Путь скарабея (ИЛР, 18+)

Любовные романы Джейн Дигби лучше любого когда-либо написанного фантастического романа.
Она выходила замуж четыре раза, дарила сердце и прелестное тело бесчисленным любовникам, а под конец оказалась в черной бедуинской палатке, где омывала ноги своего хозяина и господина.
Джейн родилась в Норфолке в 1807 г. Ее дед был первым графом Лестером Холкэмом, а ее первым мужем стал лорд Элленборо, богатый вдовец средних лет, циничный, пресыщенный и почти сразу же ей изменивший. По свидетельству ее первого возлюбленного, Джейн была блондинкой "с голубыми глазами, которые взволновали бы святого, и губами, ради прикосновения к которым каждый послал бы проклятие небесам".
Только после рождения двоих детей, отцом которых был австрийский князь Феликс Шварценбург, лорд Элленборо получил развод.
Но Джейн не вышла за князя, который все равнодушнее к ней относился. Вместо этого она прожила с ним два года в Париже, где, среди прочих, завела роман с Бальзаком, прослыв в богемном полусвете остроумной, блестящей и выдающейся собеседницей.
Париж ей наскучил, Джейн уехала и стала любовницей короля Людвига I Баварского, который позже, в старости, лишился трона из-за своей страсти к Лоле Монтес. Навсегда сохранив дружбу с Людвигом, Джейн вышла в Италии замуж за баварского дворянина барона Карла Теодора фон Веннингена и произвела на свет сперва сына, потом дочь.
Спокойная семейная жизнь с детьми не годилась для Джейн, и она сбежала с графом Спиридоном Теотоки в почтовой карете, которую преследовал ее разъяренный муж. Любовники поженились, и Джейн родила еще сына, крещенного Леонидом.
Граф был назначен адъютантом Отона, короля Греции, сына Людвига Баварского. Вскоре Отон воспылал к Джейн такой же страстью, как и его отец. Королева была ревнивой, и в Афинах разгорелся скандал не меньший, чем в Лондоне и в Париже. Потом разыгралась трагедия: шестилетний Леонид, которого Джейн любила больше всех своих прочих детей, погиб у нее на глазах, съезжая по перилам лестницы в доме, где они остановились.
После этого Джейн оставила мужа, а когда улеглось горе, опять влюбилась в великолепного, красивого и соблазнительного шестидесятилетнего повесу, генерала Христодолуса Хаджи-Петроса. Они жили вместе среди горцев, любителей чеснока, пока она не обнаружила, что он спит с ее горничной.
Наутро, никого не осведомив о своих планах, Джейн собралась и уехала из Афин в Сирию. Ей исполнилось уже сорок шесть лет, она по-прежнему оставалась прекрасной, все так же искала настоящей любви, была такой же романтичной, доверчивой, неисправимо оптимистичной. Меньше чем через месяц после отъезда из Греции у нее уже был молодой и красивый любовник-араб.
Но и это новое увлечение ненадолго ее удержало. Джейн предчувствовала, что ее ждет пустыня и новые приключения. Как будто вся жизнь, проведенная на колесах, полная странствий, побегов, неуклонно вела ее на Восток, повинуясь истинному зову ее сердца.
Договариваясь насчет каравана верблюдов, она встретила своего четвертого и последнего мужа, великую любовь своей жизни. Это был шейх Абдул Меджвель эль-Мехраб.
Изабел Бертон описала его в своем журнале:
"Кожа темная, темней, чем у персов, гораздо темнее обычной арабской. И все-таки это очень интеллигентный и обаятельный мужчина в любом отношении, кроме роли мужа. Я содрогаюсь при мысли об этом".
Вдобавок Меджвель был романтичным, страстным, честным и добрым. Королева Виктория отказывалась признавать повторные браки вдов, но Лондон был далеко от Дамаска. Джейн вышла за своего шейха после бурных сцен с английским консулом, который пытался добиться, чтобы ее официально объявили душевнобольной.
Джейн обожала арабский образ жизни, а племя восхищалось ее мастерством наездницы. Они с Меджвелем охотились, держали соколов и персидских борзых, проводили полгода в доме, полгода в черных палатках. Джейн научилась бегло говорить по-арабски, а когда Меджвель мчался в бой с враждебными племенами, скакала за ним.
Джейн любила Меджвеля с неизменной страстью и чистосердечной преданностью. Изабел Бертон рассказывает, как красива она была в шестьдесят лет, каким уважением пользовалась как царица своего племени, как "поила молоком верблюдов, обслуживала мужа, готовя ему еду, подавая для умывания воду, садясь на пол и омывая ему ноги".
Джейн была совершенно счастлива. Однажды, в свой день рождения, она написала:
"Шестьдесят лет – но и пылкая романтичная семнадцатилетняя девушка не превзойдет меня страстной пылкостью чувств".
Она умерла в 1881 г. Тридцать лет любви подарили ей всю красоту и романтику Востока. Сэр Ричард Бертон суммировал это в одной замечательной фразе, сказав, что с Меджвелем "поэзия жизни никогда не опускалась до прозы".
Чего еще может желать женщина любого возраста в любой день своей жизни?

Барбара Картленд "Таинство любви сквозь призму истории"





Русская бедуинка Изабелла Эберхарт

Все началось в Петербурге в 1870-х годах! Известный генерал, давно живший в северной столице, Карлович фон Мердер, пригласил нового воспитателя для своих детей. Звали его Александром Трофимовским. Это был энциклопедически образованный молодой человек, владевший тремя иностранными языками, не чуждый социалистических идей, в прошлом – священник. Дети в нем души не чаяли. Жена генерала Наталья увлеклась «Сашенькой». Увлечение переросло в роман. И молодая генеральша тайком покидает дом стареющего вояки. В Швейцарию! С детьми!
Вскоре генерал умер. Натали оформляет с Трофимовским законный брак. У нее рождаются еще двое детей. Младшую девочку назвали Изабеллой.
Детство ее прошло в Женеве, в поместье «Вилла нова», утопающем в экзотической зелени. По сути, то была огромная жилая оранжерея… Может, именно здесь девочка прониклась духом дальних странствий? Но не только аромат цветков тропических лиан впитала юная Изабелла. От отца она унаследовала теорию равенства полов и свободных нравов, еще в детстве отличаясь гордым и независимым характером. Лет двадцати от роду девушка отправляется с семьей в Алжир, бывший тогда французской колонией, и надолго оседает в одном из приморских городов. После смерти родителей она принимает девичью фамилию матери – Эберхарт. Сестры и братья разъезжаются кто куда. Изабелла остается одна. И тут полностью раскрывается ее независимый характер. Изабелла осваивает арабский язык, обучается езде на лошадях, да не на простых, а на быстрых арабских скакунах. Она не появляется в богатых европейских салонах (в колониальном Алжире у власти фактически стояли несколько знатных белых семей). Изабелла принимает ислам и, сказав «адье» соседям и знакомым, удаляется в Богом забытый оазис Эль-Уэд.

Да, социалистические идеи явно повлияли на мировоззрение девушки. Но в соединении с мусульманской религией они дали какие-то небывалые, особые плоды. Жизнь гордых и независимых бедуинов кажется ей прообразом идеальной жизни, и Изабелла становится кочевницей. Сахарской амазонкой с миловидным русским лицом и белой кожей.
Из дневника Изабеллы Эберхарт: «Теперь я одна на земле ислама, в пустыне, вдали от цивилизации, от ее лицемерных комедий, я свободна, и мне хорошо».
…Дюны, желтые дюны до горизонта. Только изредка над песком и щебнем встают пыльные зеленые холмики. Это кроны пальм, и не поймешь сразу – мираж там или настоящий оазис.
Изабелле нравится жить рядом с пальмами, в этих прохладных островках среди огнедышащей Сахары. Она всерьез увлекается литературным трудом и старательно описывает красоты местной природы и особенности жизни кочевников-бедуинов. Она одевается попеременно то в жизнерадостные белые накидки, то в суровые черные покрывала, становясь поочередно то просто европейской женщиной, бежавшей от земной суеты, то бедуином Махмудом, наравне с мужчинами кочующим под открытым небом с горстью фиников – единственной пищей на несколько дней пути.
Из дневника Изабеллы Эберхарт: «Эта трудная жизнь в пустыне формирует во мне человека действия, спартанский образ жизни помогает мне выжить».
И происходит невероятное. Закрытое сахарское сообщество, святая святых ислама, открывает двери европейской женщине! Ее часто видят верхом на арабском скакуне и за кальяном в мавританских кофейнях. Мусульманские проповедники единогласно избирают ее в полузакрытое братство Кадырийя. Тайные секты, атмосфера мистики, посвящение в секретные доктрины ислама, курящиеся благовония, зыбкая грань между реальностью и миражом…
Тайны уединенной жизни обитателей Сахары не раскрыты до сих пор. Туареги, берберы и иные обитатели пустыни весьма неохотно пускают к себе посторонних, и поныне замкнутая общность пастухов-номадов Сахары остается одной из самых закрытых на Земле. (То, что показывают туристам в Тунисе – псевдопещеры мнимых троглодитов, – жалкое подобие жилищ настоящих пещерных жителей, обитавших в великой пустыне еще во времена Геродота.)
Из дневника Изабеллы Эберхарт: «Мокрые спины танцоров, узкое помещение в чаду кифа – наркотического растения, широко открытые глаза людей, введенных в состояние транса, эротические движения тел, глухая дробь барабанов перемежаются со звоном серебряных украшений…»
Такая жизнь просто не могла не изобиловать опасностями. В 1901 году фанатик из числа сектантов-соперников нападает на девушку и наносит ей саблей тяжелые ранения. Поправившись, она… защищает в суде обидчика и настраивает судей против себя. В результате сектант отправляется на каторгу, а Изабеллу выдворяют из Африки.
Она оказывается в Марселе, этом перекрестке средиземноморского мира, и неудивительно, что именно там встречает своего старого друга – Слимана, с которым познакомилась в странствиях по Сахаре. Она выходит за него замуж. И снова в Алжир, теперь уже на законных основаниях вместе с мужем. Амазонка становится семейной дамой. И – журналисткой! В местных газетах появляются ее репортажи и очерки из сахарской «глубинки». К сожалению, они не дошли до наших дней. Но зато сохранились другие произведения нашей соотечественницы – ее повести, новеллы и даже романы, где герои оказываются на перепутье двух миров – Востока и Запада. Ее герои немного наивные, как и она сама, они честные и справедливые, и они не жильцы в мире, где правят совсем другие законы…
Ее новеллы несут ощущение какого-то душевного надлома, почти все они кончаются трагически. Может, Изабелла чувствовала свой близкий конец?
Смерть русской бедуинки была нелепа и… невероятна, как и вся ее жизнь. В 1904 году невиданной силы ливни обрушились на оазис Айн-Сайфа, где в то время жила Изабелла. Мощные потоки мутной воды, сметая все на своем пути, в мгновение ока уничтожили глиняные хижины, превратив в грязное месиво когда-то процветающий оазис. В живых не осталось никого. Изабелле было тогда двадцать семь лет.
«Загадкой святой Руси», перекинувшей мостик к мусульманскому братству», называли эту девушку в Северной Африке. В последние годы в странах Магриба возродился интерес к жизни и творчеству Изабеллы Эберхарт. Вышла (даже в Мексике!) ее биография, несколько томиков произведений нашей соотечественницы, писавшей на французском, быстро разошлись с прилавков книжных магазинов. У нас же она по-прежнему никому не известна…

100 великих загадок русской истории

Может, будет работать, когда высохнет.
Мой сынуля- вылил пиво на свою Х-бокс-приставку, причем затопил капитально, когда поставил на бок, оттуда целый стаканы вытек, не меньше. Потом приставка высохла и начала работать.