"Помечтай немножко" или клуб поклонниц С.Э.Филлипс

В кармане завибрировал сотовый, лежавший рядом с коробочкой. Аннабел строго настрого приказала ему не отвечать на звонки в присутствии Делани, но какая разница: ей все равно придется привыкать, когда они поженятся.
— Чампьон, — откликнулся он, бросив на будущую жену извиняющийся взгляд.
Голос Аннабел шипел в трубке, как протекающий радиатор.
— Немедленно поезжай ко мне.
— У меня… вроде как самый разгар…
— Плевать мне на твой разгар, даже если ты в Антарктиде. Тащи сюда свою жалкую задницу.
В трубке послышался мужской бас… да нет… гомон целой толпы. Что там у нее? Хит насторожился.
— Ты в порядке?
— А что, со стороны кажется, что я в порядке?
— Ты зла, как сто чертей. Но она уже повесила трубку.
Полчаса спустя он и Делани спешили по дорожке к крыльцу Аннабел.
— Она по натуре не истерична, — то и дело повторяла Делани. — Что то, должно быть, действительно неладно.
Он объяснял, что Аннабел была скорее взбешена, так что истерикой там и не пахло, но само понятие «ярость» казалось абсолютно чуждым Делани, что не предвещало в будущем ничего хорошего, особенно в те моменты, когда ему приходилось смотреть, как «Соке» проигрывают очередную игру.
— Похоже, у нее что то вроде вечеринки, — заметила Делани, нажимая кнопку звонка. Но в доме наяривал оглушительный хип хоп, так что ответа они не дождались. Тогда Хит просто толкнул дверь.
Зрелище, представшее их глазам, было поистине грандиозным. Шон Палмер и с полдюжины его товарищей по команде «Беарз» с удобствами расположились в приемной Аннабел, что само по себе вряд ли могло вызвать тревогу, но через открытую кухонную дверь он заметил еще одну компанию игроков, на этот раз из «Старз». Офис Аннабел, очевидно, показался футболистам нейтральной территорией, и если игроки соперничавших команд и не общались в прямом смысле слова, то по крайней мере смотрели друг на друга из противоположных углов, в то время как Аннабел стояла посреди арочного входа. Хит отлично понимал, почему она занервничала. Ни одна команда не могла забыть прошлогоднего, весьма спорного матча, давшего «Старз» шаткую победу с крайне слабым перевесом над соперниками. Интересно, какая часть ее мозга отправилась в отпуск, когда она одновременно впустила всех этих типов в дом?!
— Эй, все, смотрите, кто пришел!
Хит ответил на приветствие Шона Палмера небрежным взмахом руки. Делани чуть ближе подвинулась к нему.
— Как это, Аннабел, у тебя даже кабельного телевидения нет? — громогласно запротестовал Эдди Скиннер, перекрывая вопли певца. — Может, наверху есть?
— Нет, — отрезала Аннабел, проходя в приемную. — И сей час же сними свои дурацкие лыжи с моих диванных подушек.
Отдав приказ, она повернулась на сто восемьдесят градусов, и палец пистолетным дулом уперся в Тремейна Рассела, лучшего защитника «Беарз» за несколько последних десятилетий.
— Пользуйся чертовой подставкой под стаканы, Тремейн.
Хит не двинулся с места, продолжая улыбаться. Она выглядела как всполошенная вожатая звена младших бойскаутов: кулачки на бедрах, рыжие волосы развеваются, глаза мечут искры.
Тремейн подхватил стакан и вытер край стола рукавом дизайнерского свитера.
— Прости, Аннабел.
Аннабел краем глаза заметила ухмылку Хита и, шагнув вперед, обрушила гнев на него:
— Это вы во всем виноваты! Здесь не менее четырех ваших клиентов, и никого я не знала лично еще год назад. Не будь вас, я так и осталась бы всего лишь одним из болельщиков, наблюдавшим с безопасного расстояния, как они уничтожают друг друга.
Ее взрыв привлек всеобщее внимание, и кто то приглушил музыку, чтобы до конца насладиться пикантной сценой. Аннабел мотнула головой в сторону кухни.
— Они выпили все, что есть в доме, включая кувшин с жидким удобрением для африканских фиалок, которое я только что смешала и была так глупа, что оставила на столе.
Тремейн дружески толкнул Эдди в плечо.
— Говорил же тебе, вкус какой то странный. Эдди пожал плечами:
— А по мне, так все о'кей.
— Они еще заказали на сотни долларов китайской еды, которую я не намерена видеть растоптанной по ковру, так что все будут есть исключительно на кухне.
— И еще пиццу, — добавил Джейсон Кент, игрок из второго состава «Старз», заглядывая в холодильник. — Не забывай те, мы заказали еще и пиццу.
— Интересно, когда мой дом превратился в забегаловку для каждого избалованного, капризного футболиста в северном Иллинойсе? Похоже, вам действительно платят не по заслугам.
— Нам здесь нравится, — пояснил Джейсон. — Напоминает о доме.
— И никаких женщин, — добавил Леандро Коллинз, крайний правый из первого состава, появляясь из офиса с пакетом чипсов. — Бывают дни, когда просто необходимо отдохнуть от дам.
Аннабел молниеносно выкинула руку и отвесила ему подзатыльник.
— Не забывайте, с кем говорите, молодой человек. Леандро был человеком вспыльчивым и не раз набрасывался на судью, имевшего несчастье чем то ему не угодить, но сейчас просто потер затылок и поморщился.
— Совсем как моя матушка.
— Моя тоже, — радостно закивал Тремейн.
— Их матушка! — рявкнула Аннабел, повернувшись к Хиту. — Мне тридцать один год, и я напоминаю им их мамаш!
— Но ты ведешь себя в точности как моя мать, — вставил Шон, как выяснилось, весьма опрометчиво, потому что следующий подзатыльник достался ему.
Хит обменялся сочувственными взглядами с беднягами, прежде чем обратиться к Аннабел.
— Расскажи, солнышко, что тут случилось, — терпеливо попросил он.
Аннабел воздела руки к небу:
— Понятия не имею. Сначала Дин заходил один. Потс привел с собой Джейсона и Девитта. Потом Артс попросил приглядеть за Шоном, так что пришлось пригласить и его, заметь, всего лишь однажды. А он заявился с Леандром и Мэттом. «Стар» там, «Беар» — тут… одно цеплялось за другое. А теперь прямо посреди собственной гостиной я должна терпеть практически смертоубийственные свары.
— Я же просил не беспокоиться, — отмахнулся Джейсон. — Это нейтральная территория.
— Ну да, как же, — прошипела она, раздувая ноздри. — Нейтральная территория, пока кто нибудь не сорвется, и тогда мне тут будут хором ныть: «Прости, Аннабел, но, похоже, теперь у тебя нет не только окон, но и половины второго этажа».
— Единственный, кто здесь то и дело срывается, так это ты, — пробормотал Шон.
Выражение лица Аннабел стало настолько явно смертоносным, что Эдди поперхнулся то ли пивом, то ли удобрением для африканских фиалок. Жидкость пошла через нос, что невероятно развеселило окружающих.
Разъяренная, Аннабел метнулась к Хиту, схватила его за грудки, поднялась на цыпочки и процедила сквозь стиснутые зубы:
— Они обязательно напьются, а потом один из этих идиотов наверняка врежется на «мерседесе» в машину, набитую монахинями. И во всем буду виновата я. Не забывай, это Иллинойс, где хозяин по закону отвечает за гостей.
Хит впервые в жизни ощутил, что разочарован в Аннабел.
— Разве ключи от их машин не у тебя?
— Конечно, у меня. Думаешь, я спятила? Но…
Входная дверь распахнулась, и на пороге появился его величество Дерьмовый Красавчик Робиллар, сверкая темными очками, бриллиантами и начищенными ковбойскими сапогами. И еще имел наглость свысока помахать двумя пальчиками. Как гребаный английский король.
— О черт! Лучше убей меня сейчас, — пробормотала Аннабел, еще сильнее вцепившись в рубашку Хита. — Кто то должен не медленно его увести. Я просто чувствую, что дело кончится сломанной рукой или чем похуже, а мне придется иметь дело с Фэб.
Хит осторожно разогнул ее пальцы.
— Расслабься. Любовничек вполне способен себя защитить.
— Я всего лишь хотела быть свахой. Неужели так трудно понять? Простой свахой. Моя жизнь превратилась в дерьмо...