Идущие по краю бездны. 18+

Odina:

Рита, огромное спасибо за красоту!

Таша, спасибо за Чарльза!

...

nelis:

Марина, Таша, Рита, спасибо вам за красоту, которую вы даровали всем нам и принесли столько позитива!

...

dionin:

Девочки, Марина, Таша, Рита,

...

Kolibri:

Таша, спасибо за Чарльза!

Рита, Эмилия просто Класс! Клип Обалдеть!

...

Lorenso:

Марина, спасибо за прекрасный коллаж, очень понравился.

Таша, стихи великолепные, Тронули за душу о Рике.

Рита, спасибо за Эмилию и чудесный клип.

...

Shaurita:

Лера, девочки всем вечер добрый!
Ритулик классный клип! Очень понравился.
Я тут одним глазком пробежалась по темке, вобщем всех поблагодарила, а Настю забыла...
Настя Anastazia твоя обложка красивая и главное там такой милый Чарльз)))
Рик вообще шикарный на всех фотках (обажаю красавчика Нира Лави).

...

tina bairon:

Мариш привет! Я тоже не знаю как описать свои эмоции, прочитав отзыв сижу как дура улыбаюсь, довольная, что слон и думаю, много ли человеку для счастья надо? Ведь хорошее отношение и внимание, это очень много!
Спасибо дорогульчик за такой содержательный и душу греющий отзыв, кажется я на вершине Олимпа.
Положительные эмоции так и распирают меня!



Ритульчик мой, красотульчик, какая ты умничка, спасибочки тебе за эту красоту!

Анимации Цветы



Ташенька солнышко, извини, что пишу самая последняя Ношусь по делам что угорелая, вот и проворонила.

Спасибо мой хороший за такой шикарный подарок. Девчонки ведь правы, тебе в стихах лучше удалось отразить сущность героев, чем мне в прозе, бесспорно ты талант, и мне очень приятно, что теперь моим героям посвящены стихи.
Спасибо дорогуличка, мне невообразимо приятно!

Анимации Цветы

...

tina bairon:

 » ГЛАВА 11

Глава 11

Часы сна пролетели очень быстро, но когда Эмилию разбудил один из охранников, она уже чувствовала себя гораздо бодрее. По длинным коридорам и тоннелям он вывел её во двор, где уже прогуливались осуждённые. Эмилия пробежала взглядом вокруг, отыскивая глазами Ким, но её нигде не было видно. В самом центре двора столпилась большая группа, а внутри её царило какое-то странное оживление.

Сердце девушки забилось, как барабанная дробь, она бегом рванулась туда. Растолкав гудящую толпу, прорвалась в середину. На земле в пыли и крови валялась её подруга и уже даже не реагировала на пинки ногами некоторых заключённых, которые отбрасывали тело девушки то в одну сторону, то в другую.

– Оставьте её! – словно рычание львицы, прозвучал голос Эмилии, заглушая, гул толпы.

Все моментально стихли, круг разделился на два кольца, одно в другом. То, которое было ближе к центру - потоньше, то, которое дальше - потолще.
Одни были зрителями, другие не прочь размяться и показать себя. Но выглядело это, в любом случае, ужасно, не менее десятка против одной.

Пробежав глазами по злобным лицам окружавших её воительниц, Эмилия довольно определённо поняла, что против этой орды ей не устоять, но, с другой стороны, другого выхода не было. Оставалось надеяться лишь на одно, что охранники подоспеют вовремя, ещё до того, как её прибьют.

Из круга немного вперед подалась довольно объёмная женщина лет тридцати с лишним, и заревела, как бизониха:

– Какая-то худосочная пигалица указывает, что делать Тори! – с этими словами она рванулась к Эмилии, все остальные также двинулись со своих мест.

Эмилия, размахивая то ногами, то руками, то совершая разнообразные прыжки, подсечки, кувырки, минут пять умудрялась никого близко к себе не подпускать. По мере потерь, неприятельское кольцо пополнялось из враждебно настроенных зрителей. И когда Эмилию, всё же поймав, растянули, словно на кресте, и воспользовались ею в качестве боксёрской груши, внезапно организовалось два противоборствующих кольца, новоиспечённые выступили в защиту девушки, тем самым спасли её от неминуемой гибели.

Завязалась жуткая потасовка, и тут появился отряд охранников, с вышки начали стрелять. Толпа ринулась в разные стороны, и когда все разбежались, на земле осталось валяться не менее тридцати тел, но, где-то через минуту, к ним присоединилось тридцать первое, это была Эмилия.

Когда она пришла в себя, то рядом, на стуле, возле своей кровати увидела уже знакомое лицо, это был Маккой.

– Это то, о чём я вам говорил, моя девочка! Сегодня вам повезло, но повезёт ли завтра? Думаю, вы и сами догадываетесь, кто всё это организовал. Да! Несомненно, это, конечно, Биатрис, эта стерва не успокоится, пока не сживёт вас с этого света, ей терять нечего, она здесь отбывает пожизненный срок! Подумайте над моим предложением, милая! А сейчас я ухожу, не хочу вас утомлять. Когда вам станет легче, мы продолжим наш разговор, – он лукаво улыбнулся, затем поднялся и удалился. Эмилия тяжело вздохнула со словами.

– Господи, лучше бы меня забили!

Затем оглядела помещение, в котором находилась. Это была небольшая комната, сплошь и рядом уставленная кроватями, два больших окна ярко освещали помещение дневным светом. Между кроватями скользили туда-сюда три санитарки.

Эмилия, улучшив момент, подозвала одну из них и взволнованно спросила.

– Мисс, вы знаете девушку по имени Ким, если да, то, как она?

– Не волнуйтесь, с ней всё в порядке, хотя пришла в сознание так же, как вы, только сегодня, несколькими часами ранее, переломов нет, серьёзных повреждений тоже, только ушибы, ссадины и синяки, – склонившись над Эмилией, вежливо ответила санитарка.

– Что значит, только сегодня? – удивленно сдвинув брови на переносице, спросила девушка.

– Три дня вы были без сознания, но теперь очень быстро станете на ноги, – ответила та и удалилась.

– Три дня, три дня! – вертелось в голове Эмилии. – О, Боже, а если за это время её навещали отец и Чарльз, что же им тогда сказали?
С этой минуты девушка уже не находила себе покоя, бесконечно думая об этом и строя различные гипотезы, но спросить, уточнить ни у кого не могла. Прошёл день, затем другой, на третий пришёл охранник и заявил, что должен сопроводить её в камеру.

Новая камера находилась на втором этаже здания. Кроме лежанки, в ней ничего не было, но зарешёченное окно открывало перед глазами Эмилии приятный пейзаж, так как выходило не внутрь здания, а наружу. Теперь, глядя в него, она могла видеть зелёный лес, расстилающийся вдали.

Подошёл к концу этот день. Наступил последний, второй недели пребывания в этой тюрьме. Глаза Эмилии неотрывно глядели на зарешёченную дверь в ожидании того, что появится охранник и сообщит, что к ней пришли. Но никто не появлялся, и сердце Эмилии мучительно сжималось в предчувствии какой-то беды. Первую неделю посещения отца и Чарльза были постоянными, ну а теперь прошла уже неделя, и никого.

Ближе к вечеру к её камере подошёл охранник, и заскрипел замок. Эмилия, соскочив со своей лежанки, кинулась к нему, но тот разочаровал бедняжку, сообщив, что её хочет видеть заместитель начальника тюрьмы.

Теперь всё внутри девушки замерло в испуге, ведь она прекрасно знала, чего он хочет от неё, но, всё же, была вынуждена подчиниться.

Ее встретила просторная комната, освещённая свечами. За спиной закрылась дверь.

– Ну, так что, миссис Тереч, вы обдумали моё предложение? Я вам предлагаю безопасность, а вы мне взамен любовь, – мужчина приблизился к ней и, взяв руки, поцеловал.

– А что, если я откажусь? – как бы невзначай поинтересовалась Эмилия и, слегка отстранив его рукой, вошла глубже в комнату.

– Откажетесь? Глупо! Дело в том, что мой вопрос - лишь формальность. Это тюрьма, и я в ней начальник, значит, могу взять то, чего мне хочется.

Эти слова, словно нож, резали слух, но ей приходилось терпеть.

– Женщина - не вещь, сэр, которую можно взять, если захотел! - мягко возразила она, кружа по комнате. Краем глаза Эмилия следила, на каком расстоянии находится он от неё.

– На свободе вы - леди! А здесь - всего лишь осуждённая, как многие сотни других, среди которых убийцы, воры и проститутки. Это грязное дно, милая, и так случилось, что вы в него угодили, теперь зависит только от меня, сможете ли вы в нём прижиться. Я уже говорил вам, что могу вашу жизнь превратить в рай, а могу сделать адом, и таким, что то, что устроил вам Тереч, покажется милой шалостью.

– Вы запугиваете меня? – наивным голоском пролепетала Эмилия.

– Я говорю правду, миссис Тереч! Вы очень красивая женщина, скажу больше, таких красавиц, как вы, я не встречал никогда в свой жизни и, разумеется, страстно хочу пополнить ваш список любовников. Со своей стороны могу обещать, что не разочарую вас, а возможно, даже вам понравлюсь, пока не жаловался никто, – проговорил он мерзким, сладострастным голосом и, прекратив бродить за ней, подошёл к дивану, неподалёку от которого стоял сервированный небольшой столик. Взяв с него бутылку вина, разлил его по фужерам и, зажав оба в руках, присел на диван.

– Давайте не будем ссориться, подумайте сами. Хотите вы или нет, у вас нет другого выхода, вы будете моей в любом случае, добровольно или силой, для меня нет разницы. Вам никто не поможет! Вас никто не спасёт! Да и какой смысл разыгрывать из себя благородную девицу, с вашей репутацией это просто смешно! Давайте лучше выпьем немного вина, оно поможет вам расслабиться и стать немного поуступчивее, – он протянул ей фужер.

Эмилия застыла в нерешительности. «Оттягивать время? А какой смысл, он не откажется от своих похотливых желаний! Напоить его до бесчувствия? Вряд ли получится! Оказать сопротивление при насилии? Но, бежать-то некуда, за дверью охранник!» – глаза девушки устремились к окну, и она приятно удивилась. Как ни странно, в этой комнате они не были зарешёчены, в них только были вмонтированы вертикальные прутья, через которые, при большом желании, она могла бы протиснуться. Но через мгновение это радостное ощущение исчезло.

Второй этаж, если даже ей удастся пробраться сквозь прутья, то спуститься вниз без верёвки не реально, разве что, свести концы с жизнью, а как же тогда её отец, нет, он не выдержит такого потрясения. Из этой ситуации просто не было выхода, и оставалось одно: надеяться на милость судьбы, которая, в последнее время, развернулась к ней задом.

Эмилия подошла к мужчине, взяла фужер. Сев рядом, поднесла его к губам и тут же услышала удивлённый возглас:

– Девочка моя, что за шрамы у вас на запястьях? – он пальцами провёл по ним и хитро улыбнулся. – Вас, что, привязывали верёвками к кровати?
Эмилия, ничего не ответив, припала губами к бокалу.

– Какой живой ум, какая изобретательность, вы искусница в любви, ну, а эти шрамы лишь говорят о вашем темпераменте.

Слушая этот бред, девушка была охвачена неудержимым желанием расхохотаться. Недолго она смогла сдерживать себя и вскоре залилась весёлым, звонким смехом, трясясь и расплёскивая вино из фужера.

Но вот рывок, и её стакан отлетел в сторону и зазвенел, грохнувшись о пол, а она в одно мгновение оказалась распростёртой на диване. Руки Питта молниеносным движением разорвали ей рубашку и скользнули по обнажённой груди.

– Богиня! – простонал он, и губы коснулись её тела.

Эмилия задрожала, переполненная ощущением брезгливости. Сначала она была придавлена им, затем, снимая с себя рубашку, мужчина немного приподнялся. В этот момент девушка, изловчившись, выскользнула из-под него, и хотела, было, кинуться наутёк, но он успел ухватить её за ворот.

– Нет теперь, ты никуда не уйдёшь! – охрипшим от вожделения голосом проговорил он и рванул рубаху на себя, а Эмилия кинулась в противоположную сторону, в результате осталась полуголой, так как в руках Питта осталась её рубаха.

В следующий миг она застыла у дверей, прикрывая руками обнажённую грудь. Он же замер с открытым ртом, держа на весу рубаху.

– Что с твоей спиной? – немного придя в себя, спросил мужчина. Но Эмилия не успела бы ответить, если бы даже хотела. Дверь скрипнув, открылась, и на пороге появилась начальница, которая сначала округлила рот, затем, задумчиво сдвинув брови, зашла внутрь.

– Не совсем удачное время для развлечений вы выбрали, Питт, мне необходимо с вами поговорить! И не успел мужчина открыть рот, чтобы возразить, она строго добавила: – Это срочно! Развлечения от вас никуда не уйдут. Одевайтесь, а я пока сама отведу заключённую в камеру.

Она подошла к мужчине, забрала рубаху Эмилии и передала ей.
– Следуйте за мной, заключённая Тереч! – скомандовала начальница, открыв дверь.
Пройдя несколько метров по коридору, женщина вновь обратилась к Эмилии.

– Это то, о чём я тебе говорила, девочка! Уж лучше находиться в постели с человеком, которого ты ненавидишь, но он обожает тебя, чем быть подстилкой для такого мерзавца, как Питт Маккой. За тебя заступиться некому в стенах этой тюрьмы. Питт строго выполняет указания твоего свёкра, о которых его единственный сынок, наверняка, и понятия не имеет. Решайся быстрее, через несколько дней меня отправляют в Нью-Йорк на целый месяц, тогда тебе некому будет помочь.

Женщина остановилась и умолкла, открыла двери камеры и жестом руки указала Эмилии войти. Девушка, поражённая её словами и резкой переменой отношения к себе, лишь хлопала глазами, не в состоянии и слова сказать. Она переступила порог, но тут рука начальницы ее остановила, и женщина, подняв свои глаза, первый раз за всё время их разговора, спросила.

– Твоя спина? Эти шрамы, это Тереч сделал?

Эмилия чувствовала себя обязанной быть с ней ответно откровенной, поэтому произнесла:

– Нет, не он, но по его вине, как и всё остальное!

Начальница не стала её больше расспрашивать, хотя глаза загорелась от любопытства.

– Ну ладно, девочка, отдыхай и подумай над тем, что я тебе сказала, – она закрыла дверь и удалилась, а Эмилия растянулась на своей лежанке.

Эта ночь была неспокойной для нее, различные мысли роились в голове бедняжки, она искала выход и, кажется, к утру его нашла, приняв во внимание советы начальницы. После тюремного завтрака та вновь появилась возле камеры, что очень удивило Эмилию, но ненадолго.

– К тебе пришли, девочка! – заявила та, открывая дверь. Сердце Эмилии в тот же миг испуганно забарабанило: – Рик! Рик! Рик!– ведь только когда он пришёл, начальница сама ее сопровождала. – Будто уловив ее страх, женщина пояснила. – К тебе пришли, но не Тереч.

– Это Чарльз или отец! – мысленно обрадовалась Эмилия и ускорила шаг.

Когда распахнулась дверь кабинета начальницы, девушка увидела тёмный силуэт, стоявший у окна и пристально глядевший в него.
– Чарльз! – тихо прошептала она и переступила порог комнаты. Женщина заперла за ней дверь, оставив их наедине.

Эмилия была переполнена неописуемой радостью, но когда мужчина к ней повернулся, её сердце замерло.

– Что случилось? Что произошло, Чарльз? – внезапно охрипшим голосом спросила она, быстро приближаясь к Линкойну. Он прятал глаза и тянул с ответом. Это ещё больше обеспокоило Эмилию, она обхватила его лицо руками и, встряхнув, заставила на себя взглянуть.

– Говори! Не терзай моё сердце, я сильная и выдержу всё!

Её взгляд жёг мужчину, словно огонь. Не выдержав, он вновь опустил глаза.

– Что произошло с вами, милая, как вы оказались в тюремном госпитале? - наконец-то произнёс он, пытаясь казаться спокойным, но это очень плохо у него получалось.

- Об этом узнал мой отец? - почти выкрикнула Эмилия, дрожь в её голосе усиливалась.

Чарльз немного промедлил с ответом. Она, испуганно бегая по его лицу глазами, уже выкрикнула:

- Да отвечайте, же! - и, ухватив его за рубашку, начала трясти. Мужчина, положив ей руку на плечо, крепко прижал к своей груди.

- Узнал! - еле слышно произнёс он.

- Отец мёртв? - ещё громче прокричала она и, вцепившись ногтями через рубашку в его грудь, впилась в мужчину глазами.

- Да! - выдохнул Чарльз.

Дикий, нечеловеческий вой сорвался с уст Эмилии, она оттолкнула Чарльза с такой силой, что он с трудом удержал равновесие, чтобы не упасть. Девушка, замотав головой, начала носиться по комнате, то ли рыдая, то ли воя. Он застыл на месте, не решаясь к ней подойти. Вскоре Эмилия успокоилась и, присев на стул, подняла на Чарльза глаза и потребовала ответа.

– Я хочу знать, как это произошло!

Когда Чарльз встретился с ней взглядом, он был просто поражён. В ее глазах не было ни единой слезинки, лишь густая пелена горечи и боли застелила их. Он взял стул, поднёс к ней, поставил рядом и сел.

– Мне невыносимо тяжело вам рассказывать об этом! – начал он, теребя пальцы её кисти.

– Говорите, Чарльз, я готова вас выслушать! – твёрдо заявила она.

Тяжело вздохнув, мужчина начал свой рассказ.

– В этот роковой день, когда вы оказались в тюремном госпитале, я приехал немного позже, меня задержали дела, и уже не застал вашего отца. В посещении мне отказали, и как я ни настаивал, всё же, не допустили к вам. Когда я вернулся домой, там меня уже поджидали неприятные новости. Спенклер Грайфест, вернувшись из Техас – Сити, прямиком отправился в дом Теречей. Там произошла ссора, в результате которой ваш отец выстрелил в Рика, а охранник Вильяма Тереча - в него,

Эмилия, вздрогнув, ногтями впилась в ладонь Чарльза.

– Да, милая, он мёртв! - выдохнул он, ответив на её вопрос. – Три дня назад я похоронил вашего отца. Извините, но я не в силах был что-либо сделать, чтобы вы могли присутствовать на похоронах. Империя Теречей слишком могуча, и не нам тягаться с ней.
– О Господи, теперь я осталась одна, одна! – еле слышно простонала Эмилия, до боли сжимая руку мужчины. Она не плакала и не причитала, её глаза были сухи, словно земля в тропиках во время знойной засухи, и невозможно было определить, о чём она думает в эти минуты.

– Рик Тереч, всё же, сдержал своё слово. Уйдя из жизни, он забрал и меня, окончательно лишив всего, чем я дорожила в этой жизни!

– Вы ошибаетесь, Рик жив, а рана пустяковая! И жив лишь потому, что я связан обещанием вам! – последние слова мужчины прозвучали, как укор.

– Жив? – переспросила его Эмилия, словно очнулась от грёз и задумчиво сдвинула брови.

Чарльз утвердительно качнул головой.

– Значит, жив! – ещё раз повторила девушка, а в следующее мгновение соскочила со стула и заметалась по комнате, ничего не говоря. Эти кидания из стороны в сторону напоминали картину «львица в клетке» и длились не менее десяти минут. Затем она резко остановилась, а когда обратила глаза к Чарльзу, он непроизвольно вздрогнул. Они горели неистовым огнем, стихийным, всепоглощающим. Ещё секунда, и она уже сидела рядом с ним и крепко сжимала в своих ладонях руки мужчины.

– Вы мне предлагали бежать, Чарльз, теперь я готова! – склонив свою голову к его уху, решительно зашептала она. – Но это должно произойти сегодня! Я не могу и не хочу ждать! - затем она изложила мужчине свой план побега, стихийно пришедший в голову. Выслушав её, Чарльз не стал возражать, так как и сам хотел предложить то же. Они обсудили все мелкие детали, подробности, договорились о месте и времени, и когда уже было оговорено всё, дверь в комнату без стука открылась, и на пороге появился Маккой.

Надменно окинув взглядом Чарльза, который по-прежнему удерживал руки девушки в своих ладонях, тот жёстко произнёс:

– Свидание закончено, миссис Тереч, я провожу вас в камеру!

Эмилия, не мешкая, поднялась и, не прощаясь с Чарльзом, направилась к выходу.

– Кто этот мужчина, один из ваших любовников? – с сарказмом поинтересовался Маккой, сопровождая её.

– Как вы быстро догадались! – ответила она тем же, но не забыла лукаво улыбнуться.

Эта улыбка подбодрила мужчину, и он продолжил, но уже даже без тени насмешки.

– Нас вчера так неожиданно прервали.

Эмилия резко остановилась и развернулась к нему, театрально разыграв удивление с похлопыванием ресницами.

– Неужели вы по-прежнему хотите встретиться со мной, даже после того, что увидели? – тихо спросила она.

– А что я увидел? Шрамы на вашей спине, – довольно хмыкнул он. – Но, разве они могут сделать ваше лицо, ваши волосы, вашу фигуру менее прекрасными? Вы божественны, неподражаемы, даже с ними! Я то думал, что неприятен вам, а оказалось, что вас волнуют такие пустяки.

Эмилия смущённо опустила глазки и пошла вперед, передёргивая в брезгливости лицо, пока он не видел. Её стихийный план требовал подобного поведения. Девушка была готова пойти на всё, лишь бы в этот день покинуть стены этой крепости.

– Вы не станете возражать, если сегодня вечером я приглашу вас к себе? – корча из себя джентльмена, продолжал Питт, с трудом сдерживая ликование, буквально захлёстывающее его.

– Я с нетерпение буду ждать этого момента, но не вечером, а ночью. Мне бы не хотелось, чтобы и на этот раз нам кто-то помешал, – эти слова она произнесла уже у дверей камеры.

– Как скажете, леди! – бархатистым голоском проговорил он, открывая дверь.

Напоследок одарив мужчину очаровательной улыбкой, Эмилия нырнула внутрь, он же, оглядевшись по сторонам, закрыл дверь и сразу же исчез.

Эмилия легла на лежанку и до вечера не поднималась. Трудно представить, какие мысли роились в её голове, какие чувства она испытывала. Но цель её жизни теперь была одна, и она уже обрела чёткие, определённые контуры. Её сердце ожесточилось, стало тверже камня, а мысли сосредоточились на побеге.

Время тянулось немыслимо медленно до момента, когда небо затянулось тёмной бархатной мглой. Лёгкие шумы в тюремном блоке постепенно затихли, близилось её время выхода на сцену.

Прошло полчаса, затем ещё. У дверей камеры появился охранник. Он отворил дверь и произнёс:

– Следуйте за мной, леди!

– Какая резкая перемена, уже не осуждённая, а леди, – мысленно, с иронией, подметила она и последовала за ним.

Когда она вошла в уже знакомую комнату, чарующая улыбка озаряла её лицо. – Маккой, доселе сидевший на диване, тут же вскочил и подбежал к ней.

Он был одет так, словно собирался на приём к губернатору: тёмно-бежевые брюки, такой же сюртук, белая нарядная рубашка. Этот наряд ярко говорил о том, что он очень хотел её понравиться.

Эмилия подыграла ему и с притворным восхищением окинула его взглядом, а потом с кислым выражением лица воззрилась на свой тюремный наряд.

– Понимаю, понимаю милая, вы хотели бы привести себя в порядок, ну, что же, сейчас что-нибудь придумаю.

И он действительно придумал. Немного времени спустя, Эмилия уже была одета в женское платье, не такое дорогое, к каким она привыкла, но достаточно приличное.

– Богиня! – пробормотал он, когда увидел её в новом одеянии и, сидя на диване, потянул к девушке руки.

Эмилия жеманно улыбнулась.

– Не торопитесь! Не торопитесь, дружок! У нас впереди целая ночь! – произнесла она и, виляя бёдрами, как шлюха, подошла к каменной полке неподалеку от дивана. Она взяла подсвечник с горящими свечами, отнесла к окну, постав его на широкий подоконник, затем, то же сделала с остальными тремя, которые были выставлены полукругом возле дивана и сервированного стола, после чего пояснила:

– Мне нравиться полумрак.

Мужчина не возражал, единственная мысль, вертевшаяся в его голове, была - побыстрее уложить её в кровать. Эмилия неторопливо подошла к столику и разлила вино в два бокала, один взяла сама, другой протянула мужчине. Он сделал глоток и попытался её поймать, но девушка ловко улизнула и расплылась в широкой улыбке.

– Вы шалунишка, не спешите, всему своё время, – её голос зашелестел, как под слабым ветерком листья.

– Но, я не могу больше ждать, подойдите ко мне поближе, я хочу прикоснуться к вам, – с прорывающейся страстью в голосе проговорил мужчина и начал снимать с себя сюртук.
– Вы слишком напряжены и торопитесь, лучше выпейте вина и немного расслабьтесь, – в голосе девушки звучали лукавые нотки. Она по-прежнему кружила вокруг него, но не подходила слишком близко.

Питт нетерпеливо обхватил бокал и почти залпом осушил его.

– Это уже лучше! – продолжая улыбаться, проговорила она и, обойдя стол так, чтобы он её не достал, взяла бутылку и вновь наполнила бокал мужчине. Маккой, изловчившись, вцепился в край её юбки и, дёрнув на себя, усадил девушку на диван, рядом с собою. Руки мужчины сомкнулись вокруг её талии, губы потянулись к шее.
Эмилия, гримасничая от отвращения, схватила со стола бокал и начала подсовывать прямо под нос мужчине, пытаясь отвлечь его от этого занятия.
– Я уже говорила, вы слишком торопитесь, лучше выпейте! – не в состоянии скрыть раздражение, сердито буркнула она. Мужчина повиновался без слов. Оторвав от неё свои губы, он залпом выпил содержимое бокала, вложил пустой ей в руку и теперь прильнул губами к её груди. Эмилия беззвучно вздохнула.
« О Господи, чего же я тянула, теперь бутылку мне не достать. Что делать?» – задала мысленно она себе вопрос, и тут же её руки, потянувшиеся к его рубашке, казалось, нашли выход.
Расценив поведение Эмилии так, что она пытается его раздеть, Питт тут же выпрямился, чтобы не усложнять задачу девушке. Эмилия, расстегивая пуговки, косилась на стол. Вот она дошла до середины и бросила, левой рукой обхватила подбородок мужчины и, притянув к своему лицу, накрыла его губы своими. Он весь затрясся и рывком прижал её к себе. Эмилия успела-таки правой рукой схватить со стола бутылку, а в следующий миг уже разбила её на голове мужчины. Его руки медленно разжались. Девушка отскочила в сторону и уставилась на него. Но Маккой по-прежнему был в сознании, лишь недоумённо моргал глазами. Эмилия недовольно поморщилась.
– У мерзавцев, как ни странно, всегда крепкая голова! – подумала она , воспользовавшись уже отработанным на Биатрис приёмом. Сжав кулак так, что косточки согнутых пальцев торчали вперед, девушка молниеносно ударила мужчину в переносицу.
Питт не успел даже ахнуть и завалился на бок без сознания. Эмилия, вскочив с дивана, приподняв юбки ещё пару раз, поддала ему ногой в бок и, почувствовав некоторое облегчение, подошла к окну.
Быстро сдвинув в сторону подсвечники, девушка взобралась на подоконник и начала протискиваться между прутьями. Нижняя часть легко прошла, а вот грудь плотно застряла. Девушка в испуге задёргалась туда-сюда, затем рванулась так, что, проскочив, едва не свалилась вниз, и только чудом успела схватиться за прутья, ощущая невыносимую боль в груди. Боль, которая непроизвольно вынудила её заглянуть в декольтированный вырез, чтобы убедиться, всё ли там на месте. После чего, удерживаясь двумя руками за прутья, она взглянула вниз.
Чарльз уже был на месте. Ещё мгновение, и тяжёлая верёвка со свистом взвилась вверх, и этой попытки было достаточно, Эмилия поймала её конец и быстро завязала прочный узел. Продев веревку между двух прутьев, она повисла на ней и начала спускаться. Где-то на середине пути, со стороны ближайшей охранной башни нача доноситься шум.

– Эмми, быстрее! – расслышала она голос Чарльза и, расслабив пальцы, в момент скатилась вниз, слегка содрав кожу на ладонях, но приземлившись прямо в руки мужчине.

В этот же миг прогремел выстрел, и Чарльз, навалившись на нее, чуть было не сбил девушку с ног. Эмилия не сразу поняла, что произошло, но когда его повело в другую сторону, она, обхватив мужчину за руку, испуганно вскрикнула.

– Вы ранены, Чарльз?

– Эмми, за углом здания стоит лошадь, бегите, как можно скорее! – требовательно произнёс он.

– Нет, Чарльз, мы вместе! – дрожащим голосом возразила она.

– Не теряйте времени, Эмми, бегите, со мною ничего не случится, я обещаю вам! Ждите меня в моём доме, он будет безопасен для вас!

Эмилия упрямо замотала головой, сверху посыпались один за другим выстрелы, шум нарастал.

– Тысяча чертей, вы, хотя бы раз в жизни, можете сделать так, как я говорю, или будете продолжать показывать мне свой строптивый нрав, пока нас не пристрелят обоих? – сердито закричал Чарльз и грубо оттолкнул её от себя.

– Могу! – обиженно буркнула Эмилия и, развернувшись, побежала туда, куда он указал.
Вскочив в седло, она, что было сил, стегнула лошадь по крупу и понеслась вперёд. Но вскоре оглянулась назад, расслышав сквозь свист ветра в ушах ржание другой лошади. Натянув поводья, она придержала коня и пронаблюдала такую сцену. Вдоль здания тюрьмы быстро двигался вперед тёмный силуэт всадника, его лошадь скакала в противоположном направлении. «Чарльз», – подумала она и, вновь стегнув коня, понеслась вперед.

Выбрать правильный путь ночью было очень сложно, и хотя Эмилия хорошо знала эту дорогу, по которой её доставили в тюрьму, она не раз сбивалась с пути, но через время находила дорогу и продолжала путь дальше.

Где-то к обеду следующего дня, на взмыленном, еле волочившем копыта коне, она въехала в ворота асьенды Чарльза. Слуги встретили её и без лишних вопросов провели в дом. Дворецкий так ни о чём и не спрашивал, лишь услужливо предлагал то одно, то другое, не решаясь поднять на неё глаза, в этой нерешительности легко угадывались жалость, скорбь и сочувствие.

Эмилия сразу же приняла ванну, смыв со своего тела грязь от похотливых рук Питта. Облачившись в предложенный ей домашний халат, она распорядилась сжечь своё платье. Как зло, напоминающее о днях, проведённых в тюрьме, куда не собиралась больше возвращаться, считая, что лучше смерть. Но уйти в иной мир без Рика она тоже не могла.

Ночью, лежа в постели, девушка молила Бога, чтобы Чарльз задержался и не поспел к утру следующего дня, который она наметила для визита в дом Теречей, но, с другой стороны, она прислушивалась к каждому шороху в доме, неосознанно надеясь, что вот, вот в дверях спальни появится он.
Нет, её не терзали тягостные предчувствия, больше того, она была уверена, как никогда, что с ним ничего не случиться, и очень скоро он будет дома.

Наступил рассвет, но Чарльз так и не появился. Эмилия не желала впускать в своё сердце панику. Решив, что так угодно судьбе, она начала готовиться к визиту в дом свёкра. Надев чёрное, траурное платье из гардероба матери Чарльза, которым она пользовалась и ранее, повязав на голову такого же цвета шарф из бархата, девушка в плотно облегающий рукав своего наряда просунула небольшой ножик, подумав:

– Коротковат. Но перерезать горло Рику я и этим смогу!

Уже у выхода её остановил дворецкий и, запинаясь, заговорил.
– Миссис Тереч, вам бы следовало дождаться мистера Чарльза. Вас ищут, и любой житель этого города, завидев вас, тут же сообщит об этом шерифу.

Эмилия была тронута его заботой, но изменить своего решения не могла, хотя понимала, что дворецкий говорит правду. Но что ей было уже терять? Расправиться с Риком много времени не понадобиться, а что потом будет, всё равно, но только не тюрьма.

– Если вы, хоть немного, любите и уважаете своего хозяина, а я уверена, он заслуживает этого, то не станете меня останавливать, в противном случае, лишитесь его. Мое общество для него, как смертельный приговор, – её решительный голос, убедительный тон посеял тревогу в душе мужчины, он ещё раз попытался удержать девушку, но на этот раз слабо, нерешительно.

– Нет! Нет! Нет! – твёрдо произнесла Эмилия и, приподняв юбки, пошла во двор к конюшне.

Прошло не так уж много времени, и конь девушки, весь в мыле, въехал в ворота поместья Теречей. Слуги, вывалив во двор, немного подивились, но приняли её довольно приветливо, что указывало на то, что у них своё мнение, касающееся всего произошедшего. Не успела Эмилия сделать пару шагов в сторону дома, как ей сообщили, что хозяева уехали и не сказали, когда будут. На её вопрос, «куда», был дан довольно неопределённый ответ: «куда-то в центральную Мексику».

...

Schanell:

Приветик Лерочка!
Большое спасибо за продолжение...
Опять Рик, опять смерть... Может и не он сам держал пистолет, но смерть отца будет снова косвенно, в случаи Эмилии напрямую, связана с ним. Потеря самого главного человека в ее молодой жизни, это настолько тяжело, что слезы наворачиваются от жалости к Эмми. Остался один Чарльзи и то ранен, а может и арестован... Лерочка.... ну уж точно не убит...
Я думаю Теречи не просто так сорвались в Мексику... не оставил бы Рик Эмми в покое...тем более , я думаю, что он тоже знал, что она в лазарете...Или не знал? ....АААА он же тоже ранен был... Но Чальз сказал, рана-царапина...
Значит , я делалаю выводы, они узнали , что Том жив. Но уж не свататься же они поехали?
Жду...жду...жду...очень продолжения...

Мариша Shaurita колажи супер!

...

Margot Valois:

Лерочка, огромное спасибище за продолжение!
Коллажи от Маришки - просто бомба!
Не представляю, как это должно было тяжело писаться... Опять уроки выживания в тюрьме, смерть отца... Когда же будет просвет?
Пошли сходить с ума в ожидании продолжения...

...

Len-ta:

Лера, спасибо за проду

...

Shaurita:

Лерочка спасибо за новую главу!
Бедная Эмилия, снова гадости навалились, снова смерть, теперь самого дорогого человека.
Отец держал хоть какие-то границы сдержанности Эми, но теперь всё кончено, а Эми как красная тряпка
для быка, типа путь открыт и не видя препятствий будет рвать всех врагов в клочья!
Не знаю зачем и как убили отца, кто там виноват, но Рик ещё один гвоздик заработал.
Чарльз умничка, друг самый лучший , теперь за него очень волнуюсь.
А что есть вероятность, что Том выжил? Эх, не когда посты все читать, наверное были намёки?
Спасибо Лера за новую главу, теперь с нетерпением буду ждать продолжения...

Дорогая Лерочка!
Поздравляю тебя с Днём рождения!
От души желаю только всего самого доброго,
Мирного неба в наш не лёгкий час для Страны.
Пусть счастье и вдохновения всегда будут рядом!
Крепкой и преданной любви тебе!!!


Тебя пришли поздравить твои герои с праздником....

...

Margot Valois:

Мариша , волшебница ты наша!
Это просто восхитительно!

...

Sexi Ladi:

Лера, привет! М-да!! Жесть! Теперь нашей девочке нечего терять, и всё "благодаря" этому недоноску Рику!! Дай мне пистолет, сама его добью!! Наверно, они узнали о побеге Эмили из тюрьмы, поэтому и сбежали как последние трусы!! Мерзавцы!! Что сынок, что отец!! Гады!! Надеюсь, наша девочка их найдёт, и прикончит Рика! А перед этим помучает его!! Слов цензурных не хватает, поэтому я заканчиваю свой возмущённый отзыв! Спасибо тебе, Лерик за новую главу и с днём рождения!!

...

Маnasша:

Лерочка привет.

Вот это глава. Вот теперь она совсем одна. И рана на ее душе не скоро затянется. Но Чарльз думаю поможет ей всем чем сможет.

Жду с нетерпением новых глав.

...