diamond:
Вы здесь только для краткого визита. Не торопитесь, не волнуйтесь. И обязательно почувствуйте аромат цветов по пути.
Вальтер Хаген ...
starkmelake:
Семья создается, а не дается готовой. Только тогда это крепко, тогда свято!
Ф.М. Достоевский
...
diamond:
Я считаю, что любая сфера науки, когда ею занимается тот, кто имеет природную склонность, вскоре становится такой же увлекательной, как спорт для самого страстного спортсмена или любая форма наслаждения для самого утонченного сластолюбца.
Льюис Кэрролл ...
валюша:
Счастлив тот, кто счастлив у себя дома.
Л. Н. Толстой ...
diamond:
Наши поступки могут вознести нас до небес и швырнуть в глубочайшую пропасть. Мы — дети наших деяний.
Виктор Гюго ...
starkmelake:
Люди не любят, более того, ненавидят тех, кого они обидели.
Ф.М. Достоевский
...
diamond:
Живите полной жизнью. Она летит быстро, и с каждым годом всё стремительнее. Вначале, мы представляем себе лишь долгое будущее, а под конец лишь долгое прошлое. У нас в распоряжении только настоящее.
Януш Леон Вишневский ...
валюша:
За все надо платить, за успехи - утратой свободы. Но успехи-то ведь сомнительны, не абсолютны. Они содержанием жизнь не наполняют, зато ты вдруг становишься зависимым от ненужных людей, телефонных звонков. А свобода - самое важное, что есть у человека.
Сергей Бодров ...
diamond:
Я ожидала от мира одной реакции, а он ответил мне совсем по-другому. Мир не собирался меня осуждать. Ему просто было не до меня.
Ирвин Уэлш, "Экстази" ...
starkmelake:
Сострадание есть высочайшая форма человеческого существования.
Ф.М. Достоевский
...
diamond:
Твои отношения с жизнью всегда зеркальны, — как ты относишься к жизни, так жизнь станет относится и к тебе. И почему это так? Потому что вы с нею — Одно целое.
Цезарь Теруэль ...
Nadin-ka:
Бетховена будут помнить вечно. Моцарта будут помнить, Верди, художника Фрэнсиса Бэкона, Леонардо, Эйнштейна, Паскаля. А мы с тобой актеры. Мы приходим, доставляем кому-то два часа удовольствия, и все. Нас забывают через десять минут после выхода из кинотеатра. А великие люди — Джеймс Джойс, Шекспир, Сэмюэл Беккет, Чехов, Станиславский, Толстой, Достоевский. Те, о ком люди думают всю жизнь. Они в вечности будут. Некоторые режиссеры. Эйзенштейн. «Иван Грозный», «Броненосец «Потемкин» — это значимые вещи для меня. А мы…» Она была вне себя. «Черт! Что такое он несет! Мы суперзвезды!» Нет. Совсем нет. Мы совершенно незначимые люди. Тот, кто откроет исцеление от рака, — тот будет великий. Но не мы. Если бы я мог эту мысль внушить молодым актерам, чтобы они стали попроще, они бы лучше понимали человеческую природу и играли бы гораздо лучше. Ван Гог при жизни ни одной картины не продал, он думал, что он совершенно ничтожен, и умер от этого. А теперь его «Подсолнухи» продают за восемьдесят миллионов долларов. Теперь он гораздо важнее Мадонны, Марлона Брандо или Ричарда Харриса. Потому что он оставил что-то вечное. Оставил свою душу. Мы душу не оставляем…»
Ричард Харрис ...
diamond:
Достаточно мгновения, чтобы стать героем, но необходима целая жизнь, чтобы стать достойным человеком.
П. Брюла ...
starkmelake:
Жизнь задыхается без цели.
Ф.М. Достоевский
...
diamond:
Если вы нарушаете правила, вас штрафуют; если вы соблюдаете правила, вас облагают налогом.
Лоуренс Питер ...