Уважаемый рукпро!
Должна сказать, что в своем расследовании я вернулась к официальной версии - при убийстве жены подозрение в первую очередь падает на ее мужа, то есть на Роберта Дадли. Вы спросите: "Почему?" А я Вам отвечу! Но все по порядку.
Утром я отпросилась у Ее величества навестить своего дорогого папеньку. На самом деле мне хотелось обсудить с ним все, что мне стало известно о Летиции Ноллис. Но как только я вошла, громко хлопнув дверью, в дом, то увидела нашу горничную, выпорхнувшую прямо из спальни папеньки, причем в одной ночной рубашке. И тут меня осенило! "Эврика!" - воскликнула я и вбежала в покои Анахила, то бишь Джона. Он спал.
Я подошла поближе и дернула его за ухо:
- А почему вы спите без ночной рубашки? - спросила его я. - Вы шокировали нашу горничную. Она только что выбежала из вашей спальни, явно чего-то испугавшись.
Куратор открыл глаза, потянулся и наконец-то прикрылся одеялом - хотя я уже успела все рассмотреть. Ну почти все.
- Понятия не имею, что могло ее напугать, - сказал он. - Если только содержимого моего ночного горшка - она заходила как раз для того, чтобы его вынести.
На минуту я задумалась, потому что не видела в ее руках никакого ночного горшка, но может, она спрятала его под рубашкой - хотя зачем? Впрочем, мне было не до этого. Я плюхнулась на постель куратора и поспешила его обрадовать:
- Возможно, у Роберта Дадли связь с Елизаветой! - Не дождавшись ответной реакции Анахила, я помахала рукой перед его носом: - Ну та самая, понимаете? - Он явно не понимал, и я сложила свои ладони вместе и приложила их к уху: - Они спят вместе! Я как увидела горничную, выходящую от вас, сразу сообразила: надо ловить с поличным!
Анахил вдруг закашлялся, и я перевернула его на бок и похлопала по спине. - Вы сообразили, наконец? - Он кивнул, и тогда я заговорщически прошептала ему на ухо:
- Нам надо их как-то подкараулить, чтобы точно убедиться в этом.
"Папенька" поежился, оттого что я слегка подула ему в ухо, и, отодвинувшись, облокотился на подушки.
- Я не могу ворваться в спальню Ее Величества, чтобы проверить вашу версию.
- Вы не можете, но я могу. Если только вы придумаете для меня повод.
После завтрака мы нашли повод.
Поздно вечером мы готовили Ее величество ко сну. Летиция Ноллис аккуратно расчесывала ей волосы, остальные фрейлины (в том числе и я) держали на руках различные предметы королевского туалета. Я размышляла над тем, стоит ли исключать любимую фрейлину Елизаветы из числа подозреваемых. Из своего гаджета я уже знала, что потомками Летиции будут Чарльз Дарвин, Уинстон Черчиль, принцесса Диана и еще немало достойных людей, но при этом она вполне могла оказаться злодейкой. Да вот тот же Дадли - Елизавета как-то сказала, что у него в роду было два поколения предателей, а ведь все равно благоволила ему! Так что генеалогическое древо ни о чем не может говорить. Буду приглядывать и за Ноллис, и за Дадли, решила я.
Ах да, я ведь забыла рассказать Вам, что за повод очутиться ночью в королевской спальне придумали мы с куратором. Уж не знаю, откуда ему это стало известно, но, оказывается, королева Бесс любила ночью полакомиться пирожными и выпить бокал вина со специями. Ровно в три часа ночи фрейлины приносили ей все это и ставили на столик у двери, причем тихо, чтобы не разбудить Ее величество. Делали они это по очереди - ведь до этого времени им приходилось бодрствовать. По счастливому стечению обстоятельств в предстоящую ночь дежурила Мэри, моя новоявленная подруга. Я вызвалась заменить ее, и после недолгих уговоров она согласилась, но все-таки решила тоже не спать и подождать меня в коридоре. А если вдруг произойдет что-то непредвиденное, то быстро поменяться со мной местами. Я сочла это разумным, и мы просидели с ней до половины третьего ночи в моей комнате, болтая о разном, в основном о жене Роберта Дадли. Это уж, конечно, я постаралась.
Мэри слышала от старших фрейлин, что брак с Эми был заключен по любви. Ну, по крайней мере, уж точно не по выгоде - она была его беднее. Елизавета, будучи тогда еще принцессой, присутствовала на свадьбе вместе со своим братом-королем. И этот факт чуть не разрушил всю мою теорию о муже-подозреваемом. Но дальше Мэри рассказала, что он давно не навещал свою жену, хотя и регулярно отправляет ей деньги на проживание и обновление гардероба. И будто бы это удивляет придворных, потому что, по слухам, Эми Дадли больна. Я задумалась: конечно, я и раньше подозревала, что между любовью и карьерой мужчина, скорее, выберет карьеру, но был ли это тот самый случай? Возможно, он просто разлюбил одну и полюбил другую. И та первая стала лишней. Нееет, мою теорию еще рано скидывать со счетов!
Ровно в три часа ночи я осторожно вошла в королевскую спальню. Поставив поднос на столик, прислушалась: из-за задернутого балдахина не было слышно ни звука. Обратившись мысленно к своему наставнику, Свету Божьему Уриилу, с просьбой осветить мне дорогу (ну не с фонариком же мне было идти!), я на цыпочках двинулась вперед. Анахил уже дал мне свое кураторское разрешение в самом крайнем случае совершить перемещение из спальни Елизаветы в свою комнату - ну типа почудилась я Ее величеству, - так что я в полной боевой готовности чуть-чуть раздвинула занавеси балдахина и заглянула внутрь. Но там никого не было! Я едва не дала тут же деру, представив, что Елизавета с тяжелым подсвечником стоит у меня за спиной, но нет. В спальне по-прежнему было тихо. И тогда я увидела в стене у изголовья дверь - она была бы незаметна, потому что по цвету сливалась с обивкой, но в этот ночной час она была приоткрыта. И я - простите, рукпро, - крепко сжав свое жемчужное ожерелье, шагнула в этот проем. Ну и...
Они самые. Роберт и Ее величество. Уф, я до сих пор не могу прийти в себя. Потому заканчиваю, до следующего сеанса связи!
Ваша Руста
P.S. И я уже не жду никаких Ваших указаний, вот так!