diamond:
Если слишком хорошо помнить своё прошлое, начнёшь ещё, пожалуй, винить его за настоящее. Смотрите, что со мной делали, вот почему я такой, это не моя вина. Позвольте поправить вас: вина-то, вернее всего, как раз ваша.
Джулиан Барнс, «Как всё было»
Masjanja:
Есть две вещи, которые никогда не должен делать мужчина: во-первых, заставлять женщину ждать, во-вторых, утверждать, будто он понимает, чего ей хочется.
Лиза Клейпас "Любовник леди Софии"
diamond:
Любимый, смысл моей жизни, прошлым летом из-за кое каких проблем, мы ведь так и не смогли сесть и отпраздновать день рождение? Поэтому я захотела начать чуть пораньше. Мало ли что случится. Эйй, мы же Кочовалы! Дети Чукура! Неизвестно, что и когда может с нами случится.
Я тебя очень люблю, мужчина. Хотела, чтобы ты знал. Хотела еще раз тебе напомнить, всего лишь, еще разок. Знай это, когда будешь просыпаться по утрам. Знай это, засыпая по ночам. Знай это, когда будешь видеть меня, и когда не будешь видеть тоже знай.
Сена Кочовалы, «Я люблю тебя, мужчина»
Masjanja:
Болезнь моя в том, что за двадцать лет я нашёл во всём городе только одного умного человека, да и тот сумасшедший.
Антон Павлович Чехов "Палата №6"
diamond:
Основная причина совершаемых человеком ошибок кроется в постоянной борьбе чувств с разумом.
Блез Паскаль "Мысли"
nastya-s:
Криста основательно запуталась в себе. Еще никогда ей не хотелось так сильно быть с кем-то и в тоже время держаться от него подальше.
"Обреченная любить" Ольга Герр
diamond:
Я положил посреди стола чистый лист бумаги, слева от него — папирус, справа — толстый трёхтомный греческий словарь и принялся переводить и записывать перевод.
Вскоре на листе бумаги можно было прочесть:
ΘΕΩΝ ΘΕΩΝΙ ΤΩ ΠΑΤΡI ΧΑΙΡΕΙN
Теон Теони то патри хайрейн
Феон Феону отцу радоваться.
Я знал: так всегда начинались греческие письма. Это то же, что по-русски: «Феон шлёт привет своему отцу Феону» (отец и сын, значит, имели одно и то же имя), или проще: «Здравствуй, дорогой папа!»
Соломон Лурье, "Письмо греческого мальчика"
Nadin-ka:
«Но в этой и последующих книгах я пишу о том, о чем хотел бы рассказать самому близкому другу в минуты откровения. И этим минуты искренности с читателем - самая главная ценность в творчестве автора.»
«Когда любопытно жить и умирать. Вейс В» В. Вейс
starkmelake:
Комнатные цветы - это живые организмы,способные крепко привязываться к людям, заботящимся о них, и тонко чувствовать происходящее вокруг.
(Татьяна Бочарова "Возьми меня с собой")
diamond:
– Рим – наш верховный владыка (хотя мы и представляем его в женском образе и говорим о Риме как о царице). Греки подчиняли свою жизнь идеалу. Вы подчиняете ее одному человеку – вашему царю. Мы, римляне, поклоняемся Риму, и только Риму. Мы не преклоняемся ни перед одним человеческим существом. Один лишь Рим – наш идеал, наш царь, наш бог. Каждый своими успехами преумножает славу и богатство Рима.
Колин Маккалоу, "Владыки Рима"
Masjanja:
«Я буду тебя беречь». Наверное, я хотела бы услышать именно эту фразу. Не «я люблю тебя», не «ты мне нужна» и прочее, а именно то, что меня будут беречь. Не топтаться на моих чувствах, не загонять меня в тупики моих же проблем, не отворачиваться когда мне необходима поддержка, когда меня нужно обнять и сказать что все будет хорошо. Я нуждаюсь в том, чтобы чувствовать себя в безопасности. Чтобы у меня была стена, через которую ко мне не подобрался бы ненужный сброд. Берегут самое дорогое. И я хочу быть этим самым дорогим. И всё.
Ирен-Мари Шиммер
diamond:
Станет страшно – соберись с духом, улыбнись и взгляни страху прямо в глаза, он и отступит, — напутствовал когда-то Бусого его приёмный отец, Летобор. – Страх сам пугается тех, кто силён и отважен, кто смеётся ему в лицо и не опускает перед ним взгляда…
М. Семенова, "Бусый волк"
starkmelake:
Или ты думаешь, я не вижу, что ты представляешь собой? Нет, милая, вижу прекрасно! Именно в этом частично и заключается мудрость: в умении распознать человека.
(Дарья Кожевникова "Поцелуй отложенной смерти")
diamond:
Глупо, конечно, скучать по человеку, с которым ты ни фига не ладишь. Но не знаю… Всё же хорошо, когда у тебя есть кто-то, с кем в любой момент можно поругаться.
Джон Грин, "В поисках Аляски"
Nadin-ka:
Вообще я замечал, люди резко делятся на две категории: одни не могут жить без любви, другие — без ненависти; и те и другие мучаются, если не встречают человека, достойного того, чтобы вылить на него всё, накопившееся в душе
Юрий Поляков "Сто дней до приказа"