Ва-банк

Лиза:

STRELKA BAR

Лиза рассмеялась, принимая комплимент своему мастерству.


- Спасибо, мне очень приятно это слышать, - поблагодарила она.


- А давай! – приняла она вызов. – Только в этот раз тебе придется держать меня чуть крепче.
Они снова встали в вальсовую позу и задвигались по квадрату. На самом деле для вальса надо не так уж много места, достаточно квадрата метр на метр, по сторонам которого партнеры и делают шаги. Все эти бальные туры вокруг зала – красивы и позволяют ускорить движение, но и на ограниченном пространстве тоже можно станцевать интересно.
Аркадий подошел к делу ответственно, твердо обхватив Лизину талию. В этот раз не было пируэтов, Лиза добавила движений, больше свойственных танго. После пятого оборота она плавно откинула корпус влево и прогнулась в талии, перегибаясь через руку партнера. Движение было не такое глубокое, как во время танца в Парке, но достаточное, чтобы тело Лизы описало дугу слева-направо. Выпрямившись, девушка отпустила руку Аркадия и сделала небольшой шажок, становясь вполоборота к партнеру. В танцах это называется «раскрыться», потому что пара словно раскрывает объятия навстречу зрителям. Лиза пожалела, что на ней сегодня не длинная свободная юбка: во время исполнения таких элементов ткань красиво струится по ногам, получается очень зрелищно. Вновь взяв Аркадия за руку, Лиза продолжила движение. Рисунок танца не менялся: кружение-прогиб-раскрытие и так по кругу, словно волна перетекает по телам партнеров.

...

Александр:

STRELKA BAR
Закрытая вечеринка


Обещать не хотелось. Это нечестно. Нужно проработать, почувствовать, записать, отдать продюсеру и посмотреть что выйдет.

- Это я тебе обещаю.

Захар нервничал и Алекс прекрасно понимал его состояние. Сколько раз он сам чувствовал себя восторженным щенком, оказываясь рядом со звёздами. Да и сейчас бы сверкал глазами, будь рядом один из его кумиров. Но он не был звездой с мировой известностью и хотел, чтобы Захар чувствовал себя свободно. Иначе, у них ничего не получится.

Алекс был полностью согласен. Лучше дольше, но лучше. Он обращал большое внимание на текст. Даже если песня была глупой, эта глупость должна была быть понятной. Тупой набор слов - это не про него.

- Да, - согласился Алекс, - и часто благодаря Tik Tok. Сделают классный ролик со старой мелодией, он завирусится и оп! - все ищут эту мелодию на Spotify. У нас сейчас как минимум два хита 80-х в чартах. Что касается сонграйтеров. Я не ищу - меня нашли, - он засмеялся, - И мне нравятся работать с этими людьми. Я многое пишу сам, но... как убедился, тексту нужна шлифовка. И хотя иногда жалко каждую удалённую букву, потом понимаю, что так лучше.

- Найду, - Алекс сделал себе пометку. - Но давай лучше о тебе. Не хочу торопиться, но если у нас получится, мне будут нужны ещё тексты на русском. Сам понимаешь, нужно отстаивать завоёванные территории. - Задумчиво усмехнулся. - Надеюсь, предложения будут, но я был бы рад поработать с тобой.

Алекс слушал Захара, кивал и следил за Сашей на танцполе. Юрген с Ланой ушли. Лиза танцевала с Аркадием. И как танцевала! Завораживающе, грациозно, но даже в «горячий» момент профессионально-отстранённо. В танце Саши не было профессионализма. Её движения были не заученными – она двигалась, как чувствовала. И это притягивало. В этот момент, Алекс пожалел, что до этого отказался идти танцевать. Правда он танцор так себе. Скорее, энергия, чем умение. Но сейчас он был не прочь оказаться в зоне действия её чувств. Её танца.

Он отложил гитару и пожал Захару руку:
- Договорились.


Робби Уильямс уже заканчивал второй куплет, когда Алекс подошёл к Саше и положил руку на её талию. Всё так же мягко, без нажима, двинулся навстречу, предлагая увлечь себя в танце.

...

Руслана:

- Не всем же быть артистичными натурами, - улыбнувшись легкостью Юры, Руся призналась, - кому-то нужно уметь работать головой и руками. Ты был невероятен, когда воодушевлённо работал на Останкино.


Руся замерла и на секунду прикрыла глаза веками. Времени так мало. Пиджак остался где-то в клубе, по рукам пробежала лёгкая дрожь.
- Поняла, - только и смогла сказать в ответ. Жалеть ведь нельзя, парень едет домой. Да и много ли Руся о нём знает, его ведь может ждать кто-то важный и особенный дома. И мне бы об этом стоило поразмышлять. Что ей нужно и на что она готова и вообще...


Руся ухватилась за предложение и радостно ответила:
- Конечно, погуляю, я свободна..я ... А потом подумав, настороженно спросила: - Юр, а сейчас что, разойдёмся?
И словно прыгая с той чёртовой башни Москва-сити, с которой не рискнула, Руся прижавшись к мужчине, легко, нежно коснулась его губ своими.
Это не был её первый поцелуй, но это точно стало первым порывом, когда ей захотелось показать свою симпатию. Искренне.

...

Александра:

Она двигалась под музыку, не задумываясь о технике, просто отдаваясь ритму, который бил изнутри. Каждое движение было продолжением вздоха, поворотом мысли, тихим внутренним импульсом. Она чувствовала взгляд. Саша чувствовала его всем телом. И внутри сидела тихая уверенность, - она знает, чей это взгляд. И… ждала. Он прожигал ее кожу через всю комнату, и от этого ее танец становился чуть медленнее, чуть более осознанным, будто она танцевала не для себя, а для этого внимания. Его незримое присутствие обволакивало ее, и Саша чувствовала себя одновременно раскованной и выставленной напоказ.

В момент, когда мужская ладонь коснулась ее талии, Александра вздрогнула, не от испуга, а от разряда, от того, что незримое вдруг стало осязаемым. Она обернулась, и ее дыхание на секунду сбилось. Алекс. Саша медленно улыбнулась ему, настоящей улыбкой, от которой заискрились уголки ее глаз. Она не остановилась. Не замерла. Наоборот, будто получив разрешение, Саша снова отдалась музыке, но теперь иначе.
Она позволила себе откинуться назад, найдя спиной твердую грудную клетку Алекса. Расслабила шею, позволив затылку лечь в ложбинку между его ключицей и плечом. Тело Саши стало продолжением тела Алекса. Она чувствовала, как движется его дыхание, как в такт стучит его сердце где-то глубоко внутри, под ребрами. Саша растворилась. Растворилась в музыке, превратившейся в далекий гул. В ритме, который стал ритмом ее собственной крови. И в ощущениях - таких острых, что от них перехватывало дыхание.
Ее ладони скользнули поверх рук Алекса, лежащих на ее талии. Прикосновение было не указанием, а приглашением, тихим, без слов. Саша прикрыла глаза, и внешний мир окончательно исчез.
Теперь существовали только ладони Алекса под ее ладонями и ее тело, ведущее их в медленном ритме. Она двинула бедрами - томный, кружащий жест, и руки Саши, укрывающие его, мягко повели их вниз. Не резко. Не прямо. А по плавной, извилистой траектории вдоль округлости ее бедер. Ткань юбки скользила, и кожа Саши горела под ней, будто бы Алекс касается ее кончиками пальцев напрямую.
Саша не думала словами. Ее мысли растворились в ощущениях. В тепле ладони Алекса на ее животе, слегка прижимающей ее к себе. В запахе его кожи. В абсолютной уверенности, что сейчас Саша может позволить себе все. И это «все» было плавным движением бедер, глубоким вздохом, открывающим шею, доверчивой тяжестью в объятиях Алекса.
Движение Саши было не разрывом, а продолжением танца - медленным, текучим поворотом в рамках того же круга, что очерчивали руки Алекса. Она не отстранилась, а развернулась, скользнув всем корпусом внутри его объятий, пока не оказалась к нему лицом. Теперь ее руки, не выпуская предплечий Алекса, мягко опустились ниже, ладони легли на его бока, чувствуя тепло сквозь тонкую ткань футболки.
И она подняла глаза. Прямо в глаза Алекса. Саша смотрела на него, и в ее взгляде не было ни игры, ни вызова, ни заученного обаяния. Была только тихая, откровенная ясность. Ясность того, что она перестала сопротивляться самой себе и полностью отпустила контроль.
Ладони Саши скользили по предплечьям Алекса и поднимались вверх, ощущая под пальцами упругие мускулы, тонкую ткань рукава, биение крови под кожей. Саша не торопилась. Каждый сантиметр этого пути был важен для нее. Пальцами Саша коснулась шеи Алекса, почувствовала твердый выступ кадыка, который дрогнул под ее прикосновением. И вот ее руки обняли его лицо. Нежно. Большие пальцы легли на скулы, ладони охватили линию челюсти, пальцы впутались в волосы у висков.
-Алекс… Я хочу вернуть тебе. Позволишь? - произнесла она тихо, но так ясно, что слова прозвучали не вопросом, а мягким, неоспоримым фактом.
Она не ждала ответа. Прижалась ближе. Мир сузился до его лица, до темных глаз, в которых она уже видела отсвет своего решения. Ладони Саши мягко, но без тени сомнения прикоснулись к его щекам. Кожа под ее пальцами была теплой, чуть шероховатой от вечерней щетины. Кончиками пальцев она ощутила линию скулы, форму его черепа, сохранила это ощущение в памяти.
Он был выше, и Саше пришлось приподняться на носки.
И потом - прикосновение.
Губами Саша коснулась его сначала едва, лишь скользнув по губам Алекса, пробуя… вспоминая. Это был вопрос, заданный кожей. Затем губами Саша прильнула плотнее к его губам. Она целовала только губами, медленно, с сосредоточенной отдачей. Это была честная, взрослая жажда близости. Саша целовала Алекса с чувственной неторопливостью. Она ощущала форму его рта, едва уловимую дрожь ответа, тепло его дыхания, терпкий вкус алкоголя, что он пил до этого. Этот посторонний мужской вкус, смешавшись с ее собственным, ударил в голову с неожиданной силой. Саша хмелела.
Она хотела этого. Хотела этой близости без слов, этого разговора на языке прикосновений. Саша сильнее вжалась в губы Алекса, как будто пытаясь высосать из них сам источник этого головокружения. Вся прохлада «Стрелки» , кирпичные стены, сдержанный свет, отстраненная эстетика, растворилась, испарилась. Остался только этот теплый, узкий мир, ограниченный пространством между их телами, и густой, опьяняющий вкус, который казался теперь ее собственным. Саша теряла границы.
Саша не сразу отстранилась. Она оставалась слишком близко, почти в том же дыхании. Она смотрела на Алекса открыто, не проверяя реакцию, не выискивая ответа. Просто позволяла ему видеть то, что было в ней сейчас.
Саша улыбнулась - не губами, а всем лицом сразу. Так улыбаются не ради эффекта, а когда внутри что-то встало на свое место. Ее ладони все еще держали его лицо, и большой палец медленно, почти рассеянно прошелся по линии челюсти Алекса, будто запоминая форму. Это прикосновение было интимнее поцелуя - спокойное, принимающее, без спешки.
- Я хотела поцеловать тебя еще тогда, - тихо сказала она. – Но мне сказали, что ты ушел. Видимо, разминулись. – Немного помолчав, добавила с легкой иронией. – Не хочу так долго ходить около, чтобы ждать, когда соприкоснуться руки.
Она не знала, что он сделает дальше. И впервые за долгое время ей не хотелось это контролировать. Ей было достаточно просто стоять так, чувствовать тепло кожи под пальцами, слышать его дыхание рядом , и не думать о «потом».

...

Аркадий:

STRELKA BAR



- Это мы всегда пожалуйста. - Аркаша снова обнял девушку за талию, привлекая к себе, и готовясь к новому туру. - Не помню кто сказал, вроде кто-то из ваших,- прошептал он, склоняясь к замершей в ожидании новой музыкальной композиции девушке, - Что танец это вертикальное выражение горизонтального желания. Тогда это мне показалось красивым преувеличением. Для красного словца. Но сейчас я готов в это поверить.



Это была не волна, точнее, не просто волна, а какое-то цунами. Так во всяком случае казалось Аркаше, который следовал за Лизой, благо движения повторялись по кругу и поймать рисунок танца пусть не с первого раза, но получилось. И от осознания того, что получается, получалось ещё лучше. Возможно завтра, на трезвую голову он и не сможет повторить ничего подобного. Скорее всего так и будет. Но сейчас, на танцполе с потрясающей партнёршей, счастливый и немного хмельной, он чувствовал себя готовым заткнуть за пояс любого.

- Лиза, ты просто космос, - выдохнул он, когда мелодия затихла. А со сторон даже раздались аплодисменты. - После такого точно надо отдышаться и привести в порядок голову.

И не только голову. Добавил он мысленно. Возможно, организаторы игры не так уж и не рисковали, выставляя своё последнее задание, мелькнула шальная мысль. Они же не танцевали с Лизой.

- Я пойду на улицу, подышать и перекурить. Ты не хочешь?

...

Юрий:

Юра неопределённо пожал плечами, но похвала была приятной, что уж.


- Почему разойдёмся? - не понял Юра. Что-то он притормаживал, однако. - Вечер в разгаре...

Но когда девушка его поцеловала первой... Да, таким тормозом он не чувствовал себя очень давно. Может быть, даже никогда. Он с готовностью подхватил подачу и ответил, перехватывая инициативу, в крови замешивалась ядерная смесь из выпитого алкоголя, мгновенно вскипевших гормонов и общего состояния эйфории. Он крепко прижал к себе Руслану, обнимая её за талию и запутываясь второй рукой в волосах. И - ни одной разумной мысли в голове, только жадная страсть, удовольствие и желание продолжать.
Звук открывающейся двери и всплеск смеха выходящих на улицу людей вспугнул увлёкшуюся парочку. Юра ослабил хватку, покосился в их сторону, потом на Руслану.
- Ух ты, - выдохнул он, немного ошалело и взбудораженно глядя на Руслану. Снова обнял, осторожно прижав к себе обоими руками поверх её плеч. - Кажется, я тоже только что сорвал ва-банк, - с небольшим смешком выдал он, поглаживая ладонью обнажённое плечо.

Мысли заметались, предлагая дальнейшие варианты действий. Позвать к себе? Да ну, это в хостел-то? Вот так сразу? Ну не в первый же вечер, когда у них фактически это даже и не свидание. Но завтра ему уезжать...
- Погуляем по ночной Москве? - всё-таки предложил красноярец. Можно ведь и правда начать с прогулки, неспешно идти, любоваться городом, целоваться, отдыхать на лавочках. А там уже видно будет, что дальше, какой настрой. - Медленно, чтобы нога не разболелась. Если устанешь, такси вызовем. У вас ночью красиво. Романтично, - признал он и ещё раз коротко поцеловал Лану в губы, шально улыбаясь одним краем рта.

...

Александр:

STRELKA BAR
Закрытая вечеринка

Она ждала его. Алекс понял это в тот момент, когда коснулся её тела. Саша не дёрнулась – вздрогнула, как от удовольствия. Она развернулась и, улыбаясь, прильнула к нему всем телом. Она скользила по нему, в его руках; касалась, льнула и обвивалась. Он потерял мысль о том, что вышел танцевать. Лёгкое удивление сменилось на приятие. Его руки скользнули с живота на бёдра Саши, сжали их. Саша плавно повела бёдрами, её руки легли на его, очерчивая ими контур тела. Она предлагала себя и он чувствовал как пустеет голова, а внутри разгорался огонь.
Алекс перестал понимать себя. Саша при каждой возможности демонстрировала безразличие, а он не мог отвести от неё глаз. А теперь и рук не мог от неё оторвать. Каждое её движение, каждое чувство производило впечатление.
Саша не казалась ему тихоней, просто не говорила лишнее, но где-то там внутри таился шторм. Тогда, на «Мосфильме», она была молчаливой, но сказала достаточно, чтобы ему захотелось услышать остальное.
Она повернулась к нему лицом и посмотрела в глаза, сдаваясь. Не скрываясь. Без намерения сбежать. Её ладони заскользили вверх по его рукам, к шее. Алекс прижал её к себе, ожидая поцелуя. Но Саша не торопилась, сосредоточившись на его руках. Медленно, кончиками пальцев она обрисовывала мышцы, провела по плечам, коснулась горла и, наконец, обняла ладонями лицо. Большие пальцы, лаская, огладили скулы, и он позволил ей это. Алекс смотрел на её губы и ждал.
- Алекс… Я хочу вернуть тебе. Позволишь?
И что она на это хотела услышать? Он наклонил голову и позволил её губам скользнуть по его, а потом ближе, плотнее. Пьяно.
Его губы жадно впились в губы Саши, пробуя, не отпуская и порождая дрожь. Он хотел больше, он брал больше. Как и она. Именно этот тлеющий под отстранённостью огонь привлек его с самого начала. Теперь, когда пламя разгорелось, Алекс с радостью сгорел бы в нем дотла. Ему не терпелось сорвать с неё тряпки и добраться до тела. Почувствовать, как она двигается под ним. Смотреть в её глаза, когда он лишит её контроля.
Почувствовав, что безумие начинает брать верх, Алекс поднял голову, но Сашу не отпустил и не отодвинулся.
По её лицу расплывалась улыбка. Начавшись от губ, она осветила её лицо. И она снова посмотрела ему в глаза.
– Я хотела поцеловать тебя еще тогда, - тихо сказала она. – Но мне сказали, что ты ушел. Видимо, разминулись.
Он качнул головой:
– Я тоже хотел, поэтому так было лучше.
Её пальцы заскользили по его лицу, узнавая и принимая.
– Не хочу так долго ходить около, чтобы ждать, когда соприкоснутся руки.
Алекс внимательно смотрел в глаза Саши и она не отводила взгляд. Он не находил в них прежнюю отстранённость, желание спрятаться. Она не скрывала, что хочет близости.
- К тебе?

Уходить проще, чем просить уйти. К тому же «Ибис» перестал быть надёжной зоной.

...

Руслана:

Вечер действительно был в разгаре. И Руся поняла, что такое плавиться в мужских руках. Такого поцелуя у неё точно не было, потому что так она никогда на него не отвечала и не реагировала. Она полностью забылась. Такие действия должны попадать под статью. От них же отказаться не возможно.
Звук открывающейся двери, музыка и смех из бара, вышедшие на улицу люди сбили, заставили остановиться. Руся поправила кудри, которые теперь наверное выглядели неопрятно, но сейчас это не казалось таким важным как могло бы.


И это действительно было: Ух ты! Яркое и страстное, нежное и трепетное, тёплое и вкусное. Руся почувствовала себя ещё счастливее.
Разве так бывает?

- А может ва-банк сорвала я? - с долей серьёзности спросила она мужчину, наслаждаясь и его объятиями, лёгкой лаской плеч тёплыми руками.


Руся смогла нормально вдохнуть. Не такая она всё-таки смелая, чтобы не переживать о том, что делает. А родные ей всё «безбашенная».

- Согласна, - широко улыбаясь, ответила мужчине, - И погулять и с тем, что Москва красивая и романтичная. И ночью, и днём. И нога, - поглядела она на свою лодыжку, покрутила ею в суставе, - всё уже нормально. - Просто сейчас во мне бурлили такие эмоции, что этот лёгкий дискомфорт просто не фиксировался. - Тогда нужно попрощаться со всеми и забрать вещи.


- Юр, ты точно не хочешь ещё повеселиться с остальными? - Как бы не была приятна ей компания Юры, и ни хотелось полного единоличного его внимания, не имела она права не спросить, совесть ей не позволяла.

- Смотри, можем к Болотной площади направиться, можем в сторону метро, можем просто вдоль набережной, а можем к Кремлю. У тебя есть фото с Красной площади? – Почему-то Руся заволновалась, что самого известного фото российских людей, семей у Юры не будет.

...

Руслана:

Вечер действительно был в разгаре. И Руся поняла, что такое плавиться в мужских руках. Такого поцелуя у неё точно не было, потому что так она никогда на него не отвечала и не реагировала. Она полностью забылась. Такие действия должны попадать под статью. От них же отказаться не возможно.
Звук открывающейся двери, музыка и смех из бара, вышедшие на улицу люди сбили, заставили остановиться. Руся поправила кудри, которые теперь наверное выглядели неопрятно, но сейчас это не казалось таким важным как могло бы.


И это действительно было: Ух ты! Яркое и страстное, нежное и трепетное, тёплое и вкусное. Руся почувствовала себя ещё счастливее.
Разве так бывает?

- А может ва-банк сорвала я? - с долей серьёзности спросила она мужчину, наслаждаясь и его объятиями, лёгкой лаской плеч тёплыми руками.


Руся смогла нормально вдохнуть. Не такая она всё-таки смелая, чтобы не переживать о том, что делает. А родные ей всё «безбашенная».

- Согласна, - широко улыбаясь, ответила мужчине, - И погулять и с тем, что Москва красивая и романтичная. И ночью, и днём. И нога, - поглядела она на свою лодыжку, покрутила ею в суставе, - всё уже нормально. - Просто сейчас во мне бурлили такие эмоции, что этот лёгкий дискомфорт просто не фиксировался. - Тогда нужно попрощаться со всеми и забрать вещи.


- Юр, ты точно не хочешь ещё повеселиться с остальными? - Как бы не была приятна ей компания Юры, и ни хотелось полного единоличного его внимания, не имела она права не спросить, совесть ей не позволяла.

- Смотри, можем к Болотной площади направиться, можем в сторону метро, можем просто вдоль набережной, а можем к Кремлю. У тебя есть фото с Красной площади? – Почему-то Руся заволновалась, что самого известного фото российских людей, семей у Юры не будет.

...

Александра:

Саша чувствовала влечение Алекса каждой клеткой. Оно не было просто ответом на ее собственное - оно было его собственной, независимой стихией, равной по силе. И это возбуждало еще сильнее. Саша видела это в темноте его зрачков, расширившихся, чтобы поглотить ее целиком. Чувствовала в его руках - не просто обнимающих, а жаждущих, впитывающих форму ее тела, будто пытающихся запомнить ее на ощупь. Слышала в его дыхании, сбившемся в унисон с ее дыханием.
Она шла на этот поцелуй с ясной, почти, что дерзкой целью: коснуться, попробовать, почувствовать, вспомнить. И сознание Саши, обычно такое осторожное и анализирующее, просто отключилось. Не стало мыслей «как это выглядит?» или «что будет дальше?». Ей даже было все равно, что кто-то смотрит. Осталась только ослепляющая, всепоглощающая буря -вкус его, тепло его кожи под пальцами, звук его голоса, находивший отклик в ее собственной груди. Ее унесло. Не куда-то в сторону, а в самую гущу этого внезапно разгоревшегося внутри нее шторма. И самое шокирующее было не в силе ответа Алекса, а в мощи собственной реакции Саши. Она, всегда державшая дистанцию и контроль, в одно мгновение потеряла и то, и другое. И в глубине этого сладкого, огненного хаоса мелькнула единственная, ясная мысль, похожая на вспышку: «О Боже… Я и не подозревала, что во мне это спит».
Сашин взгляд начал медленное путешествие вниз по лицу Алекса. Он уплыл с темной бездны его зрачков, скользнул по переносице и задержался на кончике носа, где свет играл едва уловимой точкой. А затем покатился ниже, к цели своего маршрута: к линии его губ. И в этот миг, будто тело опередило мысль, кончик языка Саши коснулся собственной верхней губы. Не как жест соблазна, а как попытка проверить, бессознательный поиск. Поиск отпечатка. И он тут же отозвался не вкусом, а скорее послевкусием. Теплым, чуть солоноватым воспоминанием, вплавленным в самую поверхность ее кожи. Это было смутное, но ясное напоминание о давлении, о влажности его губ.
- К тебе?
Саша не отвела взгляд. Она не собиралась прятать свое желание, оно уже случилось, жило в теле, в дыхании, в том, как она стояла рядом с Алексом. Она не чувствовала неловкости, не искала оправданий. Хотеть - это было нормально. Особенно сейчас. Она слишком долго держала контроль.
Мысль о подруге всплыла внезапно, короткой вспышкой. Аня… Она что-то говорила перед выходом. Кажется, собиралась остаться у своего. Или нет?
-Ко мне, - выдохнула Саша.
Она не сводила глаз с его рта.
-Алекс… - начала она, и ее голос приобрел легкий, шаловливый оттенок. - Я очень надеюсь, что у тебя нет аллергии на шерсть. Не хотелось бы международного скандала.

...

Юрий:

И зря Руслана волновалась. Этот живописный беспорядок, в котором ещё и он принимал участие, Юре не мог не нравится.

- Значит, мы молодцы, нашли уязвимость игры и выиграли оба, а не по одному, - пошутил парень. Настроение у него было прекрасным! Ну а как ему таким не быть, когда ты только что целовался с красивой и симпатичной тебе лично девушкой, а она ещё и комплиментами сыпет?

- Ага, - Юра кивнул и направился внутрь, держа Руслану за руку. - Пиджак наконец наденешь, а то замёрзнешь же. Нет, ты в этом платье сногсшибательна, - после паузы добавил он, чтобы не надумала чего, - Но уже прохладно.

- Парни, девушки, - Юра обратился к тем, кто ещё находился в их комнате. - Мы пойдём. Проветримся. Провожу, - он кивнул на Руслану. - Рад был со всеми вами познакомиться.
Он пожал руки парням на прощанье, хлопнул каждого по плечу, обнял каждую из присутствующих девушек, попросил не теряться и показываться хоть в соцсетях, пообещал за всеми теперь там следить. - Удачи всем!

Забрал свой верный рюкзак, телефон, поднял с кресла белый пиджак и сразу накинул на плечи девушке.
- Не, хватит, - он мотнул головой. Пить дальше - это уже не к удовольствию и веселью, а к потере контроля, тормозов и адекватности. Он и так уже хороший и весёлый. - А бар всё равно скоро закроется, там у дверей режим работы висит.

- Да просто пошли, - отмахнулся он, - Тут у вас везде красиво. На Болотной - не был, - он попытался вспомнить, что это вообще за площадь, но кроме какой-то смутной ассоциации с политическими событиями, не вспомнил. - Фото Красной есть, на Красной - нет, вроде.
Ну не помнил он, сделал какое-нибудь селфи с собой на память или просто саму площадь пощёлкал.

...А ночная Москва действительно была красива. Вся горела огнями, которые отражались в реке. Красноярск тоже последние годы активно развивался и украшался, и парки красиво оформили, и пешеходный светящийся мост, но всё же до столицы ему было очень далеко. Девушка рядом тоже была очень красива, светилась жизнерадостностью и особым огнём в глазах. Юра не стеснялся частенько останавливаться, прерывать разговор (нет, ему было интересно слушать, но кое-что другое было ещё интересней) и увлечённо целоваться. Или присаживаться куда-нибудь - на скамейку, на парапет набережной, к уличным арт-объектам, у которых были места посидеть, садил Руслану к себе на колени - ну куда ей в белом садиться куда попало? Руки в охотку путешествовали под пиджаком, скользя по ткани платья, но пока ещё в рамках приличия. Подхватывал на руки, чтобы поставить куда-то на возвышение. Стоял за спиной и обнимал, пока Лана показывала что-то приметное, виднеющееся издалека. Рассказывал в ответ на её истории что-то в тему про Красноярск, он вообще под действием выпитых градусов начинал говорить больше обычного. Поделился, у них в центре города есть остров Татышев, на котором живут суслики и горожане ездят их кормить. Сравнил Большой театр вживую и на сотенной купюре, и нашёл десятку, чтобы показать на ней их красноярский мост и часовню. И, озарённый гениальной идеей, пригласил Руслану к себе в гости. В Красноярск.
- Приезжай, - горячо зазывал он. - Поживёшь у меня. Нет, ты не подумай, я ничего такого не имею в виду, я же с родителями живу. Ты будешь в моей комнате, а я в зале посплю.
К тому, что они оба вроде как уже миллионеры, он ещё не привык и мысль, что можно просто остановиться в отделе или снять гостевую квартиру, ему даже в голову не приходила.
- Я возьму ещё отпуск... Или вообще уже уволюсь. Покажу тебе город. У меня машина есть, куда угодно можно съездить. На Татышева - сусликов покормить, уток там, белок... На Столбы сходить, на Ермака залезть. Там реально красиво! На Красноярскую ГЭС смотаться. На Торгашинскую лестницу - самую длинную лестницу России, между прочим! Она на Торгашинский хребет идёт.
Идей было столько, что он даже замолчал от их обилия. Да, это было бы классно, показать этой девушке его город. Заманить в медвежью берлогу столичную девочку.
- И я буду очень рад тебя увидеть, - добавил он ещё один аргумент, привлекая Лану в очередной раз к себе. - Не просто увидеть, вообще, а именно там, у нас.

...

Лиза:

STRELKA BAR


Лиза внимательно посмотрела на Аркадия и совершенно серьезно ответила:
- А это так и есть. Древнейший танец на земле – страсть.


- Спасибо за столь лестную оценку, - Лиза присела в реверансе, каким положено благодарить партнера на балах. В брюках, конечно, это движение смотрелось несколько комично, но что уж поделать. – Это мне просто повезло с партнером, - улыбнулась она. – Сам Фред Астер, надо же соответствовать!
Выпрямляясь, она повернула голову и отчетливо услышала звон, с которым лопнула натянутая в ее груди струна. Алекс. И Александра. В объятиях друг друга. Лиза неловко покачнулась и машинально ухватилась за предплечье Аркадия.


- Ну вот, а ты говоришь: космос, - пробормотала она, пряча смущение и полыхнувшие огнем щеки за ладонью, которой спешно принялась поправлять растрепавшиеся волосы. – В собственных ногах запуталась. Ты прав. Пора на улицу.
Она так и не подняла глаз, пока не вышла из зала. Ей вполне хватило уже увиденного. На выходе она попросила у охранника свой смартфон.
- Поздно уже, - она взглянула на спутника. – Домой пора. Интересно, сколько сейчас такси ждать придется.
Лиза пряталась за обыденными разговорами, стараясь заполнить мысли какими-то пустяками и не думать-не думать-не думать…
- Ой, я на сайте игры видела, что у тебя собачка есть, - откуда вдруг эта информация всплыла в голове Лизы, она и сама не понимала, но с благодарностью за нее ухватилась, - такая милая. Я люблю собак, но у меня никогда не было. А как твою зовут?
Она щебетала, чтобы прогнать противный звон, все еще стоящий в ушах. Собак Лиза на самом деле любила, но в детстве не могла завести, потому что с ней некому было бы гулять: мама целыми днями на работе, а Лиза – в школе и на хореографии. А потом… Потом маме требовалась едва ли не стерильная чистота, и собака в такую обстановку не вписывалась никак.
Они с Аркадием вышли на улицу, и Лиза с наслаждением вдохнула влажный ночной воздух. Жар постепенно отливал от щек, в голове прояснялось. Они с Аркадием еще какое-то время поболтали, пока Лиза ждала такси. На прощание Аркадий попросил номер телефона, и они обменялись контактами.
В машине Лиза зажмурилась и просто вслушивалась в шум мотора и шорох шин, словно эти звуки могли окончательно прогнать из ушей звук лопнувшей струны.

...

Руслана:

Два ва-банка не бывает, подумала Руся, но ничего не сказала,



У Юры была самая, на взгляд Руси, нужная и обязательная для мужчины черта. Заботливость. Оценить красоту , заметить сногсшибательность это можно легко. А вот обеспокоиться, что можешь замёрзнуть это другое. Подкупает и обезоруживает.

- Спасибо… - поблагодарила за всё сразу, легко улыбнувшись.
Зайдя в бар, они прошли к своей компании, попрощались. Руся не увидела ни Аркадия, ни Алекса, а остальным сказала до свидания и просто пожелала всего хорошего. Юра прощался теплее, но тут и понятно – с девушками он поучаствовал в испытаниях, а с парнями уже выпивал. Узнав, что оплата мероприятия не их забота, забрали свои вещи, были готовы к прогулке. Юра, накинул мне на плечи пиджак и вывел, как в моей семье говорят - «с вещами на выход».
От продолжения веселья Юра отказался и Русю честно это обрадовало.

Терять контроль и адекватность ему тоже не нравилось. А то что бар скоро закроется Руся знала, глянула в начале их вечера.



И они просто пошли. Руся рассказывала и показывала, что считала важным, интересным или просто красивым. Юра больше слушал. Иногда они останавливались, на что-то любуясь. Иногда просто останавливались, потому что так хотелось. Замереть, смотря в глаза друг другу. Прижаться друг к другу. Коснуться. Подарить поцелуй. Принять такой подарок. Заставляя кровь быстрее бежать по венам, а дыхание сбиваться. Лаская рукой так, чтобы Руся не знала, волноваться, что Юра продолжит или переживать, что остановится. Иногда она даже не могла сказать, где они идут и что проходят.
Такой притягательной Руся не ощущала себя никогда. Когда Юра обхватывал её сзади, она гладила его красивые руки. Сидя на крепких коленях мужчины, она легко запускала пальцы в его волосы. Ей казалось, что сделать это ей хотелось с первого взгляда на него, еще тогда, когда он представился.
- Юра, из Красноярска.
Целуя, удивлялась себе. Своей смелости и жадности. Разум человека может оправдать любой поступок. Но Руся не собиралась себя оправдывать. Она ощущала полную гармонию между желаниями и поступками. Какие тогда могут быть оправдания, для чего?
Особенно ей понравилось, когда Юра подхватывал её на руки, ставил повыше (всё-таки разница в росте имела значение), лицом к себе и … Его жадность тоже нравилась Русе. Внутри было так горячо, поселившийся трепет и возбуждение не ослабевали.
И тут Юру словно прорвало.
Он стал рассказывать про Красноярск. Остров Татышев, суслики, купюры. Русе было интересно, но представить далёкий город не получалось. Зато, то с каким восторгом рассказывал о нём Юра, говорило о том, как он любит и гордиться своим Красноярском.
А потом прозвучали слова:


Прозвучали и всё изменили. Заставили Русю думать в другом ключе. И то, что сказал Юра, что она может остановиться в его комнате, было особенно важным. И Руся ничего такого даже не успела подумать, Юра горячо продолжил:

Она не представляла себе как залезают на Ермака! Это вполне могло стать причиной.
И ей стало жизненно необходимо поехать в его город,. Покормить с ним сусликов на острове. Смотаться на его машине на их ГЭС. Подняться и спуститься по самой длинной лестнице России держа его за руку.
И про Ермака не стоило забывать.
Она не успела, Юра снова продолжил:


Мужчина, который может заставить Русю затаить дыхание, пустить сердце в галоп, ноги подкоситься и теплом наполниться душу.
Вот кем сейчас стал Юра.
Она хотела согласиться на поездку ещё после сусликов и Ермака, а теперь уж поездка стала делом решённым.
И вскинув глаза на мужчину:
- Я приеду, - обняв его за талию, спрятав, смущённое лицо у него на груди, - честно. И спасибо. – Подумав, сказала: - Ты только скажи, когда тебе будет удобнее. – и подумав, что всё-таки родители могут иметь другие планы и своё мнение на гостью, добавила,
- Я могу и в гостинице остановиться, это не проблема.
А потом положила руки на плечи Юры, потянулась и поцеловала.

Ехать на метро не рискнули. Юра решил, что такси самое удобное. И настоял, что сначала довезёт меня. Понимала, что так будет дороже, но отговаривать не стала.
И кто сказал, что целоваться в такси стыдно. Руся попробовала, ей понравилось.
Прижавшись к боку мужчины, она мечтала. Куда стоит сводить Юру, что ещё ему показать. И что едят суслики. И высокий ли Ермак.
А может, познакомить Юру с Жориком и Лёвой?
Нет!
Ничего хорошего не выходило, когда она представляла им понравившихся мальчиков.
Что Артемий в подготовительной группе, что Евгений в 10 классе, что Вениамин на первом курсе.

Такси ждало, пока Юра провожал до подъезда.
- До завтра, - прошептала, севшим голосом, после поцелуя, Юры, - буду ждать звонка.
Посмотрев время:
- Это уже сегодня, - улыбнувшись, сказал мужчина. И лукаво добавил, шёпотом, прямо в ухо: - Сладких снов.

Руся ещё постояла, посмотрела, как такси с парнем отъехало, несколько раз глубоко вдохнула, пытаясь отогнать возбуждение, направилась в квартиру. Она хотела, чтобы быстрее наступило утро.

...

Аркадий:

STRELKA BAR

Ночной воздух освежал разгорячённые тела и прочищал взбудораженные мозги, возвращая более менее трезвое восприятие реальности. Хотя Аркаше на какой-то миг показалось, что Лиза расстроилась, увидев танцующих Александров, но он промолчал. Не то, чтобы он был прямо супер тактичным, вот уж чего не было ни в одном глазу. Но если окажется, что ему это лишь померещилось, только идиотом себя выставишь. Тем более, что Лиза улыбалась.


- Это он. - Аркаша улыбнулся. Невозможно было найти тему, более благодарную. Про Цахеса он мог рассказывать часами. - Мальчик. Его зовут Цахес. Он цверг, это порода такая.
- Какое странное имя, - Лиза подняла свои большие глаза, - это что-то значит? Звучит знакомо.
- Это из сказки Гофмана, Крошка Цахес, не самая популярная сказка, но сочетание на слуху, это да. Хотя мой Цахес намного симпатичнее, чем книжный. Но когда он только у меня появился, он был такой крохотный, как блоха, что имя само как-то прилипло, тогда я даже ещё не знал, кто такой этот Крошка Цахес. Книжку я потом уже прочитал, но имя менять не стал. Собственно имя у него другое, он же породистый, хотя я не таскаю его по выставкам, в паспорте аж на две строчки, но называть так пса в жизни чисто издевательство.


- Не думаю, что долго, они по вызову из клубов обычно прилетают без задержек. - Аркаша пожал плечами, сожалея, что такси приедет быстро. - Жаль, что я сегодня не верхом, я бы с удовольствием отвёз тебя сам. Надеюсь, ты бы не отказалась проехаться со мной по ночной Москве. А может быть... - он слегка замялся, не желая сильно давить, но потом продолжил, - может быть в другой раз я ещё тебя покатаю. Если ты любишь быструю езду и ветер в лицо.

Когда такси мигнуло огнями последний раз, сворачивая, Аркаша вернулся в клуб. Забрал свои вещи, простился с парнями. Обменялись ссылками на соцсети, пообещав оставаться на связи.
Домой, в Бирюлёво, добирался на метро, по привычке. Забрал счастливого Цахеса у соседей и пошёл гулять. Даже как-то странно было, что больше не надо снимать себя каждую минуту. Удивительно, как быстро это стало привычкой. Всего за какие-то четыре дня.
Устроившись на лавочке, пока Цахес обстоятельно делал свои дела, Аркаша достал телефон и открыл сообщения.

Надеюсь, ты хорошо доехала. Цахес желает тебе добрых снов, я рассказал ему о тебе.

...

Александр:

Зябликово

Саша вела его за собой, во всех смыслах этого слова. В одном из них, дверь за ними только что закрылась, в другом – они её едва приоткрыли.

Алекс прижал Сашу спиной к двери и приник к её губам в глубоком, тягучем поцелуе. Он водил руками по её спине, ища застёжку или молнию на топе, когда до его сознания дошло что он слышит какой-то посторонний звук. Догадка быстро переросла в уверенность, когда невидимое существо гавкнуло. Точно, она же говорила про шерсть.
- Как зовут твоего парня? – Спросил Алекс не выпуская Сашу из объятий.
- Басти, - в голосе Саши слышалась улыбка.
Щёлкнул выключатель и в комнате зажёгся свет.
- Басти, - сказал Алекс, наклоняясь к собаке, - сейчас моя очередь. Прояви немного солидарности, не обгадь дело.
Он дал собаке обнюхать свою руку, погладил по спине. Оглядевшись, Алекс определил местонахождение кровати и снова вернулся к Саше.
Ему нравилось смотреть на неё. Не просто в лицо – в глаза. В неё. Поймав её взгляд, Алекс избавил Сашу от топа и положил обе руки на её грудь. Склонив голову он снова поцеловал Сашу в губы жадно, многообещающе. Её рот был вкусным, с лёгкой цитрусовой и алкогольной ноткой. Алекс не мог оторваться от её губ, нападая, требуя и сминая, а то как она втягивала в себя воздух, прямо с его губ, сводило его с ума. Он ласкал её грудь, глотал её стоны, чувствовал руки Саши под своей футболкой и дыхание на своей коже, тёплое и прерывистое. Её тело горело под его жадными ладонями. Она вцепилась в пуговицу на его брюках, тоже торопясь добраться до обнаженного тела. «Сейчас» шепнул Алекс, расстёгивая её юбку. Ткань скользнула по ногам. Алекс проводил её глазами, сначала остановившись взглядом на трусиках, а потом на туфлях. Он опустился перед девушкой на одно колено и провёл по её ногам снизу вверх. Задержал ладони на бёдрах, собираясь спустить трусики, но снова повёл их вниз. Обхватив рукой лодыжку, снял сначала одну туфлю, а потом повторил то же самое со второй ногой. Он поднялся, обнял Сашу и окунулся в её нетерпение. Помог ей снять с себя футболку и она прижалась губами к его груди, как до этого делал он. Его сердце грохотало как безумное, в ушах шумела кровь.
Алекс подхватил Сашу на руки и понёс к кровати. Оказавшись на руках, она впилась губами в жилку, жарко бьющуюся на его горле, прикусила зубами его плечо. Он мог бы овладеть ею прямо сейчас, быстро и жёстко.
- Ты меня убиваешь, - качнул головой Алекс.
Почувствовав под собой матрас, Саша выгнулась и прижалась к нему. Он не хотел, чтобы все закончилось, едва начавшись, но оказался в самом эпицентре разыгравшегося шторма. Саша металась под ним, и казалось, что она опутала его собой, затягивала, привязывала. Он прижался губами к её животу прямо над резинкой трусиков, прочертил эту линию языком. Хотелось брать, владеть, а когда попробовал гладкую кожу, его желание превратилось в вожделение. Алекс обвёл языком ямку пупка, опаляя кожу горячим дыханием. Его ладони и губы блуждали по её груди, животу, бёдрам, оставляя за собой цепочку обжигающих поцелуев. Её лицо, спокойное прежде, сейчас пылало, губы были горячими и жадными. Алекс хотел насладиться её телом прежде, чем взять то, что она так щедро предлагала. Не пробовать, потому что знал – смакование сведет его с ума, но глотать жадными огромными глотками.
Он встал на колени между Сашиных ног, чтобы расстегнуть брюки, а перед тем как скинуть их и кроссовки, бросил на тумбочку у кровати парочку презервативов. Такая красивая. Он смотрел на раскинувшуюся перед ним девушку и понимал, что долго не выдержит. Стянув с Саши трусики, он провёл рукой по её животу, скользнул между бёдер. Поцелуи стали жёстче, глубже, ненасытнее. Её язык скользнул навстречу его, втягивая глубже, сводя с ума. Дай мне всё, что у тебя есть, а потом дай ещё больше. Алекс ласкал её изнывающую от желания плоть круговыми движениями пальцев, пока Саша не стала совершенно мокрой. Его колотило, как в лихорадке, от желания овладеть ею. Он ввёл сначала один, а потом два пальца в её лоно и Саша выгнулась навстречу его руке.

...