Masjanja:
Я нахожу вас чрезвычайно интересной. Мне хочется открыть вас, как книгу, и прочитать каждую страницу. Включая сноски и примечания.
Лиза Клейпас "Моя до полуночи"
diamond:
Ханна пристально посмотрела на высокую худую женщину, ни капельки не похожую на неё. Она знала, что Джейни первым делом обсудит с мужем визит сестры, едва тот вернется домой. И словно наяву слышала голос зятя, перемежающего каждую фразу ругательствами вроде «черт возьми!» или «вот козел!». И гадала, как так получилось, что они с Джейни сделали такой разный выбор и что она сама теперь завидует сестре, выбравшей совершенно неподходящего мужа.
Сестры тепло обнялись и поцеловались на пороге, и напоследок Джейни ласково сказала:
– Ты же знаешь, я о тебе беспокоюсь. Забавно, но так было всегда. За тобой нужен глаз да глаз.
– Да я не против.
Ханна шустро пошла прочь, но, дойдя до угла, повернулась и подняла руку, угадав, что Джейни все еще стоит на пороге и смотрит ей вслед.
Кэтрин Куксон, "Друг по четвергам"
Masjanja:
Nadin-ka писал(а):
«"Settimo Cielo" позволило Нелли осуществить свою детскую мечту. В память о "Дикой гортензии", чайном салоне, который был у ее матери в Кемпере, Нелли превратила кафе в уголок, где можно купить и почитать книжку, а также перекусить, выпить чашечку чая или чего-нибудь еще. Нелли старалась сделать все, чтобы люди находили в "Settimo Cielo" то магическое тепло, которое своим ясным светом озарило ее собственное детство. А где еще можно соприкоснуться с магией, как не под обложкой книги или в хорошем кафе, словно нарочно созданном для чудес.»
Когда я была в Югославии, в Новом Саде, то во время одной из прогулок по городу набрела на книжный магазинчик. Небольшой, очень уютный, какой-то даже домашний, с чудесным запахом книг и... кофе. Для меня стало невероятным открытием и изумлением то, что в этом магазинчике можно было взять приглянувшуюся книгу, чашечку кофе и, выйдя в маленький дворик позади магазина, почитать (не покупая!) выбранную книгу и выпить ароматнейший кофе. И самое интересное то, что книги в этом магазине расходились очень хорошо, - даже несмотря на довольно высокие цены.
diamond:
Люди смешались с голубокровными, рамки размылись. Разумеется, Мина могла определить, кто есть кто. Аромат крови, исходящий от вина в руках юноши выдавал его не меньше, чем бледная кожа. Пара молодых женщин рядом с ним были одеты в схожие бальные платья. Одна носила на шее жемчужное колье, другая – рубиновый чокер. Голубокровный лорд и его трэли. Украшения одновременно обозначали, что дамы находятся под покровительством, и помогали скрывать тонкие серебристые шрамы от специального ножа. В мире Эшелона открыто демонстрировать подобные знаки считалось вульгарным.
Здоровяк в домотканом плаще налетел на девушек, источая вонь джина. Улыбка голубокровного пропала, и мгновенно сверкнула сталь. Здоровяк упал, кровь залила его рубашку там, куда попал лорд. Друзья пострадавшего, такие же крепко сложенные - вероятно, моряки или докеры - поспешили извиниться и утащить раненого прочь. Он выживет. Возможно.
Бек Макмастер, "Шелк и пар"
Masjanja:
Приятные сны, конечно, всегда лучше неприятной действительности, но живём-то мы не во сне...
Братья Стругацкие "Хищные вещи века"
diamond:
‒ Да, теперь припоминаю… ‒ щурюсь, пытаясь вспомнить ее имя.
‒ Лейни.
‒ Лейни. – Щелкаю пальцами. – Точно. Чем могу тебе помочь?
Смотрю на часы ‒ ухожу через две минуты.
Она снова начинает нервничать и дергаться.
‒ Ладно, нет простого способа рассказать это… так что просто скажу.
Отличный план.
Девица делает глубокий вдох и выдает:
‒ Он не просто отнял у меня лучшую подругу и лучшее белье… он еще кое-что оставил взамен.
Как романтично.
‒ Сифилис.
Слышали звук? Это был я и вертящееся в голове «что, черт возьми, она только что сказала?» Я даже засовываю в ухо палец, чтобы избавиться от воды, видимо, попавшей туда во время утреннего душа и исказившей слух.
Но затем она снова заговаривает. И произносит то же самое.
‒ Да, сифилис.
Желудок скручивает. Кажется, существует реальная угроза, что меня покинет завтрак.
‒ Результаты анализов пришли несколько дней назад. В клинике предупредили, что я должна сообщить всем, с кем у меня был секс после него. А это только ты. Я запомнила имя, а ты говорил, что работаешь адвокатом в Вашингтоне, округ Колумбия. – Она взмахивает рукой. ‒ И вот я здесь.
Ей стоило бы подвинуться немного вправо. Меня определенно сейчас вырвет.
Эмма Чейз, "Кувырком"
Nadin-ka:
Я не люблю те дни, когда становлюсь старше на один год. Я люблю дни, когда становлюсь старше на одну книгу.
Н.Ясминска "Книгармония"
diamond:
– Эй, ты в порядке? – тихонько позвали откуда-то сзади.
В порядке? Что за глупый вопрос?
– Фан-чтоб-тебя-тастически! – Поморщившись от собственного крика, юноша понизил голос до шепота: – Что со мной случилось?
Вместо ответа, он ощутил нежное прикосновение пальцев ко лбу.
– Тебе повезло, что черепушка крепкая.
Только теперь он понял, что говорит с девушкой.
– Можешь сесть?
– Не знаю.
– Попробуй, я помогу.
Обхватив его за плечи, она помогла ему сесть и прижаться к металлическим перилам. От перемены высоты в голове застучали молоточки, но тело вроде не протестовало.
– Лучше?
– Не очень. Голова вот-вот взорвется.
– Неудивительно, – недовольно произнесла помощница, словно в чем-то упрекая. – А печень о пощаде не молит? После всего «Кристаллайна», что ты вылакал прошлой ночью…
Мелисса Ландерс, "Звездолёт"
Nadin-ka:
Тепло мне потому, что мой уютный дом
Устроил ты своим терпеньем и трудом:
Дрожа от стужи, вёз ты мне из леса хворост,
Ты зёрна для меня бросал вдоль тощих борозд,
А сам ты бедствовал, покорствуя судьбе.
Тепло мне потому, что холодно тебе.
Федор Сологуб
diamond:
Когда Эмма снова открыла глаза, то обнаружила, что лежит на кровати у себя в комнате. Боль в голове значительно уменьшилась, но появилась новая ноющая боль в воспаленном бедре, очевидно, ставшая следствием какого-то ушиба. Белл свернулась с книгой в кожаном переплете в руках в стоявшем рядом с кроватью кресле.
– О, привет, - защебетала Белл, как только заметила, что Эмма пришла в себя. – Ты по-настоящему нас напугала. – Она встала, преодолела короткое расстояние, разделявшее ее и кузину, и присела на край кровати.
Эмма стремительно приняла полулежащее положение, так что она могла видеть Белл немного лучше. – Что случилось?
– Ты потеряла сознание.
– Опять?
– Опять!
– Ну, на самом деле я не совсем потеряла сознание в первый раз. Это скорее походило на удар по голове.
– Что?
– Хорошо, не совсем удар по голове, – торопливо поправилась Эмма. – Я упала, а затем ударилась головой.
Джулия Куин, "Splendid"
Masjanja:
Нет ничего более полезного для нервов, чем побывать там, где никогда не был.
Анна Ахматова
diamond:
– Будь готов к чему угодно, – прошептал Блейд, пока они шагали по коридорам поместья лорда Харкера.
Уилл пожал плечами, внимательно присматриваясь к теням. Нет нужды напоминать. Он балансировал на грани с тех пор, как они вышли из чертова экипажа. Здесь, в самом сердце общества, было опасно. Нужно держаться начеку; больше никаких сюрпризов.
С него хватило и одного на сегодня: Лены. Хоть Уилл и ожидал встретиться с ней, даже предвкушал эту возможность, ее вид сразил его наповал. Она всегда одевалась красиво, но в окружении теней, когда свет газовых ламп подчеркивал мягкие изгибы ее тела… Лена была сногсшибательна.
Ее волосы, подхваченные элегантным гребнем, спадали на плечо сложным каскадом кудрей. Изумруды в глубоком декольте зеленого платья привлекали взгляд ниже. Уилл жаждал оказаться с ней наедине. От предвкушения кровь закипела, разбудив все чувства.
Он просто пока не знал, хочет ли придушить ее или поцеловать.
Бек Макмастер, "Железное сердце"
Nadin-ka:
«Аэлита оперлась локтями о колени Лося. Лицо ее было мечтательное: - Ты слушал? Ты понял? Ты думал обо мне? - Ты видишь и знаешь, - сказал Лось, - когда я не вижу тебя - схожу с ума от тревоги. Когда вижу тебя - тревога страшнее. Теперь мне кажется - тоска по тебе гнала меня через звезды.»
Алексей Николаевич Толстой "Аэлита"
diamond:
Миранда подпёрла подбородок рукой – при этом слегка прижимая и приподнимая свою грудь, демонстрируя её ещё откровеннее. Продавец едва не застонал, не отрывая глаз от внезапно открывшихся новых прелестей. По коже Миранды поползли мурашки. Но она не вздрогнула, лишь одарила юношу лукавой полуулыбкой, мол, увы, но желания наши запретны. А свободной рукой незаметно дотронулась до жемчужного ожерелья, лежавшего на краю прилавка, совсем рядом с ней.
– Любое из этих украшений сделало бы вам честь, мисс.
Миранда подцепила пальцем жемчужную нить. «Тихонько. Тихонечко». Она проделала бессчётное число подобных трюков, и всё же каждый раз казался первым. Каждый раз её охватывал ужас. «Не подавай виду».
Кристен Каллихан, "Пламя"
Masjanja:
– По-моему, для выпивки еще слишком рано даже для тебя, Лео, – упрекнула его Амелия.
Он достал из кармана жилета часы и глянул на циферблат:
– В Бомбее восемь часов. Поскольку я интернационалист, то выпью в качестве дипломатического жеста.
Лиза Клейпас "Моя до полуночи"