Karmenn:
» Глава 16 (Окончание)
Глава 16 ((Окончание)
перевод Talita
редакция Sig ra Elena
Оформление Stella Luna
Посвящается памяти LUZI-Лузи и zerno-Мариши
Смельчак Стриж погиб. Тео устроил это. Парень наконец оступился, доктор Квентин Пирс его поймал… и с тех пор Тео больше не написал ни слова.
Он закрыл ноутбук и потер глаза. Мозг дымился. На сегодня хватит. Продолжит завтра, на свежую голову. К тому времени узел в груди ослабнет, и можно будет двигаться дальше. Середину книги всегда писать труднее, но теперь, без Стрижа, Тео сумеет выбраться из созданной ситуации и подвести сюжет к следующей главе. Как только перестанет думать об Энни и о том, что произошло на ферме…
«Сегодня я лягу с ней, но будить не стану».
Он же не какое-то животное, не владеющее собой, пусть именно таким себя и ощущал. Так захватывающе и в новинку заниматься любовью с женщиной, которая не испытывает к тебе заслуженной ненависти. Которая не превращается после в рыдающую истеричку или обвиняет в надуманных грехах.
Энни так отличалась ото всех, с кем он встречался.
«Интересно, заметил бы я ее, если бы встретил на улице?»
Черт, конечно же заметил бы. Обязательно обратил внимание на необычное лицо, походку. Энни всегда шла так, будто собиралась покорить всю землю. Ему нравился ее рост, то, как она смотрела на людей, – так забавно, словно видела их по-настоящему. Нравились ее ноги – определенно. Энни была нестандартной. И следует лучше за ней приглядывать.
Сегодня он говорил с Джесси и ее отцом, пытаясь понять, что люди думают об Энни, но ничего подозрительного не услышал. Местные задавались вопросом, зачем она приехала, но с гораздо бо́льшим удовольствием делились историями о Мэрайе. Завтра, когда рыбаки вернутся, Тео собирался позависать с ними. Купит им пива и посмотрит, что сумеет выяснить. А заодно сообщит им ненароком, что Энни теперь вооружена – тревожащая мера, но необходимая.
Тео приехал на остров, потому что хотел побыть один, однако теперь оказался замешан во все местные передряги. Больше часа назад он услышал, как Энни пошла в спальню. Наверное, лежит сейчас в этой жуткой пижаме. Или нет.
Все благие намерения испарились. Тео отложил ноутбук и вышел из студии. Но увидев записку на двери комнаты Энни, застыл как вкопанный. Там было одно слово.
«Нет».
* * *
Наутро Тео не упомянул записку. Вообще почти ничего не сказал, кроме того, что ему сегодня нужна его машина. Лишь позднее Энни обнаружила, что он ездил к докам за слесарем. Ей было так стыдно сознавать, что заплатить рабочему она не может.
Когда Энни вернулась в коттедж, Тео сидел в студии. Тогда она вытащила из шкафа упаковку вина и отнесла ему в машину. А когда вернулась, Тео вошел на кухню.
- Что ты положила в машину?
- Отличное вино. На здоровье. И спасибо, что позаботился о замках.
Но Тео видел ее насквозь.
- Я вызвал слесаря для себя. Не желаю, чтобы мой ноутбук украли.
Он пытался помочь ей сохранить лицо, отчего Энни лишь почувствовала себя еще более обязанной.
- Ага.
- Энни, мне не нужно твое вино. Для меня это пустяк.
- Для меня нет.
- Ладно. Как насчет такого: больше никаких записок на двери, и мы в расчете.
- Приятной дегустации. – Она не могла ясно думать, видя Тео перед собой и вдыхая все эти мужские феромоны. Не после того, что произошло на ферме. – Ты принес оружие?
Он не стал настаивать.
- Да. Бери куртку.
Они отправились на болота. Объяснив простейшие правила безопасности, Тео показал, как заряжать автоматический пистолет, что он подобрал Энни, и стрелять из него. Оружие должно было вызвать у нее неприязнь, но ей понравилось. А вот что не понравилось, так это неожиданная вспышка желания от близости Тео. Они едва добрались до коттеджа, как принялись срывать друг с друга одежду.
* * *
- Не желаю это обсуждать, - проворчала Энни позже ночью, когда они лежали в ее кровати.
Тео зевнул.
- Как по мне, отлично. Даже более чем.
- Ты не можешь спать здесь. Придется тебе перебраться в свою кровать.
Он попытался притянуть ее к своему обнаженному телу.
- Не хочу я спать у себя.
Вообще-то, Энни тоже не хотела, чтобы Тео уходил, но какими бы неопределенными ни были некоторые вещи, тут все предельно ясно.
- Я хочу секса, а не близости.
Тео обхватил ее попку.
- Секс и есть близость.
Энни вывернулась.
- У тебя два варианта. Либо идешь спать к себе, либо лежишь здесь и ближайшие три часа слушаешь в подробностях обо всех моих дерьмовых романах, почему они оказались дерьмовыми и почему все мужики козлы. Предупреждаю: пла́чу я некрасиво.
Тео откинул одеяло:
- Увидимся утром.
- Согласна.
* * *
Энни получила от Тео то, что хотела - лучший секс в своей жизни, но также установила границы.
«
Очень благоразумно, - заметила Милашка. –
Наконец-то ты усвоила урок».
На следующий день Энни снова вывела Ливию погулять. На пляже было слишком ветрено, поэтому они решили ограничиться крыльцом. Энни хотела узнать, не причинила ли она вчера малышке вред, поэтому посадила Негодницу себе на колено. Кукла перешла сразу к делу:
- Ты не сердишься на меня за то, что я говорила о твоем папе на пляже?
Ливия поджала губы, подумала, затем медленно покачала головой.
- Хорошо, - обрадовалась кукла, - а то я боялась, как бы ты не рассердилась.
Ливия снова покачала головой, затем забралась на каменную балюстраду, заменившую деревянные стойки перил, и оседлала ее спиной к Энни.
Оставить опасную тему или продолжить ее развивать? Надо побольше почитать про немоту и детские травмы. Сейчас же Энни оставалось довериться своим инстинктам.
- Если бы мой папа обижал мою маму, я бы решила, что это ужасно. Особенно, если я не могу об этом сказать, - прибавила Негодница.
Ливия принялась раскачиваться на балюстраде, как на лошади.
- Или спеть. Кажется, я уже говорила, какая несравненная вокалистка. – Негодница принялась петь гаммы. У Энни ушли годы на то, чтобы хорошо исполнять музыку в вокальном регистре каждой куклы. Этот талант выделял ее среди большинства чревовещателей. Наконец Негодница остановилась. – Если захочешь послушать, что было дальше – дай знать.
Ливия перестала играть и обернулась. Посмотрела на Энни, затем на куклу.
- Да или нет? – прощебетала Негодница. – Я жду твоего мудрого решения.
Малышка опустила голову и принялась ковырять остатки розового лака на большом пальце. Определенно «нет». А чего Энни ждала? Неужели правда думала, будто ее неуклюжее вмешательство поможет решить столь глубокую проблему?
Ливия развернулась к собеседнице и медленно неуверенно кивнула.
Сердце Энни словно пропустило удар.
- Очень хорошо, - сказала Негодница. – Я назову свою песню «Баллада о жутком случае из жизни Ливии».
Энни потянула время, преувеличенно прочищая горло. Лучшее, на что она могла надеяться – что сумеет вытащить тему на свет. Может, сделает ее не столь запретной. Надо рассказать обо всем Джейси. Кукла негромко запела:
Девочкам лучше не видеть плохое,
Но жизнь иногда такова…
Энни продолжила петь, сочиняя на ходу, как вчера, но на этот раз безо всяких веселых мотивов или криков «Оле́!» Ливия впитывала каждое слово, затем в конце кивнула и снова принялась объезжать балюстраду.
Услышав сзади шум, Энни обернулась.
По другую сторону крыльца, прислонившись к углу дома, стоял Тео, одетый в парку с поднятым воротом. Даже со своего места Энни видела морщинку, что залегла между его бровями. Он слышал все и осуждал ее поведение.
Ливия тоже заметила Тео и замерла. Он пошел к ним, беззвучно ступая по каменному полу.
«Да плевать на его осуждение», - решила Энни.
По крайней мере она пыталась помочь Ливии. А он что делал? Только пугал ее.
Энни выставила вперед руку с куклой.
- Стой! Кто идет?
Тео замер.
- Тео Харп. Я здесь живу.
- Это ты так говоришь. Докажи.
- Ну… мои инициалы вырезаны на полу беседки.
«Вместе с инициалами Риган».
Негодница задрала подбородок:
- Ты хороший или плохой, мистер Тео Харп?
Темная бровь взлетела вверх, но Тео продолжал смотреть на куклу.
- Стараюсь быть хорошим, но это не всегда легко.
- Ты ешь овощи?
- Все, кроме брюквы.
Негодница повернулась к Ливии и повторила преувеличено громким шепотом:
- Он тоже не любит брюкву. – Затем снова обратилась к Тео: - Ты купаешься в ванне так, чтобы не наплюхать вокруг?
- Я принимаю душ. Он мне больше нравится.
- Ты бегаешь по улице в носках?
- Нет.
- Воруешь сладости, когда никто не видит?
- Только банки с арахисовой пастой.
- Твой конь такой страшный.
Тео посмотрел на Ливию:
- Именно поэтому детям лучше не ходить в стойло без меня.
- Ты кричишь?
Он снова повернулся к кукле.
- Стараюсь не кричать. Разве что когда «Сиксерс» проигрывают.
- Умеешь сам причесываться?
- Да.
- Грызешь ногти?
- Ни в коем случае.
Негодница глубоко вздохнула, понурилась и понизила голос:
- Ты когда-нибудь бил мамочек?
Тео и бровью не повел.
- Никогда. Ни разу. Никто не должен бить мамочек.
Негодница повернулась к Ливии и склонила голову набок:
- Что думаешь? Можно ему остаться?
Ливия кивнула – без малейшего колебания, уверенно – и соскользнула с балюстрады.
- Можно я теперь поговорю с Энни? – спросил Тео Негодницу.
- Думаю, да, - ответила та. – Пойду сочиню новую песню.
- Конечно.
Энни убрала Негодницу в рюкзак. Она ожидала, что теперь, когда кукла больше не участвовала в разговоре, Ливия уйдет в дом, но та спустилась со ступенек. Энни уже хотела позвать ее обратно, но малышка никуда не пошла, а принялась ковыряться в замерзшей грязи у дома.
Тео кивнул в сторону дальнего конца площадки, явно намекая, что им нужно побеседовать наедине. Энни пошла за ним, не спуская глаз с Ливии. Он заговорил тихо, чтобы малышка не услышала:
- И сколько это уже продолжается?
- Они с Негодницей давно подружились, но только пару дней назад я завела речь об отце Ливии. И нет, я не знаю, что делаю. И да, понимаю, что лезу в проблему слишком сложную для непрофессионала. Думаешь, я чокнутая?
Тео помолчал.
- Она определенно не такая пугливая, как раньше. И похоже, ей нравится общаться с тобой.
- Ей нравится общаться с Негодницей.
- Так это Негодница начала говорить с ней о том, что она видела? Кукла, а не ты?
Энни кивнула.
- И Ливия хочет быть с Негодницей? – настаивал Тео.
- Похоже на то.
Он нахмурился.
- Как ты это делаешь? Я взрослый человек и отлично знаю, что говоришь именно ты, но смотрю на куклу.
- Я хороша в своем деле. – Энни намеревалась сказать это с сарказмом, но не вышло.
- Ты чертовски права. – Тео кивнул в сторону малышки: – Вот что скажу: продолжай. Если ей не понравится, она даст тебе знать.
Его поддержка заставила Энни почувствовать себя лучше.
Он уже собрался уходить, как Ливия взбежала по ступенькам за ним. Она что-то принесла. Глядя на Тео, малышка разжала кулачок, показывая пару камушков и несколько ракушек, затем привычно упрямо сжала губы и протянула ему свои сокровища. Он улыбнулся, взял их и потрепал Ливию по волосам:
- Увидимся позже, малышка. – И пошел вниз по ступеням к пляжу.
Как странно. Ливия боялась Тео, так почему дала ему свои игрушки?
Камни, раковины…
И тут Энни поняла. Ливия дала их ему, потому что именно он построил ей домик фей.
* * *
Становилось все труднее сопоставить Тео из прошлого с тем мужчиной, которого Энни теперь узнавала. Она понимала, что с возрастом люди меняются, но то ненормальное поведение казалось слишком укоренившимся, чтобы психолог запросто его исправил. Тео сказал, что прошел лечение. Оно явно помогло, хотя он отказывался говорить о Риган и продолжал замыкаться в себе, когда разговор затрагивал личные темы. Энни видела, что Тео по-прежнему что-то гложет.
Позже, вынося мусор, она посмотрела вниз на коттедж. Увиденное заставило ее замереть. Какая-то машина медленно, почти крадучись подъезжала к коттеджу.
Тео сейчас в студии. Иногда он врубал музыку, когда работал.
«Он и знать не будет, что у него гость».
Энни ринулась в дом, схватила ключи от машины и побежала вниз с холма.
Русская версия:
Не бойся,
Я рядом,
Я здесь,
Не плачь,
Не надо,
Ангел твой с тобой
И в счастье и в горе..
Не грусти,
И сегодня ты совсем одна..(в городе чужом)
Все пройдет,
И отступит тишина..
Пусть меня не увидишь ты наяву. (За своим плечом)
Это я вновь и вновь тебе шепчу.
Не бойся,
Я рядом,
Я здесь,
Не плачь,
Не надо,
Ангел твой с тобой
И в счастье и в горе..
Не спеши,
Не наступит завтра без тебя, ( И помни об одном)
Есть мечта - остальное все вода,
Пусть меня не увидишь ты наяву, ( за своим плечом)
Это я вновь и вновь тебе шепчу..
Не бойся,
Я рядом,
Я здесь,
Не плачь,
Не надо,
Ангел твой с тобой
И в счастье и в горе..
Не бойся..
...