diamond:
Ее сердце было разбито. Острые осколки впивались в душу, обращая в горе каждый час, каждое мгновение того, что когда-то звалось ее жизнью. Даже ее дети – те, которых она родила сама, и те, которых воспитывала после гибели сестер – не приносили успокоения. Да и она сама, к своему стыду, больше не несла успокоения своим детям. Она покинула их, также как и их отец. Ее муж, ее любовник, ее сердце, вернулся в море, и ростки любви, надежды и магии умерли в тот день.
Он уже не вспомнит радостей тех лет, которые они провели вместе. Не вспомнит о ней, о сыновьях и дочерях, о жизни на острове.
Такова была его природа. Такова была ее судьба.
Н. Робертс "Игра с огнем"
Nadin-ka:
«Она выросла и обнаружила, что взрослыми становятся совсем иначе, чем казалось в детстве. Тогда ей представлялось, что в один прекрасный день человек откладывает куклы и игрушки и говорит : " Всё, я уже взрослый". Теперь она поняла, что прежние увлечения не исчезают в один миг, они просто угасают всё больше и больше, пока пыль времени не скроет под собой яркие краски детства.»
«Глаза дракона» Стивен Кинг
diamond:
После ужина они прошлись по улицам Квартала. Кости дал Бекке своё пальто, поскольку её коротенькое платье на узких бретельках почти не защищало от холода. Толпы людей вокруг них становились живее по мере того, как алкоголь горячил кровь, покров темноты окутывал город, и древняя аура Нового Орлеана призывала его жителей отказаться от обычного сдерживания своих чувств.
Гул энергии и возбуждения, исходящий от шумного пиршества, устроенного людьми, также взбудоражил всю нежить. Под предлогом участия в празднестве Кости купил маски для себя и Бекки. Его маска скрывала половину лица, а маска Бекки была лишь глупой вещицей с перьями, которая охватывала только область вокруг глаз.
Джанин Фрост "Расплата"
Pacific:
- Октябрь, - со страстью в голосе произнес он. - Боже, это мой любимый месяц, готов его поедать, вдыхать, втягивать запахи. Ах, этот мятежный и печальный месяц. Смотри, как от встречи с ним зарделась листва. В октябре мир объят пламенем...
Рэй Брэдбери "Литературные встречи"
diamond:
Ей нравилось наблюдать за выражением его лица, пока они приближались к Эбури Корт. На три мили тянулись лужайки с крошечными деревьями, которые пробегали мимо с двух сторон, пока они ехали с ветерком. Она всегда думала, что проехать эти три мили на лошади было бы величайшим счастьем и свободой, кокда ты чувствуешь под. собой силу и скорость, и ветер, дующий в лицо. Она никогда не каталась на лошади. И она наслаждалась, наблюдая за его реакцией на дом, построенный в классической симметрии с его галереей, с колоннами и мраморной лестницей. Она был рада, что у ее отца был вкус и он не использовал свое богатство для вульгарной демонстрации. Это был красивый и величественный, хотя и новый, дом.
Мэри Бэлоу "Танцуя с Кларой"
Masjanja:
Мы так часто тратим время на прошлое, будто в нём можно что-то изменить. Каждый раз, когда вы думаете о былой красоте, прошедших успехах или неудачах, вы предаёте своё настоящее и будущее. Взрослый человек - такой же ребёнок, только дети мечтают о будущем, а взрослые - о прошлом. И в этом вся трагедия! Мечты детей о будущем могут стать реальностью, а мечты о прошлом - никогда. Никогда уже не будет как раньше и чем раньше вы это поймёте, тем больше у вас времени останется на будущее.
Ричард Гир
diamond:
В предместье Хантсдейла в великолепном викторианском особняке, который ни один риэлтор не мог ни продать, ни даже запомнить его местонахождение, Кинан застыл в сомнениях с поднятой рукой. Он остановился, наблюдая за молчаливыми фигурами, которые призрачно двигались в колючем саду, словно тени, танцующие под обледеневшими деревьями. В этом дворе снег никогда не таял и никогда не растает, но смертные, проходившие мимо, видели только тени. Они отводили взгляд, если вообще осмеливались посмотреть туда. Никто – ни смертный, ни фейри – не мог ступить на лужайку Бейры без ее согласия, а именно – без приглашения.
За его спиной по улице ездили машины, превращая замерзшую слякоть в грязно-серое месиво, но звуки приглушались почти осязаемым холодом, который пологом накрывал дом Бейры. Было больно дышать.
Добро пожаловать домой.
Мелисса Мэрр "Любимый грешник"
Masjanja:
Жизнь — она в мелочах. В любимой книге, уютной улочке, прекрасном вине и вкусном ужине. В спонтанных, совершенно незапланированных, но глубоких вечерних разговорах. Наслаждаться жизнью — это искусство, которому нужно обучать с пелёнок! Каждый из нас легко может удручиться жизнью — поводов полно, но уметь наслаждаться ею — это искусство сильных. Искусство погрузиться в то, что нравится и воскликнуть: «Как же я рад этому и я не стыжусь!». Признаться себе в своих слабостях, любви к вкусному и красивому, полезному и вредному, научиться не винить себя за это и наслаждаться. Жизнь слишком стремительна и коротка, чтобы корить себя за свои слабости. Да и слабости ли это, если они делают вас счастливее?
Ричард Гир
diamond:
Мои первые несколько дней пролетают незаметно. Я почти не вижу Джоша. Когда мы с его отцом уезжаем утром, он еще в постели, поскольку работает в гараже в Маунт-Баркере, который открывается в девять, а к тому времени, как мы возвращаемся домой, он приклеен к телевизору или болтается где-то с приятелями. Мама с удовольствием отпускает меня в заповедник, а сама проводит время, хлопоча на кухне или вытворяя бог знает что по хозяйству. Вернувшись вчера, мы обнаружили, что мама готовит абрикосовый джем из садовых фруктов. Мне кажется, после этого Майкл влюбился в нее еще сильнее. Прошлым вечером он пригласил ее на ужин в город, а Джош отправился шататься с дружками. На этой неделе каждый вечер я проводила дома: осваивала новый фотоаппарат, смотрела телик и понемногу привыкала к разнице во времени, так что могла бы и сходить с новоиспеченным родственником куда-нибудь, но приглашения так и не последовало. Впервые с нашего приезда меня это обеспокоило.
Пейдж Тун "Фотографии Лили"
geyspoly:
Цитата:
Я верю в свое могущество, поэтому оно существует. Если я убежден в своих возможностях, другие заметят эту уверенность. Я даю им паузу, одну единственную секунду, чтобы оценить потенциальную угрозу.
Цитата:
Жизнь часто раздает нам не те карты, на которые мы рассчитываем,
– Но важно лишь то, как ты сумеешь ими сыграть.
– Но важно лишь то, как ты сумеешь ими сыграть.
Царство Греха (Манискалко Керри)
diamond:
– А в чем ваша слабость? – поинтересовался Блейк. – Вы заявили, она есть у каждого. Расскажите, что тревожит вас, леди.
Вопрос вышел настолько неожиданным, что Диона не смогла уберечься от нахлынувшей боли, и дрожь сотрясла все тело. Слабость Блейка очевидна, достаточно увидеть его бесполезные, искалеченные ноги. Ее раны, почти столь же губительные, невозможно разглядеть. В жизни Дионы случались темные времена, когда смерть казалась лучшим выходом, мягкой подушкой для измученных ума и тела, перенесших слишком много жестокости. Но где-то глубоко внутри теплилась яркая и решительная искра жизни, которая уберегла ее даже от попытки самоубийства, как если бы Диона знала, что и первый сделанный шаг – это на один шаг больше дозволенного. Она боролась и выстояла, и залечила свои раны, насколько смогла.
Линда Ховард "Побудь со мной"
Dani St James:
– Тебя никто никогда не утешал, да? – мягко спросил Цирцен. – Ты все делала сама и несла весь груз ответственности на себе. Но это же неправильно. Для этого и существуют мужья. Это их обязанность и право.
– Я не была замужем.
– А теперь будешь. Позволь мне отвечать за нас обоих, быть сильным за нас обоих. Я смогу, ты же знаешь.
Монинг Карен Мари "Прикосновение горца"
diamond:
Амелия выпрыгнула с другой стороны машины и помчалась к нам, бросая что-то из своего пакетика вампу на голову. Конечно, я понятия не имела, что она говорила, но эффект был потрясающий. Слегка изумившись, вампир застыл. Проблема была в том, что он застыл, прижав меня спиной к своей груди в неразрывном объятии. Я была почти размазана по нему, его левая рука все еще крепко зажимала мой рот, а правая держала за талию. Пока что наша команда по расследованиям (Сьюки Стакхаус, телепатка, и Амелия Бродвей, колдунья) не так уж хорошо делала свою работу.
– Неплохо, да? – похвасталась Амелия.
Я попыталась чуток шевельнуть головой.
– Да, если бы я еще могла дышать, – ответила я. Хотя не стоило тратить кислород на разговоры.
А потом появился Билл и оценил положение.
Шарлин Харрис "Везучий"
Dani St James:
– Целовал ли вас кто-нибудь когда-либо по-настоящему, помимо старины Арнольда? – задумчиво спросил Джейсон.
– Его зовут Эндрю, – чуть не рассмеявшись, поправила она.
– Знаете ли вы, что не все мужчины целуются одинаково?
– Неужели? И сколько же мужчин вы перецеловали?
Джудит Макнот "Раз и навсегда"
diamond:
- Ты, наверное, заметил, что у нас пропало несколько кремовых печенек. – Лекси указала на пустое место на подносе. – Я не знаю точно, куда они делись... – она замолчала, взглянув на ужасную собачку, сидевшую на коленях Джона, - но у кого-то весь носик в креме.
Она поставила маленькую тарелку перед Шоном, на которой лежали два маленьких сэндвича с обрезанной корочкой, три розовых квадратика, каждый с красной розой, и две кремовых печеньки. Собака, снова одетая в пачку, смотрела глазами-бусинками на Шона. Черный язычок высунулся и облизал кончик носа. Шон взял розовый квадратик и отодвинул кремовые печеньки в сторону.
- Это ты сделала? – спросил лысую шавку Джон «Стена», тренер «Чинуков» и хоккейная легенда.
Собака взвизгнула и получила в награду кусок розового пирожного.
Рэйчел Гибсон "Искусство бегать на каблуках"