diamond:
Ирен знала, как Барт боится приближающейся старости, и цинично играла на этих страхах. Она не испытывала к нему любви, не любила сына, даже когда тот был маленьким. А ведь он был ее первенцем, первым выжившим после двух умерших новорожденных. Другая бы мать обожала и тискала малыша, отчаянно привязавшись всем сердцем, с Ирен же произошло как раз обратное. Она отталкивала сына с самого его появления на свет. По какому праву он кричал, жадно сосал ее молоко и нарушал сон? С бессильным раздражением смотрела она на нескончаемую толпу родственников, сюсюкающих над колыбелью младенца. Кончилось тем, что мать невзлюбила его - не только из духа противоречия, но и потому, что в тот момент действительно страдала от депрессии.
Франсуаза Бурден, "Наследник Болье"
Masjanja:
Людям не обязательно быть вместе каждый день, чтобы между ними сохранялась глубокая эмоциональная связь.
Януш Вишневский "Между строк"
diamond:
В детстве она была беспокойным ребенком с копной кудрявых рыжих волос, упрямством, которого хватило бы на десятерых, страстным сердцем и чистой душой. В девятнадцать она сложила в рюкзак самое необходимое, купила самый дешевый билет на ближайший самолет в Англию, в надежде не торопясь добраться оттуда свои ходом до «Ле Кордон Блю» в Париже.
Дома, в Вермонте, не осталось никого, кто стал бы о ней тревожиться: мать умерла молодой, а отец создал новую семью. Мэри Изобел Кёрвен напоминала ему о прошлой жизни; в новой же ей места не нашлось.
Энн Стюарт, "Ледяной шторм"
Nadin-ka:
«« – Как там зимой?» Я подумал было рассказать им об acqua alta; об оттенках серого цвета в окне во время завтрака в отеле, когда вокруг тишина и лица молодоженов, подернутые томной утренней пеленой; о голубях, не пропускающих, в своей дремлющей склонности к архитектуре, ни одного изгиба или карниза местного барокко; об одиноком памятнике Франческо Кверини и двум его лайкам из истрийского камня, похожего, по-моему, цветом на последнее, что он видел, умирая, в конце своего злополучного путешествия на Северный полюс, – бедному Кверини, который слушает теперь шелест вечнозеленых в Жардиньо вместе с Вагнером и Кардуччи; о храбром воробье, примостившемся на вздрагивающем лезвии гондолы на фоне сырой бесконечности, взбаламученной сирокко. Нет, решил я, глядя на их изнеженные, но напряженно внимающие лица; нет, это не пройдет. «Ну, – сказал я, – это как Грета Гарбо в ванне»»
«Набережная неисцелимых / Watermark» Иосиф Бродский
diamond:
Он открыл входную дверь, и в нос ударил запах попкорна, хот-догов и чистящего средства. У прилавка стоял ковбой, нагруженный вяленым мясом и упаковками «Лоун Стар», и болтал с женщиной, у которой были глубокие морщины и копна седых волос, а белая «не связывайся с техасцем» футболка заправлена за пояс юбки, начинавшейся под грудью. Женщина немного походила на тощего шарпея с длинными болтающимися сережками.
- Привет, тетя Лоралин.
- Винс! – Сестра матери Винса подняла взгляд от пакета с мясом. – Ну разве ты не красавчик!
Голубые глаза тетушки засверкали. Она обошла прилавок и бросилась племяннику на грудь с такой силой, что он уронил сумку на пол. Тетя обхватила руками так много Винса, как смогла, и сжала его с тем чувством привязанности, которое он никогда не понимал. Техасские родственники матери были прирожденными обнимальщиками, как будто это качество являлось частью их характера.
Рэйчел Гибсон, "Спаси меня"
Жозефина:
Сейчас многие думают, что компьютеры могут заменить людей, но это не так. Ничто не заменит человеческий интеллект, его бесценный опыт и мастерство.
«Скажи мне все» Линда Ховард
diamond:
К коммерческому авиалайнеру подогнали узкий портативный трап, и под ногами Сэма Старрета, спускающегося на взлетно-посадочную полосу, загудел и завибрировал металл. На одной руке Сэм держал сына Эша, через плечо болталась сумка с подгузниками, и не одно, а целых два детских автомобильных кресла оттягивали другую руку папаши.
Кресла были громоздкие и неудобные, хотелось поудобнее взяться или же срочно заиметь побольше рук.
Прямо позади Сэма спускались Джулз Кэссиди с Робином, сражаясь изо всех сил с таким же третьим по счету креслом и кучей ручной клади. За ними жена Сэма, Алисса, волокла вниз две летние коляски, понадобившиеся в этом приключении длиной в месяц. Следом шли Макс и Джина Багаты, которые несли свою необычно воспитанную трехгодовалую дочурку и восьмимесячного сынишку со здоровыми легкими, все еще что-то лопотавшего себе под нос, видимо, горестно жаловавшегося от лица всей команды по поводу расстройств, неудобств и горького разочарования.
Сюзанна Брокман, "Влипнувшие в неприятности"
diamond:
Несмотря на смятение в моих мыслях по поводу Чарли, день с его дочерью проходит идеально. Меня просто распирает от радости — каждый раз, когда она смеется, когда целует лица малышей в одной из своих маленьких картонных книжек, когда делает что-нибудь смешное, например, брызгает себе в лицо водой и потрясенно подпрыгивает. Как бы ни сложились отношения с Чарли, я хочу быть в жизни Эйприл. Даже если буду просто глупой тетей Бриджит.
От этой мысли мои глаза наполняются слезами. Я не хочу быть тетей Бриджит, я хочу быть кем-то более близким. И я говорю это искренне-преискренне, от всего-всего сердца. Какой поворот для той, кто была так уверена, что не хочет иметь детей!
Пейдж Тун, "Последний кусочек моего сердца"
Masjanja:
Когда ты от души, не ожидая благодарности, делаешь что-то для других, то кто-то записывает это в книгу судеб и посылает тебе счастье, о котором ты даже не мечтал.
Анджелина Джоли
diamond:
- Не получается дотянуться, - пожаловалась Герти.
Я помогла той взобраться, подтолкнув под задницу на дерево. Мы сидели здесь уже тридцать минут, и пока все шло спокойно. Задняя сторона кладбища была окружена болотом и огибалась байю. Из-за воды сюда на машине не подъехать, поэтому мы позаимствовали недавно отремонтированную лодку Иды Белль, а там привязали ее к кипарисовым пням.
По словам Иды Белль, путь от места нашего причала до кладбища занимал две минуты, но Герти, все еще не в себе после удара головой прошлой ночью и щеголявшая синяком под глазом, сделавшим бы честь любому боксеру, повела не в ту сторону. Спустя десять минут мы все же добрались до задней стороны кладбища и стали подыскивать подходящее дерево. Оказалось труднее, чем я думала.
Если выбрать дерево в первом ряду, то есть риск попасться на глаза прибывшим на похороны - совсем не вариант. Поэтому нам пришлось искать дерево во втором ряду, да еще и достаточно прикрытое, но одновременно дающее ясный, пусть и узкий обзор на место захоронения. Наконец-то мы нашли такое идеальное место, но затащить на него Герти оказалось гораздо сложнее, чем даже сами поиски.
У кромки болота все деревья были старые и толстые, и до нижних веток с земли - целых десять футов. Для меня - не проблема, но у Герти имелись некоторые трудности из-за невысокого роста, и нынешний случай не стал исключением.
Джана Делеон, "Жертва трясины"
Nadin-ka:
«"Чудеса случаются тогда, когда их кто-то создаёт", – читала вслух мама. Домовёнку было тепло, спокойно и уютно. Он уже засыпал, но даже сквозь дрёму радовался. Потому что тот, кто читает и слушает сказки, непременно станет добрым волшебником.»
«Приключения Мохнатика и Веничкина в школе Великого» Светлана Алексеевна Кривошлыкова
diamond:
Лекси ненавидела лгать родителям, но приходилось. По плану, который она отправила Шону, они «расстанутся» в мае, но останутся в дружеских отношениях. Лекси хотела оставить истории время на развитие и придать правдоподобность, но в одном из нескольких смс, на которые Шон ответил, он настаивал на третьей неделе марта, за три недели до плей-офф в Кубке Стэнли. Потому как не желал отвлекаться и хотел иметь достаточно времени на то, чтобы эта история полностью закончилась, прежде чем они с «Чинуками» начнут гонку за кубок.
Лекси согласилась, потому что у нее не было выбора. Шон был ей нужен сильнее, чем она Шону. На ее пути появился еще один спасательный круг. Она не собиралась позволить этому шансу, который мог спасти ее и бизнес, ускользнуть. В этот раз она держала его крепко.
- Мы любим друг друга. - Она положила ладонь на руку Шона, устроившуюся на подлокотнике. Их заявление о любви могло бы быть правдоподобней, если бы он не выглядел приговоренным к смерти, а Лекси - палачом, ведущим его к газовой камере.
Рэйчел Гибсон, "Искусство бегать на каблуках"
Masjanja:
Никогда не возвращайся к тому, от чего решила уйти. Как бы сильно тебя ни просили, и как бы тебе ни хотелось самой. Покорив одну вершину, начинай штурмовать другую.
Мэрилин Монро
diamond:
Хочу познакомить тебя с леди. Арден, – обратился он к бледной окаменевшей женщине рядом, – это Мэтт.
Она жадными глазами оглядывала малыша, пытаясь впитать все детали, искала что-то знакомое, но обнаружила немногое. Цвета похожи на отца: белокурые волосы, синие глаза. Слегка квадратный подбородок тоже напоминал Дрю.
Арден не находила в нем ничего своего, но знала абсолютно точно, что это – ее сын. Она поняла это по тому, как набухли груди, словно заполняясь молоком, которому никогда не суждено было прибыть; по тому, как судорожно сократилась матка. Арден помнила каждое мгновение, когда ощущала движение кулачка или ножки, или смеялась над приступами младенческой икоты, которая эхом отзывалась в собственном теле. Нахлынуло страстное желание потрогать его, стиснуть сладкое, махонькое, здоровое тельце.
– Привет, Мэтт, – выдавила Арден.
Ребенок оглянулся на нее с искренним любопытством.
– Скажи «Алоха», Мэтт, – подсказал отец, поворачивая его.
– O… ха, – пробормотал малыш, извернулся в руках Дрю и застенчиво спрятал лицо в папиной шее.
Сандра Браун, "Секрет благородства"
Masjanja:
То, каким человеком ты станешь через пять лет, определят два основных фактора: люди, с которыми ты общаешься, и книги, которые ты читаешь.
Робин Шарма