Клуб любителей аниме (18+)

-Рицу...
Теплые ладони невольно сжались в кулаки. Йокодзава сам не заметил, с какой силой закусил губу и через миг стиснул в руках края одеяла. Масамуне же продолжал крепко спать рядом, лишь изредка уже беззвучно шевеля губами. Йокодзава с трудом сдержался от того, чтобы не столкнуть парня с кровати на холодный, жесткий пол. Пора бы уже смириться. Понимать, что не тебя он зовет во сне и не тебя желает до сих пор, спустя столько времени. Йокодзава неслышно чертыхнулся. Не хватало еще устраивать ссору из-за ревности. Лучше помнить о том, что сейчас Масамуне с ним, а не с той эгоистичной школотой, расставание с которой чуть не убило казалось бы достаточно сильного юношу. Йокодзава не знал, что из себя представлял Рицу, но тихо ненавидел его с тех пор, как узнал о том, что произошло между ним и Такано. Дорого стоили откровения находящегося в тяжелой депрессии друга, поэтому Йокодзава дорожил доверием Такано, хотя и не показывал, насколько сильно он на самом деле беспокоился за него. И Йокодзаве было все равно, что Такано открылся ему лишь от безысходности и отчаяния. Потому что огонек жизни в карих, безучастных глазах стоил для Такафуми гораздо дороже, чем собственные чувства к окончательно было павшему приятелю. Чего Йокодзаве стоило вчера уговорить Такано подготовиться хотя бы немного к очередной сессии! С руганью и невообразимой настойчивостью Йокодзава вбил-таки в темноволосую макушку упиравшегося Масамуне несколько наиболее сложных билетов, после чего Такано, наплевав на благие увещевания Йокодзавы, прилично напился и отправился спать. Заодно утащив за собой и Такафуми. Тот, естественно, не хотел сперва идти на поводу, будучи вполне ответственным студентом, но в очередной раз взгляд брюнета заставил его сдаться.

"Не смей оставлять меня!.. Наедине с собой и этой болью!.."

Немая просьба о помощи, о желании вновь забыться как обычно помогала Йокодзаве благополучно оставить учебники и пойти вслед за Такано, пока тот еще мог адекватно реагировать на происходящее.
Отрывистые поцелуи, горькие от алкоголя и горячие, почти искренние, утягивающие все глубже одного и спасающие другого, очередная ночь, еще немного отодвинувшая от Такано прошлое, причиняющее такую боль...

-Рицу...— снова тихий, надломленный шепот спящего Масамуне. Йокодзава присел на кровати, проведя руками по едва уловимо исказившемуся от муки лицу. Долго юноша смотрел на Такано, страдая ничуть не меньше, чем он сам. Подавив тягостный вздох, Йокодзава забрался обратно под одеяло, как можно осторожнее и крепче притянув к себе Такано.

■ ■ ■

А вот и новенький, о котором Йокодзаве уже говорили. Стоит рядом с Такано, покрасневший и явно обиженный и злой. Наверняка успел уже схлопотать от своего главного редактора. И поделом, новичкам надо учиться, поблажек им тут никто делать не будет.
Но отчего-то новенький особенно не понравился Йокодзаве. Вроде достаточно миловидно и представительно выглядевший парень, но было что-то в его упрямом, вызывающем взгляде... и том, как сам Такано смотрел на него.
-Здравствуйте,— отвернувшись от Такано и пытаясь соблюдать вежливость, пробормотал новенький, безуспешно маскируя еще не остывшее раздражение. —Я новый редактор, Онодера Рицу, рад знакомству...

Серо-зеленые, как у хищной кошки, глаза...
Только вот у их обладателя нет ничего "хищного" — наоборот, Онодера Рицу будто всем своим видом заявляет окружающему миру, что он всего лишь безобидный крольчонок: опущенные ушки, пардон, волосы, затравленный вид, поджатые губы. И все же этому крольчонку хватило смелости признаться ему в любви — просто и дерзко, ворвавшись в мир Такано, нет, тогда еще Саги Масамунэ с безапелляционным заявлением:"Я люблю вас, семпай."
И он был бы законченным идиотом, если бы прошел мимо такого сокровища. Правда, теперь ему кажется, лучше бы было тогда остаться идиотом и промолчать.
На вкус Онодера был как ваниль — сладковато-пряный, теплый, ароматный, нежный... И — страстный.
Такано до сих пор помнит тот их первый раз в его комнате.
Было жарко, темно и немного любопытно — разве мальчики могут делать это друг с другом? Оказалось — могут. Он понял это когда Онодера пылко выгибался под его руками, раз за разом выстанывая его имя. Все сомнения и вопросы отпали сами собой, стоило Такано скользнуть внутрь тела Рицу, такого тесного, такого горячего, что захватывало дух. Онодера отдавался ему со всей страстью, и Масамунэ сам не заметил, как потерялся в этих ощущениях, последовав его примеру.
Вначале это было чем-то наподобие забавы — весьма приятный способ времепровождения, когда становилось скучно. А скучно Такано было практически всегда — серые школьные будни вовсе не вносили в его жизнь ярких красок. Но, к его удивлению, это удалось смешному мальчику Онодере — он был так необычайно податлив, беспощадно искренен в своих чувствах, что Такано сам не понял, как упустил тот момент, когда привязался к нему.
Он был влюблен и думал, что Онодера тоже чувствует к нему то же самое.
Святая наивность!
Хватило парочки недель — и он стал избегать Такано. Еще спустя несколько дней Онодера и вовсе исчез из его поля зрения. Будто пламя свечи — задули, и нет его.
Экзамены и выпускной проскочили мимо сознания Такано, так же, как и поступление в университет. В то время он не мог спать ночами, не в силах понять, что сделал не так? Почему его бросили? За что?
Несколько семестров он провел в глубочайших самокопаниях, виня и терзая себя за что-то, чего он сам не мог понять, пока в его жизни не появился Такафуми Якодзава. Суровый, мрачный, вечно сердитый. Случайный любовник на ночь, волей судьбы превратившийся в лучшего друга и утешителя.
Наверное, не будь его — Такано сломился бы окончательно. Но Якодзаве удалось убедить его в том, что в случившемся нет его вины. И Масамунэ поверил — не мог не поверить, ведь казнить себя — дело весьма утомительное, тем более в течение долгого времени.
Он отпустил прошлое, научившись жить настоящим.
Но все равно, до сих пор, иногда по вечерам он вновь возвращается в свою квартиру вдребезги пьяный, вернее, его притаскивает Якодзава.
Это случается не так уж и часто — всего лишь раз в год, в годовщину дня, когда-его-бросили.
После того, как Якодзава перестанет мучить его своими упреками и нотациями и закроет за собой дверь, Такано примет душ и слегка протрезвеет.
Как раз настолько, чтобы привести свои мысли в порядок, но не настолько, чтобы прекратить набирать номер, который уже долгое, очень долгое время был недоступен. Не настолько, чтобы перестать надеяться, что когда-нибудь на том конце трубки он услышит знакомый смущенный голос.
Ему жизненно необходимо верить в это — иначе жизнь потеряет всякое подобие смысла.
И именно поэтому каждый год он идет в ближайший бар напиваться — потому что он боится перестать надеяться. Он еще не знает, что будет делать это еще долго — целых десять раз. Целых десять полных лет пройдет до того дня, когда его мечта сбудется.
Но это уже совсем другая история, а эта — заканчивается тем, что уже глубокой ночью, все еще двадцатилетний Такано Масамунэ садится за письменный стол и пишет десятки, сотни, тысячи, миллионы писем без адреса, между строк которых кроется только один, самый важный смысл, который он так и не смог, не успел передать словами.
Люблю.

1.Такаши Такахиро(брат Мисаки)
2.Суми-сенсей (писатель и отец Суми-сенпая). Кто такой Суми-семпай?
3.Тодо (новый друг МИсаки): доп. который развил в Мисаки комплекс девственника?
4.Шиба Мидзуки (двоюродный брат Усаги-сана).
5.Усами Фуюхико (отец Усаги).
6.Танака (дворецкий семейства Усами).
7.Такацки-сан (отец Синобу и декан М.Универа).
8.Мона Канадэ, по которому нет вообще никакой информации. Кстати, он единственный из "Лучшей в мире...", остальные, вроде как, из "ЧР".

в конце манги точно был поцелуй, а вот до конца, мне кажется, нет и ждать нечего. Но во втором сезоне об их отношениях больше рассказано, и про то, как Адзуки влюбилась, тоже.