валюша:
"Какой он, право, странный", - думала Клара, с тем щемящим чувством одиночества, которое всегда овладевает нами, когда человек, нам дорогой, предается мечте, в которой нам нет места.
Владимир Набоков - "Машенька"
diamond:
В конце концов, упущенного не воротишь.
Нельзя же всю жизнь думать только о том, что могло бы быть.
Кадзуо Исигуро "Остаток дня"
Nadin-ka:
Есть дары, которые нельзя принимать, если ты не в состоянии ответить... чем-то, столь же ценным. В противном случае такой дар протечет сквозь пальцы, растает, словно осколок льда, зажатый в кулаке. Останутся только сожаление, чувство потери и вины…
Анджей Сапковский. "Меч Предназначения"
diamond:
И всё-таки, как хорошо дома! Так тепло, уютно, нет лучше места на земле.
Рэй Брэдбери "Вино из одуванчиков"
starkmelake:
Любовь и ненависть соседствуют порой,
Но выжить суждено их них одной.
из книги Конни Мейсон "Строптивая невеста"
валюша:
Надо говорить откровенно до тех пор, пока нет опасности нанести человеку обиду. Ложь придумана, чтобы не причинять боль.
Бланка Бускетс - "Свитер"
diamond:
В жизни есть только две настоящие трагедии: одна — когда не получаешь того, чего хочешь, а вторая — когда получаешь. Страшнее вторая, так как, когда получаешь то, чего хочешь, чаще всего испытываешь разочарование.
Оскар Уайльд «Веер леди Уиндермир»
Nadin-ka:
Каждое утро, просыпаясь, мы получаем кредит в размере 86 400 секунд жизни в день, и, когда мы засыпаем вечером, запас исчезает, а что не было прожито за день — пропало. Каждое утро волшебство начинается по новой, нам опять дают кредит в 86 400 секунд. И мы играем по правилу, обойти которое невозможно: банк может закрыть счет в любой момент без предупреждения; жизнь может остановиться в любую секунду. Что мы делаем с нашими ежедневными 86 400 секундами?
Марк Леви "Между небом и землёй"
diamond:
– Желаю тебе столько счастья, сколько ты заслуживаешь.
Я до сих пор спрашиваю себя, хотела она сказать мне гадость или нет.
Мишель Уэльбек "Возможность острова"
валюша:
Большинство людей похожи на падающие листья; они носятся в воздухе, кружатся, но в конце концов падают на землю. Другие же -- немного их -- словно звезды; они движутся по определенному пути, никакой ветер не заставит их свернуть с него.
Герман Гессе - "Сиддхартха"
diamond:
Самое важное в жизни — это научиться падать. Чтобы встать и продолжить двигаться к своей цели.
Джанетт Уоллс “Дикие Лошади. У любой истории есть начало”
starkmelake:
Милостыня не поможет человеку, только заработанные деньги приносят удовлетворение.
Кэтлин Вудивисс - Зимняя роза
diamond:
К середине пути пейзаж стал меняться. Вокруг велась добыча бурого угля, и я вспомнил, что когда-то уже видел на фотографиях огромные угольные разрезы, тяжелые экскаваторы продвигались вперед, не останавливаясь даже ночью, медленно, в свете прожекторов, подгоняемые расчетами инженеров,...
Йоэл Хаахтела, "Собиратель бабочек"
валюша:
Каждый из нас — остров. Иначе мы давно бы свихнулись. Между островами ходят суда, летают самолеты, протянуты провода телефонов, мы переговариваемся по радио — все что хотите. Но остаемся островами. Которые могут затонуть или рассыпаться в прах.
Джон Фаулз - "Волхв"
Nadin-ka:
Чтобы нарисовать тебя, я выберу тихое лесное озеро в зеленой камышовой раме и буду ждать, когда настанет светлое сентябрьское утро, и чтобы обязательно пахло мятой и сосновыми иглами. Тогда я примусь за работу.
Сначала я нарисую глаза: для этого у меня в запасе синие кусочки горячего июльского неба.
У корней осины я соберу черно-зеленые веточки мха и тихонечко опущу их в воду - это будут твои ресницы и брови.
Губы твои я выложу большими лепестками озерных лилий, а тонкие стебли их обрисуют овал лица, твой носик и волосы. Чуть не забыл: чтобы оживить лицо, нужен какой-то теплый оттенок... Я пущу по воде нежно-багряные семена шиповника. Так лучше.
Потом я возьму маленький чистый камешек и осторожно брошу его к верхнему краю рамы: по воде пойдут чуть заметные волны - это будет твоя улыбка.
Картина почти готова.
Добавлю еще немного щебета лесных птиц, а по углам разбросаю несколько нитей осенней лесной паутины, это придаст картине старинный вид...
Я покину маленькое озеро лишь поздней осенью, когда картина покроется тонким ледяным стеклом, тогда можно будет вздохнуть спокойно.
Весной ты придешь в лес за подснежниками и увидишь себя в озере. Не удивляйся: «Кто это сделал?».
Это я. Теперь тебе все понятно?
Леонид Енгибаров "Твое лицо"