На-та-ли:
LuSt, Bad Girl, Королева, спасибо вам огромное за перевод
Не удержалась я конечно и начала читать по главам , ведь очень интересно что же будет.
Очень боюсь за Элизабет. Ох не напрасны были мои подозрения ещё при чтении"Слухов" . А лучше бы напрасны
что будет с ней и с малышом ? Ведь никакой пользы для них от опиума точно не будет. Надежда только на Тедди. Но если честно , не такая уж она и большая. Но всё же я надеюсь , что произойдет чудо и Лиз с ребенком спасутся. А её муженек получит по заслугам
Диана и Генри. Ох не знаю. Поможет им смерть отца или помешает. Надеюсь , что у Генри всё же хватит мужества разрешить свои проблемы и сделать счастливой любимую девушку. Но это тоже скорее из категории чудес.
Каролину я убить согласна. Многое можно простить , всем хочется лучшей жизни , и она как все люди стремилась к этому. Но вот отношение к сестре. Этого я понять не могу. Ведь никто не заставляет её вводить сестру в высшее общество. Но вот облегчить её жизнь Каролина может , но у неё даже в мыслях такого нет. Конечно , забрала перед свадьбой на неделю сестру к себе . Благодетельница прям.
А Лиланда мне жаль , он очень хороший человек и не заслуживает лжи . А ведь если всё откроется , это будет ещё и такой скандал. А ведь их семья замечательная и Лину приняли как родную. А она совсем завралась и выбраться из этой паутины лжи невозможно. С одной стороны даже жаль её немного , а с другой и не жаль.
Буду очень ждать новую главу . Понимаю , что это будет после новогодних и рождественских выходных ,значит набираюсь терпения )))
LuSt:
Наташа, спасибо за отзыв на полкнижки )) так и знала, что ты не удержишься ))
А мы с мужем уже греемся в Паттайе. Восемь часов в самолете, четыре часа в автобусах, устали как собаки, но сейчас освежаемся джин-тоником и ломимся в город - один умный жэнщин взял с собой фотоаппарат без карты памяти, а от второго забыл зарядку... Да еще и мужу упаковал брюки, которые ему на три размера велики
)
LuSt:
» Глава 27.
Перевод LuStРедактирование Королева, Bad Girl
Сегодня Уильям Сакхауз-Шунмейкер, один из великих людей нашего поколения, упокоится с миром на кладбище церкви Святой Троицы в верхнем Манхэттене. Он находился в расцвете своего могущества, и ходят разные слухи о том, какие же слова сына как раз перед смертью мистера Шунмейкера привели к такому трагическому исходу.
Из колонки светских новостей в «Уорлд Газетт», среда, 18 июля 1900 года
— Что она здесь делает?
Стоял безветренный день, и небо над кладбищем на пересечении Сто пятьдесят пятой улицы и Риверсайд было безоблачно-голубым. Крупные зеленые листья на деревьях неподвижно замерли, совсем как белые надгробные плиты, бесконечными рядами тянущиеся по холму от Бродвея к Гудзону, который виднелся за черными шляпами дам из высшего света, окружавших Диану Холланд, молча обозревавшую скорбную процессию. Она стояла слишком далеко от священника и не слышала его слов: безусловно, проститься с таким человеком как Уильям Шунмейкер пришло множество людей. Пыльца витала в воздухе золотыми искорками. Все сплетничали, и Диана подумала, что если бы описывала похороны буквально, а не с точки зрения светских пересудов, то различия в выборе слов были бы почти незаметны.
— Говорят, что они с Генри Шунмейкером вместе ездили в Индию, и она остригла волосы, следуя индуистскому ритуалу…
Диана резко развернулась и посмотрела в глаза миссис Олин Вриволд. Та беседовала со старой девой Дженни Ливингстон, и хотя взгляда Дианы хватило, чтобы заставить их замолчать, лица женщин под черными вуалями остались кислыми. Все обсуждали то, что Генри наговорил отцу, хотя газеты, к счастью, постеснялись публиковать эту неприглядную историю на одной неделе с похоронами старика. Диана не была уверена, что на следующей неделе они продолжат молчать, но к тому времени они с Генри уже уедут. А пока что она хотела заработать больше денег. Её старый друг Дэвис Барнард, ведущий колонку светских новостей, давно говорил, что смерть всегда либо раздувает скандал, либо забирает его с собой в могилу.
— Возможно, он захотел, чтобы она пришла, — прошептала Дженни, едва Диана отвернулась.
Прежде чем Диана успела решить, что на это ответить, раздался заунывный вой волынок, и толпа начала расходиться. Пока одетые в черное скорбящие отходили от свежей могилы, Диана заметила, что они, как и миссис Вриволд и Дженни Ливингстон, смотрели на неё пронизывающими презрительными взглядами.
Щеки Дианы слегка покраснели, и она вздернула подбородок в ответ на молчаливое порицание. Она никогда не стремилась следовать правилам приличия, но прежде никто не награждал её такими взглядами. Затем появился Генри в немыслимом при такой жаре черном фраке с траурной повязкой из черного крепа на рукаве. Его красивое лицо казалось усталым и печальным, и он задержал взгляд на Диане дольше, чем того позволяли обстоятельства. Ему хватило секунды, чтобы дать Диане понять: он бы вырезал целую деревню, лишь бы сейчас оказаться наедине с любимой, и Диана попыталась ответить ему легкой улыбкой. Пенелопа, как любящая жена, суетилась рядом с ним весь день, но её лицо скрывалось под черной вуалью, и поэтому было непонятно, грустит ли она искренне или просто держится за свой титул миссис Генри Шунмейкер. С другой стороны за руку Генри цеплялась его мачеха, Изабелла, лицо которой даже через вуаль казалось пораженным молнией. Пока Диана размышляла, Генри уже начал подниматься на холм, где ждал семейный экипаж.
Несколько секунд Диана глупо смотрела в спину удаляющимся Шунмейкерам, но затем напомнила себе, что не должна выдать себя и что тоже потеряла отца, поэтому должна проявить терпение. Генри делал все, что мог, и возможно, его мучают угрызения совести. В любом случае вскоре они уже будут вместе.
— Мисс Холланд?
Диана вздрогнула. Она не понимала, насколько ей одиноко и неловко в этой толпе, пока не увидела протянутую руку Тедди Каттинга, стоящего чуть ниже. На Тедди был офицерский мундир, а на аристократичном лбу под зачесанными назад светлыми волосами залегли новые морщинки. Если это вообще возможно, его серые глаза казались ещё более искренними, чем при их последней встрече в отеле «Ройял Поинсиана» во Флориде. Диана смутно помнила, что он был в армии, но ведь она тоже уезжала, и встреча здесь и сейчас показалась ей подобающей.
— Мистер Каттинг, как я рада вас видеть, — поздоровалась она, благодарно беря его под руку.
— А я вас, мисс Холланд. — Вместе с остальными они двинулись на холм. — Я отсутствовал всего пять месяцев, но кажется, что весь мир — да хотя бы Нью-Йорк — перевернулся с ног на голову. Не могу поверить, что мистер Шунмейкер так быстро угас. А ваша сестра… скоро станет матерью?
Диана с жалостью посмотрела на Тедди — когда речь заходила о Лиз, он всегда становился сентиментальным — и попыталась сменить тему.
— Да, должно быть, город кажется вам провинциальным после того, как вы побывали на Филиппинах, повидали мир и пережили множество захватывающих приключений?
— Приключений… — Тедди издал сдавленный усталый смешок. Он окинул взглядом зелень, окружающих людей, спускающуюся с холма к воде тропинку, словно чувствовал вину за то, что целый и невредимый стоит здесь, в спокойной обстановке. Более серьезным голосом он продолжил: — Восхитительной маленькой войны не существует. Я много повидал на Тихом океане… — Он замолчал, пытаясь отогнать от себя воспоминания. — Но ведь вы леди, и не должны об этом думать. Достаточно будет сказать, что назад я не вернусь. Но расскажите же мне о себе и о вашей семье. Все ли у вас хорошо?
— Мама такая же, как всегда: пьет чай только с самыми важными особами и выстраивает закулисные союзы, — начала Диана, пытаясь говорить беззаботно. — Вчера утром я видела Элизабет — до недавнего времени она была в порядке, но сейчас доктор прописал ей постельный режим до… до рождения ребенка… и она выглядела такой усталой, что едва ворочала языком.
Казалось, эти новости огорчили Тедди.
— Хотелось бы мне навестить её.
— О, но вы непременно должны это сделать. — Они отходили от могилы, из-под ног сыпались гравий и земля, и, несмотря на этот печальный день, к Диане начала возвращаться природная живость характера. — Любопытно, что за все время моего визита Лиз не сказала ни слова, но когда я собралась уходить, она произнесла ваше имя. Я подумала, что ослышалась, но тут она четко наказала мне привести к ней Тедди Каттинга.
— Но я не могу, ведь неприлично навещать Лиз в её положении, и…
— Тедди, — перебила его Диана.
Они подошли к скользким каменным ступеням, и Тедди поддержал Диану, помогая ей подниматься. Женщины вокруг перешептывались, говоря, что репутация Дианы погублена её поступком, и надеясь на то, что это правда, они смогут немного поразвлечься, щебеча об этом в своих одинаковых гостиных, выдержанных в одинаково самовлюбленных тонах и захламленных одинаковыми безделушками, вдвойне бесполезными из-за покрывавшей их со всех сторон позолоты. — Не будьте смешным. Вы друг моей сестры, и если вы настоящий друг, то должны навестить Лиз, когда она больна, и неважно, кто там что подумает.
Они вышли на улицу, где стояла вереница экипажей, и на секунду Тедди задержал взгляд на Диане, обдумывая её слова.
— Спасибо вам, — наконец сказал он. На его лице одновременно отразились стыд и надежда. — Конечно, вы правы. Подвезти вас до дома?
Впереди Шунмейкеры уже отъезжали. Рядом со свежим надгробным камнем выли волынки, а вдалеке по Гудзону плыли лодки. Диана поняла, что больше никто не согласится её отвезти, да и она успокаивалась в компании лучшего друга Генри, в разное время сознательно и несознательно игравшего второстепенную роль в их отношениях. В любом случае он уже вел её к своему экипажу к досаде обозленных клуш, с преувеличенным отвращением смаковавших домыслы о том, что же произошло между Дианой Холланд и Генри Шунмейкером.
Svetlaya-a:
ура! продолжение!
ура! Тедди вернулся!! теперь у Лиз, я надеюсь, будет налаживаться все!!!!
спасибо большое!
ароника:
Большое спасибо за продолжение.Да,Тедди вернулся и как это отразится на положении Элизабет?Как поведет себя Генри?Вопросы,вопросы....
Irish:
Ластик, Лиля, Таша, спасибо за продолжение!
Такое впечатление, что Диана бы и не вспомнила о просьбе Элизабет, если бы Тедди не сказал сам о желании навестить Лиззи. И похоже, что она не сказала о состоянии сестры ни маме, ни тетушке. Неужели она посчитала состояние Элизабет нормальным?
Да одна просьба привести Тедди должна была заставить её волноваться. Ведь замужняя беременная женщина, не встающая с постели, требует привести к ней в спальню молодого человека. А Диана даже не попыталась узнать, в городе ли Тедди...
LuSt:
Цитата:
Такое впечатление, что Диана бы и не вспомнила о просьбе Элизабет, если бы Тедди не сказал сам о желании навестить Лиззи.
Да Диана своими проблемами загружена по горло, чай, подумала просто, что Элизабет на большом сроке беременности просто потребовался покой, вот она и лежит, типа на сохранении. А Тедди - фиг знает, что она там в бреду наговорила. Но ведь вспомнила же, и, подозреваю, знала, что Тедди будет на похоронах.
ilmira:
Ластик, Лилечка, Таша спасибо за новую главу!!!
Что-то Диана меня в этой главе разочаровала. Сестра лежит в полуобморочном состоянии и просит помощи, у любимого человека отец умер. Каким бы он не был при жизни тираном, он все таки был отцом Генри. А в свете того, что он умер после откровения Генри, так вообще весело. Генри уже должен был в себе дырку проесть, от угрызения совести. Диану ничего не прошибает. Для себя она решила, что вскорости, ну практически завтра они с Генри уедут. Она даже своим умишком не может додуматься, что после смерти главы семейства, всегда остается куча незавершенных дел, а порой и долги, о которых семейство почему не ведает пока он жив.
LuSt писал(а):
Несколько секунд Диана глупо смотрела в спину удаляющимся Шунмейкерам, но затем напомнила себе, что не должна выдать себя и что тоже потеряла отца, поэтому должна проявить терпение. Генри делал все, что мог, и возможно, его мучают угрызения совести. В любом случае вскоре они уже будут вместе.
Удивительно, напомнила себе о терпении. Будто оно у нее есть
Каори:
спасибо за продолжение
ура, Тед вернулся
давай, мальчик, выручай Лиз скорее, а то страшно за нее, мало ли что Кернс еще может задумать
LuSt:
Цитата:
Что-то Диана меня в этой главе разочаровала.
да что вы все так взъелись на Дианку-то? Семнадцатилетнее дитё, в таком возрасте о смерти думают только готы и эмо
Она тоже потеряла отца и понимает, как плохо Генри, но ведь она знает, что старый Шунмейкер постоянно мешал генри, заставил его жениться на Пенелопе, так что его смерть Диане скорее выгодна, чем нет. На похороны ведь пришла поддержать Генри и выказать уважение к покойному. А то, что сестра лежит больная - ну так Кэрнс же ей объяснил, что врач за ней смотрит, муж смотрит, все нормально, такое бывает, а Элизабет не сказала, что этот подонок её травит, просто попросила привести Тедди, кто его знает, зачем. Может ей сон приснился, что он умер на войне, да мало ли что. Народ в бреду и не такое выдает.
Цитата:
Она даже своим умишком не может додуматься, что после смерти главы семейства, всегда остается куча незавершенных дел, а порой и долги, о которых семейство почему не ведает пока он жив.
Диану вообще деньги не интересуют, ей бы необходимый минимум иметь, на что жить, и все, за богатством она не гонится. А долги вряд ли, скорее наоборот, огромное наследство. Шунмейкер-то побогаче Лонгхорна будет, а смотрите, сколько у Каролины бабла.
ilmira:
LuSt писал(а):
да что вы все так взъелись на Дианку-то? Семнадцатилетнее дитё, в таком возрасте о смерти думают только готы и эмо
Ой, Ласт, я даже не взъелась на нее. Как-то просто я от нее может быть большего ждала. А может и правда люди в 17 так себя и ведут, а я со своей старческой колокольни уже все по другому вижу и не помню как оно в 17-цать то
Suoni:
Да, смерть папы-Шунмейкера изменит многое в жизни героев. Какое будет завещание- вот тоже важный вопрос. И хорошо, что Тедди вернулся. Может он поможет Лиз.
Спасибо , девочки, за главу!
