Женское фэнтези [АРХИВ 1]

Краткое содержание этой истории:
1. (наша дева влюблена в одноклассника)
2. (герой - просто герой, во всех отношениях и регулярно доказывает сие не на словах, но на деле)
3. + = (попытка спасения героя приводит нашу парочку к браку)
4. (муженек успешно расчищает себе пространство для деятельности, скандалы между партнерами)
5. (скандалы, приглашения, игнор)
6. (ой, а я, кажется влюбилась в него, может пока технику поцелуев отрабатывала с муженьком?!)
7. (он - такой... но ни - ни, как вы могли подумать, бабник же)
8. ( должна же любовь торжествовать или нет?)

Склонился надо мной — терся о мои груди лицом, губами, шепча что-то горячее, невнятное, прерывистое… Водил влажным теплым трепетным языком по болезненно напрягшимся соскам, слегка подталкивая, подсасывая… Я подняла тяжелые веки, блуждая взглядом по пологу над кроватью — свечи гасли или темнело у меня в глазах? Все стало странно расплывчатым, таяло в теплом тумане…
— Отец-Волк! — услышала я сдавленный возглас. Мужчина, больно притиснувший меня к себе, навалился тяжелым телом, содрогнулся — раз, еще раз, — замер, прижавшись щекой к моей груди. Я не двигалась, медленно приходя в себя и ощущая в животе незнакомую боль, похожую на спазмы от голода. Лорд наконец зашевелился, ослабил объятия и лег рядом. Из его глаз медленно уходил туманный блеск. — Достаточно на сегодня, — сказал он, легким движением возвращая на мои плечи смятую ткань рубашки.
— На сегодня? — пробормотала я, торопливо укутываясь до самого подбородка. Фэрлин усмехнулся, постепенно превращаясь в привычного Лорда-Оборотня — лишь необычный свет теплого золота плыл в его глазах.
....
— Ваше слово… — пробормотала я, отворачиваясь. И вздрогнула, когда его тело прижалось ко мне, левая рука скользнула под изгиб талии и легла на живот, а вторая погладила грудь.

Я позволила снять с себя одежду, но закрыла глаза, когда начал раздеваться он сам. Кровать прогнулась под его тяжестью, горячее тело прижалось к моему. Неторопливая рука ласкала меня, играла с моими грудями, гладила живот, скользила по бедрам, мягко, но настойчиво раздвигая напряженные ноги. Рисовала вкрадчивые узоры на внутренней стороне бедер. Он заглушил протест долгим поцелуем, давая привыкнуть к ощущению руки на моем лоне. Пальцы слегка двигались, поглаживая, щекоча, сжимая… Ощущение скорее приятное, если б не было так неловко. Притихнув, я лежала неподвижно, и с закрытыми глазами ощущая его взгляд. Его рука двигалась осторожно и ритмично, не осознавая даже, я начала в такт слегка покачивать бедрами, стремясь продлить, усилить удовольствие — все быстрее, сильнее… Сладкая судорога пробежала по моему телу, я слабо застонала.
Я пришла в себя, поняла, где я, что я, кто шепчет мне непонятные, но полные удовлетворения слова и что касается моего бедра… Мгновенно почувствовав это, Фэрлин приподнялся на локте, навалившись на меня грудью. Прошептал с лукавой улыбкой:
— Не так уж это неприятно, не правда ли?
Я отвернулась — это все, что я могла поделать. Он медленно целовал меня в шею, терся всем телом о мое — безвольное, обмякшее. Снова его затрудненное дыхание, снова этот шепот…

…Лунный свет гладил мою грудь и живот. Или это скользили по коже легкие пальцы? Я открыла сонные глаза, улыбнувшись склоненному надо мной лицу. Лорд Фэрлин замер, потом быстро поцеловал меня.
— Хочу, чтобы это было сейчас… — выдохнул мне в ухо.
Сначала я не поняла, потом мое тело замерло в безмолвном протестующем страхе.
— Не буду торопиться, — сказал он ласково. — Я не причиню тебе вреда.
Встал с кровати, отдергивая полог, так что я вся была открыта лунному свету. Казалось, он колеблется. Неожиданно отошел и вновь вернулся. В руках его что-то блестело. Наклонился, приподымая мою голову, — прохладная цепочка скользнула по шее, и гладкий матово-белый камешек лег между грудей. Я дотронулась до него.
— Что это?
— Потом, — он накрыл мою руку вместе с камнем. — Сейчас не спрашивай. Потом. Все потом.
Он действительно не торопился. Он был нежен, как никогда, настойчив, как никогда, страстен и искусен. Он добился того, что я извивалась от наслаждения и луна расплывалась и дрожала в моих глазах. Касание его твердой мужской плоти к моему лону стало уже привычным и даже приятным. Но в этот раз я ожидала большего и застыла, мгновенно приходя в себя. Он сидел, положив мои бедра на свои твердые согнутые колени, и следил за мной из-под тяжелых век. Его тело блестело от пота. Ладони скользили по моему животу, бедрам, между раздвинутых ног…
— Не надо, — сказал он тихо. — Не бойся. Луна — мой закон. Лунный камень — мой свидетель. Ты — моя беда и мое богатство. Будь со мной. Будь со мной. Будь…
Он сделал первое движение, входя в меня. Глубже. Еще глубже. Я закусила губы, цепляясь за его колени. Он помедлил и снова начал двигаться — ритмично, настойчиво. Неумолимо. Толчки становились быстрее, жестче, неудержимее… Его ногти впились в мои бедра, я услышала нарастающее, тяжелеющее дыхание, длинный хриплый стон, больше похожий на рычание… Тяжелое тело накрыло меня, Фэрлин прикусил кожу на моей шее, и я вновь услышала перелив хриплого рычания в его гортани. С внезапным страхом вцепилась в его плечи, почти отдирая его от себя, заставляя поднять голову, взглянуть на меня. Увидела застывшее лицо, оскаленные зубы, зажмуренные глаза… Сквозь белые острые зубы рвался наружу тихий жуткий звук… Я встряхнула его, вцепляясь в его волосы:
— Открой глаза… Фэрлин! Открой глаза! Взгляни на меня! Смотри на меня! Смотри на меня…
Все более размашистые, быстрые толчки. Медленно размыкающиеся глаза — затуманенные, чужие, жаждущие… Зубы, готовые впиваться, рвать, кромсать…
— Фэрлин! Фэрлин! Фэрлин! Смотри на меня! — умоляла я его, извиваясь под его телом. — Смотри, смотри на меня!
Он смотрел, словно просыпаясь — возвращаясь . Нестерпимая пустота его взгляда медленно таяла, отступала звериная зелень. Глаза блеснули, узнавая меня, губы накрыли мой рот — но уже в нежном, долгом поцелуе…
Он содрогнулся — раз, другой, третий… застыл и обмяк, прильнув ко мне. Пот покрывал его кожу, мокрые волосы лежали на моей груди. Последняя затихающая судорога прошла по всему его телу. Мне было неудобно и тяжело, я шевельнулась, и он медленно освободил меня. Лег рядом. Тяжелая рука покоилась на моей груди, твердое колено — на моем бедре. Наши дыхания медленно выравнивались, сердца успокаивались. Стало зябко, я вздрогнула. Фэрлин медленно шевельнулся, подвигая меня с влажных простыней к себе, подтыкая мне под спину покрывало. Сонные губы коснулись моей щеки.
— Я… ты моя. Моя… Моя.