Шесть дней

Лиз Монтгомери:

Моника, как оказалось, тоже выспалась и у нее были планы на Верону

К которым она предложила Лиз присоединиться. Поскольку парень в компании был один, то Моника в шутку посоветовала ему отрастить третью руку
– Да, я не откажусь от компании, – улыбнулась Лиз.
А на заверение Каспиана, что его рук на всех хватит

Также с улыбкой ответила:
– Мои руки будут заняты фотоаппаратом, разве что я попрошу кого-то на один-два кадра заменить меня, чтобы и мне тоже попасть в этот кадр, – рассмеялась она и, допив кофе, ушла переодеваться.
Сначала Лиз думала надеть платье, но потом решила все же, что брюки с джемпером и лоферы будут удобнее, чем платье и туфли на каблуке, пусть и не на высоком.
Косынку она повязала на шею, не забыла и про солнечные очки и вскоре собранная, с фотоаппаратом в кофре, куда сложила и все необходимое, чтобы не брать десять сумок, Лиз стояла на перроне.
Там уже была и Хизер, с которой Лиз поздоровалась. Каспиан приветствовал Хизе на итальянском, Лиз расчехлила фотик и сделала несколько первых снимков.

...

Свен Квиберг:

Утро

Свен проснулся от того, что мёрзли ступни. Одеяло укрывало только середину его тела – на плечи и ступни длины не хватало. Он подтянул колени выше и укрыл ноги одеялом. Надо было взять с собой своё одеяло. А ещё лучше – кровать и всю остальную мебель, потому что лежать по диагонали, согнув ноги в коленях и устроив подушку под головой так, чтобы хотя бы одна часть тела чувствовала себя комфортно, - комфортом в целом не считалось.
Свен прищурился от утреннего света, заливавшего гранд-кабину, нашарил на тумбочке телефон и открыл мессенджер. Диалог с продавцом из Вероны оставался мёртвым со дня отъезда из Парижа. Он так и не ответил на последнее сообщение. Палец привычно заскользил по экрану:
«Я буду в Вероне сегодня вечером. Вы так и не назвали место встречи».
Отправить.
Он на секунду замер, глядя на экран, и мысли тут же свернули в сторону восьмого вагона и купе номер шесть. После вчерашних Альп, селфи на вершине и того уютного молчания карточка Shining Charizard #107/105 за пять тысяч долларов казалась чем-то невероятно далёким, почти несущественным.
Он открыл сделанное вчера на вершине фото и увеличил так, что на экране было видно только лицо Беатрис. В этот момент экран телефона сменил картинку. Входящее сообщение.
Мама:
«Как ты, Свен? Тебе не очень неудобно в этом поезде? Есть ли у тебя всё необходимое?»
Свен улыбнулся уголкам рта – забота матери неизменно находила его в любой точке планеты, будь то раздевалка после матча НБА или швейцарские Альпы. Он быстро напечатал:
«Всё стандартное. Нормально, вытерплю».
Отправил и вернулся к фотографии Беатрис. Мягкая улыбка, тонкая прядка волос у губ, голова едва касается его плеча, а в глазах – знакомая по вчерашнему преодолению насмешливая искра. Он вернул изображение в исходный формат и посмотрел на себя рядом с ней. Может, побриться? Нет. Проверено, это не поможет выглядеть... стандартнее. Спустя ещё несколько секунд изучения черт лица Беатрис, он набрал её имя в поисковой строке и погрузился в чтение.
«Eclipse Orchestra. Классическая и электро- скрипки. Billboard. Восходящая звезда». И она пишет музыку. Свен снова открыл фотографию и посмотрел на Беатрис. Классическая музыка? Ей подходит. Следующей мыслью было: «Можно купить наушники с активным шумоподавлением», но он её отогнал и открыл чат с мамой.
«Хочу познакомить тебя кое с кем в Венеции».
Ответ прилетел почти мгновенно, наполненный неподдельным материнским удивлением:
«Девушка? Из гостей Жаклин? Не слишком быстро?»
Свен ответил по-шведски, коротко:
«Precis lagom».
Телефон снова звякнул, отвлекая его от переписки с матерью. Новое входящее – от того веронской продавщицы:
«Вы так долго не отвечали. Я думала, что вы передумали, и сейчас уже веду переговоры с другим покупателем».
Свен нахмурился, чувствуя лёгкий укол раздражения. Он хотел уже написать что-то резкое, но запнулся, осознав, что за последние дни действительно ни разу не вспомнил про заветного Чаризарда. С тех пор как он увидел в библиотеке Беатрис, его мысли были заняты совсем другим, и о коллекционной редкости он вспомнил только потому, что поезд сегодня прибудет в Верону.
Он стряхнул остатки сна и напечатал максимально сдержанно:
«У нас был договор. Назовите место».
После этого Свен наконец отбросил телефон на подушку, откинул одеяло и поднялся, привычно пригнув голову, чтобы не задеть потолок, и направился в ванную – готовиться к новому дню, в конце которого их ждала Верона.
Когда через двадцать минут он вышел ванной комнаты на телефоне висели два непрочитанных:
«Встретимся в 19:30 у входа в Caffè Dante на площади Синьории. Возьмите столик внутри, у окна. Я подойду с небольшой папкой».
«Кто она?»
Он быстро набрал «Договорились» в ответ на первое сообщение и «В Венеции, мам» - на второе.
Пока он одевался, мама накидала вопросов:
«Ну как так?! Она француженка?»
«Из хорошей семьи?»
«А её родители? Они тоже едут с вами?»
«Свен, скажи хотя бы как её зовут?!»
Он не стал открывать чат, чтобы сообщения остались непрочитанными. Сунул телефон в карман брюк и вышел из купе.
Беатрис отказалась с ним позавтракать, отказалась поужинать, но это ещё не поражение.

...

Аманда Бонафонте:

Где-то над Монтре

Мистер Шарма оказался надежен, как швейцарские часы! Он сумел без происшествий и проволочек спустить их обоих на твердую землю, тщательно выверяя каждый шаг. Аманда подозревала, что только благодаря его заботе и поддержке не свернула себе что-нибудь, невзирая на ноющую ногу. Как вообще она умудрилась забраться на эту верхотуру?

Тот же вопрос читался на взволнованном лице Хизер, бросившейся к ним навстречу.


- Ох, солнышко, обычно моей выносливости хватает на троих, но с Альпами что-то пошло не так, - попыталась она пошутить, обнимая обеспокоенную девушку. – Если бы не мистер Шарма… но не волнуйся, благодаря ему все в порядке.



«Да и на оставшуюся поездку, пожалуй, хватит», - подумала Аманда, с благодарностью принимая бутылку с водой.


Мистер Шарма продолжал присматривать за Амандой до самого купе, и, поблагодарив его за спасение еще раз, прежде чем опуститься на диван и все же заказать себе хорошую порцию «Голого и знаменитого», Аманда впервые задумалась, что горячий мужчина рядом – это прекрасно, а надежный – еще лучше!

Поезд

Оставшуюся часть дня Аманда решила провести, лежа на диване, чтобы дать отдых все еще ноющей конечности.


Вечером ее навестила милая француженка – подружка невесты. Они немного пощебетали к взаимному удовольствию, а потом Аманда уснула.

28 сентября
Étoile

Завтракала Аманда в купе, потому что нога еще побаливала, а вот обедать отправилась в вагон-ресторан, раздумывая, чем заняться вечером в Вероне.

...

Свен Квиберг:

Вечерело. За окнами золотистые холмы сменились первыми огнями Вероны, к которой состав приближался на плавном ходу.
Свен стоял у зеркала в своей гранд-кабине, застёгивая пуговицы своей тёмной куртки поверх водолазки, и задумчиво смотрел на свой алюминиевый кейс. Придётся взять с собой – в нём лежали не только наличные, но и профессиональные холдеры, перчатки и лупа, без которой проверять редкий экземпляр Charizard #107/105 стоимостью в пять тысяч долларов было немыслимо. Рядом лежала пачка банкнот, он убрал её во внутренний карман куртки.
Перед тем как сойти на перрон, он решил спросить Беатрис о её планах на вечер. Свен остановился у двери с номером шесть и тихо постучал. Тишина. Судя по всему, Беатрис не было в её купе. Может быть, она уже готова и ждёт, когда остановится поезд, чтобы сойти.
Он направился дальше, в библиотеку седьмого вагона. Оттуда доносились голоса. Свен вошёл и остановился у входа.
Беатрис о чём-то говорила с Шахом Шармой. Свен прислонился плечом к книжному шкафу, скрестив руки на груди, и пару секунд просто наблюдал за этой картиной.
Когда в разговоре наступил естественный перерыв - Свен шагнул вперёд, привлекая к себе внимание.
Он посмотрел на Беатрис, чуть наклонив голову, и задал вопрос, который на самом деле волновал его больше любой редкой коллекционной карточки:
- Мы почти на месте. Не хочешь прогуляться со мной по Вероне?
После двух отказов он уже морально подготовился к очередному «нет» - в конце концов, она имела полное право провести вечер за любимым делом. Но как он мог не спросить? Вдруг на этот раз ответ будет другим.

...

Жаклин Дюпон:

Я плачу. Да. Потому что то, что рождают пальчики Беатрис – это больше, чем музыка. Это душа.
Знаете, как говорят русские, цитируя один фильм, который я так и не посмотрела: «Хочется, чтобы душа развернулась и сразу свернулась». Так вот Беатрис удается сделать так, чтобы твоя душа сжалась и распалась, и чтобы потом собралась, восстав как феникс из пепла!
Спасибо, Би!
А вы, наблюдатели, наслаждайтесь эксклюзивом! Но только мелодией!


К Вероне не нужны никакие эпиграфы, как и к игре Беатрис.


Когда они вернулись в поезд, то ненадолго заглянули в свои купе, чтобы переодеться, договорившись встретиться и послушать игру Беатрис. Знаете, Жаклин всегда знала, что музыка — это отдельный мир. Более того, она считала, что это один из наиболее нынче востребованных видов искусства. Конечно-конечно, ценители и знатоки скажут, что нынче музыка – это скорее ад для ушей. Однако Жаклин не рассуждала бы так однозначно. Во-первых, мелодии – есть отражение тенденций времени, и тут уж вопросы стоит задавать себе, дорогие мои, почему в нашем столь развитом обществе музыкальный экспресс все больше катится под откос? А, во-вторых, всегда можно найти что-то стоящее даже среди нагромождения «мусора». Душа откликнется, и мелодия, и слова заставят улыбаться, пританцовывать или, напротив, грустить, вспоминая былые дни.

Само собой, то, что исполняла Беатрис это… это не умещалось ни в какие категории… Жаклин по-китайски могла петь только что-то из серии «СиН-ЗиН-Пинь» - не более (и это спасло многих от разрыва барабанных перепонок), но не оценить тонкую, будто летящую мелодию Yue Liang Dai Biao Wo De Xin, уж точно не могла. И оценила, под конец утирая слезы.
- Я не плачу, это дождь! – она улыбнулась, помахав ладонями перед лицом. – Спасибо, Би!
Но выступления на бис не состоялось, хоть Жаклин того очень хотелось: Беатрис, посмотрев на монитор смартфона, тут же, извинившись, удалилась.

Впрочем, если уж говорить честно, то сама Жаклин тоже жутко хотела побыть одна (ну, в смысле, почти одна) и очень устала. Все же подниматься в гору – это совсем не одно и тоже, что бежать по прямой. Потому, предложение пораньше лечь спать, расценила как гениальное, тем более, что в предоставленном в их с Оливером распоряжение вагоне можно было безвылазно жить хоть месяц! Наверное, так и живут люди вместе: принимают ванну, обнимают друг друга, лежа на кровати, думая каждый о своем и ни о чем. Жаклин, откровенно говоря, вообще не интересовало, как это бывает у других, но вот так – ей нравилось. Иногда и она могла быть тихой и спокойной.
Сегодня она предложила почитать вслух. Жаклин любила декламировать (и на удивление ее голос становился мягче и хриплость превращалась во что-то царапающее душу, а не раздражающее, будто карканье вороны). Джеки нравилось, как течет стихотворная речь. А что может быть лучше, чем «Ромео и Джульетта» в преддверии посещения Вероны?
Она достала коллекционное издание Шекспира (Жаклин с ума сходила от красивых книг, и, зная, что они отправятся в Верону, не могла устоять и не прихватить эту… в этом было что-то… шарман! Книга и город, город и история любви! Ах!) и перенесла их на страницы истории о любви и ненависти, которую каждый раз читала будто заново… Может, поэтому это и гениальное произведение, потому, что с возрастом, ты находишь в его строках иные смыслы? И начинаешь создавать их сам?

Верона-город страсти и запретов,
Где грустью дышит дворик и портал
И творчеством известного поэта
Любви достойной создан идеал

Враждующим двум кланам в примирение
Любовь жестокости дала отпор
Конец вражде и их спасенью
Подписан смертью мирный договор

В Вероне все достойно подражанию
Известный дворик,маленький балкон
Вот бюст Джульетты в скорбном ожидании
Ведь ждет Ромео,Он в нее влюблен,,,

Века проходят,годы и столетья
Легенды смысл живет в сердцах
Все мы восторженны,как дети
С Шекспира томиком в руках (с.)

Оливер обнял Жаклин, которая читала, лежа на боку и подперев голову рукой, за талию. Притянул ближе к себе и зарылся лицом в волосы на затылке:
- Я так и усну.
- Ну и спи! Разве Шекспир и мой каркающий голос – не лучшая колыбельная на ночь?
- Джеки! – Жаклин чувствовала, что он смеется. – Ты самокритична.
- Я – откровенна и не приписываю себе больше, чем обычная гениальность! – она засмеялась в ответ. – Ты меня отвлекаешь!
- Я передумал спать.
- Вот тебе раз! Никогда бы не подумала, что Шекспир и мой каркающий голос – это так возбуждающе!

***
Утро в очередной раз началось с сытного завтрака. Однако сегодня Жаклин не была так голодна, потому выбирала лишь то, что действительно любила или хотела.
А дальше их ждала Верона.
Жаклин уже бывала в этом городе, потому обычные туристические маршруты ее не слишком привлекали. Но, как дань уважения Шекспиру, посещение Casa di Giulietta было обязательным!
Для прогулки она выбрала шелковую юбку и блузку достаточно спокойных тонов, шарфик и милую сумочку от Диор. Жаклин хотелось выглядеть романтичной. Ну, по ее стандартам романтичности, конечно.

- Это будет сюрприз!
- Хорошо.

Они продвигались по улочкам Вероны, и, держась за руки, вывернули на Пьяцца делле Эрбе. Площадь тут же встретила их оживленным шумом, смехом и звоном струй фонтана Веронской Мадонны.
- Ты знал, что статуя Мадонны – очень древняя! Она римская. Датируется каким-то там четырехсотым годом…? Представь? И до сих пор ее лик радует жителей и туристов?
- Откуда ты все это знаешь?
- Я же высокообразованная леди!
Оливер в ответ только брови приподнял: очевидно, тут какой-то подвох!
- Эх, ну, конечно, я просто готовилась! Почитала немного, пока ты утром спал! – Жаклин улыбнулась. – Мне нравится узнавать факты самой! Этот – показался интересным.
- Чтобы не отставать, похвастаю знанием того, что на этой площади можно увидеть здания разных стилей: готику и барокко, тебе что больше нравится: Дом купцов или Дворец Маффеи?
- Последний, я люблю стиль барокко.
- Можно было и не спрашивать, - усмехнулся Оливер. – Так и куда мы идем?
- На башню!
- ?
- Будем любоваться видами Вероны с высоты 83 метров! Там, на башне Ламбрети, есть смотровая площадка! Раз уж мы любовались красотой гор, почему бы не продолжить обозревать красоты с высоты?
- Отличная идея! Я ни разу там не был. Ну, в смысле, о башне, конечно, знал, но бывать га ней не доводилось.
- Только поедем на лифте! У меня после вчерашнего подъема ноги гудят! А там их какое-то запредельное количество! Около восьмиста что ли!
- Ты все продумала как посмотрю!
- Я же сказала: сюрприз! А потом будем есть джелато?
- И перекусим в Osteria Sgarzarie – там чудесные креспелле! Ты пробовала с местным сыром и травами?
- Нет, не-а!
- Чудесно, тогда это будет ответный ход.
- Ох, Оли, у нас целых два вагона-ресторана, а мы ударились в рассуждения о еде, находясь в Вероне. Мы прекрасная парочка!
- В Италии еда – романтика. Два в одном. И, да, прекрасная!
Жаклин засмеялась в ответ:
- Согласна по всем пунктам!

...

Каспиан Росс:

- О, наш личный фотокорреспондент! - Каспиан показал Лиз большой палец. Дождался Монику, и объявил всем троим:
- Хитрый жук Ноа пожадничал делиться компанией своих дам, поэтому вы сегодня, мои дорогие, только мои!
И это прекрасно, совершенно прекрасно!
- Я проконсультировался с нашим мистером Ирвингом, - поделился Каспиан. - Нам дали несколько советов и забронировали пару мест. Смотри, Моника, в Арене ди Вероне экскурсии идут до 19-30, поэтому первым делом предлагаю ехать сразу туда. Концертов оперных сегодня там, к счастью ли, к сожалению ли, нет. Любишь оперу? - мимоходом поинтересовался он. Сам он был к опере по большому счёту равнодушен. Ходил изредка, только потому что "так надо". - Но и других концертов или представлений сегодня тоже не дают. А после сразу можно в Terrazza Arena Sky, это рядом с Ареной. Уже начнёт темнеть, виды с террасы будут прекрасные, да и мы уже проголодаемся. Дальше - по обстоятельствам. Готовы к приключениям? Такси подано.

Каспиан предложил двум девушкам взяться за его локти, третьей пообещал поделиться этой частью тела попозже, и повёл своих дам к месту стоянки такси. Посадил Лиз на переднее сиденье, Мнику - на заднее сиденье справа, сам забрался в центр и уже изнутри протянул руку Хизер. В малиннике, так в малиннике!
- Я определённо не прогадал, - пошутил он, чтобы девушки не смущались.
И машина повезла их к старинному строению.


На экскурсии их маленькой группке рассказали, что Арена-ди-Верона настоящий амфитеатр, который построили древние римляне. В Италии Арена занимает третье место по величине. Огромное сооружение из розового мрамора возведено в 30 году — ему почти 2 тысячи лет! Слава строителям, которые поработали на совесть — Арена пережила сильное землетрясение 12 века. Две тысячи лет назад лет назад здесь собирались зрители, чтобы посмотреть на гладиаторские бои, публичные зрелища и грандиозные представления. В Средние века на Арене проводились рыцарские турниры, а с начала XX-го века на Арене проводится один из самых знаменитых оперных фестивалей в мире. В 2024 году фестиваль начал отсчет своего второго столетия!
Что ещё поражает в Арене, так это ее масштабы. Состоящая из 44 ярусов сидений и вмещающая до 22 000 зрителей, она остается настоящим архитектурным шедевром и доказательством инженерного гения Римской империи.
В наши дни Арена продолжает очаровывать туристов со всего света. В летние месяцы она превращается в одну из самых впечатляющих в мире оперных площадок под открытым небом, где музыка и история сливаются воедино прямо под звездами.
Сцена Арены огромна и зрелищна, и мастера, что умеют и любят работать с монументальными пространствами, получают здесь возможность творить в полную силу: на сцене сооружаются целые города (Древний Китай и старинная Севилья, Париж XIX века и Рим Наполеоновских войн), огромный хор не приходится прятать за кулисами («Тоска»), а если в опере намечаются танцы, то зрителей радует большой ансамбль фламенко («Кармен» или «Трубадур»). Лошади, ослики, кареты, торжественные процессии – Арена ди Верона создана для эпичных зрелищ. Не случайно именно здесь состоится закрытие зимней Олимпиады 2026. Праздник спорта, как и праздник театра, будет, мы уверены, совершенно необыкновенным. Ведь древняя, но вечно юная Арена по-прежнему рада гостям.

Каспиан с интересом слушал экскурсию, ходя, где это возможно, конечно, под руку со своими спутницами, периодически даже отвоёвывая Лиз у её фотоаппарата. Из всего сказанного, помимо впечатляющей древности строения, его особенно заинтересовал факт про Олимпиаду этого года. Может, махнуть сюда? Приобщится к такому немаловажному событию? Вообще в Вероне ранее ему не доводилось побывать. После завершения учёбы он, как и полагается в их среде, путешествовал. Но маленькая, привлекающая скорее романтикой Ромео и Джульетты, Верона не заинтересовала молодого и холостого парня. И пусть он до сих пор холост, но сейчас этот город уже был способен оценить.

...

Шах Шарма:

Библиотека должна была стать идеальным убежищем: тишина, мягкий свет резных абажуров, глубокий диван и давно ждавшая своего часа книга. Но Шах забыл главную истину роскошных путешествий в хорошей компании: тишина - это роскошь.
Когда в зале появились Жаклин, Беатрис, Жюстин и Габриэль с шутками про Винчестеров и лёгким хаосом, Шах понял, что попытка почитать проиграна. Впрочем, наблюдать за этим импровизированным концертом было даже забавнее, чем следить за сюжетом романа. Шах закрыл книгу, оставив палец между страницами, и с лёгкой усмешкой прислонился спиной к дивану, наблюдая, как Беатрис извлекает из старинного рояля первые густые, бархатные аккорды.
Когда музыка стихла под очередную порцию споров о слезах Жаклин, Шах негромко кашлянул, привлекая к себе внимание.
- Кажется, библиотека перестала быть библиотекой? Хотя должен признать, после вчерашнего приключения на скалах рояль звучит значительно безопаснее.
- Hi, Токугава-сан.
Шах посмотрел на книгу, лежавшую у него на коленях.
- Я начинаю подозревать, что мне не стоило брать эту книгу. - На обложке красовался сёгунат. - Хотя, возможно, это просто дурной знак. Я выбрал книгу о Японии и оказался в компании людей, которые разговаривают цитатами из «Сверхъестественного».
Беатрис улыбнулась. Разговор постепенно ушёл от музыки к дороге, Вероне и тому, кто чем собирался заняться после прибытия. Шах успел спросить, часто ли Беатрис бывает в Италии, и уже собирался продолжить, когда в дверях появился Свен. Шах первым заметил его и едва заметно улыбнулся. Судя по выражению лица и тому, как Свен остановился у книжного шкафа, причина его появления в библиотеке была совершенно очевидна. Он перевёл взгляд со Свена на Беатрис, и промолчал.
Через пару секунд Свен подошёл ближе.

Шах медленно поднял чашку, которую всё это время держал в руке, и сделал глоток, допивая чай.
- Пожалуй, мне тоже пора подготовиться к посещению Вероны, - сказал он вставая. - Увидимся позже.

Вернувшись в своё купе, Шах первым делом сменил расслабленный твид на более элегантный и строгий костюм, подходящий для вечернего выхода в город шекспировской драмы. На секунду задержавшись у зеркала, он поправил воротник рубашки. После вчерашнего инцидента на скалах позволить Аманде гулять одной казалось ему не лучшей идеей.

Он вырвал чистый лист фирменной бумаги поезда, достал ручку и аккуратно вывел несколько строк уверенным, размашистым почерком:

«Мисс Бонафонте,

Верона прекрасна в вечерних огнях, но брусчатка её улиц коварна не меньше швейцарских скал. Если вы планируете прогуляться, а лимит приключений на время путешествия не исчерпал себя, буду рад составить вам компанию. Жду вас у выхода из вагона через тридцать минут.

Ш. Ш.»

Шах свернул записку и, выглянув в коридор, окликнул проходящего мимо стюарда.
- Будьте добры, доставьте это в купе мисс Бонафонте. Без ответа, просто в руки.
Стюард кивнул и взял конверт. Шах вернулся к креслу, взял с вешалки пальто и бросил взгляд на часы.


Позже в Вероне

Верона встретила их тёплым вечерним светом, узкими улицами и тем особенным шумом итальянского города, который совершенно не похож на лондонский: здесь люди не столько спешили, сколько перемещались между кафе, магазинами и площадями, неизменно находя время остановиться поговорить.
Вскоре впереди показалась река.
Шах замедлил шаг, когда они вышли к Понте-Пьетра. Старый каменный мост был свидетельством римской истории Вероны. Каменные арки отражались в Адидже, между ними мерцала вода, а за рекой поднимался зелёный склон, над которым виднелись старые здания.
- После вчерашнего дня я решил, что сегодня предпочту достопримечательности, которые не требуют страховочной системы, - улыбнулся Шах, подавая женщине руку.
- Будете напоминать мне об этом до самой Венеции?
- А вдруг вам снова захочется подняться на скалу в сапогах?
Они остановились посреди моста. Шах опёрся ладонью на тёплый каменный парапет и несколько секунд молча смотрел на воду.
- Красиво, - признал он наконец.
Аманда посмотрела на него с улыбкой.
- И без страховочного троса.
Шах повернул голову к Аманде.
- Я вижу, вы быстро учитесь использовать мои аргументы против меня.
Услышав её ответ, он рассмеялся.
Они продолжили путь, перешли на другой берег и вскоре оказались среди более тихих улиц. Здесь почти не чувствовалась суета центральных кварталов. За стенами старых домов прятались небольшие дворики, сады и кафе.
Через несколько минут они остановились у входа в Giardino Giusti. За воротами виднелись высокие кипарисы, каменные статуи и строгие геометрические линии старого сада.
Шах посмотрел на Аманду.
- Мне кажется, это подходит нам обоим.
Он открыл перед Амандой ворота.
- После вас.

...

Ана Франиль:

Ана сидела за столиком у окна, разложив перед собой несколько туристических буклетов. Она с интересом изучала карту Вероны, время от времени заглядывая в описания достопримечательностей. На карте исторического центра всё выглядело достаточно компактно, чтобы успеть обойти за раз, но вот как оно окажется на самом деле... Знаменитый же балкон, похоже, судя по фотографиям, давно превратился в место паломничества туристов со всего мира. Последнее обстоятельство её несколько смущало. Она, конечно, ничего не имела против романтики, но стоять в очереди среди сотни желающих сфотографироваться на фоне балкона ей совершенно не хотелось.
Она задумчиво водила пальцем по одной из улиц, когда заметила Ноа.
Улыбка появилась сама собой. В нём было что-то располагающее, пусть даже знакомство было совсем ещё коротким. Поэтому, когда он подошёл к столику, Ана с готовностью отложила буклеты в сторону.



Ноа заговорил о своём плане, и Ана слушала его с возрастающим любопытством. Предложение прогуляться по городу в его компании показалось ей весьма заманчивым. Однако довольно скоро выяснилось, что у этой прогулки есть ещё одна участница, а сама Ана нужна, по всей видимости, для того, чтобы молодожёны могли спокойно провести вечер вдвоём.
На мгновение её улыбка стала чуть менее уверенной. Конечно, ничего страшного не произошло. Просто ей почему-то хотелось, чтобы он пригласил её не только ради того, чтобы составить компанию ему и Габриэль. Впрочем, подобные мысли следовало оставить при себе. Они едва знакомы, и, с одной стороны, это вполне логично, хотя и немного обидно.
— Так-так, — наконец произнесла она, с лукавой улыбкой глядя на собеседника. — То есть ты приглашаешь меня, чтобы я защищала Габриэль от тебя или тебя от Габриэль? Или, может быть, вы просто решили, что третья девушка в компании — это необходимое условие для удачного вечера?
Она весело рассмеялась, давая понять, что шутит, и отпила немного кофе.
— Ладно, уговорил. Я согласна. Ризотто звучит убедительно, а от балкона Джульетты я действительно готова отказаться. Но джелато я выбираю сама. Это принципиальный вопрос. Только, Ноа, имей в виду: я тоже девушка, и мне тоже иногда хочется, чтобы меня приглашали на прогулку, и не исключительно в качестве сопровождения.
Она улыбнулась ему чуть шире, надеясь, что он поймёт шутку именно так, как она задумана. А потом снова взглянула на буклеты.
— Кстати, а ты сам уже бывал в Вероне? Или мы все трое будем блуждать по городу наугад, делая вид, что прекрасно знаем дорогу?

***

Собрав буклеты, Ана вернулась в своё купе, чтобы переодеться перед прогулкой. Для Вероны она выбрала свой любимый брючный костюм — тот самый, в котором приехала в первый день. Он был элегантным, удобным, и отлично подходил для прогулки по итальянским улицам. Термос она решила не брать: всё-таки они отправлялись не в горы, а в город, где кафешек наверняка больше, чем туристов. Но на всякий случай сунула в сумку небольшой зонтик. Кто знает, какая погода их ждёт?

Когда поезд остановился, Ана вышла на перрон и огляделась. Она поправила сумку на плече и отошла в сторону, дожидаясь Ноа и Габриэль.

...

Габриэль Арно:

Cамая роскошная женщина — та, которая получает удовольствие от самой себя…

Верона. Италия.

Когда солнце клонилось к закату, а поезд катился по тёплой итальянской низине, Габриэль начала собираться на вечернюю прогулку по Вероне.
Она выбрала платье насыщенного алого оттенка — цвет будто вобрал в себя пламя и спелую вишню, переливаясь в свете ламп едва уловимым атласным блеском. Плотная ткань легла по фигуре без лишних складок, подчеркнув изящный силуэт: облегающий крой мягко выделил талию и бёдра, а длина ниже колена придала образу лёгкую загадочность — будто в этом была своя игра: показать ровно столько, чтобы взгляд невольно возвращался снова и снова.
Спереди платье оказалось предельно закрытым — высокий ворот под горло будто намеренно прятал ключицы и линию шеи, создавая почти монашескую строгость. Эта нарочитая сдержанность только усиливала контраст: она не приглашала рассматривать, а заставляла догадываться. И именно эта недоговорённость делала образ куда более притягательным, чем любая откровенность. А вот спина стала главной интригой наряда: глубокий вырез начался чуть ниже лопаток и плавно спустился вниз, обрамлённый тонкой окантовкой из той же ткани и не предполагавший наличие белья. Она не дала силуэту стать слишком откровенным, но при этом эффектно подчеркнула линию позвоночника, изгиб поясницы, саму уязвимость и силу этого изгиба — и в этом была особая, почти дерзкая элегантность.
На ногах оказались золотистые лодочки от Кристиана Лабутена: их благородный металлический блеск деликатно перекликался с атласным отливом платья, а тонкий каблук сделал походку летящей, чуть нарочито уверенной, будто она точно знала, как на неё смотрят. В руке она держала компактный клатч в тон платью: жёсткая прямоугольная форма, лаконичная короткая ручка и едва заметная золотистая фурнитура. Он не отвлекал, он завершал образ.
Причёска получилась гладкой, волосы она аккуратно убрала назад — так, несмотря на закрытый перед, не потерялось изящество выреза на спине, а сама линия силуэта стала ещё чище. Макияж вышел выразительным, но не перегруженным: акцент на губы в оттенке, который идеально совпал с цветом платья, будто это была не косметика, а сама природа цвета; глаза она подчеркнула лишь тонкими стрелками и лёгким сиянием на внутренних уголках — этого хватило, чтобы взгляд казался чуть темнее, глубже, будто в нём таилась тайна, которую она не собиралась раскрывать. Из украшений она оставила только миниатюрные серьги‑гвоздики: образ строился на силе цвета и безупречном крое, а не на деталях.
Но прежде чем открыть дверь купе и выйти на перрон, она на секунду замерла, и в памяти вдруг всплыл утренний разговор с Ноа.

Она тихо усмехнулась, вспоминая эту его хитрую полуулыбку. «Ну да, как же дипломатия, — пронеслось у неё в голове с дерзкой усмешкой. — То есть ты просто не хочешь тащиться по лавкам вдвоём и надеешься, что втроём это будет выглядеть как светское мероприятие, а не как паника от свидания. И ведь почти убедил». Ей нравилась эта его манера всё оборачивать так, будто он не просит о помощи, а великодушно предоставляет тебе шанс поучаствовать в его гениальном плане.
«Ладно, пусть будет Ана, — мысленно фыркнула Габриэль, поправляя горловину платья. — Зато я смогу делать вид, что вообще ни при чём, если мы ничего не найдём. А если найдём — скажу, что это всё её заслуга. Идеально».
Посмотрев на себя в зеркало — как всегда, чуть критично, будто искала малейший изъян и не находила, — Габриэль позволила себе искреннюю улыбку: ту, что появлялась, когда решение было принято, когда она наконец‑то разрешила себе быть не просто красивой, а желанной — не для кого‑то конкретного, а для самой себя. В этот вечер она хотела просто быть здесь, дышать этим городом, ловить отголоски чужой радости и позволять себе хоть немного чувствовать себя живой. Пусть любовь в её жизни пока звучала чужими клятвами и отражалась в чужих улыбках — в этот вечер этого было достаточно. Глубоко вдохнув, Габриэль поправила клатч, чуть вздёрнула подбородок — и открыла дверь.
Перрон Вероны ждал.

...

Лиз Монтгомери:

Они поехали к Арена-ди-Верона и прекрасно провели время на экскурсии. Величественный амфитеатр понравился Лиз. Она сделала много удачных снимков и благодаря Каспиану не осталась и без собственных фотографий.
Ей было интересно послушать про оперный фестиваль, не очень – про Олимпийские игры, но в целом Арена впечатляла.
– Раньше из подобного видела только Колизей в Риме, – сказала Лиз спутникам, спросив и о дальнейших планах. – Я бы хотела посмотреть на знаменитый балкон Джульетты, даже если это не совсем он, а то, что за него выдают. Просто быть в Вероне и не увидеть главную достопримечательность города, мне кажется, не комильфо, – улыбнулась девушка Монике и Хизер. – Вы как?
Еще она помнила о предложении Габриэль, но пока не увидела ничего интересного.

...

Моника Уолтер:

Арена ди Верона

Моника, уже хотела удалиться в купе, чтобы немного подготовиться к культурной программе, когда в бар заглянул Оливер с Жаклин.
- Все хорошо. Но в следующий раз, я все же не буду так усердствовать со спортом.
- Кас обещался нас выгулять по Вероне и потом вернуть на Континенталь в целости и сохранности.
Моника поднялась.
- Прошу меня извинить, но я удалюсь, надо немного припудрить носик, перед выходом, - девушка покинула компанию, чтобы успеть собраться на прогулку.
Зайдя в купе, Моника открыла шкаф. С небольшим сожалением она посмотрела на свои ботильоны, но одеть их сегодня не решилась. Поэтому подобрала платье, которое довольно сносно смотрелось с кроссовками и курткой. Немного обновила макияж, схватила шоппер, в который кинула бумажный пакет, который заранее попросила приготовить стюарда, и поспешила на перрон. Когда на перроне она не увидела никого никого кроме Каса, Хизер и Лиз, выдохнула с небольшим облегчением.  Мало ли кто еще мог упасть к ним на хвост. Лежа сегодня в кровати, она пообещала себе, что будет стараться как можно реже сталкиваться со Свеном. Ни к чему это. Так будет спокойнее.
 А когда Кас посадил их всех в такси, так вообще возвела глаза к небу. Мысленно поблагодарив  мужчину за такой подарок. Проделывать весь путь пешком было бы тяжело.

Они перемещались по амфитеатру за экскурсоводом.
- Надо погуглить, где он,- предложила Моника - единственное что я знаю, что там всегда очень много народу, так как все хотят сфоткаться, но он слишком мал и поэтому образуются огромные очереди.
 Они зашли через темный каменный проем, стуча обувью по  ступеням, а потом петляя между ярусами сидений пару раз повернули  и  через каменную арку спустились на саму арену, в самый центр, где над головой развернулось бездонное фиолетовое небо. Их сопровождающий продолжал рассказывать историю амфитеатра.
 
Моника сначала внимательно слушала экскурсовода, а потом отвлеклась на каменные развалины вокруг, повернулась к их небольшой компании и зашептала.
- Слишком сухо, можно было бы добавить чуть-чуть красок. Я в прошлом году занималась редактированием книги про Италию. В начале 14 века в Вероне вынуждены были выпустить закон о туалете. Указ  запрещал справлять нужду внутри Арены и грозил штрафами за взлом ворот. То есть люди того времени совсем не считали Арену чем-то величественным. А в 1382 году на Арене праздновали свадьбу Антонио делла Скала и Самаританы да Полента, вроде бы ничего такого, если бы не длительность празднования - оно длилось 25 дней. Я бы умерла, столько есть и пить, - В этот момент Моника почувствовала, что-то мокрое на щеке, провела пальцами, думая что ей просто показалось, как еще одна капля упала на переносицу. Девушка перевела взгляд на небо, на котором еще несколько минут назад видела солнце стремящееся в закат. Прямо над на амфитеатр стремительно надвигалась черная огромная туча, что было совсем неудивительно для октября. Количество капель резко увеличивалось, а укрыться было особо негде. Экскурсовод начала показывать куда можно было укрыться от дождя, но до туда еще нужно было добежать.
- Лиз прячь фотоаппарат, - воскликнула Моника, - Кас, ты знаешь, где тут рядом стоянка такси? У меня в сумке есть с собой термос с глинтвейном. Бежим скорее!!!
Зонта у Моники не было, но была кожаная куртка, которую она сняла и накинула на голову.
- Кого еще приютить во временном  скромном убежище?

* понятия не имею как устроена арена, описала как сумела)))

...

Беатрис Д`Арси:

Наш импровизированный концерт отвлек месье Шарму от книги о сегунате Токугава. Джеки неостановима, но порой ее энтузиазм полезен, как в случае с песней. Это выдернуло из видеоконференций, просто видеозвонков и последних согласований по контрактам. Премьера принесет много, много работы. И дни съемок согласовывались вплоть до секунды. Совет от Тин-Тин «просто поставить на беззвучный» не сработает, они все равно достанут – или через Стиви, или через Марселя. Габи, как соседка по купе, когда я открыла через минут 10, собиралась, вероятно, там и прибить, но потом решила помиловать. «Тебе сейчас если сниматься, то не в 007, а в Ходячих мертвецах» - заявила мадемуазель Арно, и в чем-то она была права. Поэтому приглашение принимаю, но не в ту сторону, где дом Джульетты – там я была много раз. Не совсем я, maman и cousine настояли, пусть это знаменитая история, но из бессмертной классики Шекспира у меня другие любимые произведения. Piazza delle Erbe находится сравнительно недалеко, и, если там соберется большая толпа, как обычно бывает после обеда, Cortile del Mercato Vecchio совсем рядом. Или Piazza dei Signori. Для того, кто объездил полмира, Верона не была новизной, но если это столь весомый повод для радости, то почему и нет. Иначе, если я вернусь в купе, придет время главного убойного оружия. Джеки будет петь под дверью. А это страшно, я-то знаю.
- Invitami nella piccola Roma, signor, - жест рукой в сторону Leone alato di San Marco. – Мы жили в Вероне два года, так что на поезд не опоздаем. Некоторые улицы сейчас настоящие autoroutes centrales, но их можно обойти вооон теми дворами.
- Тогда мне повезло самым лучшим экскурсоводом.
- Proprio così, - поворот до Cortile del Mercato Vecchio, если срезать путь, не такой шумный, как тот, что у Дома купцов. – Если есть вопросы, le meilleur guide touristique est à votre service.
- Дом Джульетты?
- Во-первых, там собираются все, ну, или почти все. А во-вторых, мне больше нравится «Макбет».
- А какие еще книги тебе нравятся?
- Из русских, пожалуй, «Мастер и Маргарита». В цитатах Воланда есть своя философия. А секрет Бегемота прост – он кот. А вот и Cortile del Mercato Vecchio.
Улочки Вероны прекрасны всегда, но особенно в лучах заходящего солнца. И если разделить la bellezza della piccola Roma с кем-то еще, в это есть sfuggente ma interessante.

...

Ноа Уинтерботтом:

Я рассмеялся на заявление Аны про выбор джелато и ее легкий упрек насчет приглашений.
– Договорились, Ана, - с улыбкой сказал я в ответ. - Выбор джелато - это священное право, на которое я даже не смею посягать. А насчет персонального приглашения... исправлюсь при первой же возможности. Что же касается Вероны - поверь, мой внутренний компас работает куда точнее любых буклетов.

Вечер 28 сентября

Когда The Continental остановился на вокзале Вероны, а закатное солнце окрасило старинные стены в медовые оттенки, я уже ждал на перроне. Честно говоря, я думал, что девушки по традиции опоздают на полчаса, но реальность превзошла все мои самые смелые фантазии о прекрасном!
Сначала из вагона появилась Ана - безупречная, элегантная, в потрясающем брючном костюме, который сидел на ней с таким достоинством, будто итальянские улицы строились исключительно под ее походку. А следом за ней вышла Габриэль. И в этот момент отельер во мне, оценивающий эстетику во всех ее проявлениях, на секунду потерял дар речи. Алое атласное платье, облегающее силуэт, золотистые лодочки и летящая, уверенная походка. Оставалось надеяться, что брусчатка города не отнесется враждебно к тонким шпилькам.
Я кашлянул, возвращая себе привычную невозмутимость, сделал шаг им навстречу и галантно подставил локоть сначала одной, потом другой.
– Леди, - произнес я, чувствуя себя абсолютно самым счастливым и довольным собой человеком на этом итальянском вокзале, между двумя чертовски красивыми женщинами. - Официально заявляю: Верона не готова к нашему появлению. Если местный мэр увидит этот состав, он потребует переписать все путеводители.
Я окинул взглядом их обеих - от безупречной прически Габриэль до уверенной улыбки на невероятно красивом личике Аны и победно подмигнул:
- Ну что, красавицы, план прежний: находим лучшую остерию, и помним, что выбор джелато сегодня лежит исключительно на плечах Аны.

Верона

Мы свернули с шумных туристических троп ближе к старинной части города, где уличные фонари отбрасывали мягкий свет на средневековые арки и мощеные брусчаткой переулки. Оставляя позади толпы зевак у пресловутого дворика Джульетты, я уверенно вел своих спутниц в сторону небольшой, скрытой от посторонних глаз площади, где располагался один из лучших секретных коктейль-баров Вероны с видом на древние римские руины.
– Леди, - обернулся я к девушкам, замедляя шаг рядом с ними под сенью увитой зеленью каменной стены. - Забудьте про очереди к фанерным балконам, настоящая Верона по вечерам пахнет свежим эспрессо, выдержанным амароне и легким авантюризмом.
Габриэль качнула бедрами, ловко обходя лужу на брусчатке в своих золотистых лабутенах, и бросила на меня оценивающий взгляд через плечо:
– Признайся, Ноа, ты заранее проложил этот маршрут или просто надеешься, что мы заблудимся и тебе придется спасать нас в темноте?
– Я лишен заблуждений, Габи, - притворно печально сказал я, чувствуя, как вечерний прохладный воздух раздувает задор момента. - Только четкая логистика генерального менеджера, уставшего от шаблонных экскурсий.
Ана остановилась у витрины небольшой ремесленной лавки:
- Ты уже бывал здесь?
- Дважды.
Она одобряюще покачала головой и тихо заметила:
- Пока тебе удается держать марку, Ноа. Но если через десять минут мы не найдем ризотто, о котором ты говорил, или заведение с приличным джелато, вся ответственность за дипломатический кризис ляжет на тебя.
- Принято, - улыбнулся я, подставляя им локти для дальнейшего прохода по узкой улочке, ведущей к мерцающим впереди огням скрытой террасы. - Риск - это моя работа.

Я привел их к тяжелой двери скрытого за арками бара Archivio - культового уединенного местечка в самом сердце старой Вероны, куда не добираются шумные толпы туристов. Дверь отворилась, и нас встретил полумрак, густой аромат выдержанного вермута, авторских миксов и тихий джаз, льющийся из скрытых динамиков. Заведение было крошечным, почти камерным, с потертыми кирпичными сводами и атмосферой абсолютной приватности.
Я галантно придержал дверь, пропуская дам внутрь, и обернулся к ним с улыбкой:
– Добро пожаловать в тайный штаб тех, кто предпочитает непарадную Италию. Прошу, - он помог устроиться сначала одной, потом другой девушке. - Здесь делают, по моему скромному мнению, лучший в регионе коктейль на основе амаро, а бармен смотрит на мир с таким же скепсисом, как вы на утренний подъем в гору.
- А ризотто?
- Следующий пункт программы. Я не говорил, что начнем с него. Я говорил, что мы его найдем. Здесь мы выпьем по одному коктейлю, - пояснил я. - А потом я лично доставлю вас к ризотто. Обещание остается в силе.
Ана окинула взглядом стильный интерьер, плавно опускаясь в свободное кресло и с улыбкой покачала головой:
– Ладно, Ноа, должна признать: после утренних разговоров про сувениры я ждала худшего. Место выглядит так, будто здесь вершатся судьбы кантона.
Габриэль расстегнула лаконичный клатч, грациозно устроилась напротив и, чуть прищурившись, посмотрела на меня из-под длинных ресниц, позволяя платью с открытой спиной эффектно смотреться на фоне старинной кирпичной кладки:
- Не спеши его хвалить, Ана. Посмотрим, что он предложит нам выпить. Пока что этот план держится исключительно на моем алом платье, твоем здравомыслии и его самоуверенности.
- Самоуверенность - это профессиональное качество управляющего отелем, дорогая, - подмигнул я, присаживаясь рядом и жестом подзывая бармена. - За что пьем? За успешную эвакуацию жениха в закат или за то, чтобы через час никто из нас не вспомнил дорогу к балкону Джульетты?

...

Хизер Тейлор:

- Чао, рагацци! - Хизер блеснула отрывистыми знаниями итальянского из разряда самых известных фраз. Возможно, в чём-то приврала. И таки приврала, ибо окончание у "рагацци" (парни) - множественное, а Каспиан-то один. Параллельно Хиз пыталась понять, есть ли в Каспиане романтический интерес, но склонялась к выводу, что ему реально просто приятно пообщаться и побыть кавалером при дамах. Ну а ей тоже было приятно внимание симпатичного джентльмена, каким ей виделся Каспиан, даже если оно чисто дружеское.

Арена впечатляла масштабом и своей историей. А способны ли строить в их время так, чтобы это было, во-первых, способно сохраниться две тысячи лет, а во-вторых, было этого достойно? Даже уже ставшие историческим достоянием замки - сколько их в Англии и Шотландии сохранилось в неизменном виде? Либо уже руины, либо глобальная перестройка лет четыреста назад. А уж современное... Понятно, что речь не о частных жилых домах, это, скорее, о каких-то выдающихся общественных постройках - здании Австралийской оперы, например. Что с ней будет лет через пятьсот? Жаль, им этого не узнать...

- Лиз, а у тебя есть места, которые ты хочешь увидеть в Вероне? - полюбопытствовала Хизер. Сама она крайне мало знала об этом городе. В голове отложилось только про дом и балкон Джульетты, ну и что это в принципе красивый городок, но это и так понятно - все старинные городки красивы своей стариной, а архитектура у итальянских городов очаровательная в принципе. Хизер видела Падую, была в Риме, и ещё в старших классах школы ездила с экскурсией в Венецию, из которой только и запомнила, что толпы туристов, катание на речном общественном транспорте - вапоретто, и улочки-каналы. Может, в этот раз впечатления останутся более яркие и интересные?

- Говорят, там всё время толпы туристов, - засомневалась Хизер. На самом деле, ей всё-таки было бы любопытно посмотреть, пусть она и читала, что это всё ненастоящее и на самом деле всё было не там. Но какая разница, если хочется если не верить, то хотя бы допускать, что происходило всё в подобном месте?
- Ну да, - Хизер засмеялась, - месяц почти гулять, с ума сойти! То ли дело мы - шесть дней в дороге и потом ещё парочка собственно праздника, да?
Дождь? Хизер закопалась в свою сумочку и с ликующим возгласом выудила из неё зонт. Маленький, карманный, с небольшим куполом, способным спрятать под собой голову и плечи. Он уже не раз её спасал, не подвёл и сейчас. Она раскрыла зонт над головой, подняв его повыше. Под него можно спрятать и две головы, если тесно встать.
- Лиз, - позвала она девушку, раз Моника уже придумала как сохранить голову сухой.

...

Каспиан Росс:

- Нууу... - с сомнением протянул Каспиан. Самое разрекламированное место Вероны зачастую оборачивалось разочарованием из-за толп туристов и невозможности спокойно подойти, посмотреть, попозировать.
Хизер тоже озвучила про толпы, как и Моника, но на лице Лиз горела такая надежда всё-таки увидеть это знаменитое место...
- В принципе, ничто нам не мешает доехать до этого дома, посмотреть хотя бы со стороны на балкон, - предложил он. В конце концов, мечты должны исполняться. И, даже разочаровывающие, должны быть отмечены в списке галочкой "сделано". - Не думаю, что вас потянет отстаивать огромную очередь для фото с балкона. Но сначала на Террасу. А там, глядишь, и народ под балконом поредеет.

Дождь? Зачем дождь?
- Эй, отключите дождь, мы его не заказывали! - возмутился Каспиан, поднимая голову к небу и понимая, что это или сильно, или надолго, если не то и другое вместе.
Моника сообразила накрыться курткой, запасливая Хизер добыла из недр сумки зонт, экскурсовод профессионально была готова ко всему. А у Лиз была сложная техника.
Он скинул с себя куртку, прикрывая ею плечи и голову Лиз и немного себя.
- Так, - Каспиан придвинулся вплотную к спутницам и кивнул в направлении места, на которое указывал экскурсовод. - Сначала - крыша, потом - такси! Вперёд!

И уже под прикрытием крыши заказал такси в приложении, посмотрев, какое место посадки определилось поближе к ним. До выхода из Арены они прошли по внутренним арочным коридорам, оставалось лишь немного пробежаться до такси.

Машина за несколько минут домчала их до отеля "Милано", на крыше пятого этажа которого и находилась Terrazza Arena Sky Lounge Bar & Restaurant, ресторан-бар с панорамным обзором на город и историческую Арену. К сожалению, под открытым небом было уже не посидеть, посетителей размещали в зоне под тентом. Каспиан заказал закусок на всех, предоставляя каждой выбрать что-то персонально для себя. И им требовалось выпить!
- Глинтвейн? - предложил он. - Моника, ты свой пока побереги, я надеюсь, мы долго гулять будем, и его время ещё придёт. Попробуем местного.

...