- Всё, не хочу больше работать. Хватит. Сколько можно корпеть над этими бумажками? - бросив ручку на стол, я потянулась, - Так и жизнь мимо пройдёт.
- Ты просто устала, дитя, - не поднимая головы от своих бумаг, тихим голосом увещевала матушка Бернадетта, - сходи прогуляйся, если хочешь, а с бумагами закончишь потом.
- Отличная идея, – встав с кресла, я подошла к столу матушки Бернадетты, - А вы?
- Что я?
- Не хотите прогуляться вместе со мной? В местном ресторанчике отличная кухня. Просто пальчики оближешь. Пообедаем там.
- А это удобно?
- Почему нет? Вы же хотели осмотреть наш поселок? Считайте это ознакомительной экскурсией, - вынув карандаш из пальцев матушки, я заложила его вместо закладки в амбарную книгу, лежащую перед нею, и захлопнула фолиант.
Но матушка Бернадетта всё ещё сомневалась.
- Если вы не согласитесь, я тоже никуда не пойду, - выдвинув ультиматум, я походкой умирающего лебедя побрела обратно к своему столу, - и моя голодная смерть будет на вашей совести.
- Значит, придётся идти, - со смехом в голосе ответила матушка.
- Получилось, - я тут же выпрямила спину и расправила плечи.
- Хитрунья.
- Есть такое дело, - согласилась я, - сбор через…
Я задумалась над тем, сколько времени ей нужно, чтобы собраться? Наверное, немного? Или много?
- Иди одевайся, дитя, встречаемся в холле.
Не став дожидаться, когда Бернадетта передумает, я побежала к себе.
Переодевшись и поправив макияж, я впрыгнула в удобные для прогулки балетки, и, посетовав что матушка Бернадетта лишена возможности менять наряды, я быстренько вернулась, взбежала по ступеням, распахнула двери и… точно пролетела бы мимо женщины в брюках и пиджаке, накинутом на плечи поверх лёгкой футболки, прогуливающейся на крыльце, если бы она голосом матушки Бернадетты меня не окликнула.
- Куда же ты, дитя? Я здесь.
Я встала как вкопанная.
- Это вы?
- Я, - матушка явно была довольна произведённым эффектом, - тебя что-то смущает?
- Но ваш наряд? Я думала…
- Что я никогда не снимаю сутану? Это не так. В тех редких случаях, когда я не на службе, вот как сейчас, я иногда могу позволить себе надеть цивильную одежду.
- А как же… – я не знала, как лучше сформулировать вопрос, - ваш сан? Вы же не собираетесь... низложить его?
- Я ни в коем случае не перестала быть монахиней. Ну что идём?
Я кивнула, всё ещё немного ошарашенная её видом. Кто бы мог подумать, а?
- Веди нас, дитя, - матушка Бернадетта взяла меня под руку, - и может пора уже перестать мне выкать?
- Идем…те. Идём. Столик уже заказан.
Но на этом сюрпризы не закончились. Практически за два шага до ресторана мы увидели лоток с сувенирами из драгоценных и полудрагоценных камней и я не смогла пройти мимо и предложила на них посмотреть. Каким же было моё удивление, когда оказалось, что познания матушки Бернадетты в камнях столь обширны, что о каждом она может говорить не останавливаясь. На мой вопрос, откуда она всё это знает, матушка ответила:
- Так, когда-то немного увлекалась историей и тайнами камней.
- Немного? Да вы… ты просто кладезь знаний о камнях. А этот? – я взяла в руки брошь.
- Прекрасный выбор, мадам, - одобрил продавец, - Александрит…
- Ша, тихо, - оборвала я рьяного торговца, - я не у вас спрашиваю.
- Окси, откуда ему знать, у кого ты спрашиваешь, - попеняла мне матушка Бернадетта.
- Я так ему и сказала, что не у него спрашиваю, - заявила я с невинным видом и пожала плечами, - так что это за камень?
- Александрит меняет окраску от тёмной сине-зелёной, голубовато-зелёной при дневном свете до розово-малиновой или красно-фиолетовой, пурпурной при вечернем или искусственном свете. Эту его способность ещё называют «Александритовый эффект». В России считался камнем печали и одиночества - вдовьим камнем. В Европе, например, александрит считался камнем влюбчивости и ревности из-за его способности менять цвет.
- Час от часу не легче, а с виду такой красивый, - я вернула брошь на место.
- Поэтому рекомендуется носить его в паре с любым другим камнем, - продолжила Бернадетта.
Было насупившийся продавец прямо на глазах воспрял духом.
- Нет уж, не будем искушать судьбу. Что-то мне расхотелось его покупать. Лучше за обедом ты мне ещё что-нибудь интересное о камнях расскажешь, хорошо? - я потянула матушку подальше от лотка, - Есть хочу, умираю.
Сев за свободный столик, мы сделали заказ и разговаривали, ожидая когда его принесут.
- Окси, что-то давно не видно твоего наставника Варахиила.
- Эмм, - замялась я, не решаясь рассказать Бернадетте, как бесславно провалила дипломирование и к каким последствиям это привело.
- Я понимаю, он занят более важными делами, - продолжила матушка, делая вид что не замечает как я покраснела словно вареный рак, - но если представится такая возможность не забудь передать ему нашу благодарность за заботу и попечительство над Реабилитационным центром.
- Да, конечно, я обязательно передам.
Как никогда вовремя принесли заказ и разговор плавно перетёк в гастрономическое русло…