Долго будет Карелия сниться (остросюжетный СЛР, 18+)

натаниэлла:

Юля - привет!

Спасибо большое за похвалу, мне очень приятно, что удалось это передать.

Верно ты сказала: персонаж тоже весьма непростой . Про Макса мы уже кое-что узнали и поняли, а вот Андрей пока еще кот в мешке. Но, как ты правильно заметила, свои шаги он тоже выверяет с точностью до миллиметра и в этом отношении даст фору Максу Чудинову.

Да, Юля, ты опять права: Андрей для Леры загадка. Но теперь она посвятит ее разгадыванию почти все свое время.

Большое спасибо за отзыв!
Кстати, поздравляю тебя с первым форумным званием!

...

Lady J:

СПАСИБО!

...

натаниэлла:

 » Глава 26 (окончание)

– Вы Самойлов?! – громко ахнула я. – Специалист по сектам из Петрозаводска?
– Можно и так сказать, – подтвердил тот.

Андрей говорил мне, что за мою безопасность в его отсутствие отвечает Миша Самойлов, это имя четко держалось в памяти. Но я никак не ожидала, что им окажется следователь. Как не предвидела и то, что наша первая встреча состоится при таких удручающих обстоятельствах.

– Михаил Самойлов! – воскликнула я и тотчас поправилась: – Михаил Романович, вы же друг Андрея! Почему вы позволили...
– Тихо! – велел следователь. – Пойдемте в мою машину, там и поговорим.

Он встал и помог мне подняться, словно я была немощной старушкой. Отчасти так оно и было: ноги меня держали по-прежнему нетвердо, а голова кружилась. Но хотя я и чувствовала себя слабой, опираться и далее на его руку не стала – то ли из гордости, то ли из смущения. Следователь смотрел на меня как-то странно, словно в чем-то подозревал, отчего мне захотелось втянуть живот, гордо расправить плечи и дать понять, что никакой вины за мной нет и не может быть. Но, может, он на всех так смотрит? Профессиональная, так сказать, привычка...

Оказалось, свою машину Самойлов припарковал чуть дальше по улице. Это был синий «Опель», причем краска была того же самого оттенка, что и свитер владельца. Отчего-то данное совпадение заставило меня улыбнуться – сразу вспомнился анекдот про выбор машины под цвет шнурков. Конечно, это не про Самойлова, но выглядело все равно очень забавно.

– Улыбаетесь? Это хорошо, – проговорил Самойлов, открывая передо мной дверцу. – А то вы мне сначала какой-то бледной показались, болезненной.
– Не бойтесь, в обморок не упаду, – заверила я.

Я и в самом деле почувствовала себя значительно лучше. То, что друг Андрея работает в следственном комитете, было добрым знаком. Значит, и Андрей не преступник!

В машине я устроилась на переднем сидении и окончательно ожила. Специфические ароматы кожи, табака и стеклоочистителя с лимонной ноткой вернули мне привычный боевой дух. Даже адское чувство голода присмирело. Михаил Самойлов сел рядом, покосился на меня, убеждаясь, что со мной возможен конструктивный разговор, после чего выдал:
– От Андрея я такой подлянки не ожидал!
– Что он добровольно сдастся полиции?

– Что он уедет ради ваших прекрасных глаз черте-куда на двое суток, после чего ему как раз и придется «добровольно сдаться». Тоже мне, Ромео!
В растерянности я не нашлась, чем это парировать.

– Хочу вас предупредить, – продолжил Михаил, – не знаю, что там между вами происходит, почему вы то сходитесь, то расходитесь, но если опять начнете отвлекать его от работы, мне придется принять меры. Давайте не будем мешать друг другу.
– Я вас не понимаю, – изумленно заявила я.

Самойлов развернулся на сидении всем корпусом и неодобрительно, я бы даже сказала, вызывающе, принялся меня разглядывать. Я в ответ вздернула подбородок и стала рассматривать его самого.

Петрозаводского следователя нельзя было назвать «писаным красавцем». Выдающийся крючковатый нос, глубоко посаженные глаза, словно топором рубленные черты лица – все это по отдельности никак не согласовывалось с эталоном мужской привлекательности, однако вместе смотрелось (я не посмела этого отрицать) гармонично и по-мужски. Самойлов обладал той самой харизмой «настоящего мужика», что ценят женщины и уважают мужчины. Из-за этого он, возможно, выглядел чуть старше своих лет, я бы определила его возраст в районе сорока, но, скорей всего, ошиблась бы. Глубокие носогубные складки выдавали в нем проницательного циника, что в сочетании с умом, светившимся в глазах, делало его опасным не только для преступников, но и для романтичных барышень, падких на ореол бескомпромиссного борца за справедливость. Мне понравилось, что этот человек явно не пренебрегал спортивными тренировками, но вот его странные слова и в целом нелюбезное ко мне отношение напротив – дико не понравились. Потому я слегка зависла в затруднении: стоил ли сидящий передо мной человек демонстрации симпатии к нему или нет?

– Давайте откровенно, Валерия Сергеевна, какова ваша цель? – спросил меня Самойлов.
– Моя цель? В каком смысле?
– Зачем вам Андрей?
– Так вот прямо и не скажешь, – пробормотала я. – Но вообще-то вас это не касается. Это наше с ним личное дело.

– Никак не пойму, что вы за птица такая, – продолжил Самойлов, не реагируя на мой огорошенный вид. – Навел о вас справки, изучил биографию чуть ли не под микроскопом, и не нашел ничего подозрительного. Просто совсем ничего. Но что у такой, как вы, может быть общего со Стародубцевым и Чудиновым? Да, некогда вы учились на одном факультете с сыном Петра Вадимовича. Однако между вами даже романа не было, это известно совершенно точно. И тем не менее вы с Максимом вдруг срываетесь с места и едете в Карелию. Вы заселяетесь в один номер, держите его под неусыпным наблюдением и практически околдовали всеми признанного ловеласа. А по вам ведь так сразу и не догадаешься, какая вы роковая женщина.

Я просто онемела.
– Не смотрите на меня глазами беспомощной дурочки, – рассердился следователь. – Это Андрей вас подговорил сделать глупость и втереться к Максиму Чудинову в доверие?
– Нет, он тут вообще ни при чем! Мы встретились только в Койвуяги. Случайно.

– Тогда, на кого вы работаете на самом деле? На какой-нибудь федеральный телеканал? Медиахолдинг? Или у вас в плане выпустить скандальную книгу разоблачений? Зачем вам все это?
– Но я… – пролепетала я и остановилась.

– Вы хоть понимаете, что оттягиваете на себя львиную долю внимания? Мне-то что, мне это даже на руку. Пусть они гоняются за вами и не смотрят по сторонам. Но вы сами-то должны представлять, чем рискуете и, главное, ради чего? Когда вы попадете в переплет, а вы в него обязательно попадете с таким подходом и характером, не слишком рассчитывайте на помощь Никольского или мою – у нас свои заботы, да мы к тому же можем оказаться в этот момент далеко. Понимаю, Андрей до сих пор питает к вам слабость, тут ничего не поделаешь, не бывает железных людей без недостатков. Он слеп и не видит дальше собственного носа, тем более, что вы ему однажды жизнь спасли. Да, я все знаю, он мне рассказал! Вот только вам-то зачем заигрывать с огнем?

– Вы меня с кем-то путаете! – сказала я сердито. Но рассердили меня не столько нелепые намеки на мою наглую шпионскую деятельность, сколько новости о прежнем увлечении Андрея. Какая-то девица спасла ему жизнь, и, разумеется, это не могло не оставить след в его сердце. И если он любит ее до сих пор...

– Допускаю, что неверно интерпретирую известные мне факты, – согласился Самойлов, отвлекая меня от побочных мыслей, – однако вижу, что вы меня прекрасно поняли. Андрей сейчас работает со мной, в деле он практически незаменим, и если вы не желаете ему смерти, то лучше бы вам с нами сотрудничать и не доставлять лишних проблем.

Он протянул руку, открыл бардачок и достал визитку:
– Держите, здесь мои координаты. Но для всех будет лучше, если вы перестанете играть в детектива и просто вернетесь в Москву.
Я уставилась на скромный кусочек картона, разглядывая тисненый золотом российский герб и вчитываясь в солидную должность. Самойлов оказался еще и майором юстиции.

– Подождите! – рука следователя снова нырнула в бардачок. – Это тоже для вас. Я не согласен, но обещал передать.

Я взяла сложенный вчетверо лист бумаги и, осторожно развернула. Это оказалась записка, состоящая всего из трех фраз, написанных от руки: «Лера, прости меня, но наш разговор придется отложить до лучших времен. Несмотря ни на что, тебе по-прежнему гораздо безопаснее находится рядом с Максимом, помоги ему все осознать и доверься Мише Самойлову, он лучший. Я сам очень скоро тебя найду и заберу отсюда, ты справишься, все будет хорошо!». Подписи не было, однако я догадывалась, кто автор.

Вот только я совершенно запуталась.
– Михаил Романович, – произнесла я, четко выговаривая слова и стараясь, чтобы мой голос не дрожал. – Андрей Никольский работает в Следственном комитете Петрозаводска и во всем подчиняется вам?

– А то вы не знаете, где он работает, – Самойлов иронично усмехнулся. – Наши ведомства временно решают одну и ту же задачу, поэтому мы объединяем усилия.
– Но тогда как понимать вот это? – я кивнула в сторону музея. – Как понимать, что Андрея взяли под стражу, а вы не вмешались?

– Думаете, я буду перед вами отчитываться?
– Нет.
– Правильно думаете.
Я насупилась.

– Это инициатива моих менее опытных коллег из Суоряви, – уже более мягко произнес следователь, – меня в известность они не поставили. Ну, да ладно, что ни делается, все к лучшему.

– К лучшему?! – я от возмущения всплеснула руками, едва не выронив записку и визитку, но вовремя подхватила их и прижала к груди. – Как вы можете такое говорить?! Эти фанатики отлично знают и Андрея, и его семью, у них давняя вражда! Андрей мешает им, понятно же, что его постараются устранить или обезвредить. Отчего вы не приняли меры?

– Все несколько не так, Валерия Сергеевна, – ответил Самойлов, буравя меня цепким взглядом. – Андрей пока им сильно нужен, причем – живым и здоровым. Чудинов мечтает заручиться его поддержкой. Никольский, собственно, и прибыл в Койвуяги, чтобы внедрится в преступную группировку. Но вы нарушили все тщательно выстроенные планы. Когда Андрей уехал исполнять вашу просьбу, Петру Вадимовичу пришлось искать действенный способ его вернуть. И он не придумал ничего интереснее, чем завести дело на его родственника, Сергея Сергеевича Никольского, почетного пенсионера от образования, ныне исполняющего обязанности директора краеведческого музея.

– Почему? – глупо строила я.
– Да потому что иных рычагов давления на Никольского у него нет. Однако, на ваше счастье, такой поворот для нас оказался даже предпочтительнее. Пусть Петр Чудинов воображает, что у него преимущество, пусть предложит обменять свободу и прекращение уголовного преследования на участие в своем шабаше. Нам этого и надо.

– Вы считаете, что оперативники выполняют приказы Чудинова? – поразилась я.
– С их ролью мне еще предстоит досконально разобраться, но дело не в них. Если бы Андрей не уехал, он бы успел договориться с Чудиновым раньше и до головы в музее дело бы не дошло.

– А вы представляете, что они сделают с Андреем, если узнают, что он ваш человек?
– Очень хочется верить, что им никто об этом не расскажет, – сказал Самойлов. – Ведь не расскажет же, Валерия Сергеевна?
– От меня никто ничего не узнает!

– Андрей считает, что вам можно доверять, хотя сам я сильно в этом сомневаюсь.
– Можете не сомневаться, я не проговорюсь, – сердито сказала я. – В только у меня к вам серьезный вопрос. Почему вы не арестуете всех участников шабаша, а дожидаетесь неизвестно чего? Они же убийцы!

– Я уже, кажется, говорил вам, что не обязан перед вами отчитываться.
– Но вы еще говорили о сотрудничестве!
– У вас есть ценная информация? – проявил интерес следователь. – Я вас слушаю.

– А если я вам расскажу обо всем, что мне удалось выяснить, вы поделитесь со мной вашими планами? Ну, чтобы я чувствовала себя уверенной в завтрашнем дне.
– Нет.
– Это нечестно!
Самойлов рассмеялся:
– Мне нравится, как ловко вы разыгрываете наивность.

– Если так, то я вам ничего не скажу! – я взялась за ручку дверцы.
– Не скажете, даже если это спасет кому-то жизнь? – остановил меня голос следователя.
– Это тоже нечестно, – вздохнула я, опуская руку и принимаясь теребить собачку на молнии своей сумки.

– Ладно, что вы хотите от меня услышать? – миролюбиво предложил следователь. – Если это не выйдет за рамки допустимого, я отвечу.
– Вам известно, кто насадил мертвую голову Антипа на шест во дворе музея? – тихо спросила я, боясь услышать имя Макса. Но Самойлов меня поразил куда больше:
– Известно, это Денис Петрович Чудинов.

– Кто?
– Денис Петрович Чудинов, брат вашего хорошего знакомого. А может и не только знакомого.
– Брат Макса?? – я не поверила своим ушам, но, вспомнив свой жуткий сон, пробормотала больше для самой себя: – Тот самый брат-близнец...

– Почему, близнец? – на сей раз удивленно вздергивать брови пришлось следователю. – Единокровный. Петр Вадимович его признал и дал свою фамилию. Денис старше Максима на несколько лет, и сейчас он исполняет обязанности вице-президента компании «Чудоинвестстройсервис», самой крупной компании холдинга. Вы не знали?

– Продавец пылесосов… ну да, все сходится, – я кивнула, вызывая в памяти дорогие аксессуары, не соответствующие статусу простого охранника и «рыбака».
– На счет пылесосов не знаю, но Денис тоже здесь, в Койвуяги. Остановился в одной с вами гостинице. Неужто не пересекались?
– Пересекались, конечно. Значит, это Денис убил пастуха?

– Ваш вопрос был, кто поместил голову на шест. Но если вы хотите услышать, убивал ли Денис Чудинов лично, то мой ответ «нет, не убивал». Хотя на лесопилке в тот момент, скорей всего, присутствовал.
– А Макс? Он… тоже? Ну, из этой банды сумасшедших.
– Вам видней. Вы же с ним рядом постоянно крутитесь.
– Он сам говорит, что его подставили. Но я не знаю, верить ему или нет. Он очень много врет, – призналась я. – Вдруг, он один из убийц, а я...

– Я не стану вас убеждать, будто Максим Чудинов ангел во плоти, – ответил Самойлов. – Но, если вас это немного успокоит, Андрей считает его нашим потенциальным союзником, а я согласен с ним в том, что Максим, скорей всего, не в курсе всех махинаций, а в последнее время даже начал что-то подозревать и искать компромат на отца. Вот только от этого он не становится подходящей компанией, Валерия Сергеевна, оставаясь в его обществе, вы с каждым часом увеличиваете свои риски. Максим отчего-то не на лучшем счету у своих родственников, и если он слишком близко приблизится к тайне, а вы будете рядом… Ничем хорошим это не закончится.

– Это я понимаю, – я вздохнула. – Но Андрей просит помочь…
– То есть, у вас это взаимно: вы делаете глупости ради него, а он делает глупости ради вас, – Самойлов покачал головой. – Я уже сказал вам, что не одобряю того, что Андрей пишет вам в записке. Развели тут детский сад, штаны на лямках!

– Вы намерены нас остановить?
– Мне не нравятся инициативы Никольского, – честно признался следователь, – хотя идея иметь своего человека во вражеском стане всегда соблазнительна. Вы можете наблюдать, слушать и искать ниточки там, куда нам доступ закрыт. Но вы непрофессионал, и риск не соразмерен вашему вкладу.

– А все-таки, Михаил Романович, почему вы не арестуете преступников? – решила я вернуться к старому вопросу. – Что за странная нерешительность? Вам же про них все известно.
– Вам известно, мне известно, но если не хватит улик, адвокаты в два счета развалят дело, и нам придется всех отпустить. Вы этого хотите? – иронично поинтересовался следователь.

– Нет, конечно.
– Значит, у нас один путь: набраться терпения. Кстати, сейчас ваша очередь, Валерия Сергеевна.
Я непонимающе взглянула на Самойлова, и тот пояснил:
– Чем вы собираетесь меня порадовать в ответ на мою откровенность?

– Мы были вчера у Лашкова, – сказала я медленно, – он говорил о проекте «Магдалина».
– Препарате «Магдалина», – поправил меня Самойлов, – и это не новость.

– Я никак не пойму, что общего между «Сарафармой», убийством пастуха и «Магдалиной». Неужели правда, что с помощью нового психотропного препарата, который обкатывают на людях в Койвуяги, планируют устроить госпереворот? Это Максим мне сказал.
– Его предположение не лишено оснований, – обтекаемо ответил Самойлов. – И да, я допускаю, что «Магадилну» могли тестировать на убийцах пастуха.
– То есть, внушили им пойти и убить?

– «Магдалина»делает из труса – берсерка, из тупого обывателя – хладнокровного героя. С помощью этого препарата можно сподвигнуть людей на что угодно: как правильно голосовать на выборах, когда выйти на улицу жечь машины, какой товар покупать в магазине или просто приказать прыгнуть с крыши – и человек прыгнет, не задумываясь.

– Это военная разработка?
– Нет, это ноу-хау Олега Туманцева, злого гения нашей современности. Для всех было бы лучше, если бы Олег Игоревич работал на государство или, на худой конец, сотрудничал с военными. Но в нашем перевернутом мире куда проще и выгоднее наладить контакт с мафией, там и деньги, и связи, и возможности иного порядка.

– Мне известно, что Туманцев создал фирму «Дидона»...
– Да, и очень скоро этой фирмой и талантами самого Туманцева заинтересовался Петр Чудинов, ставленник Ивана Стародубцева. Они заманили Туманцева в секту, уж не знаю, что именно ему пообещав, и вот уже несколько лет оболваненный химик не только выполняет их заказы, но и разделяет убеждения своих покровителей. Он предан им душой и телом.

Я закусила губу. Да, попасть в секту просто, а вот выйти из нее практически невозможно. Циничные руководители, являясь отличными психологами и манипуляторами, никогда не выпускают угодивших к ним людей из своих цепких лап. А уж как они умеют красиво петь, я могла убедиться на примере Максима Чудинова. Хотя он наверняка бледная тень по сравнению со своими умудренными многолетним опытом родителями. Только сейчас, благодаря рассказу Самойлова, подлинный масштаб катастрофы стал вырисовываться передо мной во всей своей неприглядности.

– Как долго вы за ними следите? – спросила я следователя.
– Достаточно долго. Но с формальной стороны к ним трудно подкопаться. Ко всему прочему «Магдалина» является новейшим уникальным изобретением Туманцева, у нее гибкая формула, но принципы ее изменений нам пока не известны. Мы подозреваем, что дело еще и в грамотном сочетании химического и психофизического фактора. Взять хотя бы предыдущие добавки Туманцева: «Дидону-А» или «Дидону-С» – в них нет ни одного компонента из реестра запрещенных средств. Но стоит принявшему капсулу услышать определенную музыку с наложенными на звуковой ряд словами, не слышными уху, он готов подписаться на что угодно.

– Гипноз?
– Гипноз требует времени и не дает стопроцентный результат, ему можно удачно сопротивляться, есть даже специальные методики. Здесь же человек полностью оказывается во власти оператора, его критическое сознание отключается, и он воспринимает внушаемые идеи как свои собственные. По отдельности, я имею в виду – внушение и химическое вещество – все тоже работает, но не столь идеально, процент неудач гораздо выше и приближается к четверти случаев. А вот в комплексе, да еще при высокой вариативности формулы, осечек нет вовсе. Массовая обработка населения, чего мы боимся, даст не меньше девяносто девяти попаданий из ста. Поскольку препарат имеет свойство накапливаться в организме, он позволяет атаковать целевые аудитории в порядке очередности. В нужный момент все подвергшиеся обработке, вне зависимости от темперамента, пола или возраста, откликнутся на призыв и будут делать то, что им укажут. Туманцева не зря называют гением.

– Мне сказали, что его «Дидона» эффективна при лечении зависимостей и маний различного толка, – робко вставила я.
– Да, с этого он начинал, но в том и проблема, – подтвердил Самойлов. – Сам по себе препарат чист, я уверен, так будет и с «Магдалиной». Все предыдущие экспертизы не дали нам права возбудить дело по статье о незаконном обороте наркотических средств.

– «Магдалина» еще не поступила в широкую продажу?
– Нет, это экспериментальное средство. Но в организм она попадает различными путями: с питьевой водой, с едой, с ароматами. Пока зона ее распространения ограничена пределами этого городка, но это только начало.

– А причем тут Купала?
– Купала – это демонстрация, на которой будут явлены возможности продукта. Сюда съедется весь гадюшник, чтобы лично взглянуть, во что они вложили свои деньги.
– И вот тогда вы одним махом накроете их всех!

– К этому моменту нам требуется подготовить солидную доказательную базу. Нам нужны не только простые исполнители, у нас приказ взять верхушку, а это, прямо скажем, не самые последние люди в нашем государстве. Стародубцев и Чудинов мелкие сошки по сравнению с теми, кто сделал на них ставку. Нам очень сильно повезет, если мы сможем застать их на месте преступления и вменить им соучастие в человеческом жертвоприношении. И, разумеется, мы не можем допустить, чтобы они начали беспокоиться раньше времени.

– А если они успеют кого-то убить прежде, чем вы вмешаетесь? Как с Антипом. Это же ваш прокол!
– Да, Антип это серьезный прокол, никто не спорит, но с тех пор кое-что изменилось, и ничего подобного больше не случится, – сурово ответил Самойлов, но это меня совершенно не успокоило.

– А если откроется портал, что вы станете делать?
– Вы, взрослая и образованная девушка, верите в сказки? Или сектанты уже успели промыть вам мозги?
Я смутилась:
– Но разве Андрей…

– Мы пользуемся этой легендой, потому что имеем дело с религиозными фанатиками. Они верят в мифы, я допускаю даже – искренне верят, и мы с ними не спорим. Да, вот такой у нас сложился казус: «Магадалина» оказалась в руках ненормальных последователей древних жрецов Юмалы. Увы, в этом клубке сплелись самые разные интересы, и мы сейчас шагаем по тонкому льду. Один неверный шаг – и все насмарку, – Самойлов глубоко вздохнул.

– А какая роль по легенде у Андрея?
– Он наследник древнего колдовского рода Липкиниеми, хранителей этой земли. Сектанты верят, что без благословения Хранителя их деятельность незаконна и, на нашу удачу, желают соблюсти все формальности, ведь Купала в этом году какая-то особенная. А в том, что Андрей в силу своей подготовки куда лучше сыграет роль местного колдуна, чем его пожилой родственник, сомневаться не приходится.

– Но это очень опасно! – не удержалась я.
– Напоминаю, здесь все рискуют, даже вы, Валерия Сергеевна, – следователь побарабанил пальцами по рулевому колесу и добавил: – Какое-то неправильное у нас с вами сотрудничество выходит, как игра в одни ворота. Я вам все как на духу, а в ответ мне тишина да новые вопросы. Есть ли от вас вообще какая-то польза?

Я слегка покраснела, но нашла в себе силы искренне поблагодарить:
– Спасибо за информацию, Михаил Романович, но я правда пока не знаю, чем могу вам помочь. Вы обо всем осведомлены куда лучше меня. Вы осматривали лесопилку?

– Дважды. Вчера я там побывал в одиночестве, а этим утром мы там все облазили уже вместе с Андреем. Он отлично умеет читать следы.
«Так вот где он был и почему опоздал на встречу!» – догадалась я. Конечно, стоило ему прибыть в Койвуяги, как его разлюбезный Миша сразу нашел ему занятие.

– И что там было?
– Извините, но вас это не касается. Чем меньше вам известно, тем меньше риск, что вы проболтаетесь. Нечаянно, конечно.

Я понимала скептицизм следователя и решила не обижаться на него попусту. Я для него и впрямь только новая головная боль, а вовсе не реальный помощник.

– Я могу вам показать снимок сапога, – предложила я с тихим вздохом. – Если подошва этого сапога совпадет со следами убийц, оставленными на лесопилке, у вас будет еще одно доказательство. При условии, что вы потом сумеете это грамотно оформить, а не просто раздобыть оригинал.
– Где вы нашли этот сапог? – спросил Самойлов.

Я пояснила где и при каких обстоятельствах. А потом с помощью блютуса перегнала на телефон следователя все ценные снимки: и сапог, и автомобильные номера «Гелендвагенов», и автофургоны возле раскопок. Последнее Самойлова особенно заинтересовало.

– Когда вы их сфотографировали? – уточнил он, разглядывая белые фуры. – Вчера я туда наведывался, ехал той самой грунтовой дорогой и ничего подобного не увидел

– Правда? – я удивилась. Мне почему-то казалось, что эти автофургоны так и будут стоять на одном месте. Но, видимо, мне довелось застать редкий момент, когда их уже разгрузили, но не отправили в обратный путь. – В тот день на раскопках никого не было, работы были отменены. Наверное, тот, кто доставил груз, знал, что ему не помешают любопытные взгляды.
– Но ваш взгляд подоспел вовремя, – усмехнулся Самойлов. – Что ж, спасибо, будем работать с новыми зацепками.

– Я думаю, на этих машинах привезли оборудование для создания спецэффектов, иллюзий и миражей, – высказала я осторожную догадку. – Вы слышали про миражи на Варозере?

– Слышал. Возможно, для успеха «Магдалины» они задействуют еще и зрительные рецепторы, а не только слуховые. То, что Стародубцев и компания привезли сюда генераторы высокочастотного излучения, не подлежит сомнению. Просто музыкой из репродуктора горожан не обработаешь, для массового покрытия требуются более продвинутые технологии. Хотя владельцы «Сарафармы» это дремучие язычники, к работе они подходят с научной основательностью.

– Оборудование они хранят на лесопилке? – догадалась я. – Вы эти следы с Андреем искали?
Самойлов хмыкнул.
– Только сами туда нос свой не суйте, ладно? – сказал он.

– Ладно. А могу я спросить, – начала я, ободренная своей догадливостью, – что сказал свидетель, из-за которого Андрея арестовали?
– Какой свидетель? Не было, скорей всего, никакого свидетеля. Либо тоже «Магдалина» постаралась.

– Но как же, – я растерялась, – Марат сказал, что Андрея видели возле лесопилки в день убийства. А свидетель действительно был, я это точно знаю. Вот я и подумала…
– Любопытно, что же вы подумали? – Смойлов, прекратив рассматривать фотки, повернул ко мне голову.

– Студентка Даша с раскопок назначила в том месте свидание парню, с которым познакомилась на танцах в местом Доме культуры, – сказала я, – и, по странному стечению обстоятельств, это свидание почти совпало во времени с убийством. Я подумала, что полиция этого парня нашла.

– Любопытно, – повторил Самойлов, – Дашу мы допросить повторно пока не сможем, ее сегодня с утра родители забрали. Приехали и, как говорится, от греха… А вот других мальчиков-девочек будет не лишним еще раз вызвать на откровенность. Вам известно имя кавалера?

– Только имя и известно – Андрей. Ну, еще внешность: светлые волосы и голубые глаза. Марат ведь проводил какие-то расспросы в лагере? Он мог услышать то же, что и я. В итоге, у полиции оказалось словесное описание, и они подумали на Никольского.
– Или им помогли подумать в нужном направлении, – проговорил следователь, – потому что никаких протоколов с упоминанием свидетеля в деле я не видел.

– Вот еще что, – поспешно добавила я, – этот Андрей-свидетель состоит в клубе «Дом Яромудра», но об этом известно не только мне, но и Максиму Чудинову, я уж не говорю про Марата. Если мы не хотим получить на одного покойника больше, надо опередить настоящих убийц. Макс мог о свидетеле рассказать совсем не тем людям, да и материалы, собранные по делу, тоже могут оказаться не в тех руках. Возможно, где-то в полиции утечка.

– Будем искать, – Самойлов кивнул и протянул мне руку. – Спасибо за откровенность, Валерия Сергеевна. Если это все, то не смею вас больше задерживать.
Я пожала его твердую сухую ладонь и выбралась из машины. Расстались мы, кажется, вполне довольные друг другом.

Уже глядя вслед отъезжающему «Опелю» я спохватилась, что не спросила Самойлова о случайно оброненной фразе, так меня смутившей. Почему Андрей сказал, что я спасла ему жизнь? Или Самойлов и впрямь всего лишь перепутал меня с кем-то? А может, Андрей соврал, чтобы оправдать отъезд? И где же он все-таки работает?..

Я посмотрела на записку, которую сжимала в руке, раскрыла ее и перечитала. «Я сам очень скоро тебя найду и заберу отсюда, ты справишься, все будет хорошо!» Перед глазами возникла увиденная сцена, как Андрей укутывает меня в свою куртку на берегу озера. Но вдруг не озера, а моря? Или Москвы-реки? Это давало мне надежду, что мы выберемся из Карелии живыми.

Именно об этом я и мечтала, когда направилась по дороге в сторону «Карельского чуда». Я не хотела вспоминать о том, что поезд увозил меня в Москву в слезах и без попутчиков, я твердила, что сама кузнец своему счастью и будущее зависит от меня – иначе, зачем мне все эти силы, зачем магия, если она не поможет ничего исправить?

Когда я перебралась через Койвушу по деревянному мостику, мне почти удалось себя в этом убедить.

...

Наядна:

Ната, спасибки за главу и графику! Очень интересно посмотреть на всю ситуацию с рациональной точки зрения Михаила

...

Диана Казанцева:

Всем привет!
Нат, спасибо за главу! Коллаж классный
А Самойлов-то на "защитника" вовсе не похож, грубый мужик какой-то, напоминает скорее цепного пса)) у Леры поначалу разговор с ним получился, как у слепого с глухим)) наехал на нее, толком ничего не объяснил, обрывками все. Правда потом выяснилось несколько довольно любопытных фактов, что Андрей из Следственного комитета, и что его внедрили в преступную сектантскую группировку. И что у Макса есть брат, и что он находится в той же гостинице Вот так дела. Как все далеко зашло. Лера в таком круговороте оказалась. Не позавидуешь. Что дальше-то будет?
прототип «Магдалины», я думаю, существует и в нашей жизни. Как ты хорошо написала про выборы и про машины

...

натаниэлла:

Всем привет!


Ира, пожалуйста!

Ну да, никакой мистики, этим СК не занимается




Диана, спасибо.

да, защитник из Самойлова не ах. Да и печать его профессии на характере стоит.
но потом все-таки они общий язык с Лерой нашли))

Нет-нет, сам Андрей не из СК, немного из другого министерства, но он в настоящий момент сотрудничает с СК
Смотри:

Но к преступникам он действительно собирается внедрится по заданию.

Да, у Макса обнаружился братик)))

ты знаешь уже: избушка на болоте где Лера оказется в полном одиночестве.

"Магдалина" в романе, конечно, это фантастика. В том смысле, что официально ее не существует. Но разработки чего-то подобного (с параллельным воздействием на психику в слуховом и зрительном диапазонах) в нашей стране велись с 80х годов. Если сиё занятие не бросили (а я думаю, вряд ли), то что-то похожее наверняка в арсенале военных (или спецслужб) имеется.


Спасибо за ваши комментарии. девушки!

...

Margot Valois:

Ната, дорогие Леди, всем доброго времени суток и благодарю за продолжение!
Ничего себе, насколько высоки ставки - честно, я впечатлена.
Образ Михаила Самойлова весьма интересен - он представляется человеком конкретным, вдумчивым и ответственным, даже внешность его поддерживает данный образ. Очень надеюсь, что он сможет помочь героям, по крайней мере, он рассуждает здраво, и мне это нравится, и обладает необходимыми полномочиями. Даже Леру у него получилось успокоить и дать надежду, что всё в итоге завершится благополучно.

...

Tannit:

Приветствую!
Спасибо за продолжение. Хороший тематический постер в начале главы.

С Михаилом все ясно, неясно, как Лера стала инициатором возбуждения уголовного дела, сам будучи ни сном ни духом. Еще ожидается приезд следователя из Москвы?
И про спасение ею Андрея тоже было бы интересно узнать.
От кого Макс получил психотропные средства для работы с Лерой? Представляется, что не от отца, а от Стародубцева. Макс уже просек, что его используют "в темную", будет что-то делать.
Лера по возвращении в гостиницу познакомит его с его братом?

...

натаниэлла:

Рита, привет!

да уж, наворотила я))) но коли замах на рубль был, то и результат копеечный не пойдет.

Самойлов - профессионал в своем деле. У него есть задача, он ее решает. В силу вышеназванных причин ему приходится сотрудничать с другими ведомствами и исполнителями. Не все и не всегда его устраивает. Но он честно старается наладить контакт с любыми людьми. Вот и с Лерой тоже пытается выстроить разумные отношения.
Спасибо за твое мнение и комментарий!


***
Таня -
спасибо за отзыв. Рада, что коллаж привлек твое внимание.
Ошибку поправила

Это ты о чем?

пока он не приедет. Самойлов как бы местный, внимания особого не привлекает, ведь расследуют всего лишь убийство пастуха, пусть и на религиозной почве. Если ради Антипа пришлют человека аж из Москвы, понятно же, что преступники насторожатся. Не бывает такого. Об этом Самойлов Лере скажет через главу. Но понятно, что следствие по делу Сарафармы и ее заказчиков ведется не только в Карелии, но и в других местах.

Это Андрей сам расскажет - чуть позже.

не от отца точно. Макс же считал его невиновным. психотропные средства и запись на диктофоне он получил в одном месте.

Будет, конечно. Он жить хочет.


нет, Макс про брата знает уже. Года два назад с ним познакомился.
Спасибо, Таня!

...

Элен-ка:

Очень насыщенная глава в плане диалога. Но... вроде бы многое узнали, и в то же время ещё больше загадок получили.

Нат, привет!!!

Этот Миша Самойлов, появление которого мы так ждали, оказался совсем не тем героем. Андрей сказал, что он защитит Леру, но тот и не думает этого делать. Вывалил на бедную девушку кучу претензий, не спросив элементарного - что её беспокоит и чем он может помочь. Я уверена, что он истинный патриот и жизнь свою отдаст в борьбе с преступностью, но у подобной работы есть и минус - люди черствеют душой, всем не доверяют и считают только свои доводы правильными. И хотя он единственный, кто сказал Лере уезжать в Москву, всё же симпатии к нему никакой. Одни недовольства вмешательством Леры в жизнь Андрея, и никакой, в общем-то, поддержки. Вот так и хотелось дать ему подзатыльник и рассказать о реальной роли Леры во всём этом. Он не верит в сказки... Что ж, стоило Лере продемонстрировать хоть парочку полученных навыков

Нат, не перестаю удивляться и восхищаться твоей способностью раскрывать тайны, создавая при этом новые Про Андрея так толком и не узнали: за что сидел, в каком конкретно ведомстве работает, куда ездил. Видно, только от самого Андрея это и узнаем. Так что, очень жду продолжения!

...

натаниэлла:

Лена, салют!

Да ладно))) только одна новая загадка - про то, кто и как Андрею жизнь спас. А все остальные загадки старые. Просто под другим углом их поставили.

У Миши - работа. Кто ему Лера, чтобы о ней особую заботу проявлять?
Если смотреть с его колокольни, Лера - журналистка, которая вдруг оказалась в центре очень большой аферы и грядущего скандала. Что напрашивается? Она разнюхала что-то и лезет разоблачать. При этом может реально повредить расследованию. Живет она в одном номере с сыном фигуранта уголовного дела (а может и спит с ним ради информации?). Да еще вмешивается в планы конкретных людей, из-за нее Андрей куда-то сорвался с места, все бросил, а Мише одному выкручиваться. Будет Миша таких непонятных девиц любить и защищать? Вряд ли.

вот тут верно говоришь: на подобной работе удержится только циник и человек, не принимающий чужую беду близко к сердцу. Это как врач не должен рыдать из-за каждого своего пациента, хотя у каждого доктора, по поговорке, свое кладбище. Думаешь, зря не позволяют расследовать убийства родственникам жертв? Они не объективны и не всегда адекватны.

наверное, Миша не сталкивался ни с какими чудесами в своей жизни. Потому и вырос сугубо практичным и прагматичным.

Все верно))) Теперь Андрею пришла пора самому за себя говорить. Прочие уже высказались.
Лена, спасибо за комментарий! Как всегда - очень ценный взгляд на вещи

...

LiLinochka:

Наата, спасибо за продолжение Много полезной информации сообщил следователь, никакой магии сплошная наука)

...

Tannit:

Химик Петя ей сообщил, что в Москве расследование началось как-то при ее участии. Он видел в деле ее фамилию.

...

натаниэлла:

не. там не так.

дела Петя-химик не видел, кто завел его - тоже.
В частном разговоре следователь сказал, что Лера рекомендовала Петю как хорошего специалиста.


***
Лина - спасибо за комментарий!

а зачем следователю магия? не инквизитор, как-никак. Ему вещественные доказательства подавай. А порталы и колдуны - это так. сказочки.

...

Виктория В:

Всем добрейшего!

Наташа, спасибо за очередное продолжение твоей захватывающей истории с прекрасной визуализацией!
Встреча с Мишей Самойловым оказалась неожиданным сюрпризом для меня. Я-то думала, что он похож на Андрея, такой же самоотверженный рыцарь как наш колдун, а оказалось это циник, майор юстиции и тертый калач, которому ничего не стоит обидеть Леру.

Ну да ладно, у нее есть дела поважнее, чем разбираться со своим уязвленным самолюбием. Лично меня воодушевила трезвая оценка Самойловым всего происходящего. Во-первых, такие ошибок и промахов не допускают; во-вторых, есть надежда, что вся это чертовщина с Юмалой, которую усердно впаривают Лере, на самом деле действие психотропных препаратов.
И еще любопытно знать, как Андрюше спасли жизнь, поэтому жду с нетерпением понедельника.

...