Долго будет Карелия сниться (остросюжетный СЛР, 18+)

Margot Valois:

Всем добрейшего, милые дамы!
Ната, ещё раз и снова не устану благодарить за глубокий дополнительный материал к основному повествованию

...

Наядна:

Читала частями... брала оторопь... особенно письма

...

Ch-O:

Нат, спасибо за дополнительную информацию. Жуткие вещи описаны, от отрицать их не буду. Весьма и весьма вероятно. Человек вообще на редкость самоуверенное существо, лезущее куда можно и особенно куда нельзя.

...

Мирдал:

That's not that droids you're looking for... Почему Чудиновы не размышляют о защите своих марионеток от вражеских внушений? Неужели не в силах их обеспечить каким-нибудь плетёным браслетиком, повышающим преданность идее и отбивающим ментальные атаки других кукловодов? Кажется Стародубцевы не только Юмалу недооценивают, но и вполне реальных противников. Даже Лере бы могли в платье вставить иглу с нужным наговором, они бывают не только на смерть.
Так что... Глупых злодеев я не люблю, я люблю умных добродеев, которые должны даже по всем честным правилам одержать верх и восстановить справедливость, поэтому Николькие мне нравятся больше И неужели же ты дашь магдалинцам захватить власть и изменить историю)) Хотя, может это такое предисловие к Энике? Кто знает, чем бы занялось новое правительство, может, поднимало бы космос и обучало фелицитологов...


Полагаю, священнику уже самое время появляться... а то она себя разрушит.

[quote="натаниэлла"] То, что Стародубцев и компания привезли сюда генераторы высокочастотного излучения, не подлежит сомнению. Просто музыкой из репродуктора г орожан не обработаешь, для массового покрытия требуются более продвинутые технологии. Хотя владельцы «Сарафармы» это дремучие язычники, к работе они подходят с научной основательностью.
[/quоte]
Разве не низкочастотного? Чтобы совпасть с колебаниями в человеческом мозге. Низкочастотные звуковые волны к тому же распространяются дальше (гул моря в сревнении с комариным писком). Или речь идёт об оптических генераторах, а не звуковых?

...

Nadin b:

Всем привет!!!
Нат, огромное спасибо за продолжение. Прочитала с огромным удовольствием.
Хотя описывается страшная картина. И самое ужасное в ней то, что она воспринимается вполне реальной. Таинственный комитет, управляющий миром из-за кулис... А многое иначе и объяснить не удается. В действиях отсутствует логика. Но кому-то это надо... Мир, ориентированный на удовольствие, а не на обучение и тяжелый труд... Так это то, что нас окружает каждый день.
Я, практически, ни у кого ничего подобного не читала. Никто не отваживается? Или не видит?
Что-то мелькало у Вересова, но в остальном все описывают желаемую картинку.
А с нашим миром происходит что-то страшное. И очень страшно за детей.
Как же хочется, чтобы кошмар остался только в романе.

...

Tanulik:

Как тут принимают в читатели, не знаю, я просто почитаю тихо, если можно.
Постараюсь не делать этого совсем уж молча

...

Ксана Леонидас:

Нат, девочки, приветствую всех!

Я по 27 - 28 главам.

Нат, я под таким впечатлением, что могу сейчас сказать только одно -
интересно... Продолжаю читать, выскажусь попозже.

Коллаж Марьяши к 28 главе - фантастика! Думаю, лучший портрет Андрея из всех возможных. Образ передан на все 200%. Наточка, прими мои поздравления!

...

yulechka asgard:

Привет Дошли руки и глаза и до Карелии))) Смотрю мне по несколько глав легче идет, хоть я большие и не люблю читать.

– У тебя небось часто так бывает. Снится что-то, а потом не понятно: снилось или нет.
Бабуля много чего знает. Ой, что будет, если ее показания с Андреем не сойдутся! Я этого не переживу.
ты, доча, как вода,Так и ты – свободная, как волны. Можешь карать и миловать, ластиться и жестоко тащить ко дну. И нельзя тебя заставить – все запруды снесешь в гневе, все плотины проломишь.
Ого, вот это власть и сила! Грешно не уметь этим пользоваться
Я не понимал, отчего ты не скажешь обо всем прямо.
Их вас вообще никто не говорил прямо.
Ну хоть немножко раскрылось. А то сплошные тайны.
Какие они все-таки милые на артах. Прям созданы друг для друга.
«Братство Полярной Звезды»
Секта что ли? Как бонально.
Мир не погрязнет в хаосе, как при революции или путче. Это «контролируемый хаос» версии 2.0 – доработанный, эффективный и молниеносный.
Звучит как реальный апокалипсис. План хорош только на бумаге. Что тут говорить за жизнь одной какой-то Леры, если речь идет о потери лидерства США?
Поменявшись телами с Максимом, Иван бы уже ни о чем не волновался.
Даже не знаю как на это адекватно реагировать. Как интересно выглядела та тьма с которой он сделку заключал?

...

натаниэлла:

Всем доброго дня!

Рита, Ира, Оля - спасибо за отклики на дополнительный материал. Как говорила уже. тема неоднозначная и странная. Но достоверных данных по ней нет вообще.


***
Мирдал,

Потому что конкурентов у них нет. Андрей - единственный, кто может проделать что-то подобное. Но и тот идет у них на поводу.
Как ни печально, но злодеи очень хорошо подстраховались на все случаи жизни.

ты читал Энику??? Ууу, я не помню уже. Но в любом случае - нет никакой связи между двумя романами.
В сказках злодеи всегда много хотят, но мало в итоге получают. А поскольку у нас тут сказка (пусть и немного страшная и похожая на реальность), никто безнаказанным не уйдет.

разрушит, да... но спасет ее не священник.

Упс. Понятия не имею, какие там генераторы. Вообще, считается общим местом уже, что передаваемую информацию накладывают на СВЧ-волны. Почему не инфразвук? Он более разрушительно действует на психику. Излучения земных недр на низких частотах рождают геопатогенные зоны, где люди чувствуют себя плохо и беспокойно. СВЧ такого эффекта не оказывают, они влияют на организм, но менее заметно. Может, поэтому?
Спасибо за отзыв!


***
Надя,
спасибо за комментарий и цветочную композицию

Потому эти теории о "мировом заговоре элит" так живучи. потому, наверное, их не любят. Что-то в них есть.
Как говорится в одном анекдоте: если ты шизофреник, это не значит, что за тобой не следят.

Я думаю, это не востребовано. Читать о таком - удовольствие сомнительное. А мир ориентирован на удовольствие. Кто хочет разбираться с проблемами, не ищет ответов на острые злободневные вопросы в художественной литературе развлекательного толка.
А я пишу так, как хочу, поскольку не связана контрактами и договорами. Более чем уверена, что если бы связалась с издательством, то первое требование редактора звучало бы так: убрать из остросюжетного романа все, что не касается приключений и любовных сцен.
Допускаю, что в черновых вариантах у многих авторов присутствует "смесь жанров", которая вычищается перед публикацией под предлогом неформата или большого объема.


***

Добро пожаловать! В блог, где размещены некоторые эпизоды, добавила. Буду рада, если найдете возможность поделиться впечатлением

***
Ксана,
спасибо, что читаешь
буду ждать твоего мнения о прочитанном.
Благодарю, что отметила Машину работу.


***
Юлия,

кое в чем они действительно не сойдутся. И Лере придется выбирать, к кому прислушаться, чтобы поступить правильно.

в этом и проблема. Андрей хотел бы Леру от этой власти избавить навсегда. Но отказаться от нее - значит, проиграть старикам-разбойникам. Ведь они-то не такие щепетильные.

Хорошо, что ты так думаешь!

кто-то нацелен решать глобальные задачи, а кто-то волнуется из-за личных. В этом тоже заложен конфликт.

по мне, так лучше и не знать.
Юля, большое спасибо за отзыв! Так хорошо, что ты остаешься с нами!

...

натаниэлла:

 » Глава 33 (окончание)

– А что же Макс? – я наконец-то сочла возможным спросить о своем коллеге. – Тебе что-нибудь известно о том, где он сейчас?
– В «Карельском чуде» его не было, – ответил Андрей. – По телефону мы с ним договорились встретиться на шоссе у поворота на заброшенную деревню Черные Выжиги, но, когда мы с Мишей прибыли туда, нас никто не ждал. Арина Витольдовна указала нам место, где они держали тебя, но куда отвезли Максима, она не видела. Вас разделили, и ей пришлось выбирать, за кем следовать. Думаю, Миша выяснит его судьбу, я же поехал за тобой прямо в гостиницу.

– Я была приманкой, – сказала я. – Они тебя ждали.
– Это все прекрасно понимали. Но мне в любом случае пришлось бы встречаться с Судопольским и договариваться. Первая наша встреча сорвалась. Макс вел меня к избушке на болоте, но вместо деда Степана там нас поджидал его брат Иван.
– Это когда вместо пней мы увидели голограмму нетронутого леса? – уточнила я. – Что там произошло, ты понял?

– Я понял, что в стане противников нет согласия. Максима используют вслепую, он даже не понимает, на что именно его подбивают, а братья Судопольские интригуют друг у друга за спиной. В тот день Макс полагал, что демонстрирует наши способности своему деду, я сам рассчитывал на содержательный разговор с лицом, способным принимать решения, но Иван, видимо, каким-то образом пронюхал о нашем визите, спугнул Степана и сорвал переговоры. Он сделал все, чтобы натравить нас с Максимом друг на друга. Ему выгоден наш конфликт.

– А что хочет от тебя Степан?
– Несмотря на то, что силы у него поменьше, чем у старшего брата, он больший приверженец традиций. Он понимает, что вторгается на чужую территорию и желает решать вопрос миром. Договориться со мной, чтобы я не мешал или даже помог ему в чем-то. Иван же нагло прет напролом. Он чувствует себя уверенно, потому что за его спиной прогресс, деньги и власть, а не только ритуалы и заклинания.

– Но ты же понимаешь, что ничего хорошего тебе Степан не предложит? Он просил тебя объединиться против брата, но это наверняка вранье.
– Конечно, – кивнул Андрей. – Я даже уверен, что братья подозревают о моей настоящей роли в этой истории, о том, что я нахожусь в Койвуяги в рамках секретной операции против них.
– Серьезно? – я невольно испугалась за него. – Но это же все меняет!

– На самом деле, ничего не меняет, – возразил Никольский. – Я же говорил, что вся верхушка армии, полиции и госбезопасности у Мессии под контролем. Официально я числился в отпуске, но меня вызвали на задание, назвав пароль. Если бы куратор не разыскал меня в заказнике, я бы и не знал о том, что тут происходит. Однако Судопольские вызвали меня в Койвуяги сами, нарочно, я был им нужен.
– Но как ты об этом догадался?

Андрей скупо улыбнулся:
– Куратор назвал мне не тот пароль. Я уже сказал Мише Самойлову, что человек, явившийся за мной в заказник, либо «крот», либо одурманенная пешка, и ему не следует доверять. Названное им кодовое слово означало, что мной вновь заинтересовалась «Система». Но существовал еще и другой пароль – личный, тот, что придумал мой непосредственный начальник для экстренных ситуаций. И он в тот раз не прозвучал. Миша Самойлов, кстати, назвал мне оба пароля, вот отчего с ним я до предела откровенен, но вынужден запутывать следы всякий раз, когда имею дело с персонами, встроенными в кадровую вертикаль.

– Как все сложно, – пробормотала я. – А ты уверен, что личный пароль тоже не засвечен?
– Уверен. Во-первых, речь об очень умных людях, которые привыкли жить в условиях тотального недоверия и специально для подобных случаев разработали многоступенчатую систему проверок. Пароль не просто слово, а выбор из набора определений, зависящих от многих факторов. Во-вторых, «Магдалина» пока не вездесуща, массовая обработка населения еще не началась, и проконтролировать, чтобы она не попала в организм, достаточно легко. В-третьих, мы прекрасно понимаем, что участвуем как бы в двух различных операциях: внешней, для отвода глаз, и тайной, когда малочисленная группа хорошо защищенных людей, о существовании которой никто не знает, подчиняется не прямому начальству и даже не министру, а самому президенту. Последнее не является чем-то из ряда вон, внутренняя безопасность возникла не вчера, и протокол хорошо отработан.

– А братья Судопольские о существовании вашего засекреченного ядра догадываются?
– Могут, Лера. Хотя система шифровки и паролей им не доступна, но принцип вполне уловим.
– Тогда почему вы все еще живы? Почему не последовали вслед за Кондратом, не потеряли свою личность, не стали им служить против воли?

– Есть много причин, я полагаю, – Андрей вздохнул. – Иван опасный противник. Ему доставляет удовольствие ломать людей, заставлять их делать что-то против воли. Но «Магдалины» ему мало, точнее – это для него «неспортивно», понимаешь? Он может превратить весь мир в болванов, но это не приносит ему морального удовлетворения. Он хочет, чтобы люди склонились перед ним не из-за наркотика, а потому что он – сильнее их. Потому что он внушил им искренний страх или искреннее уважение. Он любит играться с нами, как кошка с мышью. Потому, зная об истинной роли, он не спешит нас устранить. Он и про интриги младшего брата знает, но тоже делает вид, что пропускает мимо сознания. И только когда ему надоест играть, он перейдет в наступление без всяких сантиментов. Прихлопнет неосторожного врага в один момент. Но пока, на наше счастье, ему нравится наблюдать за попытками противостоять ему. Ведь он, чего уж там, пока выигрывает по всем фронтам.

После этих слов я испугалась за Андрея еще больше.
– Ты правда можешь ему помешать? – мой голос дрогнул.

Никольский долго молчал, а потом ответил:
– Тут такое дело… Я много об этом размышлял и пришел к выводу, что у нашего события своя логика. По сути, меня вовлекли случайно, как и тебя. По странному магическому закону мы обязательно должны были оказаться тут – и мы оказались. Хотели того или нет. Я – потому что являюсь Хранителем, а ты… Ты тоже чем-то важна. Чему суждено, то свершится. Есть силы, заинтересованные в том, чтобы Иван проиграл.

– А чем я важна? Что это за пророчество? – спросила я. – О нем упоминал Степан.
– Я точно не знаю, – Андрей слегка смутился. – Так, смутные подозрения. Возможно, это связано со старинной легендой о последнем волхве и водяной деве. Честно говоря, я никогда этим не интересовался... Однако я намерен встретиться с дедом Степаном и прямо спросить о тебе. Если он добивается моего участия, он обязан что-то предложить взамен, так почему бы не информацию?

– Разве это разумно – добровольно идти к нему логово?
– Это необходимо, Лера! Для нас с ним гораздо важнее то, что мы отличаемся от других людей. Миша Самойлов считает магию игрой ума, фанатизмом и заблуждением, и это его право. Он действует в рамках закона и физической реальности. Но мы с дедом Степаном учитываем то, что лежит за невидимой гранью. К счастью, он не подозревает, насколько я неопытен и бестолков, иначе бы действовал куда более решительно… – Андрей усмехнулся и взглянул мне в глаза: – Наверное, ты мне не веришь до конца…

– Я тебе верю! – перебила я и продемонстрировала браслет на руке: – Узнаешь? Это подарил мне твой дедушка. Благодаря волшебному браслету я знаю, когда люди искренны со мной.
Он скептически взглянул на браслет:
– Прости, но ты в курсе, что это сплела Мария Липкиниеми?

– Да, Сергей Сергеевич сказал об этом. Браслет уже не раз помогал мне угадывать чужие мотивы и обстоятельства.
– А ты знаешь, как работают подобные артефакты? Они выполняют волю, заложенную хозяином. Но хозяин – это не тот, кто пользуется браслетом, а тот, кто его создал. Вещь, сделанная моей бабушкой, не нанесет ущерба ни ей самой, ни ее кровному преемнику. Твой браслет – хорошая штука, но в моем случае не срабатывает.

Я растерялась.
– Почему ты мне это говоришь?
– Потому что это правда, Лера.
– Значит, я ни за что не смогу понять, когда ты мне солжешь?
– В жизни вполне можно обходиться без магии. Даже нужно обходиться без нее! Просто слушай себя и других людей внимательно.

Я опустила голову. Несмотря ни на что, я продолжала беззаветно доверять Никольскому. Возможно, это было наваждением, следствием непонятной симпатии, которую он мне внушал вольно или невольно. И отчасти это пугало меня. Я больше не хотела рисковать, полагаясь на других людей без веских на то оснований. И если браслет тоже был мне в этом деле не помощник… Где же искать гарантии?

– А ожерелье? – встрепенулась я. – Получается, что ожерелье Юмалы, как любой артефакт, не просто усиливает способности, но прежде всего выполняет заложенную в него функцию? Без оглядки на мои личные желания и предпочтения?

– Конечно. Камни в ожерелье долгое время использовались в черных ритуалах. Они впитали в себя зло и отныне служат злу. Они пробуждают в душе человека тягу к темным делам и преступлениям. Если ожерелье будет носить плохой человек, оно усилит его скверные качества и увеличит мощь. Известно же, что яд скорпионов не опасен для самих скорпионов. Но если человек добрый, то прежде всего станет хуже ему самому. Камни будут руководить им, склонять к поступкам, идущим вразрез с его мировоззрением, а это разрушает и психику и тело, причиняя физические страдания.

– Это поэтому меня тошнило и бросало то в жар, то в холод? Это не из-за пищи, не из-за отравы в крови?
– На тебя все действовало в комплексе. Зелья помогали тебе войти в резонанс с ожерельем, а ожерелье питалось тобой. Со стороны это выглядело, как волшебство: ты могла немножко колдовать. Точнее – становилась проводником божественной энергии, которой вовсю пользовался Максим. Вот только долго бы ты в состоянии перманентного резонанса не прожила – год, может быть полтора...

– Но как же тогда это ожерелье попало к Липкиниеми? – воскликнула я. – Ваш род добрый, вы практиковали «белый сейд»! Или я ошибаюсь?

– На этот счет в нашей семье есть две противоречивые легенды, – ответил Никольский. – Согласно одной из них, в роду Липкиниеми был отступник, который полюбил темную жрицу, но их дети после долгих и упорных поисков света, вернулись на верный путь. По другой легенде Липкиниеми получили ожерелье после одной из битв волшебников, случившейся в этих краях на исходе Темных веков. Победив злых колдунов, они забрали их артефакты, но не разбили, а положили под спуд, на сохранение. К сожалению, мой дед не знал этого или просто не придал значения легендам. Он отдал ожерелье деду Степану в качестве отступного за то, что их семейство оставит нас в покое. Моя бабушка тогда очень сильного его ругала, но поделать уже ничего не смогла. Дед Степан, конечно же, обманул. Я даже не удивлюсь, если Судопольские пытались усовершенствовать артефакт, придать ему новые свойства. Мельком я видел, как выглядит украшение, и мне показалось, что оно отличается от рисунков в старинной книге. Что-то в нем изменилось. И оно просто лучится черным ядом, даже в одной комнате находиться с ним стало опасно.

Перед глазами у меня поплыло. Макс наверняка все это знал! Он с самого начала планировал убить меня – использовать до последнего вздоха. Высосать из меня все силы! И совесть в нем даже не шелохнулась.

– Почему ты рекомендовал держаться за него? – воскликнула я в праведном гневе. – Ты сказал, что рядом с Максом я в безопасности! Как ты мог?! Он медленно убивал меня, а ты ему потворствовал!

– Конечно, те мои слова трудно оправдать, но это был единственный для тебя выход,– ответил Андрей, вновь смутившись. – Тебя не спасет ни отъезд, ни сопротивление, ни истерики, ни хорошая драка – только свет твоей души. Твое сострадание. Твоя способность любить и прощать. Мы боремся не с Максом, пойми, Лера! И не с Иваном. Страх за себя, эгоистическое желание послать все к черту – это ошибка, провал и неминуемая гибель! Противостоять ожерелью и черной магии, которую оно олицетворяет, можно только с добротой в душе. Поэтому я хотел, чтобы ты думала не только о себе, но и о ком-то еще. Например, о человеке, заблудившемся в потемках, которому нужна помощь и кто сам отравлен ложью. Только спасая других, мы спасаемся сами – это главный закон магии! Все прочее работает на зло.

Я застонала и закрыла лицо руками. Я не хотела слушать философские бредни. Мне было тошно от них. Больно и страшно.
– Ты меня обманул! Ты тоже! Ты идеалист и предатель!

– Лера, я готов драться за тебя хоть со всем миром! – выпалил Андрей. – Но твоя душа сейчас намного важнее телесного благополучия. Это то, что далеко от понимания простых обывателей, что не согласуется с системой координат того же Миши Самойлова, но что я сам не могу игнорировать! Что толку спасать человека, если сердце его поражено ядом и неминуемо убьет его изнутри? Я Хранитель, Лера! И у меня есть свой долг!
– Какой кошмар! – сказала я.

– Я сделал ошибку, что не увез тебя из города в первый же вечер, – чуть тише признал Андрей. – Я проводил тебя в гостиницу, а надо было хватать в охапку и силой везти на вокзал. Но я слишком долго сомневался, и Макс успел надеть на тебя ожерелье Он оказался дальновиднее и умнее, а я – полный осел! Однако я не хочу ставить на Максиме крест. За него следует бороться. Вы оба должны выжить, помогая друг другу!
– Макса не исправить!

– У него есть шанс, – упрямо возразил Никольский. – С его точки зрения он тоже спасал тебя, пытался перекроить на иной лад, повышая выживаемость. В век торжества всевозможных пороков ты умудрилась вырасти доверчивой «тургеневской девушкой» – несовременной и уязвимой. Тебе не хватало стервозности – и Максим работал над твоим характером из самых благих побуждений. К тому же чем больше в твоей душе темноты, тем безопаснее для тебя проклятые камни Юмалы. Он не желал тебе смерти! Не буду спорить, что благими намерениями он вымостил тебе дорогу в ад, однако для него самого тоже не все потеряно.

– Макс никого не станет слушать! Он маленькая копия своего деда, он точно так же, как Иван, самоуверен и любит играть с людьми.
– И все же ты с ним теперь связана. И только у тебя есть возможность достучаться до него. Спаси его, Лера! Он нам нужен. Он нужен прежде всего тебе.

– Мне надо на воздух… – вымолвила я, с трудом поднимаясь. Голова моя кружилась от переизбытка чувств, а ярость, которую я подавляла в себе изо всех сил, в буквальном смысле выгрызала мне внутренности. Хотя я не могла точно сказать, на кого ярилась больше: на Макса или все-таки на Андрея.

Никольский вскочил:
– Не спеши, я помогу, – он подхватил меня под локоть, отставил стул, который едва не упал от моих неуклюжих движений, и осторожно сопроводил до входной двери.

Я не стала обуваться, просто стянула кое-как носки и пошла на улицу с голыми ногами. Мне требовалось прикоснуться к земле, к траве, получить от них поддержку. Я не знала, почему возникло это желание, но Андрей, кажется, меня хорошо понимал.

Когда мы выбрались на улицу, мне стало легче. Андрей усадил меня на лавку под окном и сел поодаль – не близко, чтобы не соприкасаться даже рукавами одежды, но и не слишком далеко. Я оценила его деликатность. Нет, у Никольского хватало тараканов голове, но ставить его на одну доску с Максом не следовало. Чудинов в моих глазах был отъявленным негодяем и потому потерян навсегда.

Наверное, мне следовало вспомнить старую мантру про то, что «я одна и надо надеяться исключительно на собственную голову», однако, вопреки всему, я хотела хоть к кому-нибудь уже прилепиться – к кому-то мудрому, сильному, надежному (и доброму – это тоже важно!) Мужское плечо, маячившее сейчас на расстоянии руки, манило, обещая долгожданный покой. Ну, в самом деле, неужели я настолько невезучая и так плохо разбираюсь в людях? Я устала от своего одиночества. Мне надо было стать сильной, как никогда, но ужасно хотелось при этом, чтобы кто-то гораздо сильнее подстраховывал и берег.

Перед нами расстилалась широкая лужайка, поросшая высокой травой с редкими вкраплениями васильков и ромашек. Соседский дом, стоявший не на одной линии, а немного в глубине улицы, темной громадой возвышался справа, а слева проходила растрескавшаяся полоса старой дороги. Ей не слишком много пользовались ныне, и, если бы не остатки асфальта, она бы давно скрылась под натиском травы. У самого горизонта блестела на солнце полоска Варозера. Небо было пестрым от темных туч, подсвеченных красным и оранжевым; между ними лежали неровные перистые ленты белых облаков и провалы бездонной голубизны. Солнце в данный момент пряталось за крышей соседнего дома, распуская над ним лучистый нимб, от которого слезились глаза. Добрая, мирная картина… Но тут в небе над головой раздался нарастающий стрекот вертолетных винтов, и я переполошилась.

– Они летят на Хауду, – сказал Андрей. Это была первая фраза, что он произнес за долгое время. – Обычная смена, простые работники, они не имеют отношения к Судопольским и «Магдалине». И ничего не знают про нас.

Хауда, «Сарафарма» и «Магадлина» пугали, как и раньше, и я придвинулась к Никольскому. Он неуверенно развернулся, чтобы обнять меня рукой. Я чуть поколебавшись, положила голову ему на плечо. Да пусть все летит в тартарары! Если и правда следует прислушиваться к сердцу, то с его точки зрения только так и надо!

– Не переживай так, Лера. Мы справимся. Ты справишься. Все будет хорошо.
– Да? – спросила я, пожалуй, излишне плаксиво. – А почему тогда мне то и дело становится плохо? На мне больше нет ожерелья, оно далеко, но я по-прежнему выхожу из себя при малейшем затруднении и схожу с ума. Я устала сама от себя!

– Ты накрепко связана с камнями, – ответил Андрей. – Ожерелье стало твоим во всех смыслах. Расстояние ослабляет воздействие, но не отменяет его. И все же в этом доме ты в большей безопасности, чем где-либо еще.
– Почему?
– Здесь есть специфическая защита. Со временем действие камней на тебя ослабнет, но это при условии, что ближайшие месяцы ты проведешь на Хангапоге.

– Месяцы?! – во мне опять все всколыхнулось. Я аж подпрыгнула на лавке: да куда он меня заманил?
– Да. Завтра я покажу тебе, где проходит граница, и расскажу, как она работает.
– А другого способа избавиться от влияния Юмалы нет?
– Есть, – ответил Андрей после секундного колебания. – Даже два. Но об этом мы тоже поговорим завтра.

– Почему не сегодня?
– Тебе пора отдохнуть. Лечь спать пораньше. Хватит с тебя потрясений. Если мы так и будем бередить твои раны, эта ночь будет не менее тяжелой, чем предыдущая. А я не хочу.

Я сказала себе, что Андрей совершенно точно не похож на Макса. Макс искал любой повод, чтобы вывести меня из равновесия. Его речи вроде бы полнились медом и нежной страстью, однако производили обратное действие: будоражили и заставляли ощущать собственную никчемность. А Андрей в словах подчас был излишне резок, вот только на подсознательном уровне я не чувствовала ни агрессии, ни фальши. Андрей успокаивал меня, хотя внешне не прикладывал к этому усилий. Даже жуткие вещи в его присутствии переставали казаться такими уж жуткими.

И в тоже время Никольский обернулся не тем, за кого себя выдавал. Он боевой маг, лазутчик и убийца – пусть последнее и случилось с ним по недоразумению. Однако, вне всяких сомнений, у него свои цели и планы, в том числе и на меня. Смогу ли я принять его настоящим? Согласна ли находиться и дальше в его обществе? Вдруг он опасен, причем - опаснее Макса?

Но разве я не побывала недавно в его шкуре? Следует ли мне винить его, когда не далее, как вчера я сама кричала в смертельной ярости «сдохни, мразь»?! А потом еще и кидалась с ножом на Степана Судопольского. Если бы Андрей не перехватил меня, то…ох! Разве я имею права упрекать человека в том, что он ошибся? Ведь главное, что из той ошибки он сделал правильные выводы, в то время, как я… Я спросила себя: сделала ли я выводы сегодня и какие? Смогу ли теперь уверенно противостоять злу, которое иногда вселяется в меня? Или даже не иногда... Ответа не нашлось.

«Между нами много общего, – в итоге заключила я. – Мы два сапога пара. И если судьба свела нас вместе, то в этом должен быть особый смысл». Поэтому я набралась мужества и решила признаться, расставить, так сказать, все точки над ё. И будь что будет! Вокруг меня столько непонятно, что хотя бы в этом, самом важном для меня вопросе, требовалась полная определенность. Мне надо было хоть на что-то опереться.

Не отстраняясь, я пересела так, чтобы смотреть в лицо Никольскому, и, затаив дыхание, положила ладонь ему на грудь. Туда, где по моим воспоминаниям, был шрам от пули в виде хризантемы. Андрей чуть вздрогнул и повернул голову. В его взгляде читался искренний вопрос.

– Ты сам действуешь на меня как живая вода, как лекарство, – сказала я как можно мягче. – Ты своим примером преподаешь мне урок. Поверь, я очень это ценю и благодарна за все, что ты сделал и сделаешь, но еще мне кажется, что мои чувства к тебе гораздо глубже простой признательности. Я мечтаю о том, чтобы между нами не стояли все эти ужасы, колдовство, опасность, а все было просто и понятно. Я хочу узнать тебя лучше. Если это возможно...

Андрей промолчал. Он сидел, не шевелясь, напряженный, как струна. Это меня слегка напрягло (мог бы и сам сделать встречный шаг, в самом деле!), но, коли начала, я продолжила расставлять свои точки.

– Ты считаешь меня необъективной? Или думаешь, что за меня постоянно говорит номерной образец из «Сарафармы» или камни Юмалы?
– Я не знаю, – вымолвил он. – Наверное, нет. Ты чаще всего говоришь сама за себя, но...
– Тогда, тебе противно? После того, что ты видел… во что я превратилась.
– Не говори ерунды! – вспыхнул он.

– И все же ты убежден, что нам стоит держаться друг от друга подальше. Пока ты со всем не разберешься. И пока я вновь не стану обычным человеком. Я угадала?
– Мы оба с тобой необычные, от этого не уйти. И наша с тобой история развивается не по канонам, – ответил он, кусая губы. – Мне не с чем сравнить. Но если ты намекаешь, будто я к тебе переменился, то это не так. С моей стороны все осталось по-прежнему.

– Однако в письме, которое ты мне написал, ты был гораздо смелее в выражении чувств. Если ты не переменился, то почему постоянно отстраняешься от меня? Что я делаю неправильно?
– Я боюсь, что сам сделаю или скажу что-то неправильно. Я много ошибался, слишком много. И сейчас я не знаю, что будет для тебя лучше.

– Зато я знаю! – Я потянулась к его щеке, чтобы поцеловать, но он обеими руками вцепился мне в плечи, удерживая.
– Лера, подожди! Ты еще не разобралась до конца и, возможно, не очнулась от наваждения. Что будет, если после ты начнешь жалеть? Я не хочу пользоваться минутной слабостью и потом выслушивать твои упреки. Я вообще не должен влиять на твой выбор!

– Ты ошибаешься, Оннёй! – сказала я. – Это не минутная слабость. Я совершенно точно знаю, чего нужно мне. Мне, а не Юмале!
И я все-таки поцеловала его. В самый последний миг он наклонил лицо и встретил мои губы своими. Я обняла его за шею. Я так долго ждала его откровенной страсти, что, оказывается, успела по ней истосковаться.

Андрей целовал меня запойно, головокружительно, спасительно и нежно. Он вжимал меня в бревенчатую стену, но делал это так бережно, что я не ощущала неудобства. Он наполнял меня светом, высасывал ядовитую темноту, прогонял сомнения и печали. Он делал меня счастливой. Смешно, наверное, но я только недавно узнала, что такое настоящее счастье – по контрасту с полной тьмой и беспросветным горем.

Вот только поцелуями все и ограничилось. Андрей внезапно отпустил меня.
– Нам обоим следует остановиться! – он отвернулся и, дав мне отдышаться и слегка отдышавшись сам, немедленно заставил идти на второй этаж, где для меня была приготовлена отдельная спальня.

– Отдыхай, Лера! – сказал он, прощаясь со мной на пороге комнаты. – Увидимся завтра утром.
И он сбежал от меня в буквальном смысле, громко топая по лестнице. Странно, но я не расстроилась, а по-прежнему продолжала тихо улыбаться.

Отведенная мне комната не блистала особыми изысками. Небольшая, на два окошка, с бревенчатыми стенами, она и мебелью похвастаться не могла: кровать с железной спинкой, стул и древняя конторка вместо письменного стола – вот и весь набор. В углу на полу стояли мои вещи, на кровати, застеленной лоскутным покрывалом, лежали доставленные из магазина и даже не вскрытые спальные принадлежности и постельное белье в фабричной пленке. Штор на окнах не было, над кроватью на стене висел небольшой эстамп в деревянной светлой рамке, но что там изображено, понять было невозможно: линии и краски за годы выцвели.

Я сорвала упаковку с подушки и одеяла, заправила их в свежее белье и постелила кровать. Потом достала из рюкзака пижаму и провела ревизию своего барахла. К сожалению, почти все вещи были ношеными и нуждались в стирке, осталась всего одна чистая блузка и комплект нижнего белья. Я отложила их в сторону, чтобы надеть, когда помою голову. Сегодня сил уже не было, но завтра с утра я первым делом планировала решить вопрос с горячей водой, ванной или, на худой конец, с баней.

Достав флакончик с любимыми духами, который чудом не разбился после всех наших приключений, я отвинтила крышечку и вдохнула приятный аромат. Сладкие травянистые нотки всегда меня успокаивали. Я брызнула духами на подушку и легла поверх одеяла, сильно сжимая ее руками. Новая подушка была просто гигантской, туго набитой наполнителем и оттого упругой, она сопротивлялась моим попыткам придать ей удобоваримую форму, и я скоро сдалась – перевернулась на спину, уставившись в потолок.

Несмотря на слабость и общую усталость, сон ко мне не шел. Мешали сомнения, эмоции и тысячи вопросов, оставшиеся без ответа. Но больше всего мешал Андрей, к которому я постоянно возвращалась в воспоминаниях. Эта питерская история, которую он мне рассказал… Она не давала покоя, потому что не давала ответов.

Могла ли я, так сказать, ходить во сне? Перелететь в Питер и там встретить Андрея в те роковые минуты? Он шел домой поздно, а я жаворонок и ложусь спать, как правило, до десяти вечера. Выходила же я из тела во сне и путешествовала, когда разговаривала с бабой Натой? А тут какая разница?

Разница была в том, что про бабу Нату я помнила, а про Питер и умирающего Андрея нет. Но с тех пор я сильно изменилась! Может, причина в камнях Юмалы? Я стала сильнее, стала больше соображать… А шесть лет назад все происходило неосознанно. Я утром открыла глаза и сразу все забыла...

Между нами безусловно существовала особая связь. Я чувствовала ее на подсознательном уровне. И Андрей чувствовал. Что это: любовь двух истинных половинок, встретившихся и узнавших друг с друга с первого взгляда? Или особо изощренные шутки богов?Я думала, что Никольский знает все на свете. Но, судя по его реакции, очень часто он, в точности как и я, брел по жизни на ощупь.

Хорошо ли то, что меня к нему тянет с неимоверной силой? Могу ли я за этим влечением разглядеть, что он за человек на самом деле? Не получится ли, что за вуалью очарования и невольного преклонения перед его могуществом, от меня ускользнут важные черты его характера? И прав ли был Макс, обвиняя его в неискренности? «Если не желаешь, чтобы он разбил тебе сердце, держись от него подальше»...

Мне надоело ворочаться, я не выдержала, встала и подошла к окну в надежде, что мирный пейзаж и краски приближающейся белой ночи излечат меня от дурных сомнений. Но под окном на лужайке я увидела все того же Никольского, и, предсказуемо, больше не смогла отвести от него глаз. Я следила за ним, забыв и про пейзажи, и про благие намерения.

Андрей разделся, оставшись в одних спортивных штанах, и самозабвенно занимался физкультурой. У-шу, Кунг-фу или Цигун – я понятия не имела, к какой восточной школе принадлежат все эти причудливые позы и движения, я вообще в них не разбиралась. Но двигался он плавно и красиво: то застывал в невероятных позициях, то совершал стремительные броски, поражая ударами рук и ног воображаемых врагов. Если он и чувствовал мой взгляд, то не подавал виду. А может, полностью ушел в себя, по-своему борясь с напряжением.

Когда Андрей ушел с лужайки, я еще долго стояла возле окна, рисуя пальцем по стеклу замысловатые узоры. Бледно-синяя ночь окутывала остров призрачным туманным покрывалом, а высоко в небе горел зловещий Парад планет, возглавляемый растущей Луной. Ни звука не доносилось снаружи, даже птицы умолкли. И в этой странной тишине чувство нашего одиночества переживалось еще острее.

Легкие шаги на лестнице послышались нескоро. Андрей подошел к моей двери и некоторое время стоял за ней. Я отвернулась от окна и, затаив дыхание, смотрела на дверную ручку, ожидая, что вот-вот она повернется. Я хотела, чтобы он вошел, но и немного боялась этого.

Андрей не стал входить – пошел дальше по коридору, к себе. Послышался легкий скрип дверных петель. Я отрывисто вздохнула, кинулась к кровати и забралась под одеяло с головой… И долго потом еще искала ответ на вопрос, почему я такая дура – но так и не нашла для себя ни малейшего оправдания.

...

Диана Казанцева:

Привет! Нат, спасибо за продолжение и за красивые коллажи! Неужели Макс, и правда, осознанно вредил Лере? Вот ведь ужас где, все ради себя, любимого. Конечно, в глазах Леры Андрей тоже обманул ее, но я думаю, оставив Леру с Максом, он выбрал из всех зол наименьшую. Теперь интересно, какие действия предпримут старички? И что за те два способа, о которых говорил Андрей? Потому что жить на острове месяцы, вдали от привычной цивилизации)) на это Лера, похоже, не решится. Еще волнует вопрос, каким же образом она все таки помогла Андрею тогда, шесть лет назад?

...

viktorua:

пожалуйста добавьте в блог

...

Tannit:

Приветствую!
Спасибо за продолжение.
Красивые коллажи. Бонус весь такой символизирует зеленую тоску.
Прекрасные атмосферные описания природы.

Со слов Андрея, Иван ведет себя нелогично.

Да, самоуверенный, считающий себя неуязвимым злодей. Этакое по-гомеровски хохочущее, надвигающееся черной тучей на мирный мир, воплощение абсолютного вселенского Зла. Но на кону слишком большая ставка, чтобы проявлять «спортивность», одна накладка и все может пойти наперкосяк.
Независимо от того, кем себя мнит Иван – Мессией, богом или аццким сатаной – он обязан просчитать все ходы, должен все держать под жестким контролем, потому что от успеха мероприятия зависит – ни много, ни мало - его собственное существование. Этим он должен в первую очередь озаботиться, а никак не играми. Его противник - неназванный «сам президент» - представляется, куда более осмотрительным и осознающем важность действий по четкому плану.
Кстати, «мессия» (буквально, «помазанник», суть прошедший обряд легитимизации царя или священика) сегодня по семантике – «спаситель», как и «Магдалина» – раскаявшаяся грешница, спутница и ученица Иисуса Христа – термины, вступающие в смысловое противоречие, если угодно, в резонанс, с идеологией группы, которая их использует.
С другой стороны, это нормальная практика апокалиптических лжепророков, предсказанная богословами, ибо еще Матфей предупреждал:
«Берегитесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные. По плодам их узнаете их. Собирают ли с терновника виноград, или с репейника смоквы? Так всякое дерево доброе приносит и плоды добрые, а худое дерево приносит и плоды худые. Не может дерево доброе приносить плоды худые, ни дерево худое приносить плоды добрые», (7:15-18).
И ложь эта исходит от самого Дьявола, антагониста сил Добра.
«Ваш отец диавол; и вы хотите исполнять похоти отца вашего. Он был человекоубийца от начала и не устоял в истине, ибо нет в нем истины. Когда говорит он ложь, говорит свое, ибо он лжец и отец лжи» (Евангелие от Иоанн, 8:44).
Работать надо, а меня тут на богословие потянуло. Прямо в рабочем файл ответ пишу.

Допустимо, так надо для сюжета, и вполне приемлемо объяснение действий Ивана.

Понятно, что он долго скрывался, разрабатывал план – Лера еще не родилась, а место в этой партии для нее уже было отведено - и ждал своего «звездного часа», однако за годы ожидания у него должна была выработаться повышенная осторожность в купе с предусмотрительностью. На последнем этапе он должен уничтожать противников, представляющих для него даже потенциальную угрозу, уже не говоря о явных врагах, таких, как Сергей Никольский – эта та самая большая ошибка в жизни, которая должна была научить Ивана перестраховываться десять раз.

Нат, Андрей ведь избегает секса с Лерой не потому что «рыцарь без страха и упрека»?
Имеется какой-то сильно-сдерживающий фактор, не позволяющий ему дать волю чувствам. Есть у меня пара предположений на этот счет, и первое – на настоящем этапе секс для Лерой табуирован, потому что Макс успел совершить брачный обряд – это какая-то заморочка, собственно, «хранителей», за нарушение которой может последовать некое наказание. Ну, в самом же деле, не из-за того, что у него старомодное отношение к сексу, и не из-за того, что Лера может родить «не то сына, не то дочь; не мышонка, не лягушку, а неведому зверюшку».

...

Наядна:

Ната, спасибки за главу и графику! Да уж.. идея остаться на несколько месяцев привлекательна.. но кто ж им даст столько времени...

...

натаниэлла:

Привет! Спасибо за отзывы!

Диана,
спасибо, что отметила работы в ФШ

можно сказать, что вредил. Но он был уверен, что изменит Леру и она проживет с ним долго и счастливо.
И возможно, Макс знает что-то, чего не знает Андрей?

Андрей действует сообразно со своими представлениями о добре и зле.

у них давно все схвачено.

Это точно - жить в Карелии она пока не согласная. а про способы - скоро узнаем

Об этом - только ее предположения.


***
viktorua - добро пожаловать. Добавила.


***
Таня,
благодарю за пространный комментарий и указание на ошибку. Исправила.

Спасибо.
Облака - потрясные. Последние две картинки себе утащила - надеюсь, пригодятся.

Заметь, это только со слов Андрея. К тому же чуть выше он сказал: "Есть много причин". Самоуверенность и игра - одна из них.
Приятно, что ты так беспокоишься о наших злодеях, но пока им и правда ничего не угрожает. У Ивана припрятан козырь в рукаве - и не один. Увы.

У Ивана все просчитано. Я тут как раз вчера вечером сидела и думала, чтобы такое подсказать "самому президенту", чтобы он не выглядел дураком. А Андрей - обыкновенным везунчиком.

Да? А мне кажется, что противоерчия нет. Извращенная логика - может быть, но дальше будет некая параллель.

Шикарная цитата из Библии! Ты это наизусть шпаришь? А я даже не знаю, что и где искать в богословских спорах.

а Сергей Никольский-то ему чем повредит? Он же не маг ни разу, обычный человек. Да, он - его ошибка. Но именно потому Иван будет ждать, чтобы тот перед ним склонился САМ, а не с помощью магии и Магдалины. Будет дожимать его по всякому (с тюрьмой не вышло, но еще что-то придумает). Бзик у злодея такой. Он хочет, чтобы это все было по-настоящему. Пусть шантажом, но добровольно.
Это типа намазать кота горчицей, чтобы тот с песней ее ел.

а че, на рыцаря не тянет?
На самом деле - да, ты права. Есть фактор.
Вместе с Лерой к нему перейдет и сила Юмалы. И тут решает именно Лера. Он просто дает ей время, чтобы она это осознала. Тоже бзик Но если взять силой самому или Лера потом передумает, Андрею это боком выйдет. Макс же тоже не особо настаивал, если помнишь
Ребенок. кстати. тоже важное звено. Андрей еще не придумал, как его обыграть.
Спасибо за все острые вопросы и возможность обсудить!


***
Ирина - спасибо за комментарий, дорогая!

Никто не даст Сейчас немного передохнут - и в бой.

...