Ульф Железнобокий:
Пристань - Драккар "Острие бури"
Размялись мы на славу. Соперники оказались равные, а вот сноровка у них другая, не такая, как у моих воинов – так что только успевай поворачиваться. Взмок, пот отереть некогда. И тут вдруг на дракаре моем солнце как блеснет красным. Я аж замер. Одна голова красная – Одд, это понятно. Но вот вторая?!
Княжна?! Дочь Мстислава на моем корабле?! Все нехорошие подозрения разом завертелись в голове.
Это Одд, безобразник, сын бездны, что-то удумал?! Ну я его… Соображать же надо, куда свои лапы тянет, княжна это! Попахивает международным скандалом!
Или... Или княжна сама, ножкой топнуть изволила – мол, покажите да покажите мне иноземный корабль. Драккары во всех портах, на всех пристанях притягивают к себе сотни человеческих взглядов. Но праздных любопытных на них, конечно, не пускают. Другое дело – дочки княжеские. Этих нельзя не пускать, на это у команды есть мое особое распоряжение.
Я в последний момент увернулся от взмаха меча Бориса. Он покачал головой – мол, негоже отвлекаться, когда меч в руке. Согласен. Я бросил последний взгляд на корабль, и тут…
Мне почудилось. Мне точно почудилось! Да почудилось мне!!!
В этот раз я увернуться не успел, и острие меча обожгло скулу.
– Ульф!
Я поднял одну руку, другой убирая меч в ножны.
– Извини, Борис, но меня срочные дела зовут на корабль. Спасибо за поединок, ты достойный соперник. Надеюсь, на поле брани если и встретимся, то плечом к плечу.
Князь пожал мне руку, и я заторопился к сходням, попутно отирая сочащуюся по лицу кровь из вспоротой скулы.
Мне не показалось! Из-под низко надвинутого капюшона выглянул локон знакомого темно-рыжего оттенка, показался кончик острого любопытного носа.
Да за какие же прегрешения мне все это?..
– Хенрика!
И не думала отпираться, негодница. Скинула капюшон и смотрит на меня… Так, будто я сейчас хвалить ее стану! Она всегда ждет моей похвалы. Даже когда побивает сыновей окрестных вождей в стрельбе из лука. Но не сейчас же!
Картины в голове у меня замелькали быстрей ветра.
Отец нас убьет. Обоих. Ее за неповиновение, меня – за то, что она обвела меня вокруг носа!
Ну, не убьет, конечно. Но силу гнева ярла Инвара представить нетрудно. Особенно если ты его сын.
Хенрика, Хенрика…
Я шагнул на сходни и крепко схватил сестру за руку. Она сделала вялую попытку выдернуть руку, но я прошипел:
– Только попробуй!
Что-то было в моем голосе, что спорить и вырываться Хенрика не стала. И я потащил ее в свою каюту. А на палубе-то, на палубе! Места нету свободного от лент! Четыре! Четыре девицы! И я еще одну тащу!
Я недобро зыркнул на Одда – не вздумай даже глазом косить в сторону княжны! Он ошалело кивнул, но вроде понял. Даром, что здоровяк, а в башке кое-что имеется.
Как смог, так улыбнулся оставшимся девицам – если они на корабле, значит, положения высокого, иных бы на корабль не пустили. Рожа у меня та еще, в крови, за спиной Хенрику прячу. Опять будут всякие байки про викингов рассказывать, ну да что теперь.
Фроуд при виде нас тут же виновато отвел глаза. Ах, вот как… Головой дернул – сворачивай экскурсию, одной девицы на корабле в виде моей сестрицы дорогой более чем достаточно. Фроуд кивнул. А я потащил Хенрику дальше.
За нами захлопнулась тяжелая дверь. Вот теперь и поговорим, сестрица любимая.
Много у меня в голове рождалось слов. Про то, что дочери ярла из дома не сбегают. Про то, что послушание и смирение – лучшие из женских добродетелей. Про то, что она поставила отца в дурацкое положение, а меня просто подставила под удар отцовского гнева. Да много каких слов было, и не всех их можно говорить девице.
А потом я подумал о другом. О шторме, который потрепал нас на самом старте путешествия. О том, как шли по реке, почти не делая остановок. О непривычном нам, северянам, палящем зное здешних мест. И как это вся перенесла Хенрика.
И вместо всех слов вырвался вопрос.
– Голодная?
Яромила:
Яромила с некоторой грустью покидала драккар. Там каждая вещь была пропитана морем, дальними странами и приключениями. Хоть сейчас садись - да в плавь, новые земли смотреть, диковинные страны открывать.
Хоть одним глазком, но поглядела она на девушку, приплывшую на драккаре. Вот ей не надобно скрывать тягу к оружию, меткость и ловкость, всегда следить за собой, не допускать вольностей. А она сама - птичка в клетке, даже хуже Светорады и Софьи. От милости дядюшкиной зависит, от настроений его, от гнева. Как начнет перечить - он сразу "слишком много в тебе острова Буян" и все, понимай, что ты хомут на шее - не отпустить, да и не выбросить. Стой смирно, да помалкивай. Сплошное разочарование. Сестрицам этого не понять. Девчонкой она горести свои братцу Миролюбу доверяла, да уж так давно его в родном граде не было. Научилась все в себе прятать.
- Княжна, княжна... - Яромила обернулась.
Остальные с интересом следили за богатырями, да боями. Подбадривали, ушлые даже принялись ставки делать. А перед ней три корзины с кренделями, те что на ярмарке купила. Поставили от торговца мальчишки, да исчезли.
- Эй, да куда вы! - кликнула она, но поздно. Убежали мальчишки, бои смотреть. Поди сыщи.
- Что такое? - рядом была сестрица Софья.
Яромила развела руками и объяснила все, про кренделя к княжеском столу. Софья предложила подождать пока толпа разойдется или кметей из дворца поискать.
- Поздно уже - Яра покачала головой - В тереме ждут. Сами потащим.
- Сами?
- Не сахарные чай. Девки дворовые вон и потяжелее таскают - упрямо заявила Яромила и схватилась за корзинку. И тут же пожалела об этом. Да, сейчас бы помощь Веселинки ей пригодилась.
Тащить корзину было тяжело. Но Яра не призналась бы, что сейчас упадет или что та норовит выскользнуть из рук. Охнула и пошла вперед.
Хенрика:
Брат в одно мгновение оказался рядом, крепко ухватив за руку. Я дёрнулась было, но хватка не ослабла.
— Только попробуй! — прошипел Ульф.
Я вскинула бровь и бросила на него насмешливый взгляд.
— О, какие мы грозные! — фыркнула я. — Ульф, ты что, забыл, кто в детстве тебя в грязи валял?
Он на мгновение опешил, а я не упустила момента:
— И потом, — добавила я с ухмылкой, — если ты будешь так сильно сжимать руку, я начну орать. И тогда твои прекрасные гостьи узнают, что на корабле прячется ещё одна девица. Думаешь, они оценят такой сюрприз?
Брат чуть ослабил хватку, но руку не отпустил.
— Марш в каюту, — буркнул он.
— Ой-ой, какой командир! — я нарочито громко вздохнула, но пошла следом. — Прямо как отец. Только вот отец хотя бы не пытался развлекать гостей с царапинами на лице и сестрой, которую прячет за спиной.
Пока мы шли, я успела мельком оглянуться. На палубе творилось нечто невообразимое: повсюду развевались ленты, стояли четыре нарядные девицы, те самые, которых я и увидела и услышала ранее, а рядом с ними — смущённый Одд, застыл столбом, глядя на нас во все глаза. Нагловато ухмыльнулась, глядя не него из-за спины брата - этот рыжий великан тоже меня профилонил*.
«Ну надо же, — мелькнуло в голове, — пока я пряталась в трюме, брат тут, оказывается, развлекается с девами да славными мужами!»
А я ведь даже толком рассмотреть не успела тех, кто на пристани остался. Жаль…
Ульф зыркнул на Одда так, что тот мгновенно выпрямился и уставился перед собой, будто увидел привидение. Потом брат обернулся к девицам и выдавил из себя улыбку — такую натужную, что я не выдержала:
— Ух ты, — громко прошептала я, — вот это актёрская игра! «Оскар»** тебе обеспечен, братец.
Ульф бросил на меня свирепый взгляд, но ничего не сказал.
Фроуд, заметив нас, виновато отвёл глаза. Жаль парня, чую достанется ему позднее за то, что не бросил меня голодать в трюме.
Дверь каюты захлопнулась за нами с глухим стуком. Ульф отпустил мою руку и обернулся ко мне. В его светлых глазах бушевала целая буря.
Он замер на мгновение, словно подбирая слова. Я приготовилась к долгой нотации: про то, как полагается вести себя славной деве накануне свадьбы, про то, что дочери ярла не сбегают из дома тайком, про послушание, про смирение, думаю, мог бы добавить ещё и про наглость мою… но вместо этого брат вдруг спросил:
— Голодная?
Я расхохоталась так громко, что, наверное, услышали на палубе.
— Голодная?! — переспросила я, вытирая слёзы от смеха. — Брат, я три недели питалась сухарями и вяленой рыбой, которая, кстати, явно припасена для крыс! Я голодна, как стая волков после зимы, которые ещё и пост держали!
Ульф невольно улыбнулся, но тут же взял себя в руки.
— Садись, — он указал на сундук. — Ешь и рассказывай. Как ты пробралась на корабль, где пряталась, как пережила шторм… И самое главное — почему решила сбежать.
Я демонстративно вздохнула, села, взяла кусок мяса и откусила с нарочитой неторопливостью.
— Всё просто, — проговорила я с набитым ртом. — Отец хотел выдать меня замуж за того напыщенного ярла. Ты сам видел его — он смотрит на меня, как на трофей, а не как на человека. А я, между прочим, не ваза для украшения зала!
— Ты могла хотя бы предупредить меня, — строго сказал Ульф. — Или попросить помощи.
— Могла, — согласилась я, отправляя в рот ещё кусок хлеба. — И просила, но ты бы отказал. Сам говорил: «Отец не позволит, это слишком опасно». Вот я и решила, что лучше попросить прощения, чем разрешения. К тому же, — я подмигнула, — кто, если не я, покажет тебе, что сестра может быть не менее изобретательной, чем брат?
Ульф нахмурился, но в глазах у него уже плясали смешинки.
— Упрямая ты, — пробормотал он.
— В точности как ты, — я широко улыбнулась. — И, кстати, спасибо, что не отправил меня сразу обратно. Хотя, признайся, такая мысль мелькнула?
Брат вздохнул, провёл рукой по волосам.
— Мелькнула, — признался он. — Ладно, — сказал Ульф, садясь напротив. — Раз уж ты здесь, будем думать, что делать дальше. Но с одним условием: никаких больше тайных побегов без предупреждения. Договорились?
Я сделала вид, что серьёзно обдумываю его слова, потом лукаво улыбнулась:
— Договорились… если только отец не пришлёт за мной нового ярла. Тогда, знаешь ли, обстоятельства могут вынудить меня к решительным действиям!
— Хенрика! — строго начал Ульф.
— Да шучу я, шучу, — я подняла руки в притворной капитуляции. — Хотя… кто знает, что готовит нам судьба?
Брат покачал головой, но не смог сдержать улыбки.
— Бессовестная ты, — сказал он.
— Зато честная, — улыбнулась я. — Так что там с теми девушками на палубе? Они что, все разом решили посмотреть твой корабль? Или это какая‑то особая дипломатическая миссия? А внизу, что за славные молодцы? Видела, как тебя тот чернявый победил. Ну как же так, мне почти стыдно, Ульф. Познакомишь, а? Я пару приемов у него позаимствую на будущее.
Ульф закатил глаза, но в голосе его уже звучала теплота:
— Ох, сестрёнка, — сказал он. — Мы только прибыли, а ты уже ищешь новые приключения на свой «арьергард»***.
Я подмигнула ему и продолжила жевать мясо, словно бы безразлично пожав плечами.
Тут оно всё веселее, чем быть женой старого извращенца.
прим.
* Профилонил - прогулял, пропустил, пренебрег, игнорировал, обошел стороной, отморозился - что в нашем случае значит пропустил, не увидел, прозевал)
**Оскар - престижная премия Американской киноакадемии
*** Арьергард - тыловая охрана, обеспечивающая прикрытие и отступление, но в данном случае означающая совсем другой тыл XD