Долго будет Карелия сниться (остросюжетный СЛР, 18+)

Tannit:

Приветствую!

"Мельница" - аграрный символ, свойственный исключительно культурам с худо-бедно развитым земледелием. В период Калевалы - да - сейды могли как-то отождествляться с "мельницами богов", однако эти мегалитические сооружения были возведены кочевыми народами, охотниками, у которых никакого земледелия не было. Авторы Калевалы, мигрировавшие в Карелию, не могли знать о первоначальном предназначении сейдов и не могли получить никакой информации от неолитических строителей, там связь категорически не прослеживается.

...

натаниэлла:

Всем привет!
Большущее спасибо за отзывы, комментарии и размышления! очень приятно, что книга не оставляет равнодушными, провоцирует на различные поиски и держит мозги в тонусе.

Марьяша,
спасибо за новую картину! Пора создавать галерею образов номер два. Ты такая молодец, такая фантазия у тебя прихотливая. Смотрю и налюбоваться не могу.

Да, Андрей оказался главным подозреваемым. так вот грустный и немножко обидный для Леры поворот.

не верь, Маша, держись! Лера тоже не хочет верить.

***
Надя,

Лера меняется, пусть и сопротивляется процессу, но Макс слишком умелый манипулятор. Однако тут я на его стороне. Пока Лере не помешает немного уверенности в себе.
Лишь бы ей вовремя остановиться.


и за цветы весенние, нежные, хрупкие - тоже спасибо!


***
Настя,
ой, как я рада, что статья о Калевале пришлась по душе. непростой все-таки эпос, правда? Отличается от других какой-то невероятно сказочной атмосферой. Судя по всему, она архаичнее Одиссеи (хотя и была записана только в 19 веке)

Этимология вообще жутко интересная штука. Во все и всегда есть своя логика, и если обнаруживаются вдруг подобные параллели, то они неспроста.так и хочется покопаться, еще какие-нибудь намеки на свет божий вытащить.

Ну, про Юмалу Леннрот придумал, крышка - может быть - это та самая чаша волшебная, что у статуи на коленях стояла))))
мне больше нравится считать, что Сампо это не столько столб и основа, сколько сам миропорядок и знание, законы, по которым наш мир организован. Кузнец-то, выковавший мельницу, был волшебником, он же и небо сотворил. То есть - ответственен за материальные блага, так сказать.

Однако связь Сампо с сейдами ( о чем говорит Лета), тоже очень интересная гипотеза.

возможно так оно все и воспринималось наследниками мегалитической культуры. Все это: сейды, волшебство, мироздание -- как-то связаны между собой, на каком-то глубинном уровне. Единые корни. Один исток.


нет, следит за Лерой не Макс. Хотя она и не научилась пока определять людей на каком-то подсознательном инстинктивном уровне, но, полагаю, уж Максима бы она отличила. Следит за ней наверняка иное лицо.
А где Макс? Занимается своими делами))) Во второй половине главы будет понятно, какими.

интуиция Леру не подвела. Она с самого начала не хотела верить в виновность Андрея. И добилась-таки, нашла доказательства.
теперь ход за Самойловым.


***
Лена,

Мистеру Совершенство срочно потребовалось пополнить силы,видимо, тратится он на Леру слишком много, а отдачи с нее никакой. Вот и ищет восхищение на стороне. Но я уверена, что "рыбаков" на танцах не было, иначе бы он та палиться не стал.

Это хорошо. А то уж слишком мрачная выходит история. Надо было ее чем-то хорошим разбавить. Впереди еще много тревожных страниц.

Да, схитрил. И да - повезло, иначе бы давно нашли те, кому не следует.
Скажу сразу (а чего скрывать-то?) - слова Леры попали в цель. Со следователем парень поговорит. Но мы с ним( с Кондатом) еще встретимся однажды, его история еще не закончена.


***
Лелета,

вот спасибо, что поделилась! мне очень приятно было узнать, что роман пробудил какой-то новый интерес к вещам, о которых ты раньше и думать не думала. Для меня это высшая похвала.

***
Таня,

при всем уважении, мы не знаем, кем и для чего были возведены мегалиты - что в Карелии, что в других местах. Это загадка.
Саамам и прочим кочевникам ни к чему были сейды, ведь они кочевали и были слишком малочисленны для подобных построек.



Девушки, еще раз от всей души благодарю за содержательный разговор. окончание главы уже вычитано и будет в теме завтра с утра. Приходите!

...

Anastazia:

Всем привет!


Да-да, и мне такая версия попадалась - правда, не от археологов, а в статьях каких-то. Я пару месяцев назад интернет изрядно помучила вопросом, что же такое Сампо Как версия - вполне по-моему. Тем более, что на время создания Калевалы сейды по-любому уже существовали, то есть и в Калевале им точно должна была какая-то роль отводиться.


Есть такое, да. Видимо потому что она именно к нашим русским сказкам близка - влияние на них Калевала оказала это 100%. Как так получилось - Я верю, что есть разумное объяснение))


У тебя в романе именно эта версия? Все может быть, конечно - докопайся-ка теперь до правды. Но не знаю... зачем чашу называть крышкой?


Да-да-да, и я с этим абсолютно согласна - просто выразилась, наверное, не так. Писала то сообщение вчера уже поздней ночью, практически засыпая. Сампо - это весь мир, мироздание, а крышка, которая досталась Лоухи - соответственно, небосвод. Ночное небо, луна, звезды и сейчас олицетворяют что-то такое мистическое, немного потустороннее. Вполне понятный символизм.

...

натаниэлла:

нет, у меня версия, что это именно законы миропорядка, сакральное знание, за обладание которым и шла (идет сейчас тоже) борьба. От того, в чьих руках оно окажется, зависит будущее. Не даром основное действо намечено на день уникальный во всех отношениях.)))

и символизм весьма красиво сформулированный тоже .
Кстати, есть такой забавный вопрос из разряда вечных: почему космос, в котором полно звезд, по цвету черный? Он должен быть полон света. Как ни странно, ученые не могут толком ответить на это, хотя раздумывают чуть ли не со времен средневековья. А тут такая мистическая аналогия)))

...

Марьяша:

Натусь, ты меня смущаешь Просто прочитанное очень впечатляет, и хочется дать этому выход мне очень нравится твой слог, и твои герои.))

...

Диана Казанцева:

Привет!
Нат, спасибо за главу, коллаж шикарный!
Графика шикарная! Спасибо Мастерице)
Ох, опоздала я сильно, но я не нарочно)) Все уже высказались, я пришла к шапочному разбору
"карельский Илья Муромец" мне понравился) Увидим ли мы его еще раз? Понравилось, как Лера повела себя с Андреевым, быстро к нему подход нашла. Тип он, конечно, скользкий (как мне показалось), однако, видимо, с Самойловом, скорее всего, свяжется или попытается. Но мне кажется, попытка будет не успешной, будет у нас еще один труп хотя, может, и ошибаюсь.

...

натаниэлла:

Марьяша,

Спасибо, дорогая! Мне очень лестно такое слышать


***
Диана,
Очень тебе рада! Ничего, реал есть реал, и сюрпризы он тоже иногда подкидывает будь здоров. Но хорошо все, что хорошо кончается.

Нет, к сожалению, не встретимся больше, это был эпизодический персонаж. Но я счастлива, что он понравился.

До трупа, смею надеяться, не дойдет, но твои предчувствия тебя не обманывают. Мы увидим еще Кондрата при не слишком приятных обстоятельствах.
Спасибо за отзыв!
И что отметила наши с Марьяшей фш-работы.

...

Tannit:

Приветствую.

...

натаниэлла:

 » Глава 28 (окончание)

...
На этом, впрочем, останавливаться я не собиралась. Подойдя к дверям дома культуры, я увидела заинтересованные лица двух Андреев. «Вот, значит, кто за нами следил!» – подумала я с некоторым облегчением. Подростки слегка дулись, что не присутствовали на «судьбоносной встрече» и не слышали, о чем мы разговаривали, но надеялись, что я все сейчас подробно изложу. Пришлось их разочаровать, потому что посвящать своих помощников в этот кошмар я не собиралась. Еще детей не хватало в это впутывать!

– Адрес, где живет Андреев, знаете? – спросила я, старательно игнорируя вопросительные взгляды.
– Сразу за синим мостом, – ответил Андрей-маленький, – по-моему, это улица Победы.
– Улица Победы, дом 11, – подтвердил Андрей-большой. – Ну что, рассказал он тебе хоть что-нибудь?

– Нет, но я очень надеюсь, что расскажет, – я оглядела холл в поисках Макса, но этот паршивец как сквозь землю провалился. – Ладно, ребята, спасибо большое за помощь. Вы меня так выручили, что даже словами не передать.

– Было круто, – выдохнул Андрей-маленький, сообразив, что никаких тайн ему не обломится. Впрочем, обладая типичным темпераментом сангвиника, он умел быстро переключаться, вот и сейчас уже почти забыл, чем занимался последние полчаса. Углядев своих приятелей в глубине холла, он явно задумал какую-то новую авантюру. – Ладно тогда, пойду я что ль, – доложился он, нетерпеливо подпрыгивая на месте, – меня зовут, да и дел по горло. Пока!

– Удачи, – искренне пожелала я ему.
А вот Андрей-большой так быстро со мной прощаться не спешил.
– А танец? Ты обещала. Я сюда, между прочим, развлекаться пришел.

Слово пришлось сдержать, хотя ощущение чужого взгляда, прожигающего дыру между лопаток у меня никуда не исчезло. Причем внутри ДК оно только усилилось, хотя сколько я не оглядывалась, сколько не обшаривала взглядом закутки, не увидела, чтобы кто-то из присутствующих проявлял ко мне повышенный интерес. Лопоухий гигант, кстати, оказался неплохим танцором, на ногу, во всяком случае, мне ни разу не наступил, однако я была слишком напряжена, чтобы получить от ритмичного танца удовольствие. Когда мелодия закончилась, я объявила, что ухожу. Даже если не найду Максима в ближайшие три минуты, я все равно намеревалась вернуться в гостиницу, благо и провожатый в теории имелся.

Но тут в мои планы вмешался майор юстиции Михаил Самойлов.

– Теперь я девушку танцую, – довольно нагло заявил он, вырастая перед нами словно из-под земли и отбирая меня у обалдевшего гиганта.
– Эй, она под моей охраной! – возмутился Андрей-большой.
– Теперь уже под моей, – спокойно сказал Самойлов.

Мой самоназначенный «охранник» задохнулся от удивления. Кажется, это было в первый раз, когда его солидные габариты и устрашающее поигрывание мускулами не произвели впечатления.

– Спокойно, Андрюша, я его знаю, все в порядке, – уверила я парня и поманив пальцем, заставила нагнуться, чтобы поцеловать в щеку. – Спасибо за приятный вечер! Дальше я сама.
– Да чё... я чё? – засмущался Андрей-большой. – А если чё, я тут на Ленина живу!
– Буду знать! – заверила я и помахала рукой.

Самойлов, едва дождавшись завершения нашего теплого прощания, вывел меня на середину зала. Как по заказу начался медленный танец.
– Вы что, в самом деле собрались танцевать? – изумилась я. – Я-то решила, что вам что-то обсудить срочно понадобилось.

– Совмещаю приятное с полезным, Валерия Сергеевна. Смотрю, вы пользуетесь популярностью в городе, – ответил Самойлов, наклоняясь голову, чтобы быть услышанным. – Охмурять всех Андреев подряд это ваше хобби?
– Это мое преимущество. На вас-то они не прельстятся.

– Верно подмечено. Но сдается, что мы с вами на самом деле искали одного и того же человека. – Взгляд следователя тотчас стал предельно серьезным. – Зачем вы сюда пришли, скажите на милость? Желаете преподнести на блюдечке вашему жениху голову важного свидетеля?

– Где вы видите тут Макса? – притворно возмутилась я. – И он мне не жених!
– У меня другие сведения. Но не будем терять время в напрасных спорах. Зачем вам с Максимом этот человек?
– Между прочим, я ему отдала вашу визитку, – сказала я, – и настоятельно просила связаться с вами. Макс при этом не присутствовал.
– Отдали мою визитку Андрею из клуба «Дом Яромудра»?

В обращенных ко мне интонациях я уловила подвох и улыбнулась. Кажется, в клуб Самойлов успел наведаться и получил точно такой же ответ, как и Макс Чудинов.

– Нет, я отдала визитку Кондратию Андрееву, проживающему на улице Победы, дом одиннадцать. Запомните адрес или вам записать?
– Я запомню. Это с ним вы выходили на улицу видами любоваться?
– Не любоваться, а поговорить. Кстати, если бы я знала, что вы за нами подглядываете, то вопрос с очевидцем решился бы сразу. Почему вы не подошли к нам, если все видели?

– Ну, я не был уверен, с кем именно вы общаетесь. И с какой целью.
– Этому Кондрату грозит смертельная опасность, а вы упустили его! – сердито выдохнула я. – Молитесь, чтобы он вам позвонил.
– Не бойтесь, если не позвонит, я сам к нему наведаюсь вечерком. А что касается опасности, то за ним в эти минуты следит мой человек.

– Вы направили по его следам соглядатая?
– А как же? На всякий случай, уж слишком взволнованным он выглядел после вашего разговора. Вы явно не о бабочках болтали. Но как вы пришли к умозаключению, что это именно тот самый парень? Имя-то не совпадает.

– Зато биография совпала. Кондрат ака Андрей ака Боголеп отвечает всем приметам, да и при частном разговоре ничего не отрицал.
– У вас действительно передо мной огромное преимущество. Вам удалось в короткий срок с помощью местных подростков вычислить нужного человека. Либо вы что-то от меня скрыли, какие-то дополнительные приметы, надеясь первой выйти на свидетеля.

– Я ничего от вас не скрывала! Я из кожи вон лезу, чтобы помочь следствию, а в ответ вместо благодарности получаю сплошные инсинуации.
Самойлов покачал головой:
– Не поймите меня неправильно, я вам признателен за помощь. Но я никак не пойму, Валерия Сергеевна, зачем вы все это делаете. Вам что, нравится щекотать нервы?

– Что мне нравится, не имеет значения, у меня нет другого выхода. Вам не приходило в голову, Михаил Романович, что я вынуждена заниматься всем этим не из тщеславного удовольствия, а потому что это мой единственный способ уцелеть? И мне нужно, чтобы Андрей как можно скорее вышел на свободу.
– Вам его жаль? Вы чувствуете свою вину? Или желаете сказать, что вы к нему неравнодушны? Но как же ваш жених?

– Повторяю, у меня нет жениха! Макс обманом привез меня в Койвуяги, а теперь шантажирует, требуя, чтобы я вышла за него замуж по языческому обряду на солнцестояние, то есть прямо завтра. А я не хочу! И в Москву я тоже не могу уехать, потому что родственники Макса и их подручные отслеживают буквально каждый наш шаг. Андрей единственный, кто может мне помочь в этой ситуации, но вы подло упекли его в тюрьму!
– Я?!

– Да, вы! Вместо того, чтобы вывести преступников на чистую воду, вы заставили Андрея подыгрывать им. Это и глупо, и опасно! Андрей считает вас своим другом, но вы только вредите ему. И подозреваете меня в том, что я тоже хочу ему навредить. Вы абсолютно недальновидны и действуете непрофессионально. А еще сотрудник следственного комитета называется!

Вывалив все это на следователя, я резко замолчала. Я была готова к тому, что Самойлов рассердится, оскорбится или рассмеется мне в лицо, но он остался серьезен.

– Зачем Максиму жениться на вас в день солнцестояния, как он это мотивирует? – спросил он.
– Тем, что если он на мне женится, то меня не принесут в жертву, – ответила я нервно ежась.

Следователь хмыкнул.
– Кажется, наш разговор становится занятным, предлагаю продолжить его в другом месте, где не так шумно, – он прервал танец и властно увлек за собой к выходу.

– Надо еще найти Макса, – спохватилась я, – он тоже, наверное, захочет с вами поговорить.
– Если и так, то здесь его искать бесполезно.
– Почему?
– Потому что его тут нет.
– Но мы пришли вместе.

– А уйдете по одиночке, – Самойлов задержался перед стеклянными дверьми и, наклонившись к моему уху, произнес: – Раз уж он вам не жених, я признаюсь, что видел, как он шел по направлению к заброшенному лодочному сараю в компании очаровательной девушки в ярко-красном сарафане.
– Э-э, – растерянно выдала я и безропотно позволила вывести себя на улицу.

– Давайте прогуляемся вдоль берега, поищем укромный уголок вдали от чужих ушей, – предложил мне следователь, и я кивнула, все еще во власти чудовищных сомнений.

Спустившись по ступеням, мы миновали лодочный сарай (на который я, признаться, долго и подозрительно косилась), причал и неторопливо зашагали по набережной, кое-где сильно разбитой корнями деревьев.

– Я хочу услышать вашу версию событий, – наконец заговорил Самойлов. – Как я теперь понимаю, вы устроились в газету «Истина где-то рядом» вовсе не потому, что искали возможность подобраться к Максиму Чудинову поближе.
– Я устроилась туда, потому что потеряла прежнюю работу, – со вздохом призналась я, возвращаясь мыслями к насущному вопросу.

Мой рассказ занял не слишком много времени – может быть минут двадцать. Я опустила все подробности, касающиеся мистической подоплеки событий, поскольку в магию мой собеседник не верил, и я не желала терпеть его насмешек – изложила только сухие факты, имена, выводы и подозрения. Про свою роль в обряде и подходящий гороскоп я упомянула, но исключительно, чтобы объяснить интерес к моей персоне со стороны сектантов, а вот про то, как и какими способами Максим добивается моего «пробуждения», сказать не посмела.

Михаил Самойлов не перебивал, не морщил нос со скептичным видом, а внимал мне с завидным постоянством. Его серьезное внимание вернуло уверенность, которую я начала было терять в присутствии вечно подозрительного следователя. Дойдя до конца набережной, мы устроились на нагретых за день гигантских валунах; я села лицом к пристани, Самойлов – лицом ко мне.

Узкая полоска галечного пляжа, украшенного разбросанными камнями покрупней, вдавалась в подступающий к самому озеру перелесок, отделяющий Варозеро от шоссе. Под высокими кронами рябин, берез и сосен царил зеленоватый полумрак. Одно из огромных деревьев упало во время недавней бури, и теперь лежало поверженным великаном в изумрудной траве. Мощные корни мертвой хваткой обвили громадный камень, вывернутый при падении вместе с комом земли. Рядом с комелем валялись камни поменьше, они выступали из осоки серыми каплями, отороченными разросшимися розетками мелких цветов. Розово-красные бутоны подчеркивали холодную красоту валунов, испещренных узорами лишайника.

– Все это весьма интересно, – медленно произнес Самойлов, когда я замолчала. – То, что вы говорите, идет вразрез с моей концепцией, но в целом версия выглядит стройной и заслуживающей того, чтобы ее хорошенько обдумать. Как учил Декарт, полезно все подвергать сомнению, в том числе вещи, кажущиеся на первый взгляд очевидными.
– Я рада, что вы соглашаетесь с Декартом.

Самойлов усмехнулся и перевел взгляд с меня на озерные просторы.
– Любопытно, зачем им аж три жертвы...
– Три? – недоуменно повторила я. – Вы имеете в виду пастуха, меня и Макса?

– Пастух это, простите мой цинизм, тренировка, обкатка психоаналептика нового поколения, и к имитации сакрального ритуала не имеющая отношения. Человеческую кровь, уж если на то пошло, всегда можно заменить кровью животного или клюквенным соком, никто из зрителей разницы не уловит.
– А что если сектанты являются истинно верующими и не собираются имитировать обряд?

– Если речь идет просто об обряде, то ваше предположение естественно, – откликнулся Самойлов. – Но мы имеем дело не с типичными сумасшедшими, порабощенными мечтами о магическом всевластьи. Мы имеем дело еще и с государственными преступниками, готовящими в стране переворот. Им нет резона так сильно рисковать накануне решительных выступлений. Убийство есть убийство, Валерия Сергеевна, пусть даже убит никому не известный мужичок из глубинки. Умные заговорщики – а по тому, как далеко им удалось продвинуться, они очень умные – не станут связываться с идиотами, даже если у тех в руках оказался ключ к управляемому хаосу. Есть много способов этот ключ безболезненно отжать, не марая при этом руки ненужной кровью. Подготовка к захвату власти требует тишины. Поэтому я склонен думать, что не все так просто, как видится кое-кому в Москве. Есть еще один крупный паук в паутине. В Койвуяги сошлось несколько центров силы, и объединяет их что-то помимо «Магдалины»

– Родственные узы? – предположила я. – Когда я высказала вам свое предположение о том, что Стародубцев и Иван Судопольский, пропавший много лет назад в лесах Карелии, это одно и то же лицо, вы промолчали. Вы подтверждаете мою догадку?

– Подтверждаю. Но загвоздка в том, что сами по себе семейные связи недостаточное основание, чтобы рисковать далеко идущими целями. Степана и Ивана объединяет нечто гораздо большее, чем жажда власти. С другой стороны в этом кроется для нас и очевидный плюс. Если между лидерами имеется соперничество, а оно имеется всегда, то есть возможность вбить между ними клин.

Наш разговор звучал ужасно, но на меня накатило какое-то странное оцепенение. Волны плескались у подножия валунов, оказывая на меня усыпляющее действие. Я тряхнула головой, отгоняя сонливость.

– Вы опять выглядите бледной, – заметил Самойлов. – Давайте я провожу вас до гостиницы. Как говорится, от греха.
– Нет-нет, – воспротивилась я, – я нуждаюсь в этом разговоре. Мне надоело ощущать себя слепым котенком, которого тащат на пруд топить, а он ни сном ни духом.
– Подозреваю, что мои откровения не лучший способ вас взбодрить.
– Я просто немного устала. Длинный день… и очень много переживаний. Скажите, Михаил Романович, по-вашему, Максиму реально что-то угрожает?

– Максим, и я всегда это допускал, может пострадать, если будет совать свой нос, куда его не просят. Его родственники, по-видимому, считают его несколько бракованным, лишенным присущего им хладнокровия и безжалостности, потому и не посвятили в подробности заговора. Как видите, еще одно подтверждение, что кровные узы ничего не решают. Я могу предположить, что Максим, с их точки зрения, не способен держать язык за зубами или негативно относится к насилию, без которого так или иначе не обойтись. Но я сомневаюсь, что кто-то из родстенников всерьез рассматривал его на роль алтарной жертвы. А вот вы, Валерия Сергеевна… – Самойлов прервался и испытывающе взглянул на меня.

– Не бойтесь сказать мне в глаза, что думаете. Ничего страшнее того, что уже знаю, я от вас не услышу.
– Я бы не зарекался, – предупредил следователь, но продолжил. – Первоначально мы с Андреем исходили из того, что в качестве главного жертвенного блюда на купальском ритуале будет использован Хранитель, потомок колдовского рода Липкиниеми.

– Андрей? – ахнула я, сообразив наконец-то, какого рода задание согласился выполнять Никольский и на какой огромный риск он шел.

– Там много факторов, – кивнул Самойлов. – И давняя вражда между семействами, и месть, и религиозные предрассудки. Согласно древним предсказаниям, только смерть или, как это было сформулировано в одном трактате, «жизненная сила сильнейшего колдуна, коему было заповедано служить и беречь паче зеницы ока священную рощу Юмалы», способна открыть портал. Конечно же, вся эта магия всего лишь плод воображения фигурантов дела, но выбору жертвы они уделяли особенное внимание. Андрей считал, что в любом случае его кандидатура окажется соблазнительней и перевесит изначальный выбор сектантов. Однако, увидев вас, он понял, что с вами в этом смысле тягаться не сможет.

– Из-за гороскопа?
– Разумеется. Он же знал, что ваша дата рождения приходится на 28 июня и совпадает в этом году с Купалой. День рождения в качестве дня смерти это символично.
– Андрей не мог этого знать, – возразила я, впрочем, не слишком уверенно. – Я же говорила вам, мы встретились в Койвуяги абсолютно случайно.

– Но прежде он разве ни разу не дарил вам подарки на день рождения?
– Нет. Я впервые увидела Андрея четыре дня назад. Мы не были знакомы.
– Тогда почему он считает себя обязанным вам жизнью? – Самойлов нахмурился. – Он все планы в спешном порядке из-за вас поломал, потому что для него долг платежом красен, пусть даже вы расстались.

На меня навалилась жуткая усталость. Слишком много было проблем, слишком много вопросов. Я едва нашла в себе силы пожать плечами.
– Это какое-то недоразумение, – вяло пробормотала я. – Вы меня с кем-то перепутали.

– Что ж, возможно, я его плохо понял, – согласился Самойлов. – Будем считать Андрея благородным защитником всех девушек, попавших в беду. На самом деле для нас это мало что меняет. Итак, Андрей Никольский, прямой потомок Липкиниеми, приезжает в родной городок и убеждается, что жертвой сектанты выбрали хорошенькую девушку – эдакий классический ход, зрелищный и эффективный. Прилюдно зарезать девушку трудно. Причем, не просто убить ее по-быстрому, а вскрыть артерию на шее и смотреть, как она в агонии бьется на алтаре, пока жрецы собирают в сосуды еще теплую кровь. Однако подобное хладнокровие прекрасно демонстрирует возможности «Магдалины»… Как вы себя чувствуете, Валерия Сергеевна? – вдруг спохватился Самойлов, сообразив, что детальное описание грядущего зверства вряд ли оставит меня равнодушной.

– Нормально, – выдохнула я. – Мое воображение пасует перед чудовищностью замысла, так что не волнуйтесь, Михаил Романович, нашатырь мне не понадобится. Впрочем, у вас его и нет.

Я обманывала, мне было плохо. Начинала раскалываться голова, тошнило, но я не связывала это с рассказам следователя. Подобное недомогание в последнее время было слишком хорошо мне знакомо. Однако я не понимала причину, я уже сутки ничего не ела в гостинице. Или… внезапная догадка осенила меня: этот стервец успел что-то подсыпать в мое пюре, пока я ходила мыть руки. Господи, да как же с этим бороться?!

– Может, все-таки продолжим в следующий раз? – предложил Самойлов.
– Ну уж нет, – ответила я, злясь и негодуя про себя, – сегодня я пойду до конца! Однако, если не Андрей намечен сакральной жертвой, то ради чего Стародубцеву-Судопольскому понадобилось шантажировать его? – Тут я вспомнила свой самый первый кошмар, приснившийся в Койвуяги, и предположила: – Разве что… заставить Андрея убить меня?

– Согласитесь, это не лишено оснований, – подтвердил Самойлов. – Андрей, скажем, сначала убивает вас, потом, по приказу и под действием «Магдалины» убивает себя. Загребать жар чужими руками любят все руководители тоталитарных сект. Как правило, самые жуткие вещи и обряды вершат их последователи, а сами они остаются чистенькими. Я могу предположить, что Максим, узнав об этом, искренне пожелал вас спасти, и демарш со свадьбой на солнцестояние действительно как-то вам поможет. Вот только ничего у него не выйдет.

– Почему? – жалко спросила я.
– Если за вами и впрямь следят, то в самый пикантный момент они вмешаются. Свадебный обряд либо не состоится вовсе, либо не будет доведен до конца. Я не уверен, что Максим сможет противопоставить своему деду, даже двум дедам, что-то серьезное. Он, простите, бесхребетный прожигатель жизни, не способный на Поступок с большой буквы.

– Но он хотя бы попытался мне помочь!
– И это интересно. Это означает, что за его словами и действиями кто-то стоит. Кто-то надоумил его так поступить и посулил поддержку. Вот только кто: Петр Чудинов или Степан Судопольский? Отец или дед? Кто принялся сливать Максиму информацию?

– Я голосую за Степана, – сказала я. – Два брата были долгое время в ссоре из-за смерти сестры, в которой младший брат обвинял старшего. Но спустя много лет, в преддверии Особой Купалы они помирились и даже объединились. Однако если Ивана арестуют за попытку госпереворота, то все достанется младшему брату, а его долгожданная месть свершится. Степан наверняка прощупывает пути отступления.

– Что ж, мотив мести не стоит сбрасывать со счетов. Да и устранить двух конкурентов одним махом: Андрея, как наследника Липкиниеми, и брата Ивана – ради этого стоит напрячь извилины, пусть даже бонусом идет сомнительная честь открыть портал в параллельный мир. Дед, поселившийся в гостинице, вполне может манипулировать чувствами внука, контролировать его во всем, придерживая как запасной вариант. Как только запахнет жареным, Степан Судопольский прикинется валенком и начнет сотрудничать со следствием, на которое он выйдет через Максима и вас, его невесту.

– И что же мне делать? – воскликнула я, обхватывая себя за плечи. Меня била противная дрожь. Помимо слабости, тень от деревьев почти доползла до камней, на которых мы сидели, а ветер, дувший с озера, стремительно выбивал из меня остатки тепла.

Самойлов, поколебавшись, встал, стянул с себя свой синий свитер и укутал меня в него, словно в плед.
– Спасибо, – шепнула я, не в силах отказаться. С камня я тоже поднялась, опасаясь отморозить себе пятую точку. Ноги, правда, подкашивались, но соседний валун был достаточно высок, чтобы служить мне опорой. Я прислонилась боком к его блестящей поверхности, придерживая на груди свитер.

– С вами будем что-то решать, – сказал следователь. – Мне предстоит встретиться с Андреем и уточнить наш новый план действий. Его увезли в Суоярви, поэтому завтра я на полдня покидаю Койвуяги. За себя не беспокойтесь, я приставлю к вам охрану.
– Не знаю, стоит ли…

– Это толковый парень. Вот, кстати, и он, – Самойлов вытащил из кармана зазвонивший телефон. Выслушав собеседника, он бросил краткое «Сейчас подойду» и отключился.
– Что-то случилось? – спросила я, даже не ожидая хороших новостей.

– Вашего Кондрата ака Боголепа проводили до дома и теперь караулят, чтобы он не сбежал и его никто не обидел, – Самойлов улыбнулся. – Все будет хорошо, Валерия Сергеевна, сейчас я к этому парню зайду и сердечно попрошу дать нужные показания. Имея признания на руках, мне будет проще лавировать.
– Вы отпустите Андрея?
– Постараюсь сделать это как можно быстрее. Завтра к вечеру он будет уже у вас живой и здоровый. Пойдемте, я провожу вас до гостиницы. Вам не стоит расхаживать по улицам одной.

Мы тронулись в обратный путь.
– А можно вопрос? – рискнула я. – Точнее, два.
– Вам все можно, – после нашего обстоятельного разговора Самойлов явно подобрел и перестал смотреть букой.

– Я слышала, что «Сарафармой» заинтересовались в Москве, завели уголовное дело...
– От кого вы это слышали – от Максима?

– Нет, ему, кажется, ничего об этом не известно. Мне сказал знакомый химик-криминалист, я посылала ему препараты «Сарафармы» на анализ, но он написал, что точно такое же задание ему выдали в столичном следственном комитете. Получается, скоро вам в помощь пришлют еще одного следователя из Москвы?

– Не пришлют, – ответил Самойлов. – Мы расследуем дело об убийстве пастуха на религиозной почве. Если ради несчастного Анти Иссотало пришлют важную шишку из Москвы, сей пассаж будет выглядеть подозрительно, а нам нельзя привлекать излишнего внимания. Я, конечно, наблюдаю и вникаю в детали, но стараюсь не развивать уж слишком бурную деятельность, хотя и на меня смотрят косо. Богом забытые уездные городишки не любят пришельцев извне. А если мы наводним улицы следователями всех мастей, начнем трясти исполнителей и стрелочников, то сорвем приезд главных фигурантов на Купалу.

– Я это понимаю, – согласилась я, – но вопрос-то был к чему: это Андрей порекомендовал в Москве моего знакомого химика?
– Я не совсем улавливаю суть вашего интереса, – удивился следователь. – Вы же сами затеяли этот сыр-бор. Да, я звонил Разумовскому в Москву и обрисовывал ситуацию, но именно вы отослали Андрея с препаратами на экспертизу. После того, как убедились, что посылка обычной почтой не дойдет.

– Андрей уехал из Койвуяги с посылкой? – тупо спросила я. – В Москву?

– Не в Москву, конечно, а к одному из наших посредников, уж он-то и доставил пищевые добавки Разумовскому, но я был страшно недоволен его отлучкой. Поймите меня правильно, предыдущие экспертизы ничего существенного не дали, чтобы терять время на новые доставки. Я сильно удивлюсь, если ваш приятель-химик сотворит какой-нибудь чудо и даст нам зацепку. Андрею имело смысл оставаться здесь и следить за развитием ситуации, а не работать вашим личным курьером.

Мне стало очевидно, что Андрей ничего не рассказал Самойлову об артефакте. Интересно, почему…
– Так зачем вы интересуетесь? – уточнил Самойлов.

– Просто так, стараюсь четко себе все представить, – поспешно откликнулась я и добавила, желая перевести разговор: – У меня есть еще один вопрос про чашу с раскопок. Археолог пришел в себя?
– Нет, он до сих пор в коме, но врачи не оставляют надежды. Но местонахождение чаши мы установили. Она у Петра Чудинова.
– Петр Чудинов подстроил аварию?!

– Саму аварию, возможно, и нет, но перед ней господин Поливайло встречался с Денисом Чудиновым, который, как вы знаете, правая рука Петра Вадимовича, – пояснил Самойлов. – Встреча происходила на автозаправке недалеко от Койвуяги. Я ездил туда и отсматривал записи с видеокамер. Записи, конечно, оказались подчищены, внутри кафе камеры и вовсе в тот день якобы не работали, но мне удалось по госномерам найти водителя с видеорегистратором, который останавливался на заправке в то самое время. Считаю это везением, потому что видеорегистратор был с детектором движения, что в наших краях редкость. Глазок видеокамеры отследил и записал все, что происходило в обозримом пространстве во время стоянки. И на карте памяти это уцелело. Вот там и видно, как в кафе, где до того скрылся Иван Поливайло с объемным свертком в руках, вошел Денис Чудинов с кейсом. А вышли они вместе, причем, обменявшись вещами: у Дениса был сверток, а у профессора чемоданчик.

– Выходит, правду студенты говорили про профессора, он артефактами торгует, – вздохнула я.
Самойлов кивнул:
– Лет пять назад Поливайло уже был замешан в похожем скандале, ему вменяли незаконные поиски и изъятие различного рода археологических предметов из мест их залегания. По новому закону ему грозил тюремный срок до шести лет. Однако дело замяли.

– Значит, загнать чашу профессор вполне мог. Жаль.
– Действительно, жаль. Но профессор ко всему прочему являлся и одним из ярых последователей Юмалы. Если бы я не был материалистом, то счел бы аварию гневом богов. Нельзя приторговывать сакральными вещами.

– По-вашему, убивать его не хотели?
– Я склоняюсь к тому, что авария трагическая случайность. Иван Поливайло отъехал от заправки, но едва набрал скорость, резко вильнул в сторону и врезался в дерево. Поскольку с машиной, по словам экспертов, было все в порядке, он явно пытался избежать наезда. Либо зверь на дорогу выскочил, либо человек.

– Однако кейс с деньгами при нем не нашли, – задумчиво произнесла я. Я вспомнила, какую безумную сумму вез с собой Чудинов наличкой. Да не было ли это выкупом за краденый артефакт? Макс вполне мог передать большую часть снятых денег Денису, тем более, что по факту банковская карточка пополнялась накануне Стародубцевым, спонсором всей нашей поездки.

– Деньги забрали работники автозаправки, – внес ясность следователь. – Они увидели ДТП, побежали к месту аварии с самыми благими намерениями, вызвали скорую помощь для водителя. Но семьсот тысяч рублей оказались непреодолимым соблазном. Вначале, разумеется, эти добрые самаритяне все отрицали, но, когда я на них надавил, признались в краже. И даже вернули большую часть денег, двадцать тысяч они уже успели потратить – заплатили задолженность по кредиту.

Тут наших ушей достиг гул человеческих голосов – это в доме культуры закончилась дискотека. Возбужденные люди высыпали на смотровую площадку и пристань. Я зашарила глазами по толпе в поисках Макса. Не мог же он в самом деле бросить меня ради той девицы в сарафане? Все-таки запланированная им же самим тренировка и нешуточная опасность… не идиот же он, чтобы думать исключительно штанами!

– Вы только поглядите на небо, Валерия Сергеевна, – не удержал восклицания следователь. – Во дают!

Теперь и я заметила, что все окружающие стоят лицом к Варозеру и смотрят вверх. Я тоже задрала голову и увидела невероятную картину. В кружеве облаков, плывущих над розовеюще-черной поверхностью воды, сиял средневековый замок со стрельчатыми окнами и флюгерами на остроконечных крышах. Причудливо изогнутая крепостная стена опоясывала замок, к ее воротам вел длинный арочный мост, перекинутый то ли над рвом, то ли над темнеющей бездной. А над всем этим сказочным великолепием, словно божественный лик, проступало из тумана огромное женское лицо...

– Неужели это представление способно кого-то обмануть? – прокомментировал Самойлов. – Кстати, мне кажется или эта дама чем-то похожа на вас?
– Это не мираж, – заявила я, потрясенно. – Это совершенно точно не мираж! Это вовсе не волшебство!

– Конечно, нет, – подтвердил следователь. – Это искусство. Хотя краски бедноваты, такое рисовать лучше в черном небе, в белые ночи эффект теряется...

– Я видела настоящий мираж, – продолжала я, не обращая внимания на его слова, – тогда все было иначе. Нет, там тоже было мое лицо. И замок был, но все выглядело естественным… Земля дрожала, изображение двигалось…
– Да, Андрея надо возвращать, – пробормотал Самойлов. – Нечего ему на нарах прохлаждаться.

...

натаниэлла:

привет!
Таня,

Я начинаю думать, что сейды просто отмечают особое место, возможно - ставились их строителями с целью использовать особое излучение(?) этого места. Все народы, которые приходили жить в Карелию, будучи не по наслышке знакомы с магией (шаманство), рано или поздно натыкались на эти же самые "волшебные места". Подражали прежним строителям, возводя на свой уже лад похожие сооружения.
Можно предположить, что нынешний вид сейдов сильно отличается от первоначального. К тому же множество культовых построек были намеренно разрушены христианскими последователями. В том числе - в борьбе с магией сейда и компанией по истреблению лапландских и карельских колдунов, известных по всей Европе.

Что касается более поздних обитателей Карелии и Кольского полуострова (лопарей-саамов), то они обожествляли природу вообще и ничего сами не возводили.
вот типичный пример позднего сейда - он абсолютно естественен.


а вот такие вещи - рукотворного происхождения - были изготовлены предшественниками нынешних обитателей.
Саамам и корелам не было нужды копать, долбить, сверлить искусственные бассейны с водой, потому что воды и так было кругом полно - обожествляй любое озеро или водопад-падун (что часто и происходило). При суровой жизни, похожей на выживание, и малочисленности, боги не требовали капитальных строений.




про Англию не буду говорить, проблему не изучала. А про Пасху скажу. По современным выводам палеогеологов, остров Пасхи некогда был частью крупного материка. Население острова (на момент его открытия) не было потомками первоначальных поселенцев (строителей статуй). Это были выходцы из Чили и полинезийцы, которые вытеснили (в результате войн и кровосмешения) аборигенов. Фауна и флора острова вся завозная, исконная не сохранилась (только в виде ископаемых и, может быть, старинных поделок и артефактов). Все говорит за то, что остров пережил крупнейшую геологическую катастрофу в районе 12 тысяч лет назад, и этот крохотный клочок - все, что осталось от некогда крупной земли. Местное название Пасхи - Рапануи - это вообще таитянское словечко.
вот почему не стоит приводить статуи Рапануи как пример того, что малочисленные народы могли что-то там гигантское и неподъемное возводить. остров Пасхи - это тоже загадка, и существующие на сегодня объяснения не более, чем гипотезы, которые, в отличие от аксиом, не могут служить доказательством.

...

Анастасия Благинина:

Ната, спасибо за продолжение и за красивую иллюстрацию к главе! . Так вот какой чудовищный по-своей жестокости, "обряд" ожидает Леру .

...

innapavlova:

Спасибо за продолжение!

...

Ch-O:

Нат, вот почти все карты и раскрылись.
Я все-таки думаю, что пару сюрпризов ты нам приберегла. Но в целом дело ясное, что дело темное.
Иван и Степан вполне могут сотрудничать, при этом держа камень за пазухой для другого. Семейка вообще атас полный
Макс из золотого мальчика превратился в мальчика на побегушках. Но в то, что Денису в конце доверят управление империей - я не верю. Петр Чудинов и деды не дураки, чтобы оставить все на недалекого наркомана с понтами. Раз старики-разбойники готовят переворот, то за их спинами еще кто-то стоит - в одиночку такое дело не провернешь: денег и ресурсов нужно очень и очень много. Если грядет такая мега-уникальная Купала, то под это дело аналогичные культы других стран тоже могут готовить "праздник". Вдруг они считают, что все места силы связаны между собой? Тут уже пора вызывать ОМОН, СОБР и прочих доблестных бойцов.
Но масштабы действий старичков впечатляют! Продуманные дедки, ничего не скажешь. Власть светская, власть колдовская - я же говорю, Сауроны, блин.
Но тогда ворос: неужели они не проверили Андрея и не знают, то он "танкист"? Это же прокол на ровном месте. Подноготную всех и вся дедули должны были досконально изучить.
Перевороты и интриги требуют тишины.

...

натаниэлла:

Привет всем!

Анастасия,
спасибо за отклик!
приятно, что иллюстрация понравилась

Нда, вот такой вот садизм чистой воды... Черные колдуны - чего еще от них ждать-то?


innapavlova, пожалуйста! Благодарю, что заглянули.


Оля,
как всегда - интересные выводы и вопросы

Приберегла, а как же))) про Андрюшу еще пока мы ничего не знаем толком, все впереди.

Семейка - да... когда писала, ужасалась, восклицала: да не может быть! а потом, когда начала в спец. книжках копаться, обнаружилось, что семейка ведет себя совершено типично для тех, кто следует укладам той самой чудовищной магии сейда. Про нее как раз будут подробности в следующей главе - почитаешь, поймешь, почему я все так и оставила. Жутко, мерзко но совершенно правдиво.

Петр Чудинов, как ты помнишь, очень не нравится деду Степану. Он, конечно, ставленник старшего брата, Ивана, но младший не зря все пытался их развести и выдать племянницу за сына Сергея Никольского.
Да и сам Иван не лыком шит, раз поставил кого-то на управление империей, то контролирует полностью. И Чудиновы пляшут под его дудку. Не думаю, что отец Макса является фигурой самостоятельной во всех отношениях.

конечно. Судопольские-Чудиновы всего лишь посредники между настоящим Заказчиком и , так сказать, "орудием производства". Да и намерено не называемый мною Заказчик тоже всего лишь звено в длинной международной цепочке.

Все будет в свое время)))

про Андрея все впереди. Пока скажу, что он и в самом деле егерь и это длинная история.
Огромное спасибо тебе. Оля, за умные вопросы и комментарий в целом.

...

Диана Казанцева:

Всем привет!
Нат, спасибо за интересное насыщенное продолжение! Коллаж супер!!


Все-таки танец "Андрею большому" Лера подарила, даже поцеловала на прощанье Не зря парнишка старался)) классный персонаж, мне понравился. Жалко, что проходящий.
И Самойлов, смотрю, исправляется (в моих глазах)))) не чужд он романтики, Леру тоже на танец пригласил, хотя понятно, что действует под "прикрытием", но все равно приятно удивил) О, даже признал ее заслуги
Ух ты, значит, изначально жертвой должен был стать Андрей?! Беспокоит меня самочувствие Леры. У нее как будто ломка начинается, когда она не поест. Что за зависимость? Макс ее так сильно на свои "лекарства" подсадил?

А я верю, что он способен на этот самый Поступок, и надеюсь, мы увидим подтверждение этому Ну, не верю я, что он совсем-совсем такой жуткий негодяй и циник. Теперь можете закидать меня помидорами)))

действительно, почему??

...