kosmet:
Алура, у меня тут свекровь решила погостить...
но я постараюсь завтра написать несмотря ни на что 
Ир, надеюсь ты хорошо погуляла
ЛюБанькин:
Оля , ждем
kosmet писал(а):
несмотря ни на что
А если не получиться, то тем слаще будет почитать новый кусочек после долгого ожидания
kosmet:
Ирис писал(а):
Правда уже как сосулька, зашла кофе попить
бедная, отогревайся
А продолжение будет, обещаю
agnia:
Ирис писал(а):
А продолжение будет, обещаю
Олечка,уж больно грустно, мне стало, без наших мальчишей-плохишей!
Но я не настаиваю,все понимаю!
ДЕРЖИСЬ!
Пушкарик:
Оля не торопсь пообщайся с родственниками, а потом и продолжение появиться! Подожду сколько нужно!
kosmet:
» Глава 12 часть 1
Леди, кусочек, выстраданный между играми сына и рассказами свекрови о незнакомых мне родственниках
надеюсь, ничего не влепила сюда не по теме 
Глава 12 часть 1
Ей не нравилось то, что Грегори был хмурым. Такое положение вещей – ее совершенно не устраивало.
Катти поджала губы и чуть прищурилась, рассматривая недовольное выражение на лице любимого. Серьезно, он слишком остро воспринял все.
Освободившись из его рук, она прошла по пустой комнате, в которой не было ничего, кроме огромной кровати, и подошла к стрельчатому окну, только отмахнувшись, на грозный рык и предупреждающее: «К-а-т-ти». И с интересом высунула взъерошенную голову в оконный проем, осматривая раскинувшийся в окрестностях лес, наслаждаясь колючим касанием ледяных порывов ветра, который, завывая, бился о стены древнего замка.
Лина не совсем понимала, в чем именно довелось ей участвовать сегодня. Она с трудом удерживала в сознании хоть что-то, кроме желания быть рядом с Грегори.
Но там, на той равнине, с которой они только вернулись, было нечто такое, что заставило ее отойти от этого своевластного вампира.
Едва надрывный голос плачущей девушки затянул странный речитатив, неясная сила поманила Лину приблизиться, подойти так, чтобы оказаться в самом центре всего происходящего.
Что-то притягивало ее в тех словах, взывало к Каталине из-под земли…, словно из другой реальности. Что-то устремилось к ней, пробегая по нервам и венам, обжигая их силой.
То, что несмотря и на всю усталость, наполнило ее бурлящей, непонятной энергией, стремящейся вырваться, вылиться в какую-то шалость.
В отличие от всех остальных девушек, измотанных ритуалом, ею владела жажда действия. Но этот упрямый вампир был непреклонен.
Впрочем, она еще и не начинала пробовать его растормошить.
Лина уперлась локтями в каменный подоконник и положила голову на кулачки, с интересом глядя, как треплет ветер ее каштановые волосы. Ее колени упирались с прохладную каменную стену, а босые ступни ощущали малейшую шероховатость и неровность гранитных плит пола.
Было нечто непривычное во всем происходящем. Что-то в ней было не так, как всегда. Откуда эта странная уверенность, что раньше ей весьма не помешало бы подобное чувство осязания и способность растворяться в воздухе? Например, чтобы уклоняться от летящих пуль…
Только бы вспомнить, что это – пули?
Она немного нахмурилась, не обращая внимания на приближение Грега, которое ощущала мягким ласканием колеблющегося воздуха к ее коже. Разве так не всегда было? Хм…
Но она никак не могла ухватить догадку «за хвост». Та, словно лукавая мышка, юрко пряталась от нее в норку тайн разума Каталины, лишь дразня кончиком шевелящихся усов.
Что было до того, как она проснулась сегодня вечером в жарких объятиях любимого? Смутные картинки мелькали в мозгу, но никак не желали становиться четкими.
- Ты должна отдохнуть, К-а-т-ти, - в голосе мужчины слышались лишь отголоски привычной насмешливости.
Кто бы мог подумать, что этот вампир окажется настолько впечатлительным? Лина покачала головой и подалась назад, вжимая свое тело в твердые, напряженные мышцы Грегори. Его руки сомкнулись на ее талии и он надавил, собираясь настоять на своем. Не отдавая предпочтение обычному потаканию ее желаниям и слабостям. Не желая сегодня ей в этом уступать.
Грег был полон решимости уложить ее в постель. И вовсе не для того, о чем задумывалась в этот момент сама Каталина.
Ее такой расклад не устраивал.
Пфф! Этот упертый вампир даже противился собственному желанию укусить ее, не собирался позволить себе вонзить клыки, погружая их все глубже и глубже, чтобы насладиться вкусом ее крови. Хоть Лина и чувствовала, насколько его манил ее аромат.
Мужчины! Вечно они думают, что знают все лучше!
Не совсем понимая источника, из которого в ее разуме рождались такие мысли и идеи, она раздраженно прикусила губу, царапая ее клыками.
Капля крови выступила из небольшой царапины, растекаясь ароматом в воздухе между ними. Грегори напрягся и с шумом втянул в себя воздух.
Ей это понравилось. Звук его напряженного тяжелого вдоха жидким огнем пробежал по сосудам Катти, заставляя все ее тело натягиваться, словно струну. Рот Лины увлажнился, от желания обернуться и поцеловать Грегори. Облизать его. Всего. От манящих насмешливых губ, до впадинки пупка на твердом, плоском животе. И ниже, обхватывая губами чуть влажную головку его напряженной, тяжелой плоти, скользя по ней языком, слизывая терпкий, острый мускусный вкус.
Лина с трудом сглотнула от желания, перехватившего горло.
Она опустила руки, распластывая ладони по камню, нуждаясь в дополнительной опоре.
Будто видя эти картины в ее разуме, он тихо гортанно зарычал, заставляя дрожать малейшую мышцу в теле Катти, и плотно прижался к ней сзади, упираясь ладонями в подоконник поверх ее рук, накрывая ее кисти - своими. Заключая Лину в плен горячего, крепкого, и уже такого возбужденного тела.
- К-а-т-ти, девочка, не дразни меня, - голос Грегори приобрел, привычные ей, лениво-плавные нотки.
Ее вампир забывал о своем волнении. И это было именно тем, чего хотелось Лине, черт возьми! Но и ощущая радость у нее внутри, Грег не собирался идти на поводу общего желания. Наверное, чересчур серьезно относясь к своему защитному инстинкту в отношении ее.
Пффф…
- Ты слишком много перенесла, как для вечера перерождения, и сейчас - будешь отдыхать, - но не в силах перебороть соблазна, он потерся губами о затылок Лины, царапая нежную, чувствительную кожу под волосами кончиками острых клыков. Усиливая ее дрожь. Вызывая недовольный стон тем, что так и не укусил.
Эйфория захлестывала ее от ощущения Грегори, который стоял так близко. Эйфория и жар. Огонь охватил Лину. Дерзкий и шаловливый.
- Я - за активный отдых, Грегори, - прошептала Катти на ухо вампиру, запрокинув свою голову ему на плечо, упираясь затылком.
И облизнула губы. Наслаждаясь видом того, как раздуваются ноздри вампира от вида ее губ, ее языка, испачканного в крови.
Его убежденность пошатнулась…, почти рухнула, поддаваясь желанию и общей страсти.
Почти…
Но, все же, выстояла.
Хм…
Что ж, Лина только приступила.
Дерзко рассмеявшись, она рассыпалась в пространстве, окутывая его собой, оборачивая любимого своим смехом, своей эйфорией. Дразня тьму Грегори. Бросая ей вызов.
И, имея представление о том, что сможет выиграть очень мало времени, рванулась прочь от вампира.
Хохоча. Не оборачиваясь на яростный рык, в котором так явственно слышалось удовольствие от ее дерзости и неповиновения.
- Далеко собралась, девочка? – Грегори догнал ее чрез два шага и ухватил за лодыжку, заставляя смеющуюся Лину снова стать материальной, резко потянул на себя.
Она рухнула на кровать, не в силах совладать с тяжелым возбужденным дыханием, которое все время прерывалось смехом. Но не собиралась так просто сдаваться.
И потому, дождавшись, когда Грегори накрыл ее своим горячим, твердым телом, ощущая, как вибрирует его грудь от рыка, перекатывающегося в горле вампира, Лина призывно посмотрела в черные, пылающие глаза. Потерлась об него, словно огромная кошка, всем телом. Давая прочувствовать каждый свой изгиб.
Закусила губу, закидывая руки ему на плечи…
Не думая о том, что собиралась сделать.
И притянула к своему рту губы вампира, жадно впиваясь в них поцелуем.
Но едва его ладони уперлись в кровать по обеим сторонам от ее головы, и Грегори неистово завладел ее языком, перехватывая доминирование в этом поцелуе, Катти снова растворилась тьмой.
Низким, хриплым смехом скользя по его коже.
Радуясь легкому ссаднению от того, что его клыки, в попытке ухватить, остановить ее, поцарапали ключицу, пуская тонкую струйку крови, которую вампир не успел слизнуть языком. Лина хотела ощутить его укус, но не поддалась.
Оказавшись сверху, она ухватилась за край сорочки, стаскивая ее с Грегори через голову так, чтобы обездвижить руки любимого, выигрывая себе еще хоть секунду преимущества. И ловко соскочила с кровати.
Рык вампира перешел в рычание, заставляя отдаваться вибрацией эха каждую жилку в теле Катти. Но не смог унять дерзкого, бросающего вызов, смеха.
- Рано обрадовался. Сначала - догони, - хрипло бросила она, уворачиваясь от его рук и быстро устремилась прочь от звука разрывающейся ткани, к единственной двери в этой комнате, имея слабый расчет, что это удержит его хоть ненадолго.
Но и сама не ушла без потерь, оставив лоскут платья у него, зажатым между ног, когда Грег попытался перехватить ее без рук.
Ох, ей, определенно, нравилось дразнить своего вампира!
Она не рассчитала его любви к борьбе.
Грегори настиг ее до того, как Катти успела захлопнуть за своей спиной тяжелые двери. Его рычание оглушило ее. Дезориентировало.
Они повалились на пол, между деревянными и металлическими подставками. Покатились по полу между пиками и мечами, задевая их, сбрасывая на пол. Оба задыхаясь от дикого желания и смеха. Наслаждаясь этой импровизированной дуэлью.
Грег крепко обхватил ее талию, не позволяя Лине потерять плотность, и перевернулся, падая так, чтобы Каталина оказалась сверху, защищая ее от удара о каменный пол «оружейной». Но едва его спина коснулась пола, как мужчина перекатился, подминая под себя Лину, сжимая ее бедра жадными ладонями, вдавливая ее в себя.
- И куда ты теперь денешься, девочка? – Его губы накрыли свежую царапину, с жадностью слизывая ручеек крови, который уже успел сбежать до груди.
Одна рука Грега скользнула вверх, не снимая - разрывая остатки ткани, обнажая тело Катти. И язык вампира прошелся по ее коже, собирая алые капли, оставляя влажный след.
Волоски на ее коже встали дыбом и она сама дернулась, вжимаясь бедрами в его напряженный пах. Ее пальцы погрузились в длинные волнистые волосы, сильнее притягивая, желая…
- Грегори…, - Лина недовольно, хныкающе заурчала, когда вампир, дразня ее, опустил ниже губы, не касаясь сжавшегося соска, так нуждающегося в его влажной ласке. А вместо этого, с хриплым ласковым смехом его губы прошлись чуть ниже, словно обводя контур полушария потяжелевшей груди любимой.
- Мне нравится, когда ты просишь, К-а-т-ти, - проурчал этот наглец и, лизнув ложбинку между грудей, перешел ко второй вершине…
Опять пропуская сосок.
Может быть он внезапно ослеп? Или просто возомнил о себе сверх меры…
- Грегори, не смей…
Она зарычала, изгибаясь под ним, подставляя грудь под его рот. Нуждаясь в том, чтобы его горячий, влажный рот обхватил, втянул ее сосок в себя.
Однако Грегори снова и снова дразнил ее, подходя все ближе к темной острой горошине, но, так и не давая желаемого. А его руки в это время….
Господи! Разве можно было такое делать одними пальцами?! Заставлять забывать ее о том, что Лина собиралась делать. Опять забирая власть в этом состязании.
Его рука уже удобно устроилась между ее бедрами, и пальцы скользили по нежной плоти, растирая по коже шелковистую влагу. Натирали чувствительные места. Снова, нарочно, избегая тех точек, которые жизненно нуждались в этом касании.
Лина застонала. Напряглась, словно сопротивляясь его пальцам. Ей хотелось, чтобы Грегори прекратил эту дразнящую игру и наполнил ее собой, растягивая своей тяжелой плотью.
Но у вампира были другие планы.
- Раздвинь ноги, девочка, впусти меня, - хриплый голос Грега, казалось, раздавался внутри ее тела, щекоча все нервные окончания, - я догнал тебя, теперь ты в моей власти.
Надо было возмутиться и сказать, что все не так. Что она еще не сдалась и не оставила попыток дразнить его дальше…. Жаль, не было сил разжать пальцы… которые так крепко вцепились в его плечи, крепче притягивая к себе Грегори.
С хриплым всхлипом, она подчинилась этой команде, застонав, когда его пальцы оказались в ней. Грегори зарычал, с трудом удерживаясь.
Лина видела, сквозь полуприкрытые веки, как тяжело ему сохранить контроль над своей жаждой овладеть ею полностью. Знала, ощущала, как жаждет Грегори оказаться в ее узкой и тесной влажности, как это желание заставляет его плоть тяжелеть и наливаться, пульсировать, превращая и для него эту игру в мучительную пытку, но такую сладкую…
Она вскрикнула, отвлекаясь от всех мыслей, когда Грег резко толкнул свою руку, нарушая медленный скользящий ритм, и ввел в нее третий палец. Это было так…, так… почти достаточно… Лина зависла на самом краю оргазма.
И Грег знал это, продолжая своими движениями и паузами, мучить ее. Так и не давая того, что желало ее тело. Требуя признания капитуляции в отместку за то, что она дразнила его.
Каталина не могла уже сдерживаться. Ее пятки вдавливались в твердый камень, который давно стал обжигающим от их жара. А ее руки, отпустив его плечи, скользили по граниту, царапая плиты.
- Грегори…
Не видя ничего, даже широко распахнутыми глазами, Лина ухватилась за опору какой-то подставки для клинков, грозя обрушить острые лезвия на них.
Из горла вампира вырвался хриплый довольный смех при виде этого, и он, наконец-то, накрыл губами ее сосок, обхватывая ее кисти ладонью, фиксируя их, продолжая другой рукой свои ласки. Этого оказалось достаточно, чтобы Лина переступила грань.
Она взорвалась в удовольствии, забилась под ним в оргазме, конвульсивно обхватывая пальцы Грегори своим телом.
- К-а-т-ти, - ее имя потерялось в перекатах его рева, когда Грегори смотрел на ее лицо, покрытое испариной от удовольствия. Он никогда не видел никого прекраснее его Катти, особенно, когда она извивалась под ним от страсти.
Его девочка не замечала, вцепившись в деревянную подставку, что ломает ее, не видела, как осыпаются на пол кинжалы. Не слышала звона, с которым металл ударялся о камень. Так близко к ней, что Грегори пришлось приподнять ее, перенести чуть в сторону от упавших клинков. Но Катти и этого не заметила.
Она кричала его имя и вжималась содрогающимся телом в него…
Черт! Не могло быть ничего прекрасней этого!
Не в силах больше терпеть, Грегори с силой рванул пояс своих брюк, чуть приподнимаясь над ней, и запечатав ее стонущие губы своим ртом, вошел в Каталину, замирая на середине от остроты ощущения, от того, как плотно она обхватила своим жаром его возбужденный член.
- К-а-т-ти…- Грегори уже не мог, да и не желал говорить ничего, кроме ее имени, раз за разом, все глубже и сильнее погружаясь в ее тело. Уже забыв о том, что считал первостепенным обеспечить ее отдых, он просто наслаждался ответом Лины на каждое свое движение.
Все больше терял контроль от того, что ее стройные, сильные ноги неистово крепко обхватили его бедра, словно она боялась, что он попытается отстраниться.
Но едва Грегори усмехнулся, понимая, что ее опасения беспочвенны, как ощутил, что Каталина, зарычав от наслаждения, укусила его.
Тьма взорвалась внутри вампира. Его движения стали резкими, отрывистыми, почти грубыми. Он вдавил ее в камень пола, обхватывая руками спину, обнимая, чтобы не причинить своими движениями боль Катти, и с жадностью вонзил свои клыки в ее плоть, раскатывая по горлу вкус удовольствия любимой. Взрываясь в ней, наполняя Лину своим наслаждением.
patricia:
Daaaa, 4itat etu glavu na rabote ne bylo samym umnym resheniem...
Spasibo za ljubimyx gerojev!
kosmet:
patricia, упс...
забыла сделать пометку "не читать на работе", сорри 
patricia писал(а):
Spasibo za ljubimyx gerojev
кулачок:
М-да после таких напряженных часов им просто было необходимо поиграть расслабиться ну и кое чего другого
Спасибо за продолжение было ох как