Домиинара-эр-Риах-Понирос:
И все же, несмотря на внешнюю беспечность, мне показалось, что происшествие его встревожило. Мы не задержались в таверне. У входа поджидал человек, который что-то тихо стал рассказывать. Я уловила только "вы перебили цену на гладиаторов", "можете начать официальное расследование", "буду ждать распоряжений".
-Доми, сегодня смотреть оружие не будем, сейчас возьмем лошадей и поедем домой, -сказал Орвик, когда человек ушел.
-Хорошо.
Он вдруг резко притянул меня к себе и поцеловал, почти смяв в своих объятьях. А потом так же резко отпустил.
Мы отправились в путь.
Он уверено шел впереди, не оглядываясь, и я еле поспевала. Вообще-то я привыкла
к быстрой ходьбе, но в этот раз ноги от волнения подводили, я просто не чувствовала их под собой, все время хотелось остановиться и прислонится спиной к стене, чтобы перевести дух. А еще я никак не могла отойти от поцелуя, он горел на моих губах, напоминал о прикосновении мужских губ- теплых и вкусных, о теле, которое так плотно прижималось к моему. Голова кружилась... Наверное, на какой-то миг я все-таки остановилась, потому что он обернулся, сделал несколько шагов назад и взял за руку, чтобы вести за собой. Это была ошибка. Прикосновение обожгло обоих. Опьянило. Я не помню, как мы свернули в безлюдный переулок, и я оказалась прижатой к стене. Помню только губы, тело, руки.... Его руки .... И его самого под моими пальцами, когда я гладила плечи, волосы, и обнимала за шею, держась, боясь, что ноги все-таки подведут, и я упаду.
И было одновременно и упоительно, и страшно.
Страшно от того, что произошло накануне.
Поцелуй словно заглушал тревогу, позволял на время забыть о случившемся.
-Доми, пообещай мне, что сегодня ты придешь.
-Орвик, я ... я никогда не приходила в мужские спальни.
-Доми, пообещай.
-Хорошо...
Несколько часов спустя
Я обещала прийти позже. Открыла дверь спальни и остановилась на пороге. В моей маленькой комнатке уснуть было бы намного комфортнее и привычнее, а здесь все как-то ... слишком. Слишком роскошно, слишком по-мужски, слишком... чужое. Я смотрела на мужчину, что расслабленно лежал с закрытыми глазами на кровати. Ему очень шла эта комната. Ему. Но не мне. Повернулась, что бы уйти и услышала в спину:"Не знал, что дочери Санвы такие трусихи". Замерла, на мгновенье прикрыв глаза, чтобы собраться духом. Он прав, трусиха. Но тут же обернулась с улыбкой: "Вы так думаете, господин?" И шагнула навстречу.
Орвик Беспутный:
Ложится рядом и осторожно вытягивается – длинная, тонкая. Смущенный румянец заметен даже в слабом свете свечи. Перекатившись на бок, опираюсь на локоть.
- Так значит, не боишься?
- Нет, - улыбается уголком губ.
- А мне вот как-то не по себе, - вышло почему-то хрипло.
- Чего боится мой господин?
Медлю, прежде чем ответить, лаская взглядом ее лицо.
- Боялся, что ты не придешь.
- Так ты не спал?
Качаю головой. Она чуть хмурит брови.
- Мне нелегко было решиться прийти к тебе самой. Слуги и так, наверное, болтают невесть что и…
- Тсс... – прикладываю палец к ее губам. – Неужели ты не видишь… Я падаю так быстро, что мне уже плевать на приличия и условности.
- Тебе и раньше было на них плевать.
- Тогда теперь тем более.
- Ну хорошо. Так чего же ты хочешь?
Моей выдержке приходит конец. Склоняю голову в изгиб ее шеи у плеча, там, где рассыпаны по подушке темные локоны, и жадно вдыхаю запах.
- Хочу, чтобы ты меня хотела.
Она прерывисто вздыхает.
- А разве так непонятно?
- Нет. Хочу, чтобы ты попросила.
- …Орвик. Пожалуйста.
Домиинара-эр-Риах-Понирос:
*******
Орвик заглянул на нашу тренировочную площадку к концу занятий, посмотрел на успехи Марка и предложил поехать домой вместе.
-Наперегонки вдоль берега моря? - уточнила я.
-Хочешь?
-Хочу.
-Думаешь, обгонишь? - его глаза смеялись.
-Посмотрим.
Мы сели на коней и тронулись в путь по узким городским улочкам. Мне хотелось побыстрее миновать город, чтобы пустить коня вскачь. Однако, когда оказались у стен Арены, Орвик вдруг натянул поводья. Мне пришлось сделать тоже самое.
-Доми, я совсем забыл, мне надо заглянуть сюда, буквально на несколько минут. Пойдешь со мной?
-Да, - согласилась я и спрыгнула на мостовую.
Даже пустая, Арена производила впечатление.
Орвик показывал рукой на трибуны и о чем-то говорил с человеком, который вышел нас встречать, а я бродила по ступеням.
Вверх-вниз.
Вверх-вниз.
И смотрела на песок в разной высоты.
Огромное безмолвное сооружение.
В памяти всплыли Игры, когда все места были заняты, и на мгновенье показалось, что снова слышу рев толпы.
Повинуясь безотчетному порыву, я вдруг спустилась вниз и оказалась на песке.
Как они здесь стоят?
Что чувствуют?
Что видят?
Повернулась кругом. Трибуны, трибуны, трибуны.... и небо...
-Ну все, мы можем ехать.
Обернулась.
-Орвик, вынь, пожалуйста свой меч.
-Зачем?
-Вынь.
Он исполнил мою просьбу.
-А теперь нападай.
-Доми, это лишнее. Здесь место для рабов, а мы собирались к морю, помнишь?
-Я помню. Но сначала выпад, прошу.
Орвик нехотя встал в позицию, а потом сделал взмах, и мой меч тут же коснулся его бока.
-Видишь, - тихо проговорила я у самого его уха. - Когда ты идешь в нападение, то часто открываешь бок. Это твое самое слабое место.
-Как давно ты это поняла?
-Сразу. Но есть возможность сделать слабое место сильным. Сейчас я открою свой бок, меть в него.
Мы снова встали в позицию, только на этот раз выпад сделала я, специально раскрываясь, Орвик воспользовался этой возможностью, однако я быстро ушла в сторону, перевернулась, и через мгновенье клинок был у его шеи.
-Запомнил?
-Не очень.
-Тогда повторим. На тебя недавно покушались...
Он был так близко, что губы почти соприкасались.
-Доми...
-А вот вы где! - раздался вдруг громкий голос, и мы обернулись. У самого края песка стоял Варрава. - Прошу прощения, госпожа, я не знал, что вы тренируете еще и моего брата.
-Я не тренирую. Просто господин Понирос предложил показать арену...
-Что-то случилось? - Орвик не дал мне договорить и направился к брату.
-Я искал тебя. Прибыла новая партия гладиаторов, надо отобрать, у казарм ждет какой-то человек с чертежами и бубнит ерунду насчет плана перестройки дома свиданий, еще на вечер хотят взять несколько бойцов для показательных выступлений.
Когда Орвик подошел ближе, до меня донеслось:
-И давно это?
-Что?
-Тренировки.
Я почувствовала, что у меня краснеют уши. Похоже, скачки откладываются, а мне лучше уходить.
Убрала меч в ножны и направилась к братьям, чтобы попрощаться.
-С вашего позволения...
-Простите, госпожа, что прервал вас, но сами видите... - Варрава развел руками.
Я улыбнулась:
-Ничего страшного, мы все равно уже закончили.
Перевела глаза на Орвика:
-Сэр, я свободна?
-Да... Варрава, где ты, говорил, оставил человека с чертежами?
-Он переминается с ноги на ногу у моего коня.
-Приведи его сюда.
-Да ты сам выйдешь... а... ну да... сейчас приведу.
И он ушел.
Мы остались вдвоем.
-Доми, мне придется остаться. Там..., - Орвик неопределенно махнул рукой.
-Много дел, - улыбнулась я, - у Варравы не слишком-то тихий голос.
-Да, много дел. Придется тебе самой добираться до дома.
-Не поверишь, но я каждый день добираюсь до дома сама.
-Да, конечно, прости... Доми, ты сегодня придешь?
Мы оба знали, о чем он.
-Приду.
-Только... я могу задержаться.
-Ничего страшного. Я дождусь.
Орвик Беспутный:
Доми ждет меня. В моем доме. В моей спальне.
Дела на Арене задержали меня в городе допоздна, к тому же, информация, полученная от моего несостоявшегося убийцы, заставила сильно поменять планы. Один из партнеров, которому я имел неосторожность доверять, вдруг решил сильно укоротить мою жизнь. Пришлось срочно принимать меры.
Солнце уже давно опустилось за горизонт, а на небе высыпали звезды. Огромный дом почти не светился окнами, прислуга разошлась спать. Уже совсем поздно. И мои окна не светились.
Но она обещала.
От нетерпения я прибавил шаг, под ногами сухо хрустел гравий садовой аллеи, где-то в глубине сада гулко ухнула ночная птица. Входная дверь распахнулась прежде, чем я успел поднять молоток.
Лорена устало и укоризненно посмотрела на меня, сонно кутаясь в шаль, и я кивнул ей.
Я терпеть не мог скрипящих дверей – и дверь моей спальни открывалась совершенно бесшумно. Первая мысль: здесь темно и никого нет. И только спустя некоторое время глаза начинают различать слабый огонь в камине. И ее.
Она сидит на ковре спиной ко мне, скрестив ноги, смотрит на тлеющие угли. И медленно водит гребнем по распущенным волосам. Почувствовав мое присутствие, она оборачивается – лица совсем не видно, - но я знаю что она смотрит на меня.
- Орвик, - шепотом, но я слышу.
Закрываю дверь, иду через всю комнату, чувствуя на себе этот взгляд.
- Дай мне, - я забираю гребень и сажусь позади нее.
Волосы еще влажные, наверное она принимала ванну, пока меня ждала.
Никогда не делал этого раньше.
Гребень раз за разом легко скользит по волосам, лишь единожды зацепившись. Она вздрагивает от боли.
- Прости.
Пряди потихоньку высыхают, завиваясь на концах.
- Устал сегодня? – она по-прежнему говорит шепотом.
- Да.
Доми поворачивается ко мне и забирает гребень. Потом заставляет вытянуться на ковре и кладет мою голову на свои колени. У нее прохладные пальцы, которыми она медленно водит по моему лицу, вискам, отросшей за день щетине.
- Я так засну, - слабо протестую.
Но сил шевелиться нет.
Домиинара-эр-Риах-Понирос:
Так странно, я не могла привыкнуть к тому, насколько все вдруг изменилось. В моей жизни появился мужчина. Мужчина, которого я ждала поздним вечером. Мужчина, чье лицо мне нравилось гладить. И не только лицо. Мои руки спустились к плечам и стали легонько их массировать, чувствуя, как под пальцами стали расслабляться затекшие мышцы
Орвик вдруг глубоко вздохнул.
-Пойдем, - сказала я, и слегка похлопала ладонью по спине, чтобы он взбодрился.
Мой господин поднял голову, а я улыбнулась, увидев совсем сонное лицо.
- Пока ждала тебя, расстелила постель, пойдем, там лучше.
Не смотря на то, что я уже была в этой спальне, находиться в ней все равно было непривычно. Такая большая кровать, такое тонкое белье, и он так близко... Чтобы придвинуться, нужно немного смелости. Все еще нужно.
Хотя в этот вечер я не собиралась соблазнять, я хотела помочь уснуть. Пальцы снова заскользили по плечам, на этот раз обнаженным, а потом стали касаться спины. Орвик закрыл глаза.
Неторопливые поглаживания вдоль позвоночника, легкие надавливания и вновь поглаживания.
Отдыхай, мой господин, спи спокойно и крепко.
*
В спальне Орвика были стеклянные, до самого пола двери. Они выходили в маленький приватный сад, огороженный со всех сторон стеной. Попасть в него можно было только из комнаты или через маленькую, запертую на ключ дверцу в ограде. Ключ от этой дверцы имели только садовник и Орвик.
Сад, разбитый специально для хозяина.
А по утрам в нем пели птицы. И трава становилась мягкой и мокрой от росы. Так приятно было пройтись по ней босиком.
Когда я зашла в комнату, Орвик сидел на кровати и недовольно хмурил брови.
-Мой господин увидел плохой сон?
-Доми, ты здесь?
-Да, я ... немного прогулялась, но если нельзя...
-Нет, нет, - его лицо постепенно разгладилось, - я думал, что ты ушла, как тогда... В первый раз. Проснулся, а тебя нет.
- Я здесь.
-Вижу.
-Но скоро уйду. Мне пора на тренировку.
-Да, конечно, - он был немного растерян. - Кажется, я вчера уснул.
-И очень крепко, - улыбнулась. - Иногда бывает полезно поспать.
Неторопливо подошла к кровати с его стороны и присела на краешек. Орвик потянул меня на себя и поцеловал.
-Останешься сейчас?
Покачала головой:
-Не могу, у меня тренировка. Я подаю пример Марку. Как же он будет уважать своего учителя и слушаться его, если учитель сам постоянно опаздывает, демонстрируя неорганизованность?
-Но хотя бы позавтракаешь со мной?- его губы скользили по щеке.
-Да.
-А вечером придешь снова?- достигли уха.
-Да.
-И останешься до утра? - прикусили мочку.
-Да.
*
Вопреки планам, возвратилась я поздно, потому что сначала тренировка затянулась, а потом временно закрыли городские ворота. Из разговора ожидающих стало понятно, что искали какого-то преступника. Потом стража делала подробный осмотр покидающих город, потом Агата потеряла подкову... День получился трудным. А дом оказался полон гостей. Это не был праздник в полном смысле слова, скорее- деловой вечер. Сквозь приоткрытые створки дверей я видела богато одетых людей и Орвика, неторопливо переходящего от одной группы гостей к другой.
Не могла отказать себе в удовольствии полюбоваться им некоторое время, а потом ушла в спальню, чтобы искупаться и переодеться. Остаток вечера я провела в саду, вернее, в том маленьком закрытом садике для хозяина. Он стал моим убежищем. Я расстелила на мягкой траве большое покрывало, взяла с собой чай на травах и неспешно пила остывший ароматный отвар, слушая стрекот цикад и любуясь темным небом, покрытым кружевами звезд....
Он пришел поздно и сел рядом. Слегка напряженный, возможно, переговоры прошли не так легко, как ожидалось. Я налила чай и протянула небольшую пиалу. Мой господин тоже пил чай и слушал стрекот цикад. А я смотрела на него.
Сколько было в твоей жизни женщин? Скольких ты любил? Сколько любили тебя?
Почему ты один? Рабыни не в счет. Или есть невеста, просто я о ней не знаю?
Когда пиала оказалась пуста, я забрала ее и поставила на траву.
-Тсс... - ответила на попытку Орвика что-то сказать.
Я любила его неторопливо, скользя по крепкому телу и наслаждаясь прикосновениями. Губы распухли от тягучих обволакивающих поцелуев, которыми невозможно было напиться. Хотелось целоваться бесконечно. И когда, наконец, я оказалась на земле, придавленная мужским телом, то увидела над головой огромное темное ночное небо.
Домиинара-эр-Риах-Понирос:
*******
Орвик очень удивился, когда понял, что я совсем не ориентируюсь в его доме. Знаю только кабинет, оружейный зал, столовую, библиотеку... и его спальню.
-Ты хочешь сказать, что ни разу не прошлась по дому?
-Нет.
-Но почему?
-Ну... -я замялась, - ведь это твой дом, ты хозяин, а я работник. У меня есть комната и... Наверное, неправильно разгуливать, особенно, когда хозяина нет дома.
-Доми, - он как-то странно посмотрел на меня. Что-то в сказанных словах ему не понравилось.- Доми, я не хочу, что бы ты целыми днями сидела в этой своей комнате или моей спальне.
Он не добавил вслух "как наложница", однако невысказанное темной тучкой повисло в воздухе, и я почувствовала, что кровь прилила к лицу.
Кто я для тебя?
Для всех - любовница господина, которая приходит в спальню каждую ночь.
Даже Варрава порой провожает долгим задумчивым взглядом. Ничего не говорит, но взгляд жжет.
-Пойдем, я покажу тебе дом.
-Не надо, уже поздно и...
-Нет, надо. Я должен был сделать это гораздо раньше, - Орвик решительно взял меня за руку и зашагал по коридору, я еле поспевала за ним.
По широкой лестнице мы поднялись на второй этаж и прошлись по всем помещениям: уже знакомым мне столовой и библиотеке, затем заглянули в гостиную, музыкальную комнату, оружейный зал, прошлись по галерее и снова возвратились на первый этаж. Орвик показал комнату для аудиенций, парадный зал для вечерних приемов, а потом открыл высокие двери. Помещение было огромным и пустым, на стенах в лучах заходящего солнца загадочно поблескивали большие зеркала. Каждому шагу и звуку вторило эхо.
-Это бальная зала.
У меня перехватило дыхание. Настоящая бальная зала! Сразу же представила, как зажигаются свечи, как сияют при их свете зеркала, увеличивая пространство, а нарядные гости собираются в углах, ожидая начала танцев в то время как музыканты настраивают свои инструменты.
-Орвик, ты проводишь здесь настоящие балы? - поняла вдруг, что говорю с придыханием.
Он засмеялся.
-Конечно, в этом нет ничего особенного.
Орвик Беспутный:
Я взял ее за руку.
- Помнишь, как мы танцевали в первый раз?
- Под пение соловья? - Доми рассмеялась. - Конечно, помню.
Притянул ее ближе, поднял вдруг над собой и закружил. В зеркалах отразились десятки кружащихся пар.
- И помнишь, чем все закончилось?
Доми перестала смеяться, и я медленно опустил ее, позволив соскользнуть по моему телу.
- Нам помешали безликие, - серьезно сказала она.
- А что случилось бы, если они не появились?
- Не знаю. Я, наверное, целовалась бы, пока ноги не перестали держать.
- Здесь нет ни одного безликого. И что же мешает... тебе сделать это сейчас?
- А ты хочешь? - шепнула она, поднимая глаза.
- Хочу.
Слова у дочери Санвы не расходились с делом. Она целовала меня до тех пор, пока я не подхватил ее на руки.
- Экскурсия закончена, - объявил я, широким шагом покидая бальную залу.
Домиинара-эр-Риах-Понирос:
Орвик подхватил меня на руки.
- Экскурсия закончена.
Что я чувствовала в тот момент? Не знаю... только прижалась крепче и забыла как дышать.
Меня столько лет никто не брал на руки. Когда мужчина бережно несет в своих руках женщину, в этом есть защищенность, несравнимая ни с чем. Можно прекрасно управляться с мечом и постоять за себя в сложной ситуации, не бояться опасностей и длинной дороги, быть сильной. Но женская душа все равно ищет защиту в мужчине, она нуждается в нем, хочет быть слабой и любимой, не смотря ни на что.
Несмотря на все жизненные сложности и обстоятельства.
Наверное, я совсем не шевелилась, потому что Орвик вдруг спросил:
-Доми, ты спишь?
Я замотала головой.
Закрыв ногой дверь спальни, он положил меня на свою кровать и сел рядом. Его рука скользила по моей щеке, затем шее, расстегнула верхнюю пуговицу на рубашке, но дальше Орвик не продвигался, словно что-то решал.
Наконец проговорил:
-Доми, я хочу, что бы ты не пряталась постоянно в своей комнате или в этой спальне. Ты можешь пройти в любую комнату, кроме личных покоев Варравы, и кабинета в мое отсутствие. Ты моя гостья...
Наклонился, легко коснулся губ, потом еще раз, и еще, и... еще...
-Моя гостья и... просто моя.
Орвик Беспутный:
В полуденный час воздух звенел от жары, и подобие прохлады сохранилось, наверное, лишь в винном погребе. Я нашел Доми в саду – она сидела под деревом, поджав под себя босые ноги, и читала. Под ее рукой стояла чашка с вишнями. Я присел рядом. Уже и не помню, чтобы я вот так когда-то сидел на траве.
- Угостишь ягодой?
Она искоса взглянула на меня и покачала головой.
- Нет.
- Вообще-то, это вишня из моего сада.
- И что же? Я ее нарвала, значит, она моя.
- Я не согласен.
Доми отложила книгу.
- Попробуешь отнять?
Конечно, я попробовал.
Конечно, у меня не получилось.
Чашка порхала у нее в пальцах, всякий раз оказываясь вне пределов досягаемости. И вот когда я почти коснулся ее – Доми, смеясь, в последнем усилии оттолкнула чашку. Ягоды рассыпались по траве.
И вот тут дочь Санвы обнаружила себя лежащей подо мной.
Смех умер на ее губах. Она дышала чуть чаще обычного, и я видел, как бьется жилка на ее виске.
Я почти решился ее отпустить, как она сделала невозможное.
Облизала губы.
Алые от вишневого сока.
- Мне кажется, я нашел что-то повкуснее ягод.
Поцелуй со вкусом вишни гораздо слаще самой вишни. Горячие пальцы вцепляются в ворот моей рубашки. Не отталкивая. Притягивая. Желание накатило волной, разом стирая все мысли из головы.
Когда я отрываюсь от нее, чтобы вдохнуть воздуха, то вижу в ее глазах… беспомощность.
- Я не могу… не могу тебе сопротивляться, - шепчет она, почти отчаянно.
- Не нужно, - россыпь поцелуев по шее, - скажи мне. Скажи.
- Хочу, - выгибается вверх. – Тебя. – Глаза распахиваются, почти черные. – Сейчас.
Домиинара-эр-Риах-Понирос:
Это было безумие. Я не могла справляться со своими эмоциями, не могла контролировать свое тело, не могла отказать. Я подчинялась мужчине, забыв обо всем.
Санва, Санва, ты так наказываешь или награждаешь? А, может, это урок... Ты показываешь, как на самом деле может быть слаба твоя дочь при всей ее силе и умении сражаться?
Я лежала на траве, а над головой темнели ветки деревьев с глянцевыми листьями. Тело после любви казалось тяжелым и сонным. Глаза следили за порхающей яркой бабочкой, которая никак не могла найти себе место.
Сознание медленно прояснялось.
Это безумие... когда-то я так гордилась своей выдержкой.
Рубашка была распахнута и вся в темных вишневых пятнах, волосы растрепаны, а ведь сюда могли прийти... Резко села и стала торопливо приводить себя в порядок.
- Доми, - Орвик потянул за руку и, потеряв равновесие, я упала на него.- Куда ты собралась?
-Это не твой приватные сад, сюда может войти любой. И вдруг... увидит...
Я почувствовала, как мое лицо запылало.
А он расхохотался.
-Что смешного?- проворчала я, пытаясь подняться, правда, безнадежно.
-Доми, я впервые вижу тебя такой испуганной. Никогда бы не подумал.
Рубашка еле достигала бедер, а на моих штанах Орвик лежал. Я попыталась вытащить их из-под тела. А моего господина, кажется, совершенно не волновала сложившаяся ситуация. Он откровенно забавлялся.
- Не мог бы ты отдать мне штаны?- я начала немного сердиться.
-Доми, мне кажется, что они сейчас не обязательны.
-Я опаздываю.
-Куда? - его брови слегка поднялись. - Разве ты уже не возвратилась?
-Возвратилась, но мне нужно вечером в город. Я договорились с продавцом книг насчет учебников для Марка, обещала их забрать.
-Учебники для Марка?- Орвик сел, и я наконец-то смогла взять штаны.
-Да, грамматика, арифметика и небольшой атлас, - завязала шнурки на талии. Одетая, я чувствовала себя в этом месте гораздо увереннее, пусть и в грязной рубашке.
Орвик нахмурился.
-Доми, когда речь шла о твоем рабе, я молчал. Хотя считал и считаю, что ты была с ним слишком мягкой. Просто Без был твоим рабом. А Марк- это мой раб, и совершенно не нужно к нему привязываться и играть роль няньки. Я прошу сделать из него бойца. Только это!
-Я сделаю из него бойца, не беспокойся. Но при этом считаю, что образование мальчику не помешает.
-Зачем? Он может погибнуть в первом же сражении. Это ошибка! Доми, он - раб.
-Марк не погибнет в первом сражении, - упрямо сказала я, приглаживая волосы.
Орвик тоже поднялся на ноги и стал натягивать на себя одежду.
-Мне все это не нравится. Твое дело -тренировки.
-Вот именно, это - мое дело! Я подписала контракт о том, что сделаю из мальчика достойного бойца, а как именно и каким способом я это сделаю- буду решать именно я! В контракте пути достижения цели не указаны.
-И ты сейчас поедешь забирать эти учебники?
-Да, я поеду их забирать. Они нужны Марку.
Орвик наподдал ногой пустую чашку из-под ягод и ушел.
*
Я открыла глаза и поняла, что проспала. Было позднее утро, и солнце уже вовсю слепило глаза. А рядом лежал Орвик и смотрел на меня. Вчера мы поссорились, и я помнила, как вечером, забрав учебники и передав их Марку, долго и бесцельно блуждала по переплетениям городских улиц, не могла решить куда податься. Мне не хотелось ни смотреть представления, ни проводить вечер в таверне за тарелкой горячей порции мяса. Больше всего на свете мне хотелось домой. Домой.... Кто бы мог подумать, что этот дом и вправду станет для меня ДОМОМ, что я полюблю его сад, не тот, помпезный, разбитый для гостей, а другой- тенистый и скромный, что полюблю небольшой пустынный пляж внизу, что по вечерам буду проводить время в библиотеке, уютно устроившись с ногами в мягком кресле, ожидая к ужину Орвика... Мне хотелось к нему. Но я была обижена. И он тоже был обижен. И как нам быть?
Тогда я решила сыграть в судьбу. Двери дома в полночь всегда закрыты на замок. Если мне откроют- значит я возвращусь, а если нет... Значит, не ждут... Но мне открыли. Подозреваю, что Лори не спала. Караулила. Ничего не сказала, но посмотрела так... Понимала...
Я могла бы пойти в свою старую комнату, что недалеко от кухни, но пошла к Нему. К чему откладывать неизбежное и провести ночь без сна - лучше все узнать сразу. Он не спросил зачем я пришла, вообще не сказал ни слова, хотя не спал. Было темно, но я знала, что не спал, чувствовала.
Тишину не никто не прерывал. Тишина казалась равновесием, которое страшно было нарушить. Я разделась и легла, чувствуя рядом большое теплое тело. И Орвик потянулся навстречу, обняв, прижав к себе. Мы так и лежали вдвоем в обнимку в тишине и в темноте, и я боялась дышать, что бы не спугнуть эту ночь, и хотелось плакать от всех переживаний, теснившихся в груди, но дочери Санвы не плачут, поэтому я просто загадала, что проснусь пораньше и увижу, как проснется он, как откроет глаза, как встретит новый день.
Но опоздала.
Орвик проснулся первым. И смотрел на меня. Своими темными глазами.
Моя рука сама поднялась, что бы погладить его по слегка колючей щеке и спуститься чуть ниже, к шее. Но мой господин перехватил ладонь и прижал ее к губам.
Я даже не хотела думать о ссоре. Какими смешными наутро могут казаться причины обид, какими ничтожными по сравнению с возможностью быть рядом.
-Я опоздала на тренировку. Но это не самое страшное. Страшнее то, что я собираюсь ее прогулять. Даже подумываю угостить тебя своей вишней из твоего сада.
Тоненькие лучики морщинок около глаз выдали прятавшуюся за моей ладонью улыбку. И я улыбнулась в ответ:
-Доброе утро.
Домиинара-эр-Риах-Понирос:
*******
Я хохотала и сразу шла под воду, захлебываясь соленой водой, но руки Орвика тут же поднимали тело на поверхность, и я продолжала барахтаться, напоминая самой себе забавного спаниеля, который вдруг оказался в море.
Орвик учил меня плавать.
Все случилось совершенно неожиданно. Он застал меня утром сидящей на берегу. Нагие ступни ласкала уже нагретая солнцем вода. Было ясно и безветренно. Припекало. Солнце слепило, и что бы посмотреть на Орвика, пришлось приставить ко лбу ладонь. Мне казалось странным его признание в том, что он много лет не спускался к морю. Как такое возможно, если маленький пляж являлся частью усадьбы?! Как можно не чувствовать зов моря?
-Оно тебя совсем не манит?- вдруг вырвалось у меня.
Орвик долго молчал, нашел небольшой камешек на берегу и кинул в воду. Далеко.
- Я люблю море, - наконец медленно начал говорить он. – Не так, как Варрава, конечно, но люблю. Вот только в последние годы я его видел лишь с причала, либо далеко внизу под килем корабля. А за множеством ежедневных забот мне просто не приходило в голову спуститься сюда.
-Это неправильно, -прошептала я.- Ты теряешь жизнь.
-Неправильно, -подтвердил он и вдруг стал стягивать с себя рубашку. -Доми, ты умеешь плавать?
-Нет.
-А хочешь научиться?
Орвик Беспутный:
Плавала воительница как топор. Точнее, нет, топор хоть уходит в воду беззвучно и быстро. Доми же бестолково молотила руками по воде, неизменно захлебываясь, как только я отпускал ее. Дело казалось безнадежным.
- Совершенно выбилась из сил, - пожаловалась мне она после того, как пошла ко дну в очередной раз.
- Хорошо. Ладно. Давай попробуем вариант для ленивых.
- В лодке? – с надеждой спросила Доми.
- Нет, - я засмеялся. – Ложись на спину.
- С удовольствием бы, господин, но куда? – она лукаво улыбнулась.
- На воду.
- Но я же тону, - напомнила она.
- Я буду держать снизу.
Доми с опаской откинулась мне на руку и, спустя некоторое время, выпрямила ноги.
- Только держи, - напомнила мне она, закрывая глаза.
- Не бойся. Выпрямись. Немного разведи руки, да, вот так. Опусти голову. Сделай полный вдох и задержи дыхание. Потом медленно выдохни.
Длинные волосы темным облаком поплыли по воде, касаясь моих рук невесомым шелком. Солнце дробилось в воде миллионом осколков, пронизывая волны до самого дна, танцуя светящейся рябью по песчаному дну. Я почувствовал, что Доми держится на воде сама, и перестал ее держать. Она даже не заметила, качаясь в водной колыбели, лицо ее было сосредоточенным и серьезным. Интересно, ее губы очень соленые?.. Рукава ее рубашки надулись пузырем, а на груди мокрая ткань, наоборот, прилипла, не скрывая очертаний груди с темнеющими кружками сосков… Мои мысли приняли направление, далекое от плавания. Пора выходить на берег.
Я опустил руку и ущипнул Доми за бок. Ее визг, наверное, слышен был даже на вилле. Кто бы мог подумать, что дочери Санвы умеют так подскакивать из положения лежа?
Доми мгновенно выпрыгнула из воды и кинулась мне на шею, для верности обхватив ногами за бедра.
- Орвик! Меня кто-то укусил. Прямо сейчас! Тут водятся хищные… кто-то?
Я с удовольствием прижал к себе посильнее ее мокрое тело.
- Дорогая… даже если бы тут кто-то водился, кроме нас с тобой, ты своим визгом распугала всех обитателей на милю вокруг.
- Да?
- Да. Но зато ты научилась плавать на спине.
- Я бы сказала – лежать.
- Прекрасное умение, - многозначительно произнес я, за что получил шлепок по плечу. – Я заслужил поцелуй за урок?
Доми обхватила меня ногами крепче.
- Наверное… даже больше… чем поцелуй, - шепнула она, опуская мокрые ресницы.
А губы у нее были солеными. Очень.
Домиинара-эр-Риах-Понирос:
*******
Мне было не очень удобно входить в кабинет Орвика, зная, что он работает. Просто пришло письмо от моего ростовщика, старик предлагал поучаствовать в одном предприятии, которое казалось рискованным. А посоветоваться не с кем. Только с Орвиком.
-Доми, - мой господин поднял голову и положил перо, - что-то случилось?
-Нет. Да... Не знаю... Просто хотела посоветоваться, но если ты занят...
-Проходи, -Орвик улыбнулся.- В чем дело?
-Вот, - протянула ему бумагу, - не знаю, что делать.
Орвик быстро пробежался по тексту, потом кинул письмо на стол и хитро посмотрел на меня:
-Заманчиво.... И много у тебя средств для того, чтобы вложить их в дело?
Я покраснела.
-Нет, не так что бы много, просто я... ну... откладываю...
Потом подняла глаза и поняла, что Орвик смеется. Захотелось в него чем-нибудь кинуть. Очень сильно захотелось.
-Доми, твой ростовщик заработает на тебе гораздо больше, чем ты на участии в деле, поверь мне.
-Я так и предполагала, - пробормотала в ответ.
Он отодвинул кресло и встал.
-Что же мне делать?
-Для начала, -Орвик притянул меня и вдруг приподнял и посадил на стол.- Я предлагаю тебе перевести свои деньги ко мне. Я вложу их более удачно.
Я не удержалась и дотронулась до его лица. Молчала. Просто ласкала. Не знала, могла ли принять это предложение. Я не сомневалась в честности Орвика, просто... Растерялась.
-Доми, -прошептал он, склонившись, - все будет хорошо. Все получится.
И я не знала, говорил он про сбережения или про жизнь.
Орвик Беспутный:
- Ты мне веришь?
Она молча кивнула и уперлась лбом в мое плечо. Я смотрел в окно поверх ее головы на видневшееся вдалеке море и думал о том, что деньги Домины можно вложить в переоборудование серебряного рудника, и тогда уже через пару месяцев она сможет получить первый доход, а если она не станет выводить свои средства еще некоторое время, то… Надо написать поверенному, что планируемая сумма увеличится. А еще нужно переговорить с одним из…
Я почувствовал как обнимающие меня руки пытаются пробраться под ремень и с сожалением вздохнул.
- Доми, у меня очень срочная работа. Корабль отплывает сегодня на закате, к этому времени мне нужно успеть подготовить важные бумаги.
Она подняла голову.
- Намекаешь, чтобы я оставила тебя в покое?
- Как же не хочется в этом признаваться... но, да.
На ее лице появилось упрямое выражение.
- Никуда не уйду, пока не поцелуешь.
И она еще упрекала меня, что я веду себя как ребенок! А сама? Закрыла глаза и подставила губы для поцелуя с таким видом, что, не получив желаемого, ни за что не уйдет отсюда. Я не торопился выполнять ее требование. Разглядывал длинные ресницы, почти касающиеся щек и думал о том, что больше всего люблю смотреть, как они поднимаются по утрам - самый первый взмах. Мой. И чтобы первое, что она видит утром - я.
И последнее, перед тем как уснуть.
Ее бровь нетерпеливо поднимается.
- Доми, признавайся, ты стащила на кухне последнее пирожное со сливками?
Ее глаза распахиваются.
- Откуда ты знаешь?
Не сдерживаю улыбку.
- У тебя в уголке губ - крошка крема.
- О? - она поднимает руку, чтобы стереть, я едва успеваю остановить.
- Нет-нет. Я тоже, знаешь ли, люблю сладкое.
Домиинара-эр-Риах-Понирос:
*******
"Не получится из меня покорной женщины," - с сожалением думала я, спешно натягивая на себя штаны и выбегая на улицу, хоть он и просил не провожать. Утро выдалось прохладным и влажным, неосознанно повела плечами. Зябко. Поспешила в конюшню. Тай был уже под седлом.
-Орвик...
Обернулся.
-Доми, что ты тут делаешь? Мы же договорились.
-Не получилось, не могу лежать в кровати и делать вид, что сплю. Не могу не проводить.
Орвик вздохнул. Варрава посмотрел на обоих и направился к выходу с фразой: "Я так и не понял, что она в тебе нашла".
Мы остались вдвоем, Орвик протянул руки:
-Иди сюда.
Я тут же скользнула в его объятья, прижавшись к груди и положив голову на плечо. Обняла крепко-крепко.
-Ну что такое?
-Ты уезжаешь.
-Приходится, но я же вернусь через несколько дней.
-Ты едешь на остров Отверженных, на нем... опасно.
Он пожал плечами.
-Намечается крупная торговая сделка, и мне нужно там быть. Я не могу показать слабость или трусость перед партнерами. Обычная поездка.
-Но это очень ... рискованное путешествие. Хочешь, я поеду с тобой?
-Нет.
-Почему?
-Потому что я еду на остров Отверженных, уточняю, незнакомую мне часть острова. Я не могу предугадать заранее, как все пройдет. Ты остаешься здесь, и это не обсуждается.
Мне не хотелось отпускать Орвика и не хотелось возвращаться в спальню одной. Мне хотелось утащить его за собой, чтобы потом продолжить спать, прижавшись в теплому боку, или поговорить, или подурачиться. Последнее удавалось особенно. А вместо этого пришлось поднять голову:
-Я буду тебя ждать.