Эрл Тайринфер:
Шум моря смешивался с пьяными голосами у костра. Дессен, сохраняя невозмутимый вид, обнимал Агнию и, пересыпая речь непонятными словами, убеждал собравшихся, что холодная морская вода быстрее любого средства прогоняет хмель.
Терон с Теодором, поколебавшись, полезли в море. Эрл бросил взгляд на шагавшего рядом Зейна. Юный эмир был с ног до головы покрыт песком, но похоже, не испытывал никаких других чувств, кроме радостной гордости.
Внезапный крик со стороны воды заставил Эрла напрячься. Из темноты прибоя, спотыкаясь и отплевываясь, выскочил мокрый Терон.
- Там!.. Какая-то тварь! – задыхаясь, крикнул снабженец, указывая назад.
Всплеск уходящей на глубину волны и глухой возглас подтвердили его слова. Волна вздулась, словно ее толкали снизу - из темной воды показался высокий серый плавник. Привлеченная шумом и фейерверками, у самого берега кружила крупная акула.
Один взгляд по головам у костра и стало ясно, что не хватает только Теодора. Шаг стал шире, пока вода прибоя не лизнула его сапоги.
- Назад от воды, - произнес он спокойно.
Пальцы сомкнулись на рукояти, меч лег в руку как ее естественное продолжение. Эрл уперся ногами в мокрый песок и перехватил рукоять меча двумя руками. Райошесс отозвался мгновенно. На клинке, сплетаясь в единый узор, яростно вспыхнули белый свет Диады и багровые жилы Азэрри. Еще один шаг – и клинок вертикально опустился в набегающую волну.
- Раздели.
Эрл с силой провел им снизу вверх, рассекая ночную гладь. На один миг море перестало дышать, гоня волны на берег. Глухой гул ушел на глубину. Стены моря расступились в стороны, образуя ровный, сухой коридор шириной в несколько метров прямо до песчаной мели. По обе стороны стояли монолитные стены из бурлящей воды, удерживаемые силой Избранного и велением богов. В центре коридора стоял оглушенный, мокрый Теодор, а всего в метре от него, беспомощно хлопая жабрами и стуча мощным хвостом по песку, билась трехметровая акула, потерявшая свою стихию.
- Теодор.
Повторять не пришлось. Теодор немедленно направился к берегу.
Удерживая водяной коридор, Эрл повернул голову и спросил через плечо:
- Лаура, тебе нужен этот образец?
- Это акула, Эрл, - раздалось ближе, чем думалось. - Большой кусок мяса.
Он кивнул. Она любит все изучать, а значит, он должен был спросить.
Для Райошесса не существовало ночи, преград или расстояния. Одно движение, одна короткая дуга, лишенная ярости – словно последняя черта. Голова акулы отделилась от тела чисто, будто между ними никогда не существовало связи. Кровь хлынула на песок морского дна.
Он посмотрел на Лауру.
- Будет штормить.
Несколько секунд всё оставалось неподвижным, потом Эрл медленно опустил меч.
- Достаточно.
Две стены океана одновременно рухнули обратно. Грохот был такой, словно обрушилась половина материка. Вода сомкнулась – словно никогда и не расходилась.
Эрл убрал гаснущий Райошесс и обернулся к Остину:
- Баня была бы безопаснее.
Лаура Эдельхардт:
❝— Вас называют «да Винчи нашего времени». Что скажете на этот счёт?
— Это бред. Я рисовать не умею.❞
Железный человек (Iron Man)
вечеринка в стиле Вонголы и уже не подводная братва
А в лагере не скучно, я посмотрю. Успели найти на свои головы акулу. Быстро же морские хищники к побережью подтянулись, с пробуждения Хранителей прошло не так много времени – а нерпы, птицы, акулы и киты – темный силуэт, почти незаметный в ночном небе, вынырнул на поверхность вдали – уже здесь. Ближайшие острова – вулканические, и теперь, когда проснутся вулканы, жизнь там начнет восстанавливаться, есть несколько окруженных океаном, сравнительно небольших, и там когда-то были джунгли.
Акулу – поближе к костру, есть я ее не буду, даже если «пустить на шашлыки». Лагерь стихал, взошла Мэхаттэб в своей полной форме сияющего серебристого диска, волны откатывались и набегали на песок в спокойном, наконец не рваном ритме. Идефикс получил обратно свою попону и посчитал, что кусты гораздо интереснее возни с мясом или последствий эксперимента комиссара. Да… кристаллы. Добавить к сигнальной функции возможность поддерживать связь – это довольно интересная, хотя и сложная работа. Кровь леди-матери Рамоны из Рода Мейфеер во мне будила тягу к артефакторике, с зельями я тоже на «ты», но там больше наработанного с годами автоматизма. Цепочку сюда, еще три сюда, по краям убрать сколы и переделать их в сплав – так проводить ману на расстояния будет проще. Хм… колебания? Звук, напоминающий скрежет костей в отдалении. Монстры пустыни все так же… отличаются от тех, что встречались на Центральном и Темном, и это довольно интересный вопрос.
- Местные называют их «Костегрызами».
- Хннн… - теория подтверждается – на Оредеа Зарифф аномалии другие. Например, уже вторые монстры без глаз. Первые шли на звук, а эти, судя по названию… Жаль, жаль, образцы были бы неплохи. Но без Мастерской рискованно. - Что ж, попробую. Те, что сюда доберутся – твои.
Если они стайные, как Гончие, то незачем ждать, пока они достигнут побережья. Энергия мира вновь текла ровно, строки гримуара завершили последние письмена. Пусть здесь нет вулканов, но мини-версию для наших особенных гостей я устрою с удовольствием. Посмотрим, как они переживут температуру лавы, если отрезать от исходной точки аномалии. Для этого и был замах Ориффэ, темно-синие руны. Аномалия уровня выше среднего. А когда летела Игольчатая стая, были более светлыми… Две или три успели увернуться от лавового потока, чтобы встретиться с ало-белоснежным Светом. Нда, Огонь Азэрри нес не просто благословение. В теории магии Воздух и Огонь – родственные стихии, и как Зверь Тысячи Солнц на Перевале впитал воздушные потоки, что отправили в Бездну стаю Небоклювов, так карминные линии усиливают белые. Магическая теория… на Темном материке оставалось много свитков и лютня. Ну и ящик виски, да… Забрать их сюда, что ли? Лет пятьдесят точно я ни на Темный, ни на Центральный не вернусь, так зачем ему там стоять?
- До утра вернусь, для завершения настройки кристалла мне нужны две связующие точки.
- На полгода?
- Почему… аааа… Нет, это навскидку, - развеиваю Ориффэ, по астральным планам я и так пройду, а если рискнут, ну, кто им виноват. – И шутки не должны повторяться, это не весело.
Прохлада и дрожание слоев пространства вокруг уже становится привычным делом, но если порталы – это более концентрированная и уплотненная магическая энергия с двумя концентрационными вратами, то я иду по своим собственным тропам. Они короче и не рассчитаны на толпу с верблюдами и припасами, но быстрее. И опаснее – ближе к доменам и краям иных миров, здесь смертным находиться нельзя – слишком враждебная мана и прожорливые сущности. Для них я не еда, а вот люди – вполне. Темный материк остается таким же… сумрачным и тихим, черный камень и выжженная земля, осколки аномалий и склоны кратеров.
- Лид, если ты меня слышишь, то я заберу лютню и свой выигранный на спор ящик виски. Южный материк пробужден, острова и рифы ждут, а еще дельфины, котики и домик на дереве. Обязательно домик на дереве. Мастерскую можешь занять, если она тебе нужна. Если встречу Плотву – передам привет от Антеи.
Лютня на плечо, красивая, из темно-красного дерева. Но в лагере петь я, пожалуй, не буду. Пусть их после «машины» отпустит. Ящик можно и телекинезом. Как раз перед рассветом вернусь, настрою кристаллы и письмо… да… Если это тот артефакт, о котором я думаю, то он имперский и работает по принципу портала. Ставится печать, артефакт считывает ману и отправляет адресату. Если кто-то проявит… излишнее любопытство, ну… в лучшем случае лишится загребущих рук, Империя слабые заклинания на такую почту не ставит, не дураки.
- Ящик виски, серьезно?
- Ну, я почти вкус не чувствую, а вы отпразднуете что-то… Месяц после возвращения из похода к Хранителям, например, - артефакт ожидаемо был в палатке Остина. Вчерашние участники эксперимента ничего так, держатся, как и мелкий эмир. – А, пока не забыла.
«Карандаши» отлично отвлекали, и оттачивали движения. Если высекать форму не Хаосом, а Металлом – получается больше времени, но эффект более стабильный, а еще Хаос тянет за собой Огонь, и они или плавятся, или слишком горячие, чтобы ими смог писать тот, кто не обладает устойчивостью к пламени. Первая «партия» из сотни штук – на первых порах должно хватить, а там посмотрим, может, еще монстры появятся. Или какая-то пирамида обнаружится. Или древний лабиринт с ловушками.
- Звонки не игнорировать.
- ????
- Даже если дельфины и кораллы интереснее.
- …
- Оредеа Зарифф вызывает Хаос, прием.
- Я работаю. Письмо будет доставлено в приемную Императора. Звук не даст проигнорировать – если сигнал красный, оно будет достаточно громким, чтобы услышать из океана. Ну… для острова, не для материка. А, и еще по артефакту переписки. Я убрала колебания маны, оно не должно сбоить.
- Лютня это типа прощального концерта?
- Нет!
- А не хором никак, братья-сестры?
- Нет.
- Ты издеваешься.
- Ага, - с бирюзой я тоже не расстаюсь, только новую накидку пришлось искать, старая обгорела в пирамиде Азэрри. – В общем, кристаллы. Смотрите сюда…
Хоррашад поднимался все выше в небе Южного материка, и с лучами оживала природа, оазис преобразился и через пески пробивались первые пальмы. Но большинство городов еще оставались пустыми… Что ж, я подожду. На прощание машу левой рукой, чтобы не оборачиваться. Мои тропы они не для порталов, и в них слишком много Элемента Огня. Но для птенцов, что пережили Гнездо Хранительницы Лета – это ничто. Зато так быстрее и удобнее. Сначала – вулканические острова. Домик на дереве сделаю. И гамак, да.
Эрл Тайринфер:
Вулканические острова встретили их контрастом красок: черные лавовые берега и острые рифы, у которых пенился океан, соседствовали с непроходимыми сочными джунглями и невыносимо-голубыми морем и небом. В воздухе пахло морской солью, вулканической серой и подземным жаром; из трещин в базальте поднимался пар термальных источников, а над ревущим прибоем возвышались гигантские деревья с темными, густыми кронами. Острова тянулись цепочкой вдоль горизонта, черные скалы поднимались прямо из бирюзовой воды, а между ними прятались небольшие бухты с белым песком и коралловыми рифами.
В глубине «их» острова лениво курился вулкан – никакой Империи, тварей, людей – только тлеющая в глубине земли магма, слепяще-голубые воды и они вдвоём. Эрлу этот путь казался естественным продолжением случившегося у Азэрри. Они оба там изменились. Лаура явно – обретя огненные крылья, Эрл – иначе. Пройдя первородный огонь Азэрри, он теперь носил не только огненный шрам на предплечье, но и частицу огня в себе. Как воин, он мог оценить обстановку, возможные действия и их последствия, умел позаботиться о тех, кто рядом, но никогда не умел понять, что происходит с ним самим. Размышления о самом себе казались ему стыдной слабостью, которую он не допускал. Что-то изменилось в нем после Азэрри, а потом еще раз после признания Кахррамана, но что именно – он пока не понял. Возможно, знала Лаура. Она скажет, если будет нужно. Пока хватало того, что он оставался человеком: прагматичным и привыкшим держать под контролем все, за что несет ответственность.
Лаура влюбилась в это место, как только они вышли из портала – Эрл понял это через пару минут, а через десять они нашли подходящее дерево.
– Вот это, – сказала Лаура.
Дерево было огромным, с толстым стволом и мощными ветвями, располагавшимися на высоте нескольких метров над землей. Его корни крепко проросли сквозь лавовые трещины.
Эрл посмотрел вверх, потом на гигантские корни, обошел дерево.
– Неплохо.
– Не неплохо, а идеально! – убежденно ответила Лаура.
Он сразу понял, что слово «идеально» тут неслучайно и догадка тут же подтвердилась.
– Здесь будет домик.
Он кивнул.
– Высоко, с видом на океан.
Эрл смотрел на Лауру, она – наверх, в переплетение ветвей, утопающих в темно-зеленых листьях.
– С террасой и гамаком.
Эрл снова кивнул, удивившись, зачем ей гамак – она ведь не спит. Но если ей хочется иметь гамак – значит, будет гамак.
Строительство не заняло много времени. Магия Лауры поднимала тяжёлые балки, Эрл, забравшись на дерево, проверял установку и крепления, чтобы убедиться, что конструкция действительно выдержит их обоих и все странности, которые обычно происходили вокруг них.
К вечеру дом был готов. Небольшой, но крепкий, с деревянной террасой, крышей, окнами и площадкой на самом толстом суку, поддерживаемой еще двумя мощными ветвями. Отсюда действительно открывался красивый вид на океан. Внизу шумел прибой, над рифами переливалась вода, а вдалеке красноватое зарево вулкана подсвечивало облака.
Эрл постоял, оценивая результат.
– Хорошо получилось.
– Как и было задумано, – довольно сказала Лаура.
Она забралась внутрь, потом снова появилась на террасе.
– Здесь можно будет сушить вещи и повесить гамак. Книги и, может быть, стол поставлю в доме.
– Угу, – Эрл согнулся в три погибели и забрался в домик. – Маловато места, много мебели не поставишь.
Лаура неловко замерла. Эрл обвел глазами помещение и перевел взгляд на Лауру.
– Ты рассчитывала на одного человека.
– Я птица, мне нужна высота.
– А что, по-твоему, нужно мне?
Она подозрительно прищурилась.
– Завтра построим тебе дом внизу.
– Посмотрим.
Эрл выбрался из домика, спустился с дерева и ушел.
Через два часа Лаура обнаружила его сидящим на несущей ветви, прямо напротив входа в ее домик.
Спиной к стволу, с Райошессом на коленях, он с убийственным спокойствием смотрел на океан.
Лаура несколько секунд наблюдала за ним из дверного проема.
– Нии-чан.
– Мм?
– Что ты тут делаешь?
– Смотрю на океан.
Он чувствовал, что она буквально сверлит его взглядом.
– На него можно смотреть и с берега.
– Да, но здесь удобнее.
Лаура прищурилась.
– Ты меня караулишь?
Да.
– Нет.
– Тогда почему ты сидишь возле моего дома?
Эрл пожал плечами.
– Ты неспроста сел именно здесь.
– Конечно.
Он был уверен, что она вот-вот топнет ногой.
– Зачем?!
Эрл наконец посмотрел на нее.
– Мы путешествуем вместе.
– И что?
– Мы собираемся провести неизвестно сколько времени на этих островах и еще многие годы в новых, пока не открытых местах.
– К чему ты ведешь?
– Я не вижу причин жить в разных домах.
Лаура открыла рот, закрыла и снова открыла.
– Но я птЫца. Мне нужно «гнездо» и личное пространство.
– Что нужно?
– Уединение!
– Тебя смущает мой вид?
Лаура фыркнула:
– Пф! Нет, я же не человек, но я люблю быть одна.
Эрл кивнул.
– Тогда я буду здесь, – он похлопал рукой по ветке. – Вернись в дом, сделай шаг влево и наслаждайся уединением.
Лаура фыркнула и скрылась в домике. В окне мелькнули огненные крылья. Терпение никогда не было ее сильной стороной. Эрл начал считать про себя, рассчитывая дойти хотя бы до ста.
На счете тридцать четыре из окна показалась рыжеволосая голова:
– А если построить второй домик на другой ветке?
Эрл задумался.
– Давай.
– Правда? И ты будешь там жить?
Несколько секунд было тихо.
– Вряд ли, – честно признал Эрл.
Лаура снова скрылась из вида. Он слышал ее шаги, а через мгновение до него донеслось:
– НЕНАВИЖУ!
Эрл усмехнулся и снова повернулся к океану.