно слушала и вроде не расстроилась, так что Энни продолжила сочинять нелепые стишки:
Есть добрые папы, есть папы плохие,
Кому как повезет.
У Ливии папа был злющим, но все же
Не хотелось ей видеть, как смерть его заберет.
О боже! Поняв, что натворила, Энни почувствовала, как сердце упало. Устроила тут музыкально-развлекательное шоу! Веселенький мотивчик, жуткие стишки… Она только что извратила трагедию Ливии, сделав из нее какой-то юмористический номер.
Малышка, похоже, ждала продолжения, но Энни, в ужасе от самой себя, растеряла весь кураж. Какие бы благие цели она ни преследовала, все равно едва не нанесла серьезный психологический вред этой милой девочке.
Негодница повесила нос:
- Пожалуй, мне не стоит петь о чем-то столь ужасном.
Ливия посмотрела на куклу, затем сползла с валуна и побежала гонять чаек.
* * *
Энни как раз насыпала Ганнибалу корм на вечер, когда Тео нашел ее в коттедже.
- Тебе не стоит сидеть тут в одиночку. – Его голос звучал раздраженнее, чем обычно. – Почему воняет краской?
- Небольшой косметический ремонт. – Она говорила спокойно, вознамерившись вновь держать Тео на расстоянии. – Как продвигается лечение страждущих?
- Не особо хорошо. Зашивать кого-то без наркоза – не самый лучший способ провести время.
- Ой, только не рассказывай об этом своим читателям. А то они в тебе разочаруются.
Тео мрачно глянул на шутницу.
- Если меня здесь нет, ты должна оставаться в Харп-Хаузе.
Хороший совет, вот только Энни все сильнее хотелось оказаться в коттедже в следующий визит взломщика. Все эти игры в кошки-мышки ее достали. Пора уж и карты на стол.
«Антуанетта, я не желаю растить такую скромницу».
И скольким утверждениям матери она верила?
«Ты от природы застенчива… Ты от природы неуклюжая… Ты слишком много фантазируешь…»
И разумеется: «Конечно, я тебя люблю, Антуанетта. Иначе стала бы я так о тебе волноваться?»
Жизнь на этом суровом заснеженном острове вдали от города заставила Энни увидеть себя в новом свете. В свете…
- Какого черта?
Она обернулась и увидела, как Тео рассматривает свежеокрашенную стену.
- Надо пройтись еще раз, - поморщилась Энни.
Он ткнул пальцем в кроваво-красные буквы, просвечивавшиеся сквозь белую краску.
- Пытаешься пошутить? Это не смешно!
- Подумай сам. Я могу либо шутить, либо вопить от страха. Выбирай. – Вообще-то Энни хотелось не кричать, а кому-нибудь врезать.
Тео яростно выругался, затем захотел узнать, что именно она обнаружила по возвращению. А когда Энни договорила, объявил:
- Решено. Ты переезжаешь в Харп-Хауз. А я еду на материк и иду в полицию.
- Не трать время. В меня стреляли, а они и ухом не повели. Взломом их явно не заинтересуешь.
Тео достал телефон и только потом вспомнил, что в доме сигнала нет.
- Собирайся. Ты уезжаешь отсюда.
- Ценю твою заботу, но я остаюсь здесь. И хочу оружие.
- Оружие?
- Только на время.
- Хочешь, чтобы я одолжил тебе ружье?
- И показал, как стрелять.
- Плохая затея.
- Ты бы предпочел, чтобы я столкнулась с тем, кто это сделал, безоружной?
- Я бы предпочел, чтоб ты с ним вообще не сталкивалась.
- Я никуда не побегу.
- Проклятье, Энни. Ты такая же безрассудная, как в пятнадцать.
Она уставилась на Тео. Энни никогда не думала о себе, как о безрассудной, но образ ей понравился. Учитывая привычку влюбляться не в тех мужчин, веру в то, что она великая актриса, и решение отвезти Мэрайю в Лондон… И не будем забывать, как она позволила Тео Харпу – предположительно - сделать ей ребенка.
«Мэрайя, ты совсем меня не знала».
Он выглядел измученным, и не привыкшая к такому Энни решила настоять на своем.
- Я хочу ружье, Тео. И хочу научиться из него стрелять.
- Слишком опасно. В доме тебе будет лучше.
- Не хочу сидеть в Чёрт-Хаузе, хочу остаться здесь.
Тео посмотрел долгим суровым взглядом, затем наставил на Энни палец.
- Хорошо. Завтра днем потренируемся стрелять. Но лучше тебе серьезно относиться ко всему, что я скажу. – И пошел в студию.
Энни приготовила себе сэндвич на обед и вернулась к коробкам, но день выдался долгим, она устала. Почистила зубы, посмотрела на закрытую дверь студии. Как бы Энни ни уверяла себя держаться от Тео подальше, ей хотелось лежать рядом с ним. Хотелось настолько, что она схватила стикеры на кухне, нацарапала записку на верхнем и приклеила его снаружи двери в свою спальню. Затем заперлась и легла спать.
