Сказки для взрослых принцесс

Какой он, "мебельный" герой?
Автомеханик примерно 40 лет		75%	[ 22 ]
Офис-менеджер примерно 30 лет		17%	[ 5 ]
Программист примерно 20 лет		6%	[ 2 ]

Всего голосов: 29 Опрос завершён. Как создать в теме новый опрос?

Кобрита:

А ты думаешь, что не надо?! Ну как так-то?! И треснул мир напополам, дымит разлооом...


Честно признаюсь, что Гэблдон вообще не мое. Распрощались мы с ней после первой же книжки. Как человек, за литературным развитием которого денно и нощно следит Ким, и прилагает массу усилий к тому, чтобы я не померла невеждой, я не могла не прочесть "Чужестранку" )) И вот тот финт в тюрьме, с Джейми и злобным родичем первого мужа Клэр, я пыталась принять неделю. Чесслово, как поленом по голове вдарили. Мне сильно сдается, что я уже рвала у Фрэзеров тельняшку в клочья лет пять тому назад по этому поводу. И, по-моему, даже не одну ))) Просто бывают твои авторы и не твои. Вот Гэблдон - не мой )
Но ты же не какая-то там Гэблдон, ты же Розик, и это звучит гордо ))))) поэтому аналогию считаю некорректной ) К тому же, я не имела в виду полнообъемное произведение, лично мне будет достаточно нескольких ярких зарисовок ) Ну, знаешь, этакие ключевые точки развития ) Вот.


Да не то слово! ))))

...

Мирна:

Всем привет! Рози, спасибо за продолжение!

Не знаю как с приквелом, тут бы с текущим положением дел разобраться. Докуда Лариса Николаевна собралась дойти по дороге разрушения? Конечно по-Розику все должно закончится хорошо. Но точка невозврата уже очень близко. Главное человека невозможно вытащить из такого состояния, пока у него самого такое желание не затеплится.

Мне очень понравилось неожиданное увлечение Виктора Викторовича Верой Дмитриевной. Он от себя такого не ожидал, я от него такого не ожидала. Вышло очень душевно и романтично. Если у этой линии не будет продолжения все равно оно того стоило.

(Я уже сама тут продолжение придумала )

Вот кстати у Платона и Нины совсем не романтично. Что это было? Первое свидание? Первый секс? Встретились два хищника и сейчас начнутся танцы. Появится ли в их отношениях близость и теплота? Посмотрим. Я в предвкушении.

...

whiterose:

Всем привет и с пятницей!

Чувствую, сейчас будет ответ пополам с флудом. Сто лет не занималась этим душевным занятием (флудом, в смысле).


Ирена, знаешь, какой момент в этой главе для меня такой... скользкий? И, вместе с тем, один из центровых? Вот этот.



Такое... лукавство с честными глазами)))


Про Джорджа. И Ричарда)))



Ну что, по бокальчику "божеле" и поговорим о нашем девичьем?
Я в августе, когда наматывала круги по полю и любовалась лошадками, гуляла в наушниках, и мне в миксе выпала песня. Я ее года четыре не слушала, и из-за этого пошла новизна восприятия. Я понимаю, что песня была написана совсем про другую историю, но у меня четко заассоциировалось с Алва. Причем, такой плач Валме по Рокэ. Тем более, что в песне есть слова про уход в закат, а в романе Рокэ реально в него уходит. То есть вечером так в самом прямом смысле ать-ать топ-топ-пошел, и наутро его никто найти не может, и Валме очень тяжело переживает потерю.
Это, конечно, надо умудриться вот так герою соорудить судьбу... короче, слушала я песню, накрыло капитально)))


В общем, обиделась я на автора конкретно))) и самое главное, знаешь еще что? Очень трудно создать героя. Как действующее лицо - несложно. Но в конечном итоге все равно получаются герои и ГЕРОИ. Читаешь огромное количество книг, нравится, думаешь "как здорово", потом проходит время, и они... забываются, и имен не помнишь. Помнишь только - книжка классная была. Через года четыре-пять имена помнишь у единиц, все исчезает в общем потоке. Алва - огромная творческая удача, просто вот... штучный герой... и так его слить...


Овен и Рыбы - это "и огонь, и водаааа..."


Скажу тебе по секрету, для меня в сухом остатке тоже только первая книга получается. И для меня она вполне закончена. Там все ясно и понятно. Дальше - это уже серийность, которую не удается закончить. И тут опять вопрос к творческой удаче автора. Сколько бы она в рамках этой серии не рождала новых героев, ни один из них не смог стать рядом с Джейми. Это к вопросу о том, как трудно создать ГЕРОЯ. Гэблдон не сумела дать такой же сильной альтернативы и осталась автором одной истории.


Что есть, то есть. Мне презентовали мемуары жены Ландау Но вообще, это было не в бровь, а в глаз. Я книгу получила после того, как написала черновик романа, и в итоге потом просто сравнивала какие-то вещи. Потому что Вера Дмитриевна. Получилось забавно. Но правок с учетом прочитанного я не вносила принципиально, потому что тогда я бы начала ломать героиню.
Однако быть женой Ландау... это, конечно, не для слабонервных. Там моменты покруче финта Гэблдон ИМХО. И еще по ходу прочтения книги я все время вспоминала роман Степновой "Женщины Лазаря". Ирена, Мирна, помните, мы читали этот роман? Автор точно многое списывал с Ландау, вплоть до внешности. Просто придумал другую судьбу и совсем другую женскую историю. Но основа образа героя... Ландау.


Угу))) проблема только в том, что тебе нужны Лара-Саня, а Саша хочет "счастливого Светика".


Гыгыгы))) Иренчик, ты смайл к этой фразе видела? Мне кажется, где-то эхом отдает грозная поступь мамули!


Мирнусик, очень близко, да. На вопрос "докуда" ответить не могу. Будет спойлер)))







Колись! Потом интересно будет сравнить)))



Ничо не знаю! Оттяпала половину Платона? И Нина за тобой числится. У меня все ходы записаны. А я предлагала всем Федю! Так что... Но вообще, у тебя потрясающее чутье на характерных героев. Надеюсь, за этой парой тебе будет любопытно наблюдать)))


Я не из отряда Мартина - факт.

...

Kimana:

(под звуки пиратского вальса, пряча алую косынку в потрепанные шаровары, вламывается предаться страааасти на огонек)

Стоило только отвернуться ненадолго! А тут уже.... ВСЁ!
Джейми, Ландау, Мирнусик, Ирэнчик, и все-все-все! Парапаба-пам!

Доброй ночи всем )
Что-то я решительно отвыкла от написания сообщений и экстренного реагирования на провокации.
Главы прочитала, комментатор из меня тот еще, так что скромно жду продолжения, и побольше. С внешностями я так быстро определяться не могу, чуть привыкну к людям, получше разгляжу и вот тогда... тогдаааа...
Итак, идем по порядку от пропущенного к восторженному.

Девы Земляничной поляны - троекратное УРРРРРРРАААААА! Какого черта во мне просыпается какой-то небритый тип, который требует более детального общения, невзирая на мои попытки сослаться на старость-график работы-потерю сноровки и пр?

Мой друг Саня, знаешь, что я тебе скажу? Когда я сидела на берегу Финского залива, я думала о тебе и красных косынках ) А когда Розик учтиво напомнила мне, носящейся легким галопом по Кронштадту, что именно туда шел Корсак, нас стало трое, ыыыы, потому что есть здесь один знакомый малый с родинкой на наши две с тобой косынки и стылое северное море. Наш сумасшедший дом по-прежнему функционирует ))))
Платоша, к слову, весьма ничего у тебя.



Я не помню, как там ставятся именные цитаты, поэтому, вот что я тебе скажу, Автор ))
Как почетный несущий свет в массы, передаю тебе отдельно гранд мерси за Лепестки от Великого Новгорода и тамошних серьезных барышень, моих партнеров по работе, и цитирую их "НАДО ИЗДАВАТЬСЯ!", а не просто "стоило написать"!
Отдельно спасибо от меня за то, что ты написала книгу, которую я дарю по приезду из Царского села с выражением лица, которое слишком известно, чтобы его описать. За Арбат потом, когда дочитаю ))))

А теперь мне нужно срочно порвать штук десять рубах за Джейми, Ландау, Мартина (на святое, практически...).
Не, ну как так, Кобрыч?! Гэблдон совершила невероятное помимо Джейми - она собрала нас всех в одном месте и только за это я с благодарностью не читаю продолжение после полутора прочитанных книг. Но на самом деле я действительно хочу отдать ей должное, потому что образ Джейми стал для меня собирательным и в моем творчестве, и в моем профессиональном мире, и в моем бытовом взгляде на многие вещи. Наверное, кому-то нужно быть автором всего одного героя, потому что этот герой - Джейми. И как бы тяжело мне не далась эта книга по тем же причинам, что и тебе, но я знаю точно, что она одна из немногих, которые я буду перечитывать в старости в своем бунгало в Ялте на берегу разрушенного городского пляжа, совсем рядом с ялтинским театром и рестораном, где подают самую вкусную пиццу на черноморском побережье. И самый вкусный херес ))) Бирюзовое море будет шептать мне о далеких странных берегах, соленый ветер станет приносить мне с гор запах первого снега, а Джейми будет все таким же невероятным, заставляющим меня плакать не от бед, которые ему уготовил автор, а от его мужества, достоинства, чести и просто от того, что он - Джейми - есть.

Теперь о Камше. Внезапно)))

Шта?! То есть... я вот никак купить их не могу в полном составе... а ты...

Но в принципе у меня к Камше те же претензии, только за другую ее линию )) Она автор, который не доводит начатое до конца )) Хроники Арции в свое время явились для меня некоторым откровением и величайшим разочарованием, оставшись недописанными. Но там не столько герой (потому что между Мартином и Камшой явно есть предки из земли обетованной), сколько ИСТОРИЯ. И никак иначе.

Розик, а чем это Мартин провинился, кроме того, что никак не допишет ПЛИО? У него там очень даже ХЭ! Очень даже торжествует справедливость! Вот давайте обвинять Мартина в том, что он лет десять уже заканчивает сагу и все никак, а не в том, что он не тонкой душевной организации! Он же не виноват, что жизнь суровая штука. Будешь спорить - вспомню Вилар ))

...

whiterose:

Всем привет))) С пятницей!

да-да))) Спектакль гениальный))) и лучшее средство от плохого настроения.


И я уже приготовилась посмотреть)))


Вообще, первая ассоциация на слово "Кронштадт" у меня - Корсак! И шпага папенькина фамильная.


Спасибо))) Вообще, знаешь, это очень интересно, как один роман вытекает из другого. При всей разности историй, там три ярко-выраженных направления: гостиница, город, кризис в браке. И, видно, я не до конца высказалась по этому поводу. И тема продолжилась: другой город, другая гостиница, другая тема брачной жизни. И, думаю, Арбатом эти темы закрою. Но не зарекаюсь.



Я зачиталась... все это представила... поняла, что тоже хочу херес. Буду тоже читать на пенсии и плакать от умиления, какие существуют мужчины)))


Я не сказала, что он провинился. Я сказала, что я не из его отряда. Поэтому все герои доберутся до финала в целости, сохранности и на своих ногах.

Выкладываю 6-ю главу.

...

whiterose:

 » Встретимся на Арбате. Глава 6

Глава 6
Не меряй, Барах, нежную любовь
Аршином интереса.
Карло Гоцци. Принцесса Турандот.
 
1
Деньги быстро заканчивались, приходилось думать. Ася пустила несколько прямых эфиров: один с пятничной вечеринки, второй из дома  – взяла интервью у Олега Самоката, вспомнив о летних кинопоказах, пропиарила режиссера и тем самым удержала аудиторию. Однако это не заработок.
Ася столкнулась с тем, что, перестав быть любовницей Платона, она начала терять популярность.
Компании не спешили выходить на нее, Ася сама рассылала предложения о рекламном сотрудничестве косметическим фирмам и сетевым магазинам одежды. С надеждой ждала ответы. Кроме этого, готова была рекламировать интернет-сайты, аксессуары, конфеты, соки. В общем, практически все. Ася связывалась с рекламными фирмами, оставляла свои контакты. Но пока откликнулся только один магазин одежды, и то, желая снизить заявленный звездный гонорар. Выбирать не приходилось, поэтому Ася согласилась. Не бог весть что, конечно, но хоть что-то.
Впрочем, у нее был один козырь – Платон. И одна не разыгранная карта –  Александр Свиридов. Карту она только готовилась разыграть. И даже начала делать первые шаги. К сожалению, пока не получилось понять – удачно или нет.
Никаких опровержений в сети относительно семейного разлада не было опубликовано. И никаких подтверждений тоже. Свиридов почти не бывал на светских мероприятиях. Он всегда-то появлялся только там, где ему было нужно, а теперь и вовсе исчез. Знакомые, с которыми Ася при разговоре пыталась выйти на эту тему, тоже ничего не знали. Нина беседу не поддерживала.
Как же действовать дальше? После долгих раздумий Ася решила вести себя так, как если бы статья внесла раскол в семейные отношения. Потому что не могла не внести.
Оставалось только найти грамотный повод. За что может зацепиться Свиридов? Только за гостиницу. Ася решила проштудировать сайт отелей «Максимум» со всеми новостями и сезонными предложениями. Наверняка найдется что-нибудь интересное.
Но перед этим почему бы не позвонить бывшему? Вдруг расщедрится. Платон долго не поднимал трубку, но потом все же соединился.
- Еще не забыла мой номер?
- Я тоже рада тебя слышать, милый.
- Что тебе надо?
- Люблю деловой подход, - Ася постаралась, чтобы ее голос звучал непринужденно и легко. – Мне кажется, я оказала тебе огромную услугу.
- Не заметил.
- А зря. Я вполне могла бы быть твоим пиар-агентом. Наша история любви недели две назад сделала неплохой рейтинг, не находишь? И этот эпизод со шпилькой… ну согласись, красивая легенда.
- Что ты хочешь?
- Денег. Стоит заботиться о бывших, Платон. У меня сейчас трудные времена, я переживаю разрыв с любимым человеком, очень тоскую, могу от безысходности рассказать не самые лучшие вещи о нашем прошлом… Ты же понимаешь…
- Не понимаю, - его голос звучал резко.
- Неужели тебе так трудно дать денег? Обещаю отработать.
- Только что ты мне угрожала.
- И?..
- И я тебе не дам денег. Мне нельзя угрожать, Ася. Если я каждому буду затыкать рот подачками, то разорюсь. Но если я увижу в сети или журналах что-то про себя… менее красивое, чем эпизод со шпилькой, твоя столичная жизнь быстро закончится, будешь снимать квартиру за сто первым километром, дрянь. Ты поняла меня?
- Да. Очень жаль, что ты не захотел мне помочь. У меня был хороший товар.
В трубке послышались гудки.
Ну что же, Платон сделал свой выбор. Да и этот разговор Ася записала. На всякий случай.
А товар действительно был. Проблема состояла только в одном - найти нужного покупателя.
 
2
Свиридов получил материалы по гостинице и долго их изучал. Один из многочисленных греческих островов, маленький, не тронутый заводами, судя по фотографиям – рай. Но вместе с тем, такое местоположение предполагает уединенность, развлечений мало, если только не предлагать их в самом отеле. Неудивительно, что владелец готов его продать. Каковы затраты на содержание? Какова реальная прибыль? Насколько это выгодно? И все же… все же место было очень красивым. Отель находился на возвышенности, и с высокой террасы открывался невероятный вид на море и горы, пляж был внизу, к нему вела своя дорога.
Мысли Александра бежали дальше. В голове одни вопросы.  Что на этом острове имеется, кроме рыбацких деревушек? Что предлагается туристам сейчас? Что можно организовать? Прогулки по морю с ловлей рыбы, выезды в деревню с национальным колоритом? Сохранились ли остатки древней греческой цивилизации? Есть ли места с улицами, где теснятся сувенирные лавки, есть ли места развлечений для детей? Если эту гостиницу позиционировать для семейного отдыха, а поблизости отсутствует луна-парк, возможно ли организовать его на территории отеля? В мини-варианте.
И самое главное – цена вопроса. Всего этого, сидя в Москве, не узнать.
Свиридов взял телефон и набрал номер.
- Слушаю, Александр Константинович.
- Приветствую тебя, Платон Леонардович, - ответил он собеседнику. – Я изучил те материалы, что ты мне направил, надо бы встретиться и все обсудить подробно.
- Понравилось?
- Заинтересовало, - Александр смотрел на экран компьютера, там синело греческое море, - но вопросов много.
- От тебя я другого не ожидал. Когда? Где?
- Завтра в районе шести вечера. Я запускаю веранду, заодно и посмотришь – оценишь. Кто знает, может такую же придется организовывать в Греции.
Платон рассмеялся:
- Это почти твое «да». Договорились, подъеду.
- До встречи.
Разговор закончился. Александр задумчиво смотрел на море на экране компьютера и на почти сиреневые горы. И на рыбацкую лодку вдалеке. Вот бы сейчас быть в этой лодке, качаться на волнах и ни о чем не думать. Ни о чем. Закинуть удочку, сидеть, дышать соленым воздухом, закрыть глаза. И не думать.
Зазвонил внутренний телефон.
Свиридов отвел взгляд от моря и взял трубку.
- Да.
- Александр Константинович, снова звонит девушка из цветочного магазина. Соединить? – голос секретаря был бесстрастный и четкий.
- Соедините. Напомните имя.
- Виктория.
- Спасибо.
Секретарь перевела звонок.
- Добрый день, Виктория.
- Добрый день, Александр Константинович, извините, что снова побеспокоила, но у нас проблема, - голос девушки звучал сбивчиво, она волновалась.
- Я вас внимательно слушаю.
- У нас сломался холодильник. Вообще, у нас сломалось три холодильника, но два удалось отремонтировать, а тот, что вчера – он в другом магазине, приезжал мастер, посмотрел и сказал, что нужно покупать новый, а на новый у нас денег нет и надо брать кредит. Но я не могу решать такой вопрос, это большие средства, и там нужны подписи Ларисы Николаевны, но у Ларисы Николаевны телефон отключен.
Да, у Ларисы Николаевны телефон отключен. Она номер сменила после выхода статей. Чтобы никто ее на предмет личной жизни не беспокоил. Ни знакомые, ни журналисты. И с Ларисой Николаевной сейчас про холодильник не поговоришь.
- Ясно. Я понимаю, холодильник стоит денег, но мне казалось, что торговля в целом идет неплохо, и вы могли бы вытащить из оборота что-то.
- Холодильники бывают разные, - Вика, закончив с новостями, говорила теперь более медленно. – Если небольшие, то, конечно. Но этот – он как теплица, только наоборот, с холодом. Туда покупателям можно заходить внутрь. Это другой порядок цен. К тому же, раньше, кроме единичных букетов, у нас были крупные заказы – оформление праздников, свадеб, юбилеев. А сейчас только покупатели обычные и служба доставки. Нет, продажа в целом идет хорошо, люди нас знают, любят, есть постоянные клиенты, но крупных заказов нет, поэтому на холодильник не хватает.
- Почему у вас прекратились крупные заказы?
- Ими занималась Лариса Николаевна, лично вела. А сейчас… нет, мы вот недавно получили новый – свадьба! Будет через две недели! Все с клиентом обговариваем, закупим цветов, сделаем гирлянды, композиции, но это через две недели…
- А холодильник нужен сейчас.
- Да, - вздохнула Вика.
- Понятно.
Александр встал из-за стола и подошел к окну.
Какое уж тут греческое море. Тут сплошной реализм. Холодильники, отсутствие крупных заказов, Лариса Николаевна с новым телефоном, в котором пять контактов, и дорога с колеей.
- Что на сегодня у вас с бухгалтерским учетом?
- Все отлично, спасибо вам огромное! Светлана Юрьевна быстро привела дела в порядок.
- Хорошо. Что, кроме холодильника вам требуется для работы?
Девушка замялась. Он чувствовал, что ей хочется сказать, но она боится, как бы это не прозвучало чересчур.
- Виктория, считайте, что у нас с вами деловые переговоры. Мне нужно знать, что вам требуется для нормальной работы.
- Ну, вообще, нам нужна реклама. Мы раньше периодически пускали рекламу в журналах и в сети, разную. Одна была направлена на то, что в нашем магазине каждый найдет отличный подарок для любимого человека, вторая на услуги доставки в любой район Москвы, а третий блок был как раз… мы про себя называли его «стол заказов». Это оформление мероприятий. У нас давно уже не было рекламы, а о себе надо периодически напоминать. Только ведь реклама связана с дополнительными расходами, и я не могу принимать такие решения сама…
Девушка замолчала.
- Ясно. Что-то еще?
- Нам бы бухгалтера на постоянной основе. Нет, нам каждый день не надо, но если хотя бы раз в неделю кто-то занимался тем, что накопилось…
И тут она окончательно испугалась своей смелости. Возникла пауза. Виктория молчала. Свиридов думал. Смотрел в окно и думал.
Внизу, на маленькой площади гуляли люди, покупали мороженое, машины искали парковку, длинный автобус медленно отъезжал от остановки. Дожди, которыми ознаменовалось начало августа, кажется, закончились. Жара возвращалась.
Сейчас бы на море, но… реализм.
- Мы поступим так. Я сделаю вам заказ на сумму холодильника. Вы подготовите договор и выставите счет. Я его оплачу, вы купите холодильник. Согласны?
- Согласна, - голос в трубке звучал растерянно, - только… Александр Константинович, это очень крупный заказ. Совсем крупный, понимаете? Ну, то есть…
- Понимаю, - ответил он. – И вы не привезете в гостиницу три грузовика роз. Мы сделаем иначе. Я оплачу полную стоимость сейчас, а вы будете обслуживать меня в течение, допустим, нескольких месяцев. Вам сегодня придется приехать в отель и изучить все на месте. Оформление веранды, мини-букеты как украшение интерьера, возможно, цветы в номерах. Все просчитаете, сделаете смету и расскажете мне. Справитесь?
- Да! Справимся! Вы нас так выручили! Спасибо! – девушка не могла скрыть эмоций. – Мы вас не подведем, вот увидите!
Солнце слепило. Он закрыл глаза. Если бы все проблемы решались так просто.
- Что касается рекламы. Свяжитесь с той фирмой, с которой вы сотрудничали ранее, пусть подготовят свои предложения по этим трем направлениям, рассчитают бюджеты, все полученные материалы направьте мне.
- Я поняла.
- С бухгалтером тоже что-нибудь придумаем, - он говорил с закрытыми глазами и чувствовал, как яркие солнечные лучи пытаются проникнуть сквозь кожу век.  
- Спасибо вам огромное, Александр Константинович! Вы нам так помогаете, спасибо!
Когда разговор закончился он еще какое-то время стоял неподвижно, потом открыл глаза и посмотрел на солнце – дал себе ослепнуть.
Лара принципиально не брала заказы отеля «Максимум», хотя за счет них могла бы обогатиться. Это же долгосрочный контракт, обеспечивающий постоянное бесперебойное поступление средств.
Но она говорила:
«Я хочу сама и независимо от тебя».
Как бизнесмен он считал такую позицию глупостью и детским максимализмом, как муж – гордился ее успехами и что «она сама». Но те времена прошли. Что дальше – никто не знает, а магазины надо сохранить. Александр не мог ответить на вопрос «почему», просто точно это знал. Может, надеялся, что однажды «Цветочная история» вытащит Лару на поверхность. Как его держала работа, так и ее… должна удержать. Хотя у Лары все произошло ровно наоборот. Она просто выключила магазины из своей жизни. У каждого организм в трудной ситуации срабатывает по-своему. Свиридов никогда бы не подумал, что у Лары, которая начинала собственное дело, имея только стартовый капитал и огромное желание работать, защитная система среагирует подобным образом.
Он отвернулся от окна. Кабинет представлял собой огромное темное пятно. Абсолютная слепота. В своей теперешней жизни он чувствовал себя слепым и двигался наощупь.
Когда через некоторое время зрение вернулось, Свиридов попросил секретаря пригласить к себе бухгалтера, который занимался магазинами Лары.
 
3
Светлане абсолютно точно было понятно, что заказ из «Цветочной истории» отелю не нужен. У «Максимума» заключен долгосрочный договор на поставку флористики с другой фирмой, которая обеспечивает гостиницу полностью: авторская композиция при входе, столики всех трех ресторанов и кафе, букеты в коридорах и на площадках перед лифтом. Тем не менее, заказ будет сделан, и счет оплачен. Оплату проведет лично Светлана, она же станет курировать магазины Ларисы Николаевны. Раз в неделю будет заниматься исключительно «Цветочной историей».
- Как вам лучше, вести дела магазинов отсюда или выезжать на место? – спросил Свиридов, вызвав ее в кабинет.
- Я бы предпочла работать в магазине. Вся документация собирается в одном месте, мне так удобнее, да и сотрудницы под боком, всегда можно уточнить интересующие вопросы.  
Он согласно кивнул.
Практически все годы своей работы в отеле Светлана боялась этого человека. Видела его не так часто, у них же разные входы, но жесткие требования Свиридова к персоналу, строгие правила, постоянный контроль за тем, чтобы сложная гостиничная система не давала сбой, и все мероприятия и новшества всегда были на самом высоком уровне, не давали расслабиться. Выходя вечером с работы, она часто видела его машину на спецстоянке. Свиридов мог приехать только к вечеру, если на утро у него назначены другие дела, и сидеть почти до полуночи, решая огромное количество вопросов, начиная от перепланировки конференц-зала и заканчивая совещанием по разработке новых сезонных предложений. Если ты кому-либо говоришь, что работаешь в отеле «Максимум», да еще не в штате обслуживающего персонала, а где-то в финансовой сфере, это всегда производит на собеседника впечатление. И необязательно добавлять про отдельный вход и тесноту рабочих помещений. Дело не в том, что руководитель не заботится об условиях труда своих подчиненных. Кондиционеры, кулеры с водой, обеды за символическую плату – все это присутствовало. Просто само здание было не новым, в нем изначально не предполагалось просторных кабинетов для сотрудников.
Когда Светлану вызвали в кабинет к самому, она сильно переволновалась. Ни разу там не была, никогда не разговаривала со Свиридовым. В голове сразу возникло множество вопросов: «Что не так? Где я совершила ошибку? Это выговор? Увольнение?»
А оказалось, он хотел узнать, как идут дела в магазинах.
- Только давайте честно, - сразу предупредил Свиридов, - без излишних восхвалений. Меня интересует финансовая составляющая, прибыль, обороты и ваше общее впечатление, как если бы вы были покупатель.
Когда Светлана вошла, он стоял у окна, засунув руки в карманы темно-синих брюк. Рукава голубой рубашки были закатаны до локтей, пиджак тонкого летнего костюма наброшен на спинку кресла.
Свиридов обернулся к ней, приветствуя и приглашая присесть, а потом снова отвернулся и все то время, что она говорила, стоял спиной, но слушал внимательно. Сначала она сбивалась, говорила отрывисто и от волнения даже путалась, но он не торопил, молчал, ждал, и постепенно Светлана успокоилась. Говорила про состояние дел, про покупателей и заказы, в том числе адресные, упомянула о том, что все сотрудники любят свое дело и что это по-настоящему сложившийся коллектив.
- Хорошо, - наконец ответил он, отошел от окна и сел за стол, - теперь вы будете вести дела «Цветочной истории» на постоянной основе.
Возможность снова переступить порог магазина, оказаться там, наблюдать за оформлением подарков, пить в обеденный перерыв чай с Викой, оплачивать поставки цветов и сопутствующих аксессуаров наполнили ее такой радостью, что Светлана не сдержалась, улыбнулась – неосознанно и совершенно искренне.
- Я обещаю, что все дела будут в абсолютном порядке.
- Не сомневаюсь, - ответил Свиридов, и уголки его губ слегка, едва заметно приподнялись вверх.
Он понял, что ей понравилось работать там, а она впервые увидела перед собой человека. Не ту высокую строгую фигуру, которую боялись и старались лишний раз не попадаться на глаза, а обычного человека, у которого стол завален бумагами и пиджак надо повесить на плечики в шкаф, чтобы не помялся, а он, наверное, про него забыл. И в телефоне ждет куча сообщений, потому что за время разговора мобильный коротко пиликал раз семь.
Всего лишь человек. Она много раз видела его на фото в сети и в журналах, а вот так по-настоящему и близко – впервые.
- Сегодня сюда приедет Виктория, управляющая. Оставлю ее на вас, проведете гостью по отелю, покажете, расскажете. Она специалист, посмотрит, разработает идеи и все вам объяснит.
На этом встреча закончилась. А через пару часов прибыла Вика и сказала, что у них сломался большой холодильник, Свиридов на эту сумму сделал заказ, поэтому теперь надо решить, что «Цветочная история» может предложить отелю. Дело  оказалось нелегким.
Что можно предложить за столь  огромную стоимость, когда все уже занято: холл, коридоры, рестораны…
- Может, номера? – рассуждала Вика. – Букеты в номера.
- Еще у нас веранда стартует.
- Отлично. Покажите мне веранду, хочу посмотреть ее оформление и подумать.
Светлана водила Вику по отелю. Девушка, не скрывая, восторгалась всем: интерьером, ресторанами, верандой, номерами. А Светлана думала о Свиридове и о том, что, несмотря на новости СМИ, слухи о разладе и разводе, он спасает магазины своей жены. Ему ведь совсем не нужен этот заказ. Просто, наверное, он ее любит.
- Он ее любит, да? – спросила Светлана у Вики, когда они изучали стандартный номер.
- Очень, - ответила та, сразу поняв, о чем речь. – Раньше Александр Константинович порой заглядывал к нам, ничего особенного, так, посмотреть, как идут дела. Их просто надо было видеть вместе, и все сразу становилось ясно. - Она немного помолчала, а потом сменила тему: - Мы можем сделать такие букетики, которые не требуют ваз: сооружаются небольшие пакеты, наполняются водой и специальной жидкостью. Здесь обивка голубая, можно сообразить что-нибудь желтое и бордовое, для выразительности. А в люксах у вас, наверное, по-любому цветы, да?
- Не знаю. Надо уточнить.
 
4
- В переулках старого Арбата
Забредя, как в воду по колени,
Высятся дома-акселераты
Над домами прежних поколений. (1)
 
Федор стоял на своем рабочем месте и слушал, как читает Петя. Все же у парня был талант. Мимо шли люди. Кто-то останавливался у прилавка, рассматривал картины, интересовался ценой.
По продажам день сегодня был средний. Хорошо шли небольшие акварели и виды старой Москвы, написанные акрилом. Штампованно, но атмосферно. Правда, купили еще одну авангардную работу – долго изучали с глубокомысленным видом хоровод из разноцветных мультяшных котов, а потом спросили:
- Формат побольше есть?
Формат нашелся.
Тем не менее, Федор хотел разнообразить ассортимент. Да, продажи идут, но почти то же самое предлагается через семь метров, и еще через семь. Ему хотелось что-то особенное. То, чего нет у соседей. Он снова и снова мысленно возвращался к композициям с засушенными цветами. На странице одного из художников были уникальные работы – и городской пейзаж, и портреты, и натюрморты. Все это дополнено элементами из засушенных растений. Точечно, с высочайшим чувством стиля и вкуса. Может, конечно, туристы, которые приходят на Арбат, не особые ценители, и им бы вид на Кремль или Храм Христа Спасителя, но попробовать… а вдруг кто-то оценит? Купит?
 
- Сквозь завесу дождика и ветра
Из окна их вижу каждый день я,
Идеал скупого геометра,
Современных стилей порожденье. (2)
 
Федор сам не понял, как так случилось, что он начал показывать Светлане картины, рассказывать, чем они его зацепили, обращать ее внимание на какие-то нюансы. Их общение становилось глубже, оно несло обоих куда-то дальше-дальше-дальше… Постепенно исчезли письма, уступив место чату.
Федор заканчивал работу в разное время. Сейчас лето – самый сезон. В дождливую погоду, конечно, уходил раньше, все равно покупателей не было, в хорошую засиживался допоздна. Уже другие складывали свой товар, а он еще работал, и когда усталый приходил домой – первым делом включал компьютер. Светлана там? Даже если не сидела перед экраном, почти всегда горел зеленый огонек. Она его ждала. И это было… Федор не мог дать точного определения своим эмоциям и чувствам, но были они очень теплыми, согревающими. Этот зеленый огонек давал привкус упорядоченности и уюта его, фактически, одинокому существованию.
Федор возвращался вечерами домой, где его ждал не только старый отец, но и женщина.
Неважно, что в сети. Неважно, что они никогда не виделись. Но ведь ждала же.
 
- Буду некстати теперь вспоминать перед сном
Солнечный мир тишины переулков, в которых
Не уважают газету и свой гастроном
И уважают соседей, собак и актеров. (3)
 
В общем, надо поговорить с Абрамом Моисеевичем.
- Сколько стоит эта картина? – низкий плотный мужчина ткнул пальцем в натюрморт с сушеной воблой и кружкой пива.
- Полторы тысячи.
- А подешевле есть?
- С пивом?
- Да.
- С пивом дешевле нет.
- А с чем есть?
- С водкой. Смотрите – стакан, огурчик соленый, газетка.
- Не, с водкой не то. С водкой на стену не повесишь.
А с пивом, значит, повесишь. В гостиную. Над диваном. Самое оно. Федор проводил любителя пива взглядом.
- Привет, как дела?
Петя закончил свое чтение и подошел к лотку с картинами, протянув руку для приветствия. Федор пожал.
- Да ничего. День нормальный, выручка есть. Слушай, ты торопишься?
- Не особенно, могу постоять, - парень сразу все понял.
- Я ненадолго, мне до Моисеевича и обратно.
- Давай.
Федор похлопал студента по плечу и направился к книжному.
Абрам Моисеевич был у себя, занимался любимым делом: листал старинные фолианты. Честно говоря, Федор не особенно верил в успех своего предложения. Хозяина в первую очередь интересовала прибыль, а не траты на покупку работ, которые не факт, что купят. Но Федор включил телефон, показал фотографии, обратил внимание на то, что художник неизвестный и цена не высока. Если они приобретут сразу несколько работ, то можно поговорить о скидке.
- Конечно, много картин покупать не надо. Но штуки три на пробу в разных жанрах – вполне.
Он так и не понял, что сыграло на руку – то ли энтузиазм, то ли слова про закупочную скидку, то ли преамбула про расширение ассортимента в сторону «такое только у нас», но в итоге Абрам Моисеевич тяжело вздохнул, погладил своими мягкими пальцами холеную бородку и сказал:
- Ну, давай попробуем.
 
5
В восемь вечера Игорь стоял у «Дома книги» на Новом Арбате и терпеливо ждал. Место встречи было выбрано забавное, как будто в его жизни мало книг. Но спорить с девушкой он не хотел, тем более с той, которая нравилась. Причем, с каждой встречей все больше и больше. Юля была острой на язык, ершистой, но доброй, веселой и немного маленькой – словно еще не до конца простившейся с детством. Загадала про путеводитель, как ребенок перед Новым годом, видя в витрине понравившуюся игрушку, загадывает желание, а потом терпеливо ждет Деда Мороза, который ее принесет.
Игорь не заметил, как она подошла. Ждал с одной стороны, а Юля появилась с другой.
- Привет.
Обернулся, и рот сам растянулся в улыбке. Она тоже улыбалась.
- Пойдем?
- В книжный? – на всякий случай уточнил он.
Юля рассмеялась:
- Ты на них не насмотрелся за день?
- Ну… у нас старые тома, а здесь новинки, - с глубокомысленным видом произнес Игорь.
- Существенная разница, - согласилась она. – Но вообще, я думала про прогулку.
- Тогда почему место встречи назначила такое странное? – они уже оставили позади «Дом книги» и шли по направлению к метро «Арбатская», чтобы, миновав его, затеряться в старых переулках.
- Во-первых, тебе удобно сюда добираться после работы.
- Да ты аналитик!
- А ты как думал!
- А во-вторых?
- А во-вторых, у меня тут была индивидуальная экскурсия.
- На Новом Арбате?
Они шли по шумной многолюдной улице, параллельно, непрекращающимся потоком в несколько рядов ехали машины. Нет, Игорь, конечно, мог предположить, о чем здесь можно рассказать туристам. Например, о легендарном музыкальном магазине фирмы "Мелодия», или о церкви, которую снимали в «Василий Иванович меняет профессию», или о знаменитых домах-книжках, эдаком советском Манхэттене. Но тянет ли все это на полноценную экскурсию?
- Ты про дома-книжки рассказывала?
- Не подробно, - Юля снова улыбнулась. Она часто улыбалась, и ей очень шла улыбка. – Сначала была небольшая пешеходная экскурсия, я рассказала, как появилась эта улица, назвала основные достопримечательности, а потом мы завернули в «Сладкий музей».
- Такой разве есть?
- Представь себе.
- Ну, надо же… Мне кажется, что уже есть музеи всего: сладостей, мороженого, игрушек, носков, рюкзаков.
Юля засмеялась:
- Да-да, это называется «креативный подход к внутреннему туризму». А тебе нравятся дома-книжки? Ты бы хотел в них жить?
- Нет.
- Я тоже нет. Окна выходят на такой огромный проспект, красиво, конечно, но все время шум и поток машин и людей.
- Ага, - согласился Игорь, - к тому же само качество постройки не очень хорошее. Дома здесь сильно продуваются ветрами, поэтому зимой в квартирах часто холодно. И еще тут нет дворов.
- Почему?
- Не знаю, - Игорь пожал плечами. – Хотя проектировал дома, между прочим, главный архитектор Москвы того времени.
Юля с интересом посмотрела на своего собеседника.
- Ты так много знаешь про дома. Тогда на экскурсии рассказывал и сейчас. Откуда?
- Кто-то интересуется достопримечательностями, кто-то домами, - Игорь перекинул рюкзак на другое плечо. - Мне вообще иногда кажется, что город – это такая огромная-огромная книга, которую можно читать по улицам, памятникам, домам. Стоит только приглядеться…
- И найдешь тысячу интересных историй, – закончила Юля. – Да ты романтик!
- Правда?
Они не знали куда идут, просто разговаривали, перебрасывались словами, как шариком в настольном теннисе. Легкий, немного шутливый диалог, но за каждым словом стояло личное. Ее работа и диссертация, его дома, про которые он знал так много, но не хотел загружать беседу кучей не нужной на свидании информацией.
Еще Игорю хотелось рассказать о том, как накануне он с мамой ходил в «Детский мир» выбирать подарок своей маленькой племяннице и запутался во всех этих куклах-единорогах-наборах посуды. Девочки – какие-то совершенно другие существа! Но так забавно было, будучи взрослым человеком, пойти с мамой в «Детский мир», купить ей мороженое и поучительным тоном сказать: «Только не торопись, а то горло заболит». Мама насмешливо на него посмотрела и откусила большой кусок «назло».  У него совершенно необыкновенная мама. А ушли они оттуда в итоге со складным домиком-палаткой.
Мимо, почти у самого тротуара, не сбавляя скорости проехала машина, и Игорь, инстинктивно обняв Юлю за плечи и закрыв собой, потянул девушку к стоявшему рядом дому. Она даже не успела испугаться. А он не торопился опускать руки. Был совсем вечер, и в окнах зажигался свет. И пешеходы куда-то делись. А Юля смотрела на него своими уже чуть тревожными глазами:
- Пьяный за рулем?
- Или дурак.
Больше он не стал говорить, он начал ее целовать, так, как хотел уже очень давно. Неторопливо и аккуратно. И она ответила, обняла за шею и раскрыла губы навстречу.
С этой девушкой не надо спешить. С ней каждый этап хотелось пройти по-настоящему. Потому что сама она – очень настоящая, не изображающая кого-то, не старающаяся произвести впечатление, а вот такая – улыбчивая, ершистая и загадывающая желания.
Поцелуй никак не хотел заканчиваться. Только, казалось, подходил к концу, как начинался снова. Игорь не хотел ее отпускать. Но у обоих одновременно зазвонили мобильные. У нее мама, у него – Денис. Обоим пришлось ответить.
- Ты знаешь, - сказала Юля, отключив телефон. – Я так и не поняла, кто из них Джордж: кактус или слоник.
- Это могут быть два абсолютно разных Джорджа. Я имел в виду кактус. Но слона тоже вполне могли назвать при рождении Джорджем.
- А почему кактус Джордж?
- Потому что аристократ.
- С колючками?
- Аристократы бывают разные.
Они снова начали дурачиться. А хотелось целоваться.
 
6
Вечером Светлана опять вернулась мыслями к Свиридову, к разговору в кабинете и планируемому заказу. Она не стала спрашивать у Вики о проблемах в семье шефа. Была уверена: даже если девушка что-то и знает – все равно не расскажет. Вика относилась к хозяйке магазина не просто с уважением, а с каким-то трепетом, и Светлана понимала, что своим вопросом может только поколебать доверие к себе. Поэтому промолчала. То, что там не все ладно, было понятно и так. Иначе бы муж не занимался делами жены, а жена не игнорировала бы дело, на создание которого потратила много времени и сил.
Тем не менее, события сегодняшнего дня так взволновали Светлану, что она не могла не поделиться ими с Федором. Загрузив компьютер и войдя в чат, она начала писать.
 
Света: Ты веришь в человеческие отношения и любовь после развода?
 
Ответ пришел нескоро. Видимо, сегодня Федор работал допоздна. Она успела поужинать, посмотреть новости по телевизору и позвонить Юле, которая сказала, что задержится и что у нее все хорошо.
Дочка по телефону была чуть смущена и немногословна. «Свидание, - поняла Светлана, - самое настоящее свидание, и я позвонила не вовремя». А потом раздался звук сообщения.
 
Федор: Да. Есть пары, которые очень плохо расходятся, и в результате у них не остается никаких светлых воспоминаний друг о друге, а есть те, у которых после расставания отношения налаживаются.
Света: Ты знаешь такие?
Федор: У меня с женой сейчас отношения лучше, чем были в последний год брака. Развод отменил необходимость врать. Мы оба обрели свободу действий.
Света: А как же сложные имущественные отношения?
Федор: Никаких проблем. Я оставил ей квартиру, у нас была однокомнатная, и машину, а сам переехал к отцу.
Света: Джентльмен?
Федор: Нет, просто это нормально. Я мужчина, я проживу и так.
Света: Ты ее до сих пор любишь?
Федор: Она мать моего ребенка.
Света: У тебя есть ребенок?
Федор: У меня есть сын, ему шестнадцать.
 
Вот эта да. Светлана встала из-за стола. День сюрпризов. Сначала Свиридов, потом Федор. Она почему-то все это время представляла себе абсолютного одиночку. Да, был неудачный брак, теперь человек один, а у него, оказывается есть взрослый сын. Она даже подумать не могла…
Агафон начал летать по клетке, издавая шум крыльями и голосом. Захотелось накинуть на клетку покрывало, чтобы стало тихо. Посторонние звуки раздражали.
Светлана подошла к холодильнику, вынула оттуда сок, налила его в стакан.
А почему, собственно, не могла подумать? Федор – зрелый человек, брак за плечами. Конечно, вполне логично, там есть ребенок. Но за все время их общения он ни разу не говорил об этом! Даже не намекнул. А почему он должен был об этом говорить? С чего Светлана взяла, что он обязан ей вываливать все подробности своей жизни?
Она ему кто? Просто контакт в сети.
Это Светлана и про дочь, и про развод, и про свою работу, и про цветочный магазин… неравнозначное получается общение.
Стало больно. До слез. Контакт – что-то холодное и обезличенное.
Есть женщина, а есть контакт в сети, без голоса, без внешности, без прикосновений. Так… набранные на клавиатуре слова.
И надо что-то ответить. Она выпила сок, ополоснула под краном пустой стакан и снова подошла к компьютеру.
 
Света: Здорово. Вы общаетесь?
Федор: Да. В основном по телефону – звонки, переписка. Раз в год он приезжает ко мне в Москву.
Света: Он живет в другом городе?
Федор: После развода моя жена снова вышла замуж и уехала к новому мужу в Смоленск, счастлива. Сын живет с ней.
Света: А квартира?
Федор: Какая?
Света: Которую ты ей оставил.
Федор: А, это… квартиру она продала, и на вырученные деньги они с новым мужем смогли улучшить свои жилищные условия.
Света: Ты так просто об этом говоришь.
Федор: Наверное, потому что для нас обоих развод стал единственным выходом. Мы оба понимали, что вместе уже не сможем и сразу решили, что не сделаем ребенка разменной монетой в своих спорах. Наверное, мне повезло. Моя жена – очень хорошая женщина. Просто у нас с ней не получилось общей семьи.
 
Ночью Светлана плакала. Ей очень хотелось быть любимой, хоть немного, хоть чуть-чуть. Чтобы кто-то, даже на грани расставания, заботился о ней, как это делал Свиридов, или, уже после разрыва, сказал: «Она очень хорошая женщина», как это сказал Федор.
Какие же они счастливые обе – Лара и бывшая жена Федора! О них думают, о них заботятся, о них хранят память. А кому нужна Светлана? Кому она интересна? Кому важна?
Никому.
Во входной двери осторожно повернулся ключ. Дочка пришла. Теперь можно спокойно засыпать – ребенок дома.
Но не спалось. Только слезы ручьями лились из закрытых век. И было очень-очень одиноко.

___ 
(1)             – Александр Городницкий
(2)             – Он же.
(3)             – Он же.

...

Peony Rose:

Ася дура, если после предупреждения Платона все же хочет продать кому-то компромат на него. Сама себе роет могилу, если не реальную, то карьерную.
Сашу жаль - устал, хочет на море, а тут такое... И жаль Свету.
Федор, конечно, благородный человек, далеко не все мужчины вот так отдали бы жене и ребенку все имущество, да еще в столице.
Порадовали Игорек и Юльчик ))) Такие смешные, когда обсуждают кактусы и слоников ))

Спасибо, Розик

...

Sladkaia:

Всем привет!
Наташа! Большое спасибо за продолжение!
В Аси, я окончательно разочаровалась. Так гаденько себя повела с Платоном. Пожалеет потом.
Какие благородные рыцари, Александр и Фёдор. Всё ради любви. Знала бы Лора, как тяжело Александру. Не она одна страдает. Ехали бы вместе, на этот греческий остров, рыбу ловить. Помирились бы.
Хочу порадоваться за Светлану. Осталась в цветочном мире. Работа по душе. А вот личного счастья нет. Надеюсь, что пока?
У Юльки и Игоря всё сладко и романтично. Молодость!

...

whiterose:

Всем привет)))

Очень забавные, да))) Писать их было одно удовольствие)))


Жизнь вообще штука непростая.


У нас есть чудо-Федя!


Отличная идея))) Но, боюсь, нас сейчас не услышат.

Я сейчас выложу сразу две главы: 7-ю и 8-ю.

...

whiterose:

 » Встретимся на Арбате. Глава 7

Глава 7

Что слышу?
Карло Гоцци. Принцесса Турандот.
 
1
Ася изучила сайт отеля «Максимум» самым тщательным образом и не могла не восхититься предложениями для постояльцев. Программа выходных дней по специальной цене, включая билет в театр, собственное экскурсионное бюро, спа-салон, парикмахерская, магазины, не говоря уже о ресторанах, высокой кухне и прочем.
Она всегда заглядывалась на Свиридова и именно на него сейчас делала ставку. Подвинуть жену удастся. Уже потихоньку двигает. Надо только все провернуть аккуратно, не как с Платоном. С Платоном Ася была еще неопытна и наделала кучу ошибок. Со Свиридовым будет умнее.
Лару постарается и дальше потихоньку обрабатывать, но самое главное – августовская веранда. О ней Ася прочитала на сайте. Открытие планируется торжественное, хотя и без пригласительных. Зато с концертной программой и бронированием столиков. По телефону ей ответили, что все столики уже заняты, но с этим Ася разберется на месте. Главное - прийти.
Посмотрев на себя внимательно в зеркало и поправив макияж, она улыбнулась отражению. Жизнь – большая игра. И проигрыши могут быть вовсе не проигрышами, а первыми шагами к большому кушу. Ну а пока ее ждут камера и новая видеозапись.
Для этого эфира Ася основательно поработала над сменой интерьера. Вместо цветов – инсталляция «Инь-Янь». На заднем фоне – развешанные на плечиках наряды – остатки прошлой жизни. Зато одни брендовые вещи, призванные подчеркнуть статус.
- Добрый день, мои дорогие, я выполняю свое обещание и начинаю вести еженедельный он-лайн курс, посвященный отношениям мужчины и женщины. Как пережить разрыв с любимым человеком? Как остаться после расставания друзьями? Как не чувствовать себя одинокой, а наоборот, обрести гармонию с этим миром и с собой? Обо всем расскажу, поделюсь секретами и, надеюсь, помогу советами каждой из вас. Не пропускайте прямые включения, пишите в директ, говорите о том, какие темы стоит поднять в наших встречах.
 
2
Нина прислала на согласование файл-верстку со страницами интервью.
В сопроводительном письме был вопрос: «Как вы смотрите на то, чтобы быть на обложке выпуска?».
Снова на «вы».
Платон усмехнулся. Отлично он на это смотрит. Осталось узнать цену вопроса.
Загрузив файл, Кедров листал страницы, рассматривал отобранные накануне фото, и как они выглядят на разворотах. «Светская Москва» знает свое дело. Все именно так, как он и хотел. Интервью – хороший способ напомнить о себе. Дальше, если получится, он будет чаще мелькать в деловых новостях, чем в колонках про жизнь тусовки.
Нина наверняка ждала его звонка, эта женщина-приманка с умным расчетливым взглядом и ангельским голосом.
Платон набрал номер, слушая гудки, гонял верстку туда-сюда. На одном из фото за дальним столиком Нина, как посетительница ресторана. Красиво.
- Добрый день, Платон Леонардович.
- Привет, - он сразу отбросил официальный тон. – Сколько кандидатур вы рассматриваете на обложку?
- Пока единственную, - голос на том конце зазвучал мягко. – Но если будет отказ…
Она сделала паузу, он не торопился отвечать.
- Думаю, отбоя от желающих не будет, - бодро закончила Нина.
Платон рассмеялся.
- Не сомневаюсь. Но я воспользуюсь предложением.
- Отлично.
Он помнил ее в гостиничном номере, как свободно она себя чувствовала. В Нине не было того вызывающего бесстыдства, которое потом, постфактум, окрашивает произошедшее во что-то совсем животно-грязное,  но и никакой скромности в ней не было тоже. Абсолютная уверенность в себе, в своей женской красоте, полная раскрепощенность. В тот день они расстались, как расстаются довольные собой и не обремененные обязательствами любовники. До следующего раза.
- Я сейчас дома, деловая встреча через три часа, - сказал он.
- Заманчиво, - прозвучало из трубки.
Он улыбнулся. А она закончила:
- Но я не девочка по вызову, Платон Леонардович.
И произнесено это было с вполне ощутимой прохладой.
О да, ты не Ася. Ты знаешь себе цену и умеешь говорить «нет» даже тем, кто состоятельнее и выше по социальной лестнице. Платон снова улыбнулся:
- А если приеду вечером, после встречи? Откроешь?
- Посмотрим, - голос немного смягчился.
- Тогда диктуй свой адрес и отмени ночные мероприятия.
- У меня могут быть планы.
- Придется отложить, - теперь уже тверд был он.
 
3
Последние дни перед открытием веранды были напряженными. Неожиданно вскрылась проблема с электропроводкой, которую срочно пришлось решать. Заново устанавливали освещение, занимались интерьером. Но успели.
В назначенный день здесь царило легкое оживление. Почти все столики были заняты, а на свободных стояли таблички «резерв». Официанты бесшумно и живо передвигались, принимая заказы, принося готовые блюда. На небольшой сцене модная певица в переливающемся серебряном платье под аккомпанемент рояля и саксофона пела блюз.
Веранда на втором этаже была открытой, а вечер теплым. Каждый столик украшал небольшой букет – ветка кустовой розы с эвкалиптом. Подобная, но уже объемная композиция в напольной вазе украшала край сцены.
Около буфета со столовыми приборами и запасными скатертями лежала стопа мягких пледов для тех, кому позже станет холодно.
Свиридов сидел за самым дальним от входа столиком и наблюдал за обстановкой. Две трети мест приходилось на постояльцев отеля, одна треть – на людей со стороны.
Начало неплохое. По залу почти незаметно передвигался фотограф, делая съемку веранды, певицы, официантов. Все эти кадры позднее пригодятся для сайта, а также информационных буклетов и будущих статей.
- Неплохо у тебя тут, - сказал Платон, вертя в руках пузатый бокал с вином.
- Здесь с мая по сентябрь открытое кафе, дела вроде шли неплохо. Но в этом году решил немного сменить декорации. Добавили концертную программу, лотерею и еще пару моментов. Хочу посмотреть, как все это будет работать. И надеюсь на теплый сентябрь.
Платон понимающе усмехнулся, поднял бокал:
- За теплый сентябрь на веранде?
- За теплый сентябрь, - поддержал тост Свиридов.
Оба пригубили вино. Подошел официант и поставил на стол тарелки с легкими закусками.
- Я изучил все, что ты мне переслал, - сказал Александр, когда они снова остались одни. - Очень интересное место. Отель, скажем прямо, не нашего уровня, поэтому туда потребуются большие вливания.
- Именно поэтому я и предложил тебе долю, - Платон ловко орудовал ножом и вилкой. – Для одного будет слишком накладно, а вдвоем мы сможем сделать из этого места конфетку.
- Почему владелец решил отель продать? Невыгодно?
Платон пожал плечами.
- Как мне сказали, ему нужны деньги. Что-то, связанное с семьей, родственниками. Не думаю, что он банкрот.
Разговор вышел на узкую дорожку, и оба собеседника думали над каждым сказанным словом. Платону Кедрову требовались средства Свиридова, он не хотел спугнуть потенциального партнера, а тот, в свою очередь, должен был четко понимать, в какое дело вкладывается, и почему такой красивый на фото отель продается в разгар туристического сезона.
- Давно он висит на продаже?
- Я узнал об этом полтора месяца назад.
- Я интересовался занятостью номеров. Негусто. Нельзя сказать, что пустуют, отдыхающих достаточно, но ажиотажа и брони до октября нет.
Платон согласно кивнул:
- Все правильно, маленький остров, удаленное место. Нетусовочное. Отдых с детьми. Но в наших силах сделать из него модный туристический центр, не находишь?
- Для денежных туристов? – Свиридов поддел вилкой креветку.
- Именно. Надо просто все хорошо продумать. И там до материковой Греции рукой подать, наладить сообщение – не проблема. Если ты внимательно изучал фото, то видел около основного здания целый городок отдельных бунгало. Это все на территории. Если правильно организовать…
- И сменить повара. В отзывах кухня значится слабым звеном.
- Кухня – это уже твой конек. У тебя тут отличные блюда.
- Спасибо.
- Думаю, там тоже наладить получится. Слушай, рыба во рту тает. Держишь поставщиков в секрете?
- Это тайны моего шеф-повара.
- Сколько он у тебя уже работает?
- Три дня.
- Однако, - Платон не донес очередной кусочек рыбы до рта. – Это к вопросу кухни. Ты умеешь найти грамотных людей.
Свиридов сделал глоток вина, после чего сказал:
- В любом случае, надо ехать и все смотреть на месте. Бумаги и сеть – это одно, действительность – совсем другое. Где находится, как выглядят населенные пункты рядом, состояние номеров на самом деле, а не на фото, кухня, море, качество пляжа. Тогда станет ясно реальное положение дел у владельца, а также хотя бы примерный фронт предстоящих работ, если до этого дойдет.
- Согласен, - ответил Платон. – Я могу заняться поездкой. Как у тебя со временем?
- Дней через пять-шесть если получится – будет отлично.
- Чисто деловая поездка или совместишь приятное с полезным? Лару возьмешь с собой?
Это была попытка разузнать о личной жизни Свиридова. Спрашивать напрямую Платон не мог – не те отношения.
- Чисто деловая, - ответил Александр. – Не стоит смешивать работу и семью. Не в этот раз.
- Я понял, - Платон снова поднял свой бокал. – За предстоящую поездку?
- За нее.
 
4
Ася вошла на веранду в тот момент, когда решалась судьба поездки на греческий остров. Она остановилась на пороге и окинула взглядом столики. Никого не увидела. Неужели ошиблась? Неужели Свиридов не проконтролирует открытие августовских вечеров? К мероприятию она подготовилась основательно. Элегантная укладка, ярко-синее платье на тонких бретельках, вечерний макияж.
- Добрый вечер. У вас столик заказан? – девушка за стойкой у входа обратилась с вопросом.
- Да, конечно.
- Позвольте узнать номер вашей комнаты.
- Я не из отеля, я со стороны, - Ася еще раз внимательно обводила взглядом веранду.
- Тогда скажите, на чье имя был резерв?
Наконец-то! Интуиция ее не подвела! В самом дальнем углу, почти за сценой, скрытый от глаз столик на двоих. И там Свиридов! И еще Платон! Какая удача.
- Я уже вижу свое место, - Ася лучезарно улыбнулась девушке и приветственно помахала рукой в сторону бывшего любовника.
Он ее не заметил, да это и неважно. Ася уверенно пересекала веранду, едва не столкнувшись с фотографом.
- Извините, - пробормотал он, уступая дорогу.
- Если минуты через три минуты щелкнешь кадр, где я вдвоем со Свиридовым, очень хорошо заплачу, - тихо проговорила Ася, мило улыбнулась и продолжила свой путь.
Занятые беседой, мужчины заметили ее не сразу, так что Асе удалось поймать пару фраз из разговора.
- Ты говоришь, презентация в следующую среду? – спросил Свиридов.
- Да. Новый автомобиль, он еще в салонах не представлен. Согласись, будет интересно взглянуть. Могу снабдить пригласительными.
- Снабди, я постараюсь заехать.
И тут Платон поднял голову.
- Что ты здесь делаешь? – спросил он, увидев Асю.
- Подошла поздороваться с тобой и поблагодарить Александра Константиновича за чудесный вечер, - мило улыбнулась она. – Необыкновенно красивая веранда и прекрасная музыка.
Свиридов молчал. Платон злился. Ася продолжала улыбаться.
В центре зала стоял фотограф. Она перевела на него взгляд, и тот кивнул. Ася придвинулась ближе, слегка наклонив голову к Свиридову:
- Не буду мешать вашему уединению. Наверняка, дела. Очень рада была повидаться.
Потом она лучезарно улыбнулась Платону и отошла от столика. Все случилось даже удачнее, чем можно было ожидать. В центре зала Ася снова встретилась с фотографом.
- Сделал?
- Да.
- Давай выйдем в фойе.
Там она оставила парню номер своего телефона и договорилась, что, как только кадры будут обработаны и полностью готовы, он свяжется с ней.
За дальним столиком ужин подходил к финалу.
Александру еще надо было подняться в кабинет и решить несколько вопросов, которые, конечно, можно было бы отложить до завтра. Но с некоторых пор он предпочитал задерживаться на работе. Так было легче.
А Платон, довольный результатами встречи, уже думал о том, что совсем скоро поедет за продолжением вечера к Нине – этой дразнящей женщине. Которую он намерен приручить.

...

whiterose:

 » Встретимся на Арбате. Глава 8

Глава 8

Но, оскорбив союз священный брака,
От женщин к женщинам другим идут…
Карло Гоцци. Принцесса Турандот.
 
1
- Как поживают Джорджи?
- Великолепно. А что с моим путеводителем?
- Ждет свою владелицу.
У них появились общие шутки и секреты. Он часто справлялся о Джорждах, она – о книге.
Юля поняла, что влюбилась, когда Игорь ее поцеловал. Она ждала этого поцелуя, хотела его. И все дни после чувствовала, что на свете, наверное, нет никого счастливее ее.
И лето замечательное, и работа любимая, и книга стоит где-то в магазине, через месяца два можно будет купить, и кактус цветет.
А главное, есть кто-то, с кем легко и хорошо. Как так случается? Живет где-то человек, ты ничего о нем не знаешь, он где-то ходит, где-то работает, с кем-то встречается, смотрит кино, гуляет. А потом – раз! – появляется в твоей жизни, и все меняется. И ты уже не можешь понять: как жил без него раньше? Без этих сообщений по утрам: «Привет, соня! У тебя сегодня утренняя экскурсия, быстро вставай! И не забудь взять зонт. После обеда обещали дождь».
Ты начинаешь свой день с улыбки, топаешь босыми ногами в ванную и пишешь ответ:
«Привет, зануда. С тобой проспишь, как же. Зонтик возьму. Как насчет резиновых сапог?».
Как она жила без всего этого еще пару месяцев назад?
Удивительно. И ведь, казалось, прекрасно жила.
Юле очень нравилось, когда Игорь встречал ее вечерами, усталую после работы, и вел, как он сам говорил, «кормить».
Но больше всего ей нравилось целоваться и трогать пальцами его непослушные волосы, чувствовать его руки на своей спине. Слушать стук его сердца.
Вот он, рядом, человек, без которого теперь никак. Она боялась загадывать и смотреть в будущее. Что там дальше? Так же хорошо, как сейчас?
На кухне распевал Агафон. Мама закончила завтракать и поцеловав Юлю, пошла в комнату одеваться. Ей скоро уходить на работу.
А телефон весело пиликнул.
«Про наводнение пока ничего не известно, поэтому резиновые сапоги можно оставить дома».
 
2
Он любил старые книги, находя в них необъяснимое очарование. Любил наощупь старую бумагу, более плотную, пожелтевшую от времени, любил перелистывать страницы и рассматривать шрифты, изучать оформление, все эти рамочки-виньетки-иллюстрации. Ведь раньше над книгами трудились настоящие художники, поэтому даже типографское издание с большим тиражом казалось одухотворенным, а не то что сейчас – обезличенная компьютерная графика. Сплошные манекены на обложках.
Не те стали книги, не те…
Виктор Викторович Новиков был коллекционером и специализировался на изданиях пятидесятых годов двадцатого века. Он не гонялся за редкими фолиантами семнадцатого столетия, которые тяжело читать современному человеку. Эти книги хороши только для того, чтобы хранить их под стеклом или в качестве денежного вложения.
А Виктор Викторович любил свои книги читать. Старые тома не являлись для него экспонатами, они были практически друзьями. «Собор Парижской Богоматери» Гюго 1959 года, «Степан Разин» Злобина 1958 года, «Драма на охоте» Чехова 1955 года.
Послевоенное время, только-только заново отстраиваемая страна и такие красивые издания!
Абрам Моисеевич не был бы процветающим человеком, если бы не знал предпочтения своих постоянных покупателей, поэтому, как только появлялось что-то новое и интересное, сразу же информировал.
Звонок раздался, едва Новиков сел в машину и сказал водителю, куда ехать.
- Слушаю вас, Абрам Моисеевич.
- Добрый день, Виктор Викторович. Не отвлекаю?
- Нет-нет.
- У нас появилась чудесная книга. Глеб Успенский «Нравы Растеряевой улицы», 1953 год, как новенькая.
- Любопытно. Отложите пока, я загляну при случае.
- Будем ждать.
Новиков выключил телефон и откинул голову на спинку сиденья. Машина неспешно ехала по московским улицам, периодически застревая в обеденных пробках. В столицу вернулась жара, положение спасал климат-контроль автомобиля.
Виктор Викторович обязательно в ближайшее время зайдет в магазин и, может, даже пообщается с тем высоким кучерявым парнем-продавцом, ее сыном. Женщина, которую Новиков увидел в день фотосессии Платона Кедрова, не забывалась. Он не думал о ней постоянно, не мучился, не изводил себя мечтами – пора страстей осталась позади, но иногда, в самые неподходящие моменты, вспоминал.  
Дождливый день, Арбат и силуэт под ярким клетчатым зонтом. Чехол лежал у него дома, порой Виктор Викторович брал его в руки, рассматривал, а потом убирал обратно на полку в коридоре.
В тот день он поднялся к Абраму Моисеевичу, чтобы узнать побольше о незнакомке. Ведь если она мать продавца, хозяин магазина наверняка может что-то рассказать. Абрам Моисеевич хорошо разбирался в человеческой натуре и случайных людей к себе на работу не принимал.
Узнать о том, что женщина, пришедшая проведать своего сына, является вдовой известнейшего ученого и матерью Александра Свиридова, было неожиданно. К такому Новиков оказался не готов. Нет, конечно, предполагал, что она не из обычных спальных районов, но…
Когда Виктор Викторович после беседы с хозяином магазина, обязательного чая и знакомства с только что поступившими новыми экземплярами спустился вниз, ее уже не было. Только два парня-продавца раскладывали старые журналы на низком маленьком столике при входе. Один из двоих ее сын.
Выйдя тогда на улицу, Новиков не заметил, как миновал переулок, где стояла его машина, и, занятый мыслями, прошел почти весь Арбат, остановившись в конце концов около Дома музыки. Постоял там, почитал афиши. В ближайшем будущем зрителям предлагалось послушать произведения Моцарта и Бетховена, в начале сентября пройдет концерт сопрано – новой оперной надежды, а в самом конце октября ждут с гастролями музыкантов из Милана. Наверное, она ходит именно на такие концерты - вдова академика и мать Александра Свиридова.
Как удивительно и причудливо рисует свои, похожие на переплетенные ленты, дороги жизнь. Виктор Викторович Новиков ехал на встречу в отель «Максимум» обсудить аренду помещения для предстоящей «Персоны столицы» и снова думал о женщине под клетчатым зонтом и о том, что сейчас предстоит выправить щекотливую ситуацию с ее сыном.
Машина остановилась перед гостиницей за пять минут до назначенного времени. Этого было достаточно, чтобы объявить о себе консьержу, дождаться сопровождения и подняться в служебный блок.
- Виктор Викторович, вас ждут, проходите, - информировала в приемной секретарь.
Новиков потянул на себя ручку двери и вошел в кабинет.
Свиридов сидел за столом и подписывал какие-то бумаги, на звук открывающейся двери поднял голову, чтобы приветствовать посетителя.
«Он совсем на нее не похож, - пронеслось в голове, – и все же мать и сын».
- Добрый день, Александр Константинович.
- Здравствуйте, Виктор Викторович.
Началась привычная деловая беседа, к которой Свиридов подготовился, и владелец «Светской Москвы» это оценил.
Перед Новиковым лежал лист с предложением: два больших ресторанных зала на выбор, свободные даты, цена аренды.
 - Я могу это взять с собой? – поинтересовался он, внимательно ознакомившись с цифрами.
- Конечно, после нашей встречи вы сможете лично посмотреть оба помещения и понять, какое из них подходит для вас в большей степени, – ответил Свиридов четким отрывистым голосом.
«Совсем не похож, - подумал Виктор Викторович. – Наверное, младший в мать. У обоих непослушные волосы и тембры другие».
- Сейчас вызову управляющего…
- Чуть попозже, с вашего позволения, - прервал хозяина гостиницы Новиков. - У меня к вам есть еще одно дело.
Свиридов слегка откинулся на спинку кресла, приготовившись внимательно слушать.
- Дело в том, - начал говорить Виктор Викторович, - что я уже немолод и, признаться честно, подустал. Не могу больше полностью и единолично заниматься "Светской Москвой». Я предлагаю вам купить долю.
- Сколько? – последовал моментальный вопрос.
- Сорок процентов.
- Так много? Сразу?
- Не хочу распыляться. Скажу прямо, у меня на примете имеется еще один потенциальный партнер. Три участника – это оптимально, гораздо лучше, чем дробить целое на большое количество малых долей, потом очень сложно будет управлять процессом. А здесь самые большие доли будут у нас с вами, и между собой, я думаю, мы договоримся.  
- Насчет множества мелких долей абсолютно согласен. Но почему я? Откуда такое доверие?
- Александр Константинович, мы сотрудничаем с вами не первый год, вы производите впечатление надежного и порядочного человека… это большая редкость.
- Благодарю за такие слова, но я не специалист в медийных технологиях.
- В этой сфере специалист я, - Новиков позволил себе улыбнуться, - а вы прекрасный организатор и управленец. Мне кажется, для вхождения в бизнес на первых порах этого достаточно, а дальше постепенно изучите, поймете, что и как.
Свиридов молчал.
Виктор Викторович прекрасно понимал, что его предложение было более чем неожиданно, поэтому и не ждал скорого ответа.
- Какая интересная у вас картина, - проговорил он через некоторое время, - очень необычно встретить такую в рабочем кабинете.
- Мне она нравится, - отозвался Свиридов, - помогает не отрываться от реальности.
- Могу я ознакомиться с ней повнимательнее?
- Конечно.
Новиков встал со стула и подошел к пейзажу. Поразительно. На первый взгляд темная, невзрачная, картина оказалась удивительной вблизи. Выполненная свободными смелыми мазками, она очень точно передавала настроение обыденности. Хозяин кабинета прав, наша каждодневная земная жизнь – это дорога. А по бокам – кусты, деревья, и надо добраться до дома, что виднеется где-то вдали. В итоге каждый ищет свой дом, кто-то находит, а кому-то это так и не удается.
- Мне нужно время, чтобы все обдумать, - Свиридов тоже подошел к картине. - Ваше предложение – настоящий сюрприз, Виктор Викторович. Могу сказать сразу, что едва ли готов приобрести сорок процентов, не сейчас. Свободных средств не настолько много, а ваше предложение требует значительных вложений. Но и отказываться сходу тоже глупо. Дайте мне время, а потом мы все обсудим более предметно.
- Я очень надеялся на такой ответ, Александр Константинович. Картина изумительная.
 
3
Лара боролась с собой, и эта борьба давалась ей с большим трудом.
Она, конечно, знала, что муж запускает в августе веранду. Накануне между делом поинтересовался:
- Ты пойдешь?
Спросил, чтобы поставить галочку. Потому что заранее знал ответ. Да, это была прекрасная возможность продемонстрировать всем, что они вместе. Но Лара плохо выглядела, и изображать счастливую пару не имело смысла. К тому же ей не хотелось никому ничего доказывать.
Особенно, когда все разваливалось на куски.
Бессонница, которая, казалось, наконец начала отступать, вновь вернулась. И опять без таблеток не обойтись. А муж стал приходить все позднее и позднее. Спрашивать: «Где был?», уподобляясь злой сварливой жене, не хотелось.
Она просто чувствовала, что их дом переставал быть его домом.
Лара не могла упрекнуть Александра в отсутствии общения с дочерью, он уделял ей время утром, когда она сама, измучившись после ночи бодрствования, все же забывалась кратковременным сном. А потом открывала глаза, заставляла себя подняться и пойти на кухню варить крепкий кофе. Там Катя рассказывала ей последние новости о просмотренных с папой утренних мультиках, новой книжке или игре в лото. У них было детское лото с картинками, и Катя обожала в него играть. Саша был прекрасным отцом.
Лара была хорошей матерью.
А вот женой…
Потом, через пару дней после открытия августовской веранды, появились фото. Ничего особенного. Столик, муж… и Ася, склонившаяся над его плечом. Та самая Ася, которая некоторое время назад звонила и участливо спрашивала о личной жизни, проявляя сочувствие.
Она и вчера звонила. Лара только включила свой старый телефон, чтобы найти номер педиатра (у Кати появилась сыпь), как он зазвонил. От неожиданности Лара приняла звонок, хотя хотела сбросить. Ася говорила виноватым голосом, убеждала, что абсолютно не при чем, просто так получился кадр. Это был совершенно невинный разговор с Александром Константиновичем, и меньше всего она, Ася, хотела доставить неприятности их семье. Но Лара не верила. Она выслушала все, а потом сказала: «Я поняла» и отключилась. Про педиатра забыла, была занята мыслью – куда убрать этот телефон так, чтобы на глаза не попадался. Чуть позже она занялась лечением дочки с помощью имеющихся дома противоаллергических препаратов. К утру сыпь исчезла.
А боль от телефонного звонка осталась.
Правильно, свято место пусто не бывает. И если спутница на вечер не жена… то однажды ей станет другая женщина.
Та фотография была очень атмосферной. Интересный успешный мужчина, рядом яркая красавица. Отличная пара.
Что ж… все закономерно. Здоровая женщина, которая родит детей. Лара мешать не будет.
Только ледяной шарик в груди стал тяжелее. Лара смяла в руке пустую пачку из-под сигарет. Надо купить новых.
Сегодня он с утра задержался, а она поднялась раньше. Пересеклись. Даже вместе пили кофе, пока Катя прыгала вокруг и громко рассказывала о том, что сороконожка называется так, потому что у нее сорок ног, а потом удивлялась, как она в этих ногах не путается.
- Завтра я улетаю в Грецию в командировку. Смотреть отель.
Вот так. Ровно. Спокойно. В августе. В Грецию. В отель.
- Надолго?
- На пять дней.
- Хорошо.
А что еще сказать? Хотелось спросить: «Один или с Асей?»
Не стала. Но и кофе допить не смогла. Встала из-за стола и ушла в ванную. Под шум воды хорошо плакать.
Он улетает на пять дней в Грецию. Без нее.
Это конец?
 
4
Ася помнила тот разговор, что услышала вечером на веранде. В ее памяти четко отпечатались слова «презентация», «новый автомобиль» и «постараюсь заехать». Дело оставалось за малым, узнать, где и когда будет презентация новейшей модели автомобиля.
С учетом своих тусовочных связей – это оказалось нетрудно. Выяснилось, что новый образец поставят прямо на набережной, к которой примыкает один элитный ресторан. Набережная будет огорожена на весь вечер и ночь, там планируется фуршет, музыка, целая программа. И если узнать о мероприятии оказалось делом несложным, то достать на него пригласительный – гораздо труднее. Желающих и без Аси было достаточно.
Но ей обязательно надо туда проникнуть. Это отличный повод лично извиниться перед Свиридовым за те двусмысленные фотографии, что попали почти во все развлекательные и глянцевые издания. Фотографии, которые она выкупила и руками того же фотографа продала журналистам. Все складывалось на редкость удачно. Теперь главное продолжать в том же духе – осторожно и уверенно.
Ася открыла инстаграм, проверила количество полученных лайков. Онлайн курсы привлекли новых подписчиков. Неплохо. Пока она ведет свои лекции бесплатно, дальше можно будет продолжить подобное за деньги. Кроме этого, пора подумать над новой темой. Может, секреты красоты от Аси? Или школа красоты? Что-то связанное с внешним видом. Это будет иметь успех у женщин.
Закрыв страничку соцсети, Ася подошла к окну и набрала Нину, свою последнюю надежду в получении пригласительного.
- Привет, подруга, - ответила Нина.
- Привет. У меня к тебе есть одна маленькая просьба.
- Даже не сомневаюсь, говори.
- Сегодня вечером будет крутая авто-презентация в ресторане «На набережной».
- Я знаю.
- Ты туда пойдешь?
- Собираюсь.
Еще бы, разве Нина пропустит подобное?
- У тебя не будет лишнего пригласительного?
- Почему ты не попросишь об этом Свиридова?
Разведка боем, подруга? Ася усмехнулась и ответила:
- У нас пока не те отношения.
- Но двигаешься ты в этом направлении, да?
У Нины просто бульдожья хватка. Ася смотрела в окно. Как ей надоела эта унылая многоэтажка и не менее унылый вид из нее. Надоело придумывать варианты пускания пыли в глаза подписчикам с помощью различных уловок. Все надоело.
- Двигаюсь, - ответила она Нине.
- Видела твои успехи, фото чудесные, но выбранный вариант для охоты может оказаться не по зубам.
- Завидуешь?
- Предупреждаю.
- Кстати, у вас эти фотографии не публиковались. Даже удивительно, целый сетевой портал и…  
- У нас особое отношение к Свиридову сейчас. Шеф не приветствует сплетни о нем.
Вот как. А это уже интересно. Если честно, Ася была немного разочарована, что фотографии с ней не появились в колонках «Светской Москвы». Она на это очень надеялась. Ася отвернулась от окна. Инсталляция «Инь-Янь» на маленьком столике тоже надоела. Хотелось чего-то более достойного в интерьере, чем этот китайский хлам.
 - С чего бы такая щепетильность? – спросила она небрежным тоном.
 - О причинах своих решений Новиков никому не распространяется. Думаю, все дело в том, что Свиридов постоянный и выгодный рекламодатель. Сориться с ним ни к чему.
 - А как же независимость прессы?
- Это условность.
И правда. Глупый вопрос.
После окончания онлайн курсов про отношения мужчины и женщины Ася первым делом выбросит этих «Инь-Янь».
- Между прочим, в тот вечер за столиком со Свиридовым был Платон. Создалось впечатление, что у них общие интересы.
Ася тоже предприняла разведку боем. Нина всегда все про всех знала.
- Без понятия, - отозвались на том конце. - Но кажется, они скоро куда-то вместе улетают.
Ася улыбнулась:
- Откуда ты знаешь?
В разговоре возникла пауза. Нина думала, решала, что можно сказать, а что не стоит. Наконец, заговорила:
 - У нас новый номер журнала с Платоном, интервью и обложка. Мы торопились согласовать материал, потому что он уезжает.
Как любопытно.  Тут есть над чем подумать.
- Так что с пригласительным?
- Мне сейчас нужно в редакцию, оставлю там внизу у охраны. Подъедешь – заберешь.
- Спасибо, подруга!
- Не за что. Удачи.
Когда разговор закончился, Ася не удержалась - подпрыгнула. Все сходится! Все получается!
У нее будет пригласительный! Она попадает на вечер! И у Свиридова с Платоном дела!
Лучшего нельзя было и пожелать.
 
5
В этот день Александр возвращался домой раньше обычного. Завтра улетать, нужно собрать вещи, пообщаться с дочерью, побыть с Ларой. Что такое «побыть с Ларой», он и сам теперь не знал, но чувствовал – надо.
О предстоящей поездке не думал, не получалось. Зато вспоминал визит Новикова и его необычное предложение. Что будет означать покупка доли? Вхождение в абсолютно новую сферу деятельности, которая даст попытку управлять информационными потоками. Хотя, какие информационные потоки у глянца? И тут он вспомнил фотографии с веранды, не общие – со столиками и гостями, а вполне конкретные, где он с Асей. Случайность? Вряд ли.
Лишь только Свиридов увидел фото – сразу все понял. Сезон охоты начался, и дичь в этом случае он сам. Лара молчала. Той сцены, которая случилась после выхода статей об их возможном расставании – не повторилось.
Но он знал, что она видела. Ничем себя не выдала – ни жестом, ни взглядом. Только дома стало на градус холоднее. Что придумала себе эта женщина с несчастными глазами? Как ее защитить от всего происходящего?
Может, и правда купить пакет? Контроля над новостями не получишь, конечно. Свободная пресса, но хоть как-то ограничивать ненужный поток и создавать нужный… Да, интересное заманчивое предложение.
На него вообще в последнее время сыплются интересные заманчивые предложения. То покупка греческого отеля, то доля в «Светской Москве». Свиридов не мог припомнить, чтобы за последние лет пять жизнь была настолько щедра. Наверное, бизнес-возможности должны были хоть как-то уравновесить фиаско на личном фронте.
Дома его так рано не ждали.
Няня уже ушла, и две женщины - маленькая и большая - ужинали на балконе. Это называлось «поиграть в ресторан».
Каждый год в мае на балкон выносили специальный стол и табуретки. Стол ставили в угол для вечерних чаепитий. Он находился там до октября. Так когда-то придумала Лара. Сейчас на столе стояли стаканы с соком, салфетки, тарелки со спагетти, сыром и маленькими котлетками. Тут же лежал блокнот с ручкой.
Свиридов замер в проеме между комнатой и балконом, наблюдая за мирной картиной.
Они не стеклили балкон – Лара не хотела. В этом районе Москвы, где нет широких дорог, и дом скрылся за высокими старыми деревьями, было уютно. По весне она сама высаживала садовые цветы в емкости, закрепленные по периметру балкона, расставляла глиняные горшки с цветущей геранью на наружном подоконнике. Сейчас не было ни садовых цветов, ни герани, зато была «игра в ресторан».
Увидев отца, Катя быстро спрыгнула со своей табуретки, взяла блокнот, ручку и широко улыбнулась:
- В нашем ресторане осталось одно место. Есть сок, котлеты, макароны, чай, лимон, хлеб. Что будете заказывать?
- Сок, - улыбнулся Свиридов в ответ.
Дочь с серьезным видом выводила на листе бумаги каракули – записывала заказ, а потом строго произнесла:
- Присаживайтесь, я сейчас принесу стакан.
Александр посторонился, уступая ей дорогу, и Катя побежала на кухню на новым стаканом.
Он присел на свободный табурет. Не знал, что сказать, поэтому начал неудачно:
- Я завтра уезжаю.
- Я знаю, – Лара взяла в руки вилку, повертела ее в руках и положила на место, а потом все же не сдержалась: - Один или с Асей?
- С Платоном Кедровым. Это деловая поездка, Лара.
- Спасибо, что уточнил, - она усмехнулась. – А если бы была не деловая, то кто бы стал твоим спутником? Или спутницей?
Она отодвинула от себя тарелку, встала из-за стола и вышла с балкона.
Почти сразу же появилась Катя со стаканом в руках и принялась наливать сок из картонной коробки.
- Ваш заказ, - придвинула она полный стакан Свиридову, потом снова взяла блокнот, принялась что-то писать, оторвала страничку и положила ее на стол. – Это счет. Платить будете картой?
- Да, - ответил он и сделал глоток. – Очень вкусный сок.
- В нашем ресторане продается самый вкусный сок! – с гордостью заявила дочь, вернувшись к недоеденной котлете.
Когда она закончила с ужином и отправилась играть в свою комнату, Свиридов продолжал сидеть на балконе. Начало смеркаться. Лара появилась, чтобы убрать со стола посуду. Он молча наблюдал за ее быстрыми ловкими движениями.
- Ужинать будешь? – спросила, прежде чем уйти с балкона.
- Пожалуй.
- Я накрою на кухне.
Лара исчезла, а он еще некоторое время сидел и думал о том, что надо было прийти как обычно. Собрался бы ночью, зато избежал этого тянущего, выкручивающего напряжения.
- Ты сказала глупость, - произнес Александр позже, переступив порог кухни.
- Да? Которую?
- Про Асю.
Лара пожала плечами и отвернулась. Он смотрел на ее темный слегка взъерошенный затылок, хотел подойти, обнять за плечи, сказать, что не надо верить всякой чуши.
- Я вообще глупая женщина, согласна. Ничего не понимаю в этой жизни.
- Лара…
- Деловая поездка – это прекрасно. - Она начала загружать посудомоечную машину. – Греция – чудесная страна. Платон Кедров – прекрасная компания.
- Лара, перестань!
- А разве я сказала что-нибудь не то? – она резко повернулась. – Опять глупость?
Лара сглотнула. Муж стоял очень близко, но был сейчас так далеко от нее –  как никогда прежде. И она от него далеко.  
Лара не помнила, когда они в последний раз касались друг друга – просто так, невзначай.
- Она очень интересная – твоя работа, заменяет тебе все.
- Наверное, - медленно проговорил он, – тебе тоже следовало бы заняться своей. И, кто знает, возможно, убавилось бы злости и обиды на весь мир.
Это был снайперский выстрел. Лара задохнулась.
В его словах звучала правда. И, может быть, именно от того, что это было правдой, она дернулась, как от телесного контакта. Больно невыносимо. Внутри что-то лопнуло и разлилось по всему телу, какой-то неизвестный до этого науке орган, отвечающий за предел душевной ноши.
Захотелось закрыть уши, чтобы не слышать, убежать, оправдаться, закричать: «Разве ты не видишь, как я несчастна?!»
Она открыла рот. Образовалась тишина. Тяжелая звенящая тишина. И появилась потребность дать сдачи. Так же. Прицельно.
Лара подняла руку - замахнулась. Всего лишь доля секунды и тишину взорвет резкий звук пощечины. Женская ладонь на мужской щеке.
Она остановилась в сантиметре.
Он остановил. В последний момент Лара поймала взгляд – пристальный и суровый.
Нельзя. Со мной, Лара, так нельзя. Не прощу.
Она испугалась и застыла с поднятой рукой. Они оба замерли, смотрели друг на друга в этой тяжелой тишине. Лара поняла, что стоит на черте, переступить которую означает навсегда отрезать от себя прошлое. Этот решающий шаг она сделать не могла. А назад… назад уже не вернуться. Остается только неподвижно стоять на разделительной черте.
Он первым нарушил тишину.
- Спасибо за ужин.
Взял со стола упаковку печенья, развернулся и вышел с кухни.
Лара осела на пол и закрыла лицо руками. Слышала голоса в глубине квартиры. Что-то спрашивала Катя, что-то отвечал муж.
А потом раздался звук захлопнувшейся входной двери.
Он ушел.
 
6
Возвращаться раньше обычного было плохой идеей. Свиридов ехал по городу и не знал, куда. Наматывать круги по Садовому кольцу, чтобы поставить машину в паркинг в час ночи, подняться к себе и начать собирать вещи? Не вариант. На соседнем сиденье лежала пачка печенья. А он не чувствовал голода. Хотелось кричать. Просто кричать. Бить до одурения по боксерской груше, молотить ее, почувствовать физическую боль, которая на время уймет душевную – нестерпимую. Может, свернуть по дороге в круглосуточный спортзал?
За последние месяцы оба измучили друг друга и измучились сами.
Он устал. Он чувствовал, что не выдерживает. Уже – не выдерживает. Невозможно каждый день приходить домой, как на битву. Любое слово может оказаться миной и не предугадаешь – где рванет.
Свиридов вырулил на набережную, увидев вдали разноцветную гирлянду огней. Точно, сегодня же презентация нового автомобиля – спортивная модель. И у него даже где-то было приглашение. Да даже если и нет, наверняка пропустят. То, что надо. Шумно, людно, получится забыться среди всеобщей суеты. Выплеснуть то, что накопилось, потому что он находился уже на каком-то пределе.
Напиться до одури, наораться, пытаясь в разговорах перекричать звуки музыки, потом… потом заказать такси…
Припарковавшись на специально отведенном месте и выйдя из машины, Александр почти сразу же столкнулся с Асей, которая тоже только приехала. Место было безлюдное, лишь вереница оставленных машин, в некоторых сидели водители, терпеливо дожидаясь своих хозяев. А весь праздник был дальше – там, где горели гирлянды, слышалась музыка, царило веселье.
- Добрый вечер, Александр Константинович, - и чарующая улыбка, полная ожидания.
Все рассчитала? Ждешь? Правильно.
Сейчас это случится.
В данный конкретный момент ему было все равно, что там завтра, какое оно будет и наступит ли вообще. Резко захотелось тела. Эта женщина или другая – какая разница? У него секса не было… он даже не знал сколько. А в ресторане есть специальные комнаты. Да, вот такой интересный ресторан. Надо всего лишь миновать общий зал и… просто нужна женщина. В идеале – Лара. Но разве она подпустит?
- У вас все в порядке?
Сколько волнения в голосе! Вместо ответа Свиридов взял ее за руку и резко привлек к себе, начав целовать. Жадно и грубо, сминая все – губы, затейливо уложенные волосы, тонкую ткань платья. Задыхался. Слышал ее прерывистые слова:
- Не… здесь... здесь… водители.
Смотрят? Не беда? Все видели фотографии. Еще пара новых уже ничего не испортят. Больше портить нечего, и он почти готов был закончить этот безумный поцелуй и тащить ее в комнаты, как вдруг что-то толкнуло и окатило. Холодной водой.
- Простите! Простите, пожалуйста, я такая неуклюжая. Хотела попить и споткнулась.
Свиридов отпустил Асю и обернулся. Рядом на корточках сидела девушка с термокоробом за плечами. Она торопливо поднимала с асфальта коробку с пиццей. Тут же валялась пластиковая бутылка.
- Простите, - бормотала девушка. – Я хотела попить, споткнулась… машину искала. Мне здесь водители пиццу заказали…
Ася разглядывала мокрое пятно и почти визжала:
- Мое платье! Ты испортила мое платье! Знаешь, сколько оно стоит? Ты никогда на такое не заработаешь.
Свиридову хотелось хохотать. Не вечер, а сплошной сюрреализм. Он подошел к девушке и помог ей подняться.
- Почему так поздно ходишь одна по городу?
- Последний заказ.
- Не боишься?
- Может, и боюсь, но работу потерять страшнее.
- Ясно. Где живешь?
- В Чертаново.
- Пошли искать твою машину.
Потом обернулся и посмотрел на Асю.
- Платье высохнет. Спасибо за приятный вечер. Ты ведь этого хотела?
- Нет! То есть да… то есть…
Он окинул взглядом мокрое пятно на боку:
- Думаю, в таком виде лучше не появляться на публике.
Сказал и пошел за девушкой, которая остановилась около дальнего автомобиля, подождал, пока та передаст заказ, а потом скомандовал:
- Пошли.
- Я никуда с вами не пойду, - настороженно произнесла она. – И вообще, у меня еще могут быть… заказы.
- В одиннадцать вечера? Не смеши.
- Не пойду! – в голосе девушки слышалась паника.
- Если не хочешь провести ночь в полиции за инцидент – пойдешь.
- Я ничего не сделала!
- Это как посмотреть. И это как я захочу, - а потом добавил: - Не бойся, насиловать не буду. Отвезу до Чертаново.
Она смотрела недоверчиво, но понимала, что подмоги не дождется. Запихнет с машину и сделает, что хочет. Ни один водитель не выйдет.
- Точно? Я громко кричу и брала курсы по карате.
- Теперь уж точно, - пообещал он, взял ее за локоть, подвел к своей машине и помог снять короб, а потом  открыл дверцу. – Садись.
Рядом стояла Ася, безмолвно наблюдая за происходящим. Она смотрела, как рушились все ее грандиозные планы. Свиридов даже не оглянулся на прощанье.
Короб разместился на заднем сиденье, девушка села на переднее. Александр повернул ключ зажигания.
- Можешь взять печенья, наверняка голодная.
- Спасибо, - пробормотала девушка.
Машина мягко тронулась с места.
- И что это было? – поинтересовался Свиридов, когда они выехали на дорогу.
- Если честно, то кола. Но она должна отстираться, честное слово. Одежда будет в порядке.
- Я не про напиток. Зачем окатила?
- Случайно.
- Врешь. Как тебя зовут?
- Алена.
- Давно в службе доставки?
- С весны. Но вообще я филолог и ищу работу, я раньше в библиотеке работала.
Он кивнул. Девушка захрустела печеньем. Все же она была голодной.
- Так что насчет акта вандализма?
Она долго молчала. Удивительно было ехать ночью в такой красивой машине, болтать с богатым человеком и видеть Москву из окошка. Совсем другая жизнь.
- Как вы догадались?
Он улыбнулся.
- Работа такая.
- Выявлять хулиганство?
- Разбираться в людях.
Он начинал ей нравиться. Не выделывался, не стоил из себя царя, которому все должны прислуживать, разговаривал нормально, почти как с равной. Ну, не совсем, конечно, с равной, но вежливо. И Алена решилась.
- Вы не подумайте, я воспитанная, правда. Я же говорю – филолог и в библиотеке работала, и лично вас облить не хотела. Только эту выдру.
Он снова улыбнулся.
- А по-моему, она симпатичная.
- Все равно выдра. Вот я хожу с этой пиццей, и никого не интересует, сколько заказов в день получаю, как устаю, некоторые встречаются благодарные, говорят «спасибо», а другие срывают свое плохое настроение, столько всего уже наслушалась. Есть вообще такие, как она, сама живет в обычной квартире, а строит из себя. Я ей пиццу приносила и узнала… ну, блогер в интернете популярный. Она поняла, что я узнала, и как начала орать… Знаете, как это унизительно? Будто я человек второго сорта. А чем я хуже ее? Вот чем? Да, делю квартиру с четырьмя девочками, своего угла нет. Но это… Просто жизнь пока вот так складывается. Обидно было до слез. Тащилась к ней в дождь. А сегодня начала на стоянке машину искать, в которую заказ передать, и увидела ее, всю из себя, в платье, изображающую даму из общества. Противно. А у меня от усталости ноги уже почти не идут. И такая вдруг накатила злость…
- Понятно.
- Но так я не злая, вы не думайте.
- Я не думаю.
Дорога закончилась быстро, Алена назвала точный адрес, и по навигатору машина довезла пассажира прямо до подъезда.
- Спасибо, - сказала девушка, прощаясь. – Если вдруг ваша одежда не отстирается, я готова возместить.
- Ты уже возместила, - ответил он.
Эта поездка стала для Александра глотком свежего воздуха, она подействовала отрезвляюще. Все показалось сейчас далеким – и ссора с Ларой, и сцена с Асей. Глупость на глупости. А завтра улетать.
Он не вернулся домой. Он поехал в «Максимум». В отеле был его личный номер, и когда-то, давным-давно, они жили там вдвоем с Ларой, ждали, пока закончится ремонт в новой, тогда еще только что купленной квартире.
После стольких лет было странно ночевать в этом номере одному. Нет, несколько раз приходилось, когда того требовала работа, но вот так, после ссоры… впервые. Да он и не спал почти. Встал на рассвете, привел себя в порядок, потом заглянул в кабинет забрать документы. На столе лежала папка с рекламными пилотами по «Цветочной истории», которую принесли накануне. Ее Свиридов тоже захватил на всякий случай. Кто знает… может, Лара посмотрит.
На нее он больше не злился. Он вообще не мог на нее долго злиться. Наверное, потому что понимал. Знал, что она чувствует. Только не мог помочь.
Домой зашел тихо, все еще спали. Александр положил папку с рекламными материалами на рабочий стол и начал собираться. Бритва, зубная щетка… в гостиной на диване лежала стопка одежды – брюки, рубашки, футболки-поло, белье… Она все сделала сама. Приготовила его вещи, аккуратно сложила. Даже про дорожную аптечку не забыла. Тут же стоял чемодан. Щемящая волна нежности поднялась откуда-то изнутри и захлестнула.
Господи, почему все так? Лара! Почему мы, которые думали, что справимся со всем, оказались в итоге настолько беспомощными? Барахтаемся, как дети в бассейне, и поблизости нет спасательных кругов?
Александр быстро сложил все свои вещи, переоделся в свежее и прошел в спальню. Осталось всего несколько минут перед выходом. Он улетает в важную командировку и вернется только через пять дней. Как они через эти пять дней встретятся? Что он увидит в ее глазах?
Лара спала. На тумбочке лежали сигареты и таблетки. Смотреть на это было невыносимо. На широкой двуспальной кровати Лара казалась маленькой и беззащитной. Темные волосы прикрывали щеку, тонкая рука лежала поверх одеяла. Александр знал, как тяжело Лара засыпает, и как непрочен этот сон. В другой ситуации он никогда бы не позволил себе приблизиться, боясь потревожить хрупкий покой. Но скоро выходить. А потом разлука в пять дней. А за ней… неизвестность. Ему обязательно надо было ее коснуться, прямо сейчас. Пока царит мир и нет колючих взглядов и горьких слов, пока лицо расслаблено, дыхание мерное и губы не сжаты в узкую полоску. Пока это – его Лара, а не болезненно сжатый комочек горя и разочарования.
Он подошел к кровати, наклонился, осторожно коснулся волос – убрал их с щеки, вдохнул запах – запах родной сонной женщины.
Я уезжаю. По сути в никуда.
Легонько коснулся нежной щеки губами. Как давно он этого не делал… Как соскучился.
Пора.
Александр еще несколько секунд любовался ее лицом, а потом услышал тихий звук и поднял голову.
В дверях стояла Катя.

...

Peony Rose:

Аленка стала ангелом-хранителем Саши ))) Ой, до чего ж смешно - Ася порвалась от злости точно
С Ларой все очень плохо, поднять руку на мужа, пусть даже в обиде... худо.
Мне что-то сделка с греческим отелем кажется фальшивой, как будто Леонардович ищет способ хапнуть у Саши куда больше, чем просто вложения. Но может, все и не так.
А тут еще и Виктор со своим предложением купить долю. И примазаться к семье той самой женщины. Подозрительно.

Спасибо, Розик!

...

Мирна:

Красота! Красота! Спасибо Розик,!

...

Sladkaia:

Всем привет!
Наташа! Спасибо большое за две главы!
Когда же состоится их встреча на Арбате?
Асе хочется вырвать все космы! Ищет лёгкой жизни. Создаёт иллюзию, и разрушает чужой брак. Совсем она мне не нравится, как человек.
Чуть было не разочаровалась в Свиридове. Даже невольно вскрикнула "зачем?"...когда он кинулся в объятия Аси.
Алёнка спасла его от необдуманной ошибки. Спасибо ей за это. Я поняла, Наташа, что ты имела ввиду. Всё больше и больше она мне нравится! А не поможет ли Александр с трудоустройством девушке? Было бы неплохо.
Больно смотреть на семейную жизнь Свиридовых. Лара, не заслужил Александр пощёчины. Не нужно его отдавать в руки другой женщине.
Встряхнись ты уже! Возможно эти пять дней изменят ход событий? Очень надеюсь.
Юлька и Игорь в своей романтике! Между ними лёгкость и любовь!

...

Мультик:

Добрый вечер. Грустно все.😷 Игоря не воспринимала, пока не заметила, как он на брата похож. Герои некоторые планируют и планируют. Похожи этим. А Вы оперу любите?
Спасибо.

...