Masjanja:
... но любовь горами двигает, любовь разрывает цепи, разбивает препятствия, перед ней ничто не устоит, это всем известно. Собственная заурядность заставляет нас упускать своё, отрекаться от счастья. А Великая Любовь не знает, что значит самоотречение, она понятия не имеет об этой проблеме, никогда не смиряется, смирение, так же как поражение, — удел заурядных людей.
Эжен Ионеско "Одинокий"
diamond:
Несколько часов спустя Джош лежал, прислонившись к подушке неимоверных размеров, и глазел на ситцевый полог над ним. Полог загораживал ему часть потолка, но он, так или иначе, все рано не смог бы увидеть больше. Перед этим он открыл тяжелые бархатные портьеры, но плотный облачный покров скрыл луну. Свет в окно совсем не поступал.
Его мысли неугомонно блуждали между тремя предметами: Мэгги, спавшей в соседней комнате, его книгой, и идиотским случаем, приведшим его сюда в Перегрин Мэнор. Из трех предметов его осведомленность, что Мэгги спит в соседней комнате, производила на него самый сильный эффект. В душе он тосковал.
Джейн Энн Кренц "Частный сыщик"
Nadin-ka:
«Книги обладают душой. С виду книга — это просто пачка бумаги; пока ты её не откроешь, ты не знаешь, что там… шедевр огромной мощи или трогательное повествование, берущее за душу… Однако в этой пачке бумаги сконцентрированы мысли человека, который писал эту книгу, который взлелеял её, — и поэтому в ней есть душа.»
«Кот, который любил книги» Сосукэ Нацукава
diamond:
Кэт повернула голову, и в ту же секунду он схватил ее. В этот раз, воспользовавшись своим преимуществом, он двигался быстрее, чем позволяют человеческие возможности. Только что они были на улице, но мгновение спустя все исчезло.
Син мстительно улыбнулся, почувствовав, что Артемида обмякла в его руках. Ему действительно недоставало большей части его прежних сил. Но даже после того, как Артемида опустошила его, брат позаботился о том, чтобы он все еще мог постоять за себя.
Даже против богов.
Он не мог поверить, что судьба была настолько благосклонна, отдав Артемиду прямо ему в руки… Но сейчас она была в его власти, и он заставит её заплатить за все, что она ему сделала.
Шеррилин Кеньон "Дьявол может плакать"
валюша:
— Холодает. Скоро уже зима!
— Зима — это не так важно!
— А что важно?
— Важно с кем.
Валиуллин Ринат, "Где валяются поцелуи"
diamond:
С тех пор, как полтора года назад старый король Георг окончательно впал в безумие, центр власти переместился со старинных, вымощенных кирпичом дворов Сент-Джеймсского дворца сюда, в экстравагантно перестроенную лондонскую резиденцию принца Уэльского. А Джарвис, блистательно умный и коварный королевский кузен, бесконечно преданный династии Ганноверов, еще прочнее утвердился в качестве признанной силы, поддерживающей шаткое регентство Принни.
Этот вельможа, возраст которого близился к шестидесяти, был крупным мужчиной, рослым и плотным. Несмотря на тяжелую линию челюсти и римский нос, его лицо не было лишено привлекательности, а большой рот умел улыбаться с неожиданным обаянием.
К. С. Харрис "Где танцуют тени"
Dani St James:
Некоторые говорят, что судьба от нас не зависит, что мы над ней не властны, но я знаю точно: наша судьба живет внутри нас. И нужна только храбрость, чтобы её разглядеть.
"Храбрая сердцем"
diamond:
Комната Алексис была раза в два больше моей и принадлежала только ей одной. В целом, все вполне обычно: стол, стул, кровать, книжные полки, старый ковер и стены, выкрашенные в бежевый цвет. Кое-что привнесла сама хозяйка: мини-холодильник, микроволновка и пара кресел-мешков.
Беспорядок не походил на обычный. Кто-то перевернул все вверх дном: книги сброшены с полок; из стола и бюро вынуты ящики; под сугробами из полистирола, вытащенного из выпотрошенных стульев, кучи одежды и бумаг.
Рискуя взорвать себе мозг, я все-таки наклонилась и подняла валявшуюся у моих ног книгу. Тарабарщина какая-то.
- А что изучала Алексис? – спросила, перевернув книгу нормально. Все равно тарабарщина, разве что картинки теперь не вверх ногами.
Розмари Клемент-Мур "Дух и прах"
Nadin-ka:
Не буду притворяться, будто знаю, что такое любовь, но то, что произошло, было больше, чем секс. Меня словно подняло над землей, выше всяких страхов и пыток, я стал частью чего-то большего, чем я сам. Меня вытащили из темницы собственного разума, и я стал частью другого существа. Пронзенная лучом света, растаяла окутывавшая мой мозг серая пелена. Как странно, что свет может ослеплять...
Дэниел Киз
Цветы для Элджернона
валюша:
Я готов к тому, что могу испачкаться жизнью как краской, но другого пути нет: чтобы изучить огонь, необходимо обжечься. Чужого опыта жизни не существует.
Мартин Гал, "Дверь Кафки"
diamond:
Подавленная, сворачиваю за угол, но потом вспоминаю про новую камеру, и лицо мгновенно вновь расплывается в улыбке.
Толкаю дверь, предвкушая, как покажу Николь и Мэл, что купила, но стоит их увидеть, понимаю — что-то не так.
— Кто он? — спрашивает Николь, едва я подхожу к стойке.
— Ты о ком? — откликаюсь я с запозданием. Николь уловила выражение моего лица.
— Я видела вас, когда возвращалась с обеда, — поясняет она с усмешкой, пока я иду на свое место.
С зачастившим сердцем пытаюсь сообразить, что она могла увидеть. Когда возвращалась с обеда… Это было час назад. Что она видела? Что?
— Ты о чем?
Старательно изображая безразличие, усаживаюсь на стул.
— О сексуальном парне, — упорствует Николь.
Они с Мэл пристально смотрят на меня, выискивая слабину.
Пейдж Тун "Фотографии Лили"
валюша:
В ней заключался весь мой мир, она была началом и концом каждой дороги, присутствовала в каждом моём дне, в каждом сновидении, в каждом вдохе, в каждой мысли, в каждой улыбке, в каждой капле дождя.
Януш Леон Вишневский "Повторение судьбы"
diamond:
У двери номера Арден протянула ему руку.
– Спасибо за прекрасный обед.
Он не принял ее руки. Развернул бумагу и вытряхнул гирлянду из орхидей и плюмарий. Небрежно бросив обертку на пол, собрался надеть ей через голову цветочное украшение.
– Наверняка вам преподнесли десятки таких, с тех пор как вы приехали сюда, но я хочу подарить еще.
Пьянящий аромат цветов и близость Дрю заставили Арден задохнуться. Все ощущения обострились, эмоции перехватили горло, но она сумела выдавить:
– Нет. Такие никто не дарил. Спасибо. Цветы очень красивые.
– Вы затмеваете их.
Дрю продел кольцо прекрасных цветов через ее голову и мягко расправил на оголенных плечах. Хрупкие лепестки казались влажными и прохладными на теплой коже.
Сандра Браун "Секрет благородства"
Nadin-ka:
Мне хочется вернуть спокойную увлечённость, ощутить то сильное, неизъяснимое притяжение, с каким я раньше подходил к своим книгам. Пусть ветер желаний, веявший от разноцветных корешков, снова охватит меня, пусть растопит тяжелую, мёртвую свинцовую глыбу где-то во мне и снова разбудит нетерпеливо предвкушение грядущего, крылатую радость перед миром мыслей, пусть возвратить потерянную готовность моей юности.
"На Западном фронте без перемен" Эрих Мария Ремарк
валюша:
Каждый человек имеет право на собственную жизнь, а не на ту, которую придумали ему родители. Тем более, когда этот выбор — не минутная блажь, а осознанное решение.
Олег Рой "Человек за шкафом"