Любить больше нечем (остросюжетная драма, СЛР, 18+)

Анастасия Благинина:

 » 15-я глава.

***

Эпизод пятнадцатый. "Сама себе судья или Крик о помощи".

Мне хотелось умыться ледяной водой. Что я такое устроила?! Опустилась до хамства. Если у меня к Ракитину есть обоснованные претензии, то его тётя не заслужила грубости в её адрес от меня. Стыдно. Маме не понравилось бы, что я так общаюсь с посторонним пожилым человеком. Серафима Архиповна не имеет вины за то, с кем состоит в родстве. И снова какое-то двуличие в моих мыслях. Значит, Ракитина попрекать родством с Феликсом можно, хотя и он не выбирал, чьим родственником родиться.

- Серафима Архиповна, простите меня за недавно сказанное, - я опускаю руки, не смея взглянуть женщине в глаза. - Я не должна была себя так вести. Простите ещё раз. И Вы извините меня, Артём Станиславович.

- Тася, забыли, - он мне ещё и улыбается, хотя понимаю же, что терпит ужасную боль. - Твой завтрак. Тосты с яйцом и сыром и вегетарианские. Плюс апельсиновый фреш и вода, чтоб сбить концентрацию. Надеюсь, у тебя нет аллергической реакции на цитрусовые. Сима сварила борщ и ватрушек напекла. Не знаю, как она всё успевает. Видимо, волшебница.

- Тём, не надо меня захваливать, - Серафима Архиповна ответила племяннику, смущаясь. - Ты вон как болеешь, а мне помогал, ужин для гостьи сам приготовил.

Он ещё и готовил для меня?! Я нервно сглатываю. В желудке моём и правда почти урчание. Пришлось подкрепиться. И вообще, хватит тут рассиживаться-разлёживаться. У меня есть мои служебные и рабочие обязанности.

- Сим, ты тут посиди с Таисией Викторовной, а я ненадолго прогуляюсь. Тренировки не ждут.

Когда Ракитин покинул пределы кухни, я выдохнула. А Серафима Архиповна бросила на меня слегка осуждающий взгляд, заговорив:

- Зря ты так с ним, девка. Ох, как зря. Артём лишь с виду такой грубый и нелюдимый.

- Угу. А внутри белый и пушистый кот, мечтающий объесться сметаны, - отвечаю я, хотя мне хотелось сказать совсем другое.

- Тася, я вижу, что тебе нелегко. Но Артём делает всё, чтобы тебе помочь. Будь хотя бы благодарна. Он уже один раз пострадал из-за чувств к женщине.

- А я здесь при чём?! Серафима Архиповна, Вы очень хорошая женщина и любящая тётя, но простите меня, глупую девочку, которую Вы во мне видите, но что это за помощь такая, о которой не просят?!

- Нет. Ты не глупая. А гордая и упрямая. Как и он. Тась, поверь мне, старой тётке. Я моего мальчика как никто другой знаю. У него была тяжёлая жизнь.

- И поэтому Ваш мальчик усложняет мою? - задаю я напрашивающийся вопрос.

- Тася, я честно хотела с тобой по-хорошему и начистоту поговорить. Не получается.

- Хотите начистоту, то будьте добры уговорить Вашего несговорчивого племянника отпустить меня и моего сына из плена.

- Тебя здесь никто не держит, - тётя Ракитина обрывает меня и ставит жирную точку на моих запальчивых словах. - Но я против решений Тёмы не пойду. Он мне как сын, детка, и тебе бы перестать брыкаться и хамить. Артём даже слишком терпелив по-отношению к тебе. Если думаешь, что как и он, буду плясать вокруг тебя, - ошибаешься. Я ради моего племянника и не на такое пойду. Пусть Гертц меня убивает, запугивает, пытается купить, но пока я жива, ему разрушить жизнь мальчику не позволю! И ты, девка, прекращай над ним издеваться. Ты же доктор?! Вот иди, и лечи!

- Я не хочу под него прогибаться. До Ракитина у меня была неидеальная и трудная жизнь матери-одиночки с больной мамой на попечении и с бывшим ленивым мужем на иждивении, а с появлением Вашего Артёма стало лишь хуже. Раньше я была сама себе хозяйкой. А теперь словно завишу от него, его мнения и решений, которые он принимает без моего на то согласия.

- Артёму виднее. Таисия, услышь хотя бы меня. Если думаешь, что слухи о Феликсе Радиславовиче - миф, чтоб Артёму было проще склонить тебя к интиму и браку, тогда сильно заблуждаешься. Артём никогда не поддерживал тёмную сторону его дядьки. Феликс - бандит. Позор семьи. Сын нашей матери от другого мужчины. Порочный и опасный тип.

- А Ваш Артём прям не такой?! По-нему же видно, что сиделец и солдафон.

- Артём сидел по-малолетке, и ты никто, чтоб его осуждать, если не знаешь, за что и через что после случившегося он прошёл. Да ещё с Зинкой на свою беду познакомился. Она красивая, конечно, но пустая и гнилая изнутри. Слава Богу, что Дениска в отца пошёл. Не в мать-профурсетку. Зине нужны были лишь деньги и развлечения, а так же денежные средства на эти самые развлечения и её бизнес базарной торговки. Развелись они громко, со скандалом. А как без этого?! Пока муж служил и воевал, эта доморощенная проститутка к его сослуживцу в койку прыгнула. Тёма тогда сорвался. Но никого не убил, хотя имел право за то, что они сделали с ним и его чувствами.

- Понятно. Ваш племянник кроме собственных чувств и уязвлённого эго, ни о чём и ни о ком не думает. В таком случае, мне его немного жаль. Совсем чуть-чуть. Нельзя жить лишь собой и для себя.

- Снова ты со своими принципами, установками, опытом о нём судишь. Артём очень хороший отец и надёжный друг. Такой никогда никого не предаст. А ты, девочка, как погляжу, лишь заботой о других и жила. И как оно, хорошо?! Ты была счастлива, наплевав на себя?! Может, и муж твой бывший на твою шею сел, что сама ему это позволила, а теперь жалобишься?! И не смотри на меня своими большими глазами. На меня твой несчастный взгляд не подействует.

- Понятно. Мы с Вами друг друга не поймём. Я всё сделаю для того, чтоб он вылечился и сам от меня отказался.

- Ты плохо его знаешь. И я так тебе скажу, Таисия Клёнова: как бы тебе самой потОм не пришлось пожалеть. Ты влёгкую можешь убить его любовь, доброе отношение к тебе, но сама проживёшь без любви?! Подумай прежде, чем совершить несусветную глупость. Ты ещё молода, и многого не понимаешь. Иногда чтоб крутиться в этом жестоком мире, надо под него прогнуться. Чтоб стать по-настоящему свободной, - один раз опустить голову и подчиниться. Артём твою же жизнь и спасает. Не хочешь мужчине в этом помогать, - хотя бы не мешай.

Я окончательно поняла, что из Серафимы Архиповны делать мою союзницу не вариант. Она истинная тётка своего племянника. Всё самой придётся делать. Не привыкать! Нет. Не верю. Скорее всего, Ракитин с Феликсом заодно, и я тут для того, чтоб не мешать им творить грязные дела. Тем не менее, пусть меня выкинули из моей профессии, тут могу проявить все свои навыки. Артём Станиславович хотел себе врача?! Он его получит.

***

Я тоже вышла на свежий воздух. Мороза пока не было. Взглядом я искала своего пациента. Да, во мне осталась обида на Ракитина, но я должна уже взять себя в руки. Чтоб не напугать Егора. Ради того, чтоб отработать мои деньги. Хочу продлить маме жизнь. Разве это плохое желание?! Я же не меркантильная шалава Зина, но и не самозабвенно любящая Дина. Стоп! Чего это меня так пАрят бабы Артёма Станиславовича?! Артёма Ракитина я застаю возле боксёрской груши. Это он называл тренировками?! Сумасшедший. Реально больной. Ему же нельзя! Кто разрешал?!

- Ракитин, хватит! - окликаю я его. - Ты обещал прислушиваться к моим рекомендациям. Нарушаешь слово. Ты хоть знаешь, как твоя тётя Сима тобой дорожит?! Эгоистичный и неуправляемый дурак! Вот ты кто!

В последний раз молотнУв по-подвешенному снаряду, Ракитин, весь потный, в чёрной майке, джинсах и комуфляжной куртке, оборачивается на мой голос.

- Таисия Викторовна, извините. Привычка.

Я подхожу ближе. Совсем распоясался! Ему на собственное здоровье нас***ть?! Я ему обещала, что со мной будет сложно. Хотелось по-полной его отсчитать, используя мои служебные полномочия, но вижу, как скривилось его лицо и затряслись мышцы на руках. И что?! Донапрягался!

- Ракитин, ты охренел?! - я осторожно кладу свою ладонь на его плечо. - Придурок! У тебя судорожный синдром.

- Всё в порядке, - отвечает он, а сам за свою голову руками держится. - У меня в багажнике машины обезболивающее.

- Оно тебе поможет минут через двадцать, - уже спокойнее говорю я, выключив обиженную истеричку, и включив холодного профессионала. - Нам нужно в дом. Я наберу Елену Петровну. Она теперь следит за курсом твоего лечения. А я проверю выписанные ею Вам лекарства, и если что-то не подойдёт, - назначу те, которые считаю нужным назначить сама. По-хорошему, тебе вообще в больницу надо.

- Мы теперь на "ты"?! - усмехается Ракитин. - Буду иметь ввиду.

- Пациент, хватит паясничать. Я сказала, что поставлю Вас на ноги. Я это сделаю. Потому слушайте, и молчите в тряпочку.

- Переживаешь за меня?

- Я переживаю за себя и за свои деньги. А чего Вы хотели, Артём Станиславович, присвоив меня?! Я Вам не обещала Вас любить. Мне обещали заплатить за услуги лечащего врача. Вот я и хочу начать соответствовать моему новому качеству.

- Зачем, Тась? Ты ведь не такая.

- А какая?! Да, я виновата в том, что разбиваешь кулаки, подавляя в себе ярость и гнев. Мог бы словами на меня выпустить или ударить. Я бИтая, мне нестрашно. Это ты придумал себе идеал женщины. Но такового не существует. Я самая обычная женщина. Со своими заморочками и закидонами.

- Не могу. Что тебе наговорила Сима?

- Ничего. Молчи. Тебе вообще сейчас нельзя разговаривать. Вместо того, чтоб разрабатывать кисть руки, ты рискуешь разорвать и без того ослабленные травмами мышцы.

У него всё поплыло перед глазами. Это было ожидаемо. Кто же виноват, что у меня уже нервный срыв, наш главврач - идиот, а Ракитин - чёртовый упрямец?! Похоже, без посторонней помощи мне не обойтись. Ракитин тяжёлый, одной его не дотащить. Он ещё и сознание потерял. И я его не предупредила со своими сраными обидками. Вызову "Скорую". В конце концов, тётя Сима в чём-то права. Я в загородном доме Ракитина нахожусь не под дулом пистолета. Сама согласилась.

***

Елена Петровна смотрела на меня с укором. Господи, Лен! Я и сама это всё понимаю. Мы - врачи, и должны держать собственные эмоции в узде. У меня не получилось.

- Таисия Викторовна, дело плОхо. Ему срочно нужно в больницу. Я с фельдшерами его забираю. Адрес больницы тебе скину, если в этом ты заинтересована. Не знаю, что между вами произошло, но ему стрессовые ситуации противопоказаны, как и тяжёлые физические нагрузки. Тася, я тебе ещё раз повторю: с нашими пациентами мы - профи, не люди и не личности. Доказывать собственную самость, когда речь идёт о жизни и смерти другого человека, - большая глупость.

- Елена Петровна, он ведь сможет выздороветь?

- Тася, шансы есть даже в безвыходных ситуациях. Но шрамы у него останутся на всю его оставшуюся жизнь. Артём Станиславович себе ещё и сухожилия повредил.

- Это ты во всём виновата! - в комнату вошла Серафима Архиповна. - Бессовестная! Её приютили, а она!

- Си-ма., - очнувшийся Ракитин обращается к своей тётке. - Не на-до.

- Тёмочка, что не надо?! Она тебя довела, - вот пусть и убирается со своим мальчонкой вместе! Я и минуты её здесь не потерплю. Пусть лучше Аля со мной поживёт, чем эта девка неблагодарная.

- Та-ся и Е-гор мои же-на и сын. Си-ма., - повторил для неё Артём. - Не вз-ду-май их вы-г-нать.

***

Артём.

Вот я снова в больнице. В совершенно чужой. В ней нет Таси. В моей новой травме сам виноват. Я привык жить, как хочу. Тася абсолютно тут не при чём. Не думал я, что Сима столь бурно отреагирует. Она же у меня добрая и понимающая. Потому их и оставил. Полагал, что две женщины быстрее друг с другом общий язык найдут. Но Серафима Архиповна включила режим мамочки. Нет. Нельзя ей позволять выставить мою семью на улицу. У Ромы прибавится заданий. Мне вся информация на Бориса Шидловского нужна. Он хотел на свою задницу неприятностей?! Они у него появятся. Слов на ветер не бросаю. Ещё нужен нотариус. Нужно будет счёт на Тасю с Егором оформить, анонимно. От меня она ничего глобального не примет. Гордая. Привыкла всё сама на себе тащить. И завещание не помешает составить. Мало ли?! Я, выходит, сам себе злейший враг. Представляю, какая проповедь меня ожидает от Симы и Сани. Клуб принадлежит Родиону Карпову, но кто знает?! Вдруг Родя под Феликса прогнётся?! За клуб бороться сильно не вижу смысла, хотя понимаю, что с появлением во главе Феликса, ночное развлекательное заведение для молодёжи и взрослых, превратится в какой-нибудь притон. Мне гораздо важнее, чтоб Тася и Егор были в полной безопасности. Я должен даже в собственном хреновом состоянии действовать на опережение. Для этого придётся кОпнуть и личные связи Гертца. У него тоже должна быть хоть одна уязвимость. Только в отличии от дяди, я ударю не по-ней, а по-нему. Открыто. Не люблю подковерных игр. Но и моей семьёй рисковать не стану. О Денисе отчего-то не подумал. Всё-таки сын тоже моя семья. Я ненавижу лишь его мать. Для сына сделаю всё, чтоб у него была другая жизнь. Спокойная. С любимой и понимающей его девушкой. Я даже Катю-старшую готов полюбить как дочь, если она оправдает ожидания моего Дениса. Иногда стОит наступить себе на глотку, и научиться отступать.

***

Квартира Аловых.

Зинаида была в приподнятом настроении. Наконец-то её бывшему отлилось за все её унижения! И теперь они с Ромой будут богаты!

- Ромочка, - Зина подсела к мужу. - А это правда, что мой Ракитин может копыта отбросить?

- Зина, как ты можешь об этом говорить и думать?! - Романа возмутил насмешливый тон жены. - Артёму сейчас тяжело. Он травмирован. Я не могу его оставить без поддержки. Мы на него молиться должны. Артём мне жизнь спас.

- Рома, забей! Ты этому солдафону ничем больше не обязан. Он знАтно на тебе поездил. Пришла наша очередь есть пряники и черпать ложками манну небесную. Он всё равно скоро помрёт, а я останусь небедной вдовой с его единственным наследником. Деня меня не особо любит, но ничего, перебесится! Я его родила. Сын мне жизнью обязан.

- Как и ему. Ты забываешь, что Денис - сын Артёма, и к отцу привязан значительно больше. Ты хоть в курсе, чем парень живёт, с кем дружит, с кем встречается и кого любит?! Вот! А Артём обо всём этом знает. Зина, откуда в тебе всё это: жажда наживы, жестокость, равнодушие к бедам других людей?! Разве мало просто любви и семьи?

- Ромочка, какая жизнь - такие мы. Я не хочу в этой двухкомнатной хибаре прозябать. У Ракитина и дом, и квартира, и два загородных дома. Он своё отжил, - теперь наша очередь. Я ещё больше развернуться хочу. Хочу ещё и сайт создать. Бренд свой развить. И моему гадкому бывшему муженьку отомстить за то, что меня на какую-то врачиху променял. Имею право! Я - королева, а не какая-то там челядь.

- Конечно, ты Королева. Моя королева. Но и он для меня не чужой. Это я влез в его семью, не он в мою. Не надо даже думать о плохом. Он обязательно поправится. Ему есть, ради кого жить.

- Щас! Чтоб этот жил да радовался?! Ни за что! Я столько лет на него потратила, вбухала, и что в ответ?! Он мне слабости простить не смог, а я ему все мои унижения должна спустить?!

- Зина, мы его тоже унизили. Не забывай, что с нас его разрушенная жизнь и началась. Я тебя очень люблю, но не могу забИть на свою совесть и честь военного офицера. Хоть и бывшего. Зин, всех денег не заработаешь и в могилу не положишь. Мы не так уж и плохо живём. Артём мне неплохо доплачивает за информацию, нужную ему.

- И что?! Тебя всё устраивает. Меня - нет. Я хочу жить по-королевски, а не пускать всем пыль в глаза, как малолетние блогерки из Инсты. Если сам умирать не захочет, - я найду способ, чтоб ему в этом помочь!

- Зина, не смей! - Роман обнял жену. - Не думай об этом. Тебя посадят. Денис никогда тебе смерть отца не простит. Я не прощу ни себя, ни тебя. Артём не такой ужасный человек, чтоб желать ему зла. Вспомни! Было же между вами что-то хорошее?! Я ушам своим верить не желаю. Ты же совсем другой человек.

- Было, да сплыло. Меня бесит и солдафон, и его полоумная тётка Сима, называющая меня шалавой. А она кто?! Сопельки Тёмочке вечно подтирала, а он ей даже не сын! Рома, хватит его жалеть. Ты намного лучше него. Жаль, что не бизнесмен, но у тебя много других достоинств. Поэтому я к тебе возвращаюсь.

- Или потому, что он тебя назад не примет. Зин, я же не слепец, и многое увидел. Да, я не могу дать тебе богатство. Но есть вещи гораздо дороже материальных благ.

- Что, ему доложишь? - Зине не хотелось верить, что у Романа хватит мужества заложить её, теперь уже его законную жену, Ракитину. - Тебе мой бывший муженёк дороже меня что ли?!

- Доложу, - серьёзно отвечает Роман. - Для твоего же блага. Зина, ты не ему. Себе могилу роешь. Артём оставил тебе самое ценное, - твою жизнь. А ты сама собираешься её пох***ть. Я не дам тебе совершить это преступление. Тебе Дениса совсем не жаль?! Ты ведь его мать. Что с ним будет, когда Артём умрёт?! Ты хоть раз не характер свой, а голову включи. Это не просьба, а мой крик о помощи. Помощи тебе.

...

Анастасия Благинина:

Вита, спасибо за отзыв! Обнадёживает твоя вера в Тасю. Она сама по-себе действительно неплохой человек, но учитывая её моральное состояние, она не в силах увидеть, что хорошее с ней уже случилось. Когда у неё отключатся эмоции, Тася вернётся к здравому смыслу и поймёт, что Артём ей не враг и никогда им не был.

...

Виктория В:

Настя, приветствую и благодарю за волнующее продолжение!
Да, Артем может лучшее, что случилось в жизни Таисии, но такое впечатление, что ее неприятности еще не закончились. Вот тетя Сима очень враждебно настроена к ней и ее сыну.

...

Анастасия Благинина:

Вита, спасибо за точный отзыв! У Таси даже серьёзнее неприятности, чем у Вики. С Викой Саша, у них уже взаимная симпатия. Тасе же ещё предстоит лучше узнавать и понимать Артёма. Но сейчас больше самому Артёму опасность грозит. Сима не враждебно настроена. Но ею тоже руководили эмоции. Более того, ещё и сам Артём за Тасю вступился. Тут всем бы остыть и сплотиться. Зина настроена серьёзно. Она себя жертвой считает. Не осознаёт всех последствий, которые её ожидают в случае того, если ей удастся избавиться от Артёма. Рома ей всё верно высказал. Она рискует и сына потерять. Денис не был таким уж маленьким, когда его родители скандально расстались и не менее шумно развелись, и многое уже понимает.

...

Анастасия Благинина:

 » Муз. темы романа и гл. героев.

Герои и видео не мои, но песни прям в тему и про моих героев.

...

Анастасия Благинина:

 » 16-я глава.

***

Эпизод шестнадцатый. "Сорванный коварный план или Глобальное потепление".

Лада не ждала на пороге своего дома гостью. Особенно Зину, которая в прошлый раз ей наговорила много неприятных слов, хотя сама далеко не святая.

- Славка дома? - у Зины бегали глаза, и Ладе на мгновение стало страшно.

- Нет. Сын на учёбе. Ты чего пришла? Зина, на себя в зеркало посмотри. У тебя взгляд как у городской сумасшедшей. Прости.

- Ладуша, прости меня, дуру истеричную. У нас с Ромиком проблема. Крыса завелась, спать не даёт. Крупная, зараза. А мы с Ромой ребёночка планируем. Вот он зародится, появится на свет, подрастёт, а его это серое чудовище напугает. Крысиного яду не одолжишь?

- У нас крысы не водятся. Яд есть. Но тебе не дам. Зина, не ври мне. Мы с тобой сколько лет знакомы?! Что ты задумала?

- Я же объяснила. Крысу надо потравить. Большую.

- Крысу или крыса?! Зинка, не дури. Ты... Ты ведь это для Артёма Станиславовича готовишь, да? Какая же ты кретинка, подруга!

- Лад, что ты несёшь?! Я думать о Ракитине забыла. Ромку моего люблю - не могу. Выручи в последний раз. В память о нашей прошедшей дружбе.

- Я немедленно звоню Артёму Станиславовичу и Роману. Зин, ты о Денисе хоть раз в жизни подумай. Ему с отцом хорошо. В отличии от тебя, помешанной на деньгах, бизнесе и развлечениях, твой бывший муж о вашем ребёнке заботится. Таких отцов ещё поискать! У меня отца не было, не знаю его даже, зато с мужем и сыновьями повезло. Да и дочка-умничка. Зина, извини, но я не могу тебе поверить. Ты столько гадостей про Ракитина в прошлый раз высказала, что мне не составило особых умственных усилий дважды два сложИть.

- Да пошла ты, Лада, нах***р! - прикрикнула на бывшую подругу Зинаида, громко хлопнув дверью и направившись в гараж супруга Лады, который на везение женщины, был открытым.

- Зинка, дурная, стой! Не делай этого! - кричала в окно Лада, которую никто не хотел слушать.

***

Ладе было не по-себе. Она вошла в гараж, и обнаружила отсутствие одной пластиковой бутылки с разведённым мышьяком. Зина по-мнению блондинки средних лет, тронулась умом. Артём не был для неё плохим мужем. Да, мужик со сложным характером. Как и большинство военных и просто мужчин, переживших немало драматичных моментов в собственной жизни. А Зина всегда хотела всё и сразу. По-максимуму. Любила брать, почти ничего не отдавая взамен. Ракитин в какой-то момент этот собачий холод и лисью хитрость в бывшей теперь жене почувствовал. Лада никогда не смотрела на мужа лучшей подруги как на мужчину, но по-человечески его уважала и не понимала, чего же не хватало Зинке?! Жила же вполне нормально. Нет, понеслась... Романа соблазнила, зная, насколько крепка военная дружба командира и младшего по-званию. Играла мужскими судьбами, крутила задницей, ловя мужское внимание. Лада посчитала, что раз у Зины хватило смелости, граничащей с наглостью, изменить самому Артёму Станиславовичу Ракитину, то Роман уж точно у неё не первый и не последний. До Артёма Ракитина Лада дозвониться не смогла, а когда дозвонилась, то молоденькая медсестра Арина сказала, что у пациента Ракитина важные процедуры, а мобильный ему вернут при выписке или будут выдавать в самом крайнем случае. Ладе хотелось крикнуть, что это такой случай и есть, но не хотела показаться ненормальной. До Романа дозвонилась быстро, и всё, что знает, ему рассказала. Роман тяжело выдохнув на том конце связи, поблагодарил за ценную информацию. Лада сжала пальцы в замОк. Зину она перестала считать подругой ещё после того памятного разговора в кафе, но тем не менее, Лада не желала Зинаиде участи зэчки и персоны нон-грата.

***

Поддержать меня приехала Вика. Она узнала о моём увольнении и о случившемся. А меня изнутри вообще колотило. Как я посмела дойти до грани и чуть не убить человека?!

- Тасенька, ты как? Я не стала ничего говорить Александру Игоревичу.

- Вика-а-а., - причитаю я, потеряв часть слов, которые хотела ей сказать. - Я его... Я его чуть не убила!

- Боже, Тася, ты о ком?! Я слышала о вашей ситуации с Артёмом Станиславовичем. Вот же упрямец! Я же ему запретила любые физические нагрузки, кроме тягания пластиковых гантелей и теннисного мячика.

- Вика, это я его довела. У нас с ним каждый разговор как американские горки или термоядерный взрыв. Я Артёма Станиславовича в чём только ни обвинила. Ладно, что хоть не в насилии. Хоть на эту роковую ошибку хватило ума, чтоб не совершить. Он за меня всё равно заступился.

- Тась, я же тебе говорила, что он неровно к тебе дышит.

- Говорила. Вика, я за эти дни будто сама не своя. На людях срываюсь. Я не только Ракитину, но и его тёте и даже нашей Елене Петровне нахамила. Мне кров дали, с ребёнком моим приняли, а в ответ никакой благодарности. Теперь он снова в больнице.

- Тась, ты ещё можешь всё исправить. Артём Станиславович ведь тебя не уволил?

- Нет, - отвечаю я Вике. - Но у него появилось на это право. Я не в том положении, чтоб выпендриваться. В больницы мне дорога заказана. Главный наш свою племяшку усадит в мой кабинет. К маме не могу вот так вернуться. С позором перед самой собой.

- А музыка? - вдруг спрашивает Вика. - Ты же всегда её любила, да и голос у тебя замечательный. Песни в свободное время пишешь.

- Вика, у нас вокалистов и музыкантов в стране как грязи. Куда я им ещё с моей примитивной попсой?! И так в ней все, кому не лень практикуются. Та же Оля Бузова.

- Оля Бузова не умеет петь, но хорошо себя подаёт и продаёт. А у тебя талант. Тась, ты подумай. Хорошо, не хочешь быть певицей, - не надо. Но для себя пиши. Песня она же это... Жить помогает!

- Вика, милая, ну не до песен мне сейчас. Я должна сделать всё от меня зависящее, чтоб его поднять. Понимаешь?! Я наигралась в эту долбанную никому, кроме меня, ненужную гордость. Маму не слушала. Она права. Серафима Архиповна права. Я из себя рабыню строю. Меня никто не запирал и кляп в рот не совал. Сама скрипя зубами, согласилась на новую работу. Я должна думать о маме и Егоре. Если меня выгонят, - никому лучше не сделаю. Себе и сыну моему жизни усложню.

Мы с Викой ещё минут двадцать поговорили, и разошлись. Вику Лёша в больнице ждёт и Скрябин где-то, а я должна исправлять собственные глупые поступки. В больничном коридоре меня встретил мужчина. На вид лет тридцати пяти-сорока, но выглядит чуть моложе. Слегка взъерошенные русые волосы и лёгкая щетина придавали ему вид уставшего и угрюмого человека.

- Так вот Вы какая, Таисия Викторовна, - проговорил незнакомец, откашлявшись. - Меня зовут Роман. Возможно, от нашего общего знакомого про меня слышали.

Хм... Вот это номер! Один за одним выползают люди-змеи из прошлого Ракитина. Где-то и неверная жена недалеко. Тася, соберись! Артём ему отчего-то доверяет. Не спеши дерзить и прогонять, не разобравшись. Я даю себе установку. Хотя мне совершенно не нравится, что предатели вновь его беспокоят.

- Слышала, - отвечаю я. - Но это не моё дело. Моя задача поставить пациента Ракитина на ноги.

- Таисия, я за этим здесь. Лада хотела сама предупредить Артёма, но в этой больнице слишком строгие порядки. Не буду ходить вокруг да около, но Зина хочет убить Артёма.

- Зина... А Ваша Зина не охренела?! - не сдерживаюсь в эмоциях я. - Что ей ещё от него понадобилось? Да, я тоже не ангел в белом, у меня к Ракитину свой счёт. Только вот на данном этапе я - его врач. Более того, у меня достаточно высокие полномочия. Можете спросить Артёма Станиславовича. Исключительно в моём присутствии.

- Вы считаете, что я заодно с моей женой? - серьёзно спрашивает меня Роман. - Логичнее было бы мне здесь не появляться, а я пришёл.

- Чтоб усыпить бдительность, - отвечаю я. - Роман, Вы принимаете меня за дурочку?

- Нет. Я вижу, что Вы далеко не глупы, а очень наоборот, Таисия Викторовна. Я выполняю некоторые поручения Артёма, в том числе, касающиеся Вашей безопасности. И очень хочу спасти не только Ракитина, от которого так или иначе завишу, но и мою жену.

- ЧуднО! - подвожу я своеобразный итог. - Вы стремитесь спасти и друга, и жену, да не бывает так. Я буду спасать лишь моего пациента. До Вас и до Вашей Зинаиды мне нет дела, но если Ваша сучка осуществит свой коварный план, - я молчать не буду.

- Зина не су, она... Она просто сломленный человек, очень своеобразный.

- Роман, Вы себя услышьте! Выгораживаете потенциальную убийцу. Она и ему, и Вам в дУши плюнула. У Вас же ещё хватает мужества или же дурости её выгораживать, оправдывая обычную меркантильную гадину её психологическими особенностями.

- Я её люблю. Неважно, какой она человек. Я за неё теперь отвечаю. Мне нужно переговорить с Артёмом. Срочно. Без него мы её не остановим.

Я нехотя провожаю его в палату Артёма. Ракитин настоял, чтоб его скорее перевели из интенсивной терапии в обычную палату. Реанимировать его ещё в той, нашей больнице реанимировали, а вот непрошибаемое упрямство, видимо, извлечь из него не сумели.

***

Я несколько в ауте. Не успел в себя прийти и от боли едва перестал зубы стискивать, как сообщают такие новости. Всегда знал, что от Зинки так просто не отделаюсь, но эта дрянь все границы переходит. Она что, бессмертная или попросту безмозглая?! Я им с Ромкой и так хату оставил. Остального она не заслужила, как и того, чтоб правА мне свои качать. Не я в чужую постель прыгнул. Хотя мог, если бы хотел. Женщин много. Но у меня принцип: если у тебя семья, - будь добр быть в семье и с семьёй, а не пихать свой агрегат в чужое лоно. У Зины на нашу семейную жизнь был иной взгляд и другие планы. Я вообще подумать там, среди солдат, офицерского состава, грязной земли и запаха крови, не мог о том, что на гражданке меня ждёт не менее суровое испытание. Не только за себя. За Дениса было обидно. Мы парню психику поломали. Удивительно, что он выдержал. Он, пацанёнок двенадцатилетний. А я, взрослый здоровый мужик, не выдержал. Мог на зону угодить. Выпивать начал, затем - пить. Мне Сима с Альбиной мозги долго вправляли. Лучше всех это у Феликса получилось. Тут уж ему спасибо, хотя в остальном я с ним во всём расхожусь. Меня моя Тася за боксёрскую разминку отсчитала, а ведь бокс в своё время меня от алкоголизма спас. И от того, чтоб я не стал убийцей моей уже бывшей жены и её любовника, нынешнего мужа, тоже. Я больше ни капли алкоголя в рот не брал. Один из дачных домов почти сам отремонтировал, дабы без дела не сидеть.

- Артём, у меня есть план, - закончил разговор Ромка. - Я тебя об одном прошу: не подавай на неё в суд. Я бесплатно на тебя буду работать. Халтуру копеечную себе найду. Официально по-бывшему месту службы устроюсь. Мы ведь так и раньше жили. Не знаю, куда её несёт?!

- Ром, она меня убить хочет, а я её ещё пожалеть должен?! Я ей эти фокусы в одном случае спущу: она сама откажется от материнских прав на Дениса. Но она не откажется. Я её слишком хорошо знаю. Я же её в них лишь ограничил. На мою голову. А не надо было идти у тебя с Денисом на поводу. Какая из неё мать?! Её общение с парнем привет-пока ограничивается. Как с соседом или прохожим. Даже ты как отчим к нему более внимателен, чем та, которая его родила. Не родила, а высрала, если сказать грубее.

- Артём Станиславович, я буду рядом, - решаюсь вмешаться я. - Мы знаем о её плане. Это - главное. У неё ничего не получится.

- Тася, ты не обязана в этом участвовать, - говорю я моей жене, и перевожу строгий взгляд на притихшего Ромку. - Ты на кой её в это втянул?! Рома, когда Зинка появится в коридоре больницы, за Таисию отвечаешь головой.

- Слушаюсь, мой командир! - отрапортовал Рома. - У меня для тебя есть информация. Не о Зине. Таисии Викторовне лучше выйти.

Тася выходит, бросая на нас недовольный взгляд.

***

- Рома, а вот сейчас говори, не томи. Я о том козле хочу знать всё. От начала до конца. Она всё равно не в том состоянии, чтобы с неё спрашивать. И вообще это наши с ним дела. Мужские.

- Артём, в целом, о его прошлом ничего интересного нет. Борис Шидловский проживал с матерью, пока с нею не разругался, мне пришлось в соседском чате посидеть, чтоб добыть нужную тебе инфу. Политех Боря наш не закончил, в отличии от его жены-умницы. Прости. Всё никак не привыкну, что Таисия Викторовна теперь твоя жена. О Егоре без меня знаешь. Разве что на алименты Тася твоя не подавала. Из общей квартиры, купленной на родительские деньги и зарплату Таисии Викторовны, Бориса никто не выписал. Так что бро, тот придурок вполне на законных основаниях занимал жилплощадь.

- Он сидел на шеях его несчастной жены и бедной больной тёщи, - я стиснул зубы, чтоб не матюкнуться при Романе. - А настоящая его жизнь какая? Вдруг доходы скрывает, чтоб мальчишку с бывшей законной женой не обеспечивать?

- А это самое интересное. Борюсик гол как сокол в плане денег, но баба у него действительно есть, и не одна. Кое-кому наш тунеядец крупную сумму денег задолжал. Элла планирует с его, пардон, с твоей женой побеседовать. Сам понимаешь, на предмет чего. А некая Кира Устинова вообще от нашего отнюдь не красавца беременна. Да только девке всего семнадцать лет. По-слухам, она замуж за него собирается.

- Вот мудло! - выругался я. - Собственно, я что-то в этом роде и предполагал. Как можно быть таким скотом?! Гнида! Он ведь специально Тасю изнасиловал. Видимо, надеялся второго ребёнка ей заделать. На двоих детей пособие выше. Не знаю, как ей это объяснить и нужно ли?! У неё и так нервы натянуты. Я ещё, как последний дурак, с моими командирскими замашками. Устинов... БОльно фамилия знакомая.

- Ещё бы! Глава муниципалитета. Недавно, года четыре назад, снова женился. Новоиспечённую супругу и мачеху бедняжки Киры зовут Вера. У Веры мать, сёстры, братья и отчим, которого молодая женщина считает отцом. Фамилию отчима сказать?

- Рома, хватит. Я просил информацию на Бориса. Баста!

- Ну если тебе про Виктора Клёнова ничего неинтересно...

- Ром, а сразу сказать?! Каким бОком в этой некрасивой истории предательства и обмана замешан отец моей Таси?

- Таким. Отчим он этой Веры и как бы дед Киры.

- Нормально устроились! Один бросил больную жену с двумя дочерьми, женился на бабе с детьми от первого брака, новых завёл, хотя дети - это не собаки с кошками. На второго вообще цензурных не хватает.

- Командир, ты уверен, что в ней не ошибаешься? - Роман осторожно поинтересовался, предполагая мою реакцию.

- Ром, ещё одно слово про Тасю, и я не посмотрю, что сам как развалюха, и тебе наваляю. За Зинкой твоей смотри. От меня гульнула, - тебе уж точно верность хранить не будет.

***

Я сидела у дверей его палаты. У регистратуры замечаю яркую брюнетку. Не Дину, к сожалению. Дина, не смотря на наше начальное неприятие друг друга, видится мне хорошим и порядочным человеком. А эта, судя по-хамскому тону с девушкой-регистратором, далека и от манер, и от понятий совести и чести. Артём, вот зачем ты на ней женился?! Что-то чересчур личный риторический вопрос задаю. Не хватало ещё ревновать своего пациента! Надо сосредоточиться на нашем плане, и не допустить трагедии.

- Девушка, Вы тупая?! - не унимается брюнетка. - Я же сказала, что мне нужно к моему мужу, Ракитину Артёму Станиславовичу.

- К бывшему мужу, - я подхожу к регистратуре, загородив собой Алину. - Женщина, здесь больничные стены, а не базар-вокзал.

- А ты вообще кто такая?! - огрызается она.

- Таисия Викторовна К... Ракитина, - выдаю я. - А Вы, как понимаю, Зинаида.

- Ты?! Ракитина?! - черноволосая женщина зычно рассмеялась. - Да мой Ракитин на такую, как ты, не взглянул бы! Слюни подбери. Он из того рода мужиков, которые выбирают Королев. А ты и на принцессу-то не тянешь, Тася Викторовна.

- Дамочка, хватит! - терпение обычно вежливой Алины лопнуло. - Таисия Викторовна - врач. И Артём Станиславович именно её пациент. Будьте тактичнее. Возможно, тогда добьётесь бОльшего, чем устраиваемой Вами истерией.

- Зинаида, пройдёмте, - начинаю я мою часть воплощения нашего плана. - Артём Станиславович Вас ждёт.

- Давно бы так! - эмоционально отреагировала эта Зина, идя за мной и бросая осуждающий взгляд на Алину. - Бардак тут у вас.

***

Мне не хотелось покидать палату, пока эта ужасная женщина с чёрными мыслями находится тут. С ним. Меня увела Алина, частично посвящённая в происходящее. Она неслышно хмыкнула, слушая лживые речи брюнетки. Артёму сейчас тяжелее нас всех. Одно дело - пережить измену и предательство от жены и матери его ребёнка, другое - понять, насколько сильно некогда близкий человек тебя ненавидит и не считает за личность. За достойную жизни личность. Даже я, пережившая несправедливые упрёки, насилие и пощёчину от бывшего мужа, не желаю ему смерти. А она?! Как же так можно?! Если сначала я жалела Зину, считая, что ей крупно не повезло с мужем, который только и делает, что ставит всех по-стойке смирно и заставляет играть по-его правилам, то теперь вижу скрытую от моих тогдашних размышлений истину: не Артём жестокий и циничный ублюдок, а его жена - пустая и глупая меркантильная тварь, видящая жертву лишь в себе. Ей было изначально фиолетово, как он переживёт сам факт, что она начала греть чужую постель. Но кто я такая, чтоб о ней судить?! Я совершила более тяжкие грехи: довела больного искалеченного человека до ухудшения состояния его здоровья, а себя сровняла с землёй и мусором, об который Боря ежедневно вытирал ноги, подавляя во мне самоуважение. Сидя под дверью, осознаЮ, насколько мне важна жизнь Артёма. Роман надевает на меня наушники, чтоб мне был слышен весь их разговор. Хотя я, как и Ракитин, считаю, что без полиции не обойтись, искренне пожалела Романа. Да, он тоже предатель. Предал дружбу, предпочёл долгу и чести иллюзорный обман, поведясь на яркую оболочку коварной женщины, у которой ничего за душой. А я ещё смела считать Ракитина пустым и бессердечным типом. Как же я была тупА!

***

- Ракитин, вот уж кого не ожидала увидеть среди серых больничных стен, - Зинка начала подкрашивать губы, отчего я скривился. - Тяжко тебе, да?

- Зин, я не пойму: ты поговорить пришла или поиздеваться? Если для второго, то лучше закрой за собой дверь.

- Ракитин, когда ты жениться успел? - умело слезает с темы. - Видела твою новую. Ни о чём.

- Зина, корону поправь. Не твоё дело, с кем я живу и делю мою жизнь. Я хотел о Денисе поговорить. Откажись от своих прав на него. Он у нас парень взрослый. Волен принимать свои решения.

- Свои ли?! - Зина начинает хохотать, раздражая меня лишь сильнее. - Да он твоими солдафонскими мозгами живёт, мать не уважает. Ладно, что хоть с Ромочкой общий язык нашёл. Весь в тебя! Добился своего?! Только... Тёмочка, а ты веришь, что Деня - твой сын?! Я ведь с Ромой перепихнулась. Мне даже интересно было, насколько твоей выдержки хватит. Ты же всегда считал себя самцом и самому себе хозяином, а тут тебя променяли на другого.

- Замолчи! - я не выдерживаю её напора и наглости. - Денис мой. Мой сын. Как у тебя хватает нахальства ставить мои к нему чувства под сомнение?! Ты когда ему хоть что-то хорошее говорила или делала?! Что-то не припомню. Он с детства со мной и Симой. Как Роман с тобой живёт?!

- Прекрасно! Рома очень милый. Ты таким не был и не будешь. Да и не проживёшь долго.

- С этого могла бы начать. Я тебя раздражаю. Ты - меня. Обоюдно. Зинк, чего тебе не хватало? Я не о брачных узах, а вообще. По-жизни тебе хоть что-то интересно? И за что это Денису тебя уважать? За то, что втоптала чувства его отца в дерьмо и превратив наш союз в грязную кучу, упорхнула к другому, чтоб и ему кровь пить?! Я тебя ещё и пожалеть должен? Это мне сделали больно.

- Ты это заслужил! Вся моя жизнь с тобой была сплошным унижением. Я ведь Дениску родила в надежде, что мне со временем больше достанется, чем двушка в неплохом районе Москвы. В отличии от меня и Ромика, ты имеешь всё. Разве такова, бля, справедливость?! Я ненавижу таких, как ты! Понял?! С тобой невозможно ужиться. Лучше бы ты реально был кобелём. Что?! Лучше гулящий при деньжищах, чем любящий нищий Ромочка или ты со своей ёб***ой стабильностью. Я хочу жить так, чтоб все рты от зависти поразевали. А по-итогу что?! Рома клянётся и божится, что меня любит, а сам не хочет достигать высОт в карьере. А ты Таське Викторовне в рот заглядываешь!

- Не смей! Обо мне говори, что твоей гнилой душонке угодно. Её не тронь даже твоим поганым языком.

- Даже так?! Чем она тебя взяла, интересно?! Баба как баба. Дырка вряд ли у неё золотая. Кусачая. Но на вид простушка, каких в задрипинских деревушках как навоза.

- Заткнись! Зина, у меня принцип: не распускать руки на женщин. Но ты напрашиваешься. Я сдержусь. В таком состоянии, как у меня, рискованно бить наотмашь и махаться. Тася очень хороший человек. Да, она далека от глупых кукол из соцсетей. Только разница в том, что с тобой живя, можно умереть. Со стыда. От обиды. В отчаянии ждать, когда прекратишь морально уничтожать. Таисия вернула меня к жизни.

- Ага. Так вернула, что лежишь тут овощем, - хмыкает Зина, достав из пакета бутылку с соком. - Я тебе тут гостинцы принесла.

- Я всё сказал. За неё я и не через такое пройду. Не рассказывай Денису о нашем разговоре. Не порть ему психику.

- А то что?! Ты же ни фига теперь не можешь! Всё же у тебя яйца напряглись, когда я сказала, что Денис не твой. Можешь на кофейной гуще погадать, если твоя Тася Викторовна умеет его варить. Кофе. А ты о чём подумал?!

Я пытаюсь дышать. Тихо и ровно. Меня обуревает злость, но мне нужно переиграть эту дрянь. Ради Дениса. Ради Ромы, который не смотря ни на что, почти единственный, на кого в важных делах могу положиться. Саня для меня больше, чем друг. Как брат. А Саша слишком правильный. Я его порой в шутку праведником называю. Он не обижается, потому что уже привык к моему стилю общения. Но сейчас главное - Тася. Я не могу её ни подвести, ни потерять. Я перед Зиной не слукавил. Действительно считаю Тасю моим спасением. Я в своей жизни не шёл по-чужим головам, но мог идти наперекор и напролом переть. Считая твердолобое упрямство движущей силой и проявлением стойкости. Встретив её, споткнулся об собственные установки и принципы. Именно слабость перед Тасей сдерживает меня. Иначе Зина отлетела бы в противоположный угол. Я не бью женщин. Но с лёгкостью и без сожалений отталкиваю от себя препятствия. Беру треклятый стакан, наливаю в него сок, подношу к губам. Естественно, эту отраву пить не собираюсь. У нас началась игра на опережение. В палату вламывается Рома, за которым с мобильным в руках стоИт моя Тася.

- Артём, не пей, - Роман говорит ровно, подходя незаметно к Зине. - Я тебе принёс воду и сок. В них ничего нет. Зина, почему же ты меня не послушала?!

- Рома, как ты мог?! - Зинка оборачивается к нему, стреляя своими карими глазами. - Ты изначально готовился меня предать, сдать им?!

- Разговор записан, - произносит Тася, по-виду нисколько не боясь моей сдвинутой бывшей жены. - Что, думала, по-твоему будет?!

- Ах ты сучка! - Зинка, вытащив из сумки газовый баллончик, хотела брызнуть в глаза Тасе, но её перехватил Рома, сжав ей сзади руки, но одну ей удалось вырвать.

- Блин! - ругнулся Роман, зажимая ладонью глаза. - Таисия Викторовна, Вы не пострадали?

- Я-то нет, а Вам срочно нужно промыть глаза. Идите. За дверью ожидает Алина. Она Вам поможет.

- Зина, в следующий раз добывай цианид, - цинично улыбнувшись, говорю ей я. - Мышьяком ты меня не убила бы, а отправила под клизму.

- Ты... Вы... вы... Я всех вас ненавижу! - кричала Зина, когда подоспевший охранник выдворил её за пределы моей палаты и этой больницы.

***

Я стояла минут пять, не понимая, что нужно говорить в таких случаях. Ракитин держался достойно. И... неужели реально видит во мне спасительницу после всего, что я ранее ему наговорила?! На меня такой стыд напАл, что смотреть в лицо ему неловко, да надо.

- Артём Станиславович, я хочу попросить у Вас прощение.

- За что? Тася, ты единственный человек, который ни в чём передо мной не провинился. Всё же хорошо! Я жив. Благодаря тебе.

- Вас спас Роман, - отвечаю я. - Вы... Ты не мудак. Я переборщила в выборе нецензурных выражений. Перед Серафимой Архиповной тоже извинюсь.

- Серафима Архиповна перегнула. Тася, тебя никто не выгонит. Сима очень любит детей. Она скорее всего, уже пожалела о своих словах. Она была близка с моей матерью, её старшей сестрой, и считает своим долгом защищать меня и быть мне опорой и тылом, хотя я давно взрослый и сам имею взрослого сына. Сына...

Он не договорил. Коснулся левой стороны, морщась от боли.

- Артём Станисла... Артём! - крикнула я, догадавшись, что ему плохо и по-какой причине. - Тём, потерпи, я сейчас!

Я выбежала в коридор, позвала врачей. Мне срочно надо добраться до кабинета здешнего терапевта, после - кардиолога, дождаться, когда Ракитину сделают кардиограмму. С кардиографией в этой больнице должно быть всё нормально. Здоровье Артёма меня беспокоит всё больше и больше. Какая же гадкая эта Зина! Понимая, что вряд ли сможет его травануть, решила нанести удар побольнее: намекнуть, что Денис может быть её сыном не от него. Да и я со своими нелепыми обвинениями и детской обидой за грехи и преступления его дяди. И почему очередная неприятность произошла в тот момент, когда в наших с ним отношениях почти наступило глобальное потепление?! Мне удалось "поднять нА уши" всю клинику, чтобы спасти одного пациента.

...

Анастасия Благинина:

 » Буктрейлер.

...

Виктория В:

Да, Зина это нечто. Может ее психиатр должен лечить?
Настя, спасибо за волнующее продолжение и новый буктрейлер.

...

Анастасия Благинина:

Вита, спасибо за отзыв! Про психиатра в точку! Да кто же её туда сдаст?! Рома слишком её, козу такую, любит, Артёма может сдержать Денис, Тася Роману всё разложила верно: как бы то ни было, он покрывает потенциальную убийцу. Зина почти перешла ту грань, где обычная ненависть и бабья дурь могли привести к преступлению и трагедии.

...

Анастасия Благинина:

 » 17-я глава.

Эпизод семнадцатый. "Плата за глупость или Вернуть себя".

Алина на самом деле помогла. Хотела даже номер свой оставить, но Роман отказался. У него есть Зина. Она совершенно одна и потеряна, как ребёнок. Нельзя её бросать. Вдруг она с собой что-то сделает или с кем-то?! Рома точно знал, что ему она навредить не хотела. Её злость с Артёма Станиславовича перекинулась на Таисию Викторовну. Теперь очередь Лады. Зина не простит ей того, что она пыталась помешать её плану по-уничтожению Ракитина.

- Куда ты меня везёшь? - перестав брыкаться и истерить, спросила Зинаида, достав из сумки электронную сигарету. - Рома, ты сдашь меня в полицию? Увезёшь в психушку?

- Надо бы, - отвечает Роман, вжав ладони в руль. - Как тебе вообще в голову пришло такое?! И что это за враньё про Дениса?

- Я и Деньке то же самое скажу. Ты меня не остановишь. Я так его ненавижу, Ром! Пусть ему будет больно, как и мне, когда я была абсолютно одна, пока он по-своим казармам мыкался и воевал, убивая людей.

- Это жестоко. И я тоже воевал. И убивал. Потому, что это - война. Убей или будь убит. СтОлько наших парней полегло! Зин, умерь твой цинизм. Ты не лучше Артёма сейчас рассуждаешь. Мы с ним использовали оружие, чтобы страна существовала спокойно. Чтобы у наших семей был дом и не было ни в чём нужды. Чтоб наши дети и будущие внуки даже слова такого, как война, не знали. Думаешь, там всё про романтику?! Кормит вас, женщин, телевидение и интернет романтическими сказками о героизме и агитации о военных как бандитах. А мы такие же люди. Только что готовые отдать свои жизни ради Родины и мира. Можешь мне не верить, но Артём был хорошим командиром. При нём дедЫ сильно не лютовали. Новобранцы на него за это готовы были молиться. Я жив и относительно здоров лишь из-за того, что он собой пожертвовал. Я этого никогда не забуду и всю мою жизнь буду помнить добро, которое Ракитин для меня сделал.

- Добро, добро, добро., - запричитала Зина, докурив сигарету. - Заладил. Мы с голыми жопами из-за твоей доброты останемся. Молодец, Ромочка! Спас командира, опозорив при этом меня.

- Ты себя опозорила. Зина, я ведь действительно обязан отдать тебя в руки правосудия или на принудительное лечение, но вместо этого мы едем домой. К нам. Отчего?! От любви к тебе. Я могу поступить по-закону, очистив собственную совесть. Не хочу, так как ты - моя жена и моя ответственность. Ты с этого дня на домашнем аресте. Под моим ежесекундным наблюдением. Я тебя ни к Артёму с Таисией Викторовной, ни к Денису и даже к Ладе близко не подпущу.

- Ладка! Вот ведь предательская шкура! - ругалась Зина, карябая ногтями пассажирское сиденье в машине. - Вот кто тебе меня выдал.

- Зин, ты тоже и Ладу, и её мужа подставила. По-сути, он теперь как бы твой соучастник, а незнание от ответственности не освобождает. Ты совсем не осознаёшь весь масштаб того, что натворила по-своей глупой и необоснованной злобе. Но я люблю тебя. Больше всех на свете. И не могу никуда тебя отдать, оставив в одиночестве. Мы с этим справимся. Я очень об одном попрошу: постарайся его простить. И даже не представляешь себе, как сильно наказала Артёма. Денис для него всё. Ты же породила в нём зерно сомнения. Для мужчины нет ничего унизительнее, чем воспитывать чужого ребёнка как своего. Но Денис его сын. Я не понимаю, зачем было так бесчеловечно лгать?!

- Чтобы он мучился. Как я. Как мы с тобой. Чего ты добился твоим грёбаным благородством?! Сын от меня окончательно отвернётся, а тот солдафон будет наслаждаться жизнью с его рыжей простушкой.

***

Я считала часы, минуты, секунды, как итог - дни, недели, месяцы. Состояние Артёма удалось нормализовать. Сердце у него здоровое. Но это всего лишь медицинские показатели. Как быть с тем, что сердце разбито, - другой вопрос. Как?! У меня нет ответа на этот вопрос. Сегодня его выписывают. Я продолжаю жить в загородном доме Ракитина. С Серафимой Архиповной нам удалось договориться. Это время несколько изменило меня. Я смогла успокоиться и трезвым взглядом оценивать действительность.

- Артём Станиславович, - я вошла в его палату, отдав ему мой мобильный с записью. - Давно хотела это сделать, но были другие дела и заботы. Ты вон уже вещи собираешь.

- Надоело разлёживаться, - ответил он, задумчиво на меня глядя. - Я ради Дениса не дам делу ход, но копии сделаю, чтоб урезонить мою бывшую. Тася, я должен тебе кое-что сказать. Так будет честнее по-отношению к тебе и самому себе.

- Я внимательно слушаю.

- У меня два часа назад был очень неприятный разговор с Феликсом. Нам придётся пожениться. По-настоящему. Тась, я понимаю, как нелепо и по-сериальному это звучит. Тем не менее, не могу предлагать женщине, к которой у меня есть чувства, фикцию. Я знаю, что ты не готова вступать в новые отношения, тебе не нужны кольца, платье, клятвы и прочий торжественный пафос. Будет так, как хочешь ты. Можем просто расписаться.

- Он продолжает ставить свои условия? - с тревогой в голосе задаю я вопрос, на который знаю ответ.

- В противном случае он собирается забрать Катю. Пока я лежал здесь, мой дядя не терял времени даром, и начал собирать документы. Конечно, я очень хочу верить, что берёт меня на пОнт. Катя-маленькая даром ему не нужна, но знает, что я на всё пойду ради тех, кем дорожу.

- Делай, как знаешь. Я согласна. Тем более, что ровно полгода назад Катюша и так спутала меня с её мамой. Тебе с Денисом пришлось ей всё объяснить.

- Если честно, я тебя тоже вижу её мамой. Извини, что снова о своём. Я не могу её бросить и отдать государству. Более того, я хочу рассказать тебе то, что не так долго знаю сам, чтобы не начинать нашу жизнь с недоговорённостей и лжи. Катя-младшая - внучка Феликса.

Я присаживаюсь на край кровати Артёма от такой новости. Да, я знала, что Катюша - дочка Лизы и её дед - брат Артёма Станиславовича.

- Подожди... Вдова твоего брата изменила супругу с этим подонком?

- Я подумал о том же самом, когда узнал от Али эту позорную правду. Он её не спрашивал. Силой взял. Через девять месяцев родилась Лиза. Ну а мой братец-алкаш принял девочку как родную. Да и я Лизу люблю. Мне до сих пор её не хватает. Молодая девушка двадцати четырёх лет, и такая странная, нелепая, покрытая мраком смерть. Альбина вообще предположила, что Лиза покончила с собой, откуда-то узнав, что никакая она не Елизавета Арсеньевна Ракитина, а дочь бандита из девяностых, а отец с дядей на самом деле её братья.

Визуализация: Лиза Ракитина (генерация "Шедеврума") , покойная племянница (на самом деле - сестра Артёма), дочь Альбины и Арсения, биологическая дочь Феликса Гертца, мама Катюши

Артём достал из шкафа, стоящего рядом с его больничной кроватью, фотокарточку с изображением молодой рыжеволосой девушки с веснушками.

- Тась, дай мне минут пять. Один на один. И немного с ней. Сначала съездим на кладбище, где похоронены Сенька и Лиза. После отвезу тебя к твоей маме. Я знаю, что вы соскучились друг по-другу.

Я вышла без вопросов. Для Артёма смерть Лизы - непростая тема. Стараюсь её не поднимать. Мне казалось, что у меня одной проблемы с прошлой жизнью. А тут такая трагедия: молодой мужчина сбегает на заработки вахтовым методом, чтоб не смотреть в глаза малышке-дочке и не жить там, где всё напоминает о любимой и уже покойной жене, маленькая девочка четырёх лет осталась без мамы, а несчастная покойная молодая женщина, возможно, узнала шокирующую правду о своём происхождении, и не смогла с этим смириться и пережить. Ракитин очень сильный мужчина. Эта сила раньше вызывала во мне панический страх. Но даже у сильных людей есть свои слабости. Но наконец, до меня дошло, почему он так повёрнут на том, чтоб я оставалась в безопасности: в некотором смысле, Артём Станиславович видит во мне Лизу. Не в извращённом смысле. Он считает себя виноватым, что не уберёг её, и потому пытается отвести хотя бы от меня угрозу в лице Феликса и его былЫх криминальных связей.

***
Артём. Мысли и чувства.

Чем ближе мы подъезжали к кладбищу, тем более собачьим казался холод. Погода испортилась. Тасю нужно напоить горячим чаем, включить обогрев в машине и укрыть мою жену пледом. Благо, он у меня всегда с собой. С Лизой порой так же ездили. Но Лиза с детства была восприимчива к простудным заболеваниям, а ещё всё время мёрзла. Лиза... Бедная моя. Именно, что моя, потому что не могу определиться, кем её считать: племянницей или сестрой. В любом случае, она по-прежнему близкий и родной для меня человек. Арсений был конченным, но Лизу больше всех любил. Его Алька к дочке порой ревновала. Когда я ещё в той больничке, где работала моя Тася, отлёживался, однажды во сне Сенька приснился. Лежащим на больничной койке, поседевшим и до ужаса худым. Просил сохранить главное. А что?! Конечно, семья - самое важное даже для такой суровой глыбы, как я. Тася очень важное. Но она сейчас со мной лишь от безвыходности. Выбора нет ни у меня, ни у неё. Феликс откуда-то прочухал, что официально мы с ней никто друг другу, и потому считает себя обязанным давить нам на нервы. Катя - его инструмент и рычаг давления как на меня, который не оставит ребёнка Лизы сиротой, так и на добросердечную Тасю, которая ради спокойствия их семьи и счастья Катюши согласится на что угодно. Чёрт! Что же я так оплошал и не предусмотрел ответные ходЫ моего дядьки?! Хорошим козырем в этой истории могла бы стать Альбина, но я не смогу её заставить. Во-первых, Феликс реально её сломал, а во-вторых, только она вольнА решать, любить или нет свою внучку. Катюша ведь сильно на маленькую Лизу похожа. Только у Катюхи веснушек меньше, и они у девочки появляются лишь весной-летом. Лиза с младенчества рябая у нас. Но в отличии от многих девушек, замазывающих веснушки тональником, Лиза свою внешнюю особенность любила. Выйдя из автомобиля, я направился в сторону двух гранитных плит. Арсений Станиславович Ракитин и Елизавета Арсеньевна Ракитина. Отец и дочь. Феликс поздно вспомнил о дочери и внучке. Пока я жив, не дам ему предъявить права на малышку. Лиза доверила её своему мужу и мне. Муж не справился. А я вЫстою. Положив гвоздики на поверхность гранитной плиты, сказал:

"Прости меня, Лиза. Не сберёг я тебя. Но у Кати будет настоящая семья. Это тебе обещаю". В памяти всплывает наш последний разговор. За три года до несчастья. Лизавете был двадцать один год.

- Артём., - Лиза позвала меня, передав годовалую малышку Катю её папе. - Я должна тебе кое о чём сказать.

- О чём? Я внимательно слушаю.

- Тём... Дядя, если вдруг со мной что-нибудь случится, ты ведь не оставишь мою Катюшу?

- Так, отставить панику, солдат Ракитина! ЛизОк, почему об этом думаешь? У Кати самые замечательные родители, особенно мама. Может, ещё брата или сестру Кате родишь. Всё будет хорошо. Если дурной сон увидела, - забудь. Дурное у нас в голове. Займи мысли чем-то хорошим. У Кати есть бабушки и дедушки.

- Артём, тебе разве несмешно такое говорить?! Родители моего мужа далеко, в глухой деревне, где мобильная связь местАми лишь с высоты дерева или фонарного столба лОвит. Мой папаша заливает несуществующие неудачи водкой, а мама... Иногда мне кажется, что я ей одним своим рождением всю жизнь испортила. Не любит она меня. И к Катюшке равнодушна. Папа и то, когда чуть-чуть протрезвеет, порой может внучку убаюкать. А Альбина - робот. На нас с нею посмотришь, - не скажешь, что мама и дочь. В кого я такая?! Мама - шикарная аристократичная брюнетка с тёмно-карими, почти чёрными глазами, папа... на тень стал похож.

- Да любит Алька тебя. По-своему. Любовь - штука сложная и разная, - попытался я её успокоить, не придав особого значения её словам.

Оказалось - зря. Лизу не вернуть. Моя цель - защитить Тасю и Катюшку. На Альбину у меня нет особой надежды. Её мучает совесть перед внучкой, но тёплых чувств к самой Кате-маленькой от Альбины вообще не наблюдается. Даже из роддома Катюша была на руках папы и деда после маминых рук, а Альбина стояла в стороне и разговаривала по-мобильному, жестикулируя. Лиза тяжело вздохнула, но не посмела привлечь мать к ответственному поведению в отношении новорожденной внучки. Альбина не боялась малышей. Нет. Я раньше не понимал её холодного безразличия к этим чудесным девочкам, родным ей по-крови. Правда о их отношениях с Гертцем открыла мне глаза. Ненависть к биологическому отцу Лизы перенеслась на Лизу. Катю Альбина не ненавидит. Она тупо её от себя отрезала. Как опухоль. Но ребёнок - это ответственность и часть нас, взрослых.

***

- Тём, мы приехали?! - спросонья открыв глаза, отвечаю я. - Прости, что задремала, а позже вырубилась, проспав всю оставшуюся дорогу. Ты меня пледом укрыл?

- Да, - отвечает он, помогая мне выйти из машины. - Поедим у Симы, заберём Егора, и поедем к Антониде Леонтьевне. Я выполняю свои обещания.

По-маме я нереально соскучилась и жутко за неё переживала. Оставалась на видео-связи со свекровью, которая согласилась временно пожить у мамы, оставив свою квартиру на соседку и знакомую соцработницу. Так же держала связь с Ларой, Гришей и Лёней. Лёня, как оказалось, переехал на время к нашей маме и его бабушке, чтоб не оставлять двух пожилых и нездоровых женщин в одиночестве. Сначала решили проведать Серафиму Архиповну. В конце концов, Егор оставался на ней, пока Артём проходил лечение и последующую терапию, а я была его лечащим личным врачом. Так же нам помогали Вика с Александром Игоревичем. Жаль, что у них особо ничего не продвинулось, хотя видно, как их тянет друг к другу. Надеюсь, Лёше удастся их сильнее к решающему шагу сойтись подтолкнуть.

***

Сима увидела нас из окна. Одевшись, вышла нам навстречу. Егор выглядывает в окно. Подрос. Повеселел. Есть надежда, что грубость его биологического уже не помнит.

- Дети... Старый! Дети вернулись! - обратившись к нашему с покойным Сенькой дяде, оповестила Сима. - Антош, помоги Артёму и Таисии с вещами и сумками, Егорку на мороз не пускай.

- Слушаюсь, бабуля! - ответил Антон, подходя к нам. - Артём Станиславович, я помогу. Бабушка просила. С Денисом и Катей всё норм. Катюшу бабушка с Денисом забрали, хотя и не без скандала. С Катей-старшей у него какие-то проблемы, но со мной он не откровенничает. Больше с Лёнькой сдружился. Вы его знаете.

Этого не хватало. Что у моего сына с его девчонкой не так?! Неужели Зинка козни свои продолжает строить?!

- Артём, что случилось? - Тася замечает моё замешательство. - Нас в доме ждут.

- Да. Я сейчас, - отвечаю ей, а сам набираю номер Дениса, который недоступен.

И внутренне начинаю раздражаться. Только-только начали налаживаться отношения с моей любимой женщиной, как накатывает новая проблема с моим сыном. Мне Роман уже звонИл и сообщал, что с ним вступил в игнор. Получается, Зина старается в отместку Дениса не только против меня настроить, но и против его отчима, коим является Ромка. На что я рассчитывал?! В глазах Зиндан Рома - предатель, который сдал её мне с потрохами. Только Рома этим ту идиотку спас. Я хотел дать делу ход. Лишь из любви к сыну и в надежде не потерять Тасю, наступил себе на глотку, образно выражаясь.

- Артём! - Сима обнимает меня. - Ты себя как чувствуешь?

- Лучше всех, - пытаюсь улыбнуться я. - Егор где?

- В комнате Антоши. Они сдружились за время вашего отсутствия. Ты уж прости меня. Я сгоряча девочке всякого наговорила тогда.

- Тася это понимает. Но больше так не делай.

***

Серафима Архиповна суетилась на кухне. Я решила ей помочь, и начала заканчивать приготовление салата, начатого ею.

- Тася, прости меня, дуру старую, - начала она разговор. - Я как увидела нашего Артёма в беспомощном состоянии и твой голос услышала, у меня перед глазами словно белой пеленой ярости всё пошлО. Уже не следила за тем, с кем разговариваю. Егорка у тебя хороший. Помощником растёт. Его отец хоть вам как-то помогает? Извини, если обижаю таким вопросом. Просто не может Егор быть кровным сыном Тёмы. Он вас от Феликса здесь прячет.

- Серафима Архиповна, я понимаю и нисколько на Вас не обижаюсь. Но мне не хочется говорить о биологическом отце моего ребёнка. Артём сделал для нас гораздо больше, чем тот человек из моего прошлого.

- Ничего, девочка. Я у Тёмы спрошу. Это кем надо быть, чтоб мать ребёнка даже говорить о нём не хотела?!

Спустя минут пятнадцать все сели за стол: Серафима Архиповна с супругом, Антон, их старший внук, Артём Станиславович рядом со мной, Егор и Ада, жена Антона.

Артём пил лишь воду. А так же бульон. Притронулся к пустой каше на воде. У него лечебная диета. Егор с удовольствием уплетал картофельное пюре с котлетой, пирог с капустой, приготовленный Серафимой Архиповной и помогавшей ей с готовкой Аделиной. Дядя Артёма сидел хмурый. Явно он нас всех не особо хотел принимать, но супруга и внук его убедили пойти на компромисс. У меня кусок к горлу не лез. Одолевала слабость, лёгкое головокружение и подкатывала тошнота. Боже, только не это! Во мне разгорается неприятное предчувствие. Около месяца назад, я и Борис... Нет! Пусть это будет последствием моего нервного срыва, гормональный сбой, нервное истощение организма, что-то по-женски.

- Тася, почему Вы ничего не едите? - мягким тоном поинтересовалась Ада. - Это Вы ещё не пробовали, как моя свекровь готовит. Но она с супругом в большом городе. Они помогают младшей сестре моего мужа привыкнуть к городской жизни и устраивают девочку в новую школу.

- Спасибо, мне не хочется, - поглядывая на зелёное яблоко, отвечаю я. - Простите. Невежливо с моей стороны ничего не поесть в гостях, но у меня слегка кружится голова.

- Тась? - Артём привстал, явно догадываясь о причине моего состояния и поведения. - С тобой всё в порядке?

- Тём, не переживай, я провожу девочку до уборной, - отвечает за него Серафима Архиповна. - Тасенька, пойдём.

Я, кое-как поднявшись из-за стола, иду, сопровождаемая тётей Артёма Станиславовича. Егор порывался пойти за мной, но Антон его удержал, предлагая сладкий пирог, испечённый Адой и торт, купленный молодой семейной парой в ближайшей "Кулинарии". Я хоть и врач, но была бы совсем не против всё это попробовать, если бы меня рвотные позЫвы не одолели. Серафима Архиповна честно сопроводила меня в сан-узел, где я осталась наедине с раковиной и унитазом, хотя понимаю, что Ракитин не будет Ракитиным, если не последует за мной.

- Тася, как ты? - слышу за дверью его голос.

***

Артём меня застал моющей руки и лицо. Бледность и зелёный цвет моего лица лишь слепой не заметил бы. Ракитин успел из свитера и джинсов переодеться в деловой костюм, перед встречей с моими мамой и свекровью. Как же мне неудобно! Я опозорилась. Блюющий доктор, ё-моё! Невесёлая вырисовывается картина.

- Тася, что случилось? Ты ничего не поела. Тебе плохо?

Я не стала захлопывать перед ним дверь, хотя прошлая Тася именно так и поступила бы. Послушно пропускаю его внутрь, а сама начинаю сотрясаться и плакать навзрыд. У меня началась самая настоящая истерика.

- Тась...

- Артём, прости меня... Мне правда стало плохо. Я своей блевотнёй Вам сан-узел подпортила, но вроде всё смыла и подчистила за собой.

- Тася, это такая мелочь по-сравнению с твоим здоровьем. У тебя что-то болит?

- Боли особой не чувствую. Есть небольшое головокружение, немного тянет внизу живота... Нет, нет, нет! Как поеду к маме?! У меня деликатная проблема. Мне срочно нужен тест. Как сам понимаешь, не на отцовство. Я... Я не хочу этого. Не хочу! Не хочу-у-у!

Он понял без дополнительных моих слов. Просто обнял. В этот раз я не стала его отталкивать. Хотя бы потому, что банально на ногах не удержусь. Вероятность беременности от бывшего мужа меня добивает. Пришибает на месте.

- Таюш, ещё ничего неизвестно, - обнимая меня, Артём прошептал, поцеловав меня в висок. - Я договорюсь с твоей мамой, что приедем завтра. Скажу, что мы просто устали с дороги и не хотели ехать по-темноте. Тест купит Ада. Всё равно она и Антон планируют ребёнка. Ей лишних вопросов не зададут. Ты успокаивайся, приходи в себя и побудь с детьми. У меня появилось одно срочное дело.

Не успели мы выйти к гостям, как на пороге загородного дома появилась незнакомая мне женщина средних лет, но выглядит моложе своего возраста. И боюсь, что она и есть часть важного дела Ракитина.

- Здравствуйте! Простите за вторжение, но я абсолютно случайно узнала, что здесь скрывается Таисия Викторовна Клёнова.

Я замечаю, как напрягся Артём. Он наверняка лично её не знает, но точно про неё слышал.

- Женщина, Вы кто и как оказались на закрытой территории?! - удивлённо-обеспокоенным тоном спрашивает Серафима Архиповна.

- Меня зовут Элла. Элла Генриховна Риш-Савицкова. Частный предприниматель. Так кто из присутствующих Таисия?

- Я, - немного отстранившись от поддерживающего меня за плечи Артёма, выступаю вперёд. - Чем обязана?

- М-да... Здравствуй, подруга по-несчастью! Твой Боря должен мне крупную сумму денег. Сто двадцать тысяч рублей. Кстати, мне он заливАл про тебя, как про его тяжело больную и невменяемую двоюродную сестру, ещё просил денег на похороны его матери. Что делать будем?!

Теперь понимаю, что вернуть себя прежнюю совершенно не желаю. Во мне всё обрывается вновь, но не от бессилия, а негодования. Боря потерял малейшие остатки совести. Обвинял меня в шашнях с Ракитиным, а сам жил за счёт женщины, а быть может, и женщин, как натуральный альфонс. Но альфонсы умеют грамотно себя подать и даже чего-то стОят, а Боря типичный "Емеля с печи". Мне бы разреветься или расхохотаться в голосинУ, но рядом со мной Артём, и потому мне легче переживать в себе эту новую напАсть.

...

Анастасия Благинина:

 » Коллаж и гиф-визуализация к роману.

...

Виктория В:

Настя, приветствую и благодарю на новое продолжение, коллаж, особенно гиф понравился!
Зачем Элла пришла к Таисии? Какое отношение та имеет к долгу бывшего мужа?

...

Анастасия Благинина:

 » 18-я глава.

***

Эпизод восемнадцатый. "Жизнь рушится как карточный домик или Новый барьер".

Я попросила Артёма оставить меня наедине с Эллой. Он хотел возразить, но не стал, за что ему отдельное спасибо. Я внимательно смотрю на визитёршу. Красивая. Точнее говоря, эффектная женщина, умеющая себя грамотно подать.

Элла Риш-Савицкова, предпринимательница из России с немецкими и казахскими корнями, за её счёт до поселения в квартире бывших жены и тёщи, жил Борис (генерация "Шедеврума")

- Что Вы от меня хотите? - задаю я прямой вопрос.

- Чего?! Хочу знать, где находится наш общий знакомый. Таисия Викторовна, я уже имела разговор с Вашим мужчиной или кто Вам тот лысый?! Он мне запретил требовать с Вас деньги. Да и я не зверь какой. Мы обе в одинаковом положении. Разве что ты ему законная жена и знаешь того прохвоста лучше.

- Элла Генриховна, получается, что я совершенно о нём ничего не знала. Кроме того, что таких нахлебников ещё поискать! Я его пустила пожить исключительно в интересах нашего общего сына, Егора. И по-человечески бывшего мужа пожалела.

- Вот козлина! - Элла со вкусом выругалась. - Про ребёнка Борюся ни словом не обмолвился. Говорил, что от меня сына хочет. Но я не дура, и начала кое-что просекАть, когда он слишком часто отлучался. Меня Роман по-моему айпи-адресу нашёл и аккаунт вскрыл. Засранец, конечно, но так уж вышло, что на меня и некого Ракитина Артёма Станиславовича подрабатывает хакером. Первое время, конечно, я тоже Борьке верила. Мне моя двадцатипятилетняя дочь мозги вправляла. Кстати, она меня в машине ждёт. Для меня те деньги заработать не является проблемой. Скорее дело принципа. Почему я должна мои крОвные и честно заработанные деньги отдавать лентяю и лгуну?! У него ещё и новая девка от него беременная. Девчонка совсем. Моей Светки младше.

Я села в кресло-качалку, вероятно, предназначенную для супруга Серафимы Архиповны. О своём бывшем муже узнаЮ всё более интересные, но бьющие под дых вещи. Мало того, что он жил у нас с мамой на всём готовом, у Эллы за её счёт, так ещё и плодовитым оказался. Бедный будущий малыш. С генофондом и биологическим папаней точно не повезло. Я держусь при Элле. Хотя от таких новостей реально тошно. Я стОлько выговаривала Ракитину, хотя в отношении Бори он оказался во всём прав. Я дальше собственного носа ничего не хотела видеть. Вот почему Борис так вцепился в некогда нашу общую жилплощадь, в Егора и настаивал на втором ребёнке. Паразитина! Все сокИ из меня выжал.

- Элла Генриховна, простите нас. Но дело в том, что такую большую сумму сразу собрать не смогу, а у нигде неработающего Бори таких денег в помине нет, а если бы были, он их даже на свою беременную малолетку не стал бы тратить. Всё себе любимому.

- Я уже говорила, что с тебя деньги не возьму. Твой лысый друг строго-настрого запретил поднимать этот вопрос. И будто я не знаю, сколько обычные врачи зарабатывают?! Даже если и много, то бОльшая часть на налоги уходит, а у тебя мама больная и сынишка несовершеннолетний. Мне бы адрес Борюсика. Я бы из него всю душонку вытрясла.

- Элла Генриховна, я честно не в курсе. Мы с ним очень плохо расстались. Даже вспоминать страшно. Мать его тоже ни о чём не знает.

- Хорошо. Я с твоим лысым Ракитиным переговорю.

- Он не мой. Я уже устала оправдываться. Просто являюсь пока его лечащим врачом.

- Ну и зря. Была бы я помоложе и свободнее, - сама бы с таким замутила. Ты думаешь, что он такой добрый самаритянин-альтруист, защищающий обычную мать-одиночку от козней бывшего?! Ха! Нужна ты ему, - вот и весь сказ. Будь жив мой супруг и отец Светы, твоему бывшему мужу-козлу не поздоровилось бы. У тебя есть вон какой защитник! Не будь дурой, подруга! Хватай, и не сомневайся.

Элла, наконец, ушла. Я дала волю эмоциям. Проревела белугой около получаса. Было обидно до слёз. Ракитин, абсолютно посторонний человек, принимает бОльшее участие в жизни моего ребёнка, чем его родной отец, оказавшийся последним подлецом. Отчего мы, бабы, такие слепые дурынды?! О чём думала в свои двадцать лет и спустя год юная Таська Клёнова?! О любви, конечно. Даже боль от трагедии с дядей и тётей временно притупилась. Боря был на редкость романтичным. Мы подолгу гуляли в парке, ходили в кино, на концерт моей любимой группы, а потОм целовались по-углам, будто подростки. Господи, как давно это было! Давно и нелепо. Он не любил меня никогда. Я была удобной: сначала девушкой, затем - невестой, в результате - женой и матерью его ребёнка. А хотел ли рождения Егора Борис так же, как хотела я?! Ведь у меня язык не поворачивался спросить напрямую. А Ракитин?! Нужна ли я ему, как говорят Вика, мама, Дина и теперь ещё и Элла или тоже играет со мной, потому что я принадлежала другому?! Ведь во мне нет того, что есть в других женщинах. Ни экспрессии, ни страсти, ни желания притворяться кем-то. Я это всего лишь я, Таисия Викторовна Клёнова. Когда-то успешная в работе, но хроническая неудачница в делах сердечных. Отдышавшись и вытерев слёзы, я начала лазить по-полкам. Было стыдно, ведь не у себя же дома. Но я хочу тупо забыться, потому так отчаянно ищу алкоголь. Ни разу его не употребляла. Видимо, пришло моё время начать быть плохой, очень плохой женщиной.

***

Элла! - собираясь отъезжать, я окликаю блондинку, спешащую к её дорогущей тачке. - Надо поговорить.

- Слушаю Вас, Артём Станиславович.

Она торопится, но остановилась, чтоб выслушать. Возможно, я напрасно паниковал.

- Элла Генриховна, мне очень жаль, что с Вами так обошёлся один небезызвестный нам тип, но Тася совсем не при делах. Он ей тоже безбожно лгал и давил на жалость. Не тревожьте Вы её лишний раз.

- Мне бы такую защиту... Не пАрьтесь! Больше не потревожу. Берегите Тасю. Она ведь Ваша, хоть сама боится это осознать и принять.

- Элла Генриховна, я могу вернуть Вам сто тысяч. Таисия никому ничего не должна. Остальную сумму Вам вернёт Борис. Не спрашивайте, как собираюсь это сделать. Просто поверьте. Он ответит за ту боль, что причинил Тасе, Вам и другим женщинам. Но помните: Борис - просто груз, который моя Тася не понесёт.

Элла уехала, сопровождаемая вероятно, её дочерью. Роман скинул мне координаты. Оперативно! Скоро у Бори всё в одном месте загорит, но мою женщину эта гнида и пальцем больше не тронет.

***

До чего я дошёл?! До слежки за бывшим мужем моей жены. Боря прятаться не умеет. Проблема: с ним девчонка. Пузатая. Месяцев семь или все девять. Видимо, та самая Кира. Была бы она моей дочерью, я бы этому её мудлУ все яйца отшиб. Но она мне никакая не дочь. Так что извиняй, Кира, но тебе придётся послушать неприятную правду о твоём гнилом избраннике.

- Ты не оборзел?! - схватив его за грудкИ, начинаю без предисловий. - Сколько можно мотать ей нервы?!

- Мужчина, Вы - псих?! - девчонка загораживает этого мерзавца собой. - Меня бейте, если совесть позволит, а Стаса не трогайте!

- Стасика не трогать?! - я едва сдерживаюсь от гортанного ржача. - Малышка, а Стас тебе не сказал, что его зовут Боря, что у него жена и семилетний сын и куча других женщин, которым он должен?

- Стас, это правда? - девушка бледнеет на глазах, пытливо вглядываясь в лицо этому чудиле. - Ответь хоть что-нибудь! Почему этот дядя говорит, что ты женат, имеешь ребёнка и всем должен?

- Кира... Кирочка, солнышко, ну конечно это неправда! Я только тебя и нашего будущего малыша люблю, а он... Он - сумасшедший! Сам со своей бабой справиться не может, на всех за неё кидается, как цепной пёс.

- Пусть я и пёс цепной, но послушай меня, Кира. Если бы он тебя любил, то жил бы за счёт бывшей его жены и больной тёщи? Стащил бы у женщины, которая его пригрела, сто двадцать тысяч рублей? Такова цена его любви, девочка. Я бы бОльшее тебе про него сказал, да боюсь тебя ещё сильнее огорчить. Хорошего-то про него сказать нечего.

- Стас, как это понимать?! - Кира повышает на него голос. - Ты не был ни в какой командировке. Меня же все предупреждали: папа, заменитель деда, бабушка, даже ненавистная молодая мачеха. Я так тебе верила! Ты же говорил, что уйдёшь от своей ворчливой и истеричной жёнушки, шантажирующей тебя её самоубийством, что твоя начальница - озабоченная старая грымза-маньячка, от которой все подчинённые мужского пола разбежались, и лишь ты, бедняжка моя, остался. Ты реально сто двадцать штук должен ей, Стасик? Или лучше Боря?!

- Говори же, Стасик, - продолжаю я свою линию гнуть. - Девушке вот очень стало интересно. Кира, ты иди. У нас мужской разговор намечается. Я тебе такси вызову. В лучшем виде до дома доставят, только адрес таксисту назови. Но сначала, Кир, всё же открою тебе глаза. Возьми мой мобильный, и внимательно присмотрись. На фото - Элла, которой твой псевдо-Стас должен немалые деньги. Посмотри и сделай для себя вывод о том, похожа ли эта женщина на "грымзу" или нет.

- Кирочка, не смотри! Не уходи. Он меня бить будет.

Кира больше его не слушает. Дрожащими от холода и шока пальцами берёт мобильник из моих рук. Если честно, мне жаль девчонку, но на двух чашах невидимых весов она и Тася. Тася для меня важнее и дороже. Но и видеть, как это подобие мужика нагло надувает несчастную и влюблённую в него девушку, невозможно. По-мере того, сколько секунд Кира вглядывается в изображённое фото Эллы не лучшего качества, но вполне видимое, улыбка с её лица сходит окончательно. Она убеждается в том, кто на самом деле ей безустанно и бессовестно врёт. Мне дурачить малышку незачем. Кира, сделай правильный вывод. Тебе я ничего плохого не сделаю, а за горькую правду прости, если сможешь.

- Какой же ты скот! - Кира, начиная плакать, толкает Бориса в грудь. - Дядя, не знаю Вашего имени, спасибо Вам. Я поеду на вызванном Вами такси. С этим делайте, что хотите, и пусть он оставит меня и мою будущую дочку в покое. Видеть его не хочу-у-у-у!

- Кира, Кирочка, не уезжай! - Боря взмолился. - Ты... Ты ведь меня любишь? Я умру без тебя, Кира!

Визуализация-иллюстрация: Кира Устинова (генерация "Шедеврума"), прототип - актриса Полина Носыхина. Падчерица Веры, беременная от Бориса 17-ти летняя старшеклассница)

Кира, генерация "Шедеврума", увы, блондинистая. Но именно такой видел Киру Артём и предупредил её об обмане Бориса

Визуализация: Кира Устинова - Полина Носыхина

Таксист, вовремя подъехавший, помог Кире сесть на пассажирское сидение. Пусть уезжают. Я не с ней хочу счёт свести. Она такая же его жертва, как моя Тася и Элла.

- Ну и чего ты добился, Ракитин?! Тася всё равно моя, и рано или поздно, вновь меня впустит. Я - отец Егора. Или думаешь, что если затащил мою бывшую в постель, то она уже твоя?! Я ей ещё таких Егоров понаделаю! Чё, прям так её любишь, что всех вырастишь?!

- Заткнись! - я стою впритык к нему, но бить не спешу, помня, что обещал Тасе и Вике беречься. - Забудь про них. Ты не то что мизинца и ногтя, - части ногтя Таси не стОишь. А насколько это Егор тебе сын, когда на мальчишку тебе вообще наплевать?! Иначе был бы в семье, а не таскался по-Эллам и Кирам, как проститут, живя за их счёт. Я шею твою свернуть хочу за то, что посмел Тасю ударить, но лишь из уважения к ней этого не сделаю. А двадцать тысяч отработаешь. Элла очень ждёт её честным пОтом и кровью заработанные. Тебя наши с ней знакомые проводят. Рыпаться не вздумай. Таисия Викторовна за тебя расплачиваться не будет. Сотку Элле вЫплачу сам. На тебя надежды нет. Увижу рядом с моими женой и сыном, - закопАю живьём, как ранее и обещал.

Не ожидал я от хлипкого Бори такой прыти, но он успел вмазать мне кулаком в живот. А у меня швы недалеко от брюшной части. Ожоги, которые посильнее, мне тоже зашивали, как и на спине, где был удалён мешающий мне жить без боли повреждённый позвонок и примыкавшая к нему мышца. Ожоги, мать их! Но я эту боль вытерплю. Бориса уводят двое здоровых мужиков. Проверенные ребята. Трудяги. Научат этого лодыря уму-разуму. Мне пора возвращаться. Пусть там меня не ждут. Кто я ей?! Временный работодатель и причина всех её бед. Таким Тася меня видит. Увы, в том, что я Тасе никто, паршивец Борис прав.

***

В доме меня встретила не на шутку встревоженная Сима. Из комнаты, подготовленной заранее для Таисии, раздаётся странное пение.

- Тёма, что же ты меня не предупредил, что твоя жена любит выпить? Я, конечно, не ханжа, но тем не менее... А голос у неё хороший. Могла бы пением зарабатывать.

- Сима, не придумывай. Таисия Викторовна не пьёт и даже не выпивает. Я мою жену лучше знаю.

Вру, как дышУ, конечно. Один-единственный раз. Но Тася действительно этим делом не злоупотребляет. Сегодня просто край. Но с другой стороны, тётя тоже права, и этот пьяный крик души пора останавливать. Как она до винного отдела дотянулась?! Я сам как можно дальше бутылки ставил, чтоб самому не соблазняться. А там где-то ещё и коньяк припрятан. Чего ж снова не предусмотрел?!

Открываю дверь в комнату. Она не была запертой. Ей, похоже, теперь очень весело, только всё это веселье временно и прИзрачно. Уж я-то знаю.

***

- ... Бо-о-оль, слёзы не ле-чат, ста-нет ли лег-че?! Лю-бить боль-ше не-чем! Я уй-ду мол-ча, всЕ иг-ры закон-че-ны, ду-ша рас-коло-че-е-е-ена! Вот! Ни-кто ме-ня не лю-бит! - прозаично выдыхаю, сталкиваясь моим полупьяным взглядом с вошедшим Ракитиным.

- Таисия Викторовна, как посмотрю, Вы похорошели ещё сильнее. Может, уже хватит вот таким макаром веселиться?

- Какой же ты жад-ный, Ра-ки-тин! Сам, не-бось, хле-ще-шь, а мне не-ль-зя, прям ни-ни?! Хо-чешь со м-ной?! Тут вини-ш-ко, сла-день-кое! К-крас-ное ко-то-рое. Бе-лое кис-ляк, но с не-го ду-ша по-ё-ёт! Я ещё конь-яч-ку хо-чу х-хря-пнуть!

- Боюсь, с коньячка тебя совсем снесёт, - спокойно отвечает мне Ракитин. - Тась, я давно стараюсь не пить и не выпивать, а когда на эту тему занОсит, после становится горько и стрёмно. Тебе временно от выпивки легко.

- А я х-хо-чу п-пить! Это та-так ску-у-учно быть трез-вой! И боль-но! Я... я столь-ко лет ему от-да-ла, сы-на рас-ти-ла! А он?! Де-нег дру-гой дол-жен, тре-тья ему ля-льку ро-дит. Я ни-ко-му не ну-ж-на та-ка-я! Да-же те-бе!

- Это не так, - Ракитин подходит ко мне, но ничего не делает. - Тася, он не стОит твоих слёз и всего этого. Пойми, что жизнь его накажет за причинённые тебе обиды и страдания. Я накажу. Только больше не увлекайся этим чёртовым алкоголем.

- Как?! К-как не пи-и-ии-ть?! Он ме-ня пре-дал, как и па-па. Ты ме-ня боль-ше не хо-чешь, ик. А я... М-мо-жет, х-хо-чу быть не-п-ра-ви-ль-ной. П-по-ро-чной. Как о-ни. Его ны-неш-ние и т-во-и быв-ши-е.

Меня сломало. Я лишь думала, что выдержу. Как только Артём ушёл, - тут же сорвалась. При Элле сдержалась. Наедине с самой собой оставшись, не выдержала. Мои попытки поиска алкогольных напитков увенчались успехом, но пришлось вскарабкаться на стул, чтоб дотянуться до высокого серванта.

***

Денис проигнорировал Романа. Парень хотел прояснить всё у матери, которая его разочаровывала с каждой новой её выходкой. Как она вообще посмела раздобыть мышьяк, чтоб траванУть отца?! Роман пытался её прикрыть, но он не стал слушать своего отчима.

- Мать, ты сдурела?! Зачем тебе понадобилось убивать батю? Ради денег и цацок?! Да подавись! Хочешь все Катины подарки тебе отдам?! Она поймёт. А ты?! Роман, сколько можешь ещё быть каблуком моей маман?!

- Деня, сынок, а ты уверен, что Ракитин - твой отец?! - Зинаида выгнув бровь, взглянула в глаза сыну. - Если я его настОлько сильно ненавижу, то зачем мне было дарить ему наследника? За каким чёртом?!

- Что ты сказала? Повтори! - Денис разозлился. - Как, мать его, так?!

- Зина! - Роман повысил на жену голос, но на неё это не подействовало. - Денис, не слушай её. В ней бурлит обида. Она просто ему мстит.

- Мщу?! БОльно надо! Я вообще не знаю, кто твой отец, День. У меня много мужиков было! И до, и после Ракитина. Переезжай к нам. Хватит уже того солдафона слушать!

- Ты... Ты! Отец прав был.

- Он тебе не отец! Понял?! Я тебя нагуляла!

- Зина, прекрати! Денис, стой! - Роман хотел докричаться до матери с сыном, но понял, что придётся беспокоить Артёма.

***

- Т-ты т-то-же ме-ня не...

Я хотела повторить это пошлое слово "хочешь", но Артём не дал мне договорить, прижав к себе. Я прислушивалась к собственным ощущениям. Он чужой. До невозможного чужой. Но на мою нетрезвую голову мне не было противно, что Ракитин меня обнимает, буквально впечатывает в себя.

- Хочу. Очень. Но не здесь, не так и не рАзово, - стало мне ответом. - Пойдём трезветь, Таисия Викторовна.

Он отнёс меня в ванную на руках. Мне было так весело! Мозги-то утекли в количество выпитого мною винишка.

- Ты п-рям там ме-ня во-зь-мё-шь?! - алкоголь бьёт мне в мозг. - В дУ-ше?

- Тася, ты пьяна. Завтра услышу от тебя ровно обратное. Просто доверься и не ёрзай, иначе мы оба свалимся.

Я, наконец, успокаиваюсь. Пьяная эйфория постепенно проходит, как только прохладные капли воды касаются моего лица. Ракитин помогает мне не упасть. Сколько бокалов я "приголубила" : три, пять, десять?! Не могло же меня с одного до состояния полного нестояния снести?! И опять гадская тошнота! Самое противное, что Ракитин это замечает.

- Тась, снова? Надеюсь, тут винА действия алкоголя.

На остатках здравомыслия, тоже подумала: "Артём, а уж как я на это надеюсь!" Постепенно на смену дерзости, бесшабашной смелости, полупьяному веселью приходят стыд и раскаяние. Больше ни капли! Я ведь не пила до этого. Даже на праздничных корпоративах, где была лишь по-уговорам коллег и друзей. Сейчас меня вывернуло. Конкретно. Да и одежда под душем вся промокла. У меня пальцы трясутся, и снять холоднющую влажную блузку не получилось. Мне помог Ракитин, хотя завтра, скорее всего, я его за это возненавижу. А пока... Было настолько тОшно, что стало рОвно. Всё равно.

***

Визуализация-иллюстрация: Кира (генерации "Шедеврума") уезжает на такси в слезах, подальше от "Стаса" (Бориса)

"Как он мог?!" Крутилось в мыслях семнадцатилетней Киры, которую многие принимали за пятнадцати-шестнадцатилетнюю. Она кладёт руки на свой большой живот. Кира не так давно знала Стаса, но успела в него влюбиться и помечтать о их будущей семье. Правда о нём оказалась разрушительной. Нет, Кира не считала себя глупой, понимая, что у взрослого тридцатидвухлетнего мужчины могла быть жена и дети, но он солгал о себе и его женщинах настолько бесцеремонно и нагло, что Кирой овладела не только обида, но и злость. Ей хотелось срочно разыскать и первую жену Бориса, и его богатую сожительницу, которая его содержала. Найти, и попросить совета, а так же содействия в осуществлении плана мести. Конечно, у Киры ещё есть возможность приструнить Бориса с помощью родного отца, который за неё порвёт любого, или названного деда, отчима её мачехи, который может заставить этого подлеца жениться на его пускай неродной, но всё-таки внучке. Кира же решила, что ей и её Снежке такое "счастье" совсем не нужно. В отличии от чисто моральной компенсации.

- Ничего, Снежечка, - прошептала Кира, глядя на свой живот. - Мама больше не будет плакать и тебя расстраивать. Мы ещё будем счастливы! А он пожалеет, что поигрался с нами.

Таксист доставил девушку домой, как его и просили. Помог спокойно дойти до дверей. Кира заплатила ему сверху за помощь. И была безмерно благодарна тому мужчине, который рассказал ей гораздо больше, чем когда-то она выяснила бы своими силами.

***

Наутро я медленно открываю глаза. Слишком медленно. Ничего себе меня вчера вырубило! Голова раскалывается. Во рту сухо, словно в пустыне СахАра. Смотрю на себя. Я в одном нижнем белье! Жуть. Жутко потому, что Ракитин по-всей видимости, видел меня в таком виде, и раздеться тоже мне помог.

Визуализация-иллюстрация, сгенерированная "Шедеврумом": Артём и нетрезвая Тася в душевой

- Ракитин! - кричу я, потому что должна знать, что вчера было. - Артём!

В отличии от меня, он - сама невозмутимость. На его месте, я бы такую гостью взашей выгнала бы. Серафима Архиповна снова будет мною недовольна. Хочется провалиться сквозь землю или пОд пол исчезнуть, но я обязана прояснить неприятную ситуацию.

- Таисия Викторовна, о чём Вы собираетесь спросить?

- Артём Станиславович, о вчерашнем балагане. Я помню, что выпила. Конкретно и чего. Сколько выпила, - не вспомню и под пытками. Где моя одежда? Почему я в одном нижнем белье? И... между нами что-то было?

- Для начинающего выпивохи ты вела себя вполне прилично. Поёте тоже отлично. Сима оценила.

- Я ещё и пела?! - начинаю густо краснеть. - Разве этот писклявый пьяный ор можно назвать пением?! Позор какой! Я... Я до Вас не домогалась?

- Тася, какой ответ ты хочешь услышать?

Я не понимаю, произносит эту затёртую до дыр вопросительную фразу Ракитин всерьёз или шутит.

- Правдивый, Ракитин. Ничего, кроме пусть горькой, но правды, мне не надо. Как бы ни было стыдно. Что с моей блузкой?

- Тебе было хреново. Ты сама хотела честно. Мне о твоём полупьяном концерте рассказала Сима, но она склонна преувеличивать масштабы бедствий. Не знаю, как ты дотянулась до самой высокой полки, но вИн в бутылках несколько поубавилось. Ты ещё хотела коньяка отведать, но тебя на него уже не хватило. Блузка твоя сохнет. Точнее досыхает то, что от неё вчера осталось. Джинсы минут через пять должны высохнуть полностью.

Я молча иду дальше. Чтобы самой убедиться. Да уж! Блузка порвана.

- Ты меня раздевал? - я спрашиваю спокойно, потому что гневной тирадой лишь раззадорю, заставив молчать или потешаться.

- С мокрой одеждой ты сама не справилась бы. Пришлось помочь. Хочешь ли ответа на твой последний вопрос, - в этом загвоздка.

- Ракитин, только не говори, что мы переспали. Про тошноту моЮ я хоть и смутно, но помню.

- Хотелось бы солгать, но я не самоубийца, милая доктор. Тася, если серьёзно, то я тебе уже говорил, что не настолько мудак, каким меня считаешь. Если по-прежнему хочешь вернуться к твоему бывшему недоноску, то твоя совесть перед ним чиста. Моя перед тобой - наполовину. Между нами ничего такого не было, что не отменяет того факта, что я хочу отношений. С тобой. Блузку тебе куплю новую. Хоть сто штук, если захочешь.

- Ты как и прежде думаешь, что твоё "куплю" что-то изменит? У нас всего лишь договорённость. Кстати, что с твоим боком? Ты за него держишься.

- Ничего, - спокойно так отмахивается от прямого ответа.

Я, чёрт возьми, его врач. И он был предупреждён о том, что выбрал не того специалиста. В моей работе я наглая, бескомпромиссная и дотошная. Друзья смеялись раньше, что мне бы в хирургию к ним, но я пошла моим путём. Утёрла нос моему отцу-предателю.

- Ракитин, свитер сними.

- Что, так сразу?

- Сразу. Не можешь сам, - я помогу. Как врач. Без подтекстов и твоих подколов.

Он улыбается, но послушно подчиняется приказу. А что?! Ему, значит, командовать можно. Чем я хуже?! Он первый выдал мне соответствующие полномочия. Я смотрю на его ожоги, швы и ещё один след. Хмурюсь.

- Опять с кем-то подрался?! Я же тебя просила!

- Не я. Со мной. ЗабЕй, Тась.

- Ракитин, кто тебя так? Не скажешь, - выясню всё сама. Жду ответ.

- Борис. Ему не понравилось, что его беременная Кира теперь знает, какое он сыкло и мудило.

- Боря своё получит. Ты какого рожнА к нему полез?! Пусть живёт себе. Я тебя не просила меня защищать на кулаках. С этого дня ты под надзором Серафимы Архиповны. Я выпишу тебе разогревающую мазь и обезболивающие. Раз уж тебе на себя настолько нас***ть.

И тут раздаётся трескотня мобильного Ракитина. Он берёт свой аппарат, а после не сдерживаясь, ругается.

- Вот же с***ка! Ром, да понял я тебя! Скоро буду. Говоришь, он на нашей с ним хате?

- Артём, что случилось? Если я так тебя обидела, то прости. Я реально вчера набухалась, как су последняя.

- Тася, ты здесь не при чём. Дело в Зинке. Она ляпнула Денису, что я ему не отец. Денис напился, поехал к нам на квартиру. Вроде Катю свою прихватил. Мне нужно отъехать. Он может наделать такОго, о чём будет жалеть.

- Едем! - я отвечаю без промедлений. - Я тебя одного не пущу. Боря - козёл. Нам главное помочь Денису и Кате.

...

Виктория В:

Настя, спасибо за новое продолжение!
Борю только могила может исправить. Поразительно, сколько женщин он вокруг пальца обвел.

...

Анастасия Благинина:

Вита, спасибо за отзыв! Ответ в новой главе. Но Элла точно Тасе ничего плохого не желает и не сделает.

...