LuSt:
Персиваль Эверетт "Джеймс"
Признаюсь, подходила к книге с опаской, потому что в детстве Том Сойер и Гек Финн были зачитаны до дыр, а здесь автор написал свое переложение Гека от лица беглого раба Джима, который вообще-то Джеймс и фамилию, если бы мог себе выбрать, взял бы Голайтли. Я видела в отзывах, что книга сплощь BLM-но-повесточная, и за это Эверетта наградили всеми мыслимыми премиями в Америке, но поскольку ранее я у него читала романы "Глиф" и "Американская пустыня", мне было любопытно, как же он присобачит к Твеновскому канону свои любимые лингвистические шутеечки и французских философов. Не спойлер: у него получилось!
Выясняется, что "да, масса, ой, а что за индея, мы тутешние" и прочие просторечия - это специальный ломаный язык для разговоров с белыми, а между собой негры общаются на обычном правильном английском. И когда белые из уст черных слышат грамотную речь, это их выбивает из колеи и пугает почище, чем направленный в лицо ствол. Как ни парадоксально, подобный стереотип и по сей день может сидеть в сознании, и во многом его сформировала массовая культура, где рэперы через слово употребляют слова-паразиты, а чернокожие девушки в реалити-шоу все как одна жопастые хабалки, и поэтому когда в жизни или на экране возникает темнокожий человек с грамотной, спокойной и поставленной речью, кто-то впадает в когнитивный диссонанс.
События романа во многом повторяют сюжет канона, но с оптикой Джима, и автор более полно раскрыл эпизоды, когда Гек отсутствовал, чем в это время занимался Джим. Да, все белые в романе если не откровенные подонки, то просто нехорошие люди, которые не считают черных за людей. Для них негры - это собственность, как животные. Вам же не придет в голову спрашивать корову, в настроении ли она дать молока - вот так и с неграми в то время. Считается, что они неграмотны и не тянутся к знаниям, потолок их развития - тяжелый физический труд за еду и кров. Но Джим, как выясняется, умеет читать писать, как и многие его собратья, просто держат это в секрете, ведь за найденный у негра блокнот или карандаш его могут линчевать. Почему? Да потому что зачем рыбе зонтик, и вдобавок краденый. Своих-то денег у рабов нет, а даже если бы и были, стали бы они тратиться на то, чем не умеют пользоваться? То-то же.
Если в оригинале Твен так же порицает рабство и угнетение, но делает это голосом белого мальчишки, который сызмальства привык к такому положению вещей и только ближе познакомившись с Джимом, начинает задумываться, а почему, собственно, дела так обстоят, то здесь звучат голоса самих рабов и их мнение по поводу происходящего. Уже идут слухи о грядущей гражданской войне, но Джеймс делает круче - он не примыкает к одним белым против других, а самостоятельно борется за свободу свою, своей семьи и своего народа.(4)
Настёна СПб:
Отзыв копирован.
Фонд культуры «Екатерина»: КАТАЛОГ «ВИДЕНИЕ ТАНЦА. СЕРГЕЙ ДЯГИЛЕВ И РУССКИЕ БАЛЕТНЫЕ СЕЗОНЫ»
Издание стало частью проекта к 100-летию Русского балета Дягилева в 2009 г., подготовленного Фондом культуры «Екатерина» совместно с Третьяковской галереей и Новым музеем Монако (музеями, в которых проходила выставка). Монако молодцы, но поздно спохватились: когда Лифарь предлагал им создать полноценный музей Русского балета, князь интереса не проявил.
Каталог, в котором история Русского балета разворачивается поэтапно, рассматривать и рассматривать. Дягилев умел слышать эпоху, потому над его спектаклями работали выдающиеся художники различных направлений. Бакст и восточная «Шехеразада», Ларионов и русские «Русские сказки», Якулов и советский «Стальной скок», Челищев и «звёздная» Ода» и многие другие.
Интересно сравнить два балета «Байки про Лису». В первой версии Нижинской Михаил Ларионов (художник обеих постановок) создал Кота, самого серьёзного персонажа сказки, по образу и подобию самого Сергея Павловича (похож!). В версии Лифаря…
Или две версии «Песни Соловья»: хореография Мясина с Карсавиной и Баланчина с Марковой.
А какое буйство красок в балете «Бал» (художник де Кирико)! Я бы ради потрясающего «итальянского» костюма сама отказалась от главной роли, чтобы на меня надели оранжевые штаны и нарисовали татуировки в виде сердец (главную роль исполнял Долин, «итальянца» – Лифарь).
В альбоме приведены интересные фотографии (увы, некоторые неверно датированы), какие-то я увидела в первые. Очень симпатичное групповое фото из класса Чекетти 1925 г. (у меня есть другое, с поимённым списком): сам маэстро с супругой, Долин и Лифарь, Соколова и Дубровская, Данилова и Никитина, Маркова и Савина… Вспомнила, что недавно читала, как Долин приглашал юную Алисию Маркову в кафе и кино, чтобы ей было не так грустно и одиноко… Печальные фото с похорон (всё же мне кажется, что в чёрном Шанель, а не Мися Серт)…
Хороший каталог. Но мне осталось непонятным, почему в нём (и на выставке?) не представлены многие интересные балеты. Нет почти классического «Лебединого озера», нестандартных «Ланей», шедеврального «Блудного сына» (последней дягилевской премьеры)…
Оценка – 5.