«...но кулаки не единственное средство, к которому прибегают мужчины, чтобы причинить вред женщине. Иной раз они добиваются этого именно улыбкой, такой обаятельной, что женщина сама идет следом за ними в пасть льва.»
Она была последним человеком, которого он ожидал увидеть на пороге своего дома.
В одном она была все же права.
- Какого черта ты здесь делаешь?
Он сразу ее узнал. Это было для нее шоком, а она ведь еще толком не отошла от того, что только что увидела. Поэтому сказала первое, что пришло на ум.
- Мне нужны ответы.
- Нейт умер, - спокойно сказал Диллон, выражение его лица оставалось непроницаемым.
- Знаю. Но я хочу знать, почему это случилось.
Гейнор промолчал. Он выглядел таким, каким она его запомнила. И все же казался незнакомцем. Он стоял спиной к свету, и она не могла разглядеть его лица. Зато хорошо видела кровь на руках.
- Возвращайся домой, Джейми, - сказал он после продолжительного молчания. – Назад, к своему уютному школьному мирку. Здесь тебе нечего делать.
Интересно, откуда он узнал, что я она работает в школе, - пронеслось в голове у Джейми.
- Не могу. Я обещала матери. Нам нужны ответы.
Наука помогает религии очиститься от ошибок и суеверий; религия помогает науке освободиться от идолопоклонства и претензий на абсолютный характер найденных ею истин. Так они выводят друг друга в более широкий мир, где только и возможно их взаимное процветание.
К тому времени, как на подъездную дорогу въехал черный внедорожник, сердце Изабеллы все еще не успокоилось и сильно колотилось, а волосы на затылке стояли дыбом. Она взглянула на часы. Фэллон умудрился доехать до нее за десять минут сквозь проливной дождь по узкой, продуваемой всеми ветрами дороге.
Он вышел из внушительного вида автомобиля и пошагал к крошке «мини-куперу». Нахлобученный капюшон черной непромокаемой куртки почти скрыл черты Фэллона, но Изабелла бы могла поклясться, что он выглядит еще мрачнее, чем обычно. Чуть прибавив оборотов своим парачувствам, она разглядела признаки гнева в его глазах.
Изабелла открыла дверь и стала вылезать из-за руля, неуклюже возясь с зонтиком и рюкзачком. Фэллон забрал у нее зонтик, открыл его и подержал, прикрывая ее от ливня, пока она не прекратила суетиться.
Наконец кучер пришел в себя, поняв, что происходящее не какой-то кошмарный сон, а каретой на самом деле правит четырнадцатилетняя девочка с волосами мышиного цвета и сосредоточенным выражением лица. Он выдернул вожжи у Софронии и резко остановил лошадей. Те, повесив головы, вздували бока.
- Ну и ладно, - задрав нос, сказала Софрония кучеру и спрыгнула на землю.
Из кареты доносились крики и стенания. Софрония открыла дверцу и увидела, что Пилловер сидит и читает книгу, а его сестра бесформенной кучей лежит на полу.
Пилловер мотнул подбородком в сторону Димити:
- Ее подстрелили.
«- Вы работаете на королеву? - Практически да! - Прекрасно. Монархия всегда вызывает нежность. -Извините за нескромный вопрос, почему монархия вызывает нежность? - Потому что она уязвима. Уберешь одного человека - сразу изменится целый мир»
Книги можно сравнить с мирными друзьями, приятными и полезными, в которых мы не встречаем ни капризов, ни нескромности. Они дают нам много и ничего не требуют взамен. Мы можем их оставить в минуты, когда довольны судьбой и без них и, наоборот, имеем полное право возвращаться к ним, в минуты горя, с полной уверенностью найти в них совет и утешение. Они сеют в душе нашей знания, которые, разрастаясь, приносят богатый плод.
Франциск Родольф Вейсс, "Нравственные основы жизни"
- Эй, пап, ты можешь посмотреть мои рисунки прямо сейчас.
Ник обернулся и увидел в дверях своего почти шестилетнего сына. Со своим стройной фигуркой, темными волосами и серьезными темно-синими глазами, Карсон был миниатюрной копией его самого и всех мужчин семьи Харт. Но Нику было хорошо известно, что не только его внешность выдавала в нем истинного члена их семейства. Это был еще и его не по годам развитый, пугающе организованный, целеустремленный характер. Способность Карсона сконцентрироваться на задаче со стойкой скрупулезностью и сосредоточенностью полевого командира говорила, что он – Харт до кончиков пальцев ног.
В данный момент перед ним стояли две абсолютно четко определенных задачи. Первая – получить собаку. Вторая – показать рисунок на будущей Детской Выставке Искусств, запланированной на время ежегодных летних празднеств в Эклипс-Бэй.
Договоренность с Хэдли не отличалась от сотен других, которые Лоу заключал, не собираясь исполнять, поэтому не понимал, почему испытывает… неловкость. Наверное, дело в ее слишком серьезном напористом поведении, приводившем его в замешательство, или в том, как она смотрела на него проницательным ястребиным взглядом.
Может, в чувстве вины, что Хэдли поверила его лжи, несмотря на разумные инстинкты. Почему? Разве он не дал ей повода не доверять? Сам Лоу точно ей не верил. Девица была слишком умной и требовательной. Он видел, как крутятся колесики в мозгах этой выпускницы Стэнфорда.
Вот поэтому, пока Хэдли была в туалете, Лоу спрятал основание амулета под подушку на своей койке, как делал каждую ночь с момента находки проклятой вещицы. И как все прошлые ночи в поезде, он не надеялся хорошо отдохнуть. Проснувшись на следующее утро, Лоу с удивлением обнаружил, что он и Хэдли проспали всю ночь.
Как ни странно, приятно видеть на другой койке ее все еще завернутой в пальто.