Итак, часовой механизм запущен и назад дороги нет. Я нажала кнопку отбоя и бросила мобильник на диван. Впрочем, можно еще сбежать из дому и тогда наша встреча точно не состоится, но это было бы уже совсем по-детски.
Девочка, а тебе не кажется, что ты шарахаешься от мужского пола как черт от ладана? В который раз задала я себе один и тот же вопрос. Что предательство Женьки сделало из тебя изгоя по мужчинам, просто мужененавистницу какую-то. Ты словно боишься вновь испытать ту же боль, страх и стыд. Ведь недаром говорят, что женщины не умеют прощать не потому что они злопамятные, а потому что так устроен их мозг, что вспоминая что-то, что они пережили в жизни, они вновь словно наяву испытывают те же переживания и эмоции.
Нет! Не правда! Мне нравятся мужчины! Вот, например, Вит. Сразу же встала на дыбы я, воюя с самой собой. Он ведь мужчина, и он красивый, обаятельный, веселый и… загадочный. Сразу хочется разгадать, что он скрывает за пронзительным взглядом и развязной манерой поведения. Он не такой как тот… мой бывший.
Темнело, короткий зимний день клонился к вечеру. За окном летел мокрый снег, а порывистый ветер срывал с заиндевевших веток снежные кружева. Столица опять преобразилась. Гирлянды огней цепочкой тянулись вдоль узенькой улицы на которой стоял мой дом. Было морозно, столбик термометра показывал -5, а Вит все никак не мог до меня дойти. В животе заурчало, совсем некстати вспомнилось присланное принцессой Тирой кизиловое варенье, которое со вчерашнего вечера спрятав от глаз подальше, сейчас целёхонькое стояло в тумбочке, дожидаясь важного гостя.
Я подсунула к себе очередную чашку и подула. Да-аа, на десяти чашках кофе лишний вес вряд ли наберешь, а вот инфарктную критическую массу точно.
И почему он не идет? Я же такая умная, добрая, красивая, в конце концов он сам говорил, чтобы я звонила ему в любой момент и по любым пустякам! Хотя нет, с пустяками это, пожалуй, перебор. Но все равно!
Угнетение от таких мыслей в сочетании с количеством выпитого напитка вызывали сонливость, грусть и плаксивость. Чтобы совсем не расклеиться и не впасть в отчаяние, я решила немного вздремнуть.
Только я погрузилась в сладкую полудрему, как услышала: «Дрррр-дзынь!» Спросонья даже не сразу сообразила, что это мой мобильный телефон. Быстренько подтянув его к себе, на дисплее увидела знакомый номер с подписью «Спаситель».
Наконец-то! Забилась первая радостная мысль. Но почему не в дверь? Вторая мысль перегнала первую на бешеной скорости и пожарной сиреной взвыла в мозгу.
- Вит, ты где?
- В ресторанчике возле твоего дома. Спускайся, я тебя жду.
- Но я думала…
Мысли вихрем закружились в голове, собираясь в отчетливую картинку. Фотография, кизиловое варенье, моя юбочка, наконец! Этого всего что, не будет?
- Вит, я думала…
- Я знаю, что ты думала. Предупреждаю, времени у меня мало поэтому советую долго не копаться.
Я поняла, с ним спорить – все равно, что против ветра плевать. Короче, хоть я и медленно зверела от такой наглости, но благоразумно решила быстренько собраться и спуститься вниз. За неимением фотоаппарата, в карман опустился мобильник с заранее включенной фотокамерой.
*
Мысленно матерясь, что одежда на мне явно не соответствует окружающей меня обстановке, я вошла в ресторан с высокими потолками и таким длиннющим коридором, что можно было устраивать забеги.
Я была здесь впервые. Не по карману еще бедной эмигрантке заведения, в которых за вечер проедалась моя месячная зарплата. Но если в него так
любезно приглашают, то почему бы и не сходить.
Оглядевшись, я увидела своего супермена. Он стоял возле столика и любезничал с блондинистой официанткой. Та наматывала на палец локон своих выбеленных волос, закатывала глаза и что-то ему рассказывала. Вит слушал ее воркование с таким серьезным видом, как будто та объясняла план эвакуации в случае пожара.
Вот так новость! Меня пригласил, а сам уже глазки строит. Хоть стой, хоть падай. И я упала, вернее удачно спикировала на стоящий рядом стул. Во мне вдруг проснулась такая… собственность? От осознания, что я быть может приревновала Вита, мне уже совсем поплохело. Видимо мое кислое выражение лица испугало парня, так как он, велев быстро принести стакан воды, легонько похлопал меня по щеке.
- Алиса-аа, что с тобой? Если бы я знал, что ты заболела, то поднялся бы к тебе. Почему ты мне ничего не сказала?
Поздно батенька! В ушах еще звенели отголоски моего странного осознания чувств, но мозг уже запустил свои шестеренки и стал пыхтеть как паровоз, ища выход из сложившейся ситуации.
Исподлобья взглянув на Вита и проверяя, дойдут ли до него мои слова и стоит ли вообще распространятся на эту тему, я тяжело вздохнула:
- Простыла, наверное. Тогда, на мосту. А тебе я пыталась сказать по телефону, но ты и слушать не захотел. – И вздохнула еще тяжелее.
Такое перевоплощение со мной происходило впервые. Сигналы, что врывались в мой мозг словно инородное тело без моего согласия, пульсировали воспроизводя следующую информацию: «Прикрой глазки, закуси нижнюю губу, прикоснись к виску, вздохни». Я на минуту застыла, не понимая, что мне теперь делать. В своей
прошлой жизни я такими женскими штучками никогда не пользовалась. Мне тогда даже и в голову не могло придти, что я умею строить глазки, придуриваться и клеить парня. И все это для того, чтобы заманить его к себе домой.
Мы оба молчали, подбирая слова для продолжения беседы. Более того, наконец, осознав на что я способна чтобы удержать возле себя этого красавчика, я передумала уходить отсюда. Зачем делать резкие движения, когда рядом такая симпатичная мотивация для
новой жизни. Да и голодный желудок опять напомнил о себе.
- Если хочешь, давай поднимемся к тебе и вместе выпьем горячего чаю, - Вит окинул меня глубоким взглядом, и я почувствовала, как по спине пробежали мурашки.
Извини дорогой, но перевести отношения в горизонтальное положение я пока не готова! Снисходительно улыбнувшись на его плоский намек, который я типа не поняла, я удобнее устроилась на стуле и взяла меню из рук крашеной официантки.
Мой намек был истолкован правильно.
И вот я уже сижу сытая, довольно потягивая через соломинку коктейль с каким-то странным названием, обложенная шоколадными обвертками из-под конфет и пирожным. Душа блаженствует, живот радуется, я балдею. Чего конечно не скажешь о моем собеседнике. Вит был беспристрастным, сдержанным и пока дружелюбным.
- Теперь ты расскажешь мне, что за муха тебя укусила, ради которой мне пришлось бросить столь важные для меня дела? – Его взгляд скользил по моему лицу ни на чем конкретно не задерживаясь. Миндалевидные прозрачные глаза смотрели… Стоп! Прозрачные?! Не веря тому что вижу, я даже протерла свои. И, правда, серые! Но как же так?.. Ведь тогда… Я точно помню…
- Вит, это правда, ты?
- Приехали! У тебя что, температура? – Он даже потянулся к моему лбу, но я резко откинулась на спинку стула, не давая ему возможности прикоснуться к себе. Закусив нижнюю губу, я уставилась в глаза парню, стараясь угадать: он это или нет?
- Опять фильмов насмотрелась? – Вит покачал головой и, махнув рукой, подозвал официантку.
- Бокал мартини для дамы и пятьдесят грамм виски для меня.
Крашенка кивнула, стрельнув в мою сторону недовольным взглядом и едва не фыркнув как необъезженная лошадь,
ускакала в сторону бара.
- Рассказывай киноман, что на этот раз?
- Твои глаза!
- Это мы, вроде, уже проходили. – Вит сдержанно поблагодарил официантку и подсунул ко мне бокал. – Потуши пожар своей необузданной фантазии, Алиса. – И подняв руку в приветственном жесте, отхлебнул виски.
- Еще несколько дней назад они у тебя были черные!
- Кто так сказал?
- Я сама видела!
- А ты веришь всему, что видишь?
- Ну да.
- Не накручивай себя. А лучше найди какое-нибудь интересное для себя занятие.
- Какое? – съязвила я. – Вышивать крестиком или носки вязать?
- Хоть бы и вышивать, - легкомысленно рассмеялся Вит. – Лишь бы глупости в голову не лезли. И все пройдет само собой.
Честно говоря, я не представляла, как
это все пройдет само собой. Чувствовалось, что по мне уже плачет серьезная клиника. И мне стало так обидно! Чего это я в последнее время постоянно выставляю себя если не дурой то вполне приличной сумасшедшей?!
- Я запутала-аа-сь Ви-иит! Я соовсе-ем запу-уталась в сво-оеей жи-иизнии! Я чу-уувствую себя полной ду-уурой, - вдруг заскулила я, размазывая слезы по щекам и стараясь ухватить парня за рукав пиджака. Выглядела я при этом наверное так трагично, что видимо вызвала шок у собеседника. Он от изумления даже встал на паузу в своей речевке. Во мне кипели сразу несколько страстей: жалость к себе любимой, что я мол такая бедная-несчастная никому не нужная, злость на Вита, который старался аккуратно убрать с пиджака мои пальцы перепачканные черным шоколадом и тихонько меня успокаивал, и наконец, осознание собственного бессилия в данный момент что-либо изменить в своей жизни. Я плохо воспринимала слова, который нашептывал мне Вит, поэтому не сразу сообразила, чего он от меня добивается. А когда ко мне наконец пришло осознание реальности, то я уже стояла на тротуаре возле своего парадного в застегнутой под завязку куртке и шапкой на голове.
- Так ты еще и маленькая истеричка? – Вит заботливо поднял меховой воротник моей куртки так, чтобы снег не падал мне за шиворот. – Девочка-контраст просто! Такой переход с немой меланхоличной куклы к самобичеванию. Я поражен!
Стыдно-то как! А ведь я действительно на такую и походила. Сначала не могла выдавить из себя ни слова, лишь моргала и кивала, а затем опозорилась на глазах у всех. Теперь мне вход в тот ресторан точно заказан!
- Может, выпьем по пивку для успокоения нервов? – спросил Вит, стараясь вывести меня из состояния очередного ступора.
- М-м-м, ладно, - пробормотала я, пряча глаза.
Когда в пабе перед нами поставили два бокала янтарного, истекающего пеной пива, я выпила его почти залпом даже не почувствовав горечи, и сразу же заказала еще. А потом еще.… Хотелось запить свой позор. Не знаю, куда в меня столько влезло, но уже после четвертого бокала я чувствовала себя аквариумом – это самое пиво булькало у меня в животе. Именно тогда я поняла – пора домой.
Поблагодарив Вита лишь кивком головы, так как открытие рта могло быть чревато нежелательными для меня последствиями, покачиваясь, я встала на ноги, которые почему-то были как ватные, и направилась к выходу.
Увы, но стоило мне только ступить ногой на скользкий тротуар, как мои ботинки разъехались в разные стороны, и я под странным углом распласталась прямо перед дверями паба.
Еще один позор на мою бедную головушку! Но эта мысль меня посетила последней, после той тирады что я выдала, стараясь подняться на ноги. Наверное от болевого шока, но я не сразу сообразила, что моя правая нога стала стремительно набирать объем. Я не плакала. Я только держалась за ногу и, матерясь, ухватилась за протянутую Витом руку, выливая на него свою горечь:
- Твою мать! Так я и знала, что этим все кончится! Идиотизм какой-то! Все мужики козлы, и ты – такой же! Это ж надо такому случиться!
Хмель забежал в рога. В сердцах я осыпала проклятьями и Вита, что хоть как-то пытался мне помочь, и бармена, так некстати оказавшегося на улице, и даже случайных прохожих, что имели за счастье проходить мимо.
Если опустить истерику и мучение в ожидании врачей, то хочется сообщить следующее: Вит все-таки оказался в тот вечер у меня в квартире как я и планировала, хотя и совсем по другой причине. Он, как истинный джентльмен и виновник происшествия, вынес меня на руках на шестой этаж. Ведь пока мы развлекались по ресторанам и пабам, лифт ушел на заслуженный отдых (после 22-00 и до утра его отключают) и, напичкав меня таблетками что приписали доктора, уложил в кровать. Сквозь сон я слышала как мой спаситель поправляет одеяло, выключает свет в прихожей и, убедившись что я уже сплю, закрывает за собой дверь.
На этом мое первое, но все же надеюсь не последнее, свидание в моей новой жизни закончилось. И пусть я не сделала обещанную фотографию и не напоила Вита чаем с кизиловым вареньем, я не расстраиваюсь. Все это еще случится. Может быть уже даже завтра…