Natalie Sun:
» Лермонтов М.Ю. - ВЕЧЕР ПОСЛЕ ДОЖДЯ
Лермонтов М.Ю.
ВЕЧЕР ПОСЛЕ ДОЖДЯ
Гляжу в окно: уж гаснет небосклон,
Прощальный луч на вышине колонн,
На куполах, на трубах и крестах
Блестит, горит в обманутых очах;
И мрачных туч огнистые края
Рисуются на небе как змея,
И ветерок, по саду пробежав,
Волнует стебли омоченных трав...
Один меж них приметил я цветок,
Как будто перл, покинувший восток,
На нем вода блистаючи дрожит,
Главу свою склонивши, он стоит,
Как девушка в печали роковой:
Душа убита, радость над душой;
Хоть слезы льет из пламенных очей,
Но помнит всё о красоте своей.
1830
...
Nadin-ka:
» Рыженко Алла - НАСТРОИТЬСЯ НА ЛАД ОСЕННИЙ
Алла Рыженко НАСТРОИТЬСЯ НА ЛАД ОСЕННИЙ...
Настроиться на лад осенний,
Попасть с дождями в резонанс,
Застыть на краешке сомнений,
И в тонком ритме сновидений
Узнать потерянный романс.
Теряя ноты, мысли, чувства,
Скользить по лунному лучу,
Впадать то в нежность, то в безумство
От силы "грешного искусства"...
Зажечь последнюю свечу.
Настроиться на лад осенний.
И вслед за желтою листвой,
За стаей сказочных мгновений,
Запретных сладких наваждений,
Нырнуть в блаженство с головой.
Настроиться на лад осенний.
И плакать, и не знать стыда.
Среди потерь и возвращений,
Падений, взлетов и затмений
В тебе остаться навсегда....
...
lebble:
» Вагинов Константин -Он разлюбил себя, он вышел в непогоду
~~~~~~~
Константин Вагинов
Он разлюбил себя, он вышел в непогоду.
Какое множество гуляет под дождем народу.
Как песик вертится, и жалко и пестро
В витрине возлежит огромное перо.
Он спину повернул, пошел через дорогу,
Он к скверу подошел с решеткою убогой,
Где зелень нежная без света фонарей
Казалась черною, как высота над ней.
Но музыка нежданная раздалась
И флейта мирная под лампой показалась,
Затем рояля угол и рука
Игравшего, как дева, старика.
Гулявший медленно от зелени отходит
И взором улицу бегущую обводит.
Он погружается все глубже в непогоду,
Любовь он потерял, он потерял свободу.
...
Lotos-spring:
Иосиф Бродский
От окраины к центру
Вот я вновь посетил
эту местность любви, полуостров заводов,
парадиз мастерских и аркадию фабрик,
рай речных пароходов,
я опять прошептал:
вот я снова в младенческих ларах.
Вот я вновь пробежал Малой Охтой сквозь тысячу арок.
Предо мною река
распласталась под каменно-угольным дымом,
за спиною трамвай
прогремел на мосту невредимом,
и кирпичных оград
просветлела внезапно угрюмость.
Добрый день, вот мы встретились, бедная юность.
Джаз предместий приветствует нас,
слышишь трубы предместий,
золотой диксиленд
в чёрных кепках прекрасный, прелестный,
не душа и не плоть -
чья-то тень над родным патефоном,
словно платье твоё вдруг подброшено вверх саксофоном.
В ярко-красном кашне
и в плаще в подворотнях, в парадных
ты стоишь на виду
на мосту возле лет безвозвратных,
прижимая к лицу недопитый стакан лимонада,
и ревёт позади дорогая труба комбината.
Добрый день. Ну и встреча у нас.
До чего ты бесплотна:
рядом новый закат
гонит вдаль огневые полотна.
До чего ты бедна. Столько лет,
а промчались напрасно.
Добрый день, моя юность. Боже мой, до чего ты прекрасна.
По замёрзшим холмам
молчаливо несутся борзые,
среди красных болот
возникают гудки поездные,
на пустое шоссе,
пропадая в дыму редколесья,
вылетают такси, и осины глядят в поднебесье.
Это наша зима.
Современный фонарь смотрит мертвенным оком,
предо мною горят
ослепительно тысячи окон.
Возвышаю свой крик,
чтоб с домами ему не столкнуться:
это наша зима всё не может обратно вернуться.
Не до смерти ли, нет,
мы её не найдём, не находим.
От рожденья на свет
ежедневно куда-то уходим,
словно кто-то вдали
в новостройках прекрасно играет.
Разбегаемся все. Только смерть нас одна собирает.
Значит, нету разлук.
Существует громадная встреча.
Значит, кто-то нас вдруг
в темноте обнимает за плечи,
и полны темноты,
и полны темноты и покоя,
мы все вместе стоим над холодной блестящей рекою.
Как легко нам дышать,
оттого, что подобно растенью
в чьей-то жизни чужой
мы становимся светом и тенью
или больше того -
оттого, что мы всё потеряем,
отбегая навек, мы становимся смертью и раем.
Вот я вновь прохожу
в том же светлом раю - с остановки налево,
предо мною бежит,
закрываясь ладонями, новая Ева,
ярко-красный Адам
вдалеке появляется в арках,
невский ветер звенит заунывно в развешанных арфах.
Как стремительна жизнь
в чёрно-белом раю новостроек.
Обвивается змей,
и безмолвствует небо героик,
ледяная гора
неподвижно блестит у фонтана,
вьётся утренний снег, и машины летят неустанно.
Неужели не я,
освещённый тремя фонарями,
столько лет в темноте
по осколкам бежал пустырями,
и сиянье небес
у подъемного крана клубилось?
Неужели не я? Что-то здесь навсегда изменилось.
Кто-то новый царит,
безымянный, прекрасный, всесильный,
над отчизной горит,
разливается свет тёмно-синий,
и в глазах у борзых
шелестят фонари - по цветочку,
кто-то вечно идёт возле новых домов в одиночку.
Значит, нету разлук.
Значит, зря мы просили прощенья
у своих мертвецов.
Значит, нет для зимы возвращенья.
Остаётся одно:
по земле проходить бестревожно.
Невозможно отстать. Обгонять - только это возможно.
То, куда мы спешим,
этот ад или райское место,
или попросту мрак,
темнота, это всё неизвестно,
дорогая страна,
постоянный предмет воспеванья,
не любовь ли она? Нет, она не имеет названья.
Это - вечная жизнь:
поразительный мост, неумолчное слово,
проплыванье баржи,
оживленье любви, убиванье былого,
пароходов огни
и сиянье витрин, звон трамваев далёких,
плеск холодной воды возле брюк твоих вечношироких.
Поздравляю себя
с этой ранней находкой, с тобою,
поздравляю себя
с удивительно горькой судьбою,
с этой вечной рекой,
с этим небом в прекрасных осинах,
с описаньем утрат за безмолвной толпой магазинов.
Не жилец этих мест,
не мертвец, а какой-то посредник,
совершенно один,
ты кричишь о себе напоследок:
никого не узнал,
обознался, забыл, обманулся,
слава Богу, зима. Значит, я никуда не вернулся.
Слава Богу, чужой.
Никого я здесь не обвиняю.
Ничего не узнать.
Я иду, тороплюсь, обгоняю.
Как легко мне теперь,
оттого, что ни с кем не расстался.
Слава Богу, что я на земле без отчизны остался.
Поздравляю себя!
Сколько лет проживу, ничего мне не надо.
Сколько лет проживу,
сколько дам на стакан лимонада.
Сколько раз я вернусь -
но уже не вернусь - словно дом запираю,
сколько дам я за грусть от кирпичной трубы и собачьего лая.
1962 ...
Nadin-ka:
» Мориц Юнна -БЕССМЕРТНЫЙ ЛЕС И МЕЛЬНИЦА, И ВЕТЕР...
Юнна Мориц БЕССМЕРТНЫЙ ЛЕС И МЕЛЬНИЦА, И ВЕТЕР...
Бессмертный лес, и мельница, и ветер,
Они стоят при входе в этот свет.
Повсюду жизнь и я, - легко заметил
Поэт из тех, которым сносу нет.
Учитель мой, я узнаю питомник
И чудеса, воспетые тобой.
Когда кладу глаза на однотомник
С портретом после корки голубой.
Угрюмый лучник, сколько вариантов
Судьбы
таят запасники веков
Для всяких человеческих талантов -
От стихотворцев до часовщиков?
Нет, не бедна холуйская порода
Талантами своими! И она
Спешит подсласткой превратить в урода
И наши времена, и имена.
Я ненавижу этот ход событий
И презираю этот круг идей,
Где дьявол на раздвоенном копыте
Танцует танец белых лебедей.
Но это грязный черновик, попытка,
Не более. Повсюду жизнь и я.
Пошевели плечом и рвется нитка,
Где вьется шов по меркам холуя.
Искусство жить - как всякое - опасно
В отрезок, так испорченный войной.
Продлись моя дорога! Я согласна
На все, что будет на Земле со мной.
...
lebble:
» Транстрёмер Тумас -Контекст
Тумас Транстрёмер
Перевод со шведского Бориса Херсонского и Елены Якобсон (Швеция)
Контекст
Вот серое дерево. Небо течет
в землю по фибрам его —
в остатке ссохшиеся небеса,
а почва пьяна. Украденный мир
ввинчивается в жгуты корней,
сжатый до зелени. Краткий миг
свободы вихрем рвется из нас,
через кровь Парок и далее.
***
...
Lotos-spring:
» Троц Ира - Я безумно к тебе хочу!
Ира Троц
Я безумно к тебе хочу!
Но не мне делать первый шаг.
О "скучаниях" промолчу...
Ты мужчина - тебе решать.
Феминизма не признаю!
Свято верю в мужскую силу!
Никогда первой не звоню,
Как бы сердце мое не ныло!
Не поспорить,увы,с природой!
Вспомним школьный курс анатомии:
Если ты дорожишь свободой -
Я создам тебе все условия.
Пусть любовь будет безответной...
Каждый понял - чего он стоит...
Где ты видел,чтоб яйцеклетка
Догоняла сперматозоид?
...
Aditi Rao:
» Самолётова Лёша -И за наши окна вернётся лето
Лёша Самолётова
И за наши окна вернётся лето.
Потерпи немного совсем, дружок.
А пока стремительная комета
небеса сплела за стежком стежок,
чтобы дать дорогу большим светилам,
чтобы звёзды твой озаряли сон.
Чтобы в эту осень ты не грустила.
Осень – это просто один сезон.
Намело нам ветром за ночь дорожку,
из бордовых листьев густой ковёр.
Ты представь, что всё это понарошку.
Облака плывут в зеркалах озёр.
Посмотри, как мир за окном огромен,
он не ляжет кошкой к твоим ногам.
Открывай сердечко, раскинь ладони.
Дай привыкнуть миру к своим шагам.
Сделай вдох поглубже, расправь-ка плечи.
Ничего не бойся, смелей, дружок.
С чем самой не сладить, то время лечит.
Обувайся. Переступай порог.
Опускаясь, солнце бросает тени,
расплескав лучей своих бахрому.
Эта осень цвет за окном изменит.
Не изменит осень тебя саму. ...
Nadin-ka:
» Приклонский Игорь - ПИСЬМА ОСЕНИ
Игорь Приклонский ПИСЬМА ОСЕНИ
Непогожие дни что-то смутно в душе бередят…
Но я рядом с тобой – а поэтому плакать не надо!
Обручившись с огнем, ты танцуешь в костре листопада
А маэстро Октябрь играет на струнах дождя…
Ветер – злой сорванец пожелтевшие листья несет…
И усталое небо глядит по-осеннему строже…
Да, конечно, разумно и правильно – быть осторожным
Но как хочется быть просто рядом, забыв обо всем…
Жмутся к ветке своей, как они не хотят умирать
Эти желтые листья – короткие наши записки…
И пускай на мгновение станет далекое - близким
А мгновение это задержится – хоть до утра…
Теплый, ласковый дождь вдохновеньем нас напоит…
Письма Осени... Странные Сны облетевшего сада...
Обручившись с огнем, ты танцуешь в костре листопада...
А я молча любуюсь полуночным танцем твоим...
...
-knigomanka-:
Ночь, одержимая белизной
кожи. От ветреной резеды,
ставень царапающей, до резной,
мелко вздрагивающей звезды,
ночь, всеми фибрами трепеща
как насекомое, льнет, черна,
к лампе, чья выпуклость горяча,
хотя абсолютно отключена.
Спи. Во все двадцать пять свечей,
добыча сонной белиберды,
сумевшая не растерять лучей,
преломившихся о твои черты,
ты тускло светишься изнутри,
покуда, губами припав к плечу,
я, точно книгу читая при
тебе, сезам по складам шепчу.
Иосиф Александрович Бродский
...
Ксана Леонидас:
Редъярд Киплинг
Когда
(пер. В. Бетаки)
Когда ты тверд, а весь народ растерян
И валит на тебя за это грех,
Когда кругом никто в тебя не верит,
Верь сам в себя, не презирая всех.
Умей не уставать от ожиданья,
И не участвуй во всеобщей лжи,
Не обращай на ненависть вниманья,
Но славой добряка не дорожи!
Когда из мысли не творишь кумира,
Мечтая, не идешь к мечте в рабы,
Сочтя всю славу и бесславье мира
Одним и тем же вывертом судьбы,
Смолчишь, когда твои слова корежа,
Плут мастерит капкан для дураков,
Когда все то, на что твой век положен,
Вновь собирать ты должен из кусков,
Когда рискнешь, поставив на кон снова
Весь выигрыш, - и только для того,
Чтоб проиграть и ни единым словом
Не выдать сожаленья своего, -
Когда назло усталости и боли
Заставишь сердце жизнь тащить твою,
Хотя в нем все иссякло, кроме воли,
Еще твердящей "нет" небытию,
Когда толпе не льстишь улыбкой низкой,
А с королем не лезешь в короли,
И знаешь, что ни враг, ни друг твой близкий
Тебя ударить в спину не смогли,
Когда поняв, что время не прощает,
Секундной стрелкой меришь скачку дней,
Тогда, мой сын, на свете ты - хозяин,
Тогда ты - ЛИЧНОСТЬ, что еще важней!
...
Lotos-spring:
» Окуджава Булат - Разлука - вот какая штука:
Булат Окуджава
Разлука - вот какая штука:
не ожидая ничего,
мы вздрагиваем не от стука,
а от надежды на него.
Бежит ли дождь по ржавой жести,
стучит ли ставня - он такой:
разлука с женщиною - женский,
с надеждами - глухой, другой,
с победами былыми - колкий,
нетерпеливый, частый он,
а с родиной - не стук, а долгий
вечерний звон, вечерний звон.
1964 ...
Викинг:
Константин Бальмонт
***
О, женщина, дитя, привыкшее играть
И взором нежных глаз, и лаской поцелуя,
Я должен бы тебя всем сердцем презирать,
А я тебя люблю, волнуясь и тоскуя!
Люблю и рвусь к тебе, прощаю и люблю,
Живу одной тобой в моих терзаньях страстных,
Для прихоти твоей я душу погублю,
Все, все возьми себе - за взгляд очей прекрасных,
За слово лживое, что истины нежней,
За сладкую тоску восторженных мучений!
Ты, море странных снов, и звуков, и огней!
Ты, друг и вечный враг! Злой дух и добрый гений!
1894 ...
Nadin-ka:
Евгений Винокуров БЕАТРИЧЕ
Говорили на рынке
средь яблок дородных и дичи,
на ночных маскарадах
и за стаканом вина,
что у мрачного Данте,
тоскующего по Беатриче,
есть простая, однако ж,
заботливая
жена,
та, что мясо варила
и пуговицы пришивала,
кружевные рубахи, кряхтя,
опускала в крахмал...
Странно думать, что Данте,
спагетти поев до отвала,
развалившийся в кресле дремал.
И стоял где-то образ
необычной девицы
в изголовье его,
далеко, далеко
в вышине...
Вот она восседает,
поводья держа,
в колеснице
выше нашего мира
и с богом самим наравне!..
Нет, не зря Беатриче
над ним своим нимбом сияла,
с неземною улыбкой своей
на прекрасном лице!
Но жена ему ноги
укутала в одеяло
и пошла потихоньку к себе
со свечой и в чепце...
...
Esmerald:
» Комаров Феликс -Эту боль, я возьму на ладони.
Эту боль, я возьму на ладони.
Звездный свет открывая в листве,
Облака пронесутся как кони,
Расшибая себя в темноте.
Это небо распахнуто в бездну.
Разрезая себя на куски
Ты живешь, как звезда бесполезно,
И падешь, словно капля с руки.
Кто отмерит движение света,
От далеких невидимых звезд?
Кто узнает зачем это лето,
Прогремело копытами гроз?
Кто узнает причину исхода?
Из ничто проплывая в ничто,
Прячем головы от непогоды,
Прячем душу под теплым пальто.
А потом распахнуться оконца,
Небо высветит звездный букет,
И вдохнув это вечер до донца,
Позабудешь вопрос и ответ.
Феликс Комаров ...