Настёна СПб:
Из темы «Балет, балет, балет...»
Международный фестиваль искусств «ДЯГИЛЕВ P.S.»: вечер современной хореографии «ТАНЦУЕМ ДЛЯ ДЯГИЛЕВА»
17 ноября 2025 г. в Александринском театре
И в балете, и в современной хореографии я мало что понимаю и плохо рассказываю про эти виды искусства, но на каждой хорошей постановке неизменно прихожу в восторг. Всё же чувства и эмоции – важные составляющие для восприятия спектакля.
«Русский характер» (по мотивам рассказа А.Н. Толстого): хореограф-постановщик Павел Глухов, композитор Айдар Гайнуллин, исполнители солисты Большого театра. В основу балета легла история простого деревенского парня, страшно изуродованного на войне, но не потерявшего человеческое достоинство. Рассказ о любви, верности и стойкости показан напряжённо, надрывно, резко, импульсивно, энергично. Здесь верные сильные женщины и надёжные стойкие мужчины. А какая потрясающая музыка, попадающая в самое сердце.
«С тех пор, как я влюбился в тебя»: хореограф Катаржина Козельска, музыка Brad Mehldau Trio & Milt Hinton. Балет Каталонии исполнял джаз на пуантах. Юноши красиво танцевали с девушками, но меня совершенно не зацепило.
«Лебеди»: хореографы и исполнители Си Син и Максим Севагин, композитор Ши Юцзин. Дуэт о любви, об изменчивости и текучести любовного чувства. Черный и белый лебедь, отражение друг друга, инь и ян… Завораживающая постановка.
P.S. Интересную фразу выбрали для надписи на сувенирах: «Очень полезно смотреть дрянь. Задумываешься над многим.» (Сергей Дягилев – Сергею Лифарю)
Настёна СПб:
Отзывы копированы.
РУПЕРТ КРИСТИАНСЕН «ИМПЕРИЯ ДЯГИЛЕВА. Как Русский балет покорил мир»
1. Видимо, у меня судьба такая – читать зацензуренные книги. «Империя Дягилева» подверглась правке более-менее адекватно, не целыми страницами. Но при каждом скрытии текста даётся подробная поясняющая сноска, от этого смешно, а заретушированые места становятся ещё заметнее. Если Сергей Павлович и его балет что и пропагандировали – то русские искусство и культуру.
2. В книге вульгарная вступительная статья.
3. Сразу видно, что автор – иностранец. И не потому, что про англичан он пишет больше, чем про всех остальных. Вот что это за пассаж: «После слёзной истерики, обязательной для русского»? Ещё Кристиансен не понял, что Дягилев не любил передвижников не потому, что они «сентиментальные посредственные художники», а потому что реализм. А балет в России для английского писателя начался с Тальони, биографию Петипа он переврал, а про Истомину не слышал.
4. В принципе, Кристиансен говорит об элементарном: с явлением Сергея Павловича (совершенно не балетомана), балет пошёл в ногу со временем, периодически даже обгоняя, Дягилев своим художественным чутьём, энтузиазмом вдохнул жизнь в архаичную форму. Заставил полюбить искусство «Русского балета», нахрапом, куражом, и занимался этим ради творчества, а не ради денег.
5. Написано живо, бодро, слегка поверхностно и на грани развязности, без глубокого анализа, но со скандалами, интригами и расследованиями. Кристиансен не стесняется, но и не тыкает в то, что было частью жизни и что издательство скрыло в соответствии с законом. Чёрт, как красив Лифарь в «Матросах» и «Стальном скоке», поверишь, что зрители от эмоций едва из лож не выпадали.
6. Я не согласна с авторским заключением, что проверку временем из дягилевских балетов прошли только «Аполлон Мусагет», «Блудный сын» и «Свадебка». Часто в репертуаре наших театров встречаются эти постановки? По моим любительским наблюдениям, «Свадебка» – да, а ещё «Петрушка» и «Весна священная». А сравнение Русского балета с панк-культурой – интересно и… что-то в этом есть.
7. Книгу можно читать, а можно не читать.
Оценка – 4 –.
НАТАЛИЯ ЧЕРНЫШОВА-МЕЛЬНИК «ДЯГИЛЕВ. Опередивший время»
Сколько мною уже сказано-пересказано о «великом и ужасном» Дягилеве, прекрасных Русских сезонах и чуде Русского балета. К слову, я не поклонница балета, но могу выделить два спектакля, которые меня потрясли – «Весна священная» и «Юноша и Смерть»; оба так или иначе связаны с именем Дягилева.
Чернышова-Мельник – автор первой в России книги о Сергее Павловиче Дягилеве – написала классическую биографию. Очень уважительно, очень тонко она преподносит фигуру – эту глыбу – главного героя. Властный решительный характер (а как ещё руководить театральной труппой?) вкупе с эмоциональностью и сентиментальностью (какие трогательные письма он писал мачехе или Мясину) дал миру того Дягилева, который совершил прорыв в искусстве.
Цитата:
«…за ним сразу укоренилась репутация эстета-сноба. Он и был таким, но за этой маской фатоватого барчука таилось нечто как бы противоположное и снобизму, и фатовству – очень искренняя, очень взволнованная любовь к искусству, к чарам красоты, которую он называл “улыбкой Божества”, и более того – сердечная, даже сентиментальная привязанность к России, к русской культуре, и осознание ответственности перед её судьбами.» (Юрий Тынянов)
Книга не самая подробная, но в ней рассказывается и о стремлении импресарио к «чудесам» и новаторству, и о вечном безденежье труппы, и о бесконечных гастролях, и о тоске по родине, и о искреннем желании Дягилева сделать из своих фаворитов настоящих мастеров искусства.
Ф.Шаляпин и Л.Липковская, Н.Рерих и К.Коровин, Л.Бакст и А.Бенуа, Н.Гончарова и М.Ларионов, М.Фокин и Л.Мясин, И.Стравинский и С.Прокофьев, П.Пикассо и А.Матисс, В.Нижинский и Б.Нижинская, Т.Карсавина и О.Спесивцева, А.Долин и С.Лифарь, Б.Кохно и Ж.Кокто – малая часть звёздной дягилевской плеяды, все эти личности вращались «в круге Дягилевом». От Сергея Павловича уходили со скандалом, но неизменно возвращались (исключение, Анна Павлова, подтверждает правило).
У меня есть некоторые замечания, но в целом книга хорошая.
Оценка – 5 –.
МАЙКЛ РЕДГРЕЙВ «МАСКА ИЛИ ЛИЦО»
«Искусство театра есть искусство игры во-первых, во-вторых, в-третьих и во веки веков.» (Харли Гренвилл-Баркер)
Книга – сборник лекций, посвящённых сценическому искусству и театру в целом. Что такое актёрское мастерство? А искусство? По большому счёту, это сплав ремесла и вдохновения. О том, как научиться первому и где взять второе, и рассказывает автор. О том, кто главный в спектакле: актёр, режиссёр или драматург. В конце Редгрейв верно говорит, что ему трудно объяснить на словах то, что он мог бы легко показать.
Много страниц посвящено шекспировским пьесам. Редгрейв отмечает, что многие актёры стремятся играть шекспировских персонажей не потому, что желают получить выигрышную роль или не платить авторские, а потому, что хотят погрузиться в настоящую роль, интересный характер, где есть, что играть. В середине XX века в Англии существовало мнение, что Шекспира надо ставить так, как это делали во времена самого Шекспира. Редгрейв не без иронии пишет, что драматург бы сильно удивился, узнав, что его до сих пор играют по-прежнему.
Редгрейв хорошо высказывается о системе Станиславского. Что Станиславский первым написал, не «что», а «как» надо делать и разложил по полочкам то, что известно каждому хорошему актёру. Редгрейв говорит, что и биомеханика Мейерхольда тоже полезна, но пользоваться этим методом надо так, чтобы зритель не заметил. И приводит в пример актрису Марию Успенскую, которой голливудский режиссёр велел говорить быстрее, и она, хотя не чувствовала этого по роли, выполнила указание: «Я подумала, что меня ждёт такси с включённым счётчиком.»
Книга интересная, но читается тяжеловато.
Оценка – 4.
Настёна СПб:
Отзыв копирован.
ЮРИЙ ЮРЬЕВ «ЗАПИСКИ»
Юрий Михайлович Юрьев – легендарный актёр Александринки (переведённый из московского Малого), один из последних дореволюционных «столпов», для кого театр – храм, а артистическая служба – высшее искусство. Он написал интересную книгу творческих мемуаров, но от них ощущение некоторой громоздкости, как от очень-очень длинного спектакля. Т.к. Юрьев практически не отвлекается на какие-либо личные моменты жизни, кажется, что он как ступил на подмостки в 20 лет, так и не сходил с них ни на секунду. Передо мной прошла плеяда настоящих звёзд: Ермолова, Федотова, Савина, Давыдов, Варламов, Дальский, Комиссаржевская… Юрьев скрупулёзно разбирает много спектаклей: «Таланты и поклонники» «Свадьба Кречинского», премьера «Чайки» легендарный «Маскарад», «Макбет»…
Что мне больше всего запомнилось:
1. Среди многих актёров бытовало мнение, что театральная школа не нужна, что актёрское мастерство не работа, а вдохновение, эмоции. А по факту получалось «Горячо будет, а за вкус не ручаюсь!», штампы, отсутствие творческого роста.
2. Порицающие высказывание Александра Ленского:
Цитата:
«Похожи ли мы на людей, собравшихся для какой-то очень серьёзной совместной работы? Заметно ли в нас деловитое настроение? Нет. Мы имеем вид людей, собравшихся для того, чтобы поболтать, рассказать и выслушать несколько анекдотов, поиграть в шахматы, перемыть косточки друг другу, посквернословить по адресу начальства, а между прочим и порепетировать.»
3. Сравнение Малого и Александринского театров, и не в пользу петербургского. Александринка в ту пору упирала на развлекательный репертуар, чтобы публика могла отвлечься и развлечься после забот, а Москва ставила более серьёзные вещи.
4. Замечание Юрьева, что Островский был против зарубежных пьес – хотел, чтобы ставили его произведения.
5. Критика Юрия Михайловича театров за период склонности к натурализму: спектакль – это не то, что можно увидеть за окном.
6. Прекрасный рассказ Юрьева о сером кардинале Александринки костюмере Маризине: «Дело не в костюме! Вы играйте хорошенько. Каратыгин и без штанов играл!» А потом актёр получал от критиков по полной программе: «Что там за арлекин выскочил? Да это же господин Юрьев!»
7. Юрий Михайлович пишет про модное амплуа неврастеников, начало которому положил Орленев. 90-е гг. XIX в., период реакции, популярность Надсона – и скорбные, ноющие нотки и взвинченное возбуждение на сцене.
Оценка – 4.