Свернуть панель
Навигаторы…
Авторы
Благодарности
Где найти
Голосования
Дизайнерский Бутик
Доска объявлений
Доска почета
Звёзды кино
Землячества
Календарь
Кинодневники
Клубы
Клубы VIP
Конкурсы
Кулинарная книга
Лица форума
Онлайн-опросы
Переводы
Подарки
Подборки
Поздравления
Ролевые игры
Самиздат
Сериалы
Собст.творчество
Фанфики
FAQ
Регистрация
Вход
Полная версия
Chelsea:
Танюш , спасибо за статьи
Девочки, я под столом от смеха с наших тренеров)))
Старший тренер сборной России по резерву Александр Селифонов подвел итоги летней подготовки молодых спортсменов. По его словам, российские спортсмены показали достойные результаты на чемпионатах страны.
– Чемпионат и первенство России подвели черту под летним этапом подготовки молодежной и юниорской сборной. Спортсмены показали разный уровень готовности. Успели уже в ком-то разочароваться, и каков вообще процент брака в резерве, не все ведь дорастают даже до уровня первой сборной?
– Я был на всех трех чемпионатах страны (взрослые, юниоры, юноши), – приводит официальный сайт СБР слова Селифонова. – В первую очередь бросилось в глаза, что большинство спортсменов, готовившихся у нас, показали достойный результат. Исключения составили лишь приболевшие спортсменки, которые старт пропустили или выступили не в полную силу. Меня больше разочаровали уже опытные девчонки: Яна Романова и Екатерина Шумилова. Они совершенно не показали присущей призерам Олимпиады стабильности, и хотя пробежали неплохо, совершенно не справились со стрельбой. Видимо, сказывается тяжесть постолимпийского сезона, которая особенно проявляется у женщин. Многие в это время стараются уйти в декрет, но не у всех получается.
– Чемпионат и первенство России подвели черту под летним этапом подготовки молодежной и юниорской сборной. Спортсмены показали разный уровень готовности. Успели уже в ком-то разочароваться, и каков вообще процент брака в резерве, не все ведь дорастают даже до уровня первой сборной?
– Я был на всех трех чемпионатах страны (взрослые, юниоры, юноши), – приводит официальный сайт СБР слова Селифонова. – В первую очередь бросилось в глаза, что большинство спортсменов, готовившихся у нас, показали достойный результат. Исключения составили лишь приболевшие спортсменки, которые старт пропустили или выступили не в полную силу. Меня больше разочаровали уже опытные девчонки: Яна Романова и Екатерина Шумилова. Они совершенно не показали присущей призерам Олимпиады стабильности, и хотя пробежали неплохо, совершенно не справились со стрельбой. Видимо, сказывается тяжесть постолимпийского сезона, которая особенно проявляется у женщин. Многие в это время стараются уйти в декрет, но не у всех получается.
Теперь наши спортсменки разочаровывают не бегом и стрельбой, а тем, что не смогли в декрет уйти)))) ЦИРК уехал, а клоуны остались однако)))))
серина:
Владимир Королькевич прокомментировал перспективы Зайцевой, вынужденный отпуск Вилухиной, прогресс молодёжи и задачи на сезон.
В новый сезон женская сборная России по биатлону вступает в сильно обновлённом составе. Перспективы Ольги Зайцевой пока туманны, Ольга Вилухина вынуждена взять паузу, а костяк команды составляет необстрелянная молодёжь. С такими исходными данными вернуть российский женский биатлон на прежние позиции будет непросто даже столь опытному специалисту, как Владимир Королькевич. Впрочем, наставник далёк от паники и рассчитывает за ближайший год и лидеров вернуть в тонус, и молодёжь вывести на новый уровень. Корреспондент «Чемпионата» дозвонился Королькевичу в Поклюку, где он начал работу на очередном сборе команды.
— Что вам известно о ближайших планах Ольги Зайцевой?
— Уже сейчас очевидно, что Оля не будет выступать на первых этапах Кубка мира, но важно, что у неё есть желание готовиться. Поэтому мы рассчитываем, что она всё-таки наберёт форму к чемпионату мира. Сейчас Зайцева находится на самоподготовке, а ближе к сезону мы сможем оценить её текущее состояние и определиться с дальнейшим планом работы.
— В ходе сезона насколько плотно вы с ней контактировали?
— У нас была исключительно телефонная связь. Ещё весной мы решили, что Ольга будет готовиться самостоятельно по своей тренировочной программе вне команды. У неё есть личный тренер Оксана Рочева, которая и контролирует тренировочный процесс.
— Вы видите вариант, при котором Ольга успела бы подготовиться к чемпионату мира и при этом её включение в состав было бы подкреплено результатами?
— Во-первых, после учебно-тренировочного сбора в Тюмени она должна будет представить вместе с личным тренером конкретный план действий, после чего мы уже коллегиально решим, где и как Ольга будет выступать. Возможно, первой проверкой для неё станет «Ижевская винтовка». Пока у меня есть лишь проект этого плана, который я бы хотел согласовать с Ольгой и её тренером.
— Насколько велико намерение Зайцевой попасть на чемпионат мира?
— Конечно, мы рассматриваем её кандидатуру и будем рады, если Оля продлит свою карьеру. В особенности она нужна нам как опытный эстафетный боец и лидер команды. Костяк у нас молодой, поэтому столь опытные спортсменки нам нужны, чтобы подтянуть всю команду до мирового уровня. Когда состав обновляется на 60 процентов, очень тяжело остаться на высоком уровне, но мы не собираемся опускать руки и сваливать неудачи на обстоятельства.
— По итогам летнего подготовительного периода вы уже ощутили прогресс в работе новичков?
— Конечно. У девочек есть положительная динамика во всех компонентах. Хорошее впечатление оставили Анна Никулина и Ольга Якушова, прогресс которых особенно заметен. На них мы рассчитываем, если не на этапах Кубка мира, то на Кубке IBU, где за год-два они могут дорасти до уровня олимпийской сборной.
— Решение Ольги Вилухиной пропустить сезон для вас стало неожиданным?
— Нет. Конечно, Оля нам бы очень пригодилась, в первую очередь для эстафеты, где у нас теперь снова будут проблемы с заключительным этапом. Но мы все понимаем её состояние после тяжелейшего сезона и накопившихся проблем со здоровьем. Слишком уж дорого далась ей подготовка к Олимпийским играм, когда ей пришлось убирать лишний вес и тренироваться в жесточайшем режиме. Такие трудовые подвиги без последствий не проходят. Поэтому мы были готовы к тому, что нынешний сезон станет для неё переходным.
— Вы обсуждали, чем она будет заниматься?
— В первую очередь нужно привести в порядок здоровье, но это не значит, что Вилухина не будет тренироваться. Если у неё будет что-то получаться и появится желание выступать, мы готовы рассмотреть кандидатуру Оли на какие-то этапы Кубка мира. Всё будет зависеть от её состояния здоровья. Поэтому для неё этот год — возможность привести себя в порядок и с новыми силами включиться в работу.
— После Олимпиады в Турине наша сборная потеряла даже не двух, а четырёх лидеров, но та ситуация позволила раскрыть свои возможности новым спортсменкам. Чего вы ждёте от ближайшего сезона?
— Для нас ближайшие два сезона — это возможность определить костяк команды на Олимпиаду в Пхёнчхане. Возможности опытных Зайцевой, Вилухиной и Романовой нам хорошо известны, а на что способна молодёжь, покажет сезон. Я бы хотел активнее подключать как можно больше молодых спортсменок, чтобы к Олимпийским играм они успели набраться опыта и выйти на своё оптимальное состояние, как это было в прошлом году с Вилухиной. Поэтому в первую часть олимпийского цикла мы должны эти таланты найти, а во вторую уже начать готовить их к Олимпийским играм. При этом мы рассчитываем и на возвращение наших опытных бойцов, которые ещё смогут быть полезны команде.
В новый сезон женская сборная России по биатлону вступает в сильно обновлённом составе. Перспективы Ольги Зайцевой пока туманны, Ольга Вилухина вынуждена взять паузу, а костяк команды составляет необстрелянная молодёжь. С такими исходными данными вернуть российский женский биатлон на прежние позиции будет непросто даже столь опытному специалисту, как Владимир Королькевич. Впрочем, наставник далёк от паники и рассчитывает за ближайший год и лидеров вернуть в тонус, и молодёжь вывести на новый уровень. Корреспондент «Чемпионата» дозвонился Королькевичу в Поклюку, где он начал работу на очередном сборе команды.
— Что вам известно о ближайших планах Ольги Зайцевой?
— Уже сейчас очевидно, что Оля не будет выступать на первых этапах Кубка мира, но важно, что у неё есть желание готовиться. Поэтому мы рассчитываем, что она всё-таки наберёт форму к чемпионату мира. Сейчас Зайцева находится на самоподготовке, а ближе к сезону мы сможем оценить её текущее состояние и определиться с дальнейшим планом работы.
— В ходе сезона насколько плотно вы с ней контактировали?
— У нас была исключительно телефонная связь. Ещё весной мы решили, что Ольга будет готовиться самостоятельно по своей тренировочной программе вне команды. У неё есть личный тренер Оксана Рочева, которая и контролирует тренировочный процесс.
— Вы видите вариант, при котором Ольга успела бы подготовиться к чемпионату мира и при этом её включение в состав было бы подкреплено результатами?
— Во-первых, после учебно-тренировочного сбора в Тюмени она должна будет представить вместе с личным тренером конкретный план действий, после чего мы уже коллегиально решим, где и как Ольга будет выступать. Возможно, первой проверкой для неё станет «Ижевская винтовка». Пока у меня есть лишь проект этого плана, который я бы хотел согласовать с Ольгой и её тренером.
— Насколько велико намерение Зайцевой попасть на чемпионат мира?
— Конечно, мы рассматриваем её кандидатуру и будем рады, если Оля продлит свою карьеру. В особенности она нужна нам как опытный эстафетный боец и лидер команды. Костяк у нас молодой, поэтому столь опытные спортсменки нам нужны, чтобы подтянуть всю команду до мирового уровня. Когда состав обновляется на 60 процентов, очень тяжело остаться на высоком уровне, но мы не собираемся опускать руки и сваливать неудачи на обстоятельства.
— По итогам летнего подготовительного периода вы уже ощутили прогресс в работе новичков?
— Конечно. У девочек есть положительная динамика во всех компонентах. Хорошее впечатление оставили Анна Никулина и Ольга Якушова, прогресс которых особенно заметен. На них мы рассчитываем, если не на этапах Кубка мира, то на Кубке IBU, где за год-два они могут дорасти до уровня олимпийской сборной.
— Решение Ольги Вилухиной пропустить сезон для вас стало неожиданным?
— Нет. Конечно, Оля нам бы очень пригодилась, в первую очередь для эстафеты, где у нас теперь снова будут проблемы с заключительным этапом. Но мы все понимаем её состояние после тяжелейшего сезона и накопившихся проблем со здоровьем. Слишком уж дорого далась ей подготовка к Олимпийским играм, когда ей пришлось убирать лишний вес и тренироваться в жесточайшем режиме. Такие трудовые подвиги без последствий не проходят. Поэтому мы были готовы к тому, что нынешний сезон станет для неё переходным.
— Вы обсуждали, чем она будет заниматься?
— В первую очередь нужно привести в порядок здоровье, но это не значит, что Вилухина не будет тренироваться. Если у неё будет что-то получаться и появится желание выступать, мы готовы рассмотреть кандидатуру Оли на какие-то этапы Кубка мира. Всё будет зависеть от её состояния здоровья. Поэтому для неё этот год — возможность привести себя в порядок и с новыми силами включиться в работу.
— После Олимпиады в Турине наша сборная потеряла даже не двух, а четырёх лидеров, но та ситуация позволила раскрыть свои возможности новым спортсменкам. Чего вы ждёте от ближайшего сезона?
— Для нас ближайшие два сезона — это возможность определить костяк команды на Олимпиаду в Пхёнчхане. Возможности опытных Зайцевой, Вилухиной и Романовой нам хорошо известны, а на что способна молодёжь, покажет сезон. Я бы хотел активнее подключать как можно больше молодых спортсменок, чтобы к Олимпийским играм они успели набраться опыта и выйти на своё оптимальное состояние, как это было в прошлом году с Вилухиной. Поэтому в первую часть олимпийского цикла мы должны эти таланты найти, а во вторую уже начать готовить их к Олимпийским играм. При этом мы рассчитываем и на возвращение наших опытных бойцов, которые ещё смогут быть полезны команде.
Chelsea:
Танюш солнце, спасибо за все статьи
Кармен писал(а):
Что-то этот сезон я чувствую не предвещает ничего хорошего в женской сборной
Почему??
Он вроде и в прошлые годы ничего хорошего не предвещал)))
Принесла очень интересную вьюшку, мне Даша очень нравится, надеюсь у неё в этом сезоне всё получится!!
Женская сборная России вернулась с 10-дневного сбора в словенской Поклюке, где в прошлом сезоне блестяще дебютировала 25-летняя биатлонистка из подмосковных Химок. Напомним, что в своей первой спринтерской гонке на этапах Кубка мира дочь великой Анфисы Резцовой сразу же взяла серебро.
– Чем вам запомнился прошедший сбор?
– Помимо привычных тренировок успели сходить в поход в горы. Хорошо разрядились за эти 4,5 часа, насладились местными красотами.
– Старший тренер команды Владимир Королькевич ходил с вами?
– Нет, он остался на базе.
– Знаю, что на сборах вы проходили тесты. Довольны своими показателями?
– Не очень. Тест был один – ходьба с палками. Но я не смогла до конца дотерпеть. Скорее всего, из-за недавней болезни. Мышцы оказались не готовы к запредельной нагрузке.
– Поклюка для вас – счастливый город?
– Не поспоришь (улыбается). Когда ходишь или бегаешь по той трассе, приятные моменты сами собой всплывают в памяти. Да и вообще мне там очень комфортно. В декабре, надеюсь, вернусь в Словению на этап Кубка мира.
– Во время прошлого визита в Поклюку вы говорили, что хотели бы поработать с Королькевичем. Межсезонье провели под его руководством. Реальность совпала с ожиданиями?
– Мне с ним интересно. Владимир Борисович приехал с Запада, и его видение тренировочного процесса несколько отличается от нашего привычного. Он привнес новые веяния в российский биатлон.
– Например?
– Раньше суть нашей подготовки заключалась в закладке функционалки. Сейчас мы очень много работаем над техникой. На мой взгляд, это очень важно. При этом не забываем и про силовой компонент. Скажу больше: именно из-за увеличения мышечного корсета приходится корректировать технику. С нами работает словацкий специалист Ярослав Ярош, знающий огромное количество подводящих упражнений. Многие из них мы увидели впервые.
– Изменение техники – очень сложный процесс. Известно, что научить с нуля гораздо проще, чем переучивать. Понимаете, что заставить организм делать иначе отработанные годами движения, это вопрос не двух-трех месяцев?
– Прекрасно понимаю. Но у нас речь идет не о кардинальных переменах. Скорее, о корректировке. Пытаемся "экономичнее" ставить руки и ноги. Благодаря этому можно беречь силы и более качественно проходить дистанцию. Разумеется, для максимального эффекта необходимо все собрать воедино: функционалку, технику, силу. Нужно понимать, что если у тебя нет техники, идет перекос в пользу силы. И наоборот. Важно использовать свою энергию максимально эффективно, а не разбрасываться ей. Конечно, поломать старые выработанные двигательные стереотипы нереально, однако двигаться в правильном направлении можно. К этому мы и стремимся.
– Как Оле Эйнар Бьорндален, который совершенствуется даже в 40?
– Да, искать пути развития нужно всегда.
– Можно ли говорить об идеале в технике или это понятие сугубо индивидуальное?
– У тренеров такой идеал есть, ведь они же хотят нас к чему-то привести. Нам ставят в пример Габриэлу Соукалову и Дарью Домрачеву. При этом у каждого спортсмена действительно есть свои особенности, под которые нужно подстраиваться. Сравните меня и Соукалову – она гораздо мощнее! Я по сравнению с ней очень худенькая, и мышц у меня на порядок меньше. То есть мне нужно работать чуть чаще и покороче – так же мощно, как она, я не смогу физиологически. Нужно искать свои сильные места и пользоваться ими.
***
– Вы сильно изменились по сравнению с прошлым годом?
– Наверное, к каждому человеку вместе с результатом приходят уверенность и новая мотивация. Сейчас у меня есть огромное желание соревноваться и осознание того, что я могу. Если получилось один раз, почему не выйдет снова?
– Постояв на пьедестале, не терпится вернуться туда?
– На самом деле, да. Хочется вновь и вновь занимать призовые места. Улыбки и возгласы близких людей после твоего успешного выступления – это ни с чем не сравнимые эмоции. Они стоят огромных усилий на тренировках и недель без дома.
– Вы производите впечатление вдумчивого человека. Анализировали, за счет чего удалось стать второй в дебютной гонке?
– Я понимаю, что тот успех – просто удачное стечение обстоятельств. Хотя стремилась к нему очень долго. И все равно оказалась не готова: когда это произошло, у меня случился шок.
– Думали о том, что в последующих гонках сезона вряд ли получится выступить столь же успешно?
– Когда выходишь на старт впервые, не знаешь, каков твой соревновательный уровень относительно остальных. Просто стремишься показать все, на что готов, – и не важно, какое место займешь. А вот когда готовишься ко второй гонке, уже задана определенная планка, и на тебе лежит ответственность. Это тяжело, но неизбежно. Может, из-за внутреннего давления у меня и перестала получаться стрельба. В какой-то момент я просто отпустила ситуацию.
– Пытались обсудить с кем-то этот момент? Например, с мамой?
– Когда ты в одном месте, а она – в другом, говорить о подобных вещах бесполезно. Для этого нужно видеть, как я веду себя на изготовке, чувствовать мое психологическое состояние. По скайпу и телефону это практически нереально. Можно объяснить свои ощущения, но до конца в ситуацию на расстоянии все равно не вникнешь.
– А тренеры, которые были рядом?
– На тот момент я только попала в команду. С бухты-барахты никто на ноги не поставит. Они, конечно, пытались, но, к сожалению, тщетно. Это был непростой момент.
– К слову, очередной для вас. В 18 лет вы стали мамой и после этого всеми силами стремились пробиться в сборную, но сделать это удалось только в 25. Как умудрились за эти семь лет не опустить руки?
– На самом деле, в прошлом году я уже практически сдалась. Всерьез думала завязать со спортом. Ну а что было делать? После рождения ребенка у меня действительно была серьезная мотивация, огромное желание, интерес. Но каждый год я проходила только в молодежную команду, в основную не брали. С каждым новым сезоном я продолжала выкладываться, однако в результат это не выливалось. Возможно, мне не подходила та подготовка, может быть, часто менялись тренеры, а может, я была слабая. Но прошлый год мог стать последней каплей. Я пахала, не бывала дома, не видела мужа и того, как растет ребенок, а все впустую…
– Так почему все же остались?
– Когда в прошлое межсезонье я начала говорить о своих планах уйти из спорта, муж, папа и мама уговорили потерпеть еще сезон. Они очень сильно меня поддержали. Спасибо им за это огромное!
– Дeти спортсменов, добившихся успеха, нередко терпят из вредности, стараются доказать, что и они на что-то способны.
– Вы на маму намекаете? Возможно, конечно, но только отчасти. В большей степени мне хотелось доказать самой себе, что весь этот труд был не зря. А еще я испытываю удовольствие от биатлона. Всегда считала, что от своей работы надо в первую очередь получать радость, и только потом деньги.
***
– Ольга Вилухина этот сезон пропускает, Ольга Зайцева тоже. Понимаете, что сейчас у сборной нет явного лидера и, по сути, им может стать любая из девушек?
– Понимаю.
– Это вас не пугает?
– А чего мне бояться? Если я, соревнуясь с лидерами, показывала, что на что-то способна, почему не смогу сделать это без них? Хотя, судя по комментариям в интернете, многие болельщики настроены пессимистично. Пишут, что у нас в команде одна молодежь, и ничего толкового в этом году не получится. Не понимаю, зачем так относиться? Уверяю вас, мы все выкладываемся по полной. Никто не станет жертвовать семьей и временем, чтобы валять в сборной дурака. Надеюсь, у нас все получится.
– А себя на какие ориентиры настраиваете?
– Хотелось бы закрепиться в команде. У нас ведь как происходит: один раз оступился – и тебя сразу отправят на этапы Кубка IBU. А оттуда выбираться очень тяжело. Поэтому в этом сезоне хочется какой-то позитивной стабильности.
– Какая у вас спортивная мечта?
– Конечно, олимпийская медаль. В Корее. До следующих Игр я вряд ли добегаю (смеется).
– Почему?
– Хочу родить второго ребенка. Первому уже семь лет, и он очень просит сестренку или братика (улыбается).
– Своего ребенка в биатлон отдадите?
– Если была бы девочка – вряд ли. А мальчика можно, если захочет. Но сейчас сын просится на брейк-данс. Мечтает научиться танцевать на голове (улыбается). Мне, конечно, боязно, но если есть большое желание – пусть попробует.
серина:
Интервью Дарьи Домрачевой Евроспорту
Лучшая биатлонистка прошлого сезона рассказала Виктории Ковальчук, почему не выступает за Россию, уважает отечественную прессу и считает Бьорндалена единственным в своем роде.
− Когда вам было четыре года, семья переехала из Минска в Нягань, за три тысячи километров. Почему именно туда?
− Мне сложно в полной мере ответить на вопрос, это все-таки было решение родителей. Меня в тот момент никто не спрашивал. Вы понимаете, что мы говорим про 90-й год, развал Советского Союза. Мои родители, молодые архитекторы, были полны энтузиазма, сил и желания воплощать творческие способности в жизнь. Ханты-Мансийский регион очень нуждался в специалистах высокого класса. Мама с папой бросили вызов, прежде всего, самим себе и отправились в Сибирь.
− Как вам жилось в 50-тысячном городке после Минска-миллионера?
− Переезд планировался буквально на пару лет, а растянулся на тринадцать. Все говорят, что Сибирь и север затягивают. Вот и нас затянуло. Мама стала главным архитектором города. На тот момент Нягань не обладала широчайшими финансовыми возможностями. Но маме как человеку, выросшему в Минске, где все облагорожено, кругом зеленые зоны, хотелось город развивать. А в Нягани тогда было страшно выйти на улицу. Кругом грязь, огромные лужи, дети перебирались на плотах.
− Сколько времени понадобилось для адаптации в Сибири?
− Мне кажется, адаптировались мы так же быстро, как и переехали. Хотя я не задумывалась об этом. Каждое лето дома, в Минске, меня ждали любимые бабушки и дедушки. А переезд в Сибирь я воспринимала как данность. Нашим родным было сложно привыкнуть к названию города – коверкали, ставили ударение на второй слог. Это меня ужасно раздражало, постоянно исправляла их.
− Какая деталь из детства в Нягани – самая яркая?
− Чаще всего вспоминается хрустящая сибирская зима. В Минске такое, к сожалению, редко можно встретить. В Хантах это обычное дело. Каждый день − праздник зимы. В Сибири детям стоять на лыжах сам бог велел.
− В 98-м году в Нягани открыли биатлонную школу. Почему вы перешли в нее из лыжных гонок?
− Руководство новой школы пригласило тренеров и несколько спортсменов из лыжной секции. Я приняла очередной вызов – и поняла, что биатлон для меня интереснее. Здесь приходится больше думать, анализировать. Биатлон нельзя даже сравнивать с лыжными гонками по непредсказуемости, это небо и земля. В лыжах уже в начале сезона, глядя на физическое состояние спортсменов, понятно, как будут складываться результаты. В биатлоне же все зависит от многих факторов.
− У команды КВН «Кефир» есть шутка: «Наш город знаменит тем, что здесь родилась Шарапова, жила Домрачева. И на этом, пожалуй, все!». А с чем у вас ассоциируется Нягань?
− Да, слышала эту шутку. С ребятами из команды мы очень хорошо знакомы, учились в одном университете, с некоторыми – в одной школе. Даже как-то ходила на их игру в Минске, когда они выступали в Премьер-лиге. А вообще, в Нягани много талантливых ребят, не только спортсменов. Помню отличный театр, куда очень часто ходили в детстве.
" СЛОЖНОСТИ С ВОЗВРАЩЕНИЕМ В БЕЛОРУССКУЮ СБОРНУЮ НЕ СООТНОСИЛИСЬ С ПРАВАМИ ЧЕЛОВЕКА "
− В 17 лет вы входили в российскую юношескую сборную, но решили вернуться в белорусскую команду.
− Я всегда знала, где моя родина. Осознавала, что наше пребывание в Сибири временное, несмотря на то, что оно затянулось. Для моих друзей и первых тренеров такое решение не стало шоком, потому что они понимали: в какой-то момент я соберусь и уеду в Минск.
− Российские тренеры не хотели отпускать вас, переманивали хорошими деньгами. Суммы были намного больше того, что могли дать на родине?
− Я не хочу говорить о суммах. На тот момент они не являлись для меня принципиальным фактором. Было важно добиться своей цели.
Мне нравилось, как в нашей стране строится работа. Когда я уже освоилась в команде, чувствовала поддержку в тренировочном процессе. Я знала, что в российской сборной все устроено немного по-другому. Да и просто белорусская команда и земля мне роднее.
− Точку поставило белорусское свидетельство о рождении. Была вероятность, что Россия отвоюет вас даже вопреки вашему желанию?
− Нет. По-моему, в этой ситуации даже нельзя было говорить о периоде карантина. Как такое может быть, что человек, родившийся в белорусском государстве, не может выступать за свою страну из-за того, что детские годы он прожил в Сибири? Это не соотносится с правами человека. Когда российские тренеры получили на руки мое свидетельство о рождении, доводов не осталось никаких.
− Доната Римшайте – ныне российская пятиборка − за полтора года до Олимпиады в Лондоне перешла в сборную России из Литвы и, не получив разрешения литовского НОК, лишилась возможности участвовать на Играх. Не угрожала ли вам санкциями российская сторона?
− В правилах IBU прописано, что если спортсмен, выступавший на международном уровне, решил перейти из одной страны в другую, то он не может принимать участия в международных соревнованиях в течение двух лет. У меня была другая история, данный пункт правил был введён уже после моего переезда, да и главное отличие в том, что я возвращалась на родину. Хотя какое-то время российская сторона не допускала меня к стартам.
" ЧЕМ МЕССИ КРУЧЕ РОНАЛДУ? ДА ПРОСТО ОН ВСЕХ РВЕТ! "
− Иногда вас можно заметить на трибунах «Минск-Арены» и «Борисов-Арены». Спортсменку Домрачеву мы знаем. А какая вы болельщица?
− Бывают компании, которые начинают отмечать победу после первого гола. Я как профессиональная спортсменка понимаю, что до пересечения финишной черты или финального свистка нельзя расслабляться, поднимать флаги вверх и аплодировать. До конца нахожусь в напряжении, потому что и на последних минутах забивают мячи и шайбы. Ну а когда наши ребята выигрывают, я очень эмоционально радуюсь на трибунах.
− Во время чемпионата мира в Бразилии вы признались в симпатии к Месси. Главный спор футбольных болельщиков: чем он круче Роналду?
− Да он вообще красавчик! Я видела несколько съемок детских выступлений, когда Месси только попал в «Барселону». То, что он творил в том возрасте и то, что показывает на поле сейчас – фантастика. Я не специалист в футболе, не могу озвучить какие-то технические моменты. Чем он круче Роналду? Просто он всех рвет!
− Недавно вы стали послом доброй воли ООН. Что входит в ваши обязанности?
− Я представляю интересы ООН в направлении развития здорового образа жизни у нас в стране, детского образования, спорта. Это те области, в которых я действительно многое понимаю и знаю, как сделать лучше. Мне интересно развиваться не только в спорте. Поэтому рада новому сотрудничеству.
− Первым пунктом в списке добрых дел вы назвали помощь детям и пропаганду здорового образа жизни. Как реализуете это на практике?
− Недавно мы провели большой семейный фестиваль «Городской биатлон с Дарьей Домрачевой» в минском Парке Горького. Не могу сказать, что он напрямую связан с сотрудничеством с ООН, но, безусловно, направлен на популяризацию спорта. Каждый горожанин мог попробовать себя в таком специфическом виде, как биатлон. Подобная возможность выпадает реже, чем, скажем, попинать мяч во дворе. Помимо биатлона было много разных активностей: мастерские художников, бадминтон, мастер-классы по йоге. Мы получили много хороших отзывов, все ждут продолжения.
− Вы принимаете активное участие в проекте «Мечты сбываются», который помогает детям с различными заболеваниями. Среди них, например, есть мальчик с ДЦП, рисующий пальцем ноги.
− Да, это Паша Ращинский. К слову, «Городской биатлон» мы решили объединить с идеей помочь этому талантливому парню. Даже в такой сложнейшей жизненной ситуации он находит в себе силы макать палец в краску и рисовать потрясающие картины. Надо видеть его работы и то, с какой душой он над ними трудится. Недавно Паша подарил мне мой портрет. Это стало большим шагом к нашему близкому знакомству, после чего мы, объединив усилия со спонсорами, смогли собрать очень хорошую сумму денег для Пашиной адаптации и мотивации к дальнейшему творчеству. Очень хочется, чтобы подобные дела становились примером для остальных.
− Меня тронула история Алены Алехиной – российской сноубордистки, которая приходила в больницу к детям в образе Доктора Клоуна. А какой у вас был самый необычный благотворительный опыт?
− В образе клоуна мне еще не приходилось кого-то навещать. Но даже в своем обличии, я думаю, удается доставить не меньше радости детям. На Гонке чемпионов в Москве все спортсмены отправились в онкологический центр. Мы рассказывали детям о сложностях, с которыми приходилось справляться в спортивной карьере. Это, конечно, трудно соотнести с их жизненными ситуациями. Но по лицам ребят было видно, как эта встреча для них важна. Когда смотришь гонку, кажется, все спортсмены одинаково бегут, повесив язык на плечо. Личное знакомство меняет представление о человеке.
" КОГДА ПРИЕЗЖАЛА В МОСКВУ, У МЕНЯ СЛУЧАЛОСЬ ОТРАВЛЕНИЕ ЭТИМ ГОРОДОМ "
− В 2004 году, когда не стало папы, вы пообещали себе, что он будет гордиться дочерью. В какой момент поняли, что сдержали слово?
− Ой, у меня сейчас пробежали мурашки по телу… Наверное, в Сочи и почувствовала, что он действительно видит это и гордится.
− Вы из семьи потомственных архитекторов. Однако получаете второе высшее образование в Белорусском государственном экономическом университете. Почему нарушили традицию?
− Наверное, я пресытилась архитектурой в детстве. Дома в основном велись разговоры на эту тему. И я даже как-то сказала, что никогда не буду архитектором. Но все равно я понимаю, что творчество мне близко. Может быть, когда-то вернусь к родительским истокам.
− Согласны ли вы со словами главного архитектурного критика России Григория Ревзина, разбранившего сочинские объекты ?
− Слушайте, я не знаю. У меня от Сочи остались очень позитивные впечатления. И это не только потому, что я взяла там три золота.
Когда мы приезжали в Олимпийскую деревню на награждение, я была поражена красотой объектов и всего действа. На предолимпийской неделе были сомнения в успешном проведении Игр. Мы столкнулись с неподготовленностью волонтеров, у них не было ответов ни на один вопрос. Но на самой Олимпиаде все преподносилось на блюдечке с голубой каемочкой. Это не только мое мнение, я интересовалась у других спортсменов, в основном все его разделяют. Фотограф, который путешествует с Международным союзом биатлонистов, работал на четырех или даже шести Олимпиадах и отметил по уровню организации Сочи и Лиллехаммер, а с олимпийскими столицами он знакомился досконально.
− На подведении итогов биатлонного сезона белорусский олигарх Юрий Чиж презентовал вам 3-комнатную квартиру в центре Минска. Успели уже туда перебраться?
− Еще не успела. Эта новая квартира в недавно построенном доме. Так что надо найти время, чтобы облагородить эти три комнаты, сделать из голых стен уютный дом.
− Как, несмотря на кочевой образ жизни, удается находить время для обустройства жилья?
− Это очень сложно. Повезло, что у меня семья архитекторов. Они всячески помогают создавать уют. Сейчас живу в квартире поменьше, бережно подготовленной моим старшим братом. Он полностью делал интерьер этой квартиры, и мне очень приятно туда возвращаться после продолжительных сборов.
− Как вы видите свой идеальный дом в будущем?
− Это теплый и уютный дом. Самое главное – та атмосфера любви, которая в нем будет царить. И, конечно, он должен находиться на природе. Дом в центре города – это не мое. Когда мама работала в российской столице, я приезжала к ней в гости, и у меня просто случалось отравление Москвой. Было плохо из-за шума, загазованности. Все же я привыкла к свежему воздуху.
" МОГУ ПОЗВОЛИТЬ СЕБЕ СПОКОЙНО ПРОГУЛЯТЬСЯ ИЛИ ПРОЙТИСЬ ПО МАГАЗИНАМ "
− Что изменилось в вашей жизни после Сочи?
− Времени стало совсем мало. Не успеваю подолгу общаться со своими родными. Приходится в чем-то себя ограничивать. Понимаю, что если хочу претворить в жизнь какие-то свои интересные идеи и продолжать выступать в спорте на высоком уровне, то не могу себе позволить распыляться на чрезмерное общение с болельщиками или прессой. Стараюсь правильно расставлять приоритеты и хоть немножко времени оставить на восстановление и отдых.
− Озвученные суммы призовых дополнительно простимулировали спортсменов перед Олимпиадой?
− Мне кажется, что атлеты, отправляясь на Олимпийские игры, думают о состязании и заветной детской Олимпийской мечте, о вызове самому себе и соперникам, о преодолении. Важна медаль, момент покорения, эмоции и осознание того, что годы, проведенные в тренировочных залах и на трассах, по праву вознаграждены за ежедневную напряженную работу.
Финансовый момент, безусловно, далеко не последний. И естественно ожидать достойного вознаграждения за достигнутые высоты. Карьера спортсменов не может продолжаться вечно. Поэтому кроме эмоционального удовлетворения необходимо задумываться и о будущем, формируя для себя какую-то основу. Отправляясь на старт, важно сражаться и побеждать с искренней любовью к делу, не пересчитывая возможные денежные вознаграждения. А обеспечить это можно уверенностью в своей финансовой стабильности.
− У многих людей неоднозначное отношение к спорту, они не воспринимают его всерьез. А тут вдруг вам дали звание Героя Беларуси.
− Все люди, с кем я общалась, разделяют решение о присвоении мне звания Героя Беларуси. Для меня это несколько неожиданно. Я всегда соотносила звание героя страны с военным временем, когда наши бабушки и дедушки жертвовали жизнями. Но важно находить героев и сегодня. Надо сохранять мир на земле. Спортивными результатами тоже можно внести вклад в развитие страны, в ее узнаваемость, патриотизм.
− Самое необычное предложение, поступившее вам после Олимпиады?
− Появилось много приглашений на разные мероприятия от малознакомых людей. Но я все-таки не свадебный генерал. Понимаю, что это все идет от души. Но не могу разорваться. Нужно соблюдать какие-то рамки.
− На что обращаете внимание перед тем, как дать согласие на съемки в рекламе?
− Мне важно, чтобы реклама соответствовала моим жизненным принципам. Ни в коем случае это не должна быть грязная пропаганда. Каждое предложение я рассматриваю очень скрупулезно. От каких-то приходится отказываться, потому что не хочу, чтобы этот продукт ассоциировался со мной.
− Вы стали звездой № 1 в стране. Как это отражается в повседневной жизни?
− Конечно, стали чаще узнавать на улице. Но все-таки могу позволить себе спокойно прогуляться или пройтись по магазинам. На мероприятии в Парке Горького, когда люди знали, что я приду, было действительно сложно. Они были очарованы моим появлением, и я понимала, что вношу некий хаос. А когда происходит случайная встреча, никто не бросается с фотокамерами. Люди улыбаются, могут сказать пару каких-то фраз. Иногда, конечно, хочется, чтобы тебя не трогали. Тогда лучше уехать за город.
− С какими бесцеремонными выходками папарацци сталкивались?
− Наша пресса все же отличается от американской. Там папарацци готовы днем и ночью преследовать тебя, и не так важно, звездой какого уровня ты являешься. Я с таким не сталкивалась. Спасибо за то, что люди у нас соблюдают границы личного пространства.
" ВСЕ ПОРАЖАЛИСЬ, КАК ЭТА ДЕВОЧКА СУМЕЛА ТАК СОБРАТЬСЯ В СОЧИ "
− Кто лучший биатлонист современности по версии трехкратной олимпийской чемпионки?
− Этот вопрос, думаю, не ставит в тупик ни одного человека. Конечно, Уле-Айнар Бьорндален.
− Как вы считаете, в женском биатлоне есть свой Бьорндален?
– (думает).
− Не скромничайте.
− История Бьорндалена уникальна. Мне кажется, в женском биатлоне таких примеров еще нет.
− Какой факт из биографии норвежца вас больше всего поражает?
− Он вышел из большой семьи фермеров и с детского возраста сам добивался успеха, никогда не останавливаясь на достигнутом. Это прекрасный пример.
− Знакомство с Уле-Айнаром произошло в Ванкувере, когда он подошел поздравить вас с бронзой. А как Бьорндален отреагировал на триумф в Сочи?
− После Сочи поздравлений было уйма. Все поражались, как эта девочка сумела так собраться здесь.
− Тем не менее, похвала от Бьорндалена, которого вы называете единственным в своем роде, должна была выделиться на общем фоне.
− Конечно, это дорогого стоит. В Ванкувере его слова стали огромной неожиданностью. Как это вообще, сам Бьорндален подошел поздравить?!
− Коллеги по цеху порой подливают масла в огонь. Мартен Фуркад, отвечая на вопрос о взаимоотношениях с вами, сказал: «Я в хороших отношениях с Домрачевой, но, понятно, не в таких близких, как Бьорндален». Что он имел в виду?
− Я не знаю, что он имел в виду, ха-ха. Надо вам, думаю, переспросить у Мартена.
− Не кажется ли вам, что, отказываясь комментировать слухи о личной жизни, вы даете повод для новых сплетен?
− Я вообще абсолютно спокойно к этому отношусь. Понимаю, что люди говорили, говорят и будут говорить. Я живу своей жизнью, не ориентируясь на чье-то мнение. Я профессиональная спортсменка и с большим желанием буду обсуждать спортивные темы. А личная жизнь, я считаю, должна оставаться личной жизнью.
" ЗИБЕРТ РИСКОВАЛ И ПРИЕХАЛ В СОЧИ В УЩЕРБ СВОЕМУ ЗДОРОВЬЮ "
− В этом году вы тренируетесь под руководством нового тренера Альфреда Эдера. В чем принципиальное различие между ним и Клаусом Зибертом?
− Они разные люди в эмоциональном плане. Клаус очень любит публику вокруг. Альфред же довольно скромный человек. Ему не нужно это внимание.
− Вы называли Зиберта вторым отцом. Тяжело было расставаться с ним?
− Я имела в виду, что тренер для спортсменов всегда как второй отец. Это тот человек, который вовремя подскажет, поддержит. Спортсмены, находящиеся долгое время вдалеке от дома и от родных, очень нуждаются в такой настоящей поддержке. Важно то доверие, которое рождается в отношениях между спортсменами и тренерами, уверенность наставника в своем подопечном, как уверенность родителей в том, что твои дети лучшие, потому что ты отдал им лучшее от себя. Да, Клаус был важной частью нашей команды. Он ушел из сборной, но и сегодня присутствует в нашей жизни. Мы поддерживаем с ним контакт. Смена тренеров, атлетов – это нормальный процесс развития в спорте.
− До последнего не было известно, сможет ли Зиберт приехать в Сочи на гонки. Для вас было важно его присутствие?
− Мы были готовы, что он может не появиться на Олимпиаде. Но Клаус проявил мужество и, возможно, где-то в ущерб своему здоровью не уехал раньше на обследование и операцию. Он во многом рисковал. И мне очень приятно, что удалось доставить ему радость. Надеюсь, медали стали важным стимулом для него и зарядом поддержки.
− Помните его слова после победного финиша?
− Как таковых слов не было. Были объятия, крики радости. Наверное, это эмоции без слов.
− Из главных титулов вы пока еще не можете похвастаться разве что Большим хрустальным глобусом. Это главная мотивация на предстоящий сезон?
− Одна из главных. Я стараюсь мотивировать себя тем, что биатлон приносит мне удовольствие. Пытаюсь от каждой гонки получать позитивный заряд.
− Последние три сезона вы стабильно находитесь в тройке лидеров общего зачета Кубка мира. Почему никак не удается стать первой?
− Потому что это биатлон. В прошлом году я была наиболее близка к победе. Где-то не повезло с погодой. В шведском Эстерсунде отменили гонку преследования, в которой я шла лидером. Неудачи случаются не только в спорте, но и в обычной жизни. Стараюсь не зацикливаться на этом, а смотреть вперед.
− С кем было интереснее соревноваться, с Бергер или Нойнер?
− Выходя на старт, я состязаюсь сама с собой. Это, наверное, самая интересная битва. Стараюсь абстрагироваться от мыслей о других спортсменах. Лучше я потрачу эту энергию на то, чтобы их обогнать.
− Вы отвечаете как дипломат, постоянно боясь кого-то обидеть. Давайте без лишних предисловий: кто круче – Бергер или Нойнер?
− Была одна гонка, где Тура Бергер на финише обогнала Магдалену Нойнер. Я искренне болела за Туру тогда. Наверное, мне больше нравилось ее отношение к спорту.
− Магдалена Нойнер, комментируя причину своего ухода, сказала, что в большом спорте только раз в жизни можно достичь таких высот, которые она уже покорила. Почему вы не остановились на достигнутом?
− Было удивительно узнать о завершении карьеры Магдалены Нойнер в таком молодом возрасте. Но медали и кубки – не главное в спорте. Выходя на старт, я хочу получать незабываемые эмоции. Каждая новая победа — это новые ощущения. Каждая гонка уникальна. Это, опять же, какой-то вызов. Но, когда спорт начнет ограничивать меня в других сферах жизни, которые я сочту более важными на тот момент, конечно, я отодвину его на второй план.
− Кого можете отнести в список фаворитов на грядущий сезон?
− Кайса Макарайнен, думаю, приложит все усилия, чтобы быть в хорошей форме, потому что чемпионат мира пройдет в ее родной Финляндии. Конечно, это и Габриэла Соукалова. Возможно, появятся новые имена, о которых мы сегодня даже не задумываемся.
− Послеолимпийский сезон – часто декретный. После Турина это на своем примере подтвердила Ольга Зайцева, ванкуверские игры стали последними для Кати Вильхельм и Ольги Медведцевой, в этом году паузу взяла Елена Пидгрушная. Почему, став трехкратной олимпийской чемпионкой, вы не сделали выбор в пользу семьи?
− Я считаю, что женщина должна быть готова к этому периоду. На сегодня я не чувствую, что готова к появлению ребенка. Возможно, это время скоро придет. Не думаю, что Олимпиада должна быть точкой отсчета и после ее завершения обязательно надо отправляться в декрет.
− Когда вам было четыре года, семья переехала из Минска в Нягань, за три тысячи километров. Почему именно туда?
− Мне сложно в полной мере ответить на вопрос, это все-таки было решение родителей. Меня в тот момент никто не спрашивал. Вы понимаете, что мы говорим про 90-й год, развал Советского Союза. Мои родители, молодые архитекторы, были полны энтузиазма, сил и желания воплощать творческие способности в жизнь. Ханты-Мансийский регион очень нуждался в специалистах высокого класса. Мама с папой бросили вызов, прежде всего, самим себе и отправились в Сибирь.
− Как вам жилось в 50-тысячном городке после Минска-миллионера?
− Переезд планировался буквально на пару лет, а растянулся на тринадцать. Все говорят, что Сибирь и север затягивают. Вот и нас затянуло. Мама стала главным архитектором города. На тот момент Нягань не обладала широчайшими финансовыми возможностями. Но маме как человеку, выросшему в Минске, где все облагорожено, кругом зеленые зоны, хотелось город развивать. А в Нягани тогда было страшно выйти на улицу. Кругом грязь, огромные лужи, дети перебирались на плотах.
− Сколько времени понадобилось для адаптации в Сибири?
− Мне кажется, адаптировались мы так же быстро, как и переехали. Хотя я не задумывалась об этом. Каждое лето дома, в Минске, меня ждали любимые бабушки и дедушки. А переезд в Сибирь я воспринимала как данность. Нашим родным было сложно привыкнуть к названию города – коверкали, ставили ударение на второй слог. Это меня ужасно раздражало, постоянно исправляла их.
− Какая деталь из детства в Нягани – самая яркая?
− Чаще всего вспоминается хрустящая сибирская зима. В Минске такое, к сожалению, редко можно встретить. В Хантах это обычное дело. Каждый день − праздник зимы. В Сибири детям стоять на лыжах сам бог велел.
− В 98-м году в Нягани открыли биатлонную школу. Почему вы перешли в нее из лыжных гонок?
− Руководство новой школы пригласило тренеров и несколько спортсменов из лыжной секции. Я приняла очередной вызов – и поняла, что биатлон для меня интереснее. Здесь приходится больше думать, анализировать. Биатлон нельзя даже сравнивать с лыжными гонками по непредсказуемости, это небо и земля. В лыжах уже в начале сезона, глядя на физическое состояние спортсменов, понятно, как будут складываться результаты. В биатлоне же все зависит от многих факторов.
− У команды КВН «Кефир» есть шутка: «Наш город знаменит тем, что здесь родилась Шарапова, жила Домрачева. И на этом, пожалуй, все!». А с чем у вас ассоциируется Нягань?
− Да, слышала эту шутку. С ребятами из команды мы очень хорошо знакомы, учились в одном университете, с некоторыми – в одной школе. Даже как-то ходила на их игру в Минске, когда они выступали в Премьер-лиге. А вообще, в Нягани много талантливых ребят, не только спортсменов. Помню отличный театр, куда очень часто ходили в детстве.
" СЛОЖНОСТИ С ВОЗВРАЩЕНИЕМ В БЕЛОРУССКУЮ СБОРНУЮ НЕ СООТНОСИЛИСЬ С ПРАВАМИ ЧЕЛОВЕКА "
− В 17 лет вы входили в российскую юношескую сборную, но решили вернуться в белорусскую команду.
− Я всегда знала, где моя родина. Осознавала, что наше пребывание в Сибири временное, несмотря на то, что оно затянулось. Для моих друзей и первых тренеров такое решение не стало шоком, потому что они понимали: в какой-то момент я соберусь и уеду в Минск.
− Российские тренеры не хотели отпускать вас, переманивали хорошими деньгами. Суммы были намного больше того, что могли дать на родине?
− Я не хочу говорить о суммах. На тот момент они не являлись для меня принципиальным фактором. Было важно добиться своей цели.
Мне нравилось, как в нашей стране строится работа. Когда я уже освоилась в команде, чувствовала поддержку в тренировочном процессе. Я знала, что в российской сборной все устроено немного по-другому. Да и просто белорусская команда и земля мне роднее.
− Точку поставило белорусское свидетельство о рождении. Была вероятность, что Россия отвоюет вас даже вопреки вашему желанию?
− Нет. По-моему, в этой ситуации даже нельзя было говорить о периоде карантина. Как такое может быть, что человек, родившийся в белорусском государстве, не может выступать за свою страну из-за того, что детские годы он прожил в Сибири? Это не соотносится с правами человека. Когда российские тренеры получили на руки мое свидетельство о рождении, доводов не осталось никаких.
− Доната Римшайте – ныне российская пятиборка − за полтора года до Олимпиады в Лондоне перешла в сборную России из Литвы и, не получив разрешения литовского НОК, лишилась возможности участвовать на Играх. Не угрожала ли вам санкциями российская сторона?
− В правилах IBU прописано, что если спортсмен, выступавший на международном уровне, решил перейти из одной страны в другую, то он не может принимать участия в международных соревнованиях в течение двух лет. У меня была другая история, данный пункт правил был введён уже после моего переезда, да и главное отличие в том, что я возвращалась на родину. Хотя какое-то время российская сторона не допускала меня к стартам.
" ЧЕМ МЕССИ КРУЧЕ РОНАЛДУ? ДА ПРОСТО ОН ВСЕХ РВЕТ! "
− Иногда вас можно заметить на трибунах «Минск-Арены» и «Борисов-Арены». Спортсменку Домрачеву мы знаем. А какая вы болельщица?
− Бывают компании, которые начинают отмечать победу после первого гола. Я как профессиональная спортсменка понимаю, что до пересечения финишной черты или финального свистка нельзя расслабляться, поднимать флаги вверх и аплодировать. До конца нахожусь в напряжении, потому что и на последних минутах забивают мячи и шайбы. Ну а когда наши ребята выигрывают, я очень эмоционально радуюсь на трибунах.
− Во время чемпионата мира в Бразилии вы признались в симпатии к Месси. Главный спор футбольных болельщиков: чем он круче Роналду?
− Да он вообще красавчик! Я видела несколько съемок детских выступлений, когда Месси только попал в «Барселону». То, что он творил в том возрасте и то, что показывает на поле сейчас – фантастика. Я не специалист в футболе, не могу озвучить какие-то технические моменты. Чем он круче Роналду? Просто он всех рвет!
− Недавно вы стали послом доброй воли ООН. Что входит в ваши обязанности?
− Я представляю интересы ООН в направлении развития здорового образа жизни у нас в стране, детского образования, спорта. Это те области, в которых я действительно многое понимаю и знаю, как сделать лучше. Мне интересно развиваться не только в спорте. Поэтому рада новому сотрудничеству.
− Первым пунктом в списке добрых дел вы назвали помощь детям и пропаганду здорового образа жизни. Как реализуете это на практике?
− Недавно мы провели большой семейный фестиваль «Городской биатлон с Дарьей Домрачевой» в минском Парке Горького. Не могу сказать, что он напрямую связан с сотрудничеством с ООН, но, безусловно, направлен на популяризацию спорта. Каждый горожанин мог попробовать себя в таком специфическом виде, как биатлон. Подобная возможность выпадает реже, чем, скажем, попинать мяч во дворе. Помимо биатлона было много разных активностей: мастерские художников, бадминтон, мастер-классы по йоге. Мы получили много хороших отзывов, все ждут продолжения.
− Вы принимаете активное участие в проекте «Мечты сбываются», который помогает детям с различными заболеваниями. Среди них, например, есть мальчик с ДЦП, рисующий пальцем ноги.
− Да, это Паша Ращинский. К слову, «Городской биатлон» мы решили объединить с идеей помочь этому талантливому парню. Даже в такой сложнейшей жизненной ситуации он находит в себе силы макать палец в краску и рисовать потрясающие картины. Надо видеть его работы и то, с какой душой он над ними трудится. Недавно Паша подарил мне мой портрет. Это стало большим шагом к нашему близкому знакомству, после чего мы, объединив усилия со спонсорами, смогли собрать очень хорошую сумму денег для Пашиной адаптации и мотивации к дальнейшему творчеству. Очень хочется, чтобы подобные дела становились примером для остальных.
− Меня тронула история Алены Алехиной – российской сноубордистки, которая приходила в больницу к детям в образе Доктора Клоуна. А какой у вас был самый необычный благотворительный опыт?
− В образе клоуна мне еще не приходилось кого-то навещать. Но даже в своем обличии, я думаю, удается доставить не меньше радости детям. На Гонке чемпионов в Москве все спортсмены отправились в онкологический центр. Мы рассказывали детям о сложностях, с которыми приходилось справляться в спортивной карьере. Это, конечно, трудно соотнести с их жизненными ситуациями. Но по лицам ребят было видно, как эта встреча для них важна. Когда смотришь гонку, кажется, все спортсмены одинаково бегут, повесив язык на плечо. Личное знакомство меняет представление о человеке.
" КОГДА ПРИЕЗЖАЛА В МОСКВУ, У МЕНЯ СЛУЧАЛОСЬ ОТРАВЛЕНИЕ ЭТИМ ГОРОДОМ "
− В 2004 году, когда не стало папы, вы пообещали себе, что он будет гордиться дочерью. В какой момент поняли, что сдержали слово?
− Ой, у меня сейчас пробежали мурашки по телу… Наверное, в Сочи и почувствовала, что он действительно видит это и гордится.
− Вы из семьи потомственных архитекторов. Однако получаете второе высшее образование в Белорусском государственном экономическом университете. Почему нарушили традицию?
− Наверное, я пресытилась архитектурой в детстве. Дома в основном велись разговоры на эту тему. И я даже как-то сказала, что никогда не буду архитектором. Но все равно я понимаю, что творчество мне близко. Может быть, когда-то вернусь к родительским истокам.
− Согласны ли вы со словами главного архитектурного критика России Григория Ревзина, разбранившего сочинские объекты ?
− Слушайте, я не знаю. У меня от Сочи остались очень позитивные впечатления. И это не только потому, что я взяла там три золота.
Когда мы приезжали в Олимпийскую деревню на награждение, я была поражена красотой объектов и всего действа. На предолимпийской неделе были сомнения в успешном проведении Игр. Мы столкнулись с неподготовленностью волонтеров, у них не было ответов ни на один вопрос. Но на самой Олимпиаде все преподносилось на блюдечке с голубой каемочкой. Это не только мое мнение, я интересовалась у других спортсменов, в основном все его разделяют. Фотограф, который путешествует с Международным союзом биатлонистов, работал на четырех или даже шести Олимпиадах и отметил по уровню организации Сочи и Лиллехаммер, а с олимпийскими столицами он знакомился досконально.
− На подведении итогов биатлонного сезона белорусский олигарх Юрий Чиж презентовал вам 3-комнатную квартиру в центре Минска. Успели уже туда перебраться?
− Еще не успела. Эта новая квартира в недавно построенном доме. Так что надо найти время, чтобы облагородить эти три комнаты, сделать из голых стен уютный дом.
− Как, несмотря на кочевой образ жизни, удается находить время для обустройства жилья?
− Это очень сложно. Повезло, что у меня семья архитекторов. Они всячески помогают создавать уют. Сейчас живу в квартире поменьше, бережно подготовленной моим старшим братом. Он полностью делал интерьер этой квартиры, и мне очень приятно туда возвращаться после продолжительных сборов.
− Как вы видите свой идеальный дом в будущем?
− Это теплый и уютный дом. Самое главное – та атмосфера любви, которая в нем будет царить. И, конечно, он должен находиться на природе. Дом в центре города – это не мое. Когда мама работала в российской столице, я приезжала к ней в гости, и у меня просто случалось отравление Москвой. Было плохо из-за шума, загазованности. Все же я привыкла к свежему воздуху.
" МОГУ ПОЗВОЛИТЬ СЕБЕ СПОКОЙНО ПРОГУЛЯТЬСЯ ИЛИ ПРОЙТИСЬ ПО МАГАЗИНАМ "
− Что изменилось в вашей жизни после Сочи?
− Времени стало совсем мало. Не успеваю подолгу общаться со своими родными. Приходится в чем-то себя ограничивать. Понимаю, что если хочу претворить в жизнь какие-то свои интересные идеи и продолжать выступать в спорте на высоком уровне, то не могу себе позволить распыляться на чрезмерное общение с болельщиками или прессой. Стараюсь правильно расставлять приоритеты и хоть немножко времени оставить на восстановление и отдых.
− Озвученные суммы призовых дополнительно простимулировали спортсменов перед Олимпиадой?
− Мне кажется, что атлеты, отправляясь на Олимпийские игры, думают о состязании и заветной детской Олимпийской мечте, о вызове самому себе и соперникам, о преодолении. Важна медаль, момент покорения, эмоции и осознание того, что годы, проведенные в тренировочных залах и на трассах, по праву вознаграждены за ежедневную напряженную работу.
Финансовый момент, безусловно, далеко не последний. И естественно ожидать достойного вознаграждения за достигнутые высоты. Карьера спортсменов не может продолжаться вечно. Поэтому кроме эмоционального удовлетворения необходимо задумываться и о будущем, формируя для себя какую-то основу. Отправляясь на старт, важно сражаться и побеждать с искренней любовью к делу, не пересчитывая возможные денежные вознаграждения. А обеспечить это можно уверенностью в своей финансовой стабильности.
− У многих людей неоднозначное отношение к спорту, они не воспринимают его всерьез. А тут вдруг вам дали звание Героя Беларуси.
− Все люди, с кем я общалась, разделяют решение о присвоении мне звания Героя Беларуси. Для меня это несколько неожиданно. Я всегда соотносила звание героя страны с военным временем, когда наши бабушки и дедушки жертвовали жизнями. Но важно находить героев и сегодня. Надо сохранять мир на земле. Спортивными результатами тоже можно внести вклад в развитие страны, в ее узнаваемость, патриотизм.
− Самое необычное предложение, поступившее вам после Олимпиады?
− Появилось много приглашений на разные мероприятия от малознакомых людей. Но я все-таки не свадебный генерал. Понимаю, что это все идет от души. Но не могу разорваться. Нужно соблюдать какие-то рамки.
− На что обращаете внимание перед тем, как дать согласие на съемки в рекламе?
− Мне важно, чтобы реклама соответствовала моим жизненным принципам. Ни в коем случае это не должна быть грязная пропаганда. Каждое предложение я рассматриваю очень скрупулезно. От каких-то приходится отказываться, потому что не хочу, чтобы этот продукт ассоциировался со мной.
− Вы стали звездой № 1 в стране. Как это отражается в повседневной жизни?
− Конечно, стали чаще узнавать на улице. Но все-таки могу позволить себе спокойно прогуляться или пройтись по магазинам. На мероприятии в Парке Горького, когда люди знали, что я приду, было действительно сложно. Они были очарованы моим появлением, и я понимала, что вношу некий хаос. А когда происходит случайная встреча, никто не бросается с фотокамерами. Люди улыбаются, могут сказать пару каких-то фраз. Иногда, конечно, хочется, чтобы тебя не трогали. Тогда лучше уехать за город.
− С какими бесцеремонными выходками папарацци сталкивались?
− Наша пресса все же отличается от американской. Там папарацци готовы днем и ночью преследовать тебя, и не так важно, звездой какого уровня ты являешься. Я с таким не сталкивалась. Спасибо за то, что люди у нас соблюдают границы личного пространства.
" ВСЕ ПОРАЖАЛИСЬ, КАК ЭТА ДЕВОЧКА СУМЕЛА ТАК СОБРАТЬСЯ В СОЧИ "
− Кто лучший биатлонист современности по версии трехкратной олимпийской чемпионки?
− Этот вопрос, думаю, не ставит в тупик ни одного человека. Конечно, Уле-Айнар Бьорндален.
− Как вы считаете, в женском биатлоне есть свой Бьорндален?
– (думает).
− Не скромничайте.
− История Бьорндалена уникальна. Мне кажется, в женском биатлоне таких примеров еще нет.
− Какой факт из биографии норвежца вас больше всего поражает?
− Он вышел из большой семьи фермеров и с детского возраста сам добивался успеха, никогда не останавливаясь на достигнутом. Это прекрасный пример.
− Знакомство с Уле-Айнаром произошло в Ванкувере, когда он подошел поздравить вас с бронзой. А как Бьорндален отреагировал на триумф в Сочи?
− После Сочи поздравлений было уйма. Все поражались, как эта девочка сумела так собраться здесь.
− Тем не менее, похвала от Бьорндалена, которого вы называете единственным в своем роде, должна была выделиться на общем фоне.
− Конечно, это дорогого стоит. В Ванкувере его слова стали огромной неожиданностью. Как это вообще, сам Бьорндален подошел поздравить?!
− Коллеги по цеху порой подливают масла в огонь. Мартен Фуркад, отвечая на вопрос о взаимоотношениях с вами, сказал: «Я в хороших отношениях с Домрачевой, но, понятно, не в таких близких, как Бьорндален». Что он имел в виду?
− Я не знаю, что он имел в виду, ха-ха. Надо вам, думаю, переспросить у Мартена.
− Не кажется ли вам, что, отказываясь комментировать слухи о личной жизни, вы даете повод для новых сплетен?
− Я вообще абсолютно спокойно к этому отношусь. Понимаю, что люди говорили, говорят и будут говорить. Я живу своей жизнью, не ориентируясь на чье-то мнение. Я профессиональная спортсменка и с большим желанием буду обсуждать спортивные темы. А личная жизнь, я считаю, должна оставаться личной жизнью.
" ЗИБЕРТ РИСКОВАЛ И ПРИЕХАЛ В СОЧИ В УЩЕРБ СВОЕМУ ЗДОРОВЬЮ "
− В этом году вы тренируетесь под руководством нового тренера Альфреда Эдера. В чем принципиальное различие между ним и Клаусом Зибертом?
− Они разные люди в эмоциональном плане. Клаус очень любит публику вокруг. Альфред же довольно скромный человек. Ему не нужно это внимание.
− Вы называли Зиберта вторым отцом. Тяжело было расставаться с ним?
− Я имела в виду, что тренер для спортсменов всегда как второй отец. Это тот человек, который вовремя подскажет, поддержит. Спортсмены, находящиеся долгое время вдалеке от дома и от родных, очень нуждаются в такой настоящей поддержке. Важно то доверие, которое рождается в отношениях между спортсменами и тренерами, уверенность наставника в своем подопечном, как уверенность родителей в том, что твои дети лучшие, потому что ты отдал им лучшее от себя. Да, Клаус был важной частью нашей команды. Он ушел из сборной, но и сегодня присутствует в нашей жизни. Мы поддерживаем с ним контакт. Смена тренеров, атлетов – это нормальный процесс развития в спорте.
− До последнего не было известно, сможет ли Зиберт приехать в Сочи на гонки. Для вас было важно его присутствие?
− Мы были готовы, что он может не появиться на Олимпиаде. Но Клаус проявил мужество и, возможно, где-то в ущерб своему здоровью не уехал раньше на обследование и операцию. Он во многом рисковал. И мне очень приятно, что удалось доставить ему радость. Надеюсь, медали стали важным стимулом для него и зарядом поддержки.
− Помните его слова после победного финиша?
− Как таковых слов не было. Были объятия, крики радости. Наверное, это эмоции без слов.
− Из главных титулов вы пока еще не можете похвастаться разве что Большим хрустальным глобусом. Это главная мотивация на предстоящий сезон?
− Одна из главных. Я стараюсь мотивировать себя тем, что биатлон приносит мне удовольствие. Пытаюсь от каждой гонки получать позитивный заряд.
− Последние три сезона вы стабильно находитесь в тройке лидеров общего зачета Кубка мира. Почему никак не удается стать первой?
− Потому что это биатлон. В прошлом году я была наиболее близка к победе. Где-то не повезло с погодой. В шведском Эстерсунде отменили гонку преследования, в которой я шла лидером. Неудачи случаются не только в спорте, но и в обычной жизни. Стараюсь не зацикливаться на этом, а смотреть вперед.
− С кем было интереснее соревноваться, с Бергер или Нойнер?
− Выходя на старт, я состязаюсь сама с собой. Это, наверное, самая интересная битва. Стараюсь абстрагироваться от мыслей о других спортсменах. Лучше я потрачу эту энергию на то, чтобы их обогнать.
− Вы отвечаете как дипломат, постоянно боясь кого-то обидеть. Давайте без лишних предисловий: кто круче – Бергер или Нойнер?
− Была одна гонка, где Тура Бергер на финише обогнала Магдалену Нойнер. Я искренне болела за Туру тогда. Наверное, мне больше нравилось ее отношение к спорту.
− Магдалена Нойнер, комментируя причину своего ухода, сказала, что в большом спорте только раз в жизни можно достичь таких высот, которые она уже покорила. Почему вы не остановились на достигнутом?
− Было удивительно узнать о завершении карьеры Магдалены Нойнер в таком молодом возрасте. Но медали и кубки – не главное в спорте. Выходя на старт, я хочу получать незабываемые эмоции. Каждая новая победа — это новые ощущения. Каждая гонка уникальна. Это, опять же, какой-то вызов. Но, когда спорт начнет ограничивать меня в других сферах жизни, которые я сочту более важными на тот момент, конечно, я отодвину его на второй план.
− Кого можете отнести в список фаворитов на грядущий сезон?
− Кайса Макарайнен, думаю, приложит все усилия, чтобы быть в хорошей форме, потому что чемпионат мира пройдет в ее родной Финляндии. Конечно, это и Габриэла Соукалова. Возможно, появятся новые имена, о которых мы сегодня даже не задумываемся.
− Послеолимпийский сезон – часто декретный. После Турина это на своем примере подтвердила Ольга Зайцева, ванкуверские игры стали последними для Кати Вильхельм и Ольги Медведцевой, в этом году паузу взяла Елена Пидгрушная. Почему, став трехкратной олимпийской чемпионкой, вы не сделали выбор в пользу семьи?
− Я считаю, что женщина должна быть готова к этому периоду. На сегодня я не чувствую, что готова к появлению ребенка. Возможно, это время скоро придет. Не думаю, что Олимпиада должна быть точкой отсчета и после ее завершения обязательно надо отправляться в декрет.
Chelsea:
Девочки привет!!
Ещё больше месяца до начала сезона, аа...время так медленно бежит...
Вьюшка с мужским тренером сборной:
Мужская сборная России по биатлону следующий сбор проведет на снегу в якутском Алдане. Там к команде присоединится Антон Шипулин, которому, как и другим нашим олимпийский чемпионам, придется снова доказывать свое право на место в основном составе. Об этом рассказал старший тренер команды.
– В каком состоянии находится команда после сбора в Рамзау?
– Перегруженных тренировками у нас нет. Мы смотрели состояние ребят еще перед отъездом на сбор. Могу заверить, что все, кто сейчас в команде, – в нормальном состоянии. Это же подтверждают функциональная диагностика и биохимический анализ. У нас есть передвижная лаборатория, благодаря которой мы в экспресс-режиме получаем данные о состоянии каждого.
– Переработать – это самое опасное, что может случиться со спортсменом на данном этапе?
– Пожалуй. Если человек в функциональной яме уже осенью, а тренер продолжает еще давать нагрузку, выбраться из нее по ходу сезона будет очень сложно.
– В плане тренировок всем довольны?
– Вполне. Практически все поставленные на данный период задачи выполнены. Единственное, у ряда спортсменов есть проблемы со стрельбой. В основном это касается менее опытных ребят. Но все решаемо.
– Следили в интернете за популярными заочными соревнованиями на скорострельность?
– Конечно! Хоть это и шоу. Женя Гараничев в заключительный день сборов выбил все мишени за девять секунд ровно (у Мартена Фуркада было 10,26; Эмиля Свендсена – 9,67; Тарьея Бе – 9,10; Антона Шипулина – 8,56. – Прим.). Но этим показателям не стоит придавать слишком большое значение. Вот и я сказал Жене, что нужно стрелять за шесть. Он посмеялся. Хотя такие тренировки тоже полезны. Это моделирование стрессовой ситуации, эмоциональная встряска.
– Один из лучших показателей был у Шипулина. Но вас, как тренера, настораживает, что практически весь подготовительный период Антон провел самостоятельно?
– Мы же все вместе решили, что так будет лучше. Шипулину нужно было немного отдохнуть, потому что он прошел два олимпийских цикла. Это выхолащивает психологически. И эффект от серьезных тренировок у эмоционально выжатого спортсмена минимален. Я видел Антона на летнем чемпионате России, у него все хорошо. На следующем сборе в Алдане он присоединится к нам, и уже там мы объективно оценим его состояние. От этого и будем отталкиваться дальше при формировании сборной.
– Как вообще бороться с синдромом постолимпийского сезона, который в той или иной степени затрагивает каждого спортсмена?
– Это очень тонкий момент. На каждый отдельный случай есть масса объективных и субъективных причин. Тут самое главное, чтобы у человека осталась цель. Это и есть лучшая мотивация. Хотя сбить с настроя может очень много вещей.
– Например?
– Например, когда мы с вами начинаем поднимать спортсменов выше неба. Причем даже тех, которые еще не добились результата. В итоге вместо тренировок человек начинает думать о других вещах.
– То есть спортсменов нужно меньше хвалить?
– Думаю, да. Это, конечно, тоже нужно, но в определенное время. А когда человек полтора месяца после Олимпиады каждый день ходит на шоу, постоянно проводит различные встречи и так далее – это приводит к спаду. Можно вспомнить Максима Чудова. Великолепнейший спортсмен, один из лучших! Но когда у него пошли шикарные результаты, "русская ракета" начала распыляться и останавливаться. Макс продолжал много тренироваться, но отвлекался на огромное количество других моментов. Очень боюсь, что кто-то из наших ребят сейчас повторит его ошибки. Поэтому сразу всех собрал и сказал: "Запомните, на тренировках олимпийских чемпионов нет. Есть спортсмены, которые должны выполнять определенные задачи".
– Как удается совмещать успешную карьеру и светскую жизнь западным звездам: Фуркаду, Свендсену, Магдалене Нойнер и многим другим?
– Сказываются особенности нашего менталитета. Мы хорошо делаем либо одно, либо другое. Совмещать два дела нам тяжело. У нас плохо развито чувство меры.
– Собираетесь еще разговаривать с ребятами на эти темы или они должны до всего дойти сами?
– Разговариваем. Все в курсе моей позиции. И сегодня к таким спортсменам, как Евгений Гараничев и Дмитрий Малышко, нет даже малейших претензий в плане отдачи. К Диме была одна – большой перерыв после окончания прошлого сезона. Но он нагнал ребят в плане "физики", и сейчас к нему никаких замечаний. Как и ко всем остальным. Спортсмены понимают, что результат сам не придет.
– Вы говорили, что были бы рады видеть в команде Евгения Устюгова. Пытались с ним разговаривать?
– Действительно, был бы рад, но пока не вижу в этом смысла. Хотя не исключаю, что он сейчас отдохнет и со следующего года снова приступит к тренировкам. По крайней мере мне бы хотелось в это верить. Женя – порядочный парень, трудяга, и я с уважением относился, отношусь и буду к нему относиться. Он еще достаточно молод для биатлона, поэтому нет ничего невозможного.
– Как дела с Алексеем Волковым, который травмировал руку?
– Ситуация пока непростая. Мне бы очень не хотелось, чтобы он пропустил начало сезона.
– Этого боятся многие спортсмены. Выбираться на этапы Кубка мира из Кубка IBU очень непросто.
– Нужно проще к этому относиться. Ничего страшного в Кубке IBU нет, это тоже хорошая лига. Иногда полезно отправить туда спортсменов, чтобы они поймали кураж, почувствовали скорость, вкус побед. Помню, Ольга Медведцева и Света Черноусова как-то приехали с Кубка IBU – и сразу заняли первое-второе места. Похожие примеры были и у Павла Ростовцева.
– Как все-таки будет определяться состав на стартовые этапы Кубка мира? Исходя из ваших наблюдений или по результатам контрольной тренировки?
– По сумме обоих условий.
– Но олимпийским призерам, насколько я понимаю, место в команде гарантировано?
– Ни в коем случае! У них есть определенные привилегии, но выставлять будем именно тех спортсменов, которые лучше готовы на сегодняшний день. Кубок мира, конечно, важен для нас – мы это прекрасно понимаем. Но в любом случае главный старт – чемпионат мира в Контиолахти. Куда важнее, кто и как выступит там, а не на старте Кубка мира.
– С тем, что чемпионат мира – главный старт, никто не спорит. Но когда мы дождемся борьбы российских спортсменов за Большой хрустальный глобус?
– В каждой команде есть один суперталантливый спортсмен. Вот кто во Франции после Мартена Фуркада?
– Симон Фуркад.
– Это уже достаточно средний уровень. По крайней мере Симон точно не сильнее наших. В Австрии есть Доминик Ландертингер, у немцев – Арнд Пайффер, у шведов – Бьорн Ферри. Только у норвежцев талантов побольше – братья Бё, Свендсен. У всех остальных есть один спортсмен, который тянет всех за собой. Вот и нам нужно, чтобы кто-то раскрылся с лидерской стороны и повел за собой всю команду. Надеюсь, это произойдет уже в этом сезоне. Тогда и он сам сможет бороться за Глобус, и вся команда подтянется. У нас сильная и хорошая молодежь, но иногда ребята ломаются чисто психологически. Им нужно по-настоящему поверить в себя.
– После того как вы своими глазами видели, какое давление оказывалось на Вольфганга Пихлера и Николая Лопухова, долго раздумывали над предложением взвалить на себя такую ответственность и возглавить команду?
– Нисколько! Не боялся и не боюсь. Я же не впервые увидел сборную. У меня семилетний стаж работы с основным составом. С каждым из ребят я в какой-то степени работал, знаю их возможности. И да, прекрасно осознаю, что такое – тренерская судьба. Я четко знал, на что иду, и отчетливо понимаю, что буду отвечать за свои действия.
серина:
Девочки, привет!
29-летний норвежец говорит о том, что становится все более и более актуальным вопрос о завершении карьеры биатлониста.
– Нет сомнений, что конец моей карьеры приближается. Это особое чувство, – говорит Свенсен. – Я всегда просто делал свою работу и никогда не задавался вопросом, что все может скоро закончиться. Но сейчас я замечаю, что становится все более актуальной мысль об уходе из спорта. Я не осмелюсь дать какие-то гарантии насчет того, как долго буду продолжать выступать.
Однажды Свенсен сказал, что будет бегать до Олимпийских игр-2018. Но теперь он в этом уже не уверен.
– До Игр-2018 очень много времени. Насколько далеко я могу загадывать вперед, зависит от моей актуальной формы в конкретный день. А тут есть взлеты и падения, – говорит он.
Свенсен приближается к 30-летнему юбилею, и большую часть последнего десятилетия его жизнь стала объектом пристального внимания средств массовой информации. Как с положительным, так и с отрицательным знаком. Но в последнее время все вокруг него немного успокоилось: сейчас он один из самых выдающихся биатлонистов в истории Норвегии, он высоко стоит в рейтинге народной популярности и только что приобрел новую роскошную виллу в Осло вместе со своей подругой – журналисткой канала TV2 Самантой Скугранд.
На этой неделе биатлонисты находятся в Рупольдинге – месте, где он два года назад выиграл золото и серебро во время чемпионата мира. Он шутит и смеется, как обычно, но все же не так бесшабашен, как был ранее.
– Ты повзрослел, Эмиль?
– Ха-ха! Остепенился, зажил семейной жизнью? Нет, во всяком случае, до классической семейной жизнь мне еще далеко. Но остепенился, да. Очень хорошо, когда важные в жизни вещи находятся на своих местах, – говорит Свенсен.
Экстремальная жизнь
Он имеет в виду, что точки опоры особенно важны, когда ты живешь жизнью элитного спортсмена – жизнью, которую он описывает, как относительно «экстремальную».
– Очень хорошо иметь дом, куда хочется вернуться. Любимую, на которую всегда можно опереться. Это огромное преимущество.
Об отношениях между ним и Скугранд стало известно в январе, а летом они съехались. Свенсен считает, что устроенная жизнь дома делает его лучше как биатлониста.
– Мне кажется, что такие вещи можно использовать для того, чтобы стать лучше. И когда настроение в минусе, ты тренируешься до изнеможения и валишься полуживой в кровать, хорошо знать, что дома тебя кто-то ждет, – говорит Свенсен.
Незабываемое фиаско
Особенно важны были подобные вещи в феврале. Свенсен взял золото в смешанной эстафете и масс-старте на Играх в Сочи, но во время мужской эстафеты пережил главный кошмар своей жизни.
На заключительном этапе он пришел на последнюю стойку вместе с биатлонистами из трех других команд. Со Свенсеном, всегда славившемся исключительной хладнокровностью на последнем огневом рубеже, случился коллапс. Он послал в цель лишь четыре из восьми патронов и вынужден был бежать штрафной круг, видя, как уплывает олимпийское золото и медали.
После такого фиаско он был настолько разбит, что даже не мог принять слова утешения от товарищей по команде.
– Это было нелегко проглотить. Не то чтобы я хожу и пестую свою печаль, но на душе становится мрачно, как только мысль об этом приходит в голову. Если бы это была просто плохо проведенная эстафета, но нет… Все, что произошло, было только моей ошибкой. Когда смотришь на это в перспективе, то понимаешь, что в мире случаются вещи и похуже, но там и тогда все выглядело совсем по-другому, – говорит Свенсен.
Нехватка мотивации
После Олимпиады, которая принесла ему золото и огромное разочарование, он использовал летний период для того, чтобы тренироваться еще упорнее, чем раньше. Как и в предыдущие сезоны, ему было трудно найти мотивацию перед новым сезоном, и он описывает первые месяцы после Игр как полное опустошение.
В этом сезоне биатлонистов ждет чемпионат мира в финском Контиолахти. Что станет для Свенсена главной целью – чемпионат или Кубок мира, он пока не знает.
– Последние годы все крутилось вокруг Олимпийских игр. Немного устаешь от того, что приходится все время ждать и готовится к чему-то. Так что сейчас я хочу просто проводить хорошие гонки и веселиться.
– Нет сомнений, что конец моей карьеры приближается. Это особое чувство, – говорит Свенсен. – Я всегда просто делал свою работу и никогда не задавался вопросом, что все может скоро закончиться. Но сейчас я замечаю, что становится все более актуальной мысль об уходе из спорта. Я не осмелюсь дать какие-то гарантии насчет того, как долго буду продолжать выступать.
Однажды Свенсен сказал, что будет бегать до Олимпийских игр-2018. Но теперь он в этом уже не уверен.
– До Игр-2018 очень много времени. Насколько далеко я могу загадывать вперед, зависит от моей актуальной формы в конкретный день. А тут есть взлеты и падения, – говорит он.
Свенсен приближается к 30-летнему юбилею, и большую часть последнего десятилетия его жизнь стала объектом пристального внимания средств массовой информации. Как с положительным, так и с отрицательным знаком. Но в последнее время все вокруг него немного успокоилось: сейчас он один из самых выдающихся биатлонистов в истории Норвегии, он высоко стоит в рейтинге народной популярности и только что приобрел новую роскошную виллу в Осло вместе со своей подругой – журналисткой канала TV2 Самантой Скугранд.
На этой неделе биатлонисты находятся в Рупольдинге – месте, где он два года назад выиграл золото и серебро во время чемпионата мира. Он шутит и смеется, как обычно, но все же не так бесшабашен, как был ранее.
– Ты повзрослел, Эмиль?
– Ха-ха! Остепенился, зажил семейной жизнью? Нет, во всяком случае, до классической семейной жизнь мне еще далеко. Но остепенился, да. Очень хорошо, когда важные в жизни вещи находятся на своих местах, – говорит Свенсен.
Экстремальная жизнь
Он имеет в виду, что точки опоры особенно важны, когда ты живешь жизнью элитного спортсмена – жизнью, которую он описывает, как относительно «экстремальную».
– Очень хорошо иметь дом, куда хочется вернуться. Любимую, на которую всегда можно опереться. Это огромное преимущество.
Об отношениях между ним и Скугранд стало известно в январе, а летом они съехались. Свенсен считает, что устроенная жизнь дома делает его лучше как биатлониста.
– Мне кажется, что такие вещи можно использовать для того, чтобы стать лучше. И когда настроение в минусе, ты тренируешься до изнеможения и валишься полуживой в кровать, хорошо знать, что дома тебя кто-то ждет, – говорит Свенсен.
Незабываемое фиаско
Особенно важны были подобные вещи в феврале. Свенсен взял золото в смешанной эстафете и масс-старте на Играх в Сочи, но во время мужской эстафеты пережил главный кошмар своей жизни.
На заключительном этапе он пришел на последнюю стойку вместе с биатлонистами из трех других команд. Со Свенсеном, всегда славившемся исключительной хладнокровностью на последнем огневом рубеже, случился коллапс. Он послал в цель лишь четыре из восьми патронов и вынужден был бежать штрафной круг, видя, как уплывает олимпийское золото и медали.
После такого фиаско он был настолько разбит, что даже не мог принять слова утешения от товарищей по команде.
– Это было нелегко проглотить. Не то чтобы я хожу и пестую свою печаль, но на душе становится мрачно, как только мысль об этом приходит в голову. Если бы это была просто плохо проведенная эстафета, но нет… Все, что произошло, было только моей ошибкой. Когда смотришь на это в перспективе, то понимаешь, что в мире случаются вещи и похуже, но там и тогда все выглядело совсем по-другому, – говорит Свенсен.
Нехватка мотивации
После Олимпиады, которая принесла ему золото и огромное разочарование, он использовал летний период для того, чтобы тренироваться еще упорнее, чем раньше. Как и в предыдущие сезоны, ему было трудно найти мотивацию перед новым сезоном, и он описывает первые месяцы после Игр как полное опустошение.
В этом сезоне биатлонистов ждет чемпионат мира в финском Контиолахти. Что станет для Свенсена главной целью – чемпионат или Кубок мира, он пока не знает.
– Последние годы все крутилось вокруг Олимпийских игр. Немного устаешь от того, что приходится все время ждать и готовится к чему-то. Так что сейчас я хочу просто проводить хорошие гонки и веселиться.
серина:
Двукратная олимпийская чемпионка Андреа Хенкель и американский биатлонист Тим Берк поженились 25 октября.
Свадьба прошла в горах Адирондак, штат Нью-Йорк. На церемонии присутствовали родители Хенкель, ее сестра Мануэла, брат Берка Шон.
Немецкая биатлонистка, завершившая карьеру после прошлого сезона, возьмет фамилию мужа, сообщает Biathlon-Online.
Берк подтвердил информацию о свадьбе и разместил в твиттере фотографию.
«Да, это произошло вчера», – написал Берк.
Chelsea:
После шести месяцев поисков главного тренера для национальной команды Союз биатлонистов России констатировал, что эта должность останется вакантной как минимум до будущей весны
Российский биатлон – единственный с 2012 года зимний вид спорта в нашей стране, в котором нет главного тренера национальной сборной. Этот пост был упразднен при прежнем руководстве СБР, из-за чего бывший глава этой организации Михаил Прохоров не побоялся пойти на конфликт с Министерством спорта. Но после смены власти в Союзе биатлонистов, случившейся весной нынешнего года, мало кто сомневался, что вакансия главы сборной будет быстро заполнена.
Заместитель министра спорта Юрий Нагорных в интервью минувшим летом высказался по данному вопросу предельно ясно.
– Мы считаем, что структура управления сборными командами должна быть едина и главные тренеры должны быть во всех видах спорта, – говорил он. – Если нет кого-то одного ответственного, их априори становится несколько. Это дезориентирует старших тренеров и самих спортсменов. Все-таки спорт представляет собой четкую структуру.
Нагорных также добавил, что к концу августа на утверждение министру должен быть подан список главных тренеров по всем зимним видам спорта, в том числе и по биатлону.
Наступила осень. Но никаких изменений в тренерском штабе национальной команды так и не произошло. При этом новый глава СБР Александр Кравцов продолжал уверять, что поиски подходящего наставника ведутся. Более того, заявлял, что варианты с отсутствием главного тренера к началу сезона просто не рассматриваются. И оснований не верить ему у нас нет. Вероятно, дело в том, что с кандидатурами, которые держал на карандаше Кравцов, договориться в силу каких-то причин не удалось. А назначать кого-либо на должность просто ради того, чтобы назначить, президент СБР нужным не посчитал.
– Понять Кравцова можно, – делится своим мнением президент федерации биатлона Санкт-Петербурга, двукратный олимпийский чемпион Дмитрий Васильев, до недавних пор входивший в правление СБР. – Он хочет не заниматься какими-то экспериментами, а назначить главного тренера один раз и надолго. Кандидаты были точно. Вполне возможно, что кто-то из них не устраивает Александра Михайловича. На то он и руководитель, чтобы оставлять за собой последнее слово. Хотя я считаю, что на промежуточном этапе с ролью главного тренера вполне справился бы Владимир Барнашов.
– У меня на сегодняшний день уже есть ответственная должность, – заочно ответил коллеге Барнашов. – Меня назначили вице-президентом СБР по спорту высших достижений. И я полностью согласен с решением Александра Михайловича пройти предстоящий сезон без главного тренера. Его нужно было выбирать раньше, с начала подготовительного периода, но в силу организационных моментов процесс затянулся. Если назначить кого-то сейчас – человек будет играть чисто номинальную роль. Основная часть подготовки уже позади – на носу соревновательный период. Я убежден, что главный тренер в первую очередь – сильный методист, а не организатор. А разного рода организационные обязанности лежат на мне.
Вопрос, который справедливо возникает у многих: а нужен ли вообще главный тренер команде, которая спокойно обходилась без него два последних года? Большинство опрошенных специалистов уверены, что нужен. Только вот взгляд на роль этой фигуры у каждого свой.
Кравцов считает, что главный тренер – это грамотный специалист-организатор, который будет обладать современными методическими знаниями, пользоваться авторитетом среди коллег и умением повести за собой. При этом он обязательно должен уметь принимать волевые решения и отвечать за них впоследствии. По мнению Васильева, главный тренер – человек, функции которого сводятся к координации всех сборных команд и озвучиванию точки зрения СБР по тем или иным вопросам. А Барнашов видит во главе сборной исключительно сильного методиста.
Исходя из вышесказанного, есть предложение: не дожидаясь ноября следующего года, четко определиться с функциями и полномочиями главного тренера. А то получится, как у Алисы, которая заблудилась в Стране чудес. Там она, напомню, наткнулась на кота и спросила, куда ей идти. На вопрос смышленого зверька о желаемом пункте назначения Алиса ответила: мне все равно, лишь бы куда-то прийти. Кот заметил, что в этом случае она может идти куда угодно, потому что куда-нибудь придет наверняка.
Хочется, чтобы в российском биатлоне в отличие от Страны чудес появилась какая-то определенность. Наверняка после составления четких критериев сократится и список кандидатов. Пока же в нем в разных контекстах фигурируют Валерий Польховский, Анатолий Хованский, Александр Куракин и даже Александр Тихонов.
Васильев, к слову, не видит ничего зазорного и в привлечении зарубежного специалиста.
– Если человек будет пользоваться уважением у спортсменов и при нем будут опыт и интуиция, то национальность не играет никакой роли, – отметил двукратный олимпийский чемпион.
– А я считаю, что главным тренером обязательно должен быть отечественный специалист, – сказал, в свою очередь, Барнашов. – В работе в России есть ряд своих особенностей. У нас большая плеяда тренеров, которые сейчас трудятся в основной и молодежной командах. Давайте посмотрим, кто и как проявит себя в сезоне. Считаю, что на следующий год нужно смотреть как раз через призму этих специалистов.
Если на роль главного тренера в России не нашлось достойной кандидатуры сейчас, то вряд ли ситуация глобально изменится будущей весной. При этом надо понимать, что в случае успешного выступления нашей команды в предстоящем сезоне не исключена вероятность того, что все снова оставят как есть. Зачем искать добра от добра? А вот если последует провал, то возможны большие перестановки. И главный тренер наверняка появится. Нужен он будет или нет – это вопрос будущего. Но с его функциями и полномочиями, а исходя из них – и кандидатами на должность, нужно определяться уже сейчас.
серина:
До начала сезона остается все меньше и меньше дней *потираю ручки в предвкушении*
Двукратная олимпийская чемпионка Тура Бергер не уверена, что ее будущий ребенок станет биатлонистом и с интересом ждет начала новой главы в своей жизни. Тура Бергер станет мамой в начале апреля 2015 года. Бывшая биатлонистка подтвердила, что ждет ребенка, находясь в прямом эфире NRK во время женского спринта на открытии сезона в Шушене.
«Нет, я не стану оказывать никакого давления, чтобы мой ребенок занимался биатлоном. Да, это будет очень интересно. Я ведь, в общем-то, не совсем в курсе, что меня ожидает», – приводит слова Бергер Adressa.
Ее коллега по сборной Норвегии Тириль Экхофф пошутила, что рада беременности Бергер больше, чем сама будущая мама.
«Я, наверное, больше рада этому, чем сама Тура. Потому что я боялась, что она вернется», – цитирует Экхофф Adressa.
«Нет, я не стану оказывать никакого давления, чтобы мой ребенок занимался биатлоном. Да, это будет очень интересно. Я ведь, в общем-то, не совсем в курсе, что меня ожидает», – приводит слова Бергер Adressa.
Ее коллега по сборной Норвегии Тириль Экхофф пошутила, что рада беременности Бергер больше, чем сама будущая мама.
«Я, наверное, больше рада этому, чем сама Тура. Потому что я боялась, что она вернется», – цитирует Экхофф Adressa.
Chelsea:
Обалденная вьюшка с Женей
За несколько дней до старта биатлонного сезона Sports.ru запускает новый сериал. Почти ностальгический – об эпохе Михаила Прохорова и ее героях. Тех, кто в последние пять лет прожил в русском биатлоне: руководил, тренировал и тренировался – а теперь отошел в сторону. Никаких очерков и монотонных пересказов событий – только интервью.
Первое – с одним из символов задорной и противоречивой эпохи – двукратным олимпийским чемпионом Евгением Устюговым, который вернулся к семье в Красноярск и совсем об этом не жалеет.
- Сколько раз за последние полгода промелькнула мысль: может, я ушел рано?
– Ни разу не промелькнула. Это меня радует. Я смотрел ЧМ по летнему биатлону, приезжал в Академию биатлона у себя в Красноярске. Общался со спортсменами, бывшими руководителями – каждый мне сказал, что я сделал правильный шаг и вовремя. Есть воспоминания, но осадка, горечи, сожалений – ничего такого нет.
За три года дел скопилось столько, что до сих пор успел сделать процентов 70%. Нет времени спокойно лежать на диване, обедать, спать и ужинать.
- Новый мужской тренер Александр Касперович считает, что вы должны вернуться и, возможно, скоро это сделаете.
– За последние месяцы я не общался ни с одним тренером сборной. Если бы он меня ждал – то хотя бы позвонил.
Я видел массу примеров: люди выпадают на несколько месяцев – и все, поймать тот ритм очень тяжело. Сделать паузу в полгода, а потом прямо так захотеть и вернуться – это невозможно. На уровень чемпионата России – еще да, а на Кубок мира – нет, нереально. Эта мысль меня останавливает.
- Как провели последние полгода? Тренировались?
– Я настолько сильно устал, что не возникло желания даже покататься на роллерах. Ни разу не брал в руки винтовку. Да, были какие-то физические упражнения, чтобы организм резко не останавливался, но не более того.
Хочу покататься на лыжах – просто в удовольствие, без напряга. Бегаю кроссы и чувствую: организм стал слабее. Раньше я мог пробежать 3-5 км без одышки, сейчас это нелегко. Возвращаясь к вопросу – как вернуться? Уже никак. Чтобы выйти на спортивный уровень, мне надо тренироваться лет пять.
***
- Насколько близко к правде мнение, что после золота Ванкувера вы потеряли мотивацию и так и не вернули ее?
– Это длилось один сезон – 2010/2011. Не то что потеря мотивации – больше усталость. Нужно было вернуть желание, азарт. Вроде бы чемпионат мира в Хантах, дома – но я понимал, что бороться за первые места сил нет, и потихонечку успокоился. Со следующего года никаких проблем с мотивацией у меня не было.
Даже предсезонку начали раньше – в мае. Это меня подстегивало: прошел не очень хороший сезон, надо возвращаться. Я делал очень много работы – восстанавливался пошагово. Думаю, только к прошлому сезону получилось вернуть свои качества. Стрельба, психология, спокойствие. Физические качества полностью все равно было не вернуть – из-за травм.
- Можно сказать, что вы ушли из-за них?
– Они повлияли. Для многих места с шестого по десятое – это очень сильно. Мне стало неинтересно занимать эти места, они мне надоели. Меня остановило понимание, что я не могу добираться до первых мест из-за травм. Я знал, какую работу нужно сделать, чтобы занимать первые места. И я не мог ее делать. Не потому что не хотел – не позволяли колено, спина, еще что-то.
Апрель-2014. Москва. «Гонка Чемпионов». Евгений Устюгов объявляет об уходе из спорта.
- Почти каждый год вашей карьеры в команде менялись тренеры. Кто из них по-настоящему подходил вам?
– Двое: Аликин и Гербулов. Пусть между собой у них теперь нет контакта. Я отработал с Аликиным три года – его методика мне подходит отлично.
- Его ведь убрали весной 2010-го по требованию спортсменов.
– У ребят в команде имелись свои причины просить об этом. Я не хотел, чтобы Аликин уходил, но у меня не было права сильно рассуждать на эту тему.
- У единственного на команду олимпийского чемпиона не было права?
– Ну, может, право было, но я сам этого не понимал. Сколько мне тогда было лет? Дите дитем. Что говорить и как говорить – мне было неизвестно. Большинство было против Аликина, и мой голос ничего не решал.
Большого раздора в команде это не посеяло, но… Кто-то был на кураже, кто-то еще на чем-то. Никто не задумывался, что будет дальше. Когда Аликина сняли, тогда и начали задумываться, кто что натворил и какие будут последствия. На мой взгляд, можно было еще год побыть вместе, посмотреть, что будет.
- Чем так хорош Аликин?
– Его самый большой плюс: человек идет единой командой со всеми. Когда были недоговоренности по спонсорам, еще какие-то проблемы – Аликин всегда был на стороне команды. Многие спортсмены забыли об этом, когда потом выступали в прессе. Но тем не менее. Как бы ни косячила команда, Аликин всегда ее выгораживал. Для меня это гуру, на которого смотришь снизу вверх.
- Он не старомоден как тренер?
– Нет, конечно. Лопухов, например, старше Аликина, да и пришел не с суперновой технологией. С Николаем Петровичем мы делали тренировки 70-80-х годов, еще той закалки. Аликин вполне современный специалист: гибкий, способный идти на контакт, на коррекцию. Если ему объяснить, почему это нужно и во что выльется.
- Гербулов – вроде бы противоположность Аликину. Чем он крут?
– Он рассудительный и всегда остается человеком. Его стойкость, умение найти контакт с другими тренерами, поставить точку в конце – это очень впечатляет. Борясь с такой связкой, как Лопухов и Падин, он все равно оставлял себе последнее слово. Гербулов не только тренер по стрельбе, он умеет регулировать физические нагрузки. Многие этого не знают.
- Ваша последняя личная медаль была выиграна на ЧМ-2011 под руководством Михаила Ткаченко. Это его заслуга или Валерия Медведцева?
– Валерию Алексеевичу будет немного обидно, но я скажу правду. Заслуга тренеров в любом случае огромна, но перед чемпионатом Медведцев полностью передал меня Барнашову.
Команда уехала на Кубок мира в США, мы остались с Шипулиным, нам составили план передвижений. План подготовки к ЧМ нам написали Барнашов и Маматов. Мы провели 26 дней в Риднау, съездили на Кубок IBU, стартанули на ЧЕ в том же Риднау. Этот сбор нам очень помог, сил было вагон.
Все сломала последняя нотка: был длинный перелет, потом большой переезд. Из Тюмени в Уват, оттуда уже в Ханты на ЧМ – в автобусе вместо четырех часов ехали восемь или девять. Антон вообще заболел, мы оба приехали обессиленные, хотя сама подготовка не была сорвана. Я не снимаю с себя ответственности. Я рассказываю пошагово, как было.
- Со стороны кажется, что вы так и не сработались с Николаем Лопуховым. Это так?
– На мой взгляд, я один из немногих, кто нашел с ним общий язык. Как другие? Кто-то до сих пор злой, кто-то общаться с ним не хочет. Я всегда открыт. Можем созвониться – орать друг на друга не будем. На прощальной вечеринке Прохорова Лопухов меня подталкивал к возвращению.
Я поддержал Николая Петровича, когда прошлой осенью Шипулин ушел на самоподготовку. Когда человек уходит из команды – это накопившаяся ситуация и вина тренера всегда есть. Я поддержал Лопухова, иначе он мог раскиснуть. Это его тонизировало. В дальнейшем… Были сложности, но я не обижаюсь и примеры приводить не хочу. Он заслуженный человек.
***
- Самый тяжелый для вас момент за эти годы?
– Два чемпионата мира – в Рупольдинге (2012) и Нове-Место (2013). В сезоне 2011-2012 было отменное физическое состояние, но не шла стрельба. Самый обидный эпизод – падение в Рупольдинге на спринте. Шел на хороший результат, почти лидером. Падение выбило из колеи – сломался весь чемпионат.
- И не попали даже в эстафету, хотя успели восстановиться.
– Это вопрос к Валерию Николаевичу Польховскому, который настоял на том, чтобы бежал Гараничев. Я не обижаюсь на людей, каждый ищет выгоду в любой ситуации. Я был в нормальном состоянии. Как решалось, я не знаю – совещание было за закрытыми дверями. Мне сказали, что я не бегу – так решил главный тренер.
- Что надломило на ЧМ-2013?
– Долгое нахождение вне дома. Не помню, где мы проводили последний сбор перед Нове-Место, но подготовка была скомканная. К тому времени мы провели по несколько месяцев без заезда домой и знали, что еще нескоро туда попадем. После ЧМ нужно было сразу ехать на сбор и предолимпийскую неделю в Сочи, а оттуда – закрывать сезон в Ханты.
Мы все взрослые и сознательные люди, нам всем иногда хочется личного пространства. Хотелось выдохнуть спокойно, но не нашлось возможности. Были ребята, которые в ноябре уехали на вкатывание, и не заезжали домой до конца марта. Как получили экипировку, так и ездили: четыре месяца с баулами, сумками, коробками. Да, в России другие расстояния, но человеку нужно иногда просто уехать из команды – хотя бы на три дня. За три дня ничего не произойдет. Окна уехать были, но нас не отпустили.
- Согласны, что тогда вы были просто не готовы к ЧМ?
– Нас с Димкой Малышко вели мини-группой, мы заезжали на сборы и на высоту отдельно от команды, по своему графику. И не съездили домой, и не подготовились к чемпионату. В методике была допущена ошибка. Как для спортсменов для нас это был новый опыт – мы ведь не могли знать, что будет. А тренер с таким стажем, как у Лопухова, должен был предвидеть.
Уже в Антхольце мы поняли, что пересидели в горах, что обезвожены. На мире Димка не допустил промахов в спринте и пасьюте, но остался без медалей. Это что-то значит. Тогда порадовал только Антоха. Он в любой ситуации бьется до последнего метра, когда мы уже опускаем руки.
- Вы застали оба допинговых скандала последних лет. В чем для вас разница?
– В моей реакции на них. Когда все случилось первый раз, я вообще ничего не понимал. Мы вместе с Димой Ярошенко как раз летели из Красноярска. Он говорит: Жека, представляешь, мне на почту пришло письмо, что проба положительная. Я ему: да слушай, это какая-то ошибка, не может такого быть. Короче, не обратил внимания.
Потом уже в Корее все это завертелось: люди уезжают, мы их провожаем, девушки плачут. Очень тяжело и непонятно, тогда была полная неразбериха. Только что с человеком общался, а теперь его увозят. Морально мне было тяжело видеть все это с незнания.
- А второй раз?
– Совсем по-другому. Да, я знаю людей, которых дисквалифицировали. Но теперь у меня был какой-то щит, я старался от этого полностью абстрагироваться. Как спортсмена меня не должно это касаться.
- Не было страха, что ситуация вышла из-под контроля и вы тоже можете попасться?
– После первой истории я стал умнее. Сам проверял и не стеснялся спрашивать лишний раз – за вопрос в лоб никто не даст. Старался узнавать все по полной. Страх был всегда. Может быть недоразумение, еще что-то. Вылететь даже на время разбирательства, на два месяца – это, конечно, страшно.
- Вы верите официальному оправданию Ирины Старых про косметику?
– Я не медицинский работник, не могу отвечать компетентно. В нашем мире возможно все, удивляться ничему не стоит. Правда это или нет, знает, видимо, только Старых.
***
- Вы – стопроцентный символ эпохи Прохорова: одновременно пришли, одновременно ушли. Не жалеете, что не получилось поработать в другой системе?
– Я не раз об этом задумывался. Да, у нас с Михаилом Дмитриевичем получилось синхронно: я не знаю, что было до, я не знаю, что будет после. Нисколько не сожалею, что попал в эту эпоху.
Пять продуктивных лет – даже, может, не в плане спорта, а в плане общения, знакомств, психологии, умения выходить из разных ситуаций. Все благодаря этим людям – Прохорову и Кущенко. Сейчас я делаю шаги в разных сферах именно по опыту этой эпохи.
- Все эти годы Прохоров, по сути, не погружался в биатлон.
– Скажем так, он был вдалеке. И делал абсолютно правильно. У нас был исполнительный директор, финансовый директор, куча менеджеров – этого хватало. Мы и так знаем, кто у нас президент. Мы знаем, что он поможет при решении проблем. Мы знаем, что он занятой человек, поэтому его лучше не дергать.
Были моменты, когда он приезжал просто так – посмотреть этап, пообщаться и уехать дальше. Нам было достаточно. Общение с Прохоровым у меня лично было регулярным – если не в формате встречи, то по телефону.
- Самое запоминающееся собрание, которое он провел?
– Одно из первых. Весна 2009-го, перед медобследованием команды. Тогда была такая обстановка… мы не знали, что у него спрашивать, о чем с ним говорить. Даже побаивались: знаменитый, интересный человек. И он такой: ну пацаны, спрашивайте что-нибудь! И мы: а-а-а, что спросить-то, мы не знаем… Коля Круглов поопытнее, спасал ситуацию, задавал какие-то вопросы, чтобы не казалось, что всем нечего сказать. Потом эта проблема исчезла.
- Прохоров и Кущенко устали от биатлона?
– Думаю, да. Первые годы прошли весело – все были на сильном позитиве, плюс помог Ванкувер. Не очень удачный итог в целом, но у биатлона было два золота из общих трех.
Потом пошел цикл, рутина, что-то не получалось по результатам. Есть ряд болельщиков и ряд руководителей, которые резко реагировали на наши выступления – постепенно позитив угасал. Олимпиада в Сочи прошла – все выдохнули, но не знали, идти дальше или нет. По Сергею Валентиновичу скажу точно: для него это были интересные пять лет, но он сильно устал.
- Когда вы объявляли об уходе – уже знали, что уйдут и они?
– Нет, я до последнего надеялся, что они останутся. Хотя для меня это ничего бы не изменило, я бы все равно закончил. О моем решении знали несколько человек. Разумеется, предупредил родителей – чтобы не было легкого шока. Прохоров и Кущенко тоже знали.
- Сложилось ощущение, что Кущенко может быть жестким по отношению к кому угодно, но только не к спортсменам.
– И к спортсменам может. Короткий пример и без фамилий. В одном из прошлых сезонов Кущенко распорядился отчислить из мужской команды человека за неявку на собрание. Было сказано: чтобы завтра его в команде не было. Спортсмена прикрыл как раз тренер, сказал: я виноват, забыл напомнить про собрание.
Сентябрь-2014. Сочи. Встреча руководителей СБР и Минспорта со спортсменами.
- Что Прохоров и Кущенко дали русскому биатлону?
– Самое главное – подняли вид спорта в рейтинге популярности. Что касается раскручивания, они сделали 100% от возможного. Они умели делать так, что биатлон был интересен всем и каждый день. О биатлоне сейчас знают и говорят все.
Они показали спортсменам, что нужно быть гибкими и медийными. Раньше можно было кого-то просто послать – люди обижались, но расходились и забывали. Сейчас спортсменов научили вести себя публично.
Они задали планку в организации всех мероприятий, касающихся спорта. Сейчас менеджерами никого не удивить, а раньше про них никто не знал. Но это реальная помощь. Приезжаем в новое место: нас встречает менеджер, едет с нами. Ты вышел из автобуса – пофамильно раздали ключи, то, это… Ты не стоишь в очереди, нигде ничего не ждешь, никому на ломаном английском не доказываешь, что это твое оружие и у тебя есть разрешение. Если кто-то и делал ошибки с разрешительной системой, менеджеры договаривались на месте. Вот что такое организация.
- Неформальные командные посиделки тоже стали чертой эпохи. Что запомнилось?
– Был момент в позапрошлом сезоне, перед важными соревнованиями. Один из руководителей сказал: Жека, соберите команду, сядьте выпейте пива – видно, какие вы уставшие.
Когда идут стрессовые соревнования, все ребята настроены на результат. Неделю до, неделю после мы можем и похихикать, и в иксбокс поиграть. Когда есть старты – все серьезны. А тут сели, выпили по две кружки пива, поговорили про отдых весной, на какие-то отвлеченные темы. Пацанская обстановка: ни слова про спорт, тренеров, работу. Два часа – и зарядились. На следующий день был результат.
***
- Расскажите, что у вас за собака?
– Акита-ину, японская порода. Чтобы людям было понятно, это как из фильма «Хатико». Зовут Багу – кличку дали заводчики, а мы не стали менять, потому что плохая примета.
Я поторопился с его заводкой – раньше было жалко расставаться каждый раз. В фильме очень реалистично показано – собака действительно переживает, когда хозяина нет. Каждый мой отъезд ему давался тяжело и больно. Дня три просто лежал как овощ, не ел, не пил. Супруга рассказывала: подойду, пальцем его потыкаю, живой или нет. Он чуть голову поднимет и опять ляжет.
Весит около 40 кг. Очень интересный в поведении – это всегда хозяин территории, где бы он ни находился. Другим собакам ничего никогда не прощает и не позволяет быть главными. Гуляем только на поводке. Багу воин и очень сильный. Когда был молодым, то проверял свои силы – справлялся с серьезными породами. Зрелище не из приятных. До восьми месяцев он игрался со всеми. В девять стал избивать своих же друзей.
- Как вообще пришла идея завести пса?
– У меня старшая дочка сильно любит собак. Стоим на балконе – даже я не вижу, где собака. Она видит, тыкает пальцем: пап, смотри, собака бежит. Теперь дома есть пес, но дочка все равно пытается погладить каждую встречную собаку.
Семья Устюговых: Евгений, Александра и дочь Вероника. Вторая дочь – Ксения – еще только в планах.
- Ваш большой дом достроен?
– Достраивается, он тоже в городе, у последней черты. Мы с супругой сами занимались дизайном, второй этаж полностью планировал я. Пока у нас маленький ребенок – не хочется переезжать в зиму. Поликлиники и вся инфраструктура здесь ближе, чем если выезжать оттуда. Держим пока на паузе, плюс там есть недоработки по дому, по территории. Нужно доделать до конца. Если не сделаем сейчас, то не сделаем уже никогда.
- В доме есть что-нибудь удивительное?
– Кинотеатр – это удивительно? Еще, может, кто-то назовет это глупостью, но нас есть детский домик под лестницей. Идея супруги – я своими руками закрывал там все деревом. Старался, чтобы походило на избушку. Дверцы, окошечки – все как полагается.
- В чем самая большая проблема при строительстве дома?
– Огромное спасибо моему брату, который следит за стройкой – начиная от забора и разравнивания территории до нынешнего момента. Это строительство с чистого листа под ключ. Все висело на нем, он старался меня отвлекать как можно меньше. Я принимал только глобальные решения, так что о проблемах знает только брат.
- Планируете заводить еще детей?
– Я-то точно планирую, надо супругу спросить. Раньше говорил, что хочу четверых. Чем больше, тем лучше. Давать новую жизнь – это приятно и хорошо. Следить, как они растут, тоже интересно. Главное – знать свои финансовые возможности, чтобы дети не жили в минус. Если вытянем четверых или пятерых – я только за.
Красноярск
Chelsea:
БИАТЛОН/ЛЫЖИ
Звезды мирового биатлона Оле-Эйнар Бьорндален, Дарья Домрачева и Фредрик Линдстрем в новом сезоне будут тестировать палки необычной формы
В минувшие выходные в норвежском Шушене прошли биатлонные соревнования, участие в которых принимали спортсмены из Норвегии, Франции, Италии и ряда прибалтийских государств. В масс-старте первенствовал восьмикратный олимпийский чемпион Оле-Эйнар Бьорндален. Победа 40-летнего суперветерана примечательна тем, что выступал он не с привычными ровными палками, а с изогнутыми.
Контракт с фирмой – производителем необычной экипировки на нынешний сезон помимо Бьорндалена подписала трехкратная олимпийская чемпионка Дарья Домрачева. Белорусская биатлонистка сообщила, что тестирует изогнутые палки с лета, благодаря чему увеличила мышечную массу и прибавила в скорости. Собирается использовать подобное снаряжение и шведский биатлонист Фредрик Линдстрем, уверяющий, что новое изобретение позволяет ему отыгрывать на 10-километровой дистанции по 10-15 секунд. К экспериментам также планируют подключиться финские лыжники, олимпийские чемпионы в командном спринте Иво Нисканен и Сами Яухоярви.
УРОКИ ГЕОМЕТРИИ
Эксперименты со спортивным инвентарем идут ровно столько, сколько существует современный спорт. Огромная часть из них так и заканчивается ничем. Но встречаются и прорывы. И уж если что-то новое одновременно пробуют и хвалят спортсмены, являющиеся "лицами" мужского и женского биатлона, всем остальным нужно как минимум уделить этому повышенное внимание.
– Мы слышали об этих палках, но в наличии их пока не имеем, – сообщил старший тренер мужской сборной по биатлону Александр Касперович. – Но это в любом случае интересно. Конечно, сначала их нужно протестировать, пообщаться с биомеханиками, узнать о плюсах и минусах. Для себя я такой вопрос уже поставил. Думаю, в ближайшее время изогнутые палки появятся и у нас. Нужно идти в ногу со временем и не упускать технических новинок. Если такие люди, как Бьорндален и Домрачева, пробуют, то и нам надо.
Раздобыть эволюционировавшие палки для нашей команды, пожалуй, непреодолимой проблемой не будет. Об этом говорят и слова вице-президента СБР по спорту высших достижений Владимира Барнашова.
– К старту Кубка мира, конечно, уже не успеть, – отметил функционер. – Но если тренеры и спортсмены скажут, что изогнутые палки им нужны, мы решим этот вопрос. У нас достаточно хороший контакт с финской фирмой, которая их производит.
Другое дело, что пока непонятно, какую на самом деле пользу спортсмену могут принести такие нововведения. Горнолыжники, которые давно выступают с изогнутыми палками, мотивируют их необходимость повышенной аэродинамикой в низкообтекаемой стойке, называемой в простонародье "яйцом".
Биатлон – далеко не горные лыжи, и палками тут приходится больше работать, нежели их прятать. Однако и геометрия палок для "равнинного" бега существенно отличается от тех, что используются на склонах, – изгиб здесь проходит в верхней части изделия, а не в средней, как в альпийских дисциплинах. Производители "равнинных" палок настаивают, что их изобретение позволит биатлонистам и лыжникам эффективнее доталкиваться и сохранять энергию движения.
ЭФФЕКТ ТЕТИВЫ
В своем рекламном ролике производители новый конструкции рассказывают об "эффекте отпущенной тетивы", который якобы возникает при деформации палок. Однако без тестирования в условиях реальных соревнований оценить новинку сложно. Сейчас ясно только то, что шум с привлечением главных звезд мирового биатлона – неплохой маркетинговый ход. Цена на инновационные изделия сейчас доходит до 350 евро, при том что обычные прямые палки для профессиональных спортсменов стоят в районе 100 евро. Наверняка любители экспериментов приносят изобретателям неплохой доход.
– Я сам еще эти палки не видел, – делится экс-главный тренер женских сборных СССР, СНГ и России, а ныне руководитель управления по научно-методическому обеспечению спортивной подготовки Олимпийского комитета России Александр Грушин. – Читал, слышал, но давать четких комментариев пока не могу. Скажу только, что не исключаю преимущества обновленной конструкции. Но нужно изучать геометрию этих палок, чтобы понять, как она сочетаются с направлением прилагаемых усилий.
Если от нововведений действительно есть практический толк, то странно, что первыми их смогли опробовать Бьорндален и Домрачева, а не условные Петтер Нортуг и Марит Бьорген. Все-таки в лыжах скорости выше, чем в биатлоне, а доли секунды играют более значимую роль.
– Мы полностью доверяем фирме, с которой работаем, – заверил менеджер сборной России по лыжным гонкам Юрий Чарковский, – нам всегда предоставлялись великолепные палки. И если производители посчитают, что изогнутые лучше, тогда и перейдем на них. Пока же думать об этом бессмысленно.
РАБОТА ДЛЯ ТЕХНИЧЕСКОЙ КОМИССИИ
Не исключено, что изогнутые палки – это не более чем рекламный ход и никаких преимуществ в их деформации нет. Но лучше все-таки проверить самим, пока все находятся на исходной позиции, нежели потом догонять. А такое уже бывало.
– Интересная ситуация была в 1985 году, – вспоминает Барнашов. – Мы выступали в Кубке мира, до Нового года все шло как обычно. А после все вдруг внезапно побежали коньковым ходом. Это была бомба! Тогда на самом деле произошла мини-революция, нужно было в срочном порядке доставать инвентарь. Но мы довольно быстро освоились. На чемпионате мира, который прошел через два месяца, завоевали две золотые медали.
Может, и теперь на биатлон и лыжи хлынет новая волна экспериментов. Последний раз такое происходило в середине 1980-х, когда на пике карьеры был четырехкратный олимпийский чемпион Гунде Сван. Помимо того, что именно он "раскрутил" малопопулярный в то время коньковый ход, так еще не забывал искать способы усовершенствования палок. И ладно, если речь шла о более легком сплаве наконечников… Во время тренировок накануне чемпионата мира 1985 года в Зеефельде великий швед поразил всех тем, что вышел кататься с 210-сантиметровым шестом. Работал им примерно как каноисты веслом. И скорость набирал очень даже приличную. FIS пришлось в экстренном порядке вносить поправки в правила. С тех пор во время гонок не разрешается использовать одну палку или шест.
Вероятно, техническая комиссия IBU скоро обратит внимание и на деформированные палки. Пока их изогнутость не идет вразрез с регламентом, но если будет признано, что "эффект тетивы" искажает суть лыжных гонок, как некогда шест Гунде Свана, то тогда "палочка-выручалочка" вполне может быть объявлена вне закона.
Chelsea:
Девочки, мы таки дожили до начала сезона, осталось совсем чуть-чуть
Определен состав сборной России по биатлону на первый этап Кубка мира, который пройдет в шведском Остерсунде с 30 ноября по 7 декабря.
Состав мужской сборной на первый этап Кубка мира в Остерсунде: Антон Шипулин, Дмитрий Малышко, Евгений Гараничев, Александр Логинов, Тимофей Лапшин, Александр Печенкин, Максим Цветков.
Состав мужской сборной на первый этап Кубка IBU в Бейтостолене: Антон Бабиков, Александр Поварницын, Сергей Клячин, Алексей Слепов, Алексей Волков, Иван Черезов, Евгений Боярских.
«24 ноября основная команда отправится в Остерсунд, где 30 ноября смешанной эстафетой стартует этап Кубка мира, — рассказал старший тренер мужской сборной Александр Касперович. — В составе у нас семь человек: Тимофей Лапшин, Александр Логинов, Антон Шипулин, Дмитрий Малышко, Евгений Гараничев, Максим Цветков, Александр Печенкин. Мы планируем, что первые шестеро выступят в индивидуальной гонке, после чего сделаем ротацию, и вместо одного из спортсменов, стартовавших в индивидуальной гонке, на спринт заявим Александра Печенкина».
Состав женской сборной на первый этап Кубка мира в Остерсунде: Яна Романова, Екатерина Шумилова, Екатерина Глазырина, Дарья Виролайнен, Галина Нечкасова, Ольга Подчуфарова, Ольга Якушова.
Ольге Якушовой для участия в первом для себя этапе Кубка мира согласно правилам Международного союза биатлонистов потребуется набрать квалификационные очки на этапе Кубка IBU в Бейтостолене.
«25 ноября шесть спортсменок сборной отправятся в Остерсунд, — рассказал старший тренер женской сборной Владимир Королькевич. — Ольга Якушова начнет сезон спринтом на Кубке IBU в Бейтостолене, чтобы набрать квалификационные очки. После первой гонки Ольга отправится в Швецию на этапе Кубка мира. У нас там будет уже семь спортсменок – кто-то пробежит индивидуальную гонку, но пропустит связку спринт-пасьют.
Ольга Якушова уже на одной из последних тренировок была наравне с Романовой и Шумиловой. Буквально несколько секунд был проигрыш у нее. В последние десять дней она начала ярче проявлять себя. У Ольги есть хорошее преимущество – ее высокая скорострельность. Ульяна Кайшева выиграла предыдущий старт с украинской командой. Она на данном этапе в хорошем состоянии, и мы решили привлечь ее на этап Кубка IBU. Первый спринт в Бейтостолене она пропустит, но выступит во втором.
Сейчас тяжело говорить о состоянии спортсменок, потому что проделана большая работа. Сезон будет длинным, чемпионат мира только в марте. Если мы хотим удержать спортсменок в форме, то должна быть хорошая базовая работа во время подготовительного периода. Сейчас у них есть небольшое утомление, но в ближайшие 7–8 дней девочки выйдут на свой уровень.
В декабре мы будем делать ротацию спортсменов между этапами Кубка мира и Кубка IBU. Двери в сборную открыты. Нам сейчас нужно понять суть команды, охватить большое число кандидатов. Ту же Кристину Ильченко мы рассматриваем в качестве кандидата. Она интересная девочка, но по критериям отбора, определенным на тренерском совете, на декабрьские этапы она поехать не может. В январе нас уже будет ждать определенная ротация».
Состав женской сборной России на первый этап Кубка IBU в Бейтостолене: Ольга Якушова, Анна Никулина, Евгения Волкова, Яна Бабушкина, Анна Щербинина, Ольга Шестерикова, Ульяна Кайшева.
Arven:
Вот, наткнулась в газете на эту подборку фактов:
- Мартин Фуркад летом чувствовал повышенную утомляемость, пропустил летний Чемпионат мира. Оказалось, что у него мононуклеоз, который нужно лечить полгода. Но это не остановило Мартина. Помимо биатлона, он будет стартовать и в лыжных гонках.
- Михаэль Рёш два года ожидал гражданства Бельгии. Бросив работу полицейского в Германии и потеряв всех спонсоров, не имел тренера, но в 2014 г. выиграл летний Чемпионат мира. Теперь будет выступать за сборную Бельгии.
- Эмиль Свендсен съехался со своей девушкой Самантой, однако сказал, что из-за биатлона детей у них ещё не будет лет десять.
- Кайса Макарайнен в мае съездила в отпуск в Италию, где впоследствии провела все сборы. Накануне сезона принимала участие в национальных лыжных гонках. Причём, показала ход даже быстрее лыжниц, правда из второго состава сборной Финляндии.
- Бьёрн Ферри, завершив карьеру, издал разоблачающую книгу воспоминаний, где рассказал правду о "коллегах по цеху" с большой долей сарказма. Сразу же "напоролся" на шквал критики, а Свендсен назвал его "глупым".
- Андрей Дериземля завершил свою спортивную карьеру.
- Елена Пидгрушна взяла на год паузу. (Мои размышления: с чем именно связана эта пауза пока не ясно. Может быть, с беременностью???).
- Вита Семеренко получила травму спины, была сделана операция. Теперь будет лечиться (чуть ли не до марта месяца). (Мои комментарии: там кажется не только со спиной проблемы. Кажется, там ещё и что-то с позвоночником и, может быть, потребуется ещё одна операция. Кажется, этот сезон она пропустит полностью...)
Chelsea:
Он не любит давать интервью – и вообще привык доказывать делами, а не словами. Пожалуй, лучший настройщик стрельбы в русском биатлоне. Спортсмены и коллеги характеризуют его коротко: «профи», «супертренер», «его сейчас не хватает». А сам Гербулов рассуждает всегда спокойно, вдумчиво, без эпатажа, зато мощно и по делу.
Из всего зимнего биатлонного сериала (а впереди беседы с Пихлером, Ростовцевым, Хованцевым и Лопуховым) разговор с Гербуловым был одним из самых важных: за олимпийскую четырехлетку он уходил, приходил, был старшим и просто помощником. Но всегда при деле.
- Полтора года вы не тренируете сборную. Жить стало легче?
– По ритму изменений нет. Сейчас работаю в красноярской Академии биатлона – выездов стало даже больше, дома в Перми почти не бываю. Но мне нравится: и дочь у меня под присмотром, и команда хорошая – можно думать о перспективе. Все как раньше – занимаюсь биатлоном.
- Уходя, вы сказали на тренерском совете, что не можете бросить семью.
– Да, выбор был такой: или сборная, или семья. У меня два сына и дочь. Наташе надо уделять больше внимания, чем раньше – у нее уже совершенно другой уровень. Когда она выступала по девочкам, постоянного надзора, может, и не требовалось. Сейчас надо думать о будущем, быть рядом.
- Ваш уход был, в том числе, и бегством от стресса?
– Не совсем. Стресс был каждый год, даже, наверно, каждую гонку. Но я ведь возвращался, несмотря на это. Конечно, причин несколько. Результат оказался неважным: прошло два чемпионата мира – их итоги не удовлетворяли никого. Я мог остаться, держаться за место – но зачем?
Еще психологическая усталость – в таком напряжении нельзя находиться несколько лет подряд. Я посчитал, что мне нужна пауза в работе – сейчас я стал намного спокойнее.
***
- В 2010-м из сборной скандально увольняли старшего тренера – Владимира Аликина. Вы были его помощником, но ушли гораздо тише.
– Я заведомо объявил, что ухожу из команды – принял решение еще на Олимпиаде в Ванкувере. Это был один из самых удачных сезонов нашей работы: золото Устюгова, бронза в эстафете, много побед на этапах – но хотелось отдохнуть от бешеного темпа.
По Володе не могу сказать, не знаю, почему он не остался в команде. Для меня до сих пор это непонятно.
- Устюгов рассказывал, что Аликина снимали спортсмены, даже чуть ли не голосованием.
– Между тренерами и спортсменами тогда были… конфликты не конфликты, но недопонимание точно. Именно по работе. В тренировках не бывает такого, чтобы все выполнялось строго по плану. Спортсмены стали заслуженными и знаменитыми, начали задавать вопросы – им хотелось что-то менять.
Аликин был уверен в своем плане, но не всем это нравилось. Думаю, что причина ухода в этом – в какой-то момент все друг от друга устали. Кстати, Лопухов такой же – всегда строго придерживался своих правил.
– Правда, что тогда Максим Чудов мог остановить занятие и наорать на тренеров?
– Такого никогда не было. Были разговоры серьезные, жесткие, но в другое время и без крика.
- Из-за вашего возвращения в 2011-м возникла ссора с Аликиным – кто все-таки ее спровоцировал?
– Почему-то люди подумали так: если Гербулов пошел в сборную, то должен протащить за собой друзей, приятелей, бывших коллег. Я не понимаю обиды Владимира Александровича. Жизнь длинная, порой приходится принимать решения, которые не нравятся твоим друзьям.
Не думаю, что тогда мне надо было вставать в позу: я не пойду в команду, если вы не возьмете Аликина. А все поняли так, что Гербулов не выставил ультиматум и оказался предателем.
- Но у вас была договоренность, что если возвращаетесь в команду, то вместе?
– Не было. Был вариант вместе перейти в другую сборную – нас звали перед сезоном-2010/2011. Страну не скажу, много времени не прошло. Естественно, это ближнее зарубежье.
Мне кажется, советским тренерам сложно просто так сорваться куда-то. Вот многие прибалтийские тренеры могут уехать в любую страну – у нас, кроме Хованцева, Королькевича, я таких не знаю.
- Какие у вас с Аликиным отношения?
– При встрече здороваемся. А отношения… Наверное, никаких нет.
- Обидно, что такая эффективная связка распалась?
– Спорт – такая сфера, где нельзя постоянно быть вместе, надо что-то менять. Застой не приведет ни к чему хорошему.
До нас было много таких же связок – и тоже все разваливалось, люди расходились. Ничего страшного. Команда – это в меньшей степени тренеры. На первом месте все равно спортсмены. Тренер – просто помощник, который должен правильно управлять.
С Сергеем Кущенко (справа)
***
- Вы застали переход от эпохи Тихонова к эпохе Прохорова. Чего ждали от нового руководства?
– Что нам предоставят идеальные условия. Хотелось работать и знать, что как тренер можешь ни в чем себе не отказывать. Команда Прохорова этого добилась: у спортсменов и тренеров было все. Это касалось и обеспечения, и зарплат.
Если характеризовать в одном слове – изобилие. Мы выбирали любые сборы, любой сервис, любой ресурс – оставалось только творить. Сумели ли мы? Думаю, нам не хватило профессионализма. В том числе, и моего. Те затраты, которые были при Прохорове, не вылились в высокий результат. К сожалению.
- Считаете свою работу не успешной?
– Амбиции были выше, чем итоговый результат. Хотя уровень все равно показали довольно приличный: брали Кубок наций два года, побеждали на этапах. Но реальной яркости не получилось, хотя для этого было все.
- При Прохорове фигура тренера действительно была отодвинута на второй план?
– Я этого не почувствовал. Для спортсменов тренер был главным авторитетом. Все говорят, что спортсмены напрямую общались с Кущенко. Ну и что? Никто не знает, как было на самом деле.
После звонка от спортсмена Кущенко перезванивал тренеру и говорил: так и так, поступила такая информация, что у вас? И разбирались, принимали решение. Никогда не было такого, чтобы руководство что-то приказывало нам в плане тренировок.
- Команда не была перегружена наблюдателями? Разные советы, эксперты и т.д.
– Время такое. Когда мы работали с Колокольниковым и Аликиным, экспертных советов не было – просто мог приехать президент или главный тренер, задать вопросы.
После Ванкувера ввели советы, где мы должны были отчитываться. Это выбило из колеи. Ты практик, но должен выступать где-то на совете, понимая, что там сидят не те специалисты, которые могут спросить правильно.
***
- Вы работали в сборной на момент допингового скандала в 2009-м. Как это было?
– Как тренер по стрельбе я был далек от этой истории. Даже врач все решает со старшим тренером, не со стрелком. В личных беседах со спортсменами было понятно: это большой спорт, без фармакологии никуда. Все знают, что так или иначе она есть. Но кто что принимает – я был не в курсе.
- Когда узнали, что у команды несколько положительных проб?
– Перед первой официальной тренировкой, уже на ЧМ в Корее. Пошла информация, причем я узнал откуда-то со стороны – официально никого не собирали, просто кто-то подошел и сказал.
- Ваша реакция?
– Какая тут реакция? Пол провалился. Все были уверены, да и доктора говорили: у нас такого быть не может. Для меня это был шок.
Отношения с коллегами из других сборных испортились моментально – это даже не объяснить. Причем коснулось не только тренеров, но и обслуживающего персонала. Здороваться они продолжили, но сразу дали понять: лучше к нам не подходи. В тот момент мы были отдельно от всего мира.
- Правда, что за несколько недель до того Александр Тихонов проводил собрание, на котором умолял перестать колоться?
– Да, разговор такой был. Александр Иванович выступал на собрании тренеров. Было предупреждение: усильте контроль – просто призыв ради поднятия дисциплины. Не было такого, чтобы он пофамильно называл тех, кто заколот. Не было даже намека, что у нас что-то не чисто.
С Николаем Лопуховым (справа)
***
- Вы вернулись в 2011-м, тогда же пришел и Лопухов. Вы были знакомы раньше?
– Встречались на сборах, были в дружеских отношениях. Для меня он не был абсолютно новым человеком. За год моего отсутствия команда почти не изменилась, по тренерской работе тоже изменений никаких. Но у Николая Петровича был другой подход к дисциплине, свои требования – началась притирка.
- В чем это выражалось?
– Я-то привык к такой работе, был раньше в команде – ребята меня воспринимали. Они отреагировали так, будто я не уходил. Но второй тренер поменялся, и команда немного растерялась.
Ребята знали, как в нештатных ситуациях вести себя со мной. Николай Петрович намного строже меня в плане работы, долго искал контакт. На что-то я закрывал глаза, а он нет. Он старался в каждом действии вести себя жестко. При мне спортсмены могли славировать. Если я видел, что кто-то не тянет, то мог сказать: тормозни, займись чем-то другим, погуляй. У Николая Петровича план должен был выполняться от и до.
- С кем он испортил отношения еще при вас?
– Врагами не стал ни с кем. Рано или поздно спортсмены поймут, что тренеры хотели только добра. Николай Петрович привык, что раньше подчинение было беспрекословным, на уровне армейского. Сейчас спортсмены воспитаны по-другому. Надо брать в расчет, что они в чем-то знамениты. Они не позволяли с собой обращаться в каком-то жестком стиле.
- Не считаете ошибкой, что согласились стать старшим, а не ассистентом?
– Да нет, я ж до этого проработал несколько лет. Ошибка была в том, что возле команды надо было держать тех профессионалов, к которым привык. Но окружение поменялось полностью. И я понял: коллег, которые понимали тебя с полуслова, рядом нет. Есть Лопухов, новый обслуживающий персонал, новые аналитики, плюс в сервисе появились иностранцы.
Мы потратили время на притирку. Раньше я не отвлекался на какие-то зоны, потому что и так знал, кем они закрыты. Ты придешь и спросишь: что там? Тебе сразу выложат. В этот раз приходилось заново все распределять. Но ребята подобрались талантливые, со временем стали справляться отлично.
- Главным тренером тогда был Валерий Польховский. Вам удобнее, когда есть главный или лучше без него?
– Если все работают честно, то разницы нет. Главный нужен, чтобы вносить коррекцию. Польховский достаточно компетентен для этого – он мог вмешаться, когда нужно, с этим проблем не было.
Почти все вопросы мы решали втроем: я, Лопухов и Андрей Падин. Иногда решение выносили выше, на главного тренера. В этом случае приходилось что-то доказывать, но недоверия не было. У меня с Польховским нормальные отношения. Если когда-то у нас были споры по команде – это не значит, что мы стали врагами.
- Самый жесткий спор за последние годы?
– По комплектованию эстафеты. Особенно на ЧМ-2012 в Рупольдинге. Все обвиняют нас по Устюгову – мы его тогда не поставили. Но на тот момент Женя был не готов, разбил голову. В интервью он упоминает только Польховского, но тогда было голосование: я, Лопухов, Падин, Барнашов, Кущенко, Польховский.
- Вы за кого?
– За Волкова вместо Гараничева. Его для того и привезли на ЧМ, чтобы дать понять, что это такое. В то время была такая ситуация: в команде не было стопроцентно надежных людей. Блеснуть могли все, но и сомнения всегда оставались по каждому. Я хотел создать команду на будущее, не дать потеряться Волкову, Лапшину, молодым ребятам.
С Вольфгангом Пихлером (в центре) и Павлом Ростовцевым (слева)
***
- Кто придумал поменять вас местами с Лопуховым после сезона-2011/12?
– Не знаю. Было заседание экспертного совета Минспорта, там нам указали на ошибки. После этого я уехал – уже не думал, что буду работать в команде. Потом пообщались с Николаем Петровичем. Приехал в Москву – и нам сказали, что амбиции надо убрать в сторону, поменяться местами: он старший, я помощник. Меня это не задело. По большому счету, кто старший, разницы нет. Это во многом номинальная должность.
- Как считаете, Лопухов пожалел об эксперименте с биатлоном?
– Не думаю. Мы созванивались, у него было желание работать дальше. Он приобрел опыт, хотя ему и так опыта не занимать. На мой взгляд, сегодня в России нет тренера-практика сильнее, чем Лопухов. Таких надо ценить и обращаться к ним за помощью. Проблема у него одна – возраст.
- Вы бы поработали с ним еще раз?
– С удовольствием, поучился бы. В сборной или нет? Чтобы возвращаться – надо иметь такой багаж знаний, который раньше туда не внес. Если я пойму, что у меня есть эти знания – то да, можно размышлять.
- Два года вы работали рядом с Пихлером. Он – зло или добро для нашего биатлона?
– Тренера, который бы работал больше Пихлера, я в жизни не видел. От зарядки и до отбоя он что-то делал. Перед обычной тренировкой раздает всем задание, но тут же сам идет проверять круг, какие-то детали, хотя для этого есть помощники.
Пихлер старался продумать все шаги наперед, чтобы не было форс-мажоров. Он очень трудолюбивый. Странно, что у него не получилось. Со стороны я наблюдал – казалось, он все делает правильно. Обвинять одного Пихлера сложно – он сильный тренер, многого добился.
- Ростовцев – классный специалист?
– Павел для меня самый перспективный тренер по стрельбе. Это видно в его отношении к спортсменкам, в его подходах. Я следил за его работой – он очень сильный специалист, к тому же сам прошел большую школу. Мне было приятно наблюдать, как он работал с женщинами.
***
- Ваш предшественник Михаил Ткаченко незадолго до ухода сказал: команда избалована. Ощутили?
– Ясно, что из Ванкувера парни вернулись другими. Один чемпион, еще три призера – в какой-то момент стали думать, что трудиться больше не надо.
Когда-то я работал в молодежной команде, там же тренировался Черезов. Поехали на сбор в Горнозаводск: девчонок поселили в нормальные условия, а парней в детский сад. Они спали в одной спальне, на детских кроватях, умывались в этих умывальниках – но у них глаза горели. Им было достаточно того, что есть снег и можно тренироваться – ради этого они были готовы жить и спать где угодно.
Когда состоявшиеся спортсмены заявляют: нам не нравится этот номер в немецком отеле – я вспоминаю Горнозаводск. Помните, как у вас в юности горели глаза? Постепенно люди понимают, что залог успеха не в бытовых условиях.
- С кем из спортсменов вам было проще всего работать?
– Могу выделить Черезова, которого я знаю с юношеского возраста. Он при мне вырос, при мне добился всего. Ребята, которые пришли после него, для меня не так близки в отношениях. Но и с ними проблем не было.
- У кого из нынешнего состава потолок дальше всего?
– У Шипулина, он раскрылся не до конца – потенциал позволяет бороться за Кубок мира. Я был в Бельмекене в этом году, видел, как тренируется Логинов – у него большое будущее. Есть огонек, он чем-то похож на Чудова, Устюгова. Вырастет в хорошего спортсмена.
- Что с ним творилось в прошлом году?
– То же самое, что творится со всеми новичками. Выдержать груз доверия не каждому дано. Как правило, первый год никто из талантов ничего не показывает. Саша постоянно чувствует, что может, что у него все есть, это и мешает. Надо подождать.
- Самый счастливый момент в работе за последние годы?
– Обычно тренеры не обращают внимания на кубковые победы – они больше значат для спортсменов. Но я скажу: победа Андрея Маковеева в индивидуальной гонке в Нове-Место.
Многие годы он не мог рассчитывать на такой результат – четыре рубежа чисто. До Маковеева индивидуалку не выигрывал никто из того состава. Если бы выиграл кто-то другой, я бы сказал: ну выиграл и выиграл, молодец. За Андрея было очень радостно.
- Самое запоминающееся отмечание?
– После олимпийского золота Устюгова. Из Уистлера поехали в Ванкувер, проводили нашего техника Суслопарова, на обратном пути искупались в океане. Я, сервисмены, персонал. Так хорошо, все были счастливы.
Chelsea:
Ну что девочки, новый сезон без допинга никак, вот мы и стараемся, ожидала у девочек, но тут мальчишки подоспели "обрадовать"
Биатлонист сборной России Александр Логинов, скорее всего, не выступит на первом этапе Кубка мира в шведском Эстерсунде, который стартует в ближайшее воскресенье. 22-летний биатлонист может быть отстранен от соревнований в связи с положительным тестом на запрещенный препарат. Об этом сообщил источник в Союзе биатлонистов России.
По неофициальным данным, речь идет об эритропоэтине, с которым связаны все последние громкие допинговые инциденты в российском биатлоне. В том числе - дисквалификации Ирины Старых, Екатерины Юрьевой и Дмитрия Ярошенко.
Злополучная допинг-проба, давшая положительный результат, была взята у Логинова в ноябре 2013 года на первом этапе Кубка мира как раз в Эстерсунде. Информации о возможных сроках наказания пока получить не удалось.
По неофициальным данным, речь идет об эритропоэтине, с которым связаны все последние громкие допинговые инциденты в российском биатлоне. В том числе - дисквалификации Ирины Старых, Екатерины Юрьевой и Дмитрия Ярошенко.
Злополучная допинг-проба, давшая положительный результат, была взята у Логинова в ноябре 2013 года на первом этапе Кубка мира как раз в Эстерсунде. Информации о возможных сроках наказания пока получить не удалось.
Как же хорошо, что он не бежал эстафету в Сочи, эхх...