счастливого пути. Не забывай нас.
. А мы только завтра будем украшать. Потому... пролетаю. В Москве ужас! Вчера новости не смотрела, потому обалдела сразу.
«Счастье вдруг, в тишине, постучало в двери. Неужель ты ко мне – верю и не верю…» - эта назойливая песенка целое утро кружилась в моей голове и как нельзя лучше подходила к сложившейся ситуации. Ко мне приехал… Нет, не ревизор. Ученик.
После бессонной ночи, ведь мы просидели с Михаэлем почти до утра обдумывая план нашей с ним сегодняшней кампании, спасти меня могла только большая чашка крепкого кофе.
Глаза не открывались. На ощупь я достала с полочки банку, заглянула вовнутрь.
О, ужас! Пусто!
- Ну, Михаэль-Миха. Я тебе сейчас сделаю.
Мало того, что всю ночь напролет сновал перед моими глазами туда-сюда и доставал разными вопросиками, так еще оставил меня без единственного средства, которое могло привести мой сонный организм в состояние относительной бодрости.
- Михаэль! – закричала я, врываясь в комнату, что любезно ему предоставила. – У тебя совесть есть? Здесь же было полбанки! Как ты мне теперь предлагаешь заниматься тем, что мы придумали. Сонной?
- Ну прости, Эми, - сказал он виноватым голосом. – Я сейчас быстренько оденусь и куплю тебе новую пачку. Понимаешь, не мог заснуть. А пару чашек горячего кофе меня всегда вырубают.
- Пару чашек? – не унималась я. – Да пять, как минимум!
- Извини. Я бы спросил тебя, но ты уже спала, - а в глазах ну, ни капли раскаяния.
- Спала?! Я?! Это когда по моему дому бродит привидение в виде здоровенного мужика, что сопит как разбуженный посреди зимы медведь? Спать я буду сегодня, пока ты будешь развлекать детей.
Веселые искорки сразу же испарились из глаз ученика.
- Эми, - протянул он. – Я сам не справлюсь. Я не смогу. Я же ничего не понимаю в этом.
- То-то же и оно, - выдала я и потопала назад в кухню.
* * *
Передо мной лежала брошюра, из которой на меня смотрели большие печальные глаза маленького худенького африканского мальчика.
«Первые шаги». Именно так было написано вверху.
- Эми мы не успеем туда попасть за один день. Если, конечно, у тебя нет ковра-самолета.
Михаэль поставил на стол две чашки кофе, которое только что купил в соседнем супермаркете. Я протянула руку, но он попридержал чашку.
- Или может сок?
- Издеваешься? – зло прищурилась я, а потом мило растянулась в улыбке. – Если только с тобой.
- Ладно, проехали, - он присел напротив. - Так как ты собираешься туда попасть? И вообще, может Рождество и Новый год там не празднуют. Бывает же так?
- Не бывает. – Отрезала я. – Все дети любят Деда Мороза или Санту, и любят получать подарки. Но ты прав, мы не успеем.
Я еще раз взглянула на тощее личико мальчика.
- Но без подарков мы их не оставим!
* * *
Представительство фирмы UNICEF отыскать не составило труда. В вестибюле большой плакат молодой африканской женщины с маленьким ребенком на руках, под ними надпись: «Борьба за миллионы жизней. Первые шаги».
Я постучала в двери и потянула упирающегося Михаэля за собой. Очень красивая, фантастически энергичная и хрупкая, словно подросток, девушка поднялась нам на встречу.
- Здравствуйте. Чем могу помочь? – она улыбнулась и протянула руку.
Быстренько пожав ее, я принялась выкладывать ей суть нашего визита и не сразу обратила внимание на замершего у двери Михаэля. Он стоял, не двигаясь и совершенно по-идиотски улыбаясь.
- Извините, - произнесла я и дернула парня за рукав. – Мой брат слегка не в себе. Уж очень он хочет помочь бедным детям, - я потянула Михаэля к стулу, усаживая его, - он у нас очень мнительный.
- Я понимаю, - девушка тяжело вздохнула и улыбнулась, - не у каждого хватает сил и терпения смотреть на все это без слез. Не многие, в наше черствое время, могут найти внутри себя понимание и сочувствие к чужим детям. Не каждый может поверить, что где-то далеко существуют еще такие бедные страны, в которых ежесекундно угасают маленькие человеческие жизни, которые не могут вовремя получить простую вакцину.
- А мы можем им помочь, - наконец подал голос мой ученик. Правда я не совсем поняла, был ли это вопрос или утверждение.
- Помочь могут все, было бы желание, - мило улыбнулась девушка и положила перед собой большую увесистую папку.
- Какого вида помощь вы хотите предоставить? Благотворительный взнос, предметы быта, медикаменты?
- Все! – воскликнул Михаэль, не отводя взгляда от девушки.
«Вот бабник! Ничего, я с тобой дома разберусь».
Девушка мило улыбнулась и протянула нам какой-то бланк.
- Это нужные реквизиты для перечисления. Здесь указано главное представительство UNICEF, - она показала маленьким, аккуратно отманикюреним пальчиком на строчку в документе, - и деньги идут сразу на их счет.
- Я согласен, - протянул Михаэль, накрывая своей ладонью маленькие пальчики девушки.
«Нет! Это уже слишком!» - вскипела я и ткнула кулаком ему в спину. «Вот нахал!»
Михаэль даже не дернулся, но руку все же убрал.
- А у них там Новый год празднуют? – спросил он, слаживая бланк и ложа его в карман куртки. – Мы хотели бы сделать некоторые подарки.
- Как раз через несколько дней в Южной Африке будет День подарков. Они там праздную три дня: 24, 25 и 26 декабря. Сочельник, Рождество и День подарков. Так что если вы успеете, мы с радостью передадим их детишкам.
- Мы успеем! – кивнули мы с Михаэлем.
- Через несколько часов мы вернемся, - сказал ученик уже у самой двери. – Никуда не уходите.
- Пошли уже, - я потянула его за рукав куртки. – То затянуть нельзя, то вытянуть.
* * *
- Представляешь, вместо елок там украшают баобабы: тряпочками, ленточками и пучками трав. Поскольку снег на черном континенте имеется только на вершине священной горы Килиманджаро, то снежинки африканцы рисуют прямо на своих телах, - не прекращая, тараторил Михаэль, вертя в руках небольшую книжицу приобретенную в газетном киоске. – Может им елку подарить?
- Купи несколько. Но только искусственные, - вздохнула я, когда мы вошли в павильон, где размещалась новогодняя ярмарка. Тут же вспомнились недавно прочитанные строки: «Мужчина действует, а женщина его направляет. Если он действует не в твоих интересах, значит, ты сама не туда повернула его голову».
- Михаэль, для начала, у нас по плану покупка медикаментов.
Я достала список нужных лекарств, что дала мне девушка, когда мы выходили с представительства.
- Первая по списку вакцина против столбняка…
В течение часа мы упаковывали множество коробок с различными медикаментами. Их оказалось небольшой, почти полный, фургончик.
- Теперь за елкой?
- Нет. Сначала подарки.
…Игрушечные собачки, мишки, лошадки, шреки, микки-маусы, зайцы (куда же без символа этого года), машинки, конструкторы, мячики, куклы и еще много всего очень важного для детей, мы аккуратно улаживали в картонные коробки.
Не забыли и отдел канцелярии: тетрадки, альбомы; бумага – разноцветная папиросная, гофрированная, бархатная. Также ленты, красивые бумажные ажурно вырезанные салфеточки. Много-много разной литературы, как для самых маленьких, так и для детей постарше.
И вот подошла, наконец, очередь и к новогодней атрибутике. Михаэль, в первую очередь приобрел несколько очень красивых, совсем не отличающихся от настоящих, декоративных елок. Я скупила чуть не весь отдел новогодних игрушек.
Вроде все было готово.
Погрузив все это богатство в машину, мы направились в представительство.
По дороге заскочили в банк, откуда Михаэль любезно перечислил на благотворительный счет энную сумму денег. И как я его не спрашивала, сколько же он переправил, он только загадочно улыбался и отвечал:
- Моя работа позволяет мне сделать небольшой подарок детям. И хотя я раньше никогда не занимался благотворительностью, сейчас заявляю откровенно, это классно!
* * *
К зданию представительства мы подъехали почти к закрытию. Девушки, что нас встречала утром, уже не было. Что было даже и к лучшему. Теперь ни что не отвлекало Михаэля от выполнения поставленного перед ним задания: выгрузить все это с фургончика и передать работникам UNICEF.
Потратив на все это еще с часок, мы довольные отправились домой.
* * *
Как мы оказались перед зданием онкологического центра, до сих пор не понимаю. Ноги сами привели нас к этому месту и поставили перед выбором.
- Зайдем? – спросил Михаэль, от холода пританцовывая на месте. Спонтанное решение идти домой пешком уже не казалось ему таким хорошим.
- С пустыми руками? Нет, там же детское отделение…
- Так что нам мешает? – Михаэль развернулся вокруг своей оси и ткнул куда-то пальцем. – Магазины еще работают, - и потащил меня к ближайшему супермаркету.
И опять все закружилось-понеслось. Елка, игрушки, колокольчики, мишура…
Когда мы, загруженные пакетами разных размеров, ввалились в детское отделение онкологии, у дежурной медсестры просто отвалилась челюсть.
- Вы к кому? – она смотрела на нас широко открытыми глазами.
- К вам, - гордо ответил Михаэль, - Новый год заказывали?
- Заказывали, - тихо ответила медсестра. – Но ведь нам сказали, что в бюджете не хватает денег на всякие празднования…
- В голове у них не хватает, - зло произнес мой ученик. – И вообще, мы к ним отношения не имеем. Где елку будем ставить?
- Так вы волонтеры! – обрадовалась сестричка. – Вон там, - и указала в «тихий уголок» коридора.
- Сколько детей в отделении? – спросила я, доставая их пакетов подарки.
- Осталось шесть. Всех остальных на праздники забрали по домам.
- А за этими еще не приехали?
- Некому. Они детдомовские.
Я подняла глаза и просмотрела на молоденькое личико медсестрички в глазах которой стояли слезы.
- Наверное, нелегко каждый день видеть боль и слезы?
- Иногда хочется плакать, но приходится держаться, - тихо прошептала девушка. – Ведь сколько всего свалилось на их маленькие хрупкие плечи. Мордашки то у них детские, а глаза – старичков.
- Это точно…
Михаэль как раз закончил устанавливать елку и разбирался с гирляндами, когда мы с медсестрой стали разлаживать подарки.
- Этим больным детям нужно хоть немного счастья, ведь у них такие нелегкие судьбы, - вздохнула девушка.
Самые большие подарки мы подсунули прямо под елку. Те, что помельче разложили вкруговую. С помощью медсестры на каждом написали имя малыша и «с любовью от Деда Мороза».
Вроде все уже было готово. На часах пробило десять.
Мы втроем, довольные проделанной работой, присели на стулья и потягивали чай, что приготовила сестричка. Вдруг дверь скрипнула и на пороге палаты показалась маленькая девочка лет пяти. Она была такая маленькая и худенькая с белым фарфоровым личиком, что казалась почти призрачной.
- Анечка, что случилось? Почему ты не спишь? – обеспокоено спросила девушка, вскакивая с места. – У тебя что-то болит?
- Мне не спиться, - надула губки девчушка. – А кто это? – она показала на нас с Михаэлем пальчиком. – Дед Мороз и Снегурочка?
Я улыбнулась и краем глаза посмотрела в сторону Михаэля. Ну если я за Снегурку еще кое как прокачу, то мой ученик смахивал на уж очень тощего Деда Мороза.
- Мы его помощники, - опять нашелся Михаэль. – А сам Дедушка придет попозже.
- И Снегурочка тоже придет? – за спиной девчушки показалось еще две мордашки.
- Елка! – воскликнула одна мордашка, и голые пятки пошелестели по полу в сторону «тихого уголка». – Ребята, смотрите! Она настоящая!
Я глубоко вздохнула и улыбнулась Михаэлю. Идея с живой елкой была полностью его затея.
- Подарки! – пропищал тоненький голосок, подошедшего последним мальчика.
- А вот и мой! Смотри, здесь так и написано: «Денису, с любовью от Деда Мороза».
- А вот мой! А вот мой! И мой тоже! – звучало возле елки и шуршала упаковочная бумага.
- А кто хочет, чтобы елочка зажглась? – обратился к детям Михаэль.
- Мы! – хором закричали малыши, радостно хлопая в ладошки.
- Тогда говорим все вместе: Елочка, зажгись! Три-четыре, - парень сделал движение рукой, как будто заколдовывая ребят. И они закричали.
Я быстренько включила гирлянду, и наша елка зажглась множеством разноцветных лампочек. Ребята визжали и хлопали в ладоши, прижимая к себе игрушки.
Потом были стишки и даже несколько песенок. Самый старший мальчик лет десяти показал несколько приемов карате, которые он подсмотрел в каком-то фильме. А Михаэль, в свою очередь, рассказал и показал ему кое-что новое из самозащиты.
Анечка забралась мне на руки и только посапывала, крутя в разные стороны куклу Барби. Время подбиралось к двенадцати, поэтому все дети уже клевали носом.
- А кто хочет услышать сказку? – спросила я, подмигивая медсестре.
- Мы! – опять хором ответили малыши.
- Значит бегом по постелькам, и я вам расскажу сказку.
Шесть пар маленьких ножек пошлепали в палату.
Когда мы с Михаэлем зашли к детям, каждый уже лежал в своей кроватке и прижимал к себе свою игрушку
- Так какую сказку вам рассказать? – весело спросила я, слушая, как они наперебой выкрикивают названия сказок. Остановились на «Двенадцати месяцах»…
Примерно через полчаса мы заглянули в медсестринскую комнату. Девушка сидела за столом. Ее голова лежала на руках, а плечи мерно подрагивали.
- Устала, - прошептал мне на ухо Михаэль и тихонечко прикрыл дверь. – Пусть отдохнет. Еще намается.
- Ты прав, а нам пора.
* * *
Когда мы добрались домой, стало уже светать. Не чувствуя от долгой ходьбы ног, но при этом очень довольные собой, мы, не раздеваясь, завалились на диван и мгновенно уснули…
рассмешила. Было очень интерестно читать.
проблемы детей - это проблемы всех людей! Только очень жаль, что не все это понимают.
все коротко и ясно. Умнички!
