- Ты всегда ходишь без нижнего белья, мартышка? – низким приглушенным полушепотом поинтересовался блондин, касаясь губами моего уха.
Совершенно не так представляла я свое пробуждение. И меньше всего надеялась на то, что первый его вопрос будет касаться отсутствия на мне труселей, а не с картин, увиденных мною в чарах. Поэтому не было ничего удивительного в том, что ему удалось выбить меня из колеи. Быть может, дополнительной причиной временного умопомрачения являлась его ладонь, крепко сжимающая мой голый зад, поддерживая на весу тело. По всей видимости, когда блондин поднял меня с трупа и прижал к себе, сарафан задрался, и его рука, скользнув по ноге, невольно забралась под подол. К такому мнению я пришла, решив, что едва ли данный момент хоть как-то подходил для сексуальных домогательств. Хотя учитывая собственные выводы о критических днях обнимающего меня субъекта, вариант с приставанием я не могла полностью сбросить со счетов.
- Только после спринта, - прошипела я.
- Потеряла пока бежала или не надела, дабы не мешали? – в его голосе явственно послышался смешок, заставляющий меня сомневаться в реальности происходящего и подумывать: не попала ли я в иллюзию номер два, сотворенную парнем с радужными глазами. Но хуже всего было то, что от его голоса, прозвучавшего у самого уха, волна возбуждения прокатилась по моему телу, и я начала панически осознавать: еще немного его ладонь явственно почувствует мое желание.
- Это правда, так важно? – не без раздражения поинтересовалась я.
Он чуть наклонился, побуждая мое тело откинуться назад и вцепиться в его шею руками, пытаясь удержать равновесие, дабы не болтаться вниз головой свесившимся с ветки лемуром.
- Вообще-то нет, - совершенно серьезно ответил он. – Раз ты ходишь так только после пробежек, значит, придется тебе устраивать их каждый день. – Демон снова приблизил мой торс к себе так, чтобы расстояние между нашими глазами сократилась до, примерно, десяти сантиметров. - Мне нравится отсутствие на тебе этой детали, - эдак сексуально-торжественно признался он.
«Когда-нибудь я убью тебя» - только и смогла подумать я. Выдави я из себя эти слова, вряд ли бы они прозвучали убедительно – моя жалкая похотливая тушка выдавала меня с головой.
- Когда ты прикоснулась к мертвому телу, ты что-то видела, Лена?
Он спросил как бы между делом, и поэтому я с готовностью кивнула и прежде, чем успела сообразить, что творю, пролепетала:
- Да.
Его глаза почернели, и через секунду я оказалась распростертой на журнальном столике, почти как подопытный суслик в ожидании незамедлительного препарирования. И если секунду назад теплый огонек в его взгляде намекал на чувственное наслаждение, то теперь из его глазниц на меня смотрела непроглядная тьма. Она страшила как край бездны, на который ступаешь, не имея за плечами парашюта. В тот момент я начала понимать, что подразумевал радужный бог, произнося глаголы «съесть» и «поглотить». Именно это блондин и намеревался сделать… медленно… кусочек за кусочком… каждое чувство, каждое воспоминание, каждую мечту, желание и мысль… всю жизнь без остатка каплю за каплей. И, судя по его ладони, ползущей вверх по внутренней стороне моего бедра и побуждающей раздвинуть ноги, - при этом он собирался меня трахнуть.
Вообще-то, это был не самый плохой способ в очередной раз умереть. Мое тело ощутило снедающий все существо этого демона голод и откликалось желанием в полной мере его утолить. Волнение оттого, что он превратился в хищника, а я – в его еду, было настолько приправлено вожделением, что страх превращался в адреналин и заставлял меня почти скулить в ожидании ни с чем несравнимого удовольствия, которое последует, как только он начнет свою трапезу.
Будь я Еленой Шумаковой, а не Риэлой Райер из миров Хаоса, я бы без остатка отдалась нахлынувшему на меня чувству. Но будучи айном Первого дома мне доподлинно было известно, что произойдет, если демону удастся пробиться за скрывающие мою истинную суть печати. Ему станут известны все тайны моего Дома – это раз. Он сможет узреть плененное чудовище, пребывающее в заточении в моем теле – это два. Познакомься блондин с ним, и мое жизненное пространство сведется к нескольким метрам клетки. Меня запрут в ней навечно, ибо смерть стала бы для меня и моего монстра началом новой жизни…
Лишенная свободы, обездвиженная, пребывающая в безмолвии и темноте я буду уповать лишь на то, что мое безумие не заставит себя долго ждать. И когда оно накроет меня, я, наконец, умру… умру как личность… Мне станет все равно… Я превращусь в минотавра из лабиринта: раз в двенадцать лет мне в жертву будут приносить новое тело грешника, чтобы продлить мое жалкое существование… Низвергнутое до уровня животного ничтожество… несущая в себе угрозу обуза.
Сложно было бы нарисовать для себя судьбу страшнее, но в этих картинах отсутствовала паранойя негативиста. Мой собственный отец, намеревался сделать со мной ровным счетом тоже самое после того, как некоторые из глав четырех хаосных домов, чья магия запечатала тварь хаоса во мне, отказались снять печати и дать монстру свободу. Так с чего мне было рассчитывать на великодушие демонов?
Накатившая от осознания своих перспектив паника была настолько сильна, что за секунду из сгорающей от желания женщины превратила меня в до смерти напуганного звереныша, которого загнали в угол. Горло свело будто судорогой, так что я не могла даже пищать. Все мои силы были направлены на то, чтобы преодолеть страх, ибо я понимала: едва ли демона он оттолкнет… Скорее наоборот - заведет еще сильнее.
Но у моего демона, на счастье, были критические дни, и поэтому мой ужас вызвал в нем некое подобие сострадания. Его ладонь переместилась к моему лицу и легла на щеку, глаза же вновь стали привычного цвета.
- Расскажи, что ты видела, мартышка, - тоном, не терпящим возражений, приказал он.
Мне с трудом удалось подавить в себе какой-то по-человечески детский порыв обнять его за шею и поцеловать в щеку. Он снова стал таким, каким я его узрела на пирсе: высокомерным, самодовольным, не лишенным снобизма блондинистым субъектом. Но в ту минуту этот образ показался мне настолько родным, что будь у меня хвостик - я бы уже завиляла им, как питомец, чей хозяин вернулся после долгой отлучки.
Испытывая какое-то странное смущение, я перевела взгляд в сторону, и в поле моего зрения попали часы. Медленно отматывала круг секундная стрелка.
За мгновение до прикосновения к жмурику я тоже таращилась на этот циферблат и, произведя в голове простейшие математические расчеты, осознала: не прошло и двадцати секунд с момента моего прикосновения к трупу, как блондин ворвался в дом и стащил меня с мертвого тела. Странная поспешность для того, кто намеревался использовать меня, как наживку.
- Что ты видела? – с напором повторил он, с силой поворачивая мою голову, дабы наши глаза снова встретились.
Мое сердце пустилось в галоп, но на сей раз не из-за страха или желания почувствовать его член внутри себя. Как откровение истины, мне открылось то, от чего триллионы полоумных женщин, разбросанных в скоплении миров Порядка, ежеминутно теряют голову – маска жесткого несгибаемого альфа-самца, за которой скрывается милое белое пушистое создание, жаждущее приносить даме кофе в постель и целовать следы, оставленные её ступнями. Образ получился настолько ярким, что я глупо захихикала. И хотя я прекрасно понимала, что это умилительное чудо скорее нассыт мне в кровать (метафорично, конечно), чем додумается поутру принести чашку кофе, на моем языке все равно вертелось такое банальное и избитое: «Кажется, ты мне очень-очень нравишься. Давай встречаться».
- Я убью тебя, если сию же секунду не ответишь на мой вопрос, не прекратишь из себя выдавливать из себя эти ужасные звуки и смотреть на меня, как новорожденный теленок на вымя коровы, - пообещал блондинистый «пушистик», разбивая вдребезги наполненные светом иллюзии моего «долго и счастливо» с ним.
«Ты когда-то занимался фермерством?» - почти поинтересовалась я, но вовремя осеклась, осознав, что произнеси я это, и он сдержит данное мне только что обещание.
- Когда я смотрела на него, черты лица поменялись. Я и раньше наблюдала этот феномен у кьолов, - нашлась я. Лгать ему не представлялось возможным, и я уповала на то, что он сумеет удовлетвориться полуправдой.
- Кьолов? – Его бровь поползла вверх.
Я кивнула:
- Так их называл Тель. – Я снова не врала, ибо именно от Тельрира я узнала об особенностях полукровок Дома Дрейш.
- Тель? – переспросил блондин.
Я снова кивнула. На сей раз дважды.
- Тот инопланетянин, которого я ждала на Мальдивских островах.
- Инопланетянин? – с недоверием в голосе уточнил демон.
Мне чудом удалось подавить в себе искушение снова захихикать.
- Есть такие штуки – называются «ватные палочки». Давай ты вначале попользуешься ими, а затем мы продолжим наш диалог. А то я будто с эхом разговариваю. – От моего предложения тень удивления прошла по его лицу, а затем губы дрогнули, сложившись в едва заметную улыбку. Я несколько раз моргнула, но видение так и не исчезло. Блондин взаправду улыбался.
- Итак, ты решила, что это труп инопланетянина… кхм… кьола. И что было дальше?
- Дальше я пощупала его тело в поисках метки. Она выступает под кожей, и когда трогаешь её, кажется, что прикасаешься к змеиной чешуе. Ну и поковыряла найденную метку пальчиком, - Я продемонстрировала ему окровавленный средний палец правой руки, который очень удачно задел рану, после того как из нее был вынут кинжал Ригора. Дабы оставленный лезвием разрез на бинте, которым блондин обмотал мою пораненную ладонь, не был виден, мне пришлось согнуть остальные пальцы. Жест получился, конечно, не совсем красивым, но довольно убедительным.
Улыбка демона стала шире.
- Тебе жить надоело, букашка, - диагностировал он.
- Да хватит меня уже стращать, – я кивнула в направлении трупа, - Лучше посмотри на этого красавца.
Блондин нехотя перевел взгляд. Изумление, проступившие на его лице, подсказало мне, что лишь в данную минуту он заметил насколько сильно преобразовался жмурик. Конечно, кьол не столь сильно походил на Волан де Морта, как имитатор, но змеиная природа Дома Дрейш давала о себе знать: вторые верхние зубы вытянулись, превратившись в острые клыки, на скулах, а также пятнами по телу, выступила чешуя, пальцы удлинились примерно в полтора раза и вместо ногтей венчались загнутыми когтями. Еще объект полысел и стал напоминать чем-то Шалтай-болтая. Наверное, благодаря яйцеобразной форме головы. Но черты лица все равно оставались тонкими и довольно привлекательными. Если бы не островки змеиной кожи и деформированные кисти, он бы вполне мог сойти за буддистского шаолиньского монаха-вампира.
- Это не эльф, Повелитель, - подтвердил Кайлен, до этого момента примеряющий роль безмолвной бездыханной мебели. Его пальцы подцепили верхнюю губу кьола и подняли вверх, демонстрируя пару змеиных клыков.
- Эльф? – невольно вырвалась у меня. Видимо, блондинистость все же заразна и передается воздушно-капельным путем. – Мифическое существо? – тут же поправилась я, пока мне тоже кто-нибудь из присутствующих не предложил прогуляться к ватным палочкам.
- На твоем языке «инопланетянин», мартышка, - подавив смешок, пояснил блондин.
- Ну что я говорила, - радостно пролепетала я и без всякой задней мысли добавила, - Это не эльф. Так что твой друг жив.
На секунду тело демона замерло. Мне показалось: жизнь покинула его, и предо мной во всей красе застыл монументальный и величественный истукан. А потом статуя вдруг заорала:
- Ты надо мной издеваешься, букашка?
В помещении будто пронесся ураган, обращая мебель в щепки, стекло в мелкую крошку и рисуя на камне узоры из трещин. Стол, на котором я успела удобно устроиться, сложив ноги по-турецки, от резонирующего крика блондина проломился подо мной, и я кубарем скатилась на пол.
- Это твои домыслы. И вообще гнусные инсинуации, - пропищала я, вспомнив, что лучшая защита – нападение.
Я хотела добавить еще пару аргументов и аксиом, но осеклась, узрев, что скрывалось под сорванным ветром плащом Кайлена. «Двуликий Янус» - это прозвище мне, мерзко гогоча, шепнуло подсознание.
Кайлен был невероятно красив, но настолько же и уродлив. Казалось, по центру были соединены две ровные половинки, принадлежащие совершенно разным существам.
Правая была подобна радужному эльфу. Немного отличался цвет волос: они были окрашены в глубокий синий цвет летней ночи. Но кожа светилась таким же золотистым блеском, а тело имело те же невероятно изящные черты и идеальные скульптурно вылепленные формы… Даже радужка глаза переливалась всеми цветами радуги, напоминая мне о недавнем загадочном знакомом…
Зато левая часть этого странного существа больше походила на зомби из тошнотворного ужастика. Волосы на этой стороне отсутствовали, обнажая череп испещренный вязью татуировок достигающих середины лба... Так же не наблюдалось брови и ресниц. Белок левого глаза затопила тьма, отчего он казался черным омутом с искрящимися бликами. Пергаментная мертвецки бледная кожа облепляла скулы и была испещрена рытвинами, напоминающими следы от перенесенной оспы, губы же, отливающие синевой, прочертил забор из вертикальных полутора сантиметровых шрамов. Тело походило на анарексика в предсмертной стадии и сплошь было усеяно мелкими язвочками, из которых сочилась вязкая слизь.
- Не правда ли, завораживает, мартышка? – с легкой усмешкой поинтересовался блондин, успевший взять себя в руки, пока я, не мигая и судорожно сглатывая, рассматривала его слугу.
Осознавая, что в очередной раз мне удалось попрать все нормы приличия своим беспардонным поведением, я скосила взгляд в сторону и почти ойкунла от неожиданности. В холле царил идеальный порядок: все предметы стояли на своих местах и сверкали, как новенькие. Мой пытливый взгляд не обнаружил ни сколов, ни трещин, и только боль в пятой точке, на которую я опустилась, съехав с поломанного стола, подсказывала мне, что бардак царивший в помещении минуту назад мне не померещился.
«О Великий, научи и меня этому хитрому трюку супер-уборки!» - совершенно искренне захотелось взмолиться мне, пожирая демона глазами, переполненными неподдельным восхищением.
Но я не была уверена: не воспримет ли он мои слова как очередную попытку поглумиться над ним, и поэтому вместо льстивого попрошайничества будничным тоном спросила:
- Кай тоже эльф?
- Я не разрешал тебе коверкать мое имя, человек! - зло зашипел на меня Кайлен, кутаясь в плащ.
- Кай тоже эльф, - блондин кивнул. Его губы прочертила недобрая улыбка прежде, чем он с наигранным добродушием добавил, - И я рад, что его внешность не вызывает в тебе отвращения, ибо с этой минуты он будет при тебе неотлучно.
«Итак, блондин решил приставить ко мне охранника. Как мило», - сделала вывод я и стала на него злобно зыркать, ибо Двуликий Янус-прилипала совсем не входил в число моих мечтаний.
Впрочем, наши чувства с Янусом были взаимны:
- Повелитель, прошу Вас найдите мне более достойное задание, - свою просьбу Кайлен присовокупил падением на колени и почтительным поклоном в пол.
«Встань идиот! Это же нелепо!» - хотелось завопить мне, но демон не разделял мои чувства: вид распластавшегося на полу слуги, по всей видимости, был для него обыкновением.
- Ты не распознал подмену, хотя человеку понадобилась на это всего пара минут… Ты нарушил мой приказ, но я пощадил тебя. Не без её вмешательства. Этот человек имеет для меня ценность, Кайлен. И поэтому ты будешь служить ей, пока я не найду тебе другое применение. Она не должна покидать хм… остров, и ни один волос не должен упасть с её головы… Даже если она сама соберется их повыдергать. Ты понимаешь меня? – Кален оторвал голову от пола, чтобы кивнуть, и после этого блондин продолжил, - Еще она должна выглядеть, как женщина. Её внешний вид в данный момент оскорбляет меня. В остальном, её желания, не идущие вразрез моим, для тебя - закон.
- Повелитель, умоляю, я не могу быть её служанкой…
- Ватные палочки, Кайлен. Прими совет человека и впредь пользуйся ими. Я не прощаю дважды одну и ту же ошибку, даже если она стала результатом проблем со слухом.
Я почувствовала, как мои брови невольно ползут вверх, а рот приоткрывается. Демон умеет шутить? Хотя что-то подсказывало мне, что он просто игрался со словами, угрожая. Даже когда он говорил мне «убью-нафиг-сразу же» в его тоне было больше мягкости.
- Еще, я хочу, чтобы ты перестал скрываться за плащом, - Кайлен, послушно снял плащ, и почти сразу же ткань, зажатая в его ладони, исчезла, будто и не существовала вовсе.
Блондин развернулся ко мне и с минуту молча созерцал мою тушку, начавшую пятясь осторожно отползать в сторону лестницы.
- У нас накопилось много тем для обсуждения, мартышка.
- Я не думаю… - начала было я, но он не дал мне договорить.
- Кьолы, Тель, прочие инопланетяне. Еще мне чрезвычайны интересны твои идеи относительного того зачем на человека, не имеющего ни одной возможности покинуть родную планету, накладывать магию, убивающую случись такое.
- Магия - это антинаучно, - быстро вставила я.
- Об этом мы тоже поговорим, - пообещал мне он тем тоном, которым однажды посулил трепку и секс. – Через час приведи ей на террасу, Кай. – Блондин еще раз окинул меня задумчивым взглядом, - И я рассчитываю на то, что к тому времени она хотя бы отдаленно будет напоминать человекоподобное существо женского пола.
- Будет исполнено, Повелитель, - раболепно пообещал эльф, поднимаясь.
«А вот черта с два!» - со злорадным вызовом подумала я.
- И еще Кайлен. У нее в программе каждодневные утренние пробежки продолжительностью не менее часа.
- Я прослежу, Повелитель.
«Еще раз черта с два» - повторила про себя я и тихо заскрежетала зубами.
