Анна Годберзен "Блеск"

LuSt:

Светик, мне, если честно, Лиланд напоминает моего мужа - тоже весь такой скромный, работящий и одержимый техническим прогрессом, все деньги из заначки во всякие неведомые штучки

Ну пока она ещё за рамки приличия не выходит, тем более, что свекровь ведет себя точно так же...

Ильмира,

Лиля, какая же ты злая! Неужели Пенни совсем не заслуживает счастья? Даже по большой настоящей любви? даже если раскается во всех своих грехах?

Скорее Ди с ним разберется, чем он с ней

Светик, ну как никто, а бабло? Да и все эти королевские крови надо разбавлять свежей, вон видела английскую принцессу Беатрис - на лице написано вырождение прям. А тут Пенелопа - красотка, умница, чем не принцесса? В наше время вон на фитнес-тренерах женятся, а вы говорите...


Ильмира, ну смотри, пророчица

Romi, добро пожаловать к нам!
Маленькое объявление: с 25 ноября у нас меняется график выкладки ввиду того, что моя новая подпись таки заработает . Теперь чередование опасных волков из Минивы и великосветских дам и жынтыльменов Нью-Йорка будет происходить по вторникам, четвергам и субботам

...

Лелешна:

Девочки, читаю иногда ваши комменты!!!
Жуть, что тварится в книге..
Жду ее целиком!!!! Терплю!!!!

...

Romi:

LuSt, спасибо! я так рада присоединиться!
перевод бесподобен - даже не хочу пока читать оригинал Почитаю потом, после того, как вы закончите свой чудесный труд, чтобы оттянуть расставание с героями :-)




да, принцесса Беатрис - ужас-ужас наверное, на Хэллоуин ей не надо наряжаться - достаточно просто не накраситься

насчет Пенелопы думаю, что принц ей как раз подходит (подумаешь, принц... какой-то Баварии... она все-таки королева Манхэттена)


А на самом деле мне симпатична Каро (Каролина), только не закидывайте тапками. Хотя, можете закидывать - до Владивостока все равно не долетят Она ведь не злая, она просто старалась выжить. А став богатой, не стала второй Пенелопой. И она действительно заслуживает нормального парня, который влюбен не в ее новоприобретенную светскую шелуху. С ним светлая, добрая сторона ее натуры только расцеветет.

Чуть не забыла про еще одну свою любимицу - тетю Эдит! Когда ей уже найдут хорошего "мужика" - такая шикарная тетка, а пропадает зря

...

LuSt:

Роми, а как же то, что она, разбогатев, забыла родную сестру и позволяет ей до сих пор прислуживать женщине, которую сама вроде как не уважает? И врет напропалую даже любимому человеку? Мне Каролина тоже импонирует - ну тщеславная и амбициозная, но ведь ей жизнь не подносила все на блюдечке, всего пришлось добиваться самой и пройти через множество унижений, но вот эти два обстоятельства портят мнение о ней на корню :(
А тетушку вот незаслуженно обошли вниманием, сосредоточившись на молодежи... Хотя про нее еще будет в книге довольно ясный намек

...

Irish:

А ещё нельзя забывать, что Лина сдала Пенелопе Диану, подставив этим самым свою сестру. И Лонгхорна, своего благодетеля, бросила, когда он просил не ехать "на рыбалку".

Короче, Romi, я тапок бросила, тем более, что разрешение получено. Не долетел?

...

Suoni:

Да не женится принц на Пенелопе! Чтобы выйти замуж за принца Пенелопе нужно развестись с Генри. А среди королей и принцев не принято жениться на разведенных. Если только с громким скандалом. Ну и еще в романах, может быть.

...

Федор:

Эдуард VШ, женился на разведенной, отказавшись от престола. Ноябрьским вечером 1930 года в его жизнь вошла Уоллис Симпсон. Вошла, чтобы остаться там навсегда. Урожденная Уорфилд, Уоллис родилась в Америке, была хороша собой и явно имела склонность к любовным приключениям. К моменту встречи с принцем она уже трижды (!) побывала замужем и, кроме того, пережила несколько бурных романов. Ее первый муж умер от туберкулеза, со вторым разошлась. Потом испытала безумную страсть к какому-то аргентинскому дипломату, который в конце концов от нее сбежал.

...

Королева:

Ластик, блин, ты думай, что выкладываешь!!! Я, как открыла, так от ужаса заорала!!!! Это что за носитель базедовой болезни с раздавленным жуком на лбу?!!!
А вот мне Чарльз и Камилла очень нравятся. 35 лет отношений, постоянное давление семьи и преследование прессы. Не всякие чувства способны выдержать такой пресс.
Да, я злая. И память у меня хорошая. А Пе что хотела, то и получила. Она же не счастья хотела, вся ее хотелка сводилась к тому, чтобы Генри на себе женить. Молодец, смогла. А вот о том, чтобы Генри ее любил - такого заказа не было. И вообще, люди с таким характером, как у Пе не заслуживают счастья, и не потому что такие плохие, а потому что они это счастье просто не увидят. А ты чегой-то так проникновенно спрашиваешь? Уж не хочешь ли ты сказать, что второй, обретшей счастье героиней будет Пенелопа?!!! Учти, я не поленюсь и перепишу главу.
Конечно, она не злая. Всего лишь предела подругу, всего лишь подставила сестру, всего лишь совсем про нее забыла и даже не думает помогать, всего лишь врет и не краснеет замечательному, влюбленному в нее мужчине. Можно долго продолжать эти всего лишь. Но безусловно, Каролина совсем не злая. Как мы уже выяснили, злая здесь я.

...

LuSt:

Блин, девочки, на этом дьявольском изобретении не могу цитировать, а хочется... :( принц вполне может жениться на Пенелопе - таки в начале 20 века браки между аристократами Европы и американскими богатыми наследницами уже были в порядке вещей (прецедентов хватало и в реальной истории, да и в романах Клейпас, Макнот и много кого еще они есть). Здесь принцу в невесты прочат даже не особу королевской крови, а вовсе даже графиню. Подразумевается, что принц этот вовсе не наследник престола, а просто один из многочисленных седьмых лебедей в пятом ряду.
Насчет британской монархии: займусь-ка я рекламой первого проекта-2013 и призову вас всех дружно читать имеющуюся в нашей библиотеке королевскую серию Сью Таунсенд - "Мы с королевой", "Королева Камилла" и "Номер 10". Юмор ну просто бесподобный, а все члены королевской семьи как живые! А новая книга... Я каждую неделю с нетерпением жду выходных, чтобы сесть за перевод - позитивом заряжает на всю рабочую неделю!
Лиля, да-да, злая у нас ты

...

LuSt:

 » Глава 19.

Перевод LuSt
Редактирование Королева, Bad Girl

О, Кони-Айленд, летняя безопасная отдушина для горожан, неистовая игровая площадка для взрослых, где не существует запретов, и люди всегда показывают свои истинные лица…
Из колонки главного редактора «Нью-Йорк Таймс», понедельник, 16 июля 1900 года

Молодая пара спустилась с высокого перрона и влилась в толпу, бредущую по Сёрф-авеню к деревянной набережной. Они выглядели обыкновенной парочкой: юноша в коричневом костюме из тонкой шерсти и соломенной шляпе и девушка в белой приталенной рубашке и длинной темно-синей юбке. Единственное, что отличало их от прочих визжащих загорелых любителей развлечений – короткие волосы девушки, но их сложно было заметить под частично скрывавшей лицо соломенной шляпкой. Пока они не вышли на набережную, девушка держалась чуть позади, но едва ступив на дощатый променад, юноша развернулся и обнял спутницу за талию.

- Я соскучилась, - прошептала Диана, прикусывая нижнюю губу от нахлынувших на неё чувств. Встреча с Генри показалась ей столь сладкой после несправедливой разлуки. – Без тебя мне невыносимо.

- Это чересчур, - сухо ответил Генри. Но тут же рассмеялся и, подхватив Диану под мышки, поднял её в воздух и закружился вместе с ней. – Думаю, я с ума схожу, - добавил он, почти крича. – Я так по тебе соскучился!

Но никому на Кони-Айленде не было дела до ещё одной влюбленной парочки, потерявшей голову от любви, и любая возможность выдать себя потонула в визге, раскатах смеха, скрипе карусели и далеком рокоте прибоя. Воздух был теплым, несмотря на солоноватый ветерок, и вскоре Генри снял пиджак и расстегнул верхние пуговицы рубашки. Гостиные Манхэттена остались далеко-далеко.

День только начинался, и какое-то время у Дианы и Генри голова шла кругом. Они прокатились на карусели — Генри крепко держал Диану перед собой, пока механические лошади неслись по кругу, — а затем отправились предаваться простым развлечениям.

Диана успела проехать через всю страну, но её сердце все равно замирало, а глаза распахивались от диковинок, увиденных здесь. Они с Генри посмотрели в калейдоскоп, сходили подивиться на бородатую женщину, татуированного мужчину, карлика и великана. Позже сели под полосатым тентом выпить пива с жареными моллюсками. Они смотрели друг на друга счастливыми глазами, в которых плясали солнечные блики, и в блаженном молчании наслаждались любимым обществом.

- Как бы я хотел проводить так каждый день, - спустя некоторое время сказал Генри.

Женщины в оборчатых купальных костюмах щеголяли обнаженными лодыжками, словно это в порядке вещей, привлекая свист и ленивые одобрительные улыбки совершенно не кажущихся возмущенными джентльменов с подкрученными вверх длинными усами. Диана протянула руку и коснулась кончиками пальцев подбородка Генри, любимой части его тела. Со времени их последней встречи он побрился, и теперь его кожа казалась по-девичьи мягкой, что шло вразрез с нарочито нахмуренными бровями.

- Почему бы и нет? – с легкостью в голосе отозвалась Диана.

- Потому что у тебя самая строгая мать во всем Нью-Йорке… - начал Генри, поднимая бутылку пива и чокаясь с Дианой.

- …на которую я совершенно не обращаю внимания, - перебила его девушка, с хихиканьем касаясь своей бутылкой его пива, прежде чем сделать долгий глоток.

- … а я женат на самой жутко самодурствующей светской даме в городе.

- О, - беззаботно отозвалась Диана. – Она.

- Да, она. Господи, ну почему мы не сбежали, когда была такая возможность? – Голос Генри звучал мрачно, хотя типично ослепительный для побережья солнечный свет с такой любовью падал на его кожу, что она казалась почти золотой, и Диана почти видела тонкие нити, из которых была соткана его белая рубашка с воротником. Закинув ногу на ногу, Генри откинулся назад на складном деревянном стуле и мог бы показаться любому стороннему наблюдателю полноценно отдыхающим человеком. Но Диана провела рядом с ним много часов и услышала в его голосе беспокойство. – Мы не должны были позволять этим гарпиям вновь нас увидеть. Вообще не должны были возвращаться в Нью-Йорк.

- То же самое говорит и Элизабет, - заметила Диана, словно подумав вслух, глядя на море. – Она говорит, что здесь не место для нас.

Складной деревянный стул скрипнул по потрепанным морем доскам, когда Генри резко выпрямился.

- Ты рассказала о нас Элизабет?

- Конечно, она же моя сестра! – Диана рассмеялась и ласково положила руку на плечо Генри. – И не делай такое лицо, она полностью на нашей стороне.

- Правда? – Генри изумленно покачал головой. Он на секунду замолчал, собираясь с мыслями. – Как думаешь, что она имела в виду, говоря «не место для нас»?

- Нью-Йорк, Манхэттен, гостиные и бальные залы, скачки, особняки на Лонг-Айленде… - Диана вздохнула и счастливо пожала плечами, прервавшись, чтобы посмотреть на веселящихся прохожих. – Она говорит, что здесь нам никогда не позволят быть вместе, - добавила девушка и, хотя собиралась пояснить это беззаботно, почувствовала, что голос её против воли понизился, а тон стал более зловещим. – И чтобы жить счастливо, нам нужно уехать.

Генри пристально посмотрел на неё и положил обтянутую брюками лодыжку на колено другой ноги. Вытащил из кармана рубашки сигарету и взял её в рот, отвернувшись от Дианы лишь на секунду, чтобы зажечь спичку. Он затушил огонек, бросил обгоревшую спичку между досками и на выдохе вновь посмотрел Диане в глаза.

- Поехали, - сказал он. Медленный ленивый тон исчез, и Диана уставилась на дернувшееся горло Генри, единственную часть его тела, не оставшуюся спокойной и уравновешенной. Диана наклонилась и вытащила из нагрудного кармана Генри сигарету для себя. Влюбленные не отводили друг от друга взгляда, пока Генри перегибался через небольшой круглый столик, чтобы помочь Диане прикурить.

- Куда? – после паузы спросила Диана.

Генри окинул взглядом черных глаз волны и людей на пляже и вновь посмотрел на неё.

- А куда ещё едут американцы, когда устают от родной страны? В Париж.

- В Париж? – Диана быстро затянулась и выпустила дым. Курение напомнило ей о проливном серебристом дожде в Гаване. Сбежав из дома, она пристрастилась к курению и понимала, что сейчас эта привычка её радует, поскольку сердце билось очень быстро, а табак успокаивал нервы. Диана точно не знала, отчего так занервничала, услышав предложение Генри: ведь у неё легко получилось в одиночестве гнаться за ним через всю страну. Но в прошлый раз она убегала из дома с тяжестью на сердце, зная, что совершает ужасный поступок. Тогда она уезжала с четко обозначенной целью. А предложение Генри означало, что придется отринуть прошлое ради места, которое никогда не видела и будущего, которое не могла себе вообразить. – Но на что мы будем жить?

- У меня есть немного личных денег из тех, что завещала мне мать… - Генри выдохнул клуб дыма, на секунду затуманивший его благородное загорелое лицо, и отбросил окурок в сторону. – Я больше не могу притворяться, не могу выносить детских игр с Пенелопой. Не могу больше терпеть постоянных мыслей о тебе без возможности обладать тобой. Пожалуйста, давай уедем, и все встанет на свои места.

Диана закрыла глаза и позволила себе отбросить все предположения о том, как пройдет остаток её жизни, и чем будут заняты её дни. Она слегка кивнула, словно собираясь с духом, и потянулась через деревянный столик к руке Генри.

- Ты хочешь уехать в Париж со мной?

Он накрыл её руку обеими ладонями.

- Больше, чем чего-либо в жизни. Я бы уехал прямо сегодня, если бы ты сказала «да».

- Значит, да. Давай уедем сегодня.

Внезапно в голосе Генри послышались легкие нервные нотки практичности.

- Трансатлантические корабли «Компании Кунарда» отплывают по вторникам. Поэтому до завтра уехать мы не сможем.

Когда Диана открыла глаза, на несколько секунд яркие лучи солнца ослепили её, но она улыбнулась вслепую и вскоре сумела разглядеть лицо Генри. Долгое время они не говорили ни слова, пока их сердца бешено колотились.

День клонился к закату, когда они наконец встали из-за деревянного столика и пошли обратно к поезду медленнее, чем утром, но гораздо целеустремленнее. На этот раз они не стали искать места в противоположных концах вагона, и Генри обнял Диану за плечи, устроившись рядом с ней. Когда поезд тронулся, набирая ход в сторону их домов, где они соберут необходимые вещи и попрощаются с избранными людьми, Диана выглянула в окно, чтобы бросить взгляд на колесо обозрения, возвышающееся над парком, словно полная луна. Остаток жизни раскинулся далеко внизу, будто Диана смотрела на него с невероятной высоты, находясь в одной из трясущихся кабинок, медленно ползущих по кругу. Мысль о том, что ей предстоит, вызывала у Дианы головокружение, живость и страх, но девушка была рада, что Генри поедет с ней, куда бы она ни отправилась.

...

Федор:

Девушки, милые мои!!! Спасибо за новую главу!
Как здорово. Диана с Генри решили уехать. Но вот уедут ли ?

...

LuSt:

Дора, а что может им помешать?

...

Федор:

Не что, а кто. Генри и его трусость.

...

Irish:

Ластик, Лиля, Таша, спасибо за продолжение!

Дора, забавно, у меня возник такой же вопрос.

Да что угодно, Ластик. Отсутствие билетов на корабль представляется самой реальной причиной. А через неделю, к следующему вторнику, мало ли что ещё может случиться.
Хотя, пусть бы уже и уехали. Хочется чтобы Генри взял, наконец, на себя какую-то ответственность, а не плыл по течению всю оставшуюся жизнь...

...

zerno:

Ластик , Таша , Лилеша , спасибо !

А что , разве он уволился из армии ? Вроде бы как просто поплыл проводить .

В армию смыться от Пе у него получилось , может выйдет и в этот раз ?Сжала за них кулачки .

...