Исторические романы и книги по мировой истории и культуре

geyspoly:

дубль
Горничная Карнеги (Бенедикт Мари)

Роман Мари Бенедикт — это не просто историческая мелодрама, а глубокий художественный анализ сложной личности и одного из самых загадочных превращений в истории капитализма. Как жесткий и бескомпромиссный бизнесмен Эндрю Карнеги стал великим филантропом? Автор предлагает смелую идею, вводя в сюжет Клару Келли — женщину, которая заполняет моральную пустоту в душе сталепромышленника.
Главное в романе — отношения между хозяином и служанкой. Оба — иммигранты, стремящиеся построить жизнь в Америке. Но если Карнеги добивается успеха через бизнес и деньги, то Клара вынуждена жить во лжи, чтобы выжить. Присвоение чужого имени становится символом американской мечты: чтобы добиться успеха, нужно перестать быть собой и стать тем, кого хочет видеть общество. Особое воспитание Клары, необычное для простой фермерской дочери, позволяет ей вести интеллектуальные споры с Карнеги на равных.
Их отношения — не просто романтическая история «золушки». Бенедикт показывает, как они учатся друг у друга: Клара понимает законы жесткого бизнеса и принципы накопления капитала, а Карнеги через неё возвращает себе «эмпатию иммигранта». Через её глаза читатель видит резкий контраст между богатством и бедностью. Клара напоминает Карнеги о его корнях и не даёт ему потерять совесть.
Финал романа реалистичен и не предлагает счастливого конца. Это подчеркивает жесткие социальные границы в Америке конца XIX века, которые были почти так же непреодолимы, как в Европе. Уход Клары — это её способ сохранить достоинство. Она понимает, что может влиять на Карнеги только оставаясь его «утраченной совестью», а не становясь его тенью или скандальной страницей жизни.
Мари Бенедикт мастерски использует жанр биографической художественной прозы, превращая сухие исторические факты в живую драму. Роман заставляет задуматься: является ли благотворительность искренним желанием помочь или попыткой загладить вину за страдания тех, чьи жизни были оплачены сталью?
Оценка: 5

...

Masjanja:

КЭРОЛАЙН ЛИ «СТЕКЛЯННАЯ ЖЕНЩИНА»

Оценка — 4+
Мне нравятся книги, действие которых происходит в суровых, мрачных и холодных местах. «Стеклянная женщина» обладает завораживающей и беспощадной атмосферой, от неё веет стужей и зловещим предчувствием. Пейзаж и зимнее время года являются такими же важными персонажами этой книги, как и люди. Здесь есть и мрачная тайна, и история о тоске и любви. В романе присутствуют готические элементы и детективная составляющая, которая держит читателя в напряжении. Я постоянно пыталась понять, как умерла первая жена Йоуна и что за таинственные звуки слышны в его доме. Наполненная отсылками к исландским сагам и суевериям, эта история оказалась очень к месту в депрессивную петербургскую зиму.
«Стеклянная женщина» начинается с поразительного образа: дрожь земли раскалывает лёд, и тело всплывает на поверхность моря, подняв руку вверх, и «пальцы цвета слоновой кости шевелятся, словно живые».
Однако основная история начинается несколькими месяцами ранее и повествует о молодой женщине по имени Роуса. Живя в небольшой, бедной общине, она боится, что её мать не переживёт зиму. Решение — брак с Йоуном, состоятельным главой соседнего поселения. Этот союз обеспечивает безопасность матери Роусы, но он также заставляет Роусу покинуть свой дом (и первую любовь) и поселиться с Йоуном в Стиккисхольмюре. Там она обнаруживает, что жители деревни подозрительны и напуганы, шепчутся о смерти первой жены Йоуна, Анны, и предостерегают Роусу от неповиновения ему.
Роуса находит своего нового мужа (и его помощника Пьетюра) пугающим. Йоун ожидает, что она будет жить одна на их хуторе, занимаясь только домашними делами и чтением Библии. А ещё есть чердак, который Йоун упорно держит запертым; скрип половиц, который Роуса слышит по ночам; фигура, стоящая рядом с её кроватью в ночной темноте.
«Стеклянная женщина» — своеобразный парафраз «Синей Бороды»: это становится яснее по мере развития сюжета, хотя автор и отходит от шаблона. Если говорить о современной литературе, то здесь сочетаются атмосфера и среда романа «Вкус дыма» Ханны Кент, интрига и эмоциональная составляющая «Миниатюриста» Джесси Бёртон. Также «Стеклянная женщина» немного напомнила мне «Безмолвных компаньонов» Лоры Перселл — как и в «Миниатюристе», недавно вышедшая замуж женщина отправляется в дом своего мужа и обнаруживает, что он полон секретов и странных вещей, происходящих по ночам.
Некоторые нарекания вызывает длина произведения. Я не совсем уверена, что история должна была быть настолько растянутой; учитывая ограниченность места действия и то, что у Роусы достаточно свободного времени, некоторые сцены начинают казаться повторяющимися. Мне понравилось, как «Стеклянная женщина» опровергает ожидания, особенно как она показывает силу сплетен и слухов в установлении «фактов». В конце концов, практически никто в этой истории не играет ту роль, для которой, казалось бы, был изначально предназначен.
Когда я прочитала аннотацию к «Стеклянной женщине», у меня сложилось очень чёткое представление о том, как будет развиваться сюжет. Однако, как это обычно бывает с аннотациями, я очень ошиблась. Роман начался жутко и загадочно, но вскоре перешёл на совершенно неожиданную территорию. Поначалу кажется, что в романе всего две большие загадки, которые нужно разгадать, но по мере развития сюжета накапливается всё больше и больше проблем, секретов и сюрпризов. Они постоянно трансформируются и развиваются, держа читателя в напряжении.
«Стеклянная женщина» исследует суеверия и религию, а также то, как даже намёк на колдовство (зачастую беспочвенный) может привести к смерти. В книге также содержится увлекательная информация об исландской культуре того времени, включая еду, язык, бытовые привычки, обычаи, социальный порядок и мифологию. Это общество, в котором ожидаемая роль женщин — послушание, и любое отклонение от неё влечёт за собой риск обвинения в колдовстве.
Хотя в «Стеклянной женщине» затрагивается множество тем, они органично переплетаются, создавая целостную картину, а не разрозненный коллаж.
Каждый из персонажей изображён очень ярко. Представить каждого из них было легко, и мне очень понравилось, как автор дала им возможность раскрыться. Мы видим их с разных ракурсов и понимаем с разных точек зрения. Например, Йоун показан и как зловещий и властный незнакомец, и как добрый и сердечный муж, и как испуганный человек, которому есть что скрывать. Каждая из этих сторон проявляется по очереди, показывая, что каждый человек многогранен и не обязательно является открытой книгой.
Помимо человеческих персонажей, место действия само по себе становится самостоятельным персонажем. В «Стеклянной женщине» хорошо переданы пейзажи. Читатель чувствует, как холод пронизывает его до костей, видит уютные фермерские дома, приютившиеся на холмах, слышит ярость ноябрьской метели. Исландия оживает и становится здесь чем-то гораздо большим, чем просто декорацией.
Автор блестяще создаёт атмосферу удушающей изоляции, а также оживляет суровые реалии жизни отдалённого поселения, бесконечную домашнюю рутину и борьбу со стихией. «Мир стал совсем крохотным — не видно ни холмов, ни неба, ни бескрайнего моря, и только они вдвоём — два крошечных островка тепла и жизни в этой мгле. Со всех сторон скалится, обнажая кривые зубы, незнакомая снежная пустыня».
Повествование, чередующееся между точками зрения Роусы и Йоуна, переключается между прошлым и настоящим, пока обе сюжетные линии не сходятся и, наконец, всё не раскрывается. Когда это происходит, то перед читателем во всей полноте предстаёт история о жестокости, запретной любви, безумии, рождённом из горя и несбывшихся желаний, тёмных ночах и ещё более тёмных поступках.
Полбалла снизила за некоторую затянутость и использование в тексте исландских слов, написанных по-исландски. Словарик, конечно, очень информативен, но в тексте эти слова несколько раздражали.

Книга прочитана в рамках Новогоднего лампового флэшмоба. За совет спасибо Насте (Настёна СПб).

...

Lady O:

Елена Бриолле
"Танец фавна"
Русские сезоны Дягилева известны во всем мире. Имена Нижинского, Павловой, Карсавиной знают даже те, кто не интересуется балетом.
Летом 1912 года в разгар Русских сезонов разворачивается действие книги. Погибает один из артистов балета. Габриэль Ленуар понимает, что жертва должна быть иная.
Интересная атмосфера - попадаешь в закулисье балета.
Мотивы и преступника я не угадала. Ленуар мне понравился. Было интересно следить за его действиями.
Моя оценка 5

Настя (Настёна СПб), благодарю, что обратила моё внимание на эту книгу. 💐

...

Настёна СПб:

Лена, я очень рада, что роман не разочаровал . Прикол в том, что я перепутала книги и собиралась посоветовать не «Стеклянную женщину», а «Милосердных». Тоже про суровые края.



Оксана, это замечательно, что книжка понравилась . Помню, за творческой частью мне следить было интереснее, чем за детективной.

...

Masjanja:

Настя, это был перст судьбы! А "Милосердных" я прочитаю.

...

Masjanja:

ЭДИТ ХИЛЛ «ПОРАБОЩЁННЫЕ СЕРДЦА»

Оценка - 4+

Начну немного не с собственно отзыва. Мне обложка романа очень… эээ… стрёмненькой показалась. Ричард Бёртон с физиономией, на которой явно видны следы излишеств, и какая-то современная девица. Очень странно, ну да ладно.
Как оказалось, за этой непришейкобылехвост обложкой скрывалось замечательное произведение. При том, что к истории его сюжет имеет очень мало отношения. Агрикола не засылал к ордовикам (даже по меркам не очень мирных кельтов это племя отличалось воинственностью и свирепостью в бою) никаких дипломатических спецпосланников, а просто одним махом уничтожил непокорное племя, а заодно и завоевал остров Англси, истребив живших там друидов.
И один из основных движущих элементов драматического противостояния героини с её окружением и героем — изнасилование её римскими солдатами и последовавшая за этим беременность — является драмой только в глазах современного общества. Кельты из подобных случаев не делали трагедии в силу многих причин — и первой среди них было мировоззрение. Женщины обладали правами наравне с мужчинами; кельтских женщин учили быть воинами наравне с мужчинами; изнасилование женщины врагами племени становилось только поводом подогреть воинственный настрой — и не в последнюю очередь у женщины тоже; дети, появившиеся на свет в результате подобных случаев, считались кельтами, так как мать была кельткой, и успешно интегрировались в общество; в силу высокой детской смертности, постоянных войн и свободных отношений у кельтов вообще не было понятия «законных» и «незаконных» детей. В общем, описанные в начале романа события никак не могли быть позором в кельтском обществе, а то, что героиня выжила, — это говорило только о её силе.
Но тем не менее роман «Порабощённые сердца» обладает своими нюансами, которые вкупе с неспешно развивающимся сюжетом прекрасно показывают сближение двух людей первоначально настолько далёких друг другу, насколько это вообще возможно вообразить; и порабощение здесь не только буквальное, но и метафорическое.
Вождь Церрикс и Агрикола разрабатывают план: Агрикола позволит захватить нескольких своих солдат в надежде на мирное сосуществование двух культур, но если мужчинам будет нанесён непоправимый вред, то он расправится с Церриксом, как и со всем его племенем.
Церрикс хочет, чтобы этот план удался, поэтому он сводит пленников с теми, у кого в семьях есть соответствующая пустота: молодого солдата отправляют к бездетной паре, балагура с задатками фокусника — в семью с множеством детей и т. д. А главного героя Галена, немногословного, гордого и похожего на Максимуса (не могла удержаться от сравнения) крутого парня, Церрикс сводит с прекрасной, одинокой, пережившей насилие Рикой, которая потеряла мужа и теперь постоянно подвергается угрозам со стороны озабоченного психопата-деверя Маурика. Но Рика ненавидит римлян, и это вполне понятно. Сначала Гален не может понять всю глубину её ненависти, но постепенно он узнаёт всю историю и (естественно) завоёвывает её расположение своим спокойствием и защитой, особенно в отношении садиста Маурика и его приспешника Балора, которые являются парой настоящих мерзавцев, жаждущих власти и крови.
Мне показалось, что возникновение и развитие доверия Рики к Галену (и, соответственно, развитие желания Галена к Рике) было хорошо показано — он довольно быстро начинает влюбляться в неё и проявляет чувство собственничества, но ей требуется много времени, чтобы даже впустить его в свой дом, не говоря уже о том, чтобы терпеть его в непосредственной близости или хотеть большего. Но постепенно она начинает преодолевать их культурный конфликт и полагаться на его спокойную, воспитанную в военной среде силу, чего ей всегда не хватало. Её страдания из-за того, что Галена выпороли, стали трогательным поворотным моментом — не только его молчание, но и его готовность понести наказание ради её чести.
В целом, оценка 4+ за приятных главных героев и сильный сюжет, действие которого разворачивается в эпоху, которую редко встретишь в любовно-исторических романах — я многого не ожидала, но эта книга меня удивила.

Книга прочитана в рамках Новогоднего лампового флэшмоба. За совет спасибо Кристине (Consuelo).

...

Consuelo:

Рой Якобсен «Стужа»

Объёмная и атмосферная история о пути становления воина, исландца Торгеста, в первой половине XI века. Торгест, или просто Гест, как его прозвали из-за маленького роста, родился и вырос на суровых землях Исландии. Ещё мальчиком он столкнулся с огромной трагедией – убийством отца и последовавшей смертью матери. Ему пришлось пойти по пути кровной мести и оказаться, по сути, в изгнании. Он попадает в Норвегию, где его ожидает череда испытаний и вызовов, формирующих его характер и оттачивающих естественные качества натуры. Путь Геста продолжается в сторону Англии, где он возвышается до советника ярла и участвует в завоевании Британии. Одновременно с этим происходит постепенно расширение влияния христианства в северной Европе, среди скандинавских народов, которые всё больше принимают Белого Бога (Иисуса Христа), но, конечно, всё ещё связаны с языческими верованиями предков.
Роман шёл у меня переменным успехом: начало весьма интересное, в середине продвигаться стало несколько туговато, а под финал интерес вновь проснулся. Роман написан приближенно к стилю скандинавских саг. Главный герой остаётся персонажем далеко не однозначным, одиноким по природе, цельным. Поставлю, пожалуй, 4.

...

Настёна СПб:

ДМИТРИЙ ФИЛОСОФОВ «ВОСПОМИНАНИЯ»

В журнале «Мир искусства» Дмитрий Философов отвечал за литературную часть. Как вспоминала Мариэтта Шагинян, он «не был ни журналистом, ни писателем, ему не хватало таланта, и не было в том, что он писал, изюминки.» Мемуары Дмитрия Владимировича ценны, на мой взгляд, воспоминаниями детства, ушедшего мира. Это даже не мемуары, а разрозненные заметки «для себя», с обилием имён, которые я с какого-то момента перестала запоминать (спасибо составителю за обширные комментарии).
Дмитрий Владимирович – эстет, аристократ, чьи, как отмечала Зинаида Гиппиус, «барские манеры не совсем походили на дягилевские: даже в них чувствовался его капризный, упрямый, малоактивный характер…» Кажется, очень точен портрет Серова... Сын военного прокурора Российской империи Владимира Дмитриевича Философова и известной общественной деятельницы Анны Павловны Дягилевой. Папа – консерватор, мама – либералка.

Когда в гимназии Дмитрий сдружился с Александром Бенуа, то разницу в семейных отношениях и быте охарактеризовал как посещение в конце XVII в. москвичом Немецкой слободы. А Бенуа, помню, не мог не думать, что Философовы – крепостники. Считают же специалисты, что Пушкин писал своего Троекурова из «Дубровского» с дедушки мемуариста.
…Воспоминания о летнем отдыхе в «деревне» на Псковщине. Хорошо отмечена не только ленивая, тягучая жизнь русской провинции (то ли «Мёртвые души», то ли Салтыков-Щедрин), но и момент «перелома», упадка старого усадебного быта, как в «Вишнёвом саде». В Новоржевском уезде Философовым принадлежали Бежаницы, Богдановское, Усадище (надеюсь, летом съезжу в эти места)… Богдановское – «колыбель» русского декадентства. Зинаида Каменецкая, племянница Дмитрия Владимировича, вспоминала:

Оценка – 4.

...

Consuelo:

Сильви Ле Бра-Шово «Королева моды: Нерассказанная история Марии-Антуанетты»

Исследование Сильви Ле Бра-Шово, историка моды, посвящено раскрытию образа, характера и судьбы Марии-Антуанетты Австрийской, королевы Франции, через её отношения с модой, их взаимное влияние. Наряд определяет статус, выражает позицию, передаёт настроение. Юная австрийская эрцгерцогиня прибыла ко двору Бурбонов хорошо подготовленной. Однако подготовиться ко всему оказалось невозможным. Старый мир увядающей монархии держался за давно устаревший этикет. Совсем ещё девочка, будущая королева, оказалась втиснута не только в неудобный и старомодный наряд, но и в отживший своё этикет, предписывающий чёткие правила аристократии, нарушать которые считалось едва ли не скандалом (а местами совершенно точно скандалом). И даже для короля. Удушающие обязанности гнали впоследствии королеву в искусственно созданную пастораль Трианона, где Мария-Антуанетта сбрасывала тяжёлые платья и отказывалась от причудливых многоэтажных причёсок. За этой попыткой эскапизма, по сути, скрывалось несоответствие королевы той позиции, которую ей уготовила воля матери. Ей бы лучше жить богатой дворянкой, без обременения высокими обязанностями и не на главной «сцене» государства.

Автор, очевидно, симпатизирует своей героине, смягчает её ошибки и старается нивелировать попытки Марии-Антуанетты вмешаться в государственные дела, дабы продвинуть своих любимцев. Королева, конечно, далеко не главная и не единственная причина последовавшей революции, но сориентироваться на местности и почувствовать дух нового времени она явно не могла. Её проницательная матушка, кстати говоря, это предвидела, и не строила иллюзий насчёт способностей дочери. Тем не менее, книга весьма интересная, потому что она изучает не только гардероб Марии-Антуанетты, но и символизм, окружавший даже отдельные элементы наряда. Её украшения, туфли, шляпки, ткани. И её отношения с окружающими: родными, придворными, художниками, портными, швеями и т.д. Как королева влияла на моду и как мода влияла на королеву. И что происходило вокруг этой центральной темы.

Оценка – 5.

...

Consuelo:

Сандра Лессманн «Тайна старой знахарки»

Действие романа разворачивается в 1666 г., в Лондоне, который только что пережил эпидемию чумы, о чём мы читали в предыдущем романе, а теперь ему предстоит пережить ещё одну трагедию – большой пожар. И всё это на фоне политических интриг и вполне реального противостояния государств. Тем не менее политическая составляющая вплетена в сюжет аккуратно, не перекрывая, а дополняя и обогащая основную детективную линию. Итак, некто убивает повитуху, а её дочери удаётся спастись. Однако, очевидно, что жизнь Энн остаётся в опасности. Королевский судья Орландо Трелони просит своего друга, врача и католического священника Иеремию Блэкшо, помочь распутать дело, которое на первый взгляд кажется не настолько сложным. Но по мере продвижения расследования появляются новые нюансы, детали и сопутствующие сюжетные ветки, закручивающиеся в добротный детектив.

Сам того не ожидая, Ален Риджуэй, врач и друг Блэкшо, впутывается в беду. Всё-таки в прошлом романе все звоночки были, а Риджуэй их не услышал. Вместе с тем продолжается линия леди Аморе Сент-Клер и её ирландского возлюбленного. Оказалось, что между ними не всё так гладко. Удивило поведение Аморе, честно говоря. Меньше года прошло с их расставания, Брендан не на прогулку отправился. Он, конечно, мог и черкнуть пару строчек любимой, но ведь и она могла вполне узнать о нём у своих парижских знакомых. Мало ли что с ним случиться могло. И года подождать Аморе не могла. Жаль. Она мне нравится в целом, но вот верностью, увы, не отличается. Да и как-то сын её мало интересует.

В целом роман весьма интересный, с хорошей интригой и добротным раскрытием исторического фона. Оценка – 5.

...

Настёна СПб:

КОНСТАНТИН СОМОВ «ДНЕВНИК 1917 – 1923 гг.»

Несколько лет назад я читала сокращённое советское издание дневниковых записей и писем Сомова. В нём утончённый художник, эстет, денди, певец, театрал, коллекционер фарфора предстаёт пессимистичным ворчуном и брюзгой. Похоже, характер у Константина Андреевича действительно не сахар. Например, все женщины, кроме любимой сестры, у него дуры, русская культура полукультура, а «коллега» Борис Григорьев (и не один он) «замечательно талантливый, но сволочной, глупый, дешёвый порнограф.» Но Сомов мог – хотя бы для себя, в дневнике – признать, что где-то был неправ, а с кем-то вёл себя некрасиво. И он не истеричка.
Как многие интеллигенты, Сомов не был доволен царской властью и ждал перемен, но Октябрьская революция принесла что-то не то (потом он ожидал прихода англичан или немцев). До 17-го года семья Сомовых занимала целый дом на Екатерингофском проспекте, и художнику пришлось переехать в квартиру к сестре Анне Андреевне (она жила с мужем – у Сергея Дмитриевича и Константина Андреевича была взаимная неприязнь – и двумя сыновьями). Работы Сомова пользовались популярностью и продавались очень дорого. Елена Верейская даже написала стишок:
Наш Константин Андреич Сомов,
Волшебник красок и изломов,
Понаписал картинок-гномов
Для новоявленных grand'homme'ов.
Так что жил Константин Андреевич лучше многих (интересно сравнить запись автора о покупке Русским музеем портрета Мефодия с рассказом Бенуа). Правда, зимой квартиру было трудно отапливать и нередко температура держалась чуть выше плюса. Своими же картинами Сомов был вечно недоволен и буквально заставлял себя работать («С отвращением и отчаянием в сердце принудил себя начать новую картину»). А ещё надо было как-то отвертеться от общественных дежурств и работ (к слову, художник хоть и не любил физический труд, бытовым инвалидом не был). Забавно, что тут Сомов сразу вспоминает, что уже не мальчик, но при этом уверен, что большинство женщин на него заглядываются.
Сомовых не обошли общие заботы и страхи. Комендантский час (а Сомов любитель засидеться в гостях допоздна; я снова удивилась частоте походов к знакомым, Константин Андреевич несколько раз отмечал, что, мол, неловко получилось: пришли только поесть), квартплата, подоходный налог, войска под городом, встреча в тёмном переулке с «асоциальным элементом», комитеты, взлёт цен с копеек до миллионов и – главное – боязнь за близких. Племянника Дмитрия взяли после Кронштадского восстания, позже арестовали Евгения, ввязавшегося в какую-то махинацию – для обоих всё закончилось благополучно, но бессонных ночей и болей в сердце родственникам прибавило.
Не в первой книге замечаю, что то, что хотели скрыть, подчёркивается особо. Когда-то племянник Сомова вымарал из дневника дяди особо интимные или опасные моменты, сейчас все восстановленные фрагменты выделены жирным шрифтом и сразу бросаются в глаза. Откровений о личной жизни в дневнике много, несмотря на то, что (можно такое писать, нет?) и Уолполл, и Мефодий уехали в самом начале. До меня чуть ли не в середине книги дошло, что сомовское «P.S.» не post scriptum .
В кон. 1923 г., когда заказов стало меньше, Сомов уехал в США с русской выставкой. Следующий раз я встречусь с художником уже в 1928 г. в Париже (дневников за 1924 – 27 гг. у меня нет).

Оценка – 5.

...

geyspoly:

дубль
Танец Иды (Дорош Елена)

Анна Чебнева, сотрудница ленинградского УГРО, расследует серию дерзких вооруженных ограблений. В ходе следственного эксперимента погибает один из налетчиков, и банда решается на жестокую месть: похищает дочь Анны и вывозит её за границу. С этого момента действие переносится во Францию, где на страницах романа Елены Дорош оживают легендарные исторические личности.
Сюжет захватывает не только поисками девочки, но и детективной линией с похищенными российскими бриллиантами. Атмосферу эпохи создают «статисты» с мировыми именами: чета Фитцджеральд, Леон Бакст, Анна Павлова, Эльза Триоле и Лиля Брик. Однако для меня центральной фигурой стала скандально известная Ида Рубинштейн.
Удивительно наблюдать за женщиной, которую когда-то считали абсолютно непригодной для танцев, но которая вопреки всему стала легендой. Её эпатажный образ жизни и магнетизм завораживают. Автор допускает мысль о её работе на российскую разведку — и, зная авантюрную натуру Иды, в это легко поверить. Каждый её выход в свет — это тщательно срежиссированный моноспектакль. Современники спорили о её красоте, но статус роковой женщины был неоспорим. В этой книге Иде удалось затмить даже главных героев. С удовольствием продолжу знакомство с историческими персонажами в других книгах Елены Дорош.
Оценка: 5

...

Consuelo:

Джанет Глисон «Смарагдовое ожерелье»

Однажды, в холодную октябрьскую пору 1786 г., в лондонский дом известного художника заявляется некая дама. У дамы с собой футляр со смарагдовым ожерельем, напоминающем змею. Дама предлагает художнику ультиматум, требовать исполнения которого они придёт через месяц. И художнику вновь предстоит вернуться в памяти на двадцать лет назад, когда он стал невольным свидетелем семейной трагедии и преступления.
Много времени в романе уделено истории разведения ананасов в британском климате. Это довольно любопытно. Есть несколько сюжетных линий. Но вот само развитие сюжета показалось несколько хаотичным и сумбурным, а развязка и личность убийцы разочаровали, потому что прямо как из анекдота. Оценка – 4.

...

Consuelo:

Натали Хейнс «Тысяча кораблей»

«— Пой, муза, — велел он, и я спела.
Я спела о полчищах и о воинах.
О богах и чудовищах, о былях и небылицах.
О смерти и жизни, о радости и боли.
О жизни после смерти.
И еще я спела о женщинах — женщинах, оказавшихся в тени. О забытом, незамеченном, невысказанном. Я собрала старинные предания и потрясала ими, пока спрятанные от чужих взоров женщины не вышли на всеобщее обозрение. Я славила их в песнях, ведь они так долго ждали признания. Как я и обещала, это не история одной-двух женщин. Это история всех женщин на войне. Война не обходит стороной половину человечества, чьи жизни она затрагивает. Так почему же это делаем мы?»

Сюжет романа Натали Хейнс строится на поэме Гомера «Илиада» по большей части и в небольшой части на поэме «Одиссея». Однако рассказ ведётся от лица многих женщин, матерей и жён, дочерей и сестёр, ставших жертвами войны, начавшейся по воле капризных богов и алчных людей. Одни из них оказались запертыми на долгие годы за стенами осаждённого и обречённого города, другие же остались в своих далёких царствах, ожидая возвращения любимых. Они станут добычей победителей, убитыми жертвами войны, принесёнными в дар богам и людям. Автор не меняет основы гомеровских поэм, т.е. не убирает элемент божественности и предначертания в судьбах участников тех столь далёких событий. И поэтому мы слышим голоса не только смертных женщин, гречанок и троянок, но и богинь, занявших противоположные в противостоянии стороны. Примечательно, что голоса той самой «женщины раздора», Елены Спартанской/Троянской, мы не слышим, за исключением кратких фраз.

Мне любопытны пересказы греческих мифов и легенд, а также классических античных произведений, если, конечно, они выполнены на хорошем уровне. Роман Натали Хейнс не перевирает оригинальные сюжеты обеих поэм Гомера, добавления не радикально искажают оригинал. В целом, вернуться к кровавой истории падения Трои, но через женские судьбы, всегда тяжёлые и трагические, было интересно, хотя и печально. Немного не хватило Электры, дочери Агамемнона и Клитемнестры (Клитемнестра, конечно, сложный персонаж, вызывающий сочувствие, месть её понятна, авторская версия мотивов поступка героини выглядит органично), и Гермионы, дочери Елены и Менелая.

Оценка – 5.

...

geyspoly:

дубль
Великолепные Эмберсоны (Таркингтон Ньютон Бут)

Начав читать «Великолепных Эмберсонов», я ожидала историю о том, что «не в деньгах счастье». Но роман оказался куда глубже — это не просто семейная сага, а тонкое исследование человеческих заблуждений, которые способны разрушить целую жизнь. В этом смысле книга действительно напоминает «Будденброков» Мана: перед нами история расцвета и неизбежного упадка некогда блистательного семейства Среднего Запада.
Центральная фигура — Джордж Эмберсон — почти учебный пример человека, выросшего в атмосфере восхищения и вседозволенности. Его главная ошибка — уверенность, что мир обязан оставаться таким, каким он его знает. Джордж убеждён, что богатство семьи вечно, что социальное положение незыблемо, что прогресс — пустая прихоть, а его собственное мнение — единственно верное. Он живёт в иллюзии, что статус по праву принадлежит ему и не требует ни усилий, ни развития.
Эти заблуждения формируют его характер: высокомерие, безжалостность, презрение к тем, кто «ниже». С детства, под мягким покровительством матери, он привык подавлять слабых, а став взрослым — отвергать всё, что не вписывается в его картину мира. Самое трагичное в том, что его ошибки разрушают не только его собственную судьбу. Эгоизм Джорджа лишает счастья мать, разрушает её надежду на любовь, а его упрямство отталкивает девушку, которую он сам любит.
Крах героя закономерен: мир меняется, а он — нет. Оставшись без денег и без профессии, он оказывается никому не нужным. И всё же финал вызывает сочувствие. В больничной палате, с намёком на восковую бледность, он выглядит человеком, осознавшим суровую реальность, которую так долго отрицал. Даже прощение Юджина Моргана — человека, чью жизнь он исковеркал, — уже не способно ничего изменить.
«Великолепные Эмберсоны» — это не просто история о падении богатой семьи. Это роман о том, как опасно жить в мире собственных иллюзий, игнорируя движение времени. Джордж Эмберсон — трагическая фигура именно потому, что его заблуждения были искренними, но губительными.
Оценка: 5

...